# Пиратские клады так просто не даются

Максим Сергеевич Шатуров

Будь осторожен, если вспомнились приключения юности, и пришло решение тряхнуть стариною! И особенно, если решил поделиться этим с детьми! Ведь простенький поход за придуманным кладом может превратиться в настоящую битву со стихией...

Пиратские клады так просто не даются


Нет, когда-нибудь, я всё же сниму про это фильм.

Не сегодня. И, возможно, не завтра. Но вот сяду, продумаю структуру, выделю 3 части, добавлю злодеев, ключевые моменты и повороты и напишу сценарий... Но это потом...

А пока налью себе стаканчик самопального яблочного вина и буду вспоминать...


- Папа! Папа! Меня Олеся за компьютер не пускает!

Папа, хрипя от отдышки, тряся жирами, ползёт в гостиную разбираться, что там не поделили детки...

Нет, так нельзя! Дети интересуются только играми. Папа, набравший 125 килограмм жировой массы, ощущает, как здоровье тает где-то там, в прошлом, когда каждое утро начиналось с кросса...

Всё! Плевать! Беру отпуск, и - в горы! В горы, в горы, в горы!

Туда, где звенят водопады! Туда, где ветер играет на валторнах ущелий... Туда, где солнце жарит взмыленную от пота спину, а родники дарят прохладу и силы...

Гори оно всё синим пламенем! Пора!

- Папа! В походе - скука! Давай мы поедем на море, но будем дома?

Боже! Как расшевелить детей? Олеся - дочка - рада походу. Но вот сын, Севка, думает только о компьютерных играх...

Об играх...

Во что он там играет-то? Мальчик шестилетний... Хочет быть военным, а глаза уже ничего не видят...

Зомби... Пираты...

Клад...

А у меня на работе стоит кружка, привезённая из Абхазии... Бамбук... Фотография Рицы нанесена... Внутри - коллекция гильз, пуль и осколков, собранная в те годы, когда я ещё мог с лёгкостью пробежать 20 километров... А ещё там - мелочь...

Бабушка как-то сказала: 'На медяках - икона. Георгий Победоносец. Негоже их выкидывать и попирать ногами!'

Я, конечно, посмеялся... Но были годы, когда каждую копейку берёг, как зеницу ока... А тут ещё такой посыл. Икона - не икона... Но кто-то горбатился за эту денежку. Негоже ей на земле валяться...

Ну и пошла привычка как-то подбирать медяки, да копейки. А куда их деть? Ну в храме можно в кассу ссыпать в дополнение к пожертвованию. Только вот в храм я хожу очень нечасто...

И появилась идея - складывать медяки в кружку на работе. Авось, пригодится?

Тут и коллеги подключились...

И набрался у меня в кружке килограмм монет. Сдать на цветмет - рублей 400, наверное, будет. Хотя, не знаю. А так - 87 рублей, что ли, если мелочь пересчитать...

Так и лежали бы они. Если бы не фраза Севки о том, что походы - это скука...


Так. Тут где-то была у меня красивая коробочка... Впрочем, и без неё обойдёмся... Пакетик. Нормально. Пересыпаем мелочь...

- Макс, заявление на отпуск подписали - объявляет начальник.

Отлично! Я уже душою и сердцем там, в горах...

Да, Олесенька, когда ей было 5 лет, поднималась с нами на Амткял. Но тогда в поездке принимала участие толпа взрослых.

А как будет сейчас? Ведь Севе только 6 лет...

Так, далеко от людей отходить нельзя...

Куда сводить детишек? О! Каманы! 3 километра вверх по руслу Гумисты и будет замечательный мыс с красивой поляной. Рядом - фантастическая расщелина с водопадом! Рыбалка. Шашлык приготовим. Поиграем в какую-нибудь 'Зарницу'. А под финал найдём клад!

Те места я знаю. Рос там. По памяти рисую карту. Но не просто карту.

Нашёл старый, полуистлевший лист бумаги. Рисую на нём. Настоящая пиратская карта! Теперь Севка забудет про свои компьютеры! Однозначно! А клад у нас будет спрятан у входа в расщелину с водопадом. Вот тут... Нарисую сейчас жирный крестик... Прямо как в кино!


- Эй, воробей! Смотри, что у меня есть?

- Что? - Севка с любопытством смотрит на взмыленного папу, ввалившегося из жаркого летнего вечера в прохладу квартиры.

- Смотри! - достаю карту.

- Опа! Так! Это же план!

- План?

- Ну план с кладом! Я видел такие! Это план, где клад зарыт!

- Карта, Сева, карта. Пиратская карта!

- Папа! - глазки загорелись - А это настоящая пиратская карта?

- Ну, заяц, а ты как думаешь?

- Думаю, да... А мы найдём этот клад?

- Ну, думаю, да... А ты как думаешь?

Не прошло и пяти минут, как Севка прибежал в мой кабинет. Нацепил полевую фуражку, надел матросский тельник не по размеру, за спиною - дранный вещмешок, на поясе - портупея с пустою кобурою. Всё, что сыскал - напялил: 'Папа! Поехали клад искать!'

Ну что же... Поехали... Только билетов нет на поезд... А так, да - без разговоров. Хоть сейчас...


До отпуска осталось меньше двух недель.

Весь отдел время от времени бросает работу, открывает сайт РЖД и пытается заказать билеты.

Самолёт слишком дорог для меня. Нет, если заказывать за полгода, то долететь до Адлера можно дешевле, чем доехать в некоторых поездах плацкартой. Да только нету у меня этого полугода... И месяца нет. Заявление подписано. Надо ехать.

Уже подписался на все рассылки, уведомляющие о появлении свободных мест в поездах... Уже задействованы все дисконты на самолёты...

Но время неукротимо. Час начала отпуска близится. А билетов нет...


Жена в этот раз в Абхазию не едет. Она устраивается на брутальную должность - водитель автобуса. Нашла себя. Любит водить. Любит технику. Любит людей. Правда, любит, в том числе, и побить иногда людей... Но это издержки общей любви...

Сидим на кухне.

- Маш, билетов нет.

- Ну, оставайтесь дома. На реку походите. В лес. Что, тут лесов мало?

- Слушай. А если на автобусе поедем?

- Ты сума сошёл? С детьми автобусом?

- Ладно. Это был не вопрос. Это было утверждение...

- Макс, ты упёртый... Вот зачем тогда так говорил? Сказал бы просто: 'Маша, мы едем автобусом!'

- Хорошо. Маша. Мы поедем на автобусе.

- Я против.

- Бывает. И что дальше?

- Я поняла. Вы едете автобусом... Пойду собирать вещи.

- Нет. Ты сейчас билеты нам закажи...Вот моя банковская карточка...

- Ты охамел! Я же против... Ладно... Закажу... Хам! Хамло! Морда наглая!


Автобус Москва-Адлер оказался комфортнее купе РЖД.

На многих остановках можно помыться. Душ в мотеле стоит 20 рублей. В сумму входят одноразовые тапочки, гель и сама кабинка.

А Краснодаре прошла смена бригады. Водители, ехавшие по равнине сменились водителями, которые водят в горах.

Спать неудобно, это да. Особенно детям. Но это не смертельно.

А так. Севке тяжело было. Он постоянно пытался бегать по салону для того, что бы поиграть с кем-нибудь. Водители его ловили и усаживали в кресло: 'Ни дай Бог нас кто-то подрежет - ребёнок полетит, как мячик! У нас тормоза-то какие - с 50 километров в час мгновенно остановимся! Нельзя ему по салону ходить!'

На Сочинском серпантине Севку укачало. Пришлось выйти до завершения поездки - в Сочи.

Передохнули... Тут подошёл армянин: 'Вам куда?'

- На Псоу.

- 1200 и едем!

- 1200 с человека?

- Нет, за поездку в целом.

- У тебя что за машина?

Новый знакомый машет рукою в сторону микроавтобуса 'Хюндай'.

Я интересуюсь: 'Сколько мест в салоне?'

- Десять.

- У нас есть 10 минут времени?

- Оуф, дорогой! Хоть полчаса!

Я бегу на стоянку автобусов: 'Эй, народ! Кто в Абхазию?!'

Сразу обнаружилось множество желающих.

- По 120 рублей с человека, и нас прямо до КПП довезут!

Спустя 20 минут мы высаживаемся прямо перед проходной на российско-абхазской границе. 120 рублей с человека за всё удовольствие. Мне, правда, пришлось платить и за сына. Но, считаю, это не дорого...


- Дорогой! Сюда проходи! - администратор стоянки, узнав, куда нам ехать, ведёт к 'Газели'.

Я на ходу набираю жене: 'Машуль, доехали. Уже в Абхазии. Севку укачало немного...'

- Уора? Ребёнка укачало? - администратор ловит меня за руку в момент, когда я кидаю в багажник 'Газели' рюкзак.

- Да. На Сочинском серпантине...

- Так. Подождите. Забирайте вещи! 20 минут подождите! Я сейчас всё сделаю!

Администратор что-то обговаривает с водителем, а потом кричит группе туристов, медленно поджаривающихся в лучах раскаленного солнца поодаль от нас: 'Дорогие! Давайте в эту машину! Она вас сейчас отвезёт, где и куда надо!' - а потом в салон: 'Извините, уважаемые! Сейчас высадитесь тут! Недоразумение! Я вас не туда посадил!'

Пассажиры, злобно ворча, выбираются из душного салона раскалённого микроавтобуса. Вытаскивают свои вещи. Ругаются. Спорят...

Счастливые туристы запрыгивают в старенькую 'Газель', и она, изрыгая клубы дыма уносится прочь.

Мы стоим в недоумении...

И вдруг на место 'Газели' подъезжает большой просторный автобус.

- Так, детей вперёд! Сюда-сюда присаживайтесь! - администратор усаживает детей на передние сиденья - Вот тут кондиционер включается, если плохо станет, или жарко. Вот тут можно просто вентилятор включить. Понял? - обращается к Севе...

Я занимаю место рядом с водителем.

- В гости?

- Нет. Домой.

- Домой... Это хорошо. Дома и стены помогают... Ну что, поехали?!


Китайская жестяная дверь, слегка скрипнув, отворилась...

Здравствуй, дом...

Под балконом раздался гудок - водитель довёз нас прямо до подъезда.

Я ощущаю огромное чувство благодарности. И запах... Запах собственного пота. Одежда пропитана им, словно губка водою... В душ? Да, в душ!

В Синопе водоснабжение идёт из реки Келасур. Из горной реки...

Раньше я под холодным душем мылся без проблем. Даже в казарме, зимой, когда прорвало трубы отопления и на окнах был слой льда, я мог помыться из шланга в умывальнике... Но сейчас... Да ну его! На пляж! Там искупаемся, а к тому времени, глядишь, и бак с водою нагреется.

И вот, взяв с собою чистую одежду, мы топаем на пляж.

Море... Здравствуй море...


- Макс, вы купаться ходили? - Аслан выглядит озабоченным.

- Ну да. Мы же с дороги. Пока тен нагреется, часа два пройдёт. А мы потнющие были...

- Макс. У нас эпидемия. Из Сочи бактерия пришла. Больницы переполнены. На море лучше пока не купаться...

- Так мы на 'Чайку' ходили - 'Чайка' - это причал на пляже, который когда-то считался элитным.

- Тем более - мрачно произносит Аслан...

- Аслан, хочу детей в Каманы сводить. Сможешь сходить с нами?

- Макс. Сейчас все работают... Я работаю. Вадик работает. Дамей работает. Дато работает. Все заняты. Да и куда детей в горы поведёшь? Лет шестнадцать исполнится - тогда веди. Сейчас рано. Это горы. Мало ли что случится?

- Да мы от Каман на 3 километра отойдём - не дальше! Если что - сразу спустимся!

- Макс. Я против. У тебя младшему 6 лет. Как реку переходить будете?

- Я 'статику' возьму - переправы наведу.

- Макс... Я понимаю, ты упёртый... Но некому сейчас с тобою идти... Все работают...

- А Тимка? - Тимофей - сын Аслана.

- Тимка... Он в горах никогда не был... Он взрослый уже - спроси сам у него - я командовать не буду...


Вечером звонок от бабушки: 'Максим! Ты в Каманы? Дашу возьмёте?'

Даша - дочка близких знакомых бабушки. Когда в трудные годы бабушка работала в Москве няней, она смотрела за Дашей. Занималась её обучением. Очень привязалась к девочке. И теперь Даша, которой уже 16 лет, приезжает на лето к бабушке в гости.

Даше спустя несколько дней надо улетать в Москву. Но она дружна с Олесей. А ещё в Дашу тайно влюблён Тимка. Вот такие заморочки светлой юности...

- Бабушка, я иду один. Один из взрослых... Как бы такая ответственность...

- Даша поможет за Севкой смотреть! Очень прошу! Она так хочет в поход! Она в Каманах никогда не была! А ты же у нас такой опытный... Ты же там все места знаешь! Ты же каждый год туда ходишь! Ну возьми Дашку, очень тебя прошу!

- Бабуль, у меня песок уже изо всех щелей!

- Максимка! Ну я очень тебя прошу...

- Ладно. Собирайте рюкзак...

Не успел повесить трубку, снова звонок.

- Макс! Здорово! Я иду с вами! Что брать? - У Тимки в голосе радость.

- Палатку, верёвки, которые у вас лежат, еду. Удочки есть - возьми - половим рыбу. И фотик - там места очень красивые. Ну и спальник, если есть.

- О'кей, Макс! Я собираюсь!


'Букет Абхазии' в ближайшем магазине стоит 180 рублей.

Дети спят.

Я сижу на балконе.

На улице надрываются цикады. Где-то на горе мерцают огоньки редких домов. Я, словно в детстве, перечитываю похождения бравого солдата Швейка, выдыхаю клубы сигарного дыма и наслаждаюсь второй бутылкой вина. Нет, в детстве я сигары не курил и вино не пил. Но вот про Швека читал, помнится...

Жизнь удалась.

Завтра еду на рынок. Покупаю мясо. Заготовлю шашлык...

В кладовке 40 банок перловки и гречки с мясом...

Мачете... Да, вместо топора возьму мачете. Оно пружинит - рубить им опасно - но всё же оно более универсально...

Карабины. Так. Карабинов мало. Впрочем, уже месяц стоит жара. Подозреваю, что и верёвки не понадобятся. Так, на всякий случай возьму их...

Прогноз погоды посмотреть, что ли?

Да зачем? Вон, пьяные звёзды пляшут по бархату южного небосклона! Погода ещё с месяц продержится!

Так... Надо машину завтра найти. 16 километров до Каман не то, что дети - я сейчас не пройду... Эх... А ведь ещё 9 лет назад я даже более, чем планируемый маршрут пробегал за световой день! Почти 60 километров по горам проходил, выйдя из Синопа в 6 утра, и вернувшись в 8 вечера! Без рюкзака, правда... Хотя нет, один раз и с рюкзаком. Но не полным. Да уж.. Песок сыплется... Ну ничего! Скоро я вернусь в форму!

- Папа, меня тошнит! - прервал размышления голос Севы.

Так... Малой перегрелся...

Трогаю лоб. Да, горячий.

Отвожу ребёнка в туалет, а сам лезу в аптечку за противовоспалительным.

Севка выходит в коридор: 'Папа, мне лучше!'

- Ладно, или спать. Сейчас лекарство тебе дам...

Да где же эти таблетки?! 'Супрастин'. Не то. 'Панадол'... Его дать, что ли... Так, ещё покопаюсь...

- Папа, мне плохо!

Оборачиваюсь, а ребёнка рвёт в коридоре.

Да что с тобою такое?!

- Папа, у меня живот болит!

Японский бог! Ну-ка, на спину на пол!

Ощупываю живот. Нижняя правая четверть. Чуть надавил, резко отпустил...

- Папа, больно!

Приплыли. Море кончилось! Хмель, как рукою сняло.

- Алло! 'Скорая'? Ребёнок. 6 лет. Температура, рвота, боль в животе. Подозрение на острый аппендицит. Адрес...

Так, надо переодеваться... На мне рваные шорты и футболка без рукавов, в которой когда-то лазил по местным джунглям.

Вот и Олеся вышла из спальной.

- Лесюш! Одевайся! Едем в больницу!

Вдруг звонок: 'Добрый вечер! Машина приехала! Сможете ребёнка спустить, или подняться?'

- Смогу! - выпаливаю в трубку, и тут понимаю, что в чём одет, в том и поеду... - оперативно прибыли... Не прошло и пяти минут...

2 часа ночи. По раскалённым за летний день, пустынным улицам Сухума мчится 'скорая'. 'Мигалка' мечется в бешеном танце. Её луч выхватывает из мрака ночи переплетения южных зарослей, освещает их синим светом, превращая в фантастических животных, и вновь швыряет во мрак...

Рядом с нами сидит усталый врач. Он поглаживает Севку по руке и разговаривает с ребёнком, пытаясь успокоить. Фельдшер с красными от недосыпа глазами, что-то сообщает по мобильному в приёмный покой. А рядом со мною сидит Олеся и льёт слёзы: 'Мне Севу жаааалко! Что с ним бууудет?! Ему операцию будут делаааать?'

- Не плачь! - обращается к ней фельдшер - Возможно, это просто кишечная инфекция. У нас сегодня несколько десятков таких вызовов. Мы уже давно смену сдать должны были, а вот никак не можем - сейчас вас отвезём, и на следующий поедем. Уже 16 часов на дежурстве! Не переживай. Может, это и не аппендицит!


'Каталка'. Лаборатория. Анализы. Кровь из пальца. Кровь из вены. Снова измеряют температуру. Лаборанты носятся со своими центрифугами и микроскопами...

Ужасно усталый хирург ощупывает живот...

- Готовить операционную? - медсестра суетится у нас за спиною.

- Подождите...Что-то тут не то - хирург осматривает моего сына - В море купались?

- Да. Только сегодня приехали. Сразу на пляж пошли.

- Где купались?

- На 'Чайке'.

- Вы же из Синопа. Что так далеко пошли?

- Так там место лучше. Реки далеко. Вода тёплая...

- Это и плохо, что реки далеко и вода тёплая... - и, обращаясь к медсестре - Готовьте кабинет УЗИ! Это, скорее всего, не аппендицит!

Пришёл главврач детской больницы. Изнеможенный.

- Сегодня поток пациентов... У Вас есть, с кем старшего ребёнка оставить?

- Нет.

- Тогда я вам отдельную палату выделю. Дети на кроватях спать будут, а Вам стулья дадим. Завтра сходите домой, переоденьтесь - в таком виде в больнице быть нехорошо...

- Да я понимаю. Я просто не успел переодеться - в чём дома сидел, в том и приехал.

- Да, понимаю... Идите отдыхать. Вот номер палаты. Ребёнка привезём...

- Извините... 3 часа утра, а Вы на работе. Вы всегда так?

- Нет. Но последние 2 недели дома не бываю. В море кишечная инфекция. У нас, можно сказать, режим ЧП. Всё, идите отдыхать. Я лично ребёнка осмотрю...

Но мы с Олесей остаёмся в приёмном покое. Ждём результатов...

Через полчаса из осмотровой выкатывают каталку с Севкой. Медсестра успокаивает: 'Это не аппендицит. Кишечная инфекция. Будете лежать с капельницей'

И вот я, хрипя от аритмии, вползаю на невесть какой этаж. Севка уже в палате. Одна из медсёстер рассказывает ему какую-то историю, а другая ставит капельницу. Сын держится молодцом. Даже шутит...

Олеся рухнула на кушетку.

Я, извинившись, и не дожидаясь стульев, падаю рядом с нею...

В окно врываются стрёкоты цикад. Огромные южные звёзды протягивают к нам свои лучики. Дежурная сестра тихонечко затворяет за собою дверь - она будет каждые полчаса заходить в палату и проверять состояние ребёнка. А я проваливаюсь в сон.


- Максим Сергеевич! - меня тормошит за плечё главврач.

Вид у него немного бодрее, но всё равно, усталый.

- Максим Сергеевич! - через пятнадцать минут спуститесь ко мне - я дам направление на УЗИ. Нам нужно убедиться, что это не аппендицит. Но наш аппарат сейчас занят - у нас операция - Вам надо будет свозить сына в Республиканскую больницу. Справитесь? Или машину подготовить?

Я ощущаю себя довольно бодрым. Поэтому без лишних вопросов заявляю: 'Конечно, справлюсь!' - а как не справиться? Тут ехать - всего - ничего! Пару остановок на маршрутке!

Получил предписание о диете. Сходил в магазин. Купил то, чем теперь можно кормить Севку. Забрал направление. Поднялся в палату. Налил стакан воды. Выпил...

Я нависаю над унитазом - хорошо, в каждой из палат отдельный санузел.

Режет живот. Меня выворачивает на изнанку.

Олеся бежит к медсестре.

Приходит главврач.

- Максим Сергеевич, мы Вас здесь оставить не можем... Вас надо класть во взрослую больницу...

- Я оклеймаюсь!

- Послушайте, мы не имеем права Вас тут оставлять!

- Дайте пару часов, я приду в себя!

- Вы в детской больнице! Я не могу Вас здесь оставить! Оставляйте дочку с сыном, а сами поезжайте во взрослую. Я сейчас вызову машину.

- Пожалуйста, можно я с сыном останусь! Это же отравление! Что и у Севки...

- Я не могу Вас здесь лечить... Впрочем... Ребёнка вообще нескем оставить?

- Да.

- Я Вам пропишу лекарства. Но если к обеду Ваше состояние не улучшится, поедете под капельницу в другой стационар. И да, обязательно надо сделать ребёнку УЗИ! Мы должны исключить аппендицит!

- Да, всё сделаю! - отвечаю я, и пулей несусь в туалет. Желудок свёл очередной спазм.

- Сейчас что-нибудь придумаю - слышу вслед голос главврача. И понимаю, насколько доктора измотаны, а тут ещё я...

- Не надо! Я решу задачу! - кричу из туалета и тут меня просто сгибает пополам... Приплыли. Море кончилось...


Телефон Аслана не отвечает - он сегодня на участке, который вне зоны покрытия сотовыми сетями.

Дамей на дежурстве - телефон так же отключен.

Сандро... Сандро, выручай!

Сандро в Ростове: 'Макс, я сейчас наберу наших!'

- Не надо! Не дёргайся. Я разберусь...

Давид...

- Макс, сейчас буду! - и в трубке слышится: 'Денис, выключай камеру' - я выдернул человека со съёмок.

Давид пришёл в палату, неся в руках несколько мешков с подарками: игрушки для Севки, еду для всех нас, бутылки с водою, одноразовую посуду...

Медсестра извлекает иглу капельницы из руки сына.

Спускаемся в фойе...

Поехали!

Давид везёт нас в Республиканскую больницу. У меня в кармане направление на УЗИ. 20 минут, и всё будет готово...

Мы проехали меньше километра. И вот я стою на коленях под пальмой, и меня сотрясают спазмы. Давид подаёт мне воду. Делаю глоток, и вновь сворачиваюсь калачиком... Приехали...

- Максим, я - в аптеку. Что тебе купить? - спрашивает Давид.

Я забыл о рецепте, который в кармане. Поэтому прошу то, что вспомнил из армейского прошлого: 'Активированного угля и фуразалидон!'

Давид бежит в аптеку. Вот таблетки у меня в руках. К ним - детская вода...

20 таблеток активированного угля для начала...

Уф... Отпустило...

Едем дальше...

После УЗИ заехали в Синоп. Я переоделся. Принял антибиотики. Давид за это время ещё раз сбегал в аптеку, купил таблетки.

Ещё 2 блистера активированного угля... Я почти здоров.

И вновь сижу около кровати, в которой лежит Сева. У Севы из ручки вьётся трубочка капельницы. Но малыш, кажется, её не замечает.

- Папа, а мы за кладом когда пойдём?

- Подожди, тебе выздороветь надо!

- Папа! А я клад хочу найти!

- Да не спеши ты! И вообще, пиратские клады так просто не даются!

Дверь отворилась. Хирург с главврачом осматривают ребёнка.

- Ну, смотрите, симптомы сняты. Температуры нет. Если хотите, я вас оставлю под наблюдением. Но, в принципе, можно выписать пока домой. Вижу, что Вам трудно тут... Если что, вот мой номер - можете напрямую звонить - мы быстро приедем. Решайте, домой поедете, или ещё полежите?

- Конечно, домой!

- Вот Вам рецепты ещё раз. Вот описание диеты. На море пока не ходите... И не болейте!

Через полчаса к нам в палату вошла целая делегация: Дамей, моя бабушка, Давид и ещё множество народа...

Всё, мы едем домой...


Я сижу на балконе.

Сигара тлеет, испуская ароматный дымок.

Бравый солдат Швейк на страницах книги вляпывается в очередную историю.

Боже, как я воспринимаю его сейчас! Когда-то было смешно. А нынче, спустя годы, я считаю его идиотом, что ли... Впрочем, он и есть такой... Ну и ладно. Бог с ним. Пару-тройку дней передохнём, и вперёд - искать клад!

Севка ещё на диете. А я на диету плюнул на следующий день после отравления. Ну что, теперь из-за этой мелочи помирать, что ли?

Антибиотики не пропил полным курсом. Это плохо. Но, с другой стороны, где в Москве купишь 'Букет Абхазии' за 180 рублей?! Такое удовольствие нельзя упускать!

- Папа, мне что-то в глаз попало! Помоги вытащить! - сонная Олеся выглядывает в дверной проём.

- Иди сюда - надеваю очки, готовлю надобный фонарик, что бы подсветить глаз...

Японский бог!

Это не 'в глаз что-то попало'! Это жесточайший коньюктивит! Глаз красный, что Солнце на закате!

Утро начинается с поездки в Центральную детскую поликлинику.

Нас встречает Лейла Павловна. Заместитель главврача. Когда-то она лечила меня, мелкого карапуза. А теперь вот, старенькая, но такая же добрая и отзывчивая, осматривает мою дочь.

- Ну что. Пройдём к окулисту... Хорошо, что тянуть не стали... Максим, кстати, хочу предупредить. Сейчас Олесе пропишут лекарства - приобретайте сразу с запасом - очень велика вероятность того, что вам всем придётся лечиться...

Севке повезло. Беда прошла мимо него. А вот я опять не избежал неприятностей.

Утром с трепетом в душе почувствовал, будто бы в левый глаз попало множество волос. Зеркало подтвердило худшие ожидания... Хорошо, что я послушался любимого врача... К этому моменту дежурная аптечка разбухла, наверное, уже вдвое... Теперь мы могли не покупать продукты. Мы кушали таблетки и мазали глаза разными мазями...

Перспектива похода становилась всё более и более туманной...


Утро наполнено птичьим пением.

Солнце только выглянуло из-за горных хребтов, а в воздухе уже висит знойное марево.

Трава под окном пожухла, ссохлась. Стебли, словно порох. Тронь рукою - рассыплются пылью...

Лень вдавливает в перину. Глаза закрываются, не давая сознанию вырваться из объятий Морфея...

Ещё часик посплю... Ещё часик, и пойдём гулять...

Телефонный звонок, словно звук рвущейся ткани, резанул слух, ножом дребезга разорвал дремоту.

- Алло?! - Севка поднял трубку древнего аппарата - Папа! Бабушка звонит!

Тяжело подымаюсь. Воздух, как густой мёд. Медленно раздвигая его, плетусь к трубке...

- Да. Доброе утро! Я ещё сплю...

- Ой, Максимка! Прости! Я думала, вы встали уже! Вы в поход идёте? Даша через четыре дня улетает...

Ох... Четыре дня....

- Олеся! Ко мне! Глаз покажи!

Воспаления не видно. Вроде, более-менее нормально...

- Идём. Ориентируйся на завтра. Сегодня машину найду.

Короткие гудки.

А я уже высматриваю на стене около телефонного аппарата номер Аслана - самые необходимые номера записаны прямо перед глазами.

- Аслан? Доброе утро! Не разбудил? Завтра хочу идти в Каманы. Машина есть?

- Макс, доброе утро! Всё же идёшь? Ну ты и упёртый... К обеду позвоню - дам знать.

К обеду выяснилось, что нас сможет отвезти тесть Аслана, Йода.

Я мчусь на рынок, закупаю продукты.

9 утра следующего дня. Я, Сева, Олеся, Даша и Тимка, загружаем поклажу в автомобиль доброго старика, который везёт нас в горное село...

Мы едем искать клад. Клад из медяков, которые я всю ночь, словно бляху ремня, начищал пастой ГОИ.


План был прост и великолепен.

Йода высаживает нас в Каманах. Я показываю детям руины древнего храма, могилу Святого Василиска. Потом мы купаемся в роднике. Затем посещаем храм Иоанна Златоуста и подымаемся вверх по Западной Гумисте примерно на три километра от села.

Здесь, в живописном местечке, ставим палатку. Купаемся в водопаде. Ловим рыбу. Готовим шалык.

Я под шумок прячу у входа в расщелину с водопадом 'клад'.

Утром мы играем в подобие 'Зарницы', вновь купаемся. Я учу детей разводить костёр при помощи огнива. Затем по карте находим 'клад'. Спускаемся в Каманы откуда в районе 18:00 нас забирает Йода и развозит по домам.

Дети довольны. Я счастлив. У всех отличные впечатления и запас здоровья на какое-то время.

Погода стоит просто идеальная. Уже больше месяца не было дождей. Западная Гумиста на бродах глубиной чуть выше щиколотки.

Я беру удочки, огниво, зажигалку. Охотничьи спички и полиэтилен оставляю дома. Зачем они при такой погоде? Сухое горючее тоже не нужно - я в этом уверен.

Палатка - 'двухместка' - у Тимки есть своя. Спальники. Фляги для воды. Телефон. Фонарики. Пятилитровая банка с шашлыком. Диетическая еда для сына. Тушёнка. Килька в томатном соусе - а куда без неё? Каши с мясом. Пакеты под мусор - я стараюсь все отходы уносить с собою... Для себя - бутылка 'Лыхны'. Удочки. Сменные носки, полотенца. Так, берци. Пойду в тапочках, а там посмотрим. Может, и не пригодятся... Но возьму. Жаль, портянок нет, но обойдусь. На всякий случай, 'статика' для переправы и 'динамика' для страховок... Карабины... Вроде всё необходимое взял... Ну и, плюс, множество всякой мелочи: лекарства, бинты, консервы, макароны быстрого приготовления, овощи, хлеб, кремы от солнечных ожогов, и прочее, прочее, прочее...

Понеслась!

Немного запоздали с отъездом. Поэтому Йода выгрузил нас сразу у родника в Каманах.

Культурную программу я решил сократить. Купаемся в роднике - это традиция - и - в путь по руслу.

Впереди 3 брода и мы на месте!

Я даже не стал снимать пластиковые тапочки. Река мелкая, тёплая... Солнце светит. Птички поют. Цикады надрываются... Рай на Земле! Что ещё желать?! Главное, не забывать давать Севке лекарства, закапывать себе и Олесе в глаза капли и мазать эти самые глаза мазями. И всё будет замечательно!

Эх! Хочешь рассмешить Бога - расскажи ему о свих планах!


Палатку ставить откровенно лень. Даже мысль проскочила, а не переночевать ли прямо под открытым небом в спальных мешках? Но наличие в Абхазии гадюки Казанкова и скорпионов заставило на всякий случай отказаться от этой идеи.

Палатку поставил наскоро. Тент накинул прямо поверх. Растягивать не стал. А для чего? Завтра уже собирать обратно!

Повёл детей к водопаду.

Вот тут был восторг!

Вход в расщелину укрыт густыми зарослями. Никакого ручья тоже не видно. Только слышно, что где-то шумит вода. Но сама скала кажется монолитом.

Подходишь к ней. Ближе. Ближе. Ещё ближе. Раздвигаешь кустарник... А там...

Там - словно кто-то плеснул тёмно-зелёной краски - лёгкая, свежая тень, заполняющая вспоротый бок скалы.

Стенки расщелины покрыты венериными волосами и устланы мхами.

Водопада не видно - он там, за поворотом трещины.

Ступаешь под полог нависших над каньоном зарослей, и сразу оказываешься в мире прохлады и какой-то особой тишины.

Шум реки за спиною сразу глохнет, будто бы волшебник переместил её далеко-далеко в сторону. И лишь где-то впереди слышится перезвон колокольчиков.

Идёшь на звук. Поворот. Ещё поворот и - что это?

Сразу за поворотом оказываешься чуть ли не под тугой струёй водопада! Шум воды резко разрывает пространство, бьет по ушам - будто поток только что включили. Эффект дополняет то, что водопад срывается в круглую чашу, образованную большими кусками дроблённого известняка, а из самой чаши не вытекает - вся вода инфильтруется под землю.

Фантастическое зрелище!

А вот ещё. Отойди на пару метров назад и чуть правее. И становятся видны другие пороги. Второй. Третий. А вон, там, в вышине, ещё один... А если внимательно осмотреть скалу из русла реки, то в бинокль можно заметить ещё одну ступень. Высоченную. Метров в сто, наверное. Несётся поток с вершины скалы, поблёскивая между ветвей скрывающих его деревьев.

Ущелье расцвечено всеми оттенками зелёного. Почти чёрная зелень мхов переходит в малахитовые переливы трав, а сверху над всем этим солнечный свет пробивается лучами прожекторов сквозь салатовую свежесть листвы деревьев.

Справа вверх уходит полуосыпавшаяся тропинка. По ней можно подняться на второй порог. Там - небольшая лужица, живописный завал из отполированных водою коряг, вход в какую-то пещеру.

Можно подняться и выше. На третьем пороге водопад скользит тоненькими струйками по укутанной во мхи стене. На уступе - озерце, в котором можно даже поплавать. Но туда без верёвок детей не пущу. А верёвки все остались в лагере. Впрочем, ничего страшного. Ещё вернёмся сюда - вся жизнь впереди!

Дети в восторге!

Я только слежу за тем, что бы Севка не лез на второй порог, а те, кто постарше не подходили слишком близко к краю.

А так... Гидромассаж в струях водопада. Фотографирования. Море радости. Ну что ещё нужно?


Купание в реке понравилось не меньше, чем прогулка к водопаду.

Недалеко от лагеря я нашёл место, где Западная Гумиста разливается на десятки метров и журчит по камням потоком, не глубже десяти сантиметров. Здесь вода прогревается в жарких солнечных лучах, становится тёплой, как чай.

А затем часть потока собирается в этакую ванну. Или бассейн. Длинный и спокойный омуток, глубиной по пояс. А сразу за омутом речка вновь образует огромную отмель.

Идеальное и безопасное для купания место!

Ребятня плещется, радуется. А я присматриваю место для завтрашней рыбалки.

Слева от омута островок. А за ним - другой омут. Но уже посерьёзнее. Здесь поток мощной струёю ныряет под скалу и образует под ней этакое озеро с мощным течением.

Тут и форель должна брать, и усач, и краснопёрка - там, чуть дальше от переката... Но сегодня ловить уже лень. Завтра. Всё завтра утром...

А пока пора в лагерь. Надо подготовить дрова, сделать мангал и ставить на огонь ужин. Сегодня у нас макароны с шашлыками!

В лагере устроил краткое занятие по туризму. Показал, как вскрыть банку с кашей об камень. Продемонстрировал изготовление лыка и верёвки из него. Пояснил, что делать, если вдруг оказался один-на-один с природой: первое, утеплиться: запястья, шея, голени - все места, которые теряют тепло, необходимо изолировать. Потом - добыть огонь. В трухлявом пне всегда есть сухая сердцевина. А вот и она.... Еда. Вот такие растения съедобны, такие - нет. Если сомневаешься, натри запястье. Раздражения нет? Потри в районе вен. Всё нормально? Потри язык. Не жжёт? Возьми маленький кусочек под язык и подержи с час. Нет рвоты и неприятных ощущений? Ну, можно немного съесть. Всё хорошо? Ну, тогда покушай, но без фанатизма.

Долго?

Ну а как иначе?

Жизнь дороже.

А летом, так вообще проще жука скушать. Но жужелицу и многоножку лучше не трогать. Пчелу, шмеля - это наше всё. Конфета! Или скорпиончика. Только без жала. А вот и он! Вк-у-у-у-у-сный!

У лягушек лучше шкурку-то снять - а то можно утром и не проснуться. У жаб - тем более. Но термическая обработка обязательна. Как и всяких улиток. Паразитов из печени потом тяжело выводить будет.

А вот так можно быстро сделать полушалаш. Если развести 'нодью', то тепла даже в зимнее время вполне хватит...

Но это я так, выпендриваюсь. Пока выпендриваюсь и кажусь самому себе ужасно крутым.

Олеся продемонстрировала мастер-класс - развела костёр при помощи огнива.

Тимка загорелся - пошёл чиркать... Раз, раз... А вот и у него получилось...

Я тем временем показал, как сделать конденсатор для воды. Показал, что кипятить воду можно и в пластиковой бутылке. Потом попробовал изобразить кипячение в листе лопуха, но тот порвался. Бывает. Не все фокусы получаются с первого раза.

У Тимки глаза горят: 'Макс! Ты - волчара, в натуре!' - а я ему уже даю в руки мачете и поясняю, для чего оно заточено не в самое острое состояние и что оно пружинит при рубке, в отличие от топора.

Потом рассказываю о том, что делать, если всё же отпружинило в ногу и попало по вене.

В общем, детям интересно. Всё пробуют. Ну, разве ноги себе не рубят.

Показал, как сделать из четырёх сучковатых веток и пары перекладин регулируемый мангал. Под занавес разрешил пометать свои ножи в старый пень. А сам пошёл доставать из пятилитровой банки куски шашлыка, да готовить шампура из веток хрупкой ольхи и колючей акации...

Дети забыли про планшеты и компьютеры. Возятся с огнивом, точат банки об камень, кидают ножи... Смотрю на них, и вспоминаю своё детство, в котором тому, что они узнали за один вечер, я учился годами. Через синяки, холод, бурные потоки, которые смывали мою палатку, желание сожрать тушёнку, когда потерял нож, воспоминания о том, как в лесу перерубил себе вену на ноге...

Как же им сейчас интересно и здорово! Как будет легко, ни дай Бог, что случится!

Я тогда не знал, что буквально завтра эти детишки с честью сдадут настоящий экзамен по серьёзному туризму. Все сдадут. От мала, до велика...


У меня палатка - двухместка. Но втроём - с Олесей и Севой - мы вполне в неё умещаемся.

Тимка тоже взял двухместную. Только приобретённую в 'Ашане'. Впрочем, при такой погоде её за глаза хватит.

Сделали импровизированный стол.

Похрустывает костёр.

Слегка похлопывая крыльями, проносятся между стволов старых деревьев летучие мыши. Стрекочут кузнечики. Где-то тявкают какие-то звери. Южная ночь вступает в свои права.

Наш лагерь находится на мысу. С одной стороны - река. С другой - сухое русло ручья, а за ним - почти отвесная скала, в которой проглядывают чудом сохранившиеся до наших дней вырубленные горизонтальные площадки - остатки древнеримской дороги.

Мы находимся примерно в полутора-двух метрах над основным руслом. Тот уровень, где сейчас ласково журчит Гумиста, и того ниже - метрах в трёх под нами.

Лес вокруг нас старый. Стволы огромные. Повсюду джунгли из ежевики. Это означит, что та возвышенность, на которой мы находимся, не затапливается даже в весенние паводки.

Лесок наш вытянут вдоль скалы. От лагеря до того края, что ближе к Каманам, примерно с полтора-два километра. А в ширину лес всего-ничего - метров сто пятьдесят в самом широком месте.

Впрочем, я часто останавливаюсь именно здесь. Местечко безопасное и очень удобное.

Когда-то сюда вела тропа из села Каманы. Но было это лет двадцать пять - тридцать назад.

Сейчас тропы, скорее всего, уже нет. Если уж Каманский мост, который ведёт на дорогу в сторону Эшер, закрыт потому, что дороги уже и нет, то что уж говорить-то о тоненькой тропинке?!

Поэтому сейчас самый простой и верный путь на наш полуостров - через броды из Каман. Впрочем, сегодня броды - одно название. Даже Севка не заметил их, шлёпая сандалиями по тёплым журчащим струйкам, да удивляясь форелинкам, разбегающимся из-под ног.

Поэтому можно не переживать.

Кругом - настоящий рай.

Звёздное небо над головою. Шелест листвы. Треск костра. Аромат шашлыка. В кружке - вкусное вино.

Эх, помню, как ребёнком ещё бегал по этим местам. Счастливое детство! Где оно сейчас? Впрочем, сегодня я возвращаюсь в детство...

Мысли прервал отдалённый раскат грома.


Стою. Прислушиваюсь. Словно суслик, выглянувший из норки, вытянулся, напрягся. Что это было?

Раскат грома повторился вновь.

Смотрю на небо. На небе - ни облачка! Судя по всему, гром где-то в городе... Сразу вспомнилась война - её встретил в этих же местах и дала она о себе знать громом среди чистого неба...

Но нет, это не война. Это гроза.

Впрочем, не редко бывает так, что в городе льёт ливень, а в этих местах не выпадает ни капли. И наоборот. Так что ничего страшного.

Тем более, река сейчас мелкая. Если и пойдёт дождь, то большой беды не будет. Разве что, сворачиваться придётся сутра. Даже если на метр вода поднимется, на бродах детей по верёвкам переведу на страховке. Перейдём один раз, а дальше пройдём лесом по крутой тропе в сторону Каман - ничего страшного. Где-то там есть тропа. Главное - найти её завтра. Хотя, ещё посмотрим, какая река будет.

Я успокоился. Прилёг к костру.

Негу разорвал телефонный звонок. Каким-то чудом пробился от антенны оператора через повороты ущелья. Вот так вот - шаг вправо - шаг влево - связи не будет. А тут, напротив палатки, пробился сигнал.

Звонит бабушка: 'Максим! У нас тут такая гроза! Как вы там?'

- У нас чистое небо.

- Ну, смотрите! А то я волнуюсь!

- Хорошо. Но дети уже спят. Утром сориентируюсь. Если вода поднимется слишком сильно, может, на ночь ещё останемся. У Даши во сколько самолёт?

- В 22:30.

- А, ну успеет! Не переживай!

Короткие гудки в трубке. Гром где-то за горной грядой. Журчание реки. Потрескивание костра. Беззаботный стрёкот южной живности...

Олеся и Сева спят. Даша с Тимкой воркуют о чём-то около стола с шашлыками.

Сниматься с места? Да, в принципе, я на своей памяти помню только два сильных летних разлива в этих местах... Да и гремит там, в городе. Скорее всего, тут будет сухо. Ну, может, поморосит...


В палатке стало светло, как днём. Затем раздался оглушительный треск. И с неба обрушилась стена воды.

Ещё пять минут назад взглянул на звёзды, подкинул дрова в костёр и подал команду отбой. А вот сейчас дрёму смыло обрушившимся ливнем.

Пулей вылетел из палатки.

Прямо на глазах небо заволакивала тьма, низвергавшая молнии и потоки воды.

- Вещи быстро в палатку! - кричу Даше и Тимке, и сам собираюсь стаскивать всё, что лежит на улице под навес нашего тряпичного дома.

Тимка и Даша тащат вещи в свою палатку. И тут из неё раздаётся: 'Макс! Мы тонем!'

Свечу фонарём в 'ашановскую' поделку. Внутри - вода по бортик пола. Сквозь крышу льют струи, словно палатки и нету.

- Бегом, в нашу! - отправляю детей в нашу старенькую двухместку, а сам продолжаю собирать скарб.

Всё. Всё собрано. Залезаю в укрытие.

Внутри тесно и душно. Пришлось приоткрыть вход. И тут вспомнил о том, что тент не натянут.

- Только палатку не трогайте! Она сразу протечёт!- предупреждаю детей.

Но мы сидим, в буквальном смысле, друг на дружке. То рука, то голова нет-нет, да скользит по ткани. Но натягивать тент уже поздно - он весь 'пробит' водою.

Вылезаю на улицу. Пытаюсь 'залатать' протекающие места кусками бумаги и листвой, но понимаю, что это бесполезно. Нырнул обратно под ткань. Вроде, не сильно течёт. Вдоль по стенкам капли струятся - внутрь не капают. Жить можно. Хорошая палатка. Годная. Поляки когда-то умели делать.

Ладно. Сейчас, в ночи, куда-то дёргаться - себе дороже. Утром разберёмся...


Утро выдалось мрачное.

Вылез из палатки. Осмотрелся.

Река поднялась не очень сильно. Перейти пока можно. Но небо было укутано тучами цвета застарелого синяка. Эти тучи свисают лохмотьями почти до земли. Они зацепились за горы. Легли промозглым туманом на окружающие нас вершины. И, словно река, струятся по ущелью. Только не вниз, а вверх.

Тучи клубятся, рассыпаются хлопьями, а из них на землю валятся огромные капли дождя.

Так, пока река не вздыбилась, надо быстро собираться. Бегом к броду, там быстро переправляемся и - по тропе - в Каманы. Идти будет тяжело, но нам срочно нужно на другой берег для того, что бы нас не отрезало здесь.

Оборачиваюсь для того, что бы скомандовать сбор, и тут подбегает Даша: 'Максим! Там бабушка звонит!'

- Алло?

- Максим, вызывайте МЧС! Никуда не уходите!

- Бабушка! Давай потом всё! Я сейчас спущу детей в Каманы, потом перезвоню.

- Вызывай МЧС!

Тут и Даша присоединилась: 'Давайте МЧС вызовем! Нам вертолёт пришлют!'

Вот тут бы бросить трубку, да довести дело до конца. Но начал спорить.

- МЧС - не такси! Катать нас не будет. Спустимся в Каманы, там, в монастыре, высохнем и дождёмся Йоду!

- Нет, МЧС!

Спорили долго. И вскоре я понял, что совершаю непростительную ошибку.

Бросил трубку, оборвав разговор на полуслове: 'Всё! Укладывайте вещи! Спускаемся в Каманы! Полчаса с вашими МЧС потеряли - уже на тропе были бы!'

Дети принялись нехотя разбирать 'ашановскую' поделку, которая к тому времени больше напоминала затонувший 'Титаник'. Я же пошёл к реке.

Первое, что бросилось в глаза, это то, что за время наших 'торгов' вода заметно поднялась. Островок, который я приметил вчера, уже был скрыт тёмно-коричневым потоком.

Подошёл к воде. Кинул палку. Спустя несколько секунд та исчезла из вида...

Всё. Севка реку не перейдёт. Идти нельзя.

Вернулся в лагерь. Осмотрел ещё раз местность. Да, вода сюда не должна заливать. Деревья и кустарники старые. Можно пережидать паводок спокойно.

- Даша. Наверное, завтра утром будем возвращаться. Вернёшься, переоденешься и - сразу в Адлер на самолёт. Успеешь, не переживай. Сейчас идти нельзя.

- Никак?

- Нет. Никак. Пока мы тут торговались, река поднялась.

Потом достал телефон. Набрал МЧС: 'Добрый день! Я руководитель туристической группы, состоящей из детей. Всего 5 человек. Я и 4 ребёнка. Младшему 6 лет, старшему - 16. Мы находимся примерно на три километра выше Каман по Западной Гумисте. На правом берегу на северной части мыса. Нас отрезало рекою. Раненых и больных нет, продукты и вода есть, звоню на всякий случай, что бы поставить в известность'

Получил инструкцию оставаться на месте и ждать спада паводка: 'Сейчас машину к вам посылать опасно. Её может смыть. Вертолётом там тоже опасно летать - сильные воздушные потоки. Вы не волнуйтесь, будьте постоянно на связи. Мы будем звонить, проверять как вы там. Но ждите уменьшения паводка - ни в коем случае в реку не идите!'

Оставил свой номер и номер телефона Даши. Её же попросил поберечь батарею - перестать слушать музыку и вообще выключить аппарат. Договорились о том, что пока у моего телефона есть заряд, пользуемся моим. Затем включаем её 'айфон'.

Я остановил все лишние программы на смартфоне, уменьшил до минимума яркость экрана. Включил режим максимальной экономии. Телефон завернул в целлофановый пакет...

Ну что? Осталось только одно - спать и ждать, слушая стук капель по ткани палатки.


- Папа, а клад искать-то будем? - Севка теребит меня за плечё.

- А? Что? А... Клад... - пытаюсь выпрямить затёкшие ноги, но сразу же упираюсь ими в кого-то.

Палатка вся трясётся под ударами капель дождя. Внутри всё сырое. Но из-за того, что сама палатка переполнена, всем очень жарко. Как в парилке. А там, на улице, громкий, раздражающий шелест реки, вспышки молний и непрерывные раскаты грома.

Исполнил пару кульбитов, пробираясь к выходу. Словно черепаха из панциря, высунул на улицу голову...

Тучи по-прежнему струятся рекою куда-то вверх по ущелью.

Река прибыла. Заметно прибыла. Но пока она далеко от нас.

Дождь льёт.

Река шумит.

Всё мокрое, мрачное и неприятное.

Нечего тут, на улице, делать.

Втянул голову обратно.

- Что там, Макс? - Тимка тоже пытается протолкнуться к выходу.

- Дождь. Река. Всё мрачно. Спим дальше - что я ещё ему отвечу?

- Слушай, давай я клад заберу? - Тимке хочется покинуть палаточную духоту.

- Ну давай. Только к реке не подходи. Клад у входа в расщелину. Метрах в двадцами ближе к нам. Там большой валун, покрытый мхом - клад под ним лежит. Забери его, и обратно - никуда не лазь, хорошо?

- Без базаров! - и Тимка нырком покинул палатку - только пятки промелькнули мимо моего лица. Ловкий парнишка!

Спустя пять минут мальчишка возвращается. Протянул Севке пакет с медяками, а потом озабоченно обратился ко мне: 'Макс. Мы на острове!'

- Водопад? - только уточняю я.

- Да. С двух сторон нас отрезал.

Я оборачиваюсь к детям: 'Палатку не покидайте! Я сейчас вернусь!' - и нехотя полез под дождь.

Хотя капли довольно тёплые, но они неприятно защекотали спину, потекли по брюкам. Кожа сразу стала липкой и неприятной.

Раздвигая мокрые ветви, поскальзываясь резиновыми тапочками на мокрой траве, я иду к расщелине.

Да, водопад разошёлся.

Стены из зарослей уже нет - её смыл мощный поток, фонтаном вырывавшийся из скалы - да откуда столько воды там взялось?!

Поток раздваивается - большая его часть, ревя и клокоча, устремляется по некогда сухому руслу вдоль скалы, отрезая от неё наш лагерь. Эта струя полностью заполнила жёлоб ещё недавно пустой канавы, выплеснулась из него, захлёстнула поросшую травой дорогу, пролегающую параллельно, но метрах в полутора выше, и заполнила собою часть леса.

Деревья, которые были ближе к скале, содрогаются под напором воды, как под ударами. Иногда раздаётся треск и очередное небольшое дерево, не выдержав натиска, ломается и исчезает в коричневой быстрине.

Втора часть потока, поменьше, рвётся прямо, никуда не сворачивая. Она несётся в реку по кратчайшему пути.

Несмотря на то, что эта струя слабее, но и у неё хватает сил на то, что бы волочить и швырять камни, размером чуть поменьше футбольного мяча.

Смотрю на ревущую коричневую жижу, и думаю, как же хорошо, что зарыл 'клад' чуть ближе к лагерю!

Развернулся. Пошёл к реке.

Спрыгнул с берега в сухую часть русла.

Вода значительно прибыла. Почти чёрная от мути, она клокочет, пенится, мечется. По скалам, сжимающим ущелье, вниз срываются десятки маленьких, средних и огромных водопадов - вот никогда не подумал бы, что они могут тут образоваться!

Некоторые потоки уже промыли себе желоба, снесли кустарники и небольшие деревья.

Часть русла, которая ближе к нашему берегу, ещё сухая. Есть надежда, что вода сюда не дойдёт.

Пошёл поближе к потоку. Оглянулся на скалу с расщелиной.

Вон там, вверху, ещё вчера было не разглядеть за ветвями деревьев искрящиеся струи, летящие вниз со скалы. А сейчас с головокружительной высоты несётся огромный поток, который уже успел переломать, искрошить ветви, столь недавно скрывавшие его от человеческих глаз!

Мощь!

Опустил глаза вниз, и обнаружил, что меня тоже уже отрезает от лагеря - от ревущей стремнины реки отделилось бурое щупальце. Скользнуло вдоль обрыва, расчищая себе путь, подняло и закружило коряги...

Бросился бегом к лагерю. Какие-то двадцать метров, а когда ступил в воду, поток был уже почти по колено. Взлезать же на обрыв пришлось, цепляясь за ветви и стволы деревьев.

Вода прибывает. Это плохо. Будем ждать.


Не успел дойти до палатки, раздался телефонный звонок.

Звонили из МЧС. Интересовались обстановкой.

Доложил, что вода прибывает, что нас отрезало от скалы. Раненых нет. Еда и вода есть. Ждём.

В ответ порекомендовали продолжать ожидание, заверив, что вода вскоре начнёт спадать.

После разговора на всякий случай набираю знакомому, Роману Лейба - он когда-то служил в МЧС.

Роман так же рекомендует ждать.

Ну, ждать, так ждать.

Раз так, значит - в палатку.

В палатке застал Дашу, слушающую музыку с телефона.

- Даша, выключи, пожалуйста. Нам аппарат ещё может понадобиться!

- У меня ещё повербанк есть!

- Какого объёма?

- Большого.

- Ну, сколько миллиампер-часов?

- Я не знаю. Большого.

Подумалось, ладно, пускай слушает. Что ей ещё делать?

Уселся на пропитанный водою спальник у входа. Клонит в дрёму. А что делать-то ещё? Ждём, ждём, ждём...

Река ревёт и клокочет. Всё громче, громче, громче... Кажется, шум уже столь силён, что сильнее некуда. Но грохот всё усиливается и усиливается...

Вот уже всё русло, от нашего леса и до противоположного берега, заполнено водою.

Вот огромные коряги, из которых мы вчера вечером заготавливали дрова, сорвались со своих мест и умчались куда-то вниз по ущелью.

Вот к рёву и клокотанию потока добавились щелчки - это река потащила огромные валуны, ударяя их друг о друга, раскалывая на куски.

Но мы пока в безопасности. Вода пока что где-то в метре под нами. Да и дождь прекратился. Даже наметились какие-то просветы в сером, тяжелом покрывале из туч.

Одно беспокоит - гроза ушла туда, выше в горы. И что там происходит - не понятно - то и дело где-то над горами вспыхивают зарницы молний. Грома не слышно - он тонет в грохоте потока.

- Папа, можно, мы с Дашей в сторону водопада сходим? Хотим посмотреть, что там? - Олеся почти кричит мне в ухо.

- Да, сходите. Но туда и обратно. К воде ни в коем случае не подходите. Взгляните издалека, и - обратно!

Девчонки выбрались на улицу. Взяли камеру, фотоаппарат. Нырнули в кусты - пошли к расщелине.

Я продолжаю наблюдать за рекою.

Дождь успокоился. Водопады, рвавшиеся со склонов прямо сквозь густые заросли на склонах, исчезли, оставив после себя белые языки размытой до скальной породы почвы.

Но река не успокаивается. Она прибывает и прибывает.

Вот поток уже повырывал и унёс кустарники, которые росли на сухих участках русла. Вот ольха, росшая под обрывом, затрещав и зашуршав листвою, рухнула в воду.

Ох, эть! Не успел ухватить! - набежавшая волна уже захлестнула на наш берег, пробежала вдоль лагеря, буквально в паре метров от палатки, подхватила наш мешок с мусором, обвила его, словно змея и утащила в ревущий поток. Пакет лопнул. Его содержимое завертелось в струях воды. И вдруг я увидел, как бутылочное горлышко, кувыркаясь, подлетело в воздух и, плюхнувшись вниз почти без брызг, исчезло под водою... Ничего себе, силища!

Волна...

Странно, волны в таких условиях бывают редко... Кстати, какая тут теперь максимальная глубина? Метра три? Уже вровень с нашей поляной... И русло в это месте шириною метров двести пятьдесят... Ох, какая густая вода - кажется, что она стала более плотной, тягучей, но не менее быстрой...

И тут я увидел то, что заставило напрячься.

По реке плывут деревья. Много деревьев. Маленькие деревца. Средние. Огромные - некоторые больше обхвата. Их несёт течением. Сталкивает, ворочает. Трещат ветви...

Если деревья, значит, велика вероятность того, что где-то сошёл оползень.

Если был оползень...

Русло километров на пять выше я знаю. Оно довольно широкое. А вот что дальше - помню смутно - бывал в тех местах в далёком детстве. И я не могу гарантировать того, что где-то обвал не запрудил реку. Не сделал плотину, за которой сейчас копятся сотни кубометров воды. Пока копятся. А потом плотину прорвёт. Если уже не прорвало.

- Сева! Слушайся Тимку! Тимка, собирай вещи! - кричу в палатку, а сам выбегаю наружу: 'Олеся! Даша! Бегом назад!'

Девчонки не отвечают.

Вот тут я действительно испугался.

Опрометью кинулся к расщелине. Не разбирая пути, напролом через колючие кусты и переплетения ветвей.

- Олеся! Даша!

Крики тонут в грохоте воды.

- Олеся! Даша! Девочки! Вы где?!

Нет ответа!

Бегу, бегу, бегу, бегу!

Спотыкнулся, упал, встал. Бегу!

Девочки стояли, как им и было наказано, метрах в пятнадцати от края потока и о чём-то переговаривались. Все звуки тонули в клокоте взбесившейся стремнины.


- Бегом! Бегом! Все из палатки! Сейчас переобуваемся, потом собираем вещи. Кидаем в рюкзаки всё подряд! Потом отсортируем!

Я ношусь по лагерю с рюкзаком в руках.

В рюкзак летит всё, что попадается под руку.

- Тимка! Быстро, складывай палатки! Верёвки цепляем сверху - далеко не убираем! Олеся, Даша - собирайте одежду! Сева, скатай коврики!

Есть люди, которые всегда 'знают' момент, в который необходимо позвонить.

Вот и сейчас.

Звонит бабушка.

- Алло! Бабуль, я не могу разговаривать. Всё нормально. У меня садится батарея! - пытаюсь завершить разговор, не обидев человека, и при этом запихиваю в рюкзак очередную охапку вещей.

- Не вешай трубку! Как у вас дела?

- Бабушка, всё нормально. У меня садится батарея, а она нужна для того, что бы с МЧС связь поддерживать!

Так. Почти все вещи собраны. Плечом прижимаю телефон к уху, правой рукою заталкиваю в рюкзак котелок, левой - складываю гибкую стойку палатки.

- Максим, что там у вас? - раздаётся в трубке.

- Всё нормально! У меня батарея садится. Я не могу разговаривать сейчас. Вернёмся завтра. Не переживай. Сегодня ночуем ещё одну ночь в лесу. Утром река спадёт - пойдём домой. Не спадёт - склоны высохнут, поднимемся по склону на хребет, спустимся к римской крепости и оттуда уже - в Каманы. Всё хорошо, не переживай!

Про хребет я, конечно, загнул - но надо как-то человека успокоить...

Успокоил...

- Тимка, возьми стойки! Убери в мешок с палаткой! Проверь все стойки!

Телефон выскользнул и плюхнулся прямо в лужу.

Секунда, другая...

Пытаюсь схватить его сморщенными от влаги пальцами. Но аппарат предательски выскальзывает...

Вот! Поймал! Срываю крышку и скидываю батарею.

Аппарат спас. Только, кажется, батарея теперь точно разряжена - аккумулятор горячий от короткого замыкания...


Ладно, горевать некогда. Сунул ворох пластика, который несколько секунд назад был телефоном, в пакет. Пакет - в карман. Рюкзак - на спину.

- Папа! Слышишь, папа! - Севка озабоченно смотрит на реку, на волны, которые захлёстывают наш островок, на проплывающие мимо деревья, на валуны, которые нет-нет, а появляются над поверхностью мутного потока.

- Что, Севушка?

- Знаешь, папа, теперь мы все здесь погибнем. И в этом будешь ты виноват - как-то спокойно, по-будничному произнёс сын.

Я опустился перед ним на колено, что бы быть на одном уровне с его глазами. Обнял за плечи: 'Слышишь, зайчонок. Мы здесь не погибнем. Ничего с нами не будет. Я тебе обещаю. Ты когда-нибудь погибал со мною?'

Отрицательно мотает головой.

- Ну, вот и в этот раз всё будет хорошо. Я тебе обещаю! Только промокнем, и всё. Но мы уже промокли, и бояться этого не стоит. Договорились?

- А я и не боюсь. Я просто подумал, что сегодня мы погибнем.

- Не дрейфь! - и ко всем остальным - Всё собрали? Ну, всё - не всё, некогда осматриваться! За мной, в колонну по одному, бегом марш! Тимка замыкает! Не растягиваемся!

Из верховий ветер донёс приближающийся рокот.

Неужели, сель?

Куда бежать?

Понятное дело, нужно подняться повыше. Но наш остров почти плоский.

Ладно, разберёмся. Главное, не останавливаться. Бегом! Бегом! Эх, чёрт, почему я уже столько лет назад зарядку забросил?! Был бы один, плюнул бы на всё, лёг бы и лежал... Но сейчас останавливаться нельзя: 'Не растягиваться! Мне, жирному, труднее всех! Бегом!'

Помнится, в середине острова должна быть возвышенность. Но сколько она? Метр, максимум... Нет, не подойдёт. Нужно вылезать на скалу. Так, бежим в сторону Каман наискось. Постепенно прижмёмся к руслу, где сейчас несётся стремнина от водопада, а там посмотрим. Лучше принять ошибочное решение, чем не принять никакого решения. Сейчас посмотрим. Может, на верёвках на скалу детей перетяну.

Так, вот и ручей...

О, чудо! Напор воды спал, да и именно в том месте, где мы сейчас выбежали к нему, он разлился вширь, обмелел... А противоположный берег имеет пологий участок. Виднеется подобие тропы. И это подобие ведёт на сохранившийся кусок римской дороги метрах в десяти в вышине. Туда сель уже не достанет.

Так, попробуем без верёвок - нет времени возиться с ними. Пошли!

- Дети! Я иду впереди! Тимка замыкает! Держимся за руки! Идём след-в-след! - рубанул ножом по ветке, доломал её уже на ходу - вот и посох - иду, прощупываю перед собою дно.

Поток не глубокий, но сильный. Дно размокшее, чавкающее глиной - хорошо, переобулись все, а то давно без тапочек остались бы. Ближе к берегу высокие травы и заросли ежевики, оказавшиеся под водою, опутывают, царапают ноги. Но это не смертельно...

Вот течение пронесло мимо мёртвую белку.

Бедняжка...

Но и это не смертельно. Главное - на её месте не оказаться.

Я иду впереди.

За мною, держась за руки, переваливаясь и с трудом выдёргивая ноги из трясины, идут Даша и Олеся.

Замыкает колонну Тимка, несущий, помимо рюкзака, Севку.

Шаг. Другой... Третий. Десятый. Вот провалился, но не критически. Дети пройдут... Вот я и на берегу. Протягиваю руку Даше, Олесе, Тимке...

Всё... Теперь - наверх! Дети - вперёд! Я сзади! Видите площадочку? Нам - туда!

Я рухнул на траву.

Где-то там, внизу, грохочет речной поток. Взбесившаяся Гумиста рвёт и мечет. Дробит камни, смывает берега, вырывает деревья.

Но это там, внизу.

Здесь, над землёю, нам ничего не страшно.

Мокрые. Чумазые. В налипших листьях, веточках, травинках, все в глине, кусочках коры... Но целые...

- Даша, набери МЧС, скажи, что мы сменили лагерь.

- У меня связи нет...

- Нет сигнала?

- Да...

- Ладно, выключай телефон - потом спущусь вниз, повторю попытку...


Селя не случилось.

А может, он и был, но оказался не намного мощнее одной из тех волн, что захлёстывали наш лагерь.

Я лежу на траве. В глазах мелькают мушки. Да уж... Интересно, сколько килограммов я потерял за этот день? Впрочем, не важно...

По лесу пронеслось характерное шуршание и с небес вновь хлынули потоки дождя.

- Тимка, возьми мачете, сделай место под палатку! - тяжело подымаюсь, беру свой посох, с которым переправлялся через ручей - Дети, мы остаёмся здесь. Предположительно, до завтра. Я спущусь вниз, проверю, что с рекою и позвоню в МЧС. Даша, разблокируй и дай мне телефон.

Несмотря на вновь начавшийся ливень, ручей стал ещё мельче. Теперь в самом глубоком месте он доходит мне всего лишь до колена.

Пересёк остров.

Река заметно спала. Правда, всё пространство русла ещё заполнено ревущей и густой мутной жижей. Большое пространство. Метров с триста. Так что сегодня мы точно туда не пойдём.

Набрал номер МЧС.

Связи нет. Здесь сигнал не достаёт. Видимо, выступ горы экранирует. Батарея показывает одно деление.

Пошёл на место лагеря. Пробую вновь вызвать дежурного.

Телефон замолчал. Батарея села.

Ладно. На всякий случай оставлю метку.

Отодрал от старой акации кусок коры. Достал из костровища уголёк. На обратной стороне лубка нацарапал записку о том, что мы отошли вниз по течению и забрались на склон горы.

Окинул взглядом поляну. Вроде бы, ничего нигде не валяется - всё подобрали.

Потопал к палатке.

На дороге напротив палатки выложил из ветвей деревьев стрелку в направлении нашего нового места обитания...

Всё. Сейчас зарядим батарею от повербанка и после этого повторю попытку звонка...


- Макс, этой штуки от палатки нету! - я ещё подымаюсь, сипя от отдышки, по склону, а ко мне навстречу уже бежит Тимка.

Боже, как же я тут бежать-то умудрялся? Да ещё и с тяжеленным рюкзаком за плечами, наполненным пропитанными водою вещами!

- Тимка, какой штуки?

- Ну этой, гибкой, которая в палатку вставляется... Я попробовал вставить от нашей палатки, но она короткая...

Понятно. Стойку потеряли.

- Тим, я же просил тебя их собрать! Ты везде посмотрел? Хорошо?

- Да, везде смотрел!

Взлез на площадку, которой суждено стать нашим новым лагерем.

Тааак...

Обыскиваю кусты, осматриваю склон, заглянул в рюкзак. Стоек нет.

- Тимка! Руки в ноги - дуй в старый лагерь, ищи стойку!

Тимка умчался вниз.

- Девочки! Возьмите подстилку от второй палатки, укройтесь ею от дождя! Севку к себе возьмите!

- Папа. У меня ноги горят - Олеся показывает рукою на внутреннюю сторону бедра.

- Сопрела, что ли?

- Не знаю. Наверное...

Лезу в рюкзак за аптечкой. Да где же она?! Вытряхиваю содержимое на землю. Долго роюсь. Да куда же я эту аптечку дел-то?!

Так, в рюкзаке ничего не осталось? Лезу в пустой мешок. И тут обнаруживаю стойку, зацепившуюся за металлическую пластину жёсткости!

Отлично! Ставим палатку... А вот и аптечка! Засунули её в мешок для переноски нашего тряпичного жилища!

- Олеся! Залезай внутрь. Вот салфетки... Блин, мокрые... Короче, чем-нибудь вытри потёртости, смажь кремом после бритья, потом засыпь детской присыпкой. Поняла?

- Поняла... - дочка лезет в палатку.

- Стой! Купальник возьми. Переоденься. Брюки больше не одевай - будешь в купальнике. Понятно?

- Ну да...

А вот и Тимка прибежал: 'Макс! Там нет этой штуки!'

- Всё, отставить. Я нашёл. В рюкзаке была. Сейчас Олеся переоденется, и отдыхаем. Ветки пока посрубай, что бы нас с острова было видно.

Я растягиваю тент - в этот раз уже буду ставить палатку по-человечески. Сверху набрасываю ткань от палатки Тимофея. Всё, теперь дождь нас не достанет...

Ныряю внутрь.

Внутри - Ташкент.

- Дети, хотите есть?

- Да!

Вскрываю две банки тушёнки и отдаю ребятне. Сам решил не есть - мало ли, сколько ещё сидеть здесь? Я-то потерплю, а детей голодными оставлять нельзя. Впрочем, странно так думать после всего того шороха, что нам пришлось навести здесь по моей вине.

Эх, ну почему я не посмотрел прогноз погоды?!

- Дядя Максим! Я такое не ем! - Даша с подозрением посматривает на содержимое банки.

- Не ешь, значит, не голодная! Вон, Тимка скушает за тебя!

- Всё! Поняла! Ем! - и Даша принялась орудовать внутри банки, используя нож в качестве ложки.

Да уж, проголодаешься - отбросишь в стороны все эти 'тут ем, а там не кушаю!'

- Даша! Дай повербанк!

- А, это, она разрядилась...

- Как разрядилась?

- Я не знаю!

- А где он?

Даша достаёт повербанк из кармашка рюкзака. Повербанк не в пакете. Так, открыт всей непогоде. И весь мокрый...

Я понимаю, что моя вина - не проконтролировал. Но в сердцах восклицаю: 'Да как же так? Почему от воды его не защитила?!'

- Я не знала...

- Даша, ты в каком классе учишься?

- В десятом...

- Вода с примесями проводит электричество?

- Наверное, да...

- А что будет, если два контакта батареи соединить?

- Не знаю...

- И что у тебя по физике?

- Я гуманитарий...

Она гуманитарий! Боже! Это ученица престижной московской школы!

- Так, Даша! На твой Айфон и грей его в подмышке! Может, очухается батарея. Поняла?

- Да! - девочка суёт телефон за пазуху.


- Дядя Максим! - Даша теребит меня за плечо.

Сон уходит медленно, не желая выпускать меня из своих объятий. Впрочем, затёкшие руки и ноги не способствуют дальнейшей дрёме.

- Да, Даша, что случилось?

- У меня температура!

Гляжу на Дашку, а она вся колотится. Бледная...

Ещё этого не хватало!

Вроде бы, хотя все вымокли, не мёрзли сильно. Неужели всё-таки простудилась?

Оглядываю остальных детей. Севка выглядит вполне здоровым. Олеся с Тимкой о чём-то, хихикая, шушукаются, в уголке. Тимка, тот вообще довольный. Будто бы нынешнее состояние для него - норма. Вот каждый день оказывается отрезанным от всего мира на острове а потом убегает от селя! И одна только Даша дрожит, как осиновый лист.

Потрогал её за лоб.

Температуры нет.

Понятно, стресс. Перенервничала.

Изображаю серьёзное лицо: 'Да, Даша, ты заболела. Я тебе сейчас дам лекарство, оно сразу снимет температуру. Поняла?'

- Да...

Достал 'Нурофен'. Набрал в шприц на одно-два деления - доза для новорожденного, наверное, и того больше.

- Давай твою ложку! Вот, что бы всё выпила. Понятно?

- Да...

Спустя минуту, смотрю, порозовела, ожила, озноб, как рукою сняло!

- Ну как, помогло лекарство?

- Да, помогло! Спасибо!

- Ну и ладушки. Не болей... А я пойду на разведку... Тимка за старшего.


Сначала прикинул, а, может, и впрямь подняться по склону на вершину хребта. А там уже - до древнеримской крепости. А от неё когда-то, лет тридцать назад, была широкая дорога до моста в Каманах.

Правда, скорее всего, широкой дороги там уже нет. Я помню, как сунулся как-то на такую же 'широкую дорогу' на Синопской горе. Причём, спустя всего с пяток лет после того, как в последний раз ходил по ней. Всё чуть было не завершилось весьма печально. От дороги не осталось и следа. Стена из акации, утыканной огромными острыми шипами, да спиралей Бруно ежевики не оставляли и шанса пройти в сторону дома. А сзади надвигалась буря...

Но тогда я успел до начала бури.

А в этот раз...

Впрочем, после того, как я прополз по склону метров на десять вверх, я понял, что с рюкзаками, да ещё и с Севкой, мы будем взбираться на склон, этак, с неделю.

Надо искать другой путь.

Когда-то, так же очень давно, там, со стороны Каман, на наш полуостров вела тропа. Шла она над самой рекою. Тоненькая. Опасная. Но она была. А вдруг, сохранилась?

Маловероятно... Но а вдруг?

Если сохранилась, можно постараться завтра сутра выйти по ней. Наведём перила. Страховку свяжем. Да уж. Альпинистской подготовкой я сам-то не владею. А тут детей учить придётся. Если уж приключения, то по-полной!

Спустился на остров.

Моросит мелкий дождик - да когда же эти тучи уберутся отсюда?! Неужели они решили вылить за этот день всё то, что копилось в них несколько последних месяцев?!

Поток от водопада стал ещё ниже. Но река такая же бурная. Кажется, немного притихнув, она передумала униматься.

Я побрёл вниз по течению.

Где-то дорога идёт посуху. А где-то остров ещё подзатоплен - приходится шлёпать по колено в воде. Но течения нет - в таких местах вода стоячая.

Да уж... Мощно тут залило...

Я иду в сторону Каман. Прошёл уже прилично. А вот и конец нашего острова. Вернее, это уже не остров, а мыс. И не наш - ручей от водопада в том месте, где он вливается в реку, я пересёк метров 500 назад.

Вон там, за парой поворотов - село. Рукой подать! Да вот близок локоток, да не укусишь!

Ладно, осмотрю скалу...

Пространство перед скалою заполнено разбухшей глиной.

Рядом ревёт река.

Проваливаясь по колено в густую жижу, пробираюсь к скале.

Иду вдоль нее.

И вдруг...

Опа! Вспомнил! Тут была тропа! Была! А вот и следы от неё!

Тоненький след от тропы всё ещё можно разглядеть на мшистом боку скалы.

Тропа заросшая. Местами обвалившаяся. Ширина её - не больше полуметра. А в некоторых местах - вообще чуть шире ступни. А кое-где вместо земли вес тела на себя принимают корни растений, переплетающиеся над беснующейся рекою. А кое-где приходится перепрыгивать через полностью обрушившиеся участки.

Я прополз метров триста. Идти весьма опасно. Но я решил проверить, выведет ли тропа на дорогу. Если выведет, значит завтра есть шанс уйти по ней.

На дорогу...

Интересно, много ли от дороги осталось?

Впрочем, вот от этой точки до Каманского моста по прямой метров пятьсот-семьсот! Вот он, выход из ловушки!

Всё, устал... Назад...


- Дядя Максим! У меня завтра самолёт. Успеем вернуться?

- Не знаю, Дашуль. Пока ждём, когда река спадёт - и ко всем сразу: 'Дети! Я нашёл остатки от тропы, по которой ходил лет тридцать назад! Сейчас уже вечереет - мы по ней не пойдём. Но есть предложение сняться, спуститься поближе к тропе и там встать лагерем до утра. Так же, где-нибудь на возвышенности. Впрочем, река уже спадает. Если утром река не спадёт, мы построим трассу на месте тропы и выйдем по ней. Как смотрите?'

- Да! Да! Да! - детям хочется домой.

- Не, Макс! Это крутой поход! - глаза Тимки горят - Я в первый раз в горах, и тут такое! Это круто!

- Ладно, скажешь: 'Это было круто!' - когда домой придём. А пока нам ещё выбраться надо - не то что осаживаю мальчишку, но предупреждаю о том, что впереди ещё может быть много 'интересного'.

Олеся обвязалась ветровкой на манер юбки. Брюки положила в пакет и привязала к рюкзаку Даши.

Мы сворачиваем лагерь.

Теперь никуда не торопимся.

Выжимаем спальные мешки, аккуратно сворачиваем коврики-'пенки', отряхиваем от налипшей листвы тент палатки, приторачиваем удочки, собираем мусор в пакет. Севка бережно укладывает в РД свой клад. Он у нас, как настоящий десантник - с ранцем. И даже нож у него есть!

Ну всё. Осмотр. Ничего не забыли. Выдвигаемся.

Солнышко уже приблизилось к вершинам гор. Ещё немного, и 'свет выключат'. Нужно искать место для лагеря.

- Макс, а где тропа? - Тимке не терпится посмотреть.

- Вон там. Хочешь сходить?

- Ага!

Тимка ловкий - за него можно не бояться.

- Так, смотри. Сейчас стемнеет. Поэтому давай так. Проходишь метров 500-800 и - назад. Если увидишь Каманский мост - сразу возвращаешься. Если не увидишь, то, максимум, через 800 метров возвращайся. Понял? Я сейчас выберу место для лагеря и вернусь сюда тебя встретить.

Тимка радостно кивнул и исчез в зарослях.

Я присел в траву.

- Так, детишки! 5 минут передышка и идём ставить лагерь! Даша, что у тебя с телефоном?

Даша протянула Айфон.

- Попробуй включить.

О, чудо! На экране засветилось изображение яблока!

Неужели получилось отогреть батарею?!

И стоило телефону загрузиться - звонок!

- Алло! У меня садится батарея! Мы сменили лагерь - спустились по острову почти до Каман! Мы на южной оконечности...

- Макс! Это Аслан! Вы где?

- Аслан?! Мы на правом берегу. Метров восемьсот выше Каман! За поворотом реки - Каманы уже.

- Вы можете костёр сделать или ракету пустить?

- Нет! У нас всё промокло. Если трухлятину найду, сделаю. А так мы сейчас не лагерем стоим!

- Макс, слушай меня! Мы с Дамеем и Вадиком здесь, в Каманах. Мы нашли проводника! Сейчас идём к вам. Там где-то есть тропа. Ждите! По месту сориентируемся!

- Давай. Я отключу телефон - если что, повторная связь через час.

- Давай!

Я не знаю, с какой скоростью бежали Аслан, Дамей, Вадик и проводник из монастыря. Но солнце ещё не уползло за вершины, а недалеко от нас раздался бодрый голос Тимки: 'Оуф! Макс! Бомба! Ты посмотри, кого я привёл!'

Из зарослей вышли участники спасательной экспедиции...


- Макс, в натуре, ты - человек-приключение! Ну надо же так вляпаться?! Там бабушка твоя уже в МЧС собралась вертолёт требовать! МЧС все на ушах! А я же эти места не знаю! Я же тут никогда не бывал! Оуф! Вы как? Все здоровы?

- Да, всё нормально. Мы собирались до завтра здесь оставаться, а сутра или по тропе попробовать пройти, или по реке, если спадёт.

- Так. Время есть ещё. Здесь до Каман не далеко. Давай сейчас по тропе выйдем!

- Она очень плохая... После неё что, дорога?

В разговор вмешивается проводник: 'Дорогу давно смыло. Но пройти можно. Там два пути: охотничья тропинка и остатки от дороги. По тропинке метров триста, но она очень трудная и идёт по самому краю. По дороге - километра три будет. Тоже есть опасные участки, но меньше'

- Так. У нас нет света - предупреждаю я.

- Я батарейки принёс. У вас в фонариках 'пальчиковые' или 'мизинчиковые'? - Аслан протягивает две упаковки с батарейками стандарта АА и ААА.

Да, он дядька умница...

- Так, дети! Сейчас мы идём домой! Приводим в порядок рюкзаки и выдвигаемся! Все всё поняли?

- Ура!!!

Тропа оказалась не самым трудным участком. Страхуя друг друга, передавая из рук в руки Севку, мы быстро продвигались вперёд. Правда, один раз Олеся спотыкнулась, и чуть было не соскользнула вниз. Но этот опасный участок мы преодолели на одном дыхании и через пару десятков минут начали сосредотачиваться на площадке около красивого водопада.

Чистая холодная вода.

Дети жадно глотали её, а Даша даже бросилась вновь заполнять опустевшие фляги.

Мы общаемся с проводником.

- Охотничья тропа очень тяжёлая?

- Ну, вот как эта.

- Понятно... - оглядываю местность. Солнце уже почти скрылось за вершинами - Давай по дороге! Час - другой погоды не сделают, а рисковать лишний раз не стоит.

- Я тоже так думаю - проводник согласен со мною.

- Ну что, выдвинулись?!

Дамей посадил Севку к себе на спину - малыш уже совершенно выбился из сил. Проводник взял рюкзак Олеси. Аслан взял ранец Севы и вещи Даши. Вадик порывался взять мой рюкзак, но я не отдал.

Пошли!

Дорога похожа на пересохшее русло реки. Такое впечатление, будто бы она отполирована потоком.

Тут и там наш путь проваливается глубоким оврагом, его преграждают поваленные деревья, увитые колючими лианами. Тимка идёт впереди всех. Он бодро прорубает нам путь с помощью мачете. Но всё равно, нет-нет, а колючки впиваются в ношу, одежду, в кожу. Приходится останавливаться и порывать их от себя, или помогать освободиться попутчикам.

Дорога прёт в гору. Опять в гору. Да я сегодня точно килограмм двадцать потеряю! Но останавливаться нельзя! На мир чёрной волною накатывается ночной мрак.

Дорога изобилует развилками. Порою, она вовсе исчезает и только указания проводника дают понять, в каком месте необходимо прорубать проход в стене из зарослей. Да уж, без него я бы точно здесь не прошёл! За тридцать лет те места, по которым когда-то меня катали на мотороллере, изменились до неузнаваемости! Природа берёт своё...

Всползли высоко. Почти до половины склона горы.

Теперь дорога пошла по горизонтали. Идём в сторону Каман.

Идём уже, наверное, час.

Ночь давно накрыла лес. Мы достаём фонарики и заменяем батарейки. Лучики света выхватывают из мрака крохотные клочки земли.

У кого-то фонарик помощнее. У кого-то послабее. Кто с налобным фонарём, кто с ручным. А я, так вообще подсвечиваю себе путь китайской зажигалкой со встроенным светодиодом. Как ни странно, мне этого света достаточно. Впрочем, имея опыт хождения по ночному лесу, я стараюсь подсветкой не пользоваться. 20 минут аккомодации и глаза начинают более - менее сносно видеть даже в ночной темноте.

Вдруг проводник останавливается.

Вроде бы, дорога идёт прямо. Но нам указывают налево, вниз, на едва заметную тропку.

Вот ту началось!

Склон крут, сыпуч. Тропка то появляется, то исчезает. Всё те же ветви, стволы, колючки, обрушившиеся участки. А кое-где ко всему этому великолепию примешиваются древняя, полуистлевшая стальная сетка 'Рабица' и обрывки колючей проволоки - видимо, когда-то здесь были изгороди... Да.. Изгороди. На таком склоне... Хотя, может, их просто притащило каким-то оползнем...

Тьма. Сыпучка. Колючки. А где-то там, внизу, в нескольких сотнях метров под нами - Каманский мост...

Идём, спотыкаемся, порою, скатываемся вниз прямо по колючему склону.

Мелькание фонарных лучей, треск веток, шелест осыпающейся земли. И бледные огоньки светлячков у корней деревьев... Какая-то фантастическая сцена...

Вдруг тропа вновь переходит в дорогу. Резко. Словно перед нами расстелили ковёр.

- Тут часть дороги обрушилась. Поэтому по тропе пошли - поясняет проводник.

- Понятно - свистя тяжёлым дыханием отвечаю я...

Всё. Пришли.

Каманский мост с ревущим под ним потоком.

Огромное спасибо проводнику.

УАЗик Вадика.

Дорога...

Вадик развозит всех по домам.

До встречи, река Гумиста! Сегодня ты преподала мне хороший урок!


Я не стал разбирать вещи - нет сил.

Позвонил бабушке. Успокоил.

Набрал номер МЧС. Доложил, что мы вернулись.

Просушил феном и поставил на зарядку телефон.

Посмотрел время. 2 часа ночи...

- Папа. Я штаны потеряла - Олесенька стоит всё в той же ветровке, обёрнутой вокруг пояса на манер юбки.

- Где потеряла?

- Я в пакет положила их, а пакет привязала к Даше на рюкзак. А она, видимо, отвязала их перед тропой, а мне ничего не сказала...

- Ух, хитрая девчонка! Ну да ладно, хрен с ними, со штанами этими!

- Ну да... Говорят, примета такая - значит, ещё вернёмся...

- А что, хочешь вернуться?

Севка и Олеся подошли ко мне и обняли: 'Папа, с тобою - да хоть сегодня! Мы же знаем, что когда мы с тобою, ничего с нами не случится!'

Да уж.. Не случится... Уже не случилось! Ну да ладно, роднульки...

А дети всё сильнее и сильнее прижимаются ко мне. И тут Сева подымает взгляд и выдаёт: 'Папа! А мы ещё раз ведь пойдём в поход? Мне понравилось! Ведь, согласись, клады просто так не должны даваться!'

Ну уж нет! На этот приезд хватит! Впереди - неделя на море! Отдыхаем! Благо, к сочинской бактерии у нас уже иммунитет!

Я вышел на балкон. Распечатал сигару. Откупорил бутылку 'Букета Абхазии'. Бросил взор на небо.

Чёрное одеяло туч быстро исчезает где-то за горными хребтами. На небе проступают огромные южные звёзды. Гроза уходит. Тает...

Нет, правда, когда-нибудь я напишу сценарий и сниму про это приключение фильм!

Добавлю злодеев, неожиданных поворотов. Оформлю всё в трёх актах.

Но потом. Позже. Пока же мне нужно успокоиться, прокрутить всё ещё раз в голове и сделать для себя выводы. Что бы больше так не встревать. Хотя, кто знает, что там впереди? Может статься, крутанутся события, да и встряну где-нибудь ещё сильнее. Но я верю, что неизменно со счастливым исходом...