# Степень риска

Б Карпенко

Степень риска


В ноябре 2006г. исполняется 50 лет с момента подавления контрреволюционного мятежа в Венгрии 1956г. (так именовалось в то время это событие). Много воды утекло с тех пор, успел развалиться некогда могучий Советский Союз, а вместе с ним и так называемое социалистическое содружество с последовавшей за ним переоценкой ценностей. В настоящее время события 1956г. именуются в Венгрии "народной революцией"...

Боевые действия частей Советской Армии на территории Венгрии в 1956г. явились достаточно крупным эпизодом в истории Вооружённых Сил, т.к. в этот период было задействовано большое количество войск различных родов, а в целом все Вооружённые Силы бывшего Союза были приведены в состояние повышенной боевой готовности.

В достаточно полной мере представлены события 1956г. в Венгрии Максимом Калашниковым в его книге "Битва за небеса" (Крымский мост - 9Д, НТЦ "ФОРУМ", Москва, 2000г.), показаны основные движущие силы, мотивы и цели. Книга содержит информацию о гибели командирского экипажа бомбардировщика Ил-28, выполнявшего боевое задание в районе г. Будапешта.

Автору данной статьи пришлось служить в авиачасти, в состав которой входили члены погибшего экипажа, и быть непосредственным участником и свидетелем событий 50-летней давности. Считаю своим долгом раскрыть характер боевой деятельности авиачасти и обстоятельства гибели экипажа. Статья посвящается моим сослуживцам, лётчикам и штурманам второй разведывательной эскадрильи 880 БАП.


-- Комэска

В соответствии с международным договором 1955г. о нейтралитете Австрии с её территории была передислоцирована на территорию Венгрии 177 Гвардейская бомбардировочная авиадивизия, вошедшая в состав особого механизированного корпуса. На вооружении дивизии находились современные по тем временам фронтовые бомбардировщики Ил-28, экипаж которых состоял из трёх человек: пилота, штурмана и стрелка-радиста. С изменением места дислокации дивизия была доукомплектована молодыми экипажами, в составе одного из них пришлось служить автору данной статьи в отдельной разведывательной эскадрилье 880 бомбардировочного авиаполка (БАП), дислоцировавшегося в г. Дебрецен (порядка 120км от западной границы бывшего СССР).

Командирский экипаж эскадрильи тоже состоял из трёх человек: пилота (он же командир эскадрильи), штурмана (он же штурман эскадрильи) и стрелка-радиста (он же начальник службы связи эскадрильи). Командиром эскадрильи был капитан Бобровский, штурманом эскадрильи - капитан Кармишин, а стрелком-радистом - старший лейтенант Ярцев. В ВВС командира эскадрильи принято называть "комэска", мы своего командира тоже так звали.

Жили мы в военном городке в офицерском общежитии, а семейные офицеры жили в центре города, где им был выделен красивый дом с парадным выходом на городскую площадь.

Наш комэска был человеком общительным по натуре, понимал юмор и сам не прочь был пошутить. В общежитие к нам заглядывал довольно часто, обходил все комнаты, интересовался бытом своих подчинённых и проводил воспитательную работу в форме свободной беседы на любую тему. Обход он начинал обычно с комнат старичков, т.е. людей, служивших в полку ещё со времён нахождения его на территории Австрии. В каждой комнате старичков на стенах висели красивые австрийские ковры, а на столах или полках лежали комплекты грампластинок Петра Лещенко. Мы частенько заглядывали к старичкам послушать Лещенко, а иногда и просто поговорить. Пётр Лещенко жил за пределами СССР, имел свой оркестр и исполнял свой репертуар на русском языке. Ввоз грампластинок в его исполнении на территорию СССР в то время запрещался.

Комэска начинал свой вояж по общежитию с посещения комнат старичков и обязательно находил причину для взбучки. Причиной могли быть наличие пустых неубранных бутылок из-под пива или вина, грязная обувь, неубранная кровать, окурки на столе и т.д. К молодёжи он относился несколько по-другому, знал каждого по имени, год и место рождения, интересовался наличием родственников и сообщениями из дома, что читаем в свободное время. Конечно, после военного училища ещё не успела выветриться курсантская привычка быть аккуратным и содержать в чистоте своё жильё, одежду, обувь и себя. За порядком в своей комнате мы, конечно, следили. А когда по нашей инициативе были приобретены новые красивые покрывала на кровати, то вид нашей комнаты совершенно преобразился. Комэска в одно из своих посещений был изумлён внешним видом комнаты и тут же привёл сюда старичков с тем, чтобы они учились у нас соблюдать порядок в общежитии, и устроил им очередной разгон. Старички стали на нас обижаться, мол, из-за вашего чистоплюйства комэска нас совсем затюкал, и считали, что он к ним чрезмерно строг. В профессиональной подготовке он предъявлял к ним более жёсткие требования, чем к нам, тонко понимая при этом, что молодёжь надо воспитывать и скрупулёзно формировать профессионалов. Стоило кому-нибудь из старичков-пилотов сделать посадку машины неудачно, с каким-нибудь дефектом, или штурману не положить бомбы в цель, комэска подвергал этот факт тщательному анализу публично и находил выражения, сбивавшие с провинившегося всякую спесь, зазнайство или высокомерие. Правда, в случае откровенного расстройства провинившегося из-за неудачи комэска умел тактично подойти к нему и успокоить, что, мол, с кем не бывает, ну промазал - так учтёшь в следующий раз, все мы набиваем себе шишек и учимся на своих ошибках.

Проверка тревожных чемоданов была у него, как мы выражались, любимым занятием или просто хобби. Каждый офицер обязан был его иметь с полным комплектом самого необходимого на случай экстренного изменения места базирования. В список содержимого входили и деньги в сумме 25 рублей в масштабе тех времён. Обычно перед получкой они редко там у кого были, в такие моменты комэска и устраивал проверки и в случае отсутствия чего-нибудь следовало внушение, а при отсутствии денег - обязательно наказание. А связано это было с уроком, который комэска получил в начале войны, когда немцы подвергли наш аэродром сокрушительному разгрому и ему чудом удалось выскользнуть из этого кромешного ада, благодаря тому, что он в нательном белье быстро прибежал на аэродром, запрыгнул в самолёт и успел улететь на запасной аэродром, где довольно долго ему пришлось пребывать в таком виде.


-- Мятеж

В одну из осенних пасмурных ночей 1956г. вдруг была объявлена боевая тревога. Все были в недоумении и спрашивали друг у друга - почему боевая, а не учебная. К учебным мы привыкли и считали их в порядке вещей, а тут вдруг боевая. Не ошибка ли это?

Спешным порядком получили табельное оружие, погрузились в автомашины и прибыли на аэродром. Командир полка распорядился построить личный состав полка и проинформировал нас о том, что на территории Венгрии вводится военное положение, связанное с тем, что контрреволюционные элементы организовали в стране мятеж, сформировали боевые вооружённые отряды, проводят террор в стране, уничтожают коммунистов, полицию, КГБ и требуют немедленного вывода наших войск с территории Венгрии. Как оказалось на практике, отряды были действительно хорошо организованы и вооружены. Во всех учебных заведениях нелегально проводилась организационная работа с венгерской молодёжью по формированию и обучению отрядов. Была обеспечена доставка оружия с территории Западной Германии через специально организованный коридор на границе с Австрией.

Рабочий день стал теперь почти круглосуточным, уезжали рано и возвращались домой поздно. Планировались вылеты только для выполнения боевых заданий и только хорошо подготовленных экипажей из старичков, а мы, молодые, помогали обслуживать машины и несли караульную службу по охране аэродромных объектов и всего нашего военного городка.

В связи со сложившейся обстановкой командование приняло решение ввести войска в столицу и демонстрацией военной силы развеять митингующую молодёжь. В Будапешт были двинуты танковые колонны без права открывать огонь. Танковые колонны на узких улицах города явились хорошей мишенью. Мятежники останавливали колонну изощрённым способом, положив перед головным танком на проезжую часть улицы грудного ребёнка. Колонна останавливалась и подвергалась прицельному огню из окон и подвалов домов. В отдельных случаях они прибегали к другому способу - подбивали или поджигали головной и замыкающий танки колонны, колонна оказывалась "в мешке" и терпела сокрушительное поражение. Было сделано несколько попыток утихомирить митингующих демонстрацией силы без открытия огня, но все они терпели неудачу с большими потерями для нашей армии. В этой связи правительство СССР приняло решение о ликвидации мятежа вооружённым путём. Вновь были двинуты воинские части в Будапешт, но уже с правом открытия ответного огня. В такой ситуации толпы митингующей молодёжи были быстро развеяны и перешли к тактике борьбы с войсками путём создания мощных очагов сопротивления с главным штабом, расположенным в подземных помещениях самого крупного кинотеатра Corvin.


3. Несостоявшийся удар

Во избежание больших потерь в случае взятия Corvinа штурмом командование приняло решение о нанесении по штабу мощного бомбового удара. В нашей дивизии был объявлен поиск добровольцев, способных нанести такой удар с малой высоты. Промах в этом случае должен быть исключён, т.к. Corvin со всех сторон окружён нашими войсками. Несколько экипажей из дивизии изъявили желание изучить ситуацию на месте, прежде чем принять решение, стали совершать разведывательные вылеты, изучать цель и осуществлять поиск оптимального варианта нанесения удара. Прицеливанию по цели с малой высоты сильно мешал дым от многочисленных пожаров в городе, получалось так, что наступал момент сброса, а цели в оптическом прицеле было не видно. Потенциальные добровольцы, изучив ситуацию, вынуждены были отказаться от такой авантюры, т.к. в случае нанесения удара по своим можно было угодить под трибунал.

Но командование это не остановило, и оно нашло других добровольцев в Союзе. В полк прибыли два экипажа, так называемые "мастера бомбового удара с малых высот". В полку к ним быстро приклеили ярлык "мастера", они об этом знали и изо всех сил старались не ударить лицом в грязь. Им предоставляли всё, что они требовали. Они также стали совершать многочисленные разведывательные вылеты для поиска подходящего способа нанесения удара. И вот, наконец, наступил день, когда их стали готовить к боевому вылету. Загрузили бомбоотсеки обеих машин смертоносным грузом, отбуксировали машины на старт. Машины взлетели и скрылись из виду. Мы с нетерпением ждали результатов деятельности "мастеров". И вот через 1 ч. и 50 мин. машины появились над аэродромом и одна за другой приземлились. С грузом бомб посадка считается аварийной и не допускается, надо где-то от груза освобождаться. А в данной ситуации освободиться можно только над целью или на учебном авиаполигоне. "Мастера" упрямо уходили от прямого ответа на вопрос: "Цель накрыта или как?" Вскоре выяснилось, что "мастера" не подтвердили своё громкое имя, ситуация оставалась точно такой же, как и с нашими экипажами, т.е. наступал момент сброса, а цели в прицеле из-за дыма было не видно. Сделали по несколько заходов с разных направлений и высот, но подходящего момента для сброса не нашли, а на авось сбрасывать не рискнули.

Доложили обстановку на КП и запросили разрешение на возвращение через полигон. Разрешение было дано с условием сброса груза бомб на полигоне на "невзрыв". Оба экипажа с Будапешта взяли курс на учебный полигон, освободились от груза и вернулись в Дебрецен.

Так бесславно закончилась деятельность "мастеров" в нашем полку, после чего они быстро исчезли.


-- Боевое задание

Чтобы окончательно подавить очаги сопротивления, наша разведывательная эскадрилья получила приказ на проведение фоторазведки г. Будапешта и его окрестностей. Весь район предполагаемой разведки был разделён на четыре зоны, из состава эскадрильи было выделено четыре хорошо подготовленных экипажа: командирский экипаж Бобровского и три звеньевых экипажа Серова, Хромова и Марченко.

Выполнение фоторазведки было запланировано на 7 ноября 1956г. В район разведки заблаговременно вылетел разведчик погоды, по его сообщениям погода была благоприятной для выполнения задания.

Два экипажа выполнили задание в полном объёме и благополучно вернулись на базу, а третий в районе разведки в своей зоне попал под обстрел, рисковать не стал, сделал противозенитный маневр и ушёл в облачность. Доложил на КП об обстреле и запросил разрешения у руководителя полётов на прекращение задания. Разрешение было дано, и экипаж вернулся на базу.

Четвёртым на задание вышел комэска Бобровский. Ему был выделен южный район Будапешта и его окрестностей с наличием крупных промышленных предприятий, выпускавших автобусы "Икарус", мотоциклы "Панония" и другую продукцию.

Фоторазведка выделенного участка должна была производиться несколькими челночными заходами с заранее рассчитанным режимом скорости, высоты и курса. Экипаж подошёл к заданному району, доложил на КП, получил разрешение на выполнение задания и приступил к его выполнению. Рядом с машиной справа и слева по борту неожиданно появились вспышки разрывов, вслед за разрывами образовались шарообразные желтоватые облачка. По обшивке застучала дробь мелких осколков. Вдруг машину резко тряхнуло. Получив прямое попадание, она потеряла управление и, беспорядочно кувыркаясь и дымя, пошла к земле. Связь руководителя полётов с экипажем прервалась. Находившиеся на аэродроме свободные от работы экипажи ничего не знали, но когда время от момента взлёта комэска перевалило за 2 часа, личный состав полка загудел, как потревоженный улей, потому что каждый знал о том, что Ил-28 без подвесных баков не может находиться в воздухе более 2 часов. На КП часто раздавались телефонные звонки, со стоянок эскадрилий люди наводили справки о Бобровском, но вразумительного ответа никто получить не мог. Было ясно одно: что-то всё-таки случилось.

И только с наступлением темноты всё стало известно. Командир авиаполка построил личный состав полка и произнёс речь примерно такого содержания: "Сегодня, 7 ноября 1956г., в день 39-й годовщины Великой Октябрьской социалистической революции при выполнении боевого задания в районе г. Будапешта был сбит экипаж командира эскадрильи капитана Бобровского. По предварительным данным машина при падении взорвалась, все члены экипажа погибли. Почтим память наших погибших товарищей минутой молчания". Строй снял головные уборы и минуту стоял молча, шокированный таким сообщением. От такой новости люди долго не могли прийти в себя.


5. Степень риска

По возвращении домой на скорую руку накрыли стол, помянули погибших и стали бурно обсуждать факт гибели командирского экипажа.

Каждый мнит себя стратегом, видя бой издалека. Примерно так звучит народная поговорка, отражающая суть анализа создавшейся ситуации с гибелью экипажа. Однако, трудно отделаться от мысли о том, что ответы на некоторые возникающие в связи с этим фактом вопросы лежат на поверхности. Ведь было уже известно о наличии зенитных средств в данном районе из сообщений экипажа, попавшего под обстрел. Поэтому экипаж Бобровского должен был получить инструктаж о своих действиях в случае попадания под обстрел.

Но комэска, попав под обстрел, не сделал противозенитный маневр, а продолжал следовать прежним курсом, тем самым дал возможность зенитчикам сделать пристрелку и поразить цель.

Каждый экипаж, получая задание, стремится выполнить его как можно лучше. Кому же приятно возвращаться с задания, не выполнив его? Однако, не каждый может оценить реально сложившуюся ситуацию и принять правильное решение. Командир звена, попавший под обстрел, вовремя ушёл из зоны обстрела, тем самым спас экипаж и машину, здраво рассудив, что фоторазведку можно произвести после подавления зенитных средств. Комэска же, видимо, посчитал ниже своего достоинства возвращаться с задания, не выполнив его, за что жестоко поплатился.

Зная характер комэска и прогнозируя развитие событий по такому сценарию, мы считали их наиболее близкими к реальности, наиболее вероятными.

Далеко не каждый человек обладает способностью быстро анализировать сложившуюся ситуацию, прогнозировать возможное развитие событий и хладнокровно принимать единственно правильное решение. Разглядеть эту способность в человеке весьма не просто. Только многократно попадая в критические ситуации и с честью выходя из них, человек может раскрыть в себе эту способность.

Как выяснилось впоследствии, одна из зенитных частей ПВО Венгерской Армии, имевшая на вооружении наши средства ПВО и расположенная в данном районе, перешла на сторону мятежников и вела боевые действия против нашей армии. В целом же Венгерская Армия сопротивления нашим войскам не оказала в силу того, что места дислокации частей армии были блокированы нашими войсками.

Собранные на месте падения останки были доставлены в г. Дебрецен, разложены по трём цинковым гробам и выставлены в гарнизонном доме офицеров для траурной процедуры прощания. Личный состав полка отдал последние почести погибшему экипажу, после чего останки были погружены в грузовой самолёт ЛИ-2 и отправлены в г. Львов, где погребены на братском кладбище. Постановлением Президиума Верховного Совета СССР каждому члену экипажа посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза.


Эпилог

После подавления контрреволюционного мятежа в полку упорно ходили слухи о том, что якобы венгры в районе падения экипажа передали командованию одной из артиллерийских частей тело русского лётчика. Это был якобы стрелок-радист, начальник службы связи эскадрильи старший лейтенант Ярцев, который вторично был похоронен на братском кладбище в Будапеште. Насколько эти слухи соответствовали действительности, выяснить в своё время не представлялось возможным.

В материалах статьи освещены реальные события, имеющие место в истории более чем 50-летней давности, указаны настоящие фамилии и должности. Многих участников и очевидцев данных событий уже нет в живых, но многие ещё живы и хорошо помнят события тех времён. К вам, дорогие мои соотечественники, земляки и друзья, обращаюсь я с настоятельной просьбой сообщить через прессу или мне лично об известных вам деталях биографии героев и их гибели с тем, чтобы более детально осветить отдельные моменты их жизни и смерти, которые не вошли в данный материал. Этого требует долг каждого из нас перед погибшими и их родственниками.

Голубой мечтой автора данной статьи является организация встречи ветеранов 2-ой разведэскадрильи. Но поскольку организация такой встречи дело трудновыполнимое в силу известных причин, то весьма желательно было бы для начала наладить переписку друг с другом.

Заранее всем вам признателен и благодарен.


Б. КАРПЕНКО, капитан в отставке, karpenkoab(at)mail.ru