# 406-й блокпост

Александр Ржевский

На закате мы выдвинулись в горы с задачей к утру достичь северо-западной окраины Агишты, и шли всю ночь, оставляя на вершинах блокпосты. Но затем, как это часто бывает на войне, кое-что пошло не так.

Лето 1995 года. 406-й блокпост - это минометная батарея второго батальона 106 сводного полка морской пехоты, оседлавшая высоту 852,4 в трех километрах к западу от населенного пункта Агишты и в семи километрах северо-восточнее населенного пункта Улус-Керт. Эти места станут известны всей стране через пять лет, когда там погибнет 6 рота Псковской дивизии ВДВ, а пока что о них не знает никто или почти никто.

Атака в лоб на Агишты не удалась. Северяне и тихоокеанцы продвинулись вглубь ущелья на 2-3 километра, потеряв 11 человек двухсотыми, и закрепились, а наш батальон был брошен в обход, со стороны Дуба-Юрта, для флангового удара. На закате мы выдвинулись в горы с задачей к утру достичь северо-западной окраины Агишты, и шли всю ночь, оставляя на вершинах блокпосты. Но затем, как это часто бывает на войне, кое-что пошло не так.

Мы сидим в горах третьи сутки. Нас пытаются выбить, но безуспешно. Мы злы. Мы прошли по горам полтора десятка километров с минометными вьюками на горбу. От минометов здесь толку ноль - кроны деревьев смыкаются над головой. В батальоне потери. Пятерых потеряли в первый день при отходе от Сельментаузена, куда забрели, сбившись с маршрута. Ночью соседний блокпост накрыли из "Василька" - семь двухсотых, двадцать два трехсотых. Еще бы, целая рота на пятачке размером с волейбольную площадку.

В нашей батарее пока все целы, не считая моряка, сломавшего ногу на марше, и сержанта, сжегшего ягодицу щелочью из аккумулятора "Луча"*. У нас нет жратвы, кончилось курево и боеприпасов в обрез. У нас нет ни одного ночного прицела, сели батареи в ночных биноклях, и ночью мы стреляем одиночными вслепую на хруст веток. Нам не отвечают - у них тоже нет ночных прицелов и на исходе патроны.

На других блокпостах нет воды, и там собирают по утрам росу. Нам повезло, у нас вода есть - покрытая зеленой тиной лужа, в которой живет лягушка и целая туча головастиков. Воду можно набрать в котелок, бросить туда, выудив головастиков, таблетку пантоцида, дать отстояться и аккуратно перелить во флягу. Лягушка до победы не дожила - ее съели прибившиеся к нам на второй день разведчики из 7 ВДД.

Мы слушаем эфир. Противник к исходу вторых суток выдохся, вместо него возникла целая куча штабных героев, возжелавших порулить войсками и наградить себя орденом. Требуют доложить обстановку. Идите нахер вместе с ней.

Броня, идущая нам на выручку, застряла - заглохла одна коробочка, перекрыв дорогу остальным. Пока ее пытаются сдернуть, за трехсотыми приходит вертушка. Пилот просит обозначить себя ракетами, обозначаем, он собирается заходить на посадку, но его заворачивают обратно. Какой-то умник с большими звездами вспомнил, что Ми-восьмому для посадки нужна площадка 50 на 50 метров. Летун возражает, что ему достаточно зацепиться одним колесом: "Я в Афгане и не на такие з@лупы садился!" - но добро ему не дают. Двое тяжелых трехсотых тем временем становятся двухсотыми.

На батальонной частоте неожиданно появляется дух, истошно вызывающий какого-то Аслана, и эфир взрывается серией пожеланий и ему, и Аслану. "Все, все, ухожу", - отвечает дух, и... уходит. Тут все, похоже, обезумели.


* - комплект освещения минометного прицела.