# Недоброе прощание

Артём Шейнин

Гардез-Кабул-ташкент, июнь-август 1986

Недоброе прощание

(лето 1986, Гардез)


Конец мая. Мы сидим в курилке перед клубом в ожидании кино.

Из динамиков играет музыка....

Классная песня. Поют мужик с тёткой. Надрывно так поют, от души.

Чё-то там про две звезды, которые куда-то падают с неба.


-Тётка вроде Пугачёва? А чё за мужик?


Это кто-то из наших, из дембелей. И кто-то из наших же::


-Да хрен его знает. Не Кузьмин?


-Ты чё, с дуба рухнул? С хрена ль-то Кузьмин будет с Пугачихой петь?


Для нас, призванных в апреле 84-го, где Пугачёва была эстрадой, а Кузьмин-рокером, такое сочетание было невообразимым и непонятным.

Мы не могли себе этого представить.

Как не могли себе представить панков и металлистов на Арбате.

Сам Арбат, ставший из живой улицы театральной декорацией.

Очереди за водкой.

И многое другое, что изменилось за эти два года-нам предстояло вернуться в другую страну.

Той, откуда мы уходили уже не было....

Как не было уже и нас, тех мальчишек, которых в апреле 84-го везли под "Кара-кара-кум" в жаркую Фергану.

А потом в августе, под "Летите голуби!"-в ещё более жаркий Афган.


Мы наивно думаем, что скоро уедем в Союз, на гражданку, а Афган с его войной останется здесь, станет нашим прошлым....

Никуда он нас не отпустит....

Никогда....

Но ничего этого мы пока не понимаем.

И многое отдали бы сейчас, чтобы слушать странный, невообразимый для нас дуэт не здесь, перед клубом 56ДШБ в Гардезе, а там, в Союзе.

И самое обидное, что мы же ДОЛЖНЫ уже быть там.

Мы уже заслужили это!


Зачем нас оставили-понять трудно. С июня на операции мы уже больше не ходили. Но как водится, объяснять нам никто ничего не стал.

А зачем?

Родина тебе доверила интернациональный долг выполнять-вот и выполняй.

А то, что ещё три месяца нашим матерям сердце рвать.

Хотя уж вроде прождали положенное.

И вместо сердца там одна рана кровавая....

Так это их доля такая материнская...


Оставшиеся два месяца проходят в каком-то полубредовом состоянии.

Весь июль мы, "граждане" второй роты, ежедневно уходим "работать" на склад ГСМ-горюче-смазочных материалов.

Он находится в стороне от территории бригады, на полпути к "мирному" кишлаку.

("Мирному" в том смысле, что оттуда бригаду почти не обстреливают.)


Ну, работать это только так называется.

Мы должны устанавливать столбы для второй линии колючей проволоки.

В реальности приходим на склад и заваливаемся спать кто где или загораем.

Или ходим в кишлак за электронными часами "Касио" с калькулятором, браслетами от давления, платками.

И ещё всякой всячиной, которую везёт солдат великой ядерной державы в подарок матери и любимой девушке из средневекового Афганистана.

В Союзе-то этого всего не найти, а в кишлаке, в дукане-сколько хочешь.

И не важно, что война кругом, что мы караваны их долбаем, не разбирая особо, что они там везут...

Есть спрос-будет и предложение.

Почему-то этот закон капитализма на местной средневековой почве цвёл пышным цветом. А мы месяцами охотились в бригадном "Военторге" за "дембельскими дипломатами". ...


Иногда, придя после завтрака на склад, от нечего делать мы вкапываем столб. Один в день.

Но это редко.

На хрен он нам сдался этот столб. И эта колючка. И этот склад.

И этот Афганистан...


Моё излюбленное место для сна-под цистерной с водой.

Там хоть какая-то иллюзия тени.

Хотя спать с каждым днём всё труднее. И не потому, что отоспался.

Просто сны все только про дом.

И такие реальные, осязаемые, что просыпаешься в жутком настроении.

Ведь всё это уже должно происходить с тобой не во сне, а на самом дела!!!!!!

И в голове лишь одно: "Когда же, когда....?"


А потом этот день пришёл....

Провернулось колесо времени и всё повторилось.


Начало августа и мы снова ждём, когда начнутся отправки.

Как два года назад в Фергане.

Только теперь уже не Афган, а Союз занимает все мои мысли и мечты.

На сей раз нам с Пахомом с первой отправкой не подфартило- только третья.

Да какая разница!

Тем более, Никулин с Сергеевым всё равно подождут нас в Ташкенте.

Гульнём там, а уж потом все вместе в Москву.


Гульнуть в Ташкенте- гусарский шик афганских дембелей.

Ведь всё время, что мы были в Афгане, там в Союзе, нам "капала" получка. Пусть немного, пусть 10-15 рублей в месяц, но за два-то года ого-го накопилось, под 300 рубликов!

Плюс за лёгкое ранение-150, если есть. Да за среднее-300.

Это при том, что ведь и в Афгане нам те же суммы капают в чеках "Внешпосылторга".

А чеки-то эти в Союзе 1:3, говорят. А можно и подороже продать барыгам


Столько денег мало кто из нас когда-то держал в руках. И видно потому, ещё не полученные даже, они уже начинали жечь карман.

А многим стремление "гульнуть" начинало жечь душу ещё по пути в Союз.


Отпахав два года на войне, отлазив по горам, отползав под пулями, 20-летние парни искренне считали, что "кто воевал-имеет право".

Что никто не в праве хоть как-то сдерживать наш кураж.


Но так думали только мы, бесшабашные юнцы. И так совсем не считало ни командование нашей бригады, ни командование Кабульской пересылки, ни военные патрули в Ташкенте.

Для них мы всё ещё были военнослужащими, которые должны соблюдать форму одежды, должны были соблюдать воинскую дисциплину, должны....


Да почему же мы опять чего-то должны! Мы давно всем всё раздали!

У нас и так украли уже ТРИ месяца жизни!


Вот в этих противоречиях, между "уже заслужил" и "ещё должен", и были корни известных на весь Афган буйств десантуры на Кабульской пересылке.


Повторялись они регулярно, каждые полгода.

Чуть потише в апреле и октябре и уж совсем буйные- в августе и феврале.

А чем ещё напугать бойца, уже "закошенного" с дембелем аж на три месяца?


И, как водится, никто никаких выводов из этого не делал.


Потому что, если бы делали, разве стали бы докапываться к нашим дембельским парадкам в бригаде?

Стали бы распарывать ушитые "как положено" брюки?

Стали бы срезать "неуставные" бляхи, погоны, шевроны, аксельбанты?

Стали бы унижать нас, заставляя прибинтовывать к ногам или прятать в трусы всю эту столь важную для нас мишуру?


Разве обеднела бы родная армия , позволив увозить с собой второй тельник, а не прятать его как воришка под китель на спине?

Неужто подрывали боеспособность вооружённых сил обрезанные канты на подошвах дембельских сапог и приделанные к ним каблуки?

Кому мешали изогнутые чуть ли не наполовину бляхи, разглаженные чуть ли не до пупка отвороты кителя, шевроны с вырезанным "Афганистан"?


Наверное, тем же, кто устраивал нам там строевую перед боевыми, запрещал ходить в горы в кроссовках вместо полусапожек, конфисковывал удобные духовские "лифчики" и спальники.

Ведь это не положено!

Сутками лазить по горам без воды, неделями жрать сухпай на боевых и месяцами сечку с салом в бригаде, спать в горах на снегу и кормить вшей и главное каждый день рисковать жизнью- всё это было положено.


А все эти удобные, но "неуставные" вещи-нет.

И "нарушать форму одежды", уходя на дембель-тоже.


А ведь для нас это были не просто цацки-это был символ, это был ритуал, фетиш! Это был грандиозный карнавал, , которого мы ждали два года.

И которого каждый из нас мог не дождаться! Мы все ходили по краю!

И 730 дней мечтали о том дне, как лихо заломим берет на затылок и придём домой!


Зачем, ради каких высоких принципов нужно было упорно пытаться нам всё это испортить, когда он, наконец, наставал?

И ещё тысяча зачем и почему, как всегда безответных!

А в результате уже на кабульскую пересылку попадали мы заведёнными!

Как будто нам мало было своего адреналина....


Простите, увлёкся- столько лет прошло, а не могу успокоиться.

Потому что не могу понять....


Прощания с Гардезом у меня не получилось.

Целый день мы ждали вертушек, на которых должны были улететь в Кабул.

Раза три нас даже выводили на бригадный плац строиться-уже в парадках, с дипломатами, переобнимавшихся со всеми, кто был в это время в роте.

Но, продержав какое-то время на плацу, снова распускали по палаткам, не сказав ничего определённого.


И вот ты снова тащишься в палатку, где уже со всеми попрощался.

Снова нужно снять и развесить наглаженную парадку, размотать бинты, которыми примотаны к ногам "неуставные" погоны.

И снова сидеть ждать....

А сил ждать больше нет.

После обеда роте пришёл приказ срочно собираться куда-то на задачу. Очередные спешные объятия, палатки пустеют и через какое-то время мы видим, как поднимая клубы пыли ротная колонна уносится куда-то в сторону Гардеза....

Счастливо, мужики!

Спустя ещё пару "ложных тревог" нас в очередной раз строят на плацу.

Мы уже не особо верим и надеемся, что и на этот раз куда-то полетим.


Но неожиданно приходит какой-то майор, который практически без всякого шмона ведёт нас к нескольким "ГАЗ-66".

Перелезая через борт, больно ударяюсь о тем местом, где спрятана бляха.

Блин, так и без детей остаться можно....


Всё торопливо, суетливо, обыденно.

Разве так я представлял себе два года назад "отъезд на Родину".

Пылим на взлётку. Забегаем в "Ми-8".

Сколько ж нам пришлось на них полетать на десантирование....

Родное всё внутри. Только мы чужие теперь тут, в своих парадках.

Хотя рассаживаемся по привычке кто куда, и на скамьи у борта и на пол.

Нас много, мест мало. Да и наплевать уже-только б улететь отсюда скорее!

Заводимся, взлетаем....

Даже не взглянул я на прощание вниз.

Пока бляху вытаскивал,, пока погоны от ног отматывал- уже и не видно стало ни Гардеза, ни бригады...

Только бесконечные горы, горы, горы...

Унылый и однообразный, но такой привычный уже теперь пейзаж...


Через 40 минут мы в Кабуле.

На взлётке узнаём- бортов в Ташкент сегодня уже не будет.

Значит, ночевать на пересылку.

Видать, не разминуться мне с ней, родимой, и напоследок.

В гробу я, конечно, видал такой символизм, но что поделаешь.


При входе на пересылку замечаю, что часовой смотрит как-то затравленно.

Причину узнаём сразу-же: вчера был борт на Ташкент, но наших гардезских, с предыдущей отправки, на него не посадили.


Ну и ребята, обидевшись, ночью почудили маленько.

Дочудились до того, что кто-то из начальства пообещал, что гардезских дебоширов теперь в наказание отправлять не будут совсем.


Ну что ж, с логикой у товарища командира всё в порядке....


Ночью выдаём вторую часть марлезонского балета, цыганочку с выходом и прочие эксклюзивные номера "а-ля Гардез".

В итоге утром всё меняется "с точностью до наоборот".

Часов в 10 по всем палаткам объявляют:


-56 ДШБ на выход!!


Вот тут нас уговаривать долго не надо.

Вываливаем из палаток, строимся в колонну по четыре.

Пошли!


Балагуря и посмеиваясь, позвякивая медалями и поблёскивая надраенными до блеска бляхами ремней, начинаем двигаться в сторону ворот пересыльного пункта....


Больше полутора лет назад стоял я здесь, у ворот пересылки.

Смотрел на такую же колонну дембелей и не мог представить, что когда-то вот также эта зелёно-голубая волна подхватит и меня.

Подхватит и понесёт ДОМОЙ!


Может и сейчас где-то перед воротами стоит пацанчик в замусоленном х/б и в панаме с обвисшими краями и мечтательно смотрит на нас, счастливых и довольных. И вдруг понимает, что и его ждёт такое же через полтора года.


А потом выйдет туда, за ворота и запретит себе думать об этом до поры....


И правильно, и молодец, пацан! Удачи тебе!

А я не буду оглядываться.

Я ничего не оставляю сзади себя, чтобы оглядываться. Всё у меня только впереди. Мысленно я уже там, дома, в Союзе!


Пока перебирал я в голове воспоминания, приятные и не очень, подошли к самолёту. На сей раз борт нам подали военный, транспортник Ил-76.

Тоже неплохо для разнообразия

И плевать, что нет стюардесс и не ожидается газировки.


Начинаем подниматься по железному трапу. У самого входа в самолёт стоят два пилота. Ещё только начав подниматься, вижу, как у кого-то из парней они забирают военные билеты.

Поравнялся с ними, а они и мне:


-Сержант, военник дай-ка!


Замешкался я на секунду.

Мне бы послать их подальше- с хрена-то ещё каким-то летунам мой военник?

Но мне так не хочется уже при посадке в самолёт устраивать очередные разборки. После секундной паузы отдаю им свой главный пока документ. Мне ж солдатом осталось быть всего ничего- чё мне военник-то....


Рановато расслабился,..

Но это я только позже пойму.


А пока заходим с Пахомом в самолёт. Ряд вдоль борта уже занят, а посередине пока есть свободные места. Садимся, осматриваемся.


Большей частью самолёт заполнен десантурой.


У самого выхода, у рампы, сидят человека четыре офицеров.

Сразу обратил внимание, что они как сели, так сразу отвернулись и вообще не смотрели в нашу сторону. Хотя, казалось бы, чего всю дорогу в стенку пялиться?


Напротив нас, чуть правее, какие-то чернопогонники в фуражках.

То ли связисты, то ли ещё кто.

Сидят напряжённо так, смотрят насторожено. .

Их присоединили к нашей колонне по пути в самолёт, уже за пересылкой.

Человек 30. .Кабульские, видать.

Неплохо затарились, ребятки. Пока мы по горам скакали за духами....


У каждого из них увесистый чемодан а-ля "мечта оккупанта"

А мы-то все с тоненькими дипломатиками.. Часы с калькулятором, платок маме, кроссовки. Ну, ещё чего по мелочи.

А когда? Да и где?


То боевые, то наряды.

Да и в свободное-то время никто нас что-то не приглашал особо в Гардез съездить, по дуканам прошвырнуться....

А сам туда запаришься пробираться через охранение да минные поля.

Да и сгинуть в можно запросто , в гардезском-то дукане.

Регулярно там исчезали бригадные любители прибарахлиться.

Кого-то потом возвращали, конечно, но чаще уже по частям....

Короче с шопингом у десантуры не задалось...


А эти видать серьёзно "затаривались", основательно.

И время, видать, было и возможности...


Пацаны наши поприкалывались, конечно:


Слышь, воин, не тяжело? Может помочь тащить-то?


А те не отвечают, идут молча, только сопят недовольно.

Поняли ведь прекрасно причину нашей иронии...


Царапнуло меня , конечно.

Так, не то чтобы завистью. Скорее чувством какой-то несправедливости-уж больно контраст бы заметен между их "багажом" и нашим.


Но глянул, подумал и забыл. Какая мне разница-я ж не затариваться сюда ехал...

Как там? "Кому война-кому мать родна...."


Но кабульские, видать, почувствовали, что дело пахнет керосином

Потому и сидят такие напряжённые.


Тут, наконец, загудели движки, мы стали выруливать и через несколько минут взлетели.

По ощущениям самолёт попёр чуть ли не вертикально вверх, без всяких там наматываний кругов для набора высоты.

Взлетели так резко, что меня, признаюсь, чуть не вырвало.

И судя по выражению лиц пацанов вокруг- не одного меня.

Аж пот пробил...

Но сдержался- весёленькое было бы завершение службы в ВДВ...


Видно, не мне одному при виде связистов этих всякие мысли в голову пришли обидные.

И не все с этой несправедливостью мириться захотели....


Только мы набрали высоту, как в рамках восстановления социальной справедливости ребятишкам предлагают добровольно сдать неправедно нажитое добро в фонд помощи ветеранам ВДВ.

Они отказываются,.

А на попытку силового изъятия отвечают сопротивлением...


Что тут началось.

Наши на них напирают. Те визжат, на скамейку встали, ногами отпихиваются. Горой за добро своё стоят...

Дракой это, конечно, не назовёшь.

Грабежом, вроде, тоже. Потому что в итоге всё содержимое их чемоданов, только уже разорванное на куски, истоптанное и обезображенное, остаётся валяться на полу.

Хотя может и разжился под шумок кто из наших парой трусов по последней кабульской моде....

Не судья я им.

Сам не полез-противно мне было. И Пахом не полез. И Белый.

Но и разнимать не стали. Вроде, дёрнулись сначала, да куда там....


Да и было на что отвлечься пытливому взору.

Как же интересно было наблюдать за поведением четырёх офицеров, сидевших в самом конце самолёта"!

Как они отвернулись, сев в самолёт, так ни один и не повернулся в нашу сторону, никак не отреагировал на дебош в салоне. Как будто и не происходит ничего. Как в детской игре: "Я в домике!"

Странно?

Это как сказать.

Полный самолёт 20-летних пацанов, которые два года воевали и которых ещё и на три месяца позже домой отпустили.

Вы бы попёрли против них? Я бы-нет.

Вот и те офицеры тоже.

К тому же не могли они не знать, что на солдатском-то жаргоне офицеров "шакалами" звали. Дело, конечно, прошлое, да и не всё так однозначно.

Но из песни слов не выкинешь....

И много у кого за два года к офицерам вопросы накопились.

Попался б мне там, в самолёте, под руку замполит наш ротный-один бы из нас точно до Союза не долетел.

В-общем был у офицеров этих резон в "ничего не вижу, ничего не слышу" поиграть.

А вот один из пилотов в какой-то момент пытался вмешаться.

Выскочил в салон, орёт:


-Ну-ка прекратить!


А никто внимания не обращает. Он это видит и заводится:


-Прекратить! Буду стрелять!


Даже за кобуру схватился. И вот этим-то внимание к себе привлёк:


-Вот ты напугал, мужик! Давай, стреляй!


Больше ничего пилот не кричал

То ли просто плюнул он на эту канитель, то ли понял, что глупость сморозил-нашёл кого стрельбой пугать. .

Ушёл и больше мы его до посадки не видели.

Да вскоре и потасовка вдруг сама собой утихла.

Как-то резко все пришли в себя. Как будто опомнились.

Примолкли, расселись. Вроде, как и не было ничего

Если б только не пол в самолёте, весь обрывками усыпанный....


И как раз в этот момент по внутренней связи объявили, что мы пересекли границу Союза Советских Социалистических республик.

Только почему-то никто в этот момент ни береты в воздух не стал подбрасывать, ни обниматься.

Выплеснулись уже все, что ли, эмоционально?


В-общем, как покидал я пределы Родины без особой помпы, так и назад вернулся в не самом радужном настроении.

И забыл бы я этот неприятный инцидент при долгожданном возвращении на Родину после долгой разлуки, да вот не дали.

И кто не дал? Свои же родные афганские летуны....


Приземляемся в Ташкенте. Вот тут бы и случиться радостной и светлой встрече с Родиной. Вот тут бы броситься мне к ней в объятия.

Уж не знаю, стал ли бы я бетон полосы взлётной целовать, но выйти с чувством на родную землю хотелось.

Но тут пилоты по громкой связи объявили:


-При посадке мы забрали у нескольких из вас военные билеты. И пока в самолёте не будет наведён порядок, назад вы их не получите...


И ещё добавили, что остаться могут только те, кто без военников.

Остальные должны выходить и следовать на таможню...


Вашу мать!

Вот нельзя было как-то по-другому придумать?

Надо же было так обосрать возвращение домой!


Вот он почему так быстро "сдулся", , пилот-то.

Не стал нас особо успокаивать, к порядку призывать.

Видать, не первый у них такой случай был. И подготовились они.

Заложников, так сказать, взяли....


Я в бешенстве!

Я отхерачил два года!

Два года ползал по долбанным горам!

Два года каждый день мог сдохнуть!

Два года мечтал об этом дне, об этой минуте!


И теперь, когда всё уже почти кончилось, в эту самую минуту, меня так......


Ну не суки?!


Но причитать и злиться было некогда.

За железным бортом самолёта был СОЮЗ!

Он ждал и манил! Он отвлекал от любых грустных мыслей...


Ладно, преодолеем ещё одно, последнее препятствие на пути домой.

Уж сколько их было и каких. Прорвёмся...


Оглядываюсь вокруг, оценивая обстановку.

В самолёте нас человек 10. Шесть десантников и четверо бойцов в фуражках и с чёрными погонами.

Ну что ж парни, жизнь есть жизнь и в ней свои законы.

Не ваш день сегодня.

Каким бы иезуитским не был расчёт пилотов, но он безупречен.


Бойцы и сами уже всё поняли. Опустились на корточки и начали собирать с пола следы недавней потасовки и обрывки её результатов.

Мы разбираем себе каждый по "подопечному" и начинаем "придавать ускорения":


-Ты чё нерезкий такой! Резче шуршим, тело!


Около моих сапог, передвигаясь на корточках, собирает мусор низкорослый, щуплый паренёк. Какой-то прямо подросток совсем.

Покорный и бессловесный

Меня даже как-то удивляет его покорность.

И даже где-то раздражает..

Но ещё больше раздражает , что наши-то все уже на свободе, а я тут за ними говно подбираю! Хотя сам-то в раскулачивании участия не принимал,..


И вот всё это раздражение вкладываю в несильный, но концентрированный пинок:


-Резче давай, тело!


В этот момент мальчишечка оборачивается ко мне, не вставая с корточек...

...и я сначала вижу его сапёрные эмблемы...

....а потом медаль "За отвагу!"....

..... и нашивку за ранение....


Твою мать......


Меня как током пробило. Что ж я творю-то?

Мы ж ,считай, на гражданке уже!

А это всё там осталось, там!

"Шнуры"- "дембеля", "солдаты-шакалы", "десантура-соляра"


И я ж ведь знаю, что за работа у сапёров, что за война.

И он, как и я там каждый день.....


Это я додумываю, уже сидя рядом с ним на корточках.

В четыре руки мы быстро дособираем оставшийся мусор.

Наши парни смотрят на меня удивлённо, но не вмешиваются.

Забираем у пилотов наши военные билеты. Выходим из самолёта.


Я не прошу у него прощения- не могу так быстро перестроиться.

Я вообще не могу найти в себе сил ему что-то сказать.

Стыдно мне, блин, стыдно....


Вот так я и оказался, наконец, дома. Так вернулся из Афгана.

Я так рвался сюда. Я так рвался оттуда.

И не мог себе представить, что Афган не отпустит никогда.

Именно этот, не всегда ко мне добрый и справедливый,

Этот пропитанный кровью и болью, враждебный и непонятный Афган ....

Афган, который неласково меня встретил и недобро проводил.

Вот этот непридуманный Афган заполнит собой всё..

Станет паролем и отзывом для большинства из нас.

Для тех, кто так неистово мечтали уехать и забыть его навсегда...


Он всю жизнь будет тянуть к себе.....

И не давать покоя, грызть изнутри

Рваться наружу....


И прорвётся, наконец, выплеснется в эти рассказы.

В непридуманные истории о моём Афгане.

Спасибо, что вы прожили их вместе со мной