# Вид на жителей Израиля

Дина Ильинична Рубина

ВИД НА ЖИТЕЛЕЙ ИЗРАИЛЯ


Что касается местожительства, то скажу твердо: я свой балкон ни на какие версали не променяю. Нависает он над Вади Эль-Хот, древнейшей дорогой в Иерусалим, дорогой, по которой паломники и завоеватели всех мастей поднимались из Иерихонской долины в этот непростой и непокорный город. Всегда проходили здесь торговые караваны, разные люди встречались, передавались из уст, что называется, в уста предания старины...

Ну а мой балкон -- тоже до известной степени перекресток путей, место встречи проезжих людей... Редкая залетная птица, щебечущая по-русски, пролетая над Иерусалимом, не присядет на мой балкон. Шендерович подтвердит: сам сидел недавно, орешки клевал, клюв в вине замочил, байки рассказывал.

Самые разные темы питают здешние разговоры под оклики муэдзина с минарета соседней мечети.

Я даже задумываюсь в последнее время: не завести ли новую рубрику -- "Байки с моего балкона"?

Дня три назад, к примеру, оказалась здесь моя приятельница, профессор из Бостона Анна Гейфман, специалист по истории и психологии современного террора, автор книги на английском языке "Смерть будет вам Богом (От российского нигилизма до мусульманского терроризма)". В этой книге, кстати, автор подробно описывает методы, которыми создают профессиональных террористов. Описывает "фабрику смерти", дьявольское производство террористов-самоубийц: жесткий отбор в группы, психологическую подготовку, социальную инженерию, поэтизирование смерти. Аня говорила весь вечер, а я вкратце перескажу основное.

-- Политические-то убийства существовали испокон веков. Но массовый террор против гражданских лиц -- это достижение двадцатого века. И, как ни удивительно, зародился он в России. Например, мало кому известно, что за несколько лет первого десятилетия нового века была осуществлена 21 тысяча покушений, из них 17 тысяч "удачных".

Мало кто знает, что упавшие башни 11 сентября имели свой российский прообраз: боевая организация эсеров в начале века планировала уничтожить дворец в Петергофе при помощи летательного аппарата. А член боевой питерской организации большевиков Наталья Драбкина перевозила взрывчатку на теле собственной четырехлетней дочери...

...Анна оказалась в Израиле в составе группы американских наблюдателей -- юристов, журналистов и политологов, которые совершили подробный и познавательный вояж по израильским тюрьмам.

В тот день, когда Аня сидела на моем балконе, Израиль обязался освободить еще одну партию палестинских заключенных. Много чего за две недели повидавшая в Израиле и совершенно обалдевшая Аня пересказывала диалог между американским журналистом, борцом за права заключенных, и высоким чином внутренней разведки Израиля.

-- Вы считаете этичным применение пыток? -- спросил борец за права заключенных.

-- Что вы называете пытками? -- вежливо уточнил высокий чин.

-- Ну, например, не давать подследственному спать...

-- Послушайте, -- внешне не теряя благорасположения, произнес офицер. -- А вы представьте ситуацию, когда нам удалось схватить и обезвредить террориста и он сидит передо мной, нагло развалясь. Смертной казни у нас, видите ли, не существует. Поэтому, что бы он ни натворил, у него всегда есть надежда, что года через два-три-пять он может выйти на свободу в обмен на тело какого-нибудь убитого израильского солдата. Вот он сидит передо мной, но я-то знаю, что еще два таких типчика вместе с ним вышли из Шхема вчера утром и бродят где-то в поисках автобуса, или дискотеки, или детского сада. Время идет, счет идет не на часы, а на минуты... И что -- он у меня будет спать? -- вкрадчиво осведомился толстый и на вид вполне добродушный дяденька. Повисла пауза.

-- Нет, он у меня спать не будет! -- закончил офицер.

И надо было видеть, с какими вытаращенными глазами специалист по террору, повидавший несколько израильских тюрем, описывала условия, в которых живут убийцы. Да еще накануне группу возили на корабли израильского военного флота, и у "борцов" была возможность сравнить весьма жесткие и тесные условия жизни военных моряков на подводных лодках и просторные камеры с телевизором, где бодрые, упитанные террористы встречают "борцов за права" требованием немедленно сообщить еще адреса правозащитных организаций в Европе и Америке.

-- Мы приехали с Севера после целого дня поездок -- уставшие, голодные... Подоспели к самому тюремному обеду. Увидели эти фрикадельки... ох, как захотелось присоединиться к трапезе... Не дали!

До поздней ночи сидим мы на балконе. Сверкает извилистая цепочка фонарей на старинном пути паломников, торговых караванов и странников разных сортов и мастей.

Я стелю гостье постель и напоследок перед сном открываю газету.

И по известному принципу "притяжения сюжета" первым делом натыкаюсь на маленькую заметку, в которой сообщается, что двое амнистированных палестинских заключенных отказались выходить из тюрьмы. И далее по тексту: "Дело в том, что один из них решил продолжить учебу на аттестат зрелости в рамках учебной программы Управления тюрем, а второй предпочел остаться в камере с братом. Палестинские заключенные выразили удовлетворение тем, что в израильских тюрьмах им создаются все условия для сдачи экзаменов на аттестат зрелости".

И уже засыпая, думаю: не совершить ли мне чего? Отдохнуть, подучить иврит, закончить бесплатные курсы по античной, например, этике...