# Курчавов Василий, рядовой, 1996 Ортб, Кабул.

Евгений Александрович Раченков

... колонна попала в засаду, Коля на ЗУшке стал пробираться в зону обстрела. В этот момент ему попали в кабину из гранатомета ...

... ни взрывы, ни пули, не остановят нас


Мы с трассы не свернули, вперед ползет КамАЗ.


Ведем колонну сквозь кордон густых туманов


Нас не пугают снегопад и гололед


Как ленту финишную рвем заслон Душманов


И стиснув зубы, продвигаемся вперед.


И ни взрывы, ни пули, не остановят нас


Мы с трассы не свернули, вперед ползет КамАЗ


Почти на каждом повороте у дороги


Нам попадается воткнутый в землю руль


На тех местах лихие парни без подмоги,


Вступали в бой и молча падали от пуль.


Но, ни взрывы, ни пули, не остановят нас


Мы с трассы не свернули, вперед пользет КамАЗ ...


(Песня водителя -Вперёд, ползёт КамАЗ!)


Курчавов Василий Александрович, рядовой, 1996 ОРТБ, Кабул.


Я призывался в Тульской области 2 октября 1982 г.

На пересылке в Курске переодели в военную форму, отправили в Волгоград на ускоренные курсы. Там готовили нас водителями в Афганистан.

В ОРТБ я попал один. На пересылке в Кабуле спросили водительский опыт - я поднял руку.

С 26 декабря 1982 г. я начал службу в ОРТБ в ремвзводе. Командиром был старший лейтенант Ищенко, а заместителем командира взвода был сержант Елфимов Александр (Воронежская обл.).

Ищенко - командир хороший, строгий и справедливый. Заместитель командира взвода - старший сержант Елфимов Александр - молодец, взвод держал крепко, дедовщины не допускал.

Жили мы в палатках. Через некоторое время пришли КамАЗы, а с ними два самосвала. Братья Синицыны пригнали их с перевала Саланга в тоннеле, где задохнулись много людей.

Этот тоннель пробит в хребте перевала (примерно 3 км). Раньше технику там пускали в двух направления - туда и обратно. Видимо в тоннеле случилась авария. Пока люди ждали, выясняли, что случилось - двигатели работали. От выхлопных газов многие стали задыхаться. Так и произошла трагедия. Машины из этого злосчастного тоннеля потом раздавали по военным частям. Майор Гаран Евгений Михайлович и прапорщик Тимохов Николай Васильевич знают больше об этом случае.

Мне и Владимиру Писменному достались самосвалы. Мы стали возить камни с карьера, строили караулку и забор вокруг батальона.

Когда старослужащие ушли на дембель, начался набор в КамАЗ исты.

Вот основной состав камазистов: Назаров Нуры, Синицын, Гордийченко Александр, Малюга Иван, Рубанов Владимир, Олег Ворона, Коля Жмуренко, Юра Щербаков. Я сменил Назарова, так как он и Синицын демобилизовались.

Командиром нашего взвода был прапорщик Тимохов Николай Васильевич. Для строительства казарм, мы начали возить модули. Когда строительство было закончено, нас перевели в роту управления к капитану Стендору. До этого мы были с разных рот и взводов. Затем во взвод стали приходить новые ребята - Бортник Леонид, Синицын Александр (однофамилец).

В то время мы уже возили все подряд: продукты, дрова, уголь, боеприпасы.

Нам дали с зенитную установку (ЗУ) с экипажем, Юшин Женя и Саша с Воронежа (забыл его фамилию). ЗУ-23-2 на КАМАЗЫ были при штабе батальона м-р Гаран с командиром решили, что Камазистам она будет нужнее. С ЗУ нам стало веселей, Коля Жмуренко сразу изъявил желание установить ЗУ на свою машину. Теперь мы как боевая единица с прикрытием могли передвигаться самостоятельно на небольшие расстояния, а если шли на Хайратон или к нашим дальним ротам, должны были присоединяться к другим колоннам, у кого есть боевое охранение. Но наши ЗУшники были самые шустрые, быстрей всех замечали засады.

ЗУ находилась в конце колонны перед тех. замыканием, так как командир колонны находится в головной машине, а второй командир в тех. замыкание, рации находились у командиров. В случае обстрела, ЗУ выдвигается ближе к зоне обстрела, дальше принятие решения страшим ЗУ.

Расчет ЗУ состоит из двух человек, на открытых не простреливаемых местах ЗУшники находятся в кабине. Если горы рядом, зеленка или на контрольных пунктах предупреждают, в таком-то квадрате находится банда, в этих случаях зенитчики находятся за орудием. Если кто сломался, останавливались техзамыкание, ЗУ прикрывала, пока не починим, или возьмем на прицеп. После догоняем колонну, а они ждут нас на посту. Затем продолжаем движение.

Были случаи, машины оставляли ремонтироваться в какой-нибудь части, а на обратном пути подбирали, естественно с командиром этой части договаривались о помощи.

Привал зависит от того где нас застанет вечер. Все точки остановок расписаны: Хайратонская трасса, Черикар, Пули-Хумри, Даши Хайратон. Если внештатная ситуация: поломка, лавина, селевой поток, взорванный мост и т.д. - остановка в охраняемой зоне любого подразделение.

Если ночевка на ДКП выставляем свое охранение, ставим сигнальные мины.

ДКП - дорожный контрольный пункт, где все колонны отмечаются. Если происходит нападение на колонну - идет доклад о нападении, а они передают на следующий пост, чтоб не выпускали следующую колонну, пока не разберутся в данном квадрате.

Но самый надежный охранник пес Алмаз, любимец прапорщика Тимохова. Он назвал его в честь станции, на которой служил до того как стал командиром взвода КамАЗов.


Подготовка к рейсу.

Получали приказ завтра идем на Хайратон. Сразу выясняли какой груз, надевать тенты или нет, на какое время уходим. Получали продукты, боеприпасы, заливали воду в бочку, следующие пополнение запаса воды на озере перед пустынью. В остальных местах вода плохая с желтухой и тифом. Заряжали АГС и ленты ЗУ.

АГС - Автоматический Станковый Гранатомет, заряжался гранатами, лента из 30 гранат, стрелял в шахматном порядке. Я даже пендаля получил от Стендера - командира роты, ленту от АГС заряжал в роте.

Тем временем, пока мы готовились к колонне пр-к Тимохов и м-ор Гаран занимались документами, потом приходили, проверяли все ли мы взяли. И если кто-то продуктов зажал, или боеприпасов, немедленно начальники складов будут "изнасилованы в жесткой форме"! Эти люди жмотов не терпели. Поэтому нам все службы, выдавали необходимое с запасом, жили как у Христа за пазухой.

Так проходил рейс.

Выдвигались в Теплый Стан (район Кабула) на ДКП, присоединялись к колонне и двигались через перевал Саланг до Пули-Хумри, там ночевали и дальше до Хайратона. Грузились и обратно с заездом в Баграм там разгружали часть груза и на Кабул. Приедем, помоемся, приведем себя и технику в порядок, а дальше Газни или Джелолабад.

Даю краткие характеристики обитателей колонны по призывам.

Синицын - знаю плохо, ездил с ним мало.

Назаров Нуры - отличный водитель, хороший наставник, он до КамАЗов с Орловым и Синиценым возил все грузы. Орлова представили к награде, помоему к ордену.

Нуры пытался быть грозным, но разве добряк может стать грозным. Вот к нему все и липли, расскажи да расскажи, вот он нам молодым и заливал и мы слушали. Он готовил после себя Гордийченко и Малюгу. Гордийченко парень смышленый основательный, про таких говорят имеет авторитет. Он и Иван Малюга держали всех в кучке. Их делить нельзя, Сашка добрый, а Иван грозный, только его никто не боялся. Может треснуть, но за дело, а в основном, нас молодых никто в части трогать не смел. Сашка с Иваном быстро разберутся.

Рубанов Владимир спокойный как катализатор, если где-то назревает конфликт, спокойно подойдет и решит все словами, одно слово - надежный.

Ворона Олег, этот шебутной, везде ему надо, лезет куда не поподя.


Хохма была на подъезде к Пули-Хумри, Ворона высовывается на половину из машины и давай с автомата поливать, думали обстрел. Прибавили ходу, проскочили, потом остановились, пр-к Тимохов спрашивает:

- Это что было?

А он говорит,

- Лису видели,

- Попал?

- Да нет, опять как в басне обманула.

Пр-к Тимохов его даже не наказал.


Теперь наш призыв.

Юра Щербаков - создавалось такое впечатление, что он ничего не боялся. Любые передряги переносил спокойно без суеты. Ему, что обстрел, что какая ситуации на дорогах, с ним в колонне чувствуешь себя нормально. Он ведущий, я замыкающий.

Бортник Леонид - просто настоящий знаешь, что не подведет. Всегда на него надеешься, а это важно в рейсе. Николай Жмуренко - отличный парень, да он своей смертью все сказал.


Я хочу рассказать как погиб Коля Жмуренко.

Перед 7 ноября 1984 года мы заготавливали продукты, дрова в Баграм и Газни для наших рот. В этом рейсе и погиб Коля. Часть разгрузили в Баграме, остальное в Газни. Недалеко от Газни колонна попала в засаду, Коля на ЗУшке стал пробираться в зону обстрела. В этот момент ему попали в кабину из гранатомета. Взрывом ему оторвало обе ноги и посекло осколками. Скончался он в госпитале 17.11.84 года, в Кабуле. ЗУшников взрывной волной выкинуло из кузова. Колька был весёлым и задорным. Всегда прикалывался и шутил. За ним всегда было спокойно. Если найти Юру Щербакова, он сможет рассказать больше, он был в этом бою. Ещё Лёха Бортник точно был там. Он ездил на моей машине к своему земляку. А я их встречал в батальоне.

Дембель наш перенесли с осени на 10 февраля. Нам надо было восстановить машины после обстрела, где погиб Коля Жмуренко. Колину машину восстанавливал Слава Ржата, потом успешно ездил на ней до дембеля. На левой нижней часть кабины КамАЗа была нанесена надпись "машина имени рядового Жмуренко Николая Павловича Кавалера Ордена Красной Звезды". Со Славой ходил в колоннах и Газизов Рамиль водитель КамАЗа. Его КамАЗ был под номером 26-30.

Затем закрыли границу до февраля, границу закрыли потому, что кто-то в очередной раз из правительства умер.

В то время они умирали часто, когда открыли, мы улетели в Ташкент. Домой с Ташкента поездом, Москва не принимала, погода не летная. Я и Юра Щербоков, мы жили от Москвы 200 км в тульской обл. добирались на электрички, вышли в тамбур и плакали, глядя на русские березки, родные места. На вокзале простились, больше я его не видел.

Я потом переехал в Москву, а дальше началась моя гражданская жизнь. Как все лимитчик выбирался, как мог в люди. Я общаюсь с ребятами, написал Власову письмо и в часть, ребята мне ответили. Жил я в общежитии в Москве. Награду - медаль За БЗ, ездил получать в Тулу, откуда призывался.

А потом от ребят пришло письмо:


Привет с Кабула!

Здравствуй, братишка Вася!

Извини, что долго не писали, позавчера только вернулись из колоны. Ходили в Хайратон. Туда доехали нормально, а на обратном пути нас обстреляли. Короче я ехал первым с Петровым, за мной Альберт, третьим шёл Коля Ковшар на 33й. За ним шли 32, 29, 28, и Славик с Газиком. В моей 34 прострелили масляный радиатор и поддон и по всему ещё мне прострелили переднее правое колесо и я перевернулся. Но мне обошлось нормально, Петров и я целые, ни единой царапины. Альберт шёл сзади меня на 31ой, ему прострелили лобовое стекло и 2 пули прошли возле его сиденья. А Коле Ковшарю пробило легкое и он вместе с машиной улетел в пропасть. Когда я с Петровым выбрались из своей машины и увидели, что молодые остановились то я сразу с Альбертом побежали к ним и увидели, что в пропасти лежит наша машина. Спустились туда и вытащили Колю, но он уже не дышал. Но всё равно мы его быстро подняли наверх и с бэтэром отправили в госпиталь.

Если бы не наша З.У. нам вообще бы была там крышка. Но они ребята молодцы сразу только увидели, что по нам стреляют, открыли ответный огонь и духи перестали стрелять. Наша З.ушка закрыла им пасть.

Сейчас мы делаем наши машины. Но их уже стало семь, а не восемь. Нашим ЗУшиникам послали на медали "За отвагу", а нам всем остальным "шишку". Коле Ковшарю посмертно дали орден "Красной Звезды".

Ну, вот вроде и всё, такая наша жизнь солдатская. А обстреляли нас 27.06.85 г.

Пиши, что новенького у тебя, не видел ли Юру Щербакова, а то от него ни одного письма не было.

Да, ты получил уже медаль или нет? Вам уже месяца три как отсюда отправили на военкоматы награды. Напиши.

Жмём краба!

С уважением КамАЗисты!

Пиши побольше про гражданку, а то мы вообще здесь одичали!

02.07.85г.

Дома на гражданке, после дембеля, я часто вспоминаю своих друзей. Они в Кабуле, а я в Москве. Сколько еще испытаний выпадет на их долю и каково им там сейчас?

Удачи вам однополчане!