# 149-й на боевых (1985 год)

Владимир Витальевич Щенников

Самые яркие, самые героические и трагические моменты боевых действий 1985-го года

149-й гвардейский мотострелковый Ченстоховский Краснознаменный

ордена Красной Звезды полк

1985 год


Наступил январь 1985-го года и командование дивизии, не мудрствуя лукаво, решило провести повторную операцию в районе Ишкамыша. По всей видимости надеясь повторить, а то и превзойти успешные результаты предыдущего года.

По предыдущему опыту было известно, что хорошо организованная разведка противника не позволит нашим подразделениям достичь скрытого наземного выхода на блокирование. Поэтому как и прежде решено было блокировать противника силами тактических воздушных десантов, а затем уже уничтожить его фронтальным наступлением наземных сил.

Следовательно опять десантирование с вертолетов в заснеженные зимние горы. Знакомое по 1984-му году барахтанье по пояс в снегу. Взятие укрепрайона и центра по профессиональной боевой подготовке мятежников. И как ожидалось вновь богатые трофеи.

После нанесения авиационных ударов по местам наиболее вероятного расположения живой силы противника, немного восточнее Карабулак, Марзек и Фулоли-Пайн-Бала был по возможности скрытно высажен тактический воздушный десант в составе 783-го орб. Практически одновременно в район 4 км западнее н. п. Ишкамыш - высадился десант 2-го мотострелкового батальона. После высадки 2-й мотострелковый батальон под командованием гв. майора Гайдая Ивана Владимировича разгромил противника в опорном пункте Кучи и в 4 часа 30 минут, соединившись с подошедшей бронегруппой под командованием командира 5-й роты гв. старшего лейтенанта Виноградова Виктора Иосифовича, приступил к рейдовым действиям в направлении Аликутан - Бадгузар с целью уничтожения складов с оружием и боеприпасами. Противник, пытаясь вести сдерживающие действия, одной частью сил отошел в горы, другой частью сил сосредоточился в кишлаке Ишкамыш. Было известно что там и располагался основной учебный центр мятежников.

В это время 1-й мсб под командованием гвардии майора Фёдорова Александра Михайловича, используя успех 783-го орб и 2-го мсб, также по возможности скрытно подошел к кишлакам Карабулак и Марзек, а затем внезапным ударом уничтожил противника в этих опорных пунктах. Затем, развивая успех, 1-й батальон к 12-ти часам вышел к Ишкамышу с юга. Силы мятежников оказались блокированными с трех сторон. После 15-минутного огневого налета артиллерии оба мотострелковых батальона во взаимодействии с разведывательным батальоном и при поддержке звена боевых вертолетов МИ-24 перешли в атаку и к 14-ти часам разгромили противника в упомянутом населенном пункте. Потери мятежников составили не менее 130 человек убитыми и около двух десятков пленными. Было захвачено большое количество оружия и боеприпасов.

Во второй половине дня наблюдатели из 4 мср обнаружили довольно приличную группу всадников. Ими оказались местные душманы, которым удалось не попасть в поле нашего зрения на начальном этапе операции. Но по-видимому, к этому времени они решили, что оставаться на равнине больше нельзя. Тогда упомянутые ишкамышские боевики попытались верхом на лошадях на максимально возможной скорости пересечь заснеженную долину и скрыться в горах. Отряд вражеской кавалерии насчитывал более пятидесяти человек.

Им наперерез выскочили несколько "коробочек" (БМП-2) четвёртой роты. Наводчики-операторы открыли огонь из автоматических пушек и пулемётов.

Душманский конный отряд тут же рассыпался на мелкие группы, которые пытались уйти в разных направлениях. Но и эта хитрая уловка не сильно им помогла. Смертоносный металл настигал их повсюду.

В обнаружении и уничтожении кавалерийского отряда неприятеля наиболее отличились наводчики-операторы 4-й мср гвардии рядовые Аржерусов Константин и Аникеев Сергей.

Следом, за уже упомянутыми успешными действиями, нашим 2-м батальоном был заблокирован и взят штурмом кишлак Бурка.

4 мср на этой дивизионной операции командовал гвардии капитан Перятинец Александр Григорьевич, 5 мср командовал гвардии старший лейтенант Виноградов Виктор Иосифович, 6 мср командовал гвардии капитан Левко Александр Васильевич.


Суровая реальность зимних гор. Присел на камушек командир 6-й роты гвардии капитан Левко Александр Васильевич.

Позывной "Ампула". Ишкамышская операция январь 1985-го года.

Круче гор могут быть только горы, по которым ходили зимой. На снимке офицеры 2 мсб.

Слева направо: Айболит 2-го мсб Виктор Пряднев, следом командир 6 мср Александр Левко,

правее зкрпч (замполит) Геннадий Брицко, далее командир 1-го мсв Виктор Фурман,

за ним арткорректировщик из полкового адн (?) (6 мср позывной "Ампула").

Ишкамышская операция январь 1985-го года.


Мимо "новогодней" ёлочки и вниз. А спускаться, братцы, порой даже посложнее, чем подниматься будет.

Но снежные горы уже жутко утомили и душа равнины просит.

Наконец-то спустились. Вышли на броню защитницу и кормилицу, которая моментами была милей, чем дом родной. Отсюда и

радость и энтузиазм. А также всевозможные шутки и прибаутки. (Саша Левко покушается на "неприкосновенность" Вити Пряднева).

Ишкамыш январь 1985-го года.


В конце января нас снова ждал вечно стреляющий Баглан.

Как это часто бывало всё началось с малого. Произошла небольшая перестрелка в районе кишлака Мохаджир. Наши парни из 3-го батальона, находясь в засаде, обнаружили перемещение небольшой группы неприятеля и открыли по врагу огонь. Ясное дело, что в ответ им тоже прилетело. Ну и началось.

"Слово" за "слово", чем-то по столу, а в ответ "цветочные горшки" в ход пошли. Короче, зацепили якорем за большую корягу! Так мелкая стычка переросла в полномасштабную дивизионную операцию.

И эта боевая операция проводилась по всему Центральному и частично по Южному Баглану. По той причине, что в пешем порядке или на броне подобраться к интересующим командование дивизии "особо злачным местам" незаметно и внезапно было невозможно. Так как система наблюдения, обнаружения и немедленного предупреждения была организована противником на высоком уровне. Пришлось как и прежде во всех подобных случаях использовать высадку вертолетного десанта. Данный прием был давно отработан. "Вертушки", двигаясь на небольшой высоте, появлялись почти мгновенно (так как издалека их было не видно, а если и слышно, то непонятно откуда и куда летят). Не садились и часто даже не зависали над одним местом, а просто очень медленно двигались в 1,5-2 метрах над землей и в это время полным ходом шла высадка десанта. Всё происходило быстро и слаженно по натренированной схеме. В этот раз высаживались на обширные рисовые поля в районе Центрального Баглана.

Хотя вроде бы появились и высадились внезапно, но враг, как оказалось, не дремал, а по сему тут же попали под огонь противника из стрелкового оружия. Патронов неприятель совершенно не жалел. Так что вдоволь наползались по рисовым чекам по-пластунски. Вести бой подобным образом нам пришлось около часа. Выручила во время подоспевшая броня 2-го и 3-го батальонов. Под её прикрытием удалось занять несколько близлежащих дувалов и соседнюю зелёнку. Закрепившись на местности и выявив многочисленные огневые точки душманов, принялись наводить артиллерию по координатам целей. И надо сказать наша "арта" отработала великолепно. Полковые самоходные артиллерийские установки вышли на прямую наводку и принялись нещадно долбить по выявленным огневым точкам неприятеля. Результативная работа артиллеристов несколько поумерила боевой задор багланской басмоты и плотность огня с её стороны значительно снизилась. За что всем причастным к этому благому делу парням огромное человеческое спасибо. Чтобы довести успешно начатое до полного ума вызвали вертолеты огневой поддержки. 24-ки подошли через несколько минут и закружили в своей фирменной карусели. Но "духи" тоже не растратили свой боевой кураж до конца и закусив удила, продолжали биться не считаясь с потерями. Короче, заруба пошла серьёзная. А ведь буквально накануне командир 7-й мср гв. капитан Владимир Минеев обращал внимание выше стоящего командования на важную информацию полученную из местного ХАДа. Там помимо прочего говорилось о том, что на днях в район Центрального и Южного Баглана с Панджшера пришло не менее 150 боевиков вооруженной оппозиции ИОА (Исламского Общества Афганистана) с целью активизации боевых действий. Иными словами Ахмад Шах Мосуд решил влить "свежую кровь" в боевые отряды багланского душманского сообщества, чтобы помимо всех прочих очевидных выгод ещё и значительно укрепить свое влияние в провинции Баглан. Надо отметить, что присылаемые Мосудом бойцы всегда отличались приличной боевой подготовкой и значительной стойкостью в бою. Но старшее командование по всей видимости не отнеслось к этой информации с должной серьёзностью. Восприняв её как ещё один фейк порожденный в недрах госбезопасности Афганистана. И правду сказать ложная информация из ХАДа шла в больших количествах. И ей было никого не удивить.

В конечном итоге в этот непростой, но результативный день противник понес очень значительный урон. Кишлак Мохаджир и все прилегающие к нему более мелкие населенные пункты были отбиты подразделениями 149-го гвардейского мсп. Но к глубокому сожалению и наши потери тоже оказались очень весомыми.

29 января 1985 года в районе Центрального Баглана при штурме кишлака Мохаджир геройски погибли в бою: замполит 5-й мср гвардии старший лейтенант Сергей Игоревич Маркин и замполит 7-й мср гвардии старший лейтенант Виктор Петрович Забобонин. В том же бою погибло несколько бойцов срочной службы.


Гвардии старший лейтенант Маркин Сергей Игоревич.


Серёга Маркин летом 1984-го года.


Сергей Игоревич Маркин был очень уважаемым в полку офицером. Дружбы с ним искали многие. Но далеко не каждый удостаивался этой чести. Его по праву считали Совестью всего второго батальона. Потеря любого сослуживца трагедия. А такого как Сергей - трагедия вдвойне! Когда вспоминаешь о нём, то слова сами по себе невольно складываются в рифму.

Баглан - запахом опасности встречает снова.

Тишина огнем из-за дувалов взорваться готова.

Серега Маркин здесь был выстрелом сражен.

Весь батальон тогда был горем поражен.

Ведь на участках боя, где головы не поднять,

Серега всегда был первым и этого не отнять.

Ради жизни друга, не задумываясь, рисковал,

Бойцам своей роты во всем пример подавал.

Господь не пожалел ему талантов.

Ещё в училище он выделялся из курсантов.

Никто не встречал надёжней друга,

А быть его другом - большая заслуга.

В тот день потеря не последней была,

Ещё одну скорбную весть молва принесла.

Война - есть война, а что вы хотите?

Пулей оборвало жизнь Забобонину Вите.

И вышло, как в песне Великой войны былой:

"... за Вислой сонной лежат в земле сырой

Серёжка с Малой Бронной и Витька с Моховой".

Но наши Серёга с Витей полегли на войне иной.

В другое время, в другой стране, у другой реки,

Но тоже в борьбе с "силой тёмной" погибли мужики.

И традиции прежних войн оказались не стары,

Ведь были они замполиты, а по-прежнему - комиссары.

Прощание с гвардии старшим лейтенантом Маркиным Сергеем Игоревичем у дивизионного морга.

Конечно, смогли прийти только те офицеры и прапорщики батальона, которые были не на выезде.


Один из эпизодов штурма Мохаджира. Провинция Баглан 1985-й год.


Крайний справа командир 7 мср гв. капитан Владимир Минеев (начальник гарнизона, вечно стреляющего Южного Баглана),

крайний слева зкрпч 7 мср Алексей Барсук, в центре начальник ХАД в Баглане Барклай. Налицо реальное содружество с афганской спецслужбой на местном уровне.

Гвардии капитан Минеев свое дело знал туго и постоянно держал руку на пульсе всех происходящих на подконтрольной местности событий.

Силами 7 мср неоднократно проводил хитроумные результативные операции в Южном Баглане. Местные душманы его побаивались и уважали.

А потому этот заслуженный офицер по праву считается одним из самых легендарных командиров рот, как 3-го мсб, так и всего 149 гв. мсп.


Слева нш 3 мсб Васильев Александр Иванович. Справа комбат-3 Цапаев Дмитрий Алексеевич. Центральный Баглан 1985 год.


В начале февраля 149-й гвардейский принимал участие в операции в горах Айбака провинции Саманган. 5 февраля в хитроумную засаду противника попала 3-я мотострелковая рота. В ожесточенной схватке с врагом погибли 4 солдата из личного состава подразделения. В этом же бою был тяжело ранен командир 3 мср гв. капитан Силин Сергей. Тем не менее, благодаря тактически грамотным действиям роты, удалось вскрыть оборону противника, избежать больших потерь и выполнить боевую задачу части. В тех боевых действиях наиболее отличился взвод под командованием гв. старшего лейтенанта Першина Сергея (3 мср).

Особенностью этой дивизионной операции было то, что повсюду в скалистых горах Айбака натыкались на мелкие засады. Буквально от 3-х до 6-ти басмачей устраивали засады в скалах повсюду на маршрутах выдвижения подразделений. Конечно, мы их довольно быстро уничтожали, но какой-то вред они всё-таки успевали нанести. В нашем батальоне тоже были и погибшие, и раненые.

Действуя в головном дозоре, погиб гвардии рядовой Циркин Игорь Анатольевич (5мср), который пользовался заслуженным уважением как в своей роте так и во всём батальоне.

Из Айбака на броне выдвинулись в Пули-Хумри. Следом блокирование и взятие штурмом 12 улиц Южного Баглана.

Перед штурмом каждую улицу прямой наводкой обрабатывала артиллерия. Здесь нам очень помог наш полковой артиллерийский дивизион. Экипажи 122 мм САУ "Гвоздика" отлично знали своё дело. Противнику пришлось очень не сладко, хотя он огрызался как мог.

И снова у нас потери. На 5-й улице Южного Баглана был тяжело ранен командир 1-го взвода 4 мср гв. лейтенант Липич Григорий Иванович. К сожалению, после отправки на излечение в Союз в строй нашей части он уже не вернулся.

17.03.85 в кишлачной зоне в окрестностях Кундуза погиб командир отделения 5-й мср гвардии младший сержант Калинин Геннадий Геннадьевич. Геннадий Калинин был опытным и заслуженным воином, успел поучаствовать во многих боевых операциях и не раз отличался в ожесточенных схватках с противником. За боевые заслуги был при жизни награждён орденом "Красной Звезды". Помимо этого, Геннадий был избран сослуживцами секретарём комсомольской организации подразделения. До дембеля оставалось меньше двух месяцев. Но оказалось не судьба. В тот день опытный сержант добровольно вызвался в головной дозор своего подразделения, действовавшего в гпз (головной походной заставе) батальона. Шёл впереди, соблюдая все меры предосторожности. Но всего не предусмотришь. Тем более, что противник тоже накопил не малый опыт при действиях из засад. И всё-таки гвардеец успел обнаружить затаившегося неприятеля и предупредить своих боевых товарищей раньше, чем матёрые душманы успели открыть прицельный огонь по основным силам подразделения. Это спасло много жизней. Но себя, к сожалению, героический сержант уберечь не смог. Получив тяжёлые ранения, мужественный воин продолжал сражаться с превосходящими силами противника пока не погиб от смертельного выстрела вражеского снайпера. Благодаря выигранному времени, подразделения батальона смогли перегруппироваться и при поддержке боевых вертолетов разгромить зловредную банду. За свой подвиг гвардии младший сержант был посмертно награждён орденом "Красного Знамени". Гена был родом из Чувашии. Там и похоронен.


Группа бойцов из доблестной 5-ой мотострелковой роты. Крайний справа гвардии младший сержант Калинин Геннадий.

На снимке в основном личный состав 1-го мсв. Подчиненные и воспитанники гвардии старшего лейтенанта Севостьянова Валентина Александровича.

А 27.03.85 в горах за Ташкурганом погиб в бою командир 1-го взвода 6 мср гв. лейтенант В. И. Фурман. Следом 29.03.85, действуя с разведывательной ротой и пытаясь лично уничтожить снайпера, погиб начальник разведки полкового артиллеристского дивизиона гв. старший лейтенант Сергей Иванович Пономарев (Сергей был родом из Азербайджана. Похоронен в Подольске на кладбище "Красная горка").

На той же операции был ранен в ногу гвардии рядовой Баландаев Владимир (4 мср), который был ещё молодым солдатом, но уже подавал большие надежды, хотя ему, конечно, было ещё чему поучиться у старших товарищей. К сожалению, ранение оказалось серьёзным и в строй подразделения Баландаев уже не вернулся.


На снимке офицеры и солдаты доблестной 3-й мотострелковой роты.


В начале апреля 1985-го года при проведении дивизионной операции в горной местности за н. п. Ташкурган вновь отличилась третья рота. Высадившееся вертолетным десантом подразделение двигалось по гребню горного хребта. Взвод, шедший в боевом разведдозоре, своевременно обнаружил замаскированные позиции душманов и занял оборону. Гвардии ст. лейтенант Зотов Н. В. получил от командира роты боевую задачу обойти позиции противника слева и внезапно атаковать его с фланга. Выполняя задачу, подразделение ст. лейтенанта Николая Зотова обнаружило группу душманов выдвигавшуюся им навстречу. Наудачу нашим парням удалось занять выгодные позиции, избежав обнаружения. Выждали, когда противник подошел на удобное расстояние и огнем из стрелкового оружия, к тому же не жалея используя ручные гранаты, заставили басмачей отступить вниз по склону. В ходе преследования душманов местами дело доходило до рукопашных схваток. Продолжая движение вперед, 3 мср обнаружила замаскированную базу действовавшего в этом районе бандформирования. В ходе короткого ожесточенного боя часть бандитов была уничтожена, а 15 членов банды были взяты в плен с оружием в руках.

Награждение отличившихся. Награду получает наводчик миномёта (2-я миномётная батарея) гвардии рядовой Христофоров Алексей Валентинович.

Алексей погиб 25.05.85 в тяжёлом многочасовом бою у горного кишлака Коньяк в провинции Кунар.


По завершению работы в горах за Ташкурганом, нас вновь ожидал давно заслуживший недобрую славу Сейид. А в этой, изрядно уже знакомой горной местности, без перестрелок и внезапных ночных нападений и засад со стороны дюже агрессивных местных душманов не обходилось ни разу.

Спасибо вертолетчикам! Высадили в горах точно в запланированном районе. Прямо тютелька в тютельку.

Благодаря этому силами вертолетного десанта сходу штурманули нужный горный хребет. Быстро и без потерь.

Броня батальона тоже сработала наславу. Вовремя вышла к упомянутому горному хребту и удачно оседлала его.

Для полного счастья в этот раз, учитывая весь предыдущий опыт боевых операций в этом районе, нам удалось поднять на гребень занятого пехотой хребта не только броню 4-й роты, но и самоходные артиллерийские установки нашего полкового артдивизиона, объяснив им где и как надо подниматься. А с таким мощным прикрытием нам и сам черт был не страшен, не то что местная борзая басмота.


Самоходки артиллерийского дивизиона (149 гв. мсп) вылезшие на гребень горного хребта.

Операция в районе Сейида. Апрель 1985-го года.


К слову сказать, наши полковые артиллеристы поработали в этих горах наславу. Гасили "духов" прямой наводкой так, что только пух и перья во все стороны летели. Закошмарили всерьёз и быстро дали потерявшей прыть басмоте понять, кто здесь хозяин.

Конечно же, что греха таить наши наводчики-операторы БМП-2 тоже не ударили в грязь лицом. Показали противнику возможности скорострельных 30-мм автоматических пушек в полном объёме. Так что в этот раз мы не позволили сейидским душманам разгуляться, а сразу всерьёз осадили их и нанесли им весьма ощутимый урон. Уцелевшие местные боевики на какое-то время разбежались по глубоким норам зализывать раны.

Из наводчиков-операторов 4 мср в лучшую сторону отличились гвардии рядовые Аржерусов Константин, Аникеев Сергей и Костин Игорь.

Затем на обратном пути подразделения полка провели успешную операцию в Южном Баглане. Следом реализация разведданных в зеленке за Алиабадом. Заодно помогли афганским соратникам провести призыв в народную армию. Далее ещё одна реализация разведданных в междуречье рек Кундуз и Ханабад в Кундузской зеленке. Оттуда выдвижение на северо-восток от Кундуза и "талаши контрол" группы кишлаков: Кучи, Кубаи и Муллахейль.


8-го мая 1985 года 3-й взвод 4 мср, действуя на двух БМП-2, по стечению некоторых неблагоприятных обстоятельств попал под сильный обстрел на Ханабадской дороге. Дело было возле известного дурной славой кишлака Мулла-Гулям. Хорошо, что "броня" мотострелкового взвода двигалась на приличной скорости и задумка душманов подорвать одну из "коробочек" на управляемом фугасе, а затем расстрелять всех из засады - не увенчалась успехом. Ответственный за подрыв басмач неудачно рассчитал поправку на скорость и по этой причине замкнул контакты электрической цепи на долю секунды раньше. (А всё потому, что механик - водитель (коим по воле случая оказался гв. сержант Барлык Ишаулов), идущей в замыкании БМП-2, в отличие от своего коллеги, проскочившего старую воронку от разорвавшегося фугаса на приличной скорости, неожиданно для всех и возможно даже для себя самого, вдруг резко притормозил почти у самой её кромки). Взрыв произошел не под днищем машины, а практически под или же прямо перед выдающимся вперед наклонным броневым листом "коробочки". Мощной взрывной волной многотонную боевую машину подняло на дыбы как необъезженного коня. Через несколько мгновений сила земного притяжения вспомнила о своих правах, и "коробочка" клюнула задранным носом вниз. На наше счастье, не потерявший сознание и присутствие духа гвардейский сержант, почувствовав, что "гусянки" его "ласточки" вернулись на твердую опору, тут же "втопил газ до полика" и "бээмпэшка" во все свои лошадиные силы рванулась догонять, уже притормозившую боевую "соратницу". На счастье, в момент взрыва с машины никто не слетел и плотный огонь из стрелкового оружия также не нанес серьёзного урона личному составу мотострелков. Правда "коробочку" и её "пассажиров" закидало землей и кусками асфальта. Кого-то слегка контузило, кому-то набило синяки и шишки, кто-то получил легкие касательные ранения. Но всё это такие мелочи по сравнению с тем, чем данное происшествие могло закончиться.

Да, опять, трудно даже уже сказать в который раз, нарвались на засаду на ханабадской дороге, да ещё и вновь у пресловутого Мулла-Гуляма. Но в этот раз в отличие от некоторых предыдущих случаев можно сказать что сами напросились. Если уж откровенно! Всё изначально пошло не по установленным правилам и в противовес существующим инструкциям. Дело было после 16 часов дня, что справедливо считалось уже поздноватым для подобных поездок. Тем более что перед нашим незапланированным дефиле этот участок дороги даже не проверялся сапёрами.

Напрашивается вопрос! Как вообще такое могло произойти? Что, "ланцепупы", совсем страх потеряли? Да, нет не потеряли! Просто один офицер в послеобеденное время, которое скорее уже близилось к вечернему, вдруг случайно посмотрел на часы и вспомнил, что он давно уже должен был быть на блок-посту у кишлака Баги-Мир. Так как был назначен туда ответственным на все праздничные дни в честь 40-летия Победы в Великой Отечественной Войне. Где находится этот Баги-Мир тот офицер знал в очень общих чертах. Типа с правой стороны неподалеку от выезда из Кундуза в восточном направлении. Пробелы с ориентировкой возникли по той причине, что он совсем недавно был переведен из другого батальона и по дороге возле которой расположен данный кишлачок никогда не ездил. В момент снизошедшего на него озарения, данный гвардии капитан находился на территории комендатуры города Кундуза. Куда попутно заскочил ещё накануне. Так сказать на "пару часиков". В это же время помимо 9-й роты в комендатуре находились пару взводов 4-й мср. Так как в связи с праздником 4-я рота была отправлена в Кундуз для усиления охраны важных объектов находящихся на территории города.

Ну вспомнил капитан о служебном долге! Зачем же горячку было пороть? Подошёл бы к командиру 4-й роты, объяснил ситуацию! Отвезли бы мы его с ветерком туда, куда его так внезапно позвал воинский долг. Доставили бы в лучшем виде! Так нет! Куда же нам без приключений? Короче, капитан, никому ничего не сказав, подходит к понравившейся ему боевой машине четвёртой роты, залезает в люк механика-водителя, заводит БМП и уезжает. Солдаты пытались было выяснить, какой жареный петух так неожиданно клюнул капитана, но были посланы в давно известном направлении. А что поделаешь? Начальство! Тут же, не мешкая, к командиру взвода подбегают несколько бойцов и наперебой докладывают о случившемся. Лейтенант с группой подчиненных запрыгивают в другую машину и бросаются в погоню. Сначала ещё теплилась надежда, что капитан грешным делом просто решил прошвырнуться по кундузским дуканам. Ан нет! Всё оказалось гораздо серьёзнее. В общем "кино и немцы!".

Причём сначала мы на полных парах крайне удачно "долетели" до танковой роты, которая располагалась в ханабадской крепости, расположенной у самой дороги. Ну вроде и так повезло. Без стрельбы, без подрывов, без потерь - пора и честь знать. Остановитесь, заночуйте. Тем более что командир танковой роты любезно принял нас и очень душевно предложил погостить. Также он предложил сразу же связаться с охранением в Баги-Мире и объяснить сложившуюся ситуацию. Следует добавить, что командовал тем охранением гв. старший лейтенант Билык Олег, который был опытным офицером. Он бы легко сориентировался в сложившейся ситуации. Всё бы прошло тихо, мирно и без последствий. Так нет, пришлось ехать назад в предместье Кундуза, где как уже упоминалось и располагался, кому-то сильно понадобившийся, кишлачок Баги-Мир.

Когда ехали к Ханабаду видели в спешке брошенные у обочины дороги велосипеды, а также много груженых всяческой неизвестной нам поклажей осликов, хозяева которых тоже предпочли не попадать в поле нашего зрения. По этой причине ослики мирно стояли вдоль дороги, где-то по одному, где-то по два, а где-то по три и даже по четыре в связке, представляя собой небольшие микрокараванчики. Живописная картина распростершаяся перед нашими глазами наводила на мысль, что никто из завсегдатаев местной "тусовки" не ожидал нашего появления, да ещё в такой неурочный час и столь малыми силами.

Тем не менее местные бандиты на всякий случай наспех сварганили засаду в районе Мулла-Гуляма и активировали ранее установленный ими управляемый фугас, посадив подрывника к устройству замыкающему контакты. Кто знает, а вдруг у этих неадекватных шурави хватит "ума" поехать назад. И ведь хватило!

Мало того, что вляпались в засаду, так ещё и автоматическую пушку (нашу палочку-выручалочку) на одной из машин заклинило, причём в самый неподходящий для этого момент. (Как позже выяснилось причиной оказался небольшой заводской брак). Поэтому пришлось довольствоваться лишь башенным пулеметом. Ну что тут скажешь? Явно не наш день!

Этот случай довольно подробно и весьма эмоционально вспоминает в своём письме (своему заменившемуся в Союз командиру взвода) гвардии старший сержант Дауд Джамбеков. Дауд был непосредственным участником обсуждаемого здесь события, так как на тот момент исполнял обязанности наводчика-оператора на одной из задействованных в той "весёлой" поездке машин.

Письмо сержанта раскрывает и объясняет суть тех не совсем ясных моментов, которые могли возникнуть в связи с прочитанным выше. Становится понятно как, почему, зачем и откуда. (Вы найдёте публикацию упомянутого письма в тексте чуть ниже).

Позже было много желающих посмотреть на огромные вмятины оставленные взрывом управляемого фугаса на переднем наклонном броневом листе пострадавшей "коробочки". Да, броневой лист тогда серьёзно покорёжило, но не пробило. Удивительно!


А ведь всё могло бы произойти так же, как произошло с этой "коробочкой". Какие-то доли секунды уберегли тогда от страшной трагедии.

Ничего не поделаешь против мощного фугаса броня бессильна.


Приблизительно так выглядит БМП-2 полностью укомплектованная для ведения боевых действий.


Письмо, полученное заменившимся в Союз командиром взвода от своего заместителя гвардии старшего сержанта Дауда Джамбекова - ставшего сержантом из рядовых солдат за свои боевые заслуги и неординарные способности. В письме есть информация как о событиях происходящих в 1986 году, так и воспоминания о событиях произошедших в 1985 году.

Привет из Афганистана!

Здравствуйте, товарищ старший лейтенант.

Пишет вам ваш бывший зам. ком. взвода Дауд. Письмо ваше получил, и мы очень обрадовались, что вы живы и здоровы. В роте у нас пока все нормально. Только нашу роту временно перевели в Ханабад.

Там мы сейчас строим крепость и будем пока постоянно находиться там. Роту раскидали по два взвода. 3-й и 2-й взвода вместе, а 1-й и 4-й где-то километрах в двух стоят от нас.

Вы же знаете, где находится в Ханабаде танковая рота. Помните, мы туда ездили на двух бээмпэшках. Когда ехали назад, то фугасик управляемый рванул прямо под носом 48-й (! 148) коробочки. Тогда с нами ещё и капитан Дунин (ЗНШ) был поддатый. Бакшиш из третьего батальона. Он перед этим несколько дней орден обмывал. Из-за него мы все попали в эту переделку. Он всё это безобразие затеял. А нам пришлось исправлять ситуацию, чтобы спасти Дунина от верной гибели. Помните, как было? Он сел за механика, никому ничего не сказал и укатил один, да ещё газ до полика.

Он ведь тогда Ханабадскую дорогу совсем не знал, из Багланов к нам пришел. Вы тогда крепко выругались и сказали, что самого убьют и машину загубит. Хорошо еще если живым в плен не возьмут. Но всё же пожалели его. Послали одного молодого доложить ротному, а нам дали команду по коробочкам и в погоню за Дуниным. Связи то с ним не было. Оказалось, он собирался в Баги-Мир, но с похмельных глаз проскочил до самого Ханабада. Машина под ним новая была, и он выжимал из неё всё что можно не жалея. Потому догнать по пути не получилось. Помню, что 8 мая прошлого года (перед самым вылетом в Кунар) всё это происходило. Накануне Дня Победы. Командир танковой роты предложил нам остаться и заночевать, а утром обещал дать танки для сопровождения. Время уже под вечер было. Дунину тогда объяснили, что если сейчас ехать назад, то засада в районе Мулла-Гуляма сто процентов будет. Он кивал головой и соглашался. А через несколько минут опять заскочил на коробочку и в обратку. Но у нас бросать своих, даже тех, кто с головой совсем не дружит было не принято. Покатили назад. И хвала Всевышнему, что у духов тоже троечников хватало. С поправкой на скорость тот душок малость ошибся. Нервы, наверное, не выдержали. Да еще Боря Ишаулов чуток ему обломал. Перед большой ямой неожиданно резко тормознул. Первая коробочка этот участок ведь на скорости проскочила. Вот духовский подрывник и побоялся опоздать. Но бэху здорово тогда на дыбы подняло. Еще камнями и асфальтом мужиков закидало и посекло. Как только морду на землю опустило Боря сразу по газам на полную. А тут такой накат по нам с обеих сторон дороги пошел, что небо с овчинку показалось. Пришлось покрутиться, но все же отбились. Гурон тогда в люк десанта не успел спрыгнуть и круги вокруг башни наматывал, типа от пуль уклонялся. Но молодец не слетел удержался. Помню рядом с вашей головой колено антенны прострелили. Причем прямо на уровне виска. Вот уроды. Но хорошо с поправкой на скорость тоже чуток ошиблись. В общем повезло нам тогда крупно. А ведь могли все на той дороге у Мулла-Гуляма остаться. И все из-за одного мутного п...ка.

Вы, наверное, вспомнили эту историю. Вот, от танковой роты в сторону Талукана где-то будет километра три и там на сопке с правой стороны от асфальта крепость стояла. Вот мы эту крепость обделываем. В первые дни духи покоя не давали, а сейчас пока тихо, там весь наш полк стоит на блокировке. Весенники все спецы и сержанты уволились, только кто был с карантина их еще держат здесь. Машины наши все двенадцать отлично бегают. Мы получили 46-ю и 42-ю. Теперь все на ходу. Вещи дошли. Спасибо большое. Все ребята, которые вас знали, передают вам огромный привет. Если б вы знали, как вас тут уважают. Мы часто вспоминаем вас, говорим про вас, и я никогда не слышал, чтоб кто-нибудь плохое сказал про вас. Помните, когда Титков в горах на Саланге подорвался на мине и ему ногу оторвало, тогда вы стали за командира роты. С каким настроением мы ходили за вами, потому что все знали, что вы из любого положения найдете выход. Если не вы, сколько ребят в горах только на этих проклятых минах подорвались бы. Особенно в Паншере. Только пару дней назад вспоминали случай. Помните, мы тогда в горах долго были без воды, а когда спустились к речке все попадали в воду и стали пить, мыться, а у нас и так времени не было. Надо было занимать господствующую высоту, чтобы духи не зажали внизу. Вы дали команду быстро подниматься всем в верх, но многие не смогли оторваться от воды. Тогда, вы нас еще раз громко позвали, с выражениями, помните, а потом дали длинную очередь прямо над нашими головами, и никто не обиделся даже тогда. Все поняли, что, поступая так, вы прежде всего заботитесь о нас. Чтобы сохранить нам жизни. Правда, высоту мы тогда взяли можно сказать бегом. Я даже не успел понять, как оказался на верху. А сейчас не то. После того как вы с Траниным заменились, такие командиры пошли, что я с ними побоялся бы в те горы подняться. Они только уставы для мирной союзной службы знают и больше ничего. По карте вообще ни гу-гу.

На этом пока заканчиваю, не знаю о чем еще написать.

Пишите, когда у вас будет настроенье писать, мы вам всегда с удовольствием ответим.

С уважением к вам ваш бывший зам. Дауд.

07. 7. 86г. (подпись)


В середине заместитель начальника штаба 2 мсб гв. капитан Дунин Александр, справа командир 4-й мср гв. капитан Перятинец Александр,

слева командир 3-го взвода 4 мср гв. лейтенант Щенников Владимир, на башне старший наводчик-оператор гв. рядовой Аникеев Сергей Алексеевич.

Судя по всему Серёга хотел сфотографироваться в шлемофоне и потому торопится его надеть. Эх, жаль не успел! Парню всего восемнадцать лет, а он уже

старший наводчик-оператор в рейдовой роте. А как известно наводчики-операторы БМП-2 - это подлинная элита мотострелковых войск.

Ведь надо знать материальную часть и уметь уверенно пользоваться всем вооружением и радиостанцией установленными на этой боевой машине.

Кроме того в четвёртой роте каждый наводчик-оператор должен был уметь водить свою "коробочку", чтобы в случае необходимости он мог подменить

своего механика-водителя. А старший наводчик-оператор помимо всего прочего должен был ещё уметь читать карту и быть в состоянии по ней ориентироваться.

Снимок сделан у кундузской комендатуры ранним утром 8 мая 1985 года. Четвёртая мотострелковая только-только прибыла на усиление.


Восемнадцатого мая 1985 года началась крупномасштабная Кунарская операция. Было задействовано много сил и средств 40-й армии. Не обошли стороной и 149-й гвардейский мотострелковый полк. От кундузских гвардейцев старшее командование привлекло 2-й мотострелковый батальон и разведывательную роту. Для 2-го мсб упомянутая операция сложилась трагически. Никогда этот опытный гвардейский рейдовый батальон не нес таких жестоких потерь в Афганистане. Ни до, ни после.

Коллективный фотоснимок 4 мср перед вылетом на Кунарскую операцию. Май 1985 года.


Ныне многим известен подвиг, совершенный личным составом 4-й кундузской роты. Этому подразделению в мае 1985-го года пришлось практически в одиночку, без обещанной старшим командованием всесторонней поддержки авиации и артиллерии, принять жестокий, неравный, не менее чем 12-часовой бой на высокогорье в провинции Кунар с противником, костяк которого составляли специально подготовленные пакистанские наемники. В том бою из-за ошибок и просчетов, допущенных старшим командованием, осуществляющим общее руководство данными боевыми действиями, героически погибли 22 человека из штатного состава 4-й мср и приданного ей на усиление личного состава из других подразделений полка. В дальнейшем, чтобы скрыть свои просчеты, старшее командование попыталось всячески исказить произошедшее, переложив всю вину на командира батальона и погибшего командира роты. Вследствие этого информация о произошедшем выдавалась в изрядно измененном виде, доходя до общего пользования только в санкционированной "сверху" трактовке. О том, что случилось в реальности, тогда знали только участники и свидетели произошедшего. Одной из весомых причин, приведших к столь большим потерям, старшее командование считало то, что военнослужащие батальона были в основном без бронежилетов и касок. И уже одного этого было, по их мнению, вполне достаточно, чтобы обвинить всех командиров подразделений в таких серьезных потерях личного состава. Этот "дежурный" аргумент всегда инкриминировался в подобных случаях командирам младшего и среднего звена по всей территории Афганистана. Тем, кто знаком с данной проблемой не понаслышке известно, что при стрельбе из большинства видов оружия, применяемого душманами, тем более с близкого расстояния (из засады) эффективность данных защитных средств практически нулевая.


Гвардейцы 149-го в горах Кунара. Первый этап операции. 23 мая 1985 года.

С фотоаппаратом гв. майор Бабенко А.А. Решил запечатлеть местные красоты.

Хотя, наверное, Кунар той поры не лучшее место даже для любителей экстремального туризма,

стремящихся заполучить весь широчайший набор туристических прелестей.


Бойцы 4-й роты неподалеку от горы Валобандесар. Провинция Кунар 23 мая 1985-го года.

На некачественном снимке различимы: Атхам Алимбаев, Юрий Молокитин, Владимир Щенников, Усман Хантураев.


К примеру, при стрельбе с 300 метров даже старенький английский "бур" (винтовка "Lee Enfield") с легкостью пробивал навылет два повешенных друг на друга штатных бронежилета Ж-81 (6Б2). (Именно такие должны были быть на военнослужащих 4-й роты в том бою. Да и стрелял противник в основном ещё с более близкого расстояния). Зато маневренность и скорость перемещений, от которых во многом зависит жизнь в боестолкновении, теряется значительно, тем более, летом и в горах. На той же Кунарской операции во всех задействованных рейдовых подразделениях народ "пачками сыпался" от тепловых ударов, даже без касок и бронежилетов. О чём в своих мемуарах подробно упоминает генерал армии В. И. Варенников:

"Бои в Кунаре и, особенно в ущелье Печдара, в районах н. п. Мена, севернее Асмара, юго-восточнее Нарая приобретали ожесточенный и затяжной характер. Отмечались случаи перехода мятежников в контратаки. Только благодаря мощным и точным ударам авиации и огня артиллерии удалось сломить сопротивление. Противник против нашей авиации применял большое количество зенитных средств, а севернее Асмара - даже первые в то время ракетные комплексы земля - воздух `Стингер'. Однако у нас было много и других проблем. Май месяц оказался очень жарким. В условиях стопроцентной влажности в районе Джелалабада (в низовьях реки Кунар, откуда начиналась наша операция) температура уже в тени была плюс пятьдесят градусов, а влажность - сто процентов. Нашим ребятам, не привыкшим к высоким температурам, грозили тепловые удары. А откуда взяться тени в голых скальных горах, когда солнце в зените, а ты на вершине? Поэтому такие случаи были не единичны. И это было целой проблемой. Человека не просто надо было спасать, а оказывать немедленную мед. помощь. В таких случаях пострадавшего спускали вниз, делали это как минимум два, а чаще три солдата. Почти бездыханное тело они передавали из рук в руки, поочередно занимая новую, `ступенькой' ниже, площадку и подхватывая ношу так, чтобы не упустить её в пропасть, да и самому не свалиться. Внизу у реки его раздевали, укладывали на плащ- палатку и отливали водой. Как правило, жертвой солнца становились физически слабо развитые, неупитанные солдаты. Посмотришь на него обнаженного, - одни косточки. Просто беда! Дело еще в том, что в жару многие плохо ели. 'Не лезет и всё!' А тут еще нашу воду медики 'жёстко' хлорировали. В общем, всё было не просто. Я постоянно 'давил' на медиков, чтобы солдатам и офицерам систематически давали аскорбинку, поскольку аскорбиновая кислота является не только витамином С, но и вызывает аппетит. Из всего этого мы делали дополнительные выводы об усилении подготовки наших воинов на полигонах Термеза перед тем, как попадать к нам. Рекомендовалось также на юге и на востоке страны в летнее время, в период с 12 до 16 часов от особо активных боевых действий воздерживаться".

При упоминании довольно слабой эффективности касок и бронежилетов в описанных выше обстоятельствах, естественно речь не идет о ведении боевых действий "на броне", а также в более прохладное время года и прочих подобных вариантах. Конечно же, современные средства защиты гораздо прочнее и надежнее, но это уже другая история.

Но больше всего старшему командованию хотелось представить ситуацию так, что батальон, дескать, вообще заблудился и находился в неизвестном даже для себя месте, где и умудрился попасть в засаду. А по причине того, что координат он своих якобы не давал, так как сам не знал, где находится, оказать ему помощь живой силой, артиллерией и авиацией не было никакой возможности. Полный маразм. Чтобы такая ситуация возникла в реальности надо, чтобы все офицеры, сержанты и солдаты опытного боевого батальона были, как минимум, слепыми, глухими и немыми одновременно. На самом же деле, напротив, на протяжении всего боя, офицеры подразделения давали истинные координаты своего местонахождения и конкретные координаты целей для работы артиллерии. Но рота не получила ни только огневой поддержки, но и не дождалась даже пристрелочного "дымового". Тем не менее, нашлись "деятели", которые утверждали, что место выхода батальона на задачу находилось значительно дальше, в глубине Печдаринского ущелья (аж в районе Нангалама, т.е. порядка 30 км западнее) и в район кишлака Коньяк, подразделение попало "по своей инициативе", когда заблудилось.

Другие военачальники представляли ситуацию таким образом, что в упоминаемом районе горной местности весь день (25 мая) шёл длительный ожесточенный бой, который вели не "кундузцы", а совершенно иные подразделения, также задействованные в упоминаемой операции, и 2-й батальон послали на выручку "обложенным" противником подразделениям, взяв его из резерва в ночь на 26-го мая (т.е. на сутки позже реального выхода на выполнение задачи и, конечно же, подразделение было взято не из резерва). А "кундузцы", пытаясь "срезать" путь или попросту заблудившись, пошли, дескать, иным маршрутом и опять-таки угодили в засаду. Тогда в скоротечном ночном бою они якобы и понесли свои огромные потери. По указанию "сверху" даже датой гибели в большинстве похоронок обозначено именно 26 мая. Поскольку достоверно известно и документально подтверждено, что в указанный промежуток времени (25 мая) никто кроме 2-го мсб 149-го гв. мсп в обсуждаемом районе горной местности в боестолкновении (тем более длительном и ожесточенном) с мятежниками не участвовал. Получается, что кундузский батальон послали на выручку самому себе же и он умудрился вести тяжелые бои, находясь в двух местах одновременно (жалко не договорились до того, что батальон вел бой сам с собой, по аналогии с известной унтер-офицерской вдовой, которая сама себя же и высекла).

Как-то "невзначай" из официальных документов пропала информация о том, что в районе горного кишлака Коньяк кундузский батальон должен был работать во взаимодействии с двумя другими подразделениями. Упомянутые подразделения должны были блокировать господствующие высоты (2221, 1909 и 1826) в районе выполнения батальоном боевой задачи и оказывать ему (помимо огневой) всяческую иную посильную поддержку. Но, к сожалению, старшее командование не смогло организовать взаимодействие между задействованными подразделениями на должном уровне, и господствующие высоты оказались заняты не поддерживающими подразделениями, а противником. В дальнейшем при "разборе полетов" офицеров 2-го батальона спрашивали, заглядывали ли они в карты во время ночного выдвижения, чтобы правильно определиться с местом поворота вправо. Речь идет о том моменте, когда от дороги вдоль реки Печдара надо было уходить в горы. Офицеры честно отвечали, что до той поры пока достаточно не рассвело, в карты никто не смотрел. (Ссылаясь на эти показания, ряд "экспертов" недоброжелателей выдвинул версию, что, так как офицеры 2 мсб не пользовались картами в ночное время, то подразделение, по этой самой причине наверняка заблудилось в темноте и свернуло на 1,5 км раньше, то есть фактически на целую треть упомянутого отрезка пути вдоль реки). Здесь придется пояснить. Ночью карты ни вынимали не по причине природной лени или некомпетентности, а только потому, что реальная польза от этих упражнений равнялась нулю. Бесспорно, не большой проблемой было заглянуть в карту, хорошенько накрывшись плащ-палаткой и подсветив себе фонариком. Но как ночью в полной темноте привязать карту к местности? А темнота в горах была такая, что не видно было даже кончиков пальцев на своей же вытянутой руке. Конечно, если объявятся "специалисты" подобные ранее упомянутым "экспертам", которым удавалось сделать привязку в таких условиях, то пусть расскажут, как они это делали.

По-видимому, по причине "слабой памяти" руководители операции напрочь "забыли" и о двух проводниках - сотрудниках ХАДа (афганская госбезопасность), которых сами же придали 4-й роте, чтобы эти хадовцы провели батальон через минные поля противника и вывели к потайным, тщательно замаскированным складам с оружием: "На которых могут быть даже "Стингеры". У нашего батальона был большой опыт ночных передвижений в горах и в "зеленке". GPS-ов и прочих навигаторов у нас тогда не было, поэтому начинали работать с картой заблаговременно, а не когда "жареный петух" в тухас клюнет. И тут частенько помогал СЗС (старый засадный способ). В данном случае нанесенный на карту маршрут выдвижения сначала уточнили с проводниками. Затем обозначили углы всех поворотов на утвержденном маршруте. Далее с помощью курвиметра замерили точное расстояние до известного поворота направо. Так как ранее пользовались этим методом не раз, то многие офицеры и старослужащие заранее знали величину своего среднего шага. Делаем несложные подсчеты. Для этого расстояние до поворота (переведенное в метры) делим на известную величину среднего шага. Получаем количество шагов, которые нужно пройти. У нас в роте был довольно известный советский шагомер "Заря", и мы пользовались им в подобных случаях. Но и без него не проблема. Считали, так сказать, вручную. В тот раз в Кунаре один человек шел с шагомером и для подстраховки еще двое из разных взводов считали необходимое количество шагов. Так что на проводников не особо полагались и всё перепроверяли. А потому заблудиться сами, либо свернуть не в том месте, послушавшись мнения проводников, не могли.

Иные доблестные военачальники, наоборот, постарались сместить время начала боя на более позднее, чтобы значительно сократить период своего бездействия и опять же обвинить батальон в том, что в момент искусственно созданного временного промежутка он занимался неизвестно чем и умудрился отыскать приключений на свою голову и на другие, расположенные ниже части тела.

По мнению участников того боестолкновения, бой начался приблизительно в 10:37-10:38 утра. Откуда такая точность? Всё очень просто: на часах у гвардии старшего лейтенанта Транина Г. Ю. было 10:38, а на часах гвардии лейтенанта Щенникова В. В. было 10:37 (при всех вариантах неточности хода часов, в данном случае максимальный зазор от 10:30 до 10:43 утра не более). Что подтверждается, помимо всего прочего, местонахождением солнца на небосводе в момент начала боестолкновения. А уж с небесным светилом не договориться ни одному высокопоставленному начальнику. Ему не отдашь команду, чтобы оно светило с другой стороны. Если ему положено, находясь над линией горизонта, смещаться по направлению хода часовой стрелки на угол в 15 градусов за каждый пройденный час, то оно и будет четко следовать предписанному графику. Несмотря на всё это в ход событий вмешалось волевое решение, которое очень устраивало нерадивых начальников разных степеней и категорий, и начало боя в некоторых официальных штабных документах сместилось в диапазон разночтений от 13-00 до 14-00, то есть минимум на два с половиной часа.

Подобное смещение во времени в свою очередь подразумевает смещение солнца на небосклоне не менее чем на 37,5 градусов по дуге окружности, что весьма ощутимо и незаметно пройти никак не может. Но, по всей видимости, некоторые высокие военачальники не обременяли своим присутствием занятия по военной топографии, когда обучались в военных академиях. Основные потери убитыми и ранеными 4-я рота и приданные ей подразделения понесли именно в первые 2,5-3 часа боя и эти потери повязали роту по рукам и ногам, лишив возможности активно маневрировать. Такой вот парадокс - по "состряпанным" в штабах бумагам бой ещё не начался, а убитых и раненых в подразделении было уже, как говорится "пруд пруди". (15 убитых и приблизительно такое же количество раненых).

(Почему начало боя смещено на время не ранее, чем 13:00. Дело в том, что отсутствие арт и авиаподдержки и невозможность допросится этой помощи на имеющихся частотах радиосвязи, естественно привели к тому, что по связи постоянно шёл запрос врио командира полка гв. майора Бабенко А. А. и начальника артиллерии полка гв. подполковника Магдальчука В. И., чтобы с их помощью организовать отсутствующее взаимодействие с авиацией и артиллерией. Но ни того, ни другого на протяжении длительного времени в эфире не было. Как говорится: а в ответ тишина. Причина их отсутствия в эфире выяснилась несколько позже. Это произошло благодаря бойцам 4 мср, которые пострадали от тепловых ударов на предыдущем этапе и потому остались внизу. Тем не менее парни переживали за своих сослуживцев и потому немного оклемавшись нашли возможность послушать эфир на полковой частоте и узнать какая беда происходит с родным подразделением. Что уже много раненых и погибших в тяжёлом кровавом бою. Бросились искать Бабенко, а тот, как в воду канул. Бегали, искали, спрашивали у всех, кого можно. Нигде нет, пропал командир! Напоследок, вконец отчаявшись, решили пробежаться по берегу реки Печдара в пределах выставленного охранения. И надо же нашли, где никак не ожидали. Действительно в воду "канул". Начальство, нежась в прохладной воде, изволило отмокать и приходить в чувство после изнурительного первого этапа операции. Причём, как раз вместе с начальником артиллерии полка подполковником Магдальчуком Василием Ивановичем. Ну что тут скажешь? Все люди - всем на войне тяжело. Но, что положено Юпитеру - не положено Быку! А потому 2 мсб был отправлен в горы без малейшего отдыха и возможности восстановить свои силы, оставленные на том же сложном горном этапе. Такая вот ситуация нарисовалась. Какая уж тут помощь попавшему в засаду подразделению? Какая организация взаимодействия? Какая поддержка авиацией и артиллерией? Какой такой павлин-мавлин? Не видишь - мы купаемся!

Ладно, посадил хотя бы связистов с рацией на берегу. Или сообщил бы подчиненным, где его найти в случае крайней необходимости. Курортник х...в!

Так представляете, ещё не захотел верить, что 2 мсб в реальности ведёт тяжёлый бой и что ему нужна срочная помощь. Типа, здорово выбились из сил на первом этапе, вот и решили устроить войнушку в эфире, чтобы отдохнуть и не идти дальше. Бойцы ему - какие игрушки? Там уже больше десятка убитых и раненых - тоже не меньше! Кто же будет такими вещами шутить? Еле убедили! Короче, бой начался в 10-37 утра, а нашли НШ полка (исполняющего обязанности командира части) не раньше, чем в 13-00 дня. Хотя, вышло, что зря старались. Этот "барин" так ничем нам и не помог! Только эфир засорял своими глупыми вопросами. Такая вот печальная история!).

Где уж тут (при такой забывчивости) старшим начальникам было вспомнить, что 4-я рота попала в засаду, следуя в гпз батальона, именно "санкционированным сверху" маршрутом, опираясь на опыт "надежных" проводников, которые на деле оказались предателями или двойными агентами. Как не назови, суть дела не поменяется. А ведь буквально накануне один из видных советских военачальников, упоминаемых выше, который до этого пользовался полным доверием у всего личного состава 2-го мсб, лично представлял пресловутых проводников кундузскому батальону. Всем присутствующим при этом, в память четко врезалась фраза, произнесенная генералом: "Это проверенные и надежнейшие люди из ХАДа. Приказываю доверять им, как мне самому". После событий, произошедших следом, этих слов не забыть никому, из тех, кто их слышал, как бы этого не хотелось.


Более подробно события этого боя изложены здесь: http://artofwar.ru/s/shennikow_w_w/text_0130.shtml


Обвиняя кундузских гвардейцев в "тяжких грехах", старшее командование "изгалялось", кто во что горазд, даже не удосужившись договориться о выдвижении единой версии при обвинении. По всей видимости, полагая, что излишне напрягаться ни к чему, "быдло" и так "схавает". Как уже, говорилось, даже время начала боя имеет, как минимум три весьма несовпадающих параметра. Участники боя утверждают, что он начался в 10:37-10:38 утра 25 мая 1985 года.

При этом исходя из самых скромных подсчётов активная фаза боестолкновения длилась не менее 12, а то и 14 часов (тут сложно определить, что ещё бой, а что уже нет).

Гвардии майор Бабенко А. А. со своим штабом принял решение, что бой начался не ранее 13:00 25.05. 1985 года.

А вот штабные офицеры из ставки генерала Варенникова пришли к ещё более фантастическому выводу. По их

версии бой начался приблизительно между 1:00-2:00 ночи 26.05. 1985 года. (Хорошо хоть год и месяц совпадают).

Тем самым высокопоставленные фальсификаторы отняли как у 4 роты, так, впрочем, и у всего 2-го мотострелкового батальона целые сутки лишений и состояния смертельной опасности, массового героизма и самопожертвования, долгие часы нахождения под плотным и прицельным огнём противника и много чего ещё из перечня подобного перечисленному. То есть эти люди, которые сидели внизу в весьма комфортных для военных людей условиях, под охраной двух десантных батальонов и даже в пол глаза не видевшие того драматизма и накала страстей, которые разворачивались в смертельном противостоянии в близлежащей горной местности, сразу же по окончанию обсуждаемого противоборства, пытались представить дело так, что всего этого просто не было. Даже не считаясь с мнением почти двух сотен свидетелей произошедшего в реальности. В их изложении утверждается, что наш батальон вышел на выполнение боевой задачи на сутки позже своего реального выхода и всего через три часа этого выдвижения угодил в тщательно подготовленную засаду. При этом бой был весьма скоротечным и начался, когда при выдвижении на задачу, подразделения батальона, идущие в гпз, заблудившись, свернули раньше и угодили в небольшое, хорошо охраняемое ущелье, где и нарвались на засаду. В скоротечном столкновении понесли большие потери и стали тут же выходить из боя. Получается фактическое время окончания боя, перевернули в его начало и следом в быстрое бесславное завершение. (Якобы всё произошло настолько быстро, да ещё ночью, поэтому старшее командование не успело организовать ни артподдержку, ни авиаподдержку и никакую другую помощь). В действительности к указанному времени начала боя (по данной версии) группа старшего лейтенанта Транина со всеми ранеными и покалеченными в бою уже вышла в район дислокации ставки генерала Варенникова. А группа лейтенанта Щенникова, которая ночью выносила тела погибших товарищей, передвигаясь по горной скалистой местности, уже подходила к позициям, которые занимали подразделения 2 мсб. Получается в то время, когда для нас длительный тяжёлый бой, который начался ещё утром и шёл весь день только-только закончился. То по версии старшего командования напротив, мы только недавно начали выдвижение на задачу и заблудившись в ночной темноте только-только угодили в засаду.

На самом деле, оставшиеся в строю бойцы и офицеры 4 мср в районе боя находились в общей сложности целые сутки. К примеру, в 7:40 утра 26 мая гвардии лейтенант Щенников с дюжиной солдат из 4-й роты стоял на позициях противника в полный рост. Конечно, для занятия всего укреп района силенок у нас явно не хватало. Но большую часть позиций 1-го и 2-го ярусов удалось занять и осмотреть. Бесспорно, мы смогли сделать это, потому что душманы на какое-то время ушли. Судя по всему, их руководство приняло такое решение, опасаясь, что нашим большим начальникам надоест играть с ними в поддавки и гробить своих людей. И они наконец шандарахнут по этой территории во всю мощь имеющейся в наличии авиации и артиллерии. Но наше высокое руководство продолжало держать паузу и делать вид, что подобные мелочи совершенно не заслуживают их драгоценного внимания. Вот если бы бордюры в пунктах постоянной дислокации были не побелены или кровати в палатках стояли криво, тогда да! Тогда бы всем супостатам и скрытым врагам Отечества, допустившим подобное безобразие, досталось на орехи!

Да и правду сказать, какой разумной тактической и стратегической мысли можно было ожидать от людей с большими звездами, если они, при "разборе полетов" после боя, абсолютно серьёзно задавали вопрос: "Почему вы не встали и не пошли в штыковую атаку?". А затем, сами же констатировали: "Русской штыковой атаки никто не выдерживал! Если бы вы все, как один поднялись, тогда басмачишки испугались бы и разбежались, как тараканы". (И это на скалистом высокогорье. Да ещё находясь перед укрепрайоном противника!). Самые "рьяные" договорились до того, что "роту разогнали десять бабаев с палками, без всякого оружия" и "испуганные этими бабаями солдаты и офицеры побежали наутек, побросав оружие, раненых и убитых". Подобные высказывания ранили души, выполнивших свой долг воинов, никак не меньше, чем вражеские пули и осколки, изранившие их тела. (Конечно, мы далеки от мысли, что большая часть армейского руководства, а уж тем более в масштабе всех Вооруженных Сил состояла из старших офицеров и генералов подобного уровня. Боже упаси! Просто видимо звёзды так сложились. И нам в тот раз здорово не повезло!).


Траурная процессия движется медленно и чинно. Полк прощается с погибшими в Кунаре соратниками.


Павшим в бою однополчанам отдаются последние воинские почести.


Во чрево "черного тюльпана" загружают гробы с погибшими в Кунаре Братишками.


На командира батальона было открыто уголовное дело, которое длилось 9 месяцев - с 3-го июня 1985 года по 28 февраля 1986 года. При этом сами понимаете, на следствие оказывалось всяческое давление, чтобы оно в сжатые сроки сделало "правильные" выводы. Но честные и порядочные люди существовали везде и во все времена. Первый следователь, не желая идти на серьезную сделку с совестью, не проявил особого "усердия", "накопав" в основном по мелочи. А затем протянул дело, как мог, до осени и благополучно заменился в Союз. Второй, принявший дело майора Гайдая от заменившегося предшественника, вообще не оправдал надежд руководства, оказавшись ещё более принципиальным, и довел его до логического конца с результатом обратным от ожидаемого "сверху". При ведении дела старший следователь военной прокуратуры майор юстиции А. П. Сушинин во главу угла поставил не интересы старшего командования, а собранные следствием факты, подкрепленные документами и показаниями участников и очевидцев произошедшего, проявив недюжинную активность при сборе необходимой дополнительной информации. К примеру, затребовал и приобщил к делу имевшиеся аэрофотоснимки района боевых действий, а также потребовал провести повторную оперативно-тактическую экспертизу, производство которой было поручено экспертам - старшим офицерам оперативного управления штаба ТУРКВО. (Так как следствием было установлено, что первая оперативно-тактическая экспертиза была проведена на основании заведомо ложных исходных данных). Но даже передернутые факты и искаженная информация, которые были вброшены заинтересованной стороной с началом следствия, не помешали принципиальному следователю, разобравшись во всем, докопаться до реального хода событий и сделать верные, по сути, выводы.

На основании всех собранных неопровержимых фактов следствие пришло к выводу, что к неоправданным потерям привела не "самодеятельность" и некомпетентность командира батальона и героически погибшего ротного. А наоборот, чёткое выполнение ими непродуманных приказов и распоряжений старшего командования, которое, в свою очередь, оставило без какой-либо помощи и поддержки подразделение, отправленное ими же на верную смерть. О чём следствием и было сделано частное определение, хотя и в максимально мягкой форме. Известное дело, что докопаться до всей правды следователю не позволили бы. (Ведь не зря перед следствием изначально ставили прямо противоположные задачи. Поэтому для следователя гораздо выгоднее было вообще не заморачиваться чужими проблемами, а в пользу собственной карьере прислушаться к мнению, которое настойчиво подсказывали "сверху". Так что, учитывая реалии того времени, как, впрочем, и всякого иного, когда речь идет о России, следователь, наверное, сделал всё, что от него зависело, раз уж в ущерб своей выгоде решился ослушаться всесильного начальства). По понятным причинам, военачальники из касты "неприкасаемых" нигде упомянуты не были.

В любом случае, надо помнить, что солдаты, сержанты и офицеры 4-й роты выполняли приказы старших начальников, причём зачастую ценой своей жизни. Но за последовавшими после боя "разборками", кто больше, а кто меньше виноват в том, что подразделение понесло такие потери, о людях совершивших подвиг совершенно забыли. Вернее сказать, их мужество и героизм, имевшие место при выполнении задачи, отправили в небытие, предварительно постаравшись побольше смешать с грязью. Понятное дело, что на старшее командование никто уголовных дел не открывал и оно, как всегда, вышло сухим из воды.

Если кому интересно мнение ветеранов 4 мср, то они считают, что к таким большим и неоправданным потерям привели следующие факторы:

Командование операции знало, что участок горной местности, на котором 2 мсб выполняет боевую задачу, находится под контролем бандформирований вооруженной оппозиции. Тем не менее, в светлое время суток, не обеспечив реального огневого прикрытия подразделения с господствующих высот, а, также, не организовав должным образом его поддержку артиллерией и авиацией, отправило 2 мсб для выполнения боевой задачи, по маршруту, на котором подразделения батальона могли быть атакованы противником, занимающим более выгодные и заранее подготовленные позиции. Что неминуемо должно было привести к большим потерям.

В добавление к вышесказанному поясняем, что уже и после начала многочасового боестолкновения, как и на всем его протяжении, огневая поддержка авиацией и артиллерией отсутствовали. Хотя командир 2 мсб и командир 4 мср неоднократно запрашивали эту поддержку по рации, давая точные координаты целей. Конечно же, то, что такую сложную боевую задачу приказали выполнять полуживым от усталости и обезвоживания людям, тоже возымело свои негативные последствия.

Бой у кишлака Коньяк был очень тяжелым. Но, несмотря на превосходство в занимаемых позициях (из заранее подготовленной засады), в вооружении, имея значительное численное превосходство (по полученным позже разведданным более 600 человек), душманы так и не смогли добиться поставленных перед ними задач или хотя бы, полностью уничтожить стойких кундузских гвардейцев, которые в лучших традициях своих дедов и отцов смогли перешагнуть через страх перед смертью. Как командир отделения гвардии младший сержант Кузнецов Василий Александрович, который, действуя в головном дозоре, первым обнаружил хорошо замаскированного противника и, сознательно жертвуя собой, в полный рост (чтобы смогли увидеть все), на глазах у изготовившихся к стрельбе душманов, подал условный сигнал об обнаружении засады. Позднее, в ходе боя, тяжелораненый Василий подорвался ручными гранатами, полностью уничтожив вместе с собой группу захвата, пытавшуюся под прикрытием шквального огня соратников, взять его живым. Правда, по мнению военных чиновников из канцелярии высокого штаба подвиг, совершенный В. А. Кузнецовым, устарел. По этому надуманному предлогу ему не было посмертно присвоено звание Герой Советского Союза. Не попал героический сержант под плановую "разнарядку", спущенную "сверху". В штабных головах были свои критерии и понятия о подвиге, совершенном ценой собственной жизни.

Зато у нас очень любят говорить о двойных стандартах в других государствах. К сожалению, реальная действительность такова.

А вот что говорил о подобных воинских подвигах тот, чьи знания мудрость и авторитет неоспоримы для каждого верующего христианина:

"Подвиг, совершенный на войне, не становится менее значимым, в зависимости от того насколько он известен широкой общественности.

Земная слава пышна, но коротка. К тому же налагает испытание медными трубами, которую, далеко не каждый выдерживает.

Те же, кто заслуживает славу небесную - сразу и на века, в испытании медными трубами уже не нуждается.

А по сему, не каждый известный земной подвиг, становится - Подвигом Небесным". Оптинский старец Амвросий.

А по сему:


Нас не ищите среди тех,

Кто на слуху - в геройской стати.

Мы отказались за успех,

Платить изменой Божьей Рати.

Давно нас вычеркнули те,

Что пишут рейтинги "крутые".

Да! Меж распятых на Кресте

Успешных нет! Но есть Святые...


Конечно, если судить по некоторым широко известным аналогичным случаям, то практика награждений там была совсем иной. Причём как по погибшим, так и по оставшимся в живых. Ну тут уж ладно, низкий поклон и хвала Всевышнему, что живы остались. Учитывая это немаловажное обстоятельство, все, кто остался жив, вполне спокойно перенесли подобную несправедливость по отношению к себе. А вот за погибших - до сих пор обидно. Хотя прямо скажем у нас нет сомнений что на небесах наши погибшие парни получили достойную оценку и награду. Но всё-таки мы ещё далеко не достигли того совершенства, понятиями которого способны апеллировать либо святые, либо значительно просветленные люди. Да простит нас Господь за то, что мы грешные привыкли многое оценивать земными мерками.

Так выглядит одна из страниц в книге общей истории нашего полка, политая, как и многие другие, потом и кровью истинных, а не назначенных "сверху" героев. Но в отличие от многих других страниц - на этой нашлись те, кто вымазал её грязью интриг и предательства. С чужими всё ясно, тут вопросов нет - гораздо больнее и обиднее, когда предают свои. И эту страницу ни перечеркнуть и ни вырвать - не из памяти, не из сердца.

Чтобы иметь представление о том, через что пришлось пройти парням из четвёртой роты публикуем здесь некоторые фрагменты из воспоминаний участников тех событий. Фрагменты воспоминаний, в которых рассказывается о наиболее кульминационных и значимых моментах двенадцатичасового боя.

"Мы рассказываем Вам о реальных фактах того далекого боя, в которые спустя столько лет трудно верить самим участникам и очевидцам произошедшего. Поэтому, чтобы восстановить полную картину тех событий, как можно точнее, пришлось воспользоваться коллективными воспоминаниями ветеранов четвертой роты.

Каждый вспоминал, что видел, слышал и чувствовал именно он. Так по крупицам собирались строки, которые Вы сейчас читаете. Многим эти воспоминания дались очень нелегко. У одни от волнения перехватывало дыхание, у других сами собой катились слезы по суровым мужским лицам. Но только так нам удалось восстановить многие подробности этого боя.

Головной дозор был подпущен вплотную к засаде и расстрелян практически в упор. Но чуть раньше несмотря на то, что солнце слепило глаза со стороны засевших в укрытиях душманов, Кузнецов сумел обнаружить затаившегося неприятеля, и стоя в полный рост, чтобы было видно всем, он подал сигнал об обнаружении противника, подняв над головой автомат в горизонтальном положении. В следующую секунду сержант, успев увидеть, что его сигнал замечен и правильно понят, принял шквал огня в том положении, как стоял, даже не сделав инстинктивной попытки залечь, пока не выполнил свой долг.

Получив тяжёлые ранения одним из первых, Василий, теряя последние силы, собрал под себя все свои ручные гранаты с вставленными запалами и разогнул на них загнутые усики. Затем он вырвал чеку у одной из них и, чувствуя, что силы покидают его, для пущей верности подложил руку с гранатой под себя, прижав её своим телом. Гвардеец предпринял все эти действия, чтобы не достаться на поругание врагу, если его вдруг покинет сознание или даже мертвым. А также, чтобы уничтожить как можно больше вражеских бойцов, сам находясь при этом в полуобморочном состоянии. И опытные боевики попались в ловушку верного своему долгу сержанта. Под прикрытием ураганного огня, группа захвата выскочила к лежащему буквально в нескольких метрах от позиций душманов, истекающему кровью воину и с дикими криками подняла его (за руки и за ноги). При этом вражеские воины перевернули нашего гвардейца лицом вверх. (По всей видимости для того, чтобы у советского сержанта было как можно меньше возможностей для сопротивления). Получилось так, что Василий был распростерт над землей, в позе распятия на Андреевском Кресте и перед его взором раскинулось бескрайнее и бездонное чистое-чистое голубое небо. И это было последним, что израненный боец успел увидеть при жизни. В следующее же мгновение его душа устремилась ввысь навстречу яркому спасительному свету. Сильнейший взрыв заглушил все остальные звуки, разметав во все стороны только что торжествующих душманов.

Так погиб истинный ГЕРОЙ Василий Александрович Кузнецов. Верный Воин Отчизны, достойный сын своих родителей. Обидно до слёз, что за такой подвиг гвардии младшему сержанту В. А. Кузнецову не было присвоено Высокого звания Герой Советского Союза даже посмертно.

Наверное вполне закономерно, что среди первых погибли, идущие в головном дозоре вместе с Василием Кузнецовым, гвардии рядовые: Виктор Акчебаш из Молдавии и Александр Францев из города Уссурийска Приморского Края. Все трое вызвались в дозор добровольно, зная, на что идут. Следуя на установленном удалении от своего взвода, идущего в брд (боевом разведдозоре) впереди основных сил роты, они жертвовали своими молодыми жизнями ради тех, кто шёл за ними, принимая первый удар противника на себя и практически не имея шансов остаться в живых, если судьба выведет их на врага.

Гвардии сержант Альберт Айрапетян был первым, кто открыл эффективный огонь по "духам". Сразу же застрелив одного из них навскидку у всех на глазах. Айрапетян также шёл впереди, вслед за головным дозором из трех человек. Причем, по его словам, Альберт почти одновременно увидел сигнал Васи Кузнецова и группу целящихся в нас душманов. Реакция опытного воина была мгновенной. Не раздумывая, он вскинул автомат и выстрелил в ближайшего от него, неосторожно высунувшегося "духа". Басмач рухнул с уступа, даже ни вскрикнув, сраженный метким выстрелом сержанта. В следующий за прогремевшим выстрелом миг ребята из головного дозора - Саня Францев и Витя Акчебаш также нажали на спусковые крючки и успели дать по длинной автоматной очереди, пытаясь уничтожить как можно больше вражеских воинов, чтобы продать свои жизни подороже. Между ними и ближайшими бойцами противника было всего 10-12 метров. Поняв, что они обнаружены, боевики неприятеля открыли по нам ураганный огонь.


"Начало боя. Альберт Айрапетян".


Грамотно ориентируясь в ситуации, сержант Айрапетян мужественно сражался сам и руководил действиями своих подчиненных, служа им примером стойкости, выдержки и бесстрашия. Первый застреленный им душман был далеко не единственным, за долгие часы боестолкновения. Многие видели, что своим метким огнем Альберт (Ара) нанес серьезный урон живой силе противоборствующей стороны. На протяжении всего боя этот сержант, являясь правой рукой своего командира взвода, действовал на самых опасных участках. В дальнейшем при отходе роты он также проявил чудеса отваги и изобретательности, действуя в отряде прикрытия. Альберт мгновенно реагировал на меняющуюся обстановку, находя разумные выходы из самых сложных ситуаций. Просто чудо, что он остался жив.

Гвардии рядовой Леонид Майоров, открывший огонь из своего пулемета по группе изготовившихся для стрельбы по нам басмачей, буквально в следующую секунду вслед за Айрапетяном и парнями из головного дозора - срезал нескольких из них прицельной очередью. Хотя в это время на нас обрушилось просто "море огня". Но Вологодские ребята не из пугливых и Леонид не просто так носил звание лучшего пулеметчика роты. Многие душманы в прямом смысле испытали на своей шкуре возможности пулемета ПК в умелых руках. Причем, это было последнее, что им довелось испытать в своей жизни.


"Начало боя. Леонид Майоров".


Позднее гв. рядовой Леонид Майоров, известный всему батальону, как - просто Лёха Майор, в ожесточенной схватке был ранен разрывной пулей в бедро, потерял много крови. Несмотря на это, после того как его перевязали и сделали обезболивающий укол, стойкий гвардеец отказался залечь в укрытое от обстрела место и продолжал вести прицельный огонь по противнику до тех пор, пока не получил пулевое ранение в предплечье правой руки. Только тогда, после очередной перевязки, не имея физической возможности вести эффективный огонь из пулемета, он, поменяв свой ПК на автомат, согласился переместиться в более безопасное место. Хотя и оттуда продолжал постреливать одиночными.

"Оба-на! Ещё один прижмурился!", - время от времени констатировал Леонид.

Гвардии сержант Юрий Соколовский не только умело вел бой сам, но и успешно руководил группой бойцов 1-го взвода, организовав оборону на занимаемых позициях. Героически сражались гвардии сержанты: Гареев Ильфак, Еровенков Виктор, Кабанов Юрий, Кадыров Курбан - задавая тон остальным. Вызвав всеобщее уважение, мужественными и умелыми воинами зарекомендовали себя гвардии сержанты Дуплищев Вячеслав и Кодиров Шухрат (оба были приданы на усиление 4 мср из 3 мср 1-го мотострелкового батальона). В боковом охранении головной походной заставы шёл приданный 4-й роте гранатометный взвод батальона. С первых минут боя, попав под перекрестный огонь противника, гранатометчики не растерялись, а оказали упорное сопротивление. На этом участке боевых действий отличился гвардии сержант Вохмянин Василий. Грамотно руководя действиями подчиненных, он одновременно личным примером показывал, как отважно и стойко надо сражаться с врагом.

Своим прицельным огнем и смелыми самоотверженными действиями не давали расслабиться неприятелю гвардии рядовые: Абакумов Алексей, Хантураев Мухаммад Усман (Миша), Коровин Сергей, Алибаев Нуритдин (Бобо), Кодиров Ортик, Каримов Миркасим, Мустафаев Фамил, Яровой Николай, Шаймарданов Давлат, Христофоров Алексей, Хамзаев Абдулханон, Мельник Михаил, Хомич Александр, Джамбеков Дауд, Нигматов Раис, Караев Виталий, Агаоразов Мерет, Царцидзе Заза, Мамарасулов Акылбек, Байлиев Абдурахим и другие.

Гвардии рядовые Алексей Абакумов и Нуритдин Алибаев (Бобо), будучи опытными матерыми воинами, точным прицельным огнем уничтожили значительное количество живой силы противника. Увидев, что их раненые товарищи (более младших сроков службы) находятся на открытом, простреливаемом участке местности два смелых гвардейца выскочили из своих укрытий и под плотным огнём душманов принялись перетаскивать раненых сослуживцев в укрытые от обстрела места.

""Тащитесь" салабоны пока "дедушки" на своих хребтах вас тягают", - быстро перебирая ногами, с напускным недовольством приговаривали бывалые бойцы. Успев спасти, таким образом, несколько человек, они были тяжело ранены сами. К сожалению, оба бесстрашных воина в дальнейшем погибли, продолжая вести огонь по врагу пока хватало человеческих сил.

Да, в данном тяжелом бою, когда биться приходилось буквально на самом пределе человеческих сил и возможностей, было совершено много красивых поступков и беззаветных подвигов. Но все выжившие в этой "мясорубке" ветераны "четверки" единогласно выделяют подвиг, сотворенный Василием Кузнецовым. Именно он - Васька Пенза в самом начале смертельной схватки поднял планку личного мужества и самопожертвования на такую высоту, что всем остальным и даже "самым из самых" за великую честь было, если не дотянуться, то хотя бы приблизиться к этому величию. Многие из тех, кому судьба даровала возможность поделиться мыслями, мелькавшими в голове в те моменты, озвучивали такие фразы: "Ну, Васька! Ну, Пенза! На такое решился! Враз, не задумываясь! Да и думать-то некогда было! А что же я? А как же я после этого? Если не сдюжу, как людям в глаза глядеть буду?", "Эх, Васёк, Васёк! Ну, "Чёртушка"! Всё! Это край! И я смогу! И я должен!", "Если он смог! Не испугался, не растерялся! То и я смогу, когда потребуется! Ведь он такой же, как я! Как все остальные наши пацаны! Значит и в нас есть эта сила! Будем держаться! Будем сражаться!", "Спасибо, Братка! Спасибо, Пенза! Сразу мозги на место встали! Врешь! Не возьмешь, бородатые!". Конечно, нельзя ручаться за каждое конкретное слово, но по смыслу именно это крутилось тогда в наших умах.

Вот такова сила этого героического поступка. Думается, именно Кузнецов вдохновил тогда, если и не всех, то очень многих.

На протяжении всего боя опытные солдаты и сержанты вели прицельный эффективный огонь по противнику, в соответствии с обстановкой меняя позиции и экономя боеприпасы. Раненые, которых удавалось вынести из-под интенсивного огня, укрывались в относительно безопасных местах. Им делалась перевязка и вводились обезболивающие, пока они были в наличии. Воины младшего призыва снаряжали патронами автоматные магазины, набивали ленты к пулеметам ПК и обеспечивали ими опытных стрелков. Оказывали помощь раненым.

С наилучшей стороны показали себя военные медики, принимавшие активное участие в этом бою. Они действовали под неусыпным руководством начальника медицинского пункта батальона гвардии прапорщика Виктора Пряднева. Бойцы с медицинскими сумками вытаскивали раненых с простреливаемых участков, обрабатывали им раны, делали обезболивающие уколы и перевязки. При всей сложности ситуации наши эскулапы не забывали по возможности вести огонь по врагу.

Это санинструкторы: гвардии рядовые Алимбаев Атхам (4мср), Фицык Василий (бмп - батальонный медицинский пункт), Демкин Виктор (пмп). Вся 4-я рота склоняет свои головы перед их храбростью и готовностью к самопожертвованию - ради спасения жизни других. Многим они помогли, но не уберегли себя. Спасая раненых, героически погибли санинструкторы: Василий Петрович Фицык и Виктор Петрович Демкин. Были тяжело ранены: прапорщик Пряднев Виктор и рядовой Алимбаев Атхам. У Виктора Пряднева, проживающего ныне в городе Наро-Фоминске, до сих пор не действует кисть правой руки. Алимбаев Атхам был ранен в живот разрывной пулей. Когда с наступлением сумерек мы стали вытаскивать раненых вниз, оставив отряд прикрытия, Атхам значительную часть пути (пока не потерял сознание) шел сам, бережно неся обеими руками, свои вылезшие из раны кишки. Он даже не стонал. Только по бледному напряженному лицу и по искусанным в кровь губам можно было представить, какую боль ему приходилось терпеть. К счастью, он выжил, перенеся несколько сложных операций и потеряв в общей сложности более метра своих кишок. Ныне он живет и здравствует в городе Ташкенте.

К сожалению, ещё в начале боя погибли почти все приданные 4 мср доблестные миномётчики. Прошло не более 10 минут активного огневого контакта, как за укрытиями, которые занимали парни из 2-й миномётной батареи перестали подавать хоть какие-то признаки жизни. Как позже выяснилось на тот момент в живых там оставался только гвардии рядовой Хамзаев. Но и тот по причине тяжёлого ранения находился без сознания. Командовал героически погибшими миномётчиками гвардии лейтенант Замковой Валерий Константинович, обязанности заместителя командира взвода исполнял гвардии рядовой Христофоров Алексей Валентинович.

Хантураев Мухаммад Усман, которого между собой все звали Мишей, будучи рядовым солдатом, но неординарным человеком, проявил командирские и организаторские способности в этом суровом бою. Не хуже опытного матерого сержанта он руководил группой солдат и помогал командиру взвода на самых опасных участках. Ежесекундно рискуя своей жизнью, Усман показывал чудеса храбрости, стойкости и отваги. Надо сказать, что и в дальнейшем Миша неоднократно совершал геройские поступки во время ведения боевых действий. Он постоянно вызывался добровольцем в головной дозор и для выполнения других опасных поручений. За это пользовался заслуженным авторитетом у офицеров роты и своих товарищей по службе. Неоднократно представлялся своими командирами к награждению боевыми орденами и медалями, но, к сожалению, высокие Правительственные награды постоянно проходили мимо него, доставаясь "более достойным". Подобную практику награждений в полной мере испытали на себе и другие, отличившиеся в боях, солдаты и офицеры нашей роты, нашего батальона, а также многие другие "афганцы" из боевых, заслуженных подразделений и частей. По какой-то 'непонятной' причине боевые награды, как осы на мёд, с огромным удовольствием 'прилипали' к грудям начальников строевых частей и прочих штабных "сидельцев". Также по `достоинству' они оценили 'рискованную' службу тех, кто "окопался" на складах и других особо `опасных' объектах. Даже начальник полкового оркестра, который никогда не слышал, как свистят пули над головой, гордо дефилируя по полку, щеголял новеньким орденом "Красной Звезды". Да оно и понятно. Кому же по нраву придется запах пота и крови, ежедневного адского труда и притаившейся за спиной смерти. Справедливости ради надо отметить, что одну медаль 'ЗА ОТВАГУ' Усман всё-таки получил. Правда, только через семь лет после своей демобилизации. Как говорится: "Лучше поздно, чем никогда". Ведь внимание даже кошке приятно. А многих наших однополчан награды "отыскивают" и поныне. К примеру, заместитель командира 2-го мсв гвардии старший сержант Альберт Айрапетян - один из лучших в этом бою, как и во многих других, так и не был награжден за все свои боевые заслуги в Афганистане. Хотя за последующие годы дослужился до подполковника, принимая непосредственное участие во многих вооруженных конфликтах и боевых действиях, используя свой "афганский" опыт. Солдатская молва тогда гласила: "Как не воюй, а с "гарантией" наградят только посмертно или, в крайнем случае, по ранению". Если же тебя плюс ко всему невзлюбил какой-нибудь начальник, тогда наград не видать тебе было, как своих ушей. Хотя, положа руку на сердце, можем с уверенностью сказать: "Не за ордена и медали мы тогда воевали в первую очередь".

Командиры взводов и опытные сержанты руководили обороной на своих участках, стараясь поддерживать моральный дух подчиненных личным примером. В зависимости от ситуации командному составу роты приходилось вести огонь из всех имеющихся в наличии видов оружия. То в их руках оказывались пулеметы ПК, то снайперские винтовки СВД, то свои штатные АКСы. В полной мере использовались подствольные гранатометы ГП-25 "Костер". Были моменты, когда отбиваться приходилось ручными гранатами. Принцип - "делай как я", привносил в этот бой свои положительные результаты. Все бывалые воины старались по возможности следовать примеру штатных командиров, добавляя в ход боевых действий свою разумную инициативу, что в совокупном результате наносило противнику ощутимый урон.

Огонь по нам вёлся из автоматов и карабинов, причем преимущественно экспансивными (разрывными) пулями. Из снайперских винтовок. Из ручных и крупнокалиберных пулеметов. Из ручных гранатометов. Из зенитной горной установки (ЗГУ-1) и даже из миномета и безоткатного орудия. Особенно плотным и почти беспрерывным, обрушенный на нас огневой шквал, был в первые два часа боя. Противник надеялся, что мы психологически не выдержим этого, способного уничтожить всё живое, огненно-металлического ливня из пуль и осколков, а обезумевшие от страха, оставим занятые нами позиции в скалах и беспорядочной толпой в панике бросимся наутёк, пытаясь спастись бегством. Тогда бы они перестреляли всех нас, как мишени в тире и не осталось бы никого, кто смог рассказать правду об этом тяжелом бое. Но рота не дрогнула. Никто не побежал, никто не отошел, бросив своих раненых товарищей на растерзание врагам. Наши запасы боеприпасов были значительно скромнее, и пополнить их было негде. Поэтому, нам приходилось все время их экономить, стреляя одиночными или короткими очередями по 2-3 патрона.

Если в самом начале боя основной удар неприятеля пришёлся на головную часть гпз батальона, то в последующие часы столкновения противник предпринял многочисленные попытки атаковать гвардейцев и на других участках. Силами и средствами для подобных агрессивных действий душманы располагали. По этой причине личному составу 4 мср приходилось вести ожесточенный бой по всему фронту занимаемых позиций.

При этом оборона роты имела следующую диспозицию: второй взвод удерживал весь восточный сектор, первый взвод оборонял северо-восток, третий взвод держал оборону северного сектора, четвертый взвод (гпв) защищал северо-западный участок оборонительных позиций и присматривал за тылами подразделения. Конечно же, в ходе боя линию обороны приходилось корректировать исходя из целесообразности и своевременно реагируя на те или иные действия неприятеля.

Как уже упоминалось ранее, противник рассчитывал, что наше подразделение благодаря перекупленным проводникам пройдет ещё как минимум несколько сот метров и таким образом мы окажемся открытыми для обстрела с заранее подготовленных огневых точек противника практически с трёх сторон. То есть попадём в тщательно подготовленный огневой мешок. К нашему счастью, эта задумка неприятеля не была реализована. А в том месте, где преждевременно начался бой вражеские стрелки имели возможность изначально вести огонь только с двух сторон (восточной полностью и северной частично), так как на этом участке нашего маршрута не подготовили и не заняли позиций с третьей (западной, а точнее северо-западной) стороны. По-видимому, опасаясь, что, если мы пройдём чуть севернее (а рельеф местности давал такую возможность), то обнаружим их засаду раньше, чем им этого хотелось.

Командир роты, оценив обстановку, принял решение незамедлительно предпринять все возможные усилия, чтобы не позволить нукерам противника обойти подразделение с третьей стороны. Поэтому Александр Григорьевич решил поставить боевую задачу командиру 3-го взвода - прорваться вверх по склону в северо-западном направлении на сколько это позволит рельеф местности, чтобы первыми занять позиции за расположенными там камнями и скалами и в дальнейшем по возможности дооборудовать их для длительного оборонительного боя. Ясное дело, что главари душманов быстро поймут это упущение и попытаются исправить его в кратчайший срок. То есть попытаются выбить наших бойцов, захвативших стратегически важный "пятачок" с северо-западной стороны.

Гвардии капитан Перятинец просчитал всю сложившуюся ситуацию сходу, потому и поставил задачу гв. лейтенанту Щенникову не мешкая и с максимальной быстротой занять со своим взвводом позиции на обозначенном рубеже. Благо Щенников вместе со своим сержантом Гареевым И.В. оказался рядом с ротным командиром. У капитана огнем противника была разбита рация и он остался без связи (то есть на какое-то время общее управление ротой было потеряно). Пришлось исправлять ситуацию. Поэтому взводный со своим сержантом, прикрывая друг друга, прорвались к своему командиру и Щенников отдал ему свою рацию. Офицеры по-быстрому обсудили ситуацию и выработали общий план на оборону подразделения. При этом командир по установленной традиции сначала выслушал соображения взводного, а уже затем изложил своё видение ситуации и поставил боевую задачу 3-му и 4-му взводам. (Самому Щенникову пришлось какое-то время обходиться без радиостанции. Пока одну из своих Р-148 ему не отдали офицеры 5-й роты. Когда небольшой группе из 5 мср удалось прорваться поближе к "Рулетам". И Щенников с двумя бойцами пробился им навстречу. "Бананы" притащили тогда с собой очень ценный бакшиш для "четвёрки". 30 снаряженных магазинов к АК и порядка 6000 тысяч патронов россыпью (упакованных в полотняные мешочки), 4 полные коробки со снаряженными лентами для ПК и 3000 патронов для ПК и СВД также в полотняных мешочках. Три десятка ручных гранат (Ф-1 и РГО) со вставленными запалами. Ну и конечно же, радиостанцию Р-148. Этот пусть и небольшой арсенал внёс свою лепту и очень помог нашей роте продержаться на своих позициях столько, сколько потребовалось).

Щенников тогда не знал, что видится с Александром Григорьевичем в последний раз. Но, на войне - как на войне! Судьба человека непредсказуема. Вот напутственные слова, сказанные тогда перед расставанием капитаном Перятинцом (естественно, точно настолько, насколько позволяет память):

- Володя, сам понимаешь, если они доберутся до тех камней - тяжко нам придётся. С той стороны мы открыты. Полный абзац может выйти! Так что постарайся! Я на тебя надеюсь! Парни у тебя крепкие! Им по силам! Используй дымы - все что есть. Да, обязательно возьмёшь у Волкова их дымы и гранатами пусть поделится. Тебе нужнее будут! Объяснишь ему задачу 4-го взвода. Растягиваем оборону в левую сторону. С правой руки всё у духов. Спереди тоже. Ярусами сидят. Если у тебя всё получится - выйдешь их передку во фланг. Будешь постоянно беспокоить, как та заноза, что сидит глубоко под ногтем! По возможности прикроешь, когда они созреют и на мои позиции полезут. Само собой сначала пойдут на тебя. Попытаются выбить. Надо устоять. Держитесь до последнего! Мы с Траниным тоже врежем им с фланга. Будем вас прикрывать! Насчёт рации тебе, договорюсь, чтобы с батальона прислали. Будет возможность встретишь. Молодчина, что с рацией сразу сообразил и до меня добрался. Постараюсь до старшаков достучаться, чтобы артиллерией и авиацией помогли, как вчера обещали. Если выгорит - полегче будет. Ещё! Возьмёшь из 4-го взвода на усиление бойцов понадёжнее. На своё усмотрение. Своих, что послабже, оставишь Волкову. Для его задачи нормально будет. У меня всё! Береги людей! И сам сильно на рожон не лезь!

- Всё понял, товарищ капитан! Сделаем! - бодро с полуулыбкой на лице произнёс лейтенант. И через мгновение добавил:

- Удачи, Григорич! Держитесь!

Офицеры обнялись.

- Ну, ни пуха, ни пера, лейтенант!

- К чёрту, командир!

На КП роты также находился гвардии сержант Еровенков (заместитель командира первого взвода). А Гареев с Еровенковым были закадычными друзьями ещё с сержантской учебки. Лейтенант подумал, что хорошо бы оставить и своего толкового сержанта рядом с ротным. Но не успел открыть рот, как Гареев сам к нему обратился:

- Товарищ лейтенант, разрешите мне здесь остаться? Хочу Витьку малость подсобить! Вдвоём то сподручнее будет ротного прикрывать.

- Вот и славно! Хорошая идея! Оставайся, сержант! Берегите нашего Григорича! Только прошу будь осторожнее! Зря не высовывайся! - ответил офицер, дружески похлопав Гареева по плечу. Такова история того, как два сержанта, два друга - один с первого, другой с третьего взводов оказались рядом с командиром роты и мужественно и отважно прикрывали его до самого конца.

Щенников перебежками от укрытия к укрытию вернулся к своему подразделению и поставил боевую задачу своим бойцам. Предстояло пройти около сотни метров в западном направлении, а затем совершить рывок вверх по крутому горному склону. Всё это на максимально возможной скорости, грамотно используя складки местности и дымовые шашки. Для выполнения этой задачи требовались быстрые, сильные и выносливые бойцы.

Соблюдая крайнюю осторожность, выдвинулись на исходный рубеж. Подготовились к выполнению задачи. В головной группе, как это было принято в подобных случаях, должны были бежать самые быстрые, ловкие и отважные. Первым пошёл Хантураев, в десяти метрах следом за ним Кодиров. Парни рванули что было мочи вверх по склону. Перед этим, конечно, насколько было возможно, закидали склон дымами. Добежав до обозначенного взводным, промежуточного уровня сделали передышку, немного отлежавшись за камнями, чтобы перевести дух. Метнули перед собой несколько дымов. Затем вновь максимально быстрый рывок вверх до ещё одного промежуточного уровня. Следующий забег был уже до обозначенного рубежа, и наши отважные узбеки благополучно его достигли. Тем самым взяв этот участок местности под наш огневой контроль. Мы вновь накидали дымов на склон горы, а наши смельчаки в свою очередь, тоже закидали дымами этот склон сверху, с занимаемых ими позиций, чтобы их боевые товарищи могли совершать свои скоростные забеги по склону в более безопасных условиях. Отдав подчиненным крайние указания, третьим по счёту бросился вперёд взводный. За ним, согласно установленной очередности и соблюдая необходимую дистанцию, рванули все остальные бойцы сводной группы. К счастью, складки рельефа местности, удачно расползшийся густой дым от дымовых шашек и щедро вырабатываемый молодыми организмами адреналин, так как этот молниеносный бросок естественно выполнялся под очень плотным огнем неприятеля, позволили выполнить эту важную локальную задачу достаточно быстро и без потерь. Если не считать нескольких глубоких пулевых царапин от касательных попаданий и того, что почти всех немного посекли мелкие осколки от разрывных. Главное удалось опередить спохватившегося противника. И отряд вражеских боевиков, который с небольшим опозданием тоже бросился по косогору к заветным камням, был встречен прицельным огнём бойцов сводной группы Щенникова и фланговым огнём со стороны позиций, которые занимали 1-й и 2-й взвода роты. В результате тот запоздавший отряд неприятеля был уничтожен практически полностью.

Думается такой наглой и дерзкой вылазки противник не ожидал, а потому действовал спонтанно без предварительной подготовки. Поэтому пока выделили людей, пока поставили им задачу - драгоценное время было потеряно. Моментально среагировать не вышло, а потом оказалось поздно. Северо-западный "пятачок" нашей обороны удерживали отважные и очень надежные парни, которые оказались противнику не по зубам.

Не забывайте, что всё это происходило в пятидесятиградусную (в тени) жару и после бессонной ночи отнюдь не у монитора компьютера с баночкой энергетика или чашечкой крепкого кофе, а когда всю эту ночь карабкались вверх по скалам и крутым горным склонам. До полноты картины напомним, что нам совершенно не дали отдохнуть после предыдущего изнурительного горного этапа. Так что тем умникам с большими звездами, которые впоследствии пришли к выводу, что большие потери батальон понёс прежде всего из-за того, что личный состав подразделения был без касок и бронежилетов, хотелось бы предложить самим попытаться выполнить все поставленные нам задачи, со всем перечнем физических нагрузок, да ещё в касках и бронежилетах.


Это для визуального примера. В противовес расхожему в определённых кругах мнению, что в пехоте

служили одни "задохлики", которые и автомат с трудом поднимали. Куда уж им было в горах тащить

на себе снаряжение, общий вес которого порой достигал 40 с лишним килограмм. Ещё как тащили! И не кряхтели!

Конечно, когда командование ставило задачи соразмерные человеческим возможностям.


Что говорить, одна раскаленная на солнце каска - на которой яичницу можно жарить чего стоит. Извините за эти подробности, но хотелось, чтобы читатель не забывал, что все эти действия происходили в сложных климатических условиях и после довольно приличных физических нагрузок, без какой-либо возможности для восстановления сил. А вы говорите горячий цех ночная смена - льготная категория и пенсия с 55 лет. А вот наши парни, пережившие все упомянутые выше катаклизмы "рылом" не вышли. Им "заботливые" чинуши постановили тянуть лямку до 65. На общих основаниях. Так как нам известно (на примере собственных сослуживцев) с какой скоростью наши Братишки уходят в мир иной, то сейчас уже ясно, что даже половина из тех, кто отведал афганскую долю в полном объёме не доживет до той нищенской копеечной пенсии, которую выплачивает наше государство обычным людям. Некоторым нашим ветеранам даже пришлось оставить свою основную профессию, чтобы устроиться водителями автобусов или сварщиками с целью хотя бы попытаться начать получать пенсию с 55. Естественно мы не против льгот, которые имеют водители автобусов, сварщики и другие представители профессий, относящихся к данной льготной категории. Но неужели люди не по своей воле рисковавшие ежесекундно своими жизнями на протяжении целых двух лет в тяжелейших условиях и потерявшие значительную часть своего здоровья не заслужили льгот по досрочному выходу на пенсию по аналогии с другими упомянутыми льготниками? Короче, это очень больная тема!

В занятии позиций на высотке и в ведении дальнейших боевых действий на этом рубеже, впрочем, как и на всех последующих, наиболее отличились Хантураев Усман и Кодиров Ортик. Оба хорошие спортсмены, титулованные борцы, один самбист, другой классик. Следует отметить, что эти парни за свою службу не раз и не два отличались при штурмах горных укрепрайонов. Также на этом участке боевых действий здорово отличился Каримов Миркасим, добровольно примкнувший из 4-го взвода. Миркасим умело и результативно разил неприятеля из вверенного ему ПК, чем очень помог нашей группе отбиться от яростных вражеских атак.

Само собой, что в ходе дальнейшего боя противник предпринимал многочисленные попытки отбить эти жизненно важные для всей нашей роты позиции. Но личному составу третьего взвода удалось устоять, уничтожив изрядное количество вражеских боевиков. Обойти позиции третьего взвода поверху не позволила удачно навороченная природой горная местность. Так как волей судьбы, слева и за спиной наших бойцов высились каскадами почти отвесные горные склоны, непроходимые без альпинистского снаряжения. А если обойти нас поднявшись ещё выше, то, судя по всему, мы попадали в слепую зону и были не видны в прицелы неприятеля. Такой неожиданный подарок судьбы по воле случая не позволял вражеским боевикам вести по нам огонь с упомянутого направления. Это удачное стечение обстоятельств здорово помогло всей 4-й роте продержаться долгие часы против превосходящих сил противника. Само собой, что наши парни, используя крупные камни, по возможности дооборудовали, доставшиеся им, созданные природой укрытия. Попутно с выполнением боевой задачи в довольно короткий срок удалось выложить из камней вполне достойные бойницы для стрелков, пулеметчика и снайпера. Благо в результате частых камнепадов на этом горном участке с избытком хватало камней всевозможных размеров. И ещё раз огромное спасибо за помощь местной природе! Получился очень даже приличный опорный пункт взвода, хотя и весьма компактный. Но для одного десятка бойцов, да в сложившейся ситуации - и это за роскошь. Кстати сказать, из-за своих нынешних укрытий мы очень хорошо просматривали ту или иную часть тела многих бойцов родной роты, занимающих свои позиции правее и ниже нашего нового опорного пункта. Так что нам удалось очень своевременно осуществить этот важный манёвр. Одному Богу известно скольких потерь удалось избежать подразделению "Рулетов" благодаря этому обстоятельству.

В свою очередь 4-й взвод тоже сместился влево (западнее, если по карте) и занял более выгодные позиции. Растянув таким образом оборону роты ещё больше по фронту.

Теперь те душманы, которые занимали позиции на передних ярусах засады, могли получить пулю не только с фронтальной стороны, но и со своего правого фланга, оттуда, где занимал удобные позиции наш третий взвод.

Да и с фронтальной стороны, благодаря смещению 4-го взвода, перекрестный огонь по огневым точкам врага стал возможен. В такой ситуации командованию противника тоже пришлось подсуетиться, разбивая своих боевиков по секторам и по зонам. То ли дело, если бы вся рота была сосредоточена на небольшом локальном участке, почти так, как это было изначально, в первые минуты боестолкновения. Знай себе наяривай со всех доступных сторон и со всех занятых ярусов. Какую плотность огня по позициям нашего подразделения, расположенного компактно, можно было бы при желании создать, если бы четвертая рота продолжала вести бой в той же конфигурации, как следовала на марше. При этом боевикам противоборствующей стороны не надо было таращиться по разным сторонам, опасаясь флангового и перекрестного огня. Да попросту, относительно безопасных укрытий за камнями и скалами для всех бойцов роты на том совершенно небольшом пятачке не хватало. Поэтому, помимо погибшего дозора, в начале боя чаще погибали и получали серьёзные ранения в основном те, кому не повезло с укрытием. Кого эти укрытия и складки местности не укрывали полностью от неприятеля, занимающего позиции с двух сторон ярусами снизу вверх. К сожалению, именно таким образом погибли, приданные роте минометчики. Некоторые "крупные" специалисты по войне в горах до сих пор недоумевают и, надув щёки, с серьёзным видом говорят:

"А что, пятая и шестая роты не могли обойти понизу и выйти к позициям четвёртой. А затем, ударив снизу всей огневой мощью батальона по врагу, перейти в атаку и штурмом взять позиции духов?".

Сообщаю данным "стратегам". Кунарские душманы о таком развитии событий могли только мечтать! И перестреляли бы большую часть батальона буквально как мишени в тире! Даже одними пулеметами, из-за грамотно оборудованных укрытий, покосили бы такую массу людей на открытой местности, ибо даже треть наших бойцов не смогла бы найти хоть каких-нибудь мало-мальски подходящих укрытий для оборудования огневых точек. Принять такое решение - просто бросить людей на верную смерть! И не надо путать и примерять логику и тактику действий более распространенного в той войне быстротечного боя на бой длительный многочасовой, которые случались гораздо реже. Да ещё с противником, имеющим на локальных участках значительное численное и позиционное превосходство. Различия будут весьма и весьма существенные.

Учитывая всё сказанное выше, приходим к выводу, что растянуть оборону "четвёрки" по фронту и по направлениям оказалось очень удачной задумкой офицеров роты и в первую очередь её опытного командира. Теперь атаковать позиции 4-й роты вражеским боевикам стало сложнее. Для этих целей противнику необходимо было задействовать гораздо бОльшие силы, чтобы одновременно вести штурм наших позиций по всей линии обороны подразделения. В противном случае, штурмуя одну из сторон нашей обороны, противник получал сильный фланговый огонь по рядам атакующих. И само собой ему приходилось нести бОльшие потери.

Гвардии капитан Перятинец постоянно пытался вызвать огонь артиллерии или авиацию через старших начальников, давая конкретные координаты целей, чтобы под прикрытием огня личный состав роты смог отойти на более выгодную позицию и закрепиться. Но, на нашу беду ротному не удалось "достучаться" до "высших сфер".

По приказу старшего командования вся артиллерия, участвовавшая в операции, стояла на одной частоте, что очень затрудняло работу с ней. Так как операция была достаточно масштабной, то естественно, что задействовано было большое количество сил ОКСВА и, по всей видимости, не одним нам, как воздух нужна была огневая поддержка. Поэтому, не трудно себе представить, что творилось в эфире на той частоте. К сожалению, поддержку артиллерии мы так и не получили.

Правда, неожиданно прилетели две долгожданные 'вертушки' (имеются в виду вертолеты огневой поддержки МИ- 24, называемые в просторечии "крокодилами"). Но наша радость по этому поводу тоже оказалась преждевременной. Хотя мы обозначили наземными оранжевыми (сигнальными) дымами своё местоположение и показали цветными воздушными дымами позиции душманов. А наш командир по связи навел вертолеты на противника, и они даже сделали один боевой заход, обстреляв его НАРами (неуправляемыми авиационными ракетами). Но, к нашему глубокому огорчению, первый заход оказался хотя и весьма удачным, но и одновременно последним. К тому же вертолеты были обстреляны мятежниками из ЗГУ-1 "Зегуяк" (14,5 мм зенитная горная установка китайского производства) и 12,7 мм крупнокалиберного пулемета ДШК, затем по одному из них была пущена ракета из ПЗРК (переносного зенитно-ракетного комплекса) типа "СТРЕЛА". К счастью, ракета ушла мимо, и огонь из ЗГУ и ДШК тоже не нанес видимого урона винтокрылым машинам. Оба вертолета пошли на разворот. Мы, грешным делом, подумали, что они готовятся к следующему заходу на указанную цель. Да еще вызовут своих "орлов да соколов" на подмогу, раз уж дело приняло такой серьёзный оборот. Но, как говорится: "Это был не наш день". Вертолеты ушли, причем окончательно и бесповоротно. Больше мы их не видели. Хочется верить, что кому-то их поддержка была нужна больше, чем нам.

Во время работы вертушек гвардии капитан Перятинец попытался сменить занимаемую позицию на другую, находящуюся немного дальше от передней линии обороны и имеющую более удачное расположение для оборудования КП роты. На беду, данная задумка оказалась неудачной. Пробежав несколько метров, Александр Григорьевич получил серьёзное ранение в правую ногу. Экспансивная (разрывная) пуля перебила ему кость выше колена. По этой причине командир упал на открытом участке косогора.

Гвардии сержанты Ильфак Гареев и Виктор Еровенков под шквальным огнем неприятеля вытащили из-под обстрела и затащили в прежнее укрытие тяжелораненого командира роты. Наложили жгут, чтобы остановить хлещущую из раны кровь и перевязали его. Сделали обезболивание промедолом. А затем прикрывали своего ротного до последней капли своих жизней, впервые отказавшись выполнить его приказ и попытаться отойти чтобы спастись самим. При этом некоторые представители личного состава роты слышали, как Перятинец (пытаясь сберечь своих подчиненных) кричал на этих двух сержантов во всю мощь командирского голоса. И материл, и стращал "губой", а также всеми прочими пришедшими на ум карами, лишь бы оставили его и перебежали в место побезопаснее. Не помогало. "Не уйдем, товарищ капитан! Хоть расстреляйте, не уйдем! Посмотрите, как мы нашу позицию дооборудовали. "Конфетка", а не позиция! Здесь мы долго продержимся! Патронов и гранат пока хватает. А там глядишь, и подмога подойдет через господствующие высоты. А может артиллерия с авиацией проснутся наконец и хорошенько накатят по басмоте. Враз картина поменяется. Если в Кундуз живыми вернемся, тогда ваша воля товарищ капитан. Хоть на "губу", хоть под суд, хоть к черту на сковороду! Или даже под "грибок" до самого дембеля! Лишь бы всем нам вернуться!", - раздавалось из-за тех камней в моменты затишья.

Судя по всему, вражеские снайперы давно вычислили место нахождения нашего командира и терпеливо ждали возможности для результативного выстрела. Как оказалось ждали не зря.


Карта района боевых действий 2 мсб 149 гв. мсп (в период 1-го и 2-го этапов войсковой операции.


По-прошествии не менее пяти часов боя, слыша довольно редкие одиночные выстрелы в ответ, "духи" решили, что сопротивление практически сломлено и держать реальную оборону почти некому. Открыв ураганный огонь со всех ярусов, они пошли на сближение, а затем выскочили в атаку по всему фронту обороны нашего подразделения. Таким образом, пытаясь захватить наши позиции и добить последних, как они считали, обороняющихся `шурави', засевших в расщелинах скал и между крупных камней. Возможно, они надеялись, что после стольких часов боя стрелять в них будет просто нечем. Тогда в ход пошли оставленные по приказу офицеров, как неприкосновенный запас, магазины и пулеметные ленты с патронами (вот когда пригодился бакшиш от 5-й роты!). А по душманам, сумевшим приблизиться почти вплотную, густо полетели ручные гранаты. В последующем подобным образом были отбиты ещё три атаки разъяренных басмачей, теряющих своих лучших воинов убитыми и ранеными, но не могущих сломить нашего сопротивления.

О применении "карманной артиллерии" в этом бою надо рассказать подробнее. Сделаем это на примере 3-го взвода.

Во время первого штурма позиций взвода душманами, когда неприятелю удалось приблизиться достаточно близко, по установленной команде взводного, бойцами подразделения было выполнено по два броска ручными гранатами Ф-1. Вслед, по замешкавшемуся и потерявшему прыть противнику, сразу же пошёл прицельный накат из стрелкового оружия. Данный приём оказался достаточно эффективным и уцелевшим бойцам противника пришлось спешно ретироваться к своим позициям. Но командир взвода оказался не до конца доволен, обнаружив некоторые недостатки. Наши укрытия за крупными камнями и скалами даже и несколько доработанные (по возможности), всё же было не сравнить с окопами полного профиля. И для броска гранаты многим бойцам приходилось (пусть на мгновение) довольно значительно высовываться из-за укрытия. Это было очень рискованно. И хотя при первом штурме обошлось без потерь, противник наверняка сделает в своей тактике действий необходимые поправки и попытается подловить нас на этом моменте. Вторым недостатком было то, что получился слишком приличный разлёт по дальности бросков "эфок". В приблизительных цифрах этот разлет составлял от 25 до 75 метров. Третьим недостатком было то, что самым шустрым и везучим боевикам неприятеля удалось приблизиться к нам приблизительно на 40-45 метров. А два душмана даже предприняли попытки также атаковать нас ручными гранатами. Правда один был застрелен в момент замаха и граната разорвалась, выпав из его руки. Но второму удалось-таки совершить бросок в нашу сторону. К счастью, та граната не долетела и разорвалась в 3-4 метрах перед линией наших позиций. Исходя из всего вышеупомянутого пришлось срочно вносить коррективы в организацию обороны и в работу подразделения с ручными гранатами. Около 90% РГО и Ф-1, которыми располагал взвод были собраны в одном месте. Если конкретнее, то за одной из скал, расположенных на первой линии опорного пункта взвода, так как она более всех остальных естественных укрытий подходила по своим параметрам. Из-за этой скалы (высотой около двух метров) можно было метать гранаты стоя в полный рост. В 3-м взводе дальше и точнее всех метали гранаты, упоминаемые ранее Хантураев Усман и Кодиров Ортик. Впрочем, они дальше всех метали гранаты не только во взводе, но и в роте, если не во всём полку (точными данными о полковых рекордах не располагаем). Способности этих бойцов обнаружились ещё на полковом полигоне, когда проводились занятия по метанию ручных гранат. Тогда с роты было отобрано 8 человек (по два лучших с каждого взвода) и с этими гвардейцами были проведены индивидуальные занятия по совершенствованию техники броска. Проводил те занятия как раз гвардии лейтенант Щенников. А самыми способными оказались наши Кодиров и Хантураев. Тогда общими усилиями удалось добиться вполне приличных результатов. Оба атлета устойчиво метали учебные гранаты Ф-1 за 60 метров. Ну а лучшие броски были даже за 70. Причём силы у наших узбекских пехлеванов были приблизительно равны. В сериях бросков побеждал то один, то другой. И вот способности и навыки этих парней понадобились в суровом смертельном бою.

В период второго штурма позиций нашего подразделения уже не стали дожидаться пока вражеские боевики прорвутся ближе к нашим укреплениям, а по отмашке командира взвода наш отважный дуэт принялся забрасывать штурмовиков неприятеля, когда они выскочили из-за своих ближайших к нам укрытий и продвинулись лишь на 25-35 метров. И тут, где прямо перед ними, где между, а где-то и несколько позади начали рваться ручные гранаты РГО и Ф-1. В результате противнику пришлось залечь. Его боевой порыв был сорван. По залегшим боевикам вёлся прицельный огонь из стрелкового оружия, затрудняя их перемещения ползком и короткими перебежками. Взводный внимательно отслеживал тех, кто поднимал людей на штурм наших позиций и работал по ним одиночными, тщательно выцеливая.

Тем не менее немного отлежавшись, младшие командиры кунарских головорезов вновь попытались поднять их в атаку. Как только душманы снова рванулись в нашу сторону, по ним вновь кучно полетели оборонительные гранаты и застрочил пулемёт Миркасима Каримова. Таким образом атака была сорвана окончательно, и бойцы неприятеля откатились назад за укрытия передней линии. От нас до этих укрытий было порядка 100-115 метров. Поэтому, когда в 20-40 метрах от них рвались наши гранаты, то осколки, разлетающиеся на значительное расстояние, наверняка прилично беспокоили тех, кто вёл по нам огонь из стрелкового оружия высунувшись из-за своих укрытий.

В дальнейшем, если главари наших непримиримых оппонентов, организовывали особо массированный штурм позиций подразделения, взводный тоже подключался к нашим гранатометателям и сработавшийся дуэт превращался в слаженное трио. Ясное дело, что гранаты нам приходилось экономить. И огромное спасибо пятой роте, что презентовала нам те три десятка ручных гранат. Возможно, благодаря им мы и продержались. С учётом постоянного стресса и щедро выделяемого на этой почве адреналина, наши чемпионы наверняка побили в этом бою все свои прежние рекорды по дальности метания, а может быть не только свои и не только полковые. Вот только замерить и зафиксировать по понятным причинам не было никакой возможности. Так что из-за недоступности реальной нас здорово выручала "артиллерия карманная", тем более, когда задачу выполняли такие умельцы.

Гвардии рядовой Шаймарданов Давлат довольно успешно работал из снайперской винтовки (СВД) по порученным целям, находящимся на дальних позициях, расположенных на более высоких ярусах укрепрайона противника. Его задачей было: выявлять и уничтожать пулеметчиков и снайперов неприятеля. Ведь эти вражеские специалисты доставляли нам немало хлопот, и значительная часть наших потерь (особенно в начале боя) была на их совести. Нашему снайперу облегчало задачу то обстоятельство, что боевики упомянутых категорий порой сами "подставлялись", когда вели огонь по позициям 1-го и 2-го взводов, расположенным от них прямо по фронту. Притом, что с правого фланга многие из них были достаточно открыты и отлично просматривались через снайперский прицел. Время от времени (по ситуации) взводному тоже приходилось брать в руки "глазастое весло", чтобы, воспользовавшись его "длинными руками", "успокоить" особо активные и зловредные огневые точки.


.

На снимке группа офицеров, сержантов и солдат, принявших активное участие в бою у кишлака Коньяк.

Кто-то из штатного состава "Рулетов", кто-то придан из других подразделений. Здесь и Вася Пенза,

и Витя Еровенков с Ильфаком Гареевым, и несколько ребят минометчиков, и Лёха Абакумов.

Здесь и наш Ара (Альберт) - вечный оптимист и весельчак, и Юрка Сокол, а также наш везунчик Сёха Коровин

и отважный Усман Хантураев. Рядом с ними примостились Давлат Шаймарданов и Мерет Агаоразов.

Из командного состава Владимир Щенников, Юрий Молокитин, Александр Волков и Валерий Замковой (взводный из минометной батареи).

(Из этих 17 человек: 7 - погибли и 4 - получили ранения различной степени тяжести).


Не кривя душой, можно сказать, что противник у нас был серьёзный, имеющий основательную тактическую и огневую подготовку. До нас доносились команды их командира, которые отдавались по рупору-громкоговорителю. Часть отдаваемых команд была на арабском языке. Используя этот мегафон, душманы периодически на довольно сносном русском языке предлагали нам сдаться. В случае добровольной сдачи обещали сохранить жизнь. Иначе, обещали всех уничтожить, а тела расчленить. Тех, кто не по своей воле попадет живым к ним в руки, обещали перед смертью подвергнуть изуверским пыткам. Иными словами, пытались всячески запугать и сломить психологически. Мы догадались, что они нащупали используемую нами частоту радиосвязи и прослушивают все наши переговоры. Когда мы перешли на запасную частоту, они отыскали её и стали вклиниваться в радиообмен, пытаясь сначала вносить дезинформацию и путаницу, а поняв, что их уловка раскрыта, тут же стали в очередной раз склонять нас к сдаче.

Многочисленная группа снайперов, занимающая позиции на разных ярусах по склонам высот, (в том числе по западным склонам западного хребта Вотапурского ущелья, над кишлаком Коньяк, где по планам старшего командования должны были находиться позиции одного из поддерживающих нас подразделений) держала в постоянном напряжении основные силы родного батальона, не давая им осуществлять передвижения для организации действенной помощи нашей роте и прижимая огнем к скалам. С расстояния не менее чем 700-750 метров, был убит гвардии рядовой Забоев Юрий из личного состава минометной батареи, которая расположила свою позицию возле командного пункта батальона. Тот боец высунулся буквально на одно мгновение, чтобы закинуть мину в ствол миномета. Причем пуля снайпера попала точно в шею, перебив гортань и шейные позвонки минометчика. Ещё два миномётчика из этого расчёта получили лёгкие ранения по касательной, когда, находясь в положении лежа, немного приподнялись, чтобы поправить треногу миномёта. Одного чиркнуло по шее, другого по верхней части спины. Тем, кому пуля вражеского снайпера прочертила глубокую бороздку на спине был гвардии рядовой Дёмин Роман, который в этом бою исполнял обязанности заместителя командира огневого взвода. Доблестные миномётчики под командованием гвардии лейтенанта Тупало Александра прилагали все возможные усилия, чтобы подавить как можно больше огневых точек противника. Но к сожалению, у них был только один действующий миномёт с весьма ограниченным запасом мин. Тем не менее эти парни сделали всё, что было в их силах.

Плотный пулеметный и снайперский огонь, который велся по позициям основных сил 2 мсб, совершенно не давал возможности для маневра.


Значительная часть душманов, которых мы видели, были одеты в темные комбинезоны или такого же цвета куртки с накладными карманами, поверх другой одежды. На рукавах и головах у многих из них были повязки с надписями, сделанными арабской вязью. Еще одной характерной особенностью униформы, используемой многими из противостоящих нам бойцов противника, были чёрные чалмы или такого же цвета паколи. По вездесущим слухам именно так одевались знаменитые `черные аисты', прибывающие с территории Пакистана для оказания военной помощи местным душманам. Про этих боевиков ходили разного рода легенды, которые успешно распространяло "солдатское радио". Дескать: "Отряды `черных аистов' проходили военную подготовку по системе специальных частей армии США и состояли большей частью из арабских и пакистанских наемников. Обучали их в основном также арабские офицеры, которые в свою очередь прошли подготовку у соответствующих офицеров вооруженных сил Соединенных Штатов". Комбинезоны, которые они носили, молва окрестила как "черная горка" и по слухам они были чуть ли не горным снаряжением специальных частей армии "дядюшки Сэма". По передающейся из уст в уста информации выходило - что в дождь эти "комбезы" практически не промокают, в жару в них прохладно, в холод тепло. Где в этих разговорах правда, а где вымысел? Нынче с абсолютной точностью никому неизвестно. В наше время многие уже слышали о термоматериалах и о связанных с этим понятием технологиях. Повсюду продается термобелье с некоторыми аналогичными свойствами. Тогда же, нам всё это казалось чем-то нереальным - из другого мира. О таком снаряжении нам приходилось только мечтать.

Характерно то, что эти боевики проявляли себя на востоке страны, а наиболее часто в районах, граничащих с Пакистаном. Действовали они как в составах банд, так и отдельными группами. Вот всё, что нам было известно о тех, кого между собой прозвали "черными аистами". Но чтобы они ходили практически в полный рост на пулеметы, никто из нас до этого не видел и не слышал. Тем, у кого возник вопрос к смыслу данного названия, поясню. Суть тут кроется в известных легендах и мифотворчестве. Мы с детства знаем, что белые аисты являются символом новой народившейся жизни. Многие дети на вопрос: "Откуда ты взялся?", отвечают: "Меня аист принес!". Есть те, кто считает, что эти птицы действительно переносят человеческие души. Другие просто считают их вестниками зарождения новой жизни. Так вот. Если белый аист приносит жизнь, то черный аист, наоборот, её забирает. Или по-иному является вестником близкой кончины. И потому встреча с ним как минимум не сулит ничего доброго.

Вспоминая наиболее острые моменты обсуждаемой операции в своих мемуарах, генерал армии В. И. Варенников пишет следующее: "Бои в Кунаре и, особенно в ущелье Печдара, в районах н. п. Мена, севернее Асмара, юго-восточнее Нарая приобретали ожесточенный и затяжной характер. Отмечались случаи перехода мятежников в контратаки. Только благодаря мощным и точным ударам авиации и огня артиллерии удалось сломить сопротивление".

Но, что касается нашего конкретного случая, то почему-то всемерная поддержка артиллерии и авиации, обещанная старшим командованием перед выходом, на деле оказалась недоступной. А играть картами краплеными противником, да еще при таком неудачном раскладе. Иными словами, с такой сложной ситуацией нашей роте довелось столкнуться впервые. Учитывая всё вышеперечисленное, мы решили продержаться до наступления спасительной темноты и отойти под её прикрытием, предварительно эвакуировав раненых. Больше всего нас угнетало, что до той поры может не хватить патронов. В ход давно пошли боеприпасы убитых и раненых товарищей, но и они были уже на исходе. Но главной бедой было то, что нам, несмотря на неоднократные попытки, никак не удавалось вынести в безопасное место нашего раненого командира роты. "Духи", заприметив проявленный интерес, поняли, что неспроста мы раз за разом рвемся к одним и тем же камням. По-видимому, они догадались, что в этом месте находится командир подразделения и что он ранен. К тому же, как мы уже упоминали, они сидели на наших радиочастотах и слушали переговоры. Конечно, если бы мы "достучались" до артиллерии, и она дала хотя бы несколько залпов по указанным нами координатам целей. Тогда под прикрытием артиллерийского огня, у нас появился бы реальный шанс, чтобы вытащить гвардии капитана Перятинца и отойти вместе со всеми ранеными. Но ещё раз повторяем, что артиллерия и авиация по роковому стечению обстоятельств в тот день, были для нас недоступны.


"Момент боя. Гвардии капитан Александр Перятинец".


"Не дадим командира мы врагам добить!

Либо вместе погибнем, либо будем жить!", -

Приняли решение все, кто мог сражаться.

"Эх! Нам бы, до темноты продержаться!".


У читателя может сложиться впечатление, что наш командир всё время находился несколько в стороне от основных сил роты. Это не так. Но видимо придется пояснить. Изначально командный пункт капитана Перятинца располагался практически в центре обороны подразделения. Дело в том, что почти с первых минут огневого контакта противник (по известным ему мотивам) уделял наибольшее внимание именно этому участку боя. Сюда он сосредоточил свой самый плотный огонь. По этой причине больше всего наших парней сложило головы как раз на этом пятачке обороны. В начале боя перед командиром роты, а также справа и слева по фронту от него занимали боевые позиции: Нурик Алибаев, Алексей Абакумов, Василий Вохмянин, Вячеслав Дуплищев, Шухрат Кодиров, Заза Царцидзе. Все они сражались, занимая первую линию обороны на этом участке боевых действий. Здесь и полегли. Не лишним будет упомянуть, что в период начальной стадии боя несколько человек получили серьёзные ранения, также сдерживая натиск душманов в районе командного пункта роты. Это и М. Агаоразов, и А. Алимбаев, и А. Байлиев, и ещё пара бойцов. Но, к счастью, их удалось эвакуировать в тыл и укрыть за естественными складками местности. Уже там всем раненым была оказана первая медицинская помощь.

Вот таким образом оказалось, что А. Г. Перятинец, И. Гареев и В. Еровенков, да еще Ю. Соколовский (в 15-17 метрах левее КП роты) остались последними, кто был в состоянии сражаться с противником на этом участке обороны роты.

Наш ротный перед этой операцией только вернулся из госпиталя, после перенесенного вирусного гепатита и ещё не совсем вошел в прежнюю физическую форму. А тут сразу такие пиковые нагрузки, да ещё это тяжелое ранение. Когда душманы выскакивали в атаку, они пытались захватить участок местности, на котором находился Александр Григорьевич. Тогда все, кто ещё мог стрелять, отсекали противника от командирского укрытия на КП роты. В частности, очень эффективным и результативным был фланговый огонь с позиций 3мсв (с того самого "пятачка" на северо-западе обороны подразделения). Так что прорваться к нашему ротному командиру не могли ни мы, ни "духи". Рядом с ним, как вы уже знаете, волею судьбы оказались два надежных сержанта: Еровенков Виктор из Орловской области и Гареев Ильфак из города Тольятти. Оба были лучшими боевыми сержантами своих взводов - один из первого, второй из третьего. Они грамотно выбрали позицию и по возможности оборудовали её для стрельбы. К вечеру Александр Григорьевич сильно ослаб от большой потери крови, и наши сержанты укрыли его в небольшом гроте в скальном массиве. Игорь и Витя бились с рвавшимся к командиру врагом не на жизнь, а насмерть, не подпуская неприятеля близко. Благо выбранная позиция хорошо защищала их с трех сторон, давая возможность вести огонь из-за укрытия.

Так вот, оба сержанта, прикрывавших командира роты, были застрелены снайперами противника, обошедшими их поверху с незащищенной стороны. Но перед тем, как сделать свои смертельные выстрелы, вражеским специалистам пришлось изрядно потрудиться, несколько часов карабкаясь по отвесным скалам, и всё для того, чтобы огневая позиция наших парней вышла из слепой зоны, и они оказались видны в оптические прицелы. Уж так грамотно и удачно был расположен КП роты. Эта трагедия произошла в тот момент, когда, пользуясь затишьем, Еровенков перевязывал рану Гарееву, которого "зацепило" в плечо левой руки. Гареев, чтобы зря не терять времени, снаряжал патронами магазины к автомату. Так они и замерли - в положении сидя, прислонившись спинами к невысокой скале, и склонившись друг к другу головами, точными снайперскими выстрелами в которые они и были убиты. В таком положении они были найдены, когда пришло время выносить погибших с поля боя. Даже рука врага не посмела прикоснуться и нарушить картину, запечатлевшую эту героическую гибель. Смерть настигла их совершенно внезапно. Со стороны казалось, что в момент, когда они занимались своим делом, кто-то дал им команду: "Замри".


Друзьями их сделала война. Слева направо: Нурик Алибаев, Юра Кабанов, Витя Еровенков, Ильфак Гареев.

Реальный пример Братства Народов - узбек, мордвин, русский, татарин. Живым с Кунарской операции вернулся

только один из закадычных друзей - Юра Кабанов. Остальные погибли героями, в бою у горного кишлака Коньяк 25.05.85.

Все призыва - осень 83-85.


Ильфак и Виктор обещали Александру Григорьевичу, что смогут долго удерживать облюбованную ими позицию. И они сдержали свое слово, продержавшись целых восемь часов. Но, к сожалению, помощь, на которую все "Рулеты" очень надеялись (особенно в начале боя) так и не подошла. А времени для воплощения данного замысла у старшего командования было с избытком. Об отсутствии поддержки авиацией и артиллерией всё уже сказано ранее.

С гибелью двух героических сержантов у нас пропала последняя надежда вытащить своего командира. Оставалось прикрывать его, пока имелась возможность, не давая приближаться к нему басмачам. Бросить ротного на растерзание врагам мы не могли. Как уже упоминалось, остальных раненых нам удалось эвакуировать из-под обстрела и оставить в более-менее защищенном месте под присмотром солдат младших призывов.

Перятинец тоже понимал, что рота никогда его не бросит. Ни так она была воспитана. Также он понимал, что личный состав подразделения не сможет прикрывать его до бесконечности, потому как боеприпасы были уже на исходе, а прорваться к нему, чтобы вынести - тоже было просто нереально. На случай, если "духи" выскочат на него внезапно, он подготовил им сюрприз: ручную гранату Ф-1 с выдернутой чекой, которую наш командир закрепил в выемке скалы у себя под рукой, так, чтобы её можно было легко выбить одним движением. Судя по всему, он больше всего опасался, что попадет в руки к неприятелю в бессознательном состоянии, так как потерял много крови и очень ослаб. Тем не менее, пытаясь спасти своих подчиненных, Перятинец несколько раз приказывал оставить его одного и отходить после того, как вытащим остальных раненых. "Уходите! Я принял решение! Живым я не сдамся!", - выкрикивал он. Но командиры взводов под разными предлогами всячески противились этому, и рота продолжала занимать прежние позиции. Понимая, что, защищая его до последнего патрона, погибнут все, капитан принял решение - ценой собственной жизни спасти свое подразделение. Погибнуть, чтобы развязать руки остальным.

"Прощайте, мужики! Сохраните роту! Выходите, пока ещё есть патроны. Выносите тех, кого можете. Я ухожу навсегда! Прости меня, Господи! Не поминайте лихом!", - собрав последние силы, с надрывом прокричал Александр Григорьевич, выбрав минуту затишья.

Вслед за его словами раздался глухой одиночный выстрел. Так погиб старший "Рулет" - командир 4-й мотострелковой роты гвардии капитан Александр Григорьевич Перятинец. Воин с большой буквы, офицер чести и долга, требовательный и заботливый командир - гордость Земли Русской. Перед этим он вывел из строя, расстреляв из автомата, 'ромашку' - радиостанцию для связи с авиацией и носимую Р-148-ю, сжег свою карту.


Гвардии капитан Перятинец Александр Григорьевич (Таким он был при жизни).

"Живым - рота меня не бросит.

За то время "костлявая" всех покосит.

Я должен вернуть матерям сыновей!

Я должен вернуть девчонкам парней!

Простите: мать, жена и дочь -

Бойцам своим обязан я помочь.

Отважной гибелью своей

Спасу я от горя других матерей".

Капитан снял крестик и зажал в кулак,

Чтоб над верой святой не глумился враг.

В долю секунды вся жизнь пролетела,

Что не жил для себя, никому нет дела!

Метнув гранату в наседавшего врага,

Принял смерть, во весь рост поднявшись.

Подломилась перебитая нога,

И он рухнул, с вечностью обнявшись.

Кровью заплакали черные скалы,

Много за тысячи лет повидавшие.

Память и Слава не вам генералы,

А Вам - за солдат свои жизни отдавшие!


Вскоре начало темнеть, и это было нам на руку. Патроны были на исходе. У большинства оставалось по последнему неполному магазину. (Хотя перед началом боя у каждого стрелка автоматчика и пулеметчика РПК было не менее чем по 8-10 снаряженных магазинов. Плюс к этому до тысячи патронов россыпью в специально сшитых полотняных мешочках. "Карманная артиллерия" состояла из десяти ручных гранат. Как правило, 6 штук Ф-1 или РГО и 4 штуки РГД-5 или РГН на выбор. Пулеметчики ПК имели боезапас в тысячу патронов - в лентах и россыпью. Такое же количество патронов было и у снайперов. Помимо перечисленного, в каждом взводе было по три подствольных гранатомета ГП-25. К каждому "подствольнику" имелось в наличие не менее 10 гранат ВОГ-25. Правда, все они были израсходованы еще в первые часы боя). Отдав отряду прикрытия, состоящему из добровольцев, по половине оставшегося в наличии скудного боезапаса и доложив о своих действиях на запасной частоте комбату, остальная часть роты начала потихоньку отходить, вынося раненых. Многие раненые бойцы шли сами, как могли. Кто опирался на свой автомат, кто на плечо друга. Убедившись, что группа с ранеными ушла достаточно далеко, начал отходить и отряд прикрытия, используя, наработанную ранее, так называемую "тактику поэтапного снятия женского чулка". Для осуществления этой наработки отряд был поделен на две равноценные группы. По установленной команде под прикрытием огня товарищей, используя естественные складки местности, короткими перебежками отходила первая группа. Затем, когда отошедшая группа закреплялась на новом рубеже обороны, то уже под ее прикрытием, таким же способом начинала отходить вторая группа, прикрывающая до этого первую. И так этап за этапом, словно ажурный чулок, аккуратно стягиваемый с изящной женской ножки. Одной группой (7 человек) командовал гвардии старший лейтенант Транин Геннадий Юрьевич, который весь был посечен осколками, но не покидал поля боя. Второй группой (8 человек) командовал гвардии лейтенант Щенников Владимир Витальевич. Душманам очень не хотелось отпускать живыми тех, кого они давно сочли своей законной "добычей". Поэтому, кунарские басмачи с диким остервенением выскакивали и преследовали нас, попадая под прицельный огонь группы прикрытия. Теряя своих людей, "духи" залегали. Думается, что им было совсем некомфортно чувствовать себя в роли мишеней.

В это время произошел курьезный случай. Гвардии рядовой Сергей Коровин, несколько замешкавшись и пропустив команду к отходу своей группы, выскочил из-за своего укрытия, когда душманы были не более чем в десятке метров от него. И смех и грех было видеть как Сёха бежит практически в одной группе с "духами". Кто-то из наших парней, наблюдая эту необычную картину, громко и с сарказмом произнёс: "Ну, Сёха! Предводитель команчей! Пороть тебя некому!". Судя по всему, у противника было огромное желание взять кого-нибудь из нас в плен. Поэтому басмачи изо всех сил пытались догнать и скрутить Серёгу Коровина, который убегая, выделывал такие акробатические трюки, коим позавидовал бы любой профессиональный гимнаст, выполняющий вольные упражнения. Мы боялись "зацепить" нашего "трюкача" и по этой причине прикрывали его с большой осторожностью. Поняв, что догнать Сёху им не удастся, "духи" открыли огонь по ускользающей от них "жертве" и это придало бойцу ещё большей прыти. Он прыгал рыбкой через валуны, держа автомат в вытянутых перед собой руках, совершал кувырки и различные кульбиты. При этом наш убегающий боец каким-то образом ещё умудрялся отстреливаться. И надо сказать, что это получалось у него вполне успешно.

В одном месте, прыгнув рыбкой через валун приблизительно метровой высоты, убегающий солдат провалился с другой стороны не менее чем на два метра, грохнувшись со всего маха об камни. Мы грешным делом подумали, что Серёга разбился, но наш юркий воин тут же вскочил и побежал дальше. На гвардейце был десантный комбинезон не менее чем 50-го размера, хотя и 46-й скорее всего пришёлся бы ему впору. Поэтому, когда Коровин бежал комбинезон раздувался на нём, как парус на ветру.


"Отход группы прикрытия. Акробатический этюд в исполнении Сергея Коровина".


В ином месте Серега, орудуя прикладом, скинул со скалы одного выскочившего на него душмана, застрелил другого и, не раздумывая, спрыгнул с уступа 8-9 метров высотой прямо на торчащие из земли острые камни. Затем, застрелив ещё одного, не сумевшего вовремя остановиться, потерявшего равновесие и сорвавшегося вниз, следом за ним "духа" - последним оставшимся в стволе автомата патроном, побежал дальше. (В одной из давних несколько нескромных публикаций, описывающих подобные случаи, довелось прочитать, что на Кунарской операции рядовой С. Коровин, чтобы не попасть в плен бесстрашно бросился вниз со скалы высотой в двадцать метров. Перед этим, после того как у солдата закончились патроны, только штыком и прикладом ему далось уничтожить не менее пяти душманов. Но храбрый воин остался жив и вскоре вернулся в строй. И тому подобное. Написано было офицером "афганцем", но не из числа наших сослуживцев. Думаем, такого рода "приписки" только вредят произошедшему в реальности. Нам лишнего не надо - свое бы пережить. Хотя не сомневаемся, что если бы пришлось по ситуации, то Коровин сиганул бы и с большей высоты). Когда Сергей добежал до наших позиций, и бойцы затащили его за укрытие, отбив наседавших душманов, глазам очевидцев открылась "весёленькая" картина. Комбез Коровина был прострелен в нескольких местах, поэтому товарищи помогли солдату снять его, чтобы обработать и перевязать раны. Каково же было всеобщее удивление, когда нами не было найдено ни одного серьёзного огнестрельного ранения на теле гвардейца, разве что одни касательные царапины. А ведь в Сёху стреляли почти в упор. Зато от падений и ударов тело Серёжки Коровина превратилось в одну сплошную гематому. Выйти из такой передряги, отделавшись только царапинами, синяками и шишками - дело нешуточное. Про таких везунчиков говорят: "В рубашке парень родился!".

(В данном случае мы видим яркий пример того, какие чудеса может совершать человеческий организм в моменты крайней опасности для жизни. Известно, что в подобной ситуации в кровь человека выбрасывается максимально возможное количество адреналина и норадреналина. Именно благодаря воздействию этих активных веществ наше тело становится способным на такие достижения о которых в обычной жизни мы не могли бы и подумать. Исходя из того, что всё идёт от головы, получаем, что мозг человека тоже начинает работать в особом режиме и это феномен, который в настоящее время ещё мало изучен. Некоторые люди в минуту смертельной опасности (благодаря особой работе мозга) способны совершать переход в состояние измененного сознания. Человек на непродолжительное время будто бы попадает в иную реальность. Где всё ощущается по-другому и действуют свои неизвестные нам законы. К примеру, у бойца, находящегося в этом необычном состоянии, на короткое время появляются выдающиеся способности о которых ни он сам, ни окружающие даже не подозревали. По всей видимости наш Сёха демонстрировал чудеса владения своим телом, находясь именно в таком, спасительном для себя состоянии. Ведь в прежней жизни Сергей Коровин не отличался ни спортивными достижениями, ни физическими возможностями. В роте всегда был твёрдым середнячком. Был правда у Серёги Коровина один изъян. Дело в том что у него в одном месте словно "шило" сидело, которое частенько находило "приключений" на бедовую голову гвардейца. При этом Сёха был не робкого десятка, и это обстоятельство порой только осложняло ситуацию. Лучшим другом у него был Лёха Майоров, который наоборот был очень хорошо развит физически и обладал в подразделении реальным авторитетом и уважением. Ясное дело, что "Майор" играл "первую скрипку" в этом дружеском тандеме. Сёха и Лёха всегда были вместе и в части, и на боевых. Но в этом бою Лёха был дважды серьёзно ранен и Серёга впервые остался без надёжного друга и покровителя, который всегда за ним присматривал и уберегал от многих неприятностей. И надо же такому случиться, что оставшись без дружеского попечения, наш гвардеец почти сразу же попал в такую ужасную крайне опасную переделку. В которой обстоятельства сложились таким образом, что пришлось надеяться только на самого себя. К счастью, Бог Милостив! Живым вышел боец из такой серьёзной передряги. Разве это не чудо? Ведь чтобы остаться в живых ему нужно было умудриться "проскочить сквозь игольное ушко". И он это сделал! Но для полноты информации не будем утаивать, что на следующий день, после того как вышли к своим, Сёха даже не смог подняться на ноги).

Это удивительно, но действуя в таких тяжёлых условиях, да ещё в такой сложной ситуации обе группы прикрытия не потеряли ни одного бойца. Нам кажется, что без вмешательства Высших Сил тут не обошлось. Мы можем лишь предполагать, что за столь долгие часы такого жёсткого и бескомпромиссного боя все, кому суждено было погибнуть с нашей стороны - уже погибли. А за оставшихся в живых, тех кому посчастливилось уцелеть под градом из пуль и осколков плотной стеной встали все наши штатные и внештатные Ангелы Хранители и Хранители Рода.

Возможно, в этот процесс "вписался" кто-то из более высокой иерархии Высших Сил, для кого подобное вмешательство было не самой большой сложностью в диапазоне имеющихся возможностей. Иначе нам очень трудно понять самим, а тем более объяснить другим людям, как нам удалось выжить в том локальном Армагеддоне, отделавшись в основном лишь легкими ранениями, ушибами и царапинами. Ведь душевная боль за погибших парней пришла несколько позже.

Как бы там ни было нам хочется упомянуть тех бедовых отважных парней, которые особо отличились, действуя в группах прикрытия "не за страх, а за совесть". Тех, которые, прикрывали собой - своими жизнями отход раненых и искалеченных в бою товарищей. И только потом, выждав обозначенную временную паузу, без суеты и без паники начали отходить сами, используя отработанную для подобных случаев тактику. Извините, что в этом случае не сможем быть оригинальными. Ведь это в основном уже известные читателю имена и фамилии.

В группе старшего лейтенанта Транина выполняя поставленную боевую задачу, ежесекундно рискуя собой грамотно и отважно действовали: гвардии сержант Айрапетян Альберт, гвардии младший сержант Соколовский Юрий, гвардии младший сержант Кодиров Курбан, гвардии младший сержант Яровой Николай, гвардии рядовой Коровин Сергей. Честь и хвала этим доблестным воинам!

В группе лейтенанта Щенникова чётко выполняя поставленную командиром задачу, ежесекундно рискуя собой и не допустив ни единого сбоя, также отважно и самоотверженно действовали: гвардии сержант Кабанов Юрий, гвардии рядовой Хантураев Усман, гвардии рядовой Кодиров Ортик, гвардии рядовой Каримов Миркасим, гвардии рядовой Джамбеков Дауд, гвардии рядовой Шаймарданов Давлат. Честь и хвала этим бесстрашным храбрецам четвертой роты!

Наконец окончательно стемнело, как это бывает в горах, как будто кто-то выключил свет. В темноте преследователи умерили пыл и отстали, боясь, что сами нарвутся на засаду. Офицерами роты было принято решение: вновь разбить подразделение на две группы. В одну группу входили наиболее пострадавшие в схватке с врагом, т. е. все раненые и покалеченные в бою, а также "молодые", менее подготовленные солдаты. Задачей данной группы было: вынести всех тяжелораненых и вывести ходячих раненых к расположению основных сил. Эту группу возглавил гв. ст. л-нт Транин, так как сам пострадал в бою больше всех оставшихся в живых офицеров роты. Второй группе, которую возглавил гв. л-нт Щенников предстояло прикрывать окончательный отход группы, эвакуирующей раненых, а затем предпринять усилия по возвращению на место боя, чтобы попытаться вынести тела погибших товарищей. Потому что во 2-м батальоне всегда твердо соблюдался закон - сколько ушло на боевой выход столько и должно вернуться. В независимости от того - живыми, ранеными или убитыми. Эта традиция соблюдалась в батальоне от ввода - до самого вывода с территории Афганистана. Несмотря на то, как тяжело было порой выполнить эту задачу, опираясь только на собственные силы.

Честно сказать, именно Щенников и напомнил тогда об упомянутой негласной традиции и настоял на строгом её соблюдении. А инициатива в Советской Армии - сами знаете что...

Поэтому ему и планировать, и организовывать, и руководить, и отвечать, если что не сложится.

Раненые были выведены и вынесены к расположению наших войск, возле ставки главного командования и переданы в руки военных медиков, которые в дальнейшем эвакуировали их в госпиталь, находящийся в Джелалабаде. С этим вопросом всё решилось нормально. Но на поле боя остались наши погибшие товарищи, наш ротный командир. Из поясненного выше вы уже понимаете, что мы не могли оставить их тела на поругание врагу. Поэтому, из дееспособного состава 4-й мср лейтенантом Щенниковым были отобраны добровольцы, которые были в состоянии выполнить эту миссию не только физически, но и морально. В итоге в группу вошло четырнадцать человек. Обсудив план взаимодействия, малочисленный отряд в кромешной тьме двинулся к району боя, следуя за командиром взвода, который находил дорогу одному ему известным способом. Подойдя к месту выполнения задачи, мы услышали иностранную речь и шум передвижений. Территорию, на которой происходила основная часть боестолкновения, без лишней скромности занимал отряд противника. Стараясь передвигаться бесшумно, мы хоть и не видели, зато хорошо слышали своих врагов. Приблизившись насколько это было возможно, наша группа залегла, затаившись за каменной грядой. От группы отделились: гв. лейтенант Щенников, гв. сержант Кабанов и гв. рядовой Хантураев, которые взобравшись на выступающую над местностью скалу, оттуда на слух закидали душманов ручными гранатами Ф-1.


"Забросать со скалы гранатами - удачная задумка!".


После взрывов поднялся гвалт, раздались вопли. Слышно было, как "духи" забегали, заголосили, засуетились. Судя по шуму передвижений и возгласам их было не менее 50-ти человек. Нашей задачей было, не вступая с противником в бой, отогнать басмачей от места гибели товарищей. Поэтому, подняв панику в стане душманов мы, затаившись, выжидали, чтобы понять характер их дальнейших действий. Надеясь на то, что, опасаясь новых непонятных взрывов, басмачи уйдут.


По стонам и ругани, звуки которых отчетливо доносились до наших ушей, мы поняли, что у душманов некоторое количество человек как минимум ранены. Нашего приближения они, скорее всего не слышали. Да и не думали, наверное, что после всего произошедшего у потрёпанных тяжёлым боем шурави хватит "ума" вернуться. Поэтому, до этого эпизода чувствовали себя в относительной безопасности. Внезапно непонятные взрывы, потери.

Наш расчет оказался верным. По-видимому, старший в этом отряде "духов" несколько раз на пушту дал команду: "уходим". После этого, они быстро сгруппировались в одно место и двинулись вверх и вправо. Мы слышали, как они поднимали стонущих раненых и уносили их. Вероятно, среди тех, кого они выносили, были и убитые. Руки чесались, чтобы закидать их гранатами. Стрелять было нельзя по причине малой эффективности этого дела в полной темноте, а ещё потому, что вспышки выстрелов выдали бы наше место нахождения, о котором моджахеды не догадывались. И это, как ни странно, было положительным моментом, потому что патронов оставалось даже меньше - чем "кот наплакал".

С наступлением темноты неприятель, скорее всего, отошел, унося с собой раненых и убитых собратьев. Ведь по законам ислама своих погибших и умерших от ран воинов они должны были предать земле как можно скорее, но обязательно в светлое время суток. В данном случае на рассвете. А на месте боя на всякий случай (по-видимому, в качестве прикрытия) остался небольшой отряд местных басмачей, личный состав которого в момент нашего подхода занимался банальным мародерством. Оторвав "стаю шакалов" от этого милого их сердцу занятия несколько бесцеремонным образом, наша группа, слушая звуки ночи, ждала, когда они уйдут на безопасное для нас расстояние. Выждав паузу, мы, соблюдая меры предосторожности, вышли на поиски павших соратников. Скоро нами были найдены сразу восемь тел погибших. Они были выложены в ряд. Шестеро из них были раздеты донага. Два тела раздеть не успели. Судя по всему, душманы собирались жестоко надругаться над телами погибших советских воинов по своему дикому обыкновению, да не хватило времени по причине нашего вмешательства.

Затем пролазив по камням и скалам некоторое время, мы нашли ещё четыре тела своих убитых товарищей. В кромешной темноте искать приходилось в буквальном смысле на ощупь. Таким образом, найдя тела двенадцати геройски павших однополчан, решили выходить. Так как нас было всего четырнадцать человек, больше нам было не вынести. Один пойдет впереди, выбирая дорогу. Двенадцать других понесут тела погибших. И один пойдет в замыкании, обеспечивая прикрытие.


"Отход с телами погибших братишек. В кромешной темноте через скалы и камни".


Впереди шел, прокладывая маршрут движения, замполит роты гвардии л-нт Молокитин. За ним двенадцать бойцов, каждый из которых нёс на себе тело павшего в бою братишки. В замыкании шел, прикрывая отход, старший группы командир взвода гвардии лейтенант Щенников. От тяжелой во всех смыслах ноши у солдат взмокли спины и без того уже мокрые от крови, сочащейся из смертельных ран, загубленных врагом боевых товарищей. Кровь мертвых, смешавшись с "кровавым" потом живых, навсегда породнила не бренные тела, а бессмертные души. Так потом и пришлось жить за двоих каждому из этих воинов, соразмеряя всю жизнь свои действия и поступки с нравственными категориями тех, чьи тела пришлось выносить в ту тяжёлую майскую ночь. Если жизнь заставляла принимать сложные решения, то старались поступать так, как поступил бы побратим, навсегда оставивший часть своей души за спиной и ставший мерилом совести.


Тяжела, для воинов сникших,

Вторая бессонная ночь.

До утра выносили погибших

И некому было помочь.

Не придумать ужасней картины,

Как мы мертвых несли друзей.

От крови и пота липкие спины -

Не ноша, а горе сгибало сильней.

Нет тех испытаний в веренице веков и дат,

Которых бы не вынес наш бедовый солдат.

Но из всех испытаний, нет того тяжелей,

Когда сберечь не в силах боевых друзей.

И не грело выжившим души,

Что противник понес урон.

Мохаммеду с Иисусом бы в уши,

Те "молитвы" с обеих сторон.

Гвардейцы четвертой роты, погибшие в бою,

Пока мы живы, Вы, с нами в одном строю.

Вам жизнями обязаны многие из нас.

Огонь Боевого Братства со временем не угас!


По такой сложной местности в полной темноте двигались очень медленно. Когда занимались поисками, старались передвигаться бесшумно, но, когда стали выносить тела погибших о бесшумном передвижении, не могло быть и речи. По всей видимости, удаляющиеся душманы, услышав характерный шум осыпающихся камней, решили повернуть в нашу сторону. Довольно скоро им удалось сблизиться с нашей печальной процессией. Мы слышали их, они слышали нас - не зная реальной численности друг друга. В нашей ситуации принимать бой было нецелесообразно, так как группа гв. лейтенанта Щенникова была обязана вынести тела сложивших головы братьев по оружию. Поэтому, сдерживая ненависть к врагу, мы продолжали двигаться вперед.


"Отход с телами погибших братишек. Замыкание".


Кунарские душманы следовали за нами по пятам, но по каким-то своим соображениям тоже не нападали. Иногда с их стороны доносился приглушенный разговор. У наших ребят по понятным причинам были заняты руки. И чтобы не дать врагу застать себя врасплох, многие шли, держа ручные гранаты зубами, будучи в мгновенной готовности повторить подвиг Василия Кузнецова. Наконец наш отряд подошёл к позициям батальона, предупредив о своем приближении по связи, чтобы нас не приняли за "духов" и не открыли огонь. Стало понятно, что четвертую роту ждали, так как раздались крики: "Держитесь мужики, мы идем к вам" и прочие подобные этому возгласы. Навстречу нашей группе выскочили солдаты и офицеры из пятой и шестой рот батальона. Они помогли нам донести тела погибших ребят до своих позиций. "Духи", услышав, что нас много, моментально отстали и растворились в ночи.

Несколькими часами позже нам удалось осмотреть основные боевые позиции неприятеля, занятые на рассвете подразделениями нашего батальона. (Не забывайте, что не все тела наших погибших товарищей нам удалось вынести ночью). Нами были обнаружены кучи стреляных гильз от всех видов имеющегося у душманов стрелкового оружия. Удобные бойницы и другие оборонительные сооружения, оборудованные в скалах. Пути отхода в мощные укрытия, выдолбленные и вырезанные специальной техникой в скальной породе на случай артобстрела. По сути дела противник занимал грамотно оборудованный укрепленный район, используя все сильные стороны горной местности. Вместе с тем мы обнаружили много засохших пятен крови на скалах и в укрытиях, засохшие окровавленные бинты, разорванную одежду, также с пятнами крови, шприцы, пустые ампулы и пустые упаковки от лекарств импортного производства. Всё это говорило о том, что у неприятеля были большие потери убитыми и ранеными. Бой с нами не прошел для противника бесследно. Что, учитывая условия в которых пришлось его вести, вселяло гордость за наших солдат, сержантов и офицеров. Но никоим образом не смягчало горечь потерь и утрат, которые мы понесли. Позднее, когда у нас появилась возможность пообщаться с местными хадовцами по волнующим нас вопросам, особенно по поводу их "надежных" агентов-проводников, то мы узнали много интересного. По их словам один из проводников был настоящим предателем и двойным агентом, который смог их обмануть и которого они действительно проглядели. Второй по их словам был честным парнем и оказался жертвой обстоятельств. Так как душманам удалось взять в заложники его семью (жену и четверых детей). И уже после этого шантажировать его тем, что зверски убьют всех его родных, если он откажется от сотрудничества. Ради спасения жизней родных людей тот агент согласился пойти на предательство. Такая вот печальная история. Ещё они поведали нам о своём человеке, который пришёл к ним ранним утром 27 числа и принёс много очень ценной информации. (О приблизительном количестве душманов, участвовавших в бою, об их изначальных планах, о их потерях убитыми и ранеными, о том, что ему для подтверждения полученных данных удалось сосчитать все свежие могилы, появившиеся на кладбище и прочее тому подобное). В общем, получив информацию от местных хадовцев и некоторых представителей старшего командования, мы в итоге узнали, что в бою с нами душманы потеряли более ста человек убитыми (эту информацию "красноречиво" подтверждали более сотни свежих могил, появившихся на расположенном вблизи кишлака кладбище) и около полутора сотен ранеными. По имеющимся у командования разведданным выходило, что нашему батальону (178 чел.) противостояло в общей сложности порядка шестисот человек. Как уже упоминалось, это было подразделение наемников, предположительно "черные аисты" и два крупных (объединенных) отряда мятежников (так официально назывался наш противник) из бандформирований подконтрольных одиозному моулави Юнусу Халесу (ИПА). Задачей группировки противника было: втянув батальон в тщательно подготовленную засаду, полностью его уничтожить. По возможности засняв это событие на камеру. Далее западные средства массовой информации показали бы по всему миру, как результативно борется за свою независимость свободолюбивый афганский народ. Но, благодаря самоотверженным героическим действиям 4-й кундузской роты, которая выстояла практически в одиночку, против многократно превосходящего - и в живой силе, и в вооружении, и в выгодности занимаемых позиций, и умело использовавшего элемент внезапности матерого противника, вцепившись насмерть "зубами и когтями" в скалы и камни пусть и чужой по рождению земли, планам врага не суждено было сбыться. Напротив того, даже получив квалифицированную профессиональную международную помощь, душманы не справились со своей задачей, понеся довольно ощутимый урон личного состава".


Воины - гвардейцы из Кундуза,

Геройски погибшие в неравном бою

у кишлака Коньяк (провинция Кунар)

25 мая 1985 года

1. командир роты гвардии капитан Перятинец Александр Григорьевич (4 мср)

2. заместитель командира взвода гвардии сержант Еровенков Виктор Владимирович (4 мср)

3. командир отделения гвардии младший сержант Кузнецов Василий Александрович (4 мср)

4. командир отделения гвардии сержант Гареев Ильфак Вахитович (4 мср)

5. снайпер гвардии рядовой Абакумов Алексей Викторович (4 мср)

6. пулеметчик гвардии рядовой Алибаев Нуритдин Юлдашбаевич (4 мср)

7. пулеметчик гвардии рядовой Акчебаш Виктор Николаевич (4 мср)

8. пулеметчик гвардии рядовой Францев Александр Васильевич (4 мср)

9. командир огневого взвода гвардии лейтенант Замковой Валерий Константинович (2-я миномётная батарея)

10. наводчик миномета гвардии младший сержант Лукошкин Алексей Петрович (2 мин. батр.)

11. наводчик миномета гвардии ефрейтор Андреев Владимир Константинович (2 мин. батр.)

12. наводчик миномета гвардии рядовой Христофоров Алексей Валентинович (2-я миномётная батарея)

13. наводчик миномета гвардии рядовой Хамзаев Абдулханон Бобоалиевич (2 мин. батр.) (умер от ран 26.05.85)

14. минометчик гвардии рядовой Забоев Юрий Михайлович (2 мин. батр.)

15. стрелок-радиотелефонист гвардии рядовой Ходжакулиев Русалберды Суханович (2 мин. батр.)

16. командир отделения гвардии сержант Вохмянин Василий Михайлович (2 грв)

17. старший наводчик гранатомета гвардии рядовой Царцидзе Заза Михайлович (2 грв)

18. стрелок гвардии рядовой Цалай Владимир Иванович (2 мсб)

19. санинструктор гвардии рядовой Фицык Василий Петрович (бат. мед. пункт)

20. стрелок-санитар гвардии рядовой Дёмкин Виктор Петрович (пмп)

21. командир отделения гвардии сержант Дуплищев Вячеслав Анатольевич (придан из 3 мср)

22. командир отделения гвардии младший сержант Кодиров Шухрат Мухаммаджонович (придан из 3 мср)

В этом бою были ранены более 20 солдат, сержантов и офицеров батальона.


Впереди процессии командир 149-го гв. мсп гвардии п/п-к Скородумов Александр Иванович. Вслед за ним офицеры полка

несут гроб с телом командира 4-й мср гв. к-на Перятинца Александра Григорьевича. Далее гробы с телами всех погибших

на Кунарской операции однополчан. Июнь1985 года.


Воины духа, - погибшие в бою,

Вечную Вам славу в этих строках пою!

Низкий поклон Вам, Братишки, от каждого из нас!

Огонь Боевого Братства со временем не угас!

Нет тех испытаний в веренице веков и дат,

Которых бы не вынес наш бедовый солдат.

Но из всех испытаний, нет того тяжелей,

Когда сберечь не можешь боевых друзей.

Всех погибших в Афганистане -

Семьям, друзьям не вернуть.

Бессмертна душа в Евангелии и Коране,

Лишь Богу Единому решать её путь.

Всех вернувшихся в "чёрном тюльпане" -

К жизни уже не вернуть!

Помнят их родные и однополчане!

Родина-Мать! И Ты, - не забудь!


Открытие бюста гвардии младшему сержанту Кузнецову Василию Александровичу. 26 мая 2015 года.

Земляки гордятся, чтят и хранят светлую память даже 30 лет спустя.

Пензенская область. Средняя общеобразовательная школа села Татаро-Никольское.


Помним мы эти скорбные даты!

В кои разом, в означенный час,

На "афганских" могилах седые солдаты

Горький тост поднимают за ВАС!

Вы, наша гордость, совесть и слава

На все грядущие времена!

Жизнь отдать на войне, не забава!

В неоплатном долгу перед вами страна!

Вы, как прежде нас собираете

В эти памятные, траурные дни.

Не забывать друг друга помогаете

В текучке бытовой возни.

Мы большей частью общаемся звонками:

"Как здоровье, кого видел, как дела?"

Но не встречаемся друг с другом месяцами.

"Не забывайте, БРАТЦЫ, - нас война свела!".

Известно нам, что много позади.

А жизнь - стремительно склоняется к закату.

Задуманное, нелегко успеть пройти.

Теряя близких, платим горестную плату.

Сколько их, пополнивших погосты,

Из тех, кого отпустила война.

От болезней, ран и бездушия коросты

Не спасают медали и ордена!

Друзья мои и Братья боевые!

Не забывайте, что наша жизнь не вечна.

Давайте, чаще видеться, родные!

Ведь встреча побратимов так сердечна!

С годами всё чаще тревожит,

Что облик чей-то не увидишь никогда.

И бросив всё, тебе уж не поможет,

Твой верный друг, ушедший навсегда!

Не дано нам, знать свой век

И это мудрое решение Творца!

Должен жить достойно человек -

Каждый миг, как последний,

не теряя лица!


В 1983-м году 149-й гвардейский мотострелковый полк за образцовое выполнение задач командования и проявленные при этом личным составом части мужество и героизм был награжден орденом Красного Знамени и стал именоваться - 149-й гвардейский мотострелковый Ченстоховский Краснознаменный ордена Красной Звезды полк.


Торжественное построение по случаю награждения 149-го гвардейского мотострелкового Ченстоховского

ордена Красной Звезды полка орденом Красного Знамени за проявленные личным составом части мужество,

героизм и самоотверженность при выполнении поставленных командованием боевых задач на территории

Демократической Республики Афганистан. Знаменная группа полностью состоит из офицеров второго мотострелкового батальона.

В этот знаменательный день Боевое Знамя доверили представителям подразделения, которое, по мнению старшего командования,

внесло самый весомый вклад в получение полком этой высокой боевой награды.

Так с 1983 года 149-й мотострелковый стал Краснознаменным.


Второй орден Красного Знамени за ратные подвиги на Афганской земле - кундузский мсп получил уже не лично, а в составе СОЕДИНЕНИЯ.

4 мая 1985 года указом Президиума Верховного Совета СССР 201-я Гатчинская Краснознаменная мотострелковая дивизия была награждена вторым орденом Красного Знамени. И поверьте, очень трудно переоценить тот вклад, который внесли в получение этого БОЕВОГО ОРДЕНА гвардейцы 149-го мсп.


А вот и несколько снимков, запечатлевших то знаменательное событие. На этом построение представителей частей и подразделений

201-й Гатчинской Краснознаменной Мотострелковой дивизии по случаю награждения оной вторым орденом Красного Знамени (за выдающиеся боевые заслуги соединения).

На переднем плане перед строем дивизии торжественным маршем проходит знаменная группа.

Перед самым знаменосцем бодро тянет ногу гвардии лейтенант Щенников Владимир Витальевич (приятно вспомнить однако!).

На Боевом Знамени соединения золотым блеском сияет только что приколотый новенький орден.

После этого знаменательного события Гатчинская дивизия стала дважды Краснознаменной. Июнь 1985 года.


Фотоснимок Боевого Знамени Гатчинской Дважды Краснознаменной мотострелковой дивизии.


На этом снимке запечатлен самый кульминационный момент торжественного мероприятия. Командующий Краснознаменного Туркестанского

Военного Округа генерал-полковник Попов Николай Иванович прикрепляет новенький орден Красного Знамени к полотнищу

Символа Воинской Чести, Доблести и Славы Соединения. Гвардии лейтенант Щенников В. В. ловко и умело ))) помогает Командующему, придерживая

полотнище Боевого Знамени и страхуя сам орден. Знаменная группа застыла в благоговении. (Фото из архива подполковника Магдальчука В. И.).


Еще одно застывшее мгновение того памятного события.

Тысячи солдат, сержантов, прапорщиков и офицеров соединения внесли свой посильный вклад

в получение этой высокой государственной награды. Тем не менее, знаменная группа полностью

состоит из офицеров 149-го гвардейского мотострелкового полка и это говорит о многом.

Кундузские гвардейцы старались быть всегда впереди.


Представители доблестной иср 149 гвардейского мсп. Крайний слева командир иср гвардии капитан Митрофанов Олег Николаевич.

На броне саперы: Пуйда Александр, Ротарь Пётр, Вахрамеев Вадим, Деревяшкин Иван, Хомиков Владимир.

22 мая почти в самом начале первого этапа Кунарской операции при досмотре обнаруженных, оборудованных "духовских" позиций на противопехотной мине подорвался приданный 5-й роте сапер. Этим сапером был гвардии сержант Вахрамеев Вадим. В тот день 5 мср работала в головной походной заставе батальона. Происходило всё на рассвете и на крутом теневом склоне, куда ещё не добрались лучи утреннего солнца.

А уж тем более внизу у самой земли, было ещё достаточно темно. Но, несмотря на ранний час и отсутствие прямых солнечных лучей, парило уже прилично (не менее +40*С). Прибавьте сильнейшую влажность субтропической зоны и катящийся градом пот, который постоянно застилал и щипал глаза. Безусловно, все эти факторы значительно осложняли работу наших героических "кротов". Даже таких опытных и умелых как Вадим Вахрамеев, который помимо прочего был заместителем командира саперного взвода. "Вадим у нас лучший!" - говорили о нем сослуживцы из доблестной сапёрной роты. Случившегося уже не изменишь. Взрывом мины парню оторвало ступню. Сержанту Вахрамееву оказали первую медицинскую помощь и на вертолете отправили в госпиталь. Хотя если доверять мемуарам некоторых высоких военачальников, наш батальон в это время находился внизу в резерве вблизи от реки, а не выполнял сложную боевую задачу на высокогорье. Поэтому, какие тут могут быть подрывы, тепловые удары, перестрелки с противником и прочие катаклизмы присущие боевым действиям в горах, да ещё в условиях субтропиков. Спустя некоторое время к месту подрыва подоспел гв. лейтенант Платошкин Николай, который командовал полковыми саперами на этой операции. Внимательно осмотрев и изучив место подрыва, Николай Платошкин пришел к выводу, что его подчиненный подорвался на итальянской противопехотной мине ТS-50.


Легендарный командир героической инженерно-саперной роты гвардии капитан Митрофанов Олег Николаевич.

Мудрый, заботливый и опытный командир - матёрый капитанище. Одним словом - Николаич, как отец родной,

который как никто другой понимал, что инженерно-саперное дело крайне не любит суэты и показухи.

А потому, когда надо - без лишней суеты обучит и подскажет. Нерадивого в пример другим накажет.

Кого надо пожурит, кого надо похвалит, а кого и наградит. Достойный офицер во всех имеющих реальное значение смыслах.


Крепка дружба, порождённая постоянным риском и взаимовыручкой. Парни из доблестной инженерно-саперной роты знают это как никто другой.

В середине гвардии рядовой Михаил Меркурьев, слева гвардии рядовой Александр Пуйда, справа гвардии рядовой Нурлан Ибрагимов.


Гвардейцы собрали богатый "урожай" из "духовских" схронов. И это здорово!

Так как благодаря их труду, мужеству и отваге будут сохранены жизни многих Братишек.


"Такая у нас работа" - констатирует командир взвода иср гв. лейтенант Головкин Николай.

И в зной, и в холод, и на ветру, и под дождем самоотверженно работают "кроты", оберегая жизни однополчан.


Обеспечение движения по любому бездорожью тоже на плечах инженерно-саперной роты.


Не успев вернуться с одной армейской операции, подразделения гвардейского полка тут же отправлялись на другую. Попутно успевая навести шороху в зоне своей ответственности. Так после Кунарской операции 1985 года полк с июня по август весьма результативно принимал участие в очередной Панджшерской войсковой операции. По дороге на Панджшер кундузцы заблокировали и прочесали Южный Баглан с прилегающими к нему кишлаками. При этом знаменитые 12 параллельных улиц Южного Баглана пришлось брать ожесточенным штурмом. Душманы стойко и самоотверженно бились за каждую улицу и даже за каждый полуразрушенный дом и дувал. Бой выдался наславу. Обе стороны применяли различные военные хитрости и уловки. Поначалу багланские басмачи вполне успешно пытались огрызаться, делая основную ставку на огонь из безоткаток, крупнокалиберных пулеметов ДШК и ручных гранатометов, расположенных на оборудованных за дувалами позициях. Помимо этих "крупных козырей" также значительное напряжение создавали снайпера противника. Особенно так называемые "кукушки", которые вели огонь с деревьев. Густые кроны полностью скрывали их от наших глаз. Мы же наоборот были у них как на ладони. Но как говорится в подобных случаях: "Сила силу ломит!" и "Против лома..." сами знаете что. Когда подоспели 122 мм самоходные артиллерийские установки "Гвоздика" из полкового адн, и мы организовали с ними слаженную боевую работу в тандеме, отлаженная годами оборона местных боевиков сразу посыпалась. Старания гвардейской артиллерии лишили душманов большинства из имеющихся изначально преимуществ. САУшки нещадно долбили прямой наводкой по улице, которую мы готовились штурмовать в данный момент. Следует отметить, что разрывы снарядов и многочисленные осколки нанесли большой урон местной растительности. Большие, средние и мелкие ветви деревьев и кустарников сыпались на землю тысячами. А крупные осколки и взрывная волна срезали и ломали стволы целиком. Так что снайпера "кукушки" вопреки их ожиданиям оказались в данной ситуации самыми не защищенными. Эти бедолаги попадали из своих гнезд, словно перезревшие яблоки. Но пускать дело на самотёк было не нашим методом. Посему мы выявляли действующие огневые точки противника и сообщали корректировщикам их координаты. А эти парни хорошо знали свою работу. И с каждым залпом этих зловредных огневых точек становилось всё меньше и меньше. Так как реальное расстояние между нами и вооруженными мятежниками было в среднем порядка 110-130 метров, то естественно был большой риск хорошенько схлопотать самим от весьма старательной работы наших полковых артиллеристов. И надо сказать, что родные осколки целыми роями кучно шуршали над нашими головами. И ветви деревьев, а порой и стволы целиком падали повсюду вокруг нас, срезаемые смертоносным металлом, почти в тех же количествах что и на супротивной стороне. Но как молвится: "Бог миловал!". Замечу, что мы уже не первый раз применяли данную тактику, наработанную нашими подразделениями для штурма серьёзных укрепрайонов противника. Солдаты были обучены, где и как укрываться, как передвигаться, как относительно безопасно вести наблюдение и всем прочим необходимым премудростям. Офицер, которого недавно назначили командиром 4-й роты вместо погибшего Перятинца, принял решение, что в этом бою лично будет командовать не всей ротой, а лишь бронегруппой подчиненного ему подразделения. Следовательно пешей группой роты (на которую ложилась основная нагрузка при штурме двенадцати улиц Южного Баглана) досталось командовать самому опытному из командиров взводов, а им на тот момент был гвардии лейтенант Щенников Владимир Витальевич. Но, если уж говорить без утайки, то командование бронегруппой как-то тоже не очень заладилось у вновь назначенного командира роты. Не прислушавшись к тактичным предупреждениям опытных офицеров и солдат подразделения, что так делать нельзя ни в коем случае (ввиду того, что уже не раз проверено горьким опытом), он всё-таки развернул броню роты в боевую линию и завёл её на залитые водой рисовые чеки. Аргументируя свои действия тем, что: "Да кого вы учите? Я в этих местах каждую кочку знаю! Не единожды через такие поля на броне проходил. Оборотов побольше и нормально. Проскочим на скорости". (Типа: "Плавали! Знаем!"). Ну, что тут скажешь? Он возможно действительно проходил по подобным полям, но по сухим. Не залитым водой! Так как это две большие разницы! По этой причине чуда не случилось! Не проскочили! "Посадил" упрямый самодур несколько "коробочек" перед самым кишлаком Турани. Причем "броня села" лицом к кишлаку, что вообще не понятно. Так как двигаться надо было в обратном направлении к первой улице Южного Баглана. Такой вот казус случился нежданно негаданно. На ровном месте! Чтобы вытащить глухо засевшую броню с рисовых чеков ушло несколько часов.

В результате 4 мср (в отличии от других рот батальона), пришлось брать штурмом несколько первых упомянутых ранее улиц без поддержки собственной брони. Что, конечно же, значительно усложнило выполнение поставленной командованием задачи. Но, Бог милостив! Справились!

Душманы несли большие потери ранеными и убитыми. При этом мы знали, сколько будет произведено залпов на этот раз, а противник нет. С заранее известным последним залпом личный состав наших подразделений, руководимый офицерами и сержантами, резко выскакивал из-за своих укрытий и во всю прыть бросался к ближайшим дувалам и брал их штурмом, используя наработанные ранее тактические приемы. Хочу здесь сказать огромное спасибо тем нашим парням, которые уже отслужили свои положенные два года. Тем не менее они, зная непростую ситуацию, сложившуюся в роте после Кунара, где погибли шесть лучших бойцов следующего за ними призыва, пришли и добровольно встали в строй перед самым боевым выходом. И их помощь, ох как пригодилась! Переоценить её невозможно! Это гвардии рядовые Иванов Василий, Матрёнкин Александр, Сорока Василий, Щипанов Александр и другие их одно призывники. Выверенная и отлаженная работа этих матёрых бойцов в боевых порядках роты доставляла просто эстетическое наслаждение. Как они чувствовали местность, как перемещались по ней, как заходили в дувалы, как надёжно прикрывали друг друга. Это просто сказка! При штурме дувалов работали в основном четвёрками. В свою очередь каждая четвёрка состояла из двух двоек. При этом и в четвёрках и в двойках в период штурма бойцы располагались в шахматном порядке по отношению друг к другу. В каждой четвёрке роли были строго распределены и отработаны до автоматизма на полковом полигоне. Естественно, что взаимодействие между четвёрками тоже было отработано на должном уровне. Все эти тактические премудрости, позволяющие штурмовать населённые пункты занятые противником наиболее эффективно и с наименьшими потерями личный состав подразделения наработал при прежнем командире. Коим был легендарный командир четвёртой роты - гвардии капитан Перятинец Александр Григорьевич.

"Как говорил Суворов: "Трудно в учении - легко в бою!"" - любил повторять бывалый капитан. При "Григориче" в боевую подготовку личного состава по его инициативе было внесено много дополнительных элементов. Помимо уже упомянутых, Перятинец уделял особое внимание занятиям по отработке взаимозаменяемости в экипажах боевых машин. К примеру, механик-водитель должен был знать 30 мм автоматическую пушку 2А-42 и 7,62 мм пулемёт ПК, чтобы при необходимости подменить своего наводчика-оператора. Оператор в свою очередь должен был уметь уверенно водить БМП, как по пересеченной местности, так и по асфальту. Само собой, что к сержантам требования были ещё более высокие. Командир отделения или тем более заместитель командира взвода помимо твердого теоретического знания и отличного практического владения своими функциональными обязанностями, в безальтернативном порядке должны были владеть практическими навыками как механика-водителя так и наводчика-оператора. Причём не хуже чем на твёрдую четвёрку. Таким образом то, во что прежний ротный вложил свою душу как командир, как педагог и как наставник продолжало работать и сберегать жизни подчиненным даже после его гибели.


Нигде нет таких сочных и сладких персиков, как в Южном Баглане. В промежуток между штурмами

очередных улиц, пока свое слово говорит артиллерия, почему бы не предаться банальному чревоугодию, да ещё вдобавок

скрасить этот процесс шутками и прибаутками. Пусть и не лучшее средство против стресса, зато доступное,

вкусное и приятное. Быть фаталистом на войне гораздо спокойнее, чем каждую минуту морщить репу

по поводу своего будущего, которое тем более никоим образом не зависит от твоих желаний и мечтаний.

В роли гурманов выступают офицеры и прапорщик 4-й мср (справа налево: Александр

Волков, Владимир Щенников, Михаил Паненков). Июнь 1985-го года.


С благоволения Высших Сил штурм дувалов от улицы к улице проходил гладко и без потерь. Однако дотемна управиться не получилось. На ночевку встали на 6-й улице. Выставили боевое охранение. Ночью с обеих сторон время от времени велся беспокоящий огонь. С рассветом штурм улиц, оставшихся под контролем противника, возобновился и продолжился до победного конца. Следует отметить, что на этот раз бандформирования понесли ощутимый урон. Было уничтожено 84 боевика (в это число вошли только те, кого душманам не удалось унести ночью) и 18 человек были взяты в плен с оружием в руках. Естественно, что при таком развитии событий среди душманов было много получивших ранения различной степени тяжести. Во время боя по возможности басмачи уносили своих раненых в тыл. И судя по всему, среди них были счастливчики, которых удалось эвакуировать в тёмное время суток. Но их реальное количество нам неизвестно. В конечном результате, одна, вновь прибывшая с Панджшера, банда была уничтожена практически полностью. Другая банда, из местных, была основательно потрепана и оттеснена в горы. В качестве "приза" был захвачен только-только прибывший караван с оружием, боеприпасами и снаряжением. А ведь прошло только около двух недель после возвращения батальона с Кунарской операции. На которой почти каждый из наших бойцов (4 мср) потерял часть своих верных друзей и надёжных боевых товарищей. Рота потеряла своего мудрого и опытного командира, которого уважали все военнослужащие подразделения и которому доверяли в самых сложных ситуациях. Тем не менее нашим парням удалось сохранить в себе силу духа, доблесть и способность рисковать своими жизнями за други своя.

Из рядового и сержантского состава в том бою наиболее отличились: Иванов Василий, Сорока Василий, Матренкин Александр, Хантураев Усман, Аникеев Сергей, Хомич Александр, Костин Игорь, Щипанов Александр, Каримов Миркасим, Бородкин Павел, Ишаулов Барлык, Айрапетян Альберт, Соколовский Юрий, Кадыров Ортик, Евстегнеев Игорь, Джамбеков Дауд, Кодиров Курбан, Яценко Андрей, Резников Евгений, Шарков Андрей, Шаимов Бахром, Караев Виталий, Куликов Хусейн, Мустафаев Фамил, Шаймарданов Давлат, Мельник Михаил, Хасанов Улугбек, Султанов Хасан, Гуляев Николай.

К сожалению, никто из перечисленных воинов гвардейцев не получил заслуженных боевых наград за тот успешный и результативный бой. Но отныне, Братишки, факт вашего боевого мастерства, удали и отваги уже навечно вписан в историю нашей прославленной части. Ваши боевые отличия признаны всеми, кто сражался с Вами плечом к плечу, кто делил с Вами последний кусок хлеба и глоток воды. А такого публичного уважения и признания никогда не испытать тем, кто получил свои высокие награды по банальному протекционизму или спущенной сверху разнарядке. Хочется отметить, что эти же бойцы в дальнейшем не раз и не два отличились на последующих этапах Панджшерской операции. Самоотверженно сражаясь с противником в горах Саланга и Панджшера, эти парни высоко пронесли звание Гвардейца из Кундуза далеко за пределами зоны ответственности своей части.

Низкий поклон Вам, Братцы, от боевых офицеров полка и ваших боевых товарищей.

Надо отметить, что такой плотный график ведения боевых действий был в те времена в порядке вещей постоянно.


Безоткатка китайского производства, отбитая 4-й мср у боевиков в двадцатых числах июня в бою в Южном Баглане (на 6-й улице). 1985-й год.


Короткие минуты отдыха. Пехота спустилась вниз к "броне" и балуется крепким горячим чайком.

Присутствуют: Юрий Молокитин, Владимир Щенников, Альберт Айрапетян, Усман Хантураев, Павел Бородкин,

Барлык Ишаулов, Евгений Резников, Сергей Шевченко, а также походная ротная гитара.

Позывной "Рулет" Панджшерская операция 1985-го года.

А знатным чайником для коллективного чаепития "броня" укомплектована всегда. (Июль 1985-го года).


За перевалом Саланг поднялись в горы по левую сторону. Началась проческа прилегающей местности в сторону Панджшерского ущелья. Передвигались довольно быстро по гребням хребтов. Выходили в нужный район. Там блокировали определенный участок. И используя прикрытие с господствующих высот, занимались проческой заблокированной территории. Сказать, что вокруг были сплошные минные поля - это ничего не сказать. Кто бывал в тех местах, поймет о чём речь. Остальным объяснить удастся навряд ли! Все передвижения только след в след. Постоянно в напряжении! Было несколько мелких стычек с местными противниками официальной народной власти. Также были обнаружены два схрона с боеприпасами и взрывчаткой. На завершающей стадии этого этапа, на мине подорвался офицер из второго батальона гв. ст. лейтенант Титков Сергей Михайлович, вместе с ним пострадал и приданный роте арткорректировщик. Взрывной волной с камнями и землей офицеру артиллеристу сильно повредило глаза. Человек потерял зрение. К сожалению, не помним ни имени, ни фамилии того старшего лейтенанта и не знаем удалось ли ему в дальнейшем хотя бы частично восстановить зрение. Дело было уже под вечер, и вертушка для эвакуации раненых могла прилететь только утром. Июль месяц, страшная жара, антисанитария и потому велика была опасность гангрены и прочих серьёзных осложнений. На кону были жизни людей. И значит, каждая минута была на счету. Пришлось в темноте проделывать проходы в минных полях и по ним выносить и выводить раненых к дороге, которая проходила по самому дну ущелья. Там в условленном месте уже ждала броня, на которой была возможна дальнейшая эвакуация до госпиталя. Носилок не было. Поэтому, бойцы 4-й роты выносили Титкова на обычной плащ-палатке. Раненого артиллериста вели под руки. И таким образом не менее 12 километров, преодолевая в темноте все сюрпризы рельефа скалистой горной местности. Организовывал спасательную операцию и руководил ей гвардии старший лейтенант Щенников Владимир Витальевич, который после ранения Титкова принял командование четвёртой ротой (временно). Огромное спасибо саперам из взвода спецминирования. Помогли проделать проходы в многочисленных минных полях. Парни работали ночью, настоящие спецы. Благодаря им больше никто не подорвался, и эвакуация прошла успешно.


Офицеры и прапорщики 4-й мср, плюс арткорректировщик с полкового артиллеристского дивизиона. Через пару дней

в горах Панджшера, стоящий впереди с наклоненной головой, гв. старший лейтенант Титков Сергей наступит на мину и

потеряет ногу. Идущий за ним следом корректировщик, также пострадает от этого взрыва, получив серьёзное повреждение глаз.

На снимке офицер артиллерист гв. старший лейтенант (к сожалению, время стерло из памяти его имя) стоит за спиной Сергея.

Далее на снимке: командир гпв гв. прапорщик Волков Александр, командир 3-го мсв гв. старший лейтенант Щенников Владимир,

старшина 4-й мср гв. прапорщик Пирч Степан, командир 1-го мсв гв. старший лейтенант Паненков Михаил. Панджшер - июль 1985-го года.


На следующем этапе 2-й батальон работал в горах по правую сторону от Салангского ущелья. Из особенностей этого рейда можно отметить наличие большого количества мелких кишлачков, разбросанных по всем закоулкам упомянутой горной местности. Ещё запомнилось, что в одном из ущелий проживало племя очень низкорослых людей. Ну, просто карлики, даже по сравнению с людьми очень среднего роста. Самые высокие мужчины были не выше 150 сантиметров, а женщины и того ниже. Среди этих аборигенов наши бойцы чувствовали себя Гуливерами. Тем не менее, в одном из кишлаков, заселенных этим племенем нами, был обнаружен классический исламский комитет со всеми сопутствующими атрибутами. Пропагандистская литература и свежеотпечатанные листовки, знамена и печати, склад мин и взрывчатка для изготовления самопальных фугасов. Из стрелкового оружия только несколько буров. Улов прямо скажем не богатый. Встали на ночевку у гребня одного из хребтов, нависших над кишлачной зоной. Ночью в ущелье, расположенном с обратной стороны занятого нашим подразделением хребта, разгорелся бой. Причем весьма ожесточенный и достаточно продолжительный. По нашим данным там не должно было быть советских войск. Стали выяснять по связи, в чём дело и кто с кем сцепился. Сами предположили, что с духами бьется одно из подразделений Афганской армии. Старшее начальство подтвердило, что наших там нет и про сарбозов Афганской армии в том районе им тоже ничего не известно. А бой в ущелье то затихал, то разгорался с новой силой и так почти всю ночь. Позже выяснилось, что это была серьезная разборка между двумя местными бандами, претендующими на лидерство в этом горном районе. Причем та банда, которая одержала верх в том бою, тут же пошла на сделку с официальной властью и заключила союзническое соглашение. Чтобы таким образом окончательно упрочить свое лидерство на этой территории. На следующий день при "проческе" местности обнаружили хорошо замаскированный схрон. Стрелкового оружия там не оказалось, зато было много иностранных противотранспортных и противопехотных мин различных модификаций. Патроны к крупнокалиберным пулеметам ДШК.

После выполнения боевой задачи, вышли через перевал к пункту постоянной дислокации 177 мотострелкового полка (108 мсд). Заночевали у гостеприимных хозяев. На следующий день чесали Чарикарскую зеленку. Далеко вглубь не заходили. Так прошли можно сказать краем.


Наш дальнейший путь лежал на Панджшер. Высадка с вертушек прошла успешно, без форсмажора. 1-й и 2-й мотострелковые батальоны впряглись в работу по выполнению новых боевых задач командования. Были и Шутуль, и Пьявушт, и Хисарак. Перестрелки с духами, ночные засады и снова сплошные минные поля. Как не прискорбно, но очередной Панджшер опять не обошелся без потерь. 27.07.85 (практически перед самым окончанием операции) в горах неподалеку от н. п. Анава погиб командир 2 мср гвардии капитан Митрофанов Сергей Михайлович. Сергея похоронили в Москве на Котляковском кладбище.


Командир 2 мср гвардии капитан Митрофанов Сергей Михайлович.


Переправа. Кундузскую гвардию бурной стремниной не напугать. Панджшерская операция.

Июль 1985 года. (Фото из архива Николая Ивашко).


После ночной засады можно слегка расслабиться на дневке. На снимке (снизу вверх): Степан Пирч (старшина роты).

А ведь далеко не каждого старшину роты можно было увидеть на боевых, тем более в горах.

Далее Александр Волков (командир гпв), Михаил Паненков (командир 1мсв),

Владимир Щенников (и. о. командира 4 мср), Усман Хантураев (и. о. командира 3 мсв).

Парни с позывным "Рулет". (4 мср Панджшер-1985).


Панджшер. Коробочка "Рулета" старшего (командира 4 мср).

У брони, кроме всего прочего, даже на боевых, укомплектованной музыкальным инструментом, группа солдат:

Аникеев Сергей (старший н-о), Шевченко Сергей (старший мех-вод), Арсаналиев Бават

и гитарист Кондрат - бравый солдат (из дружеской 2-й минометной батареи).

"Кто сказал, что не бывает песен на войне? После боя сердце просит музыки вдвойне!".


Еще "дымящиеся" трофеи (взятые 2 мсб с конца июня по середину июля) выставлены для всеобщего обозрения. Июль 1985-го года.


Заместитель командира 149 гвардейского мсп Преображенский Николай Александрович.

Заслуженный и уважаемый подчиненными боевой командир. "Саныча" уважают как офицеры, так и солдаты.

Когда командир требует за дело и наказывает за дело тогда всё по справедливости. Как и должно быть.

Все знают, что он никогда не делал карьеры на крови подчиненных.


По возвращению с Панджшера практически сразу же ушли на Файзабад. Сопровождали колонну с ГСМ, продовольствием и боеприпасами. Проводили блокировки местности. В Кишиме выходили на реализации разведывательных данных и засады. Обязанности командира 2-го батальона временно исполнял начальник штаба 3-го мсб гвардии старший лейтенант Васильев Александр Иванович. Так как нашего комбата гв. майора Гайдая сняли с занимаемой должности и отдали под следствие сразу после Кунарской операции, то есть ещё в июне. Всё лето и часть осени должность командира 2 мсб оставалась вакантной. Поэтому в полку появилась новая шутка. "Кто ещё не командовал вторым батальоном? Выйти из строя!". И действительно, кто только не командовал за это время. Помнится не менее 5-6 человек были удостоены этой чести. К счастью, все роты нашего батальона были сложившимися боевыми подразделениями способными работать автономно и уже привыкли в критических ситуациях надеяться только на самих себя. Поэтому смогли сдюжить и без постоянного командования в батальонном звене.

К сожалению, полку вновь пришлось заплатить кровавую дань. Уже на обратном пути при подрыве на фугасе погиб зкрпч инженерно-саперной роты гвардии лейтенант Усманов Сергей Халимович. В нашей части Сергей оказался четвертым замполитом роты, погибшим за последние 10 месяцев (с октября 1984 по август 1985). А такого не было никогда - ни до, ни после упомянутых дат. Вместе с лейтенантом Усмановым погиб механик-водитель из иср гвардии рядовой Ильин Вячеслав Валерьевич.

По возвращению из Кишима сходили повоевать в Баглан.

Осенью 1985-го года была проведена весьма удачная дивизионная операция в горах за Ташкурганом и в районе Мармольского ущелья. Были захвачены огромные арсеналы с душманским оружием и боеприпасами. Захваченное оружие пришлось вывозить КамАЗами, но его было так много, что большую часть оружия и боеприпасов пришлось взорвать вместе с огромными пещерами, в которых находилось это "богатство". В этот раз броне батальона удалось пролезть в самую глубокую и узкую часть ущелья. Так что при штурме дотов и прочих мощных укреплений противника здорово выручала огневая поддержка из 30 мм автоматических пушек 2А-42. Наводчики отработали просто ювелирно. На самых сложных и опасных участках в самые ответственные моменты не давали басмоте даже головы поднять. Достаточно сказать, что в целом ряде случаев 30 мм осколочно-фугасные снаряды гасили огневые точки неприятеля залетая внутрь неприступных укреплений прямо через небольшие бойницы. Тем самым уничтожая расчёты крупнокалиберных пулемётов ДШК, зенитных установок и безоткатных орудий. И пожалуйста заметьте, что в целом ряде случаев это происходило с расстояния более одного километра. Своим результативным снайперским огнём наиболее отличились такие наводчики-операторы как Аникеев Сергей, Хомич Александр, Костин Игорь.

Позже снова поработали в Баглане. Следом ушли выполнять боевые задачи в Андарабском ущелье.


Что не говори, а на "броне" воевать - всегда сподручнее будет.

Бойцы доблестной "четверки" на своей "броне". Осень 1985 года.

На снимке присутствуют: Александр Хомич, Игорь Костин, Андрей Шарков, Евгений Резников.

Между Хазарой и Дивоной. Гвардии лейтенант Булычев Сергей и гвардии ст. лейтенант Щенников Владимир (перед заменой).

Сергей Булычев успешно командовал доблестной 4 мср с осени 1985-го по осень 1987-го года.


Чем интенсивнее велись боевые действия и чем масштабнее были проводимые боевые операции, тем значительнее были невосполнимые кровавые потери личного состава. И это, конечно же, вполне логично и закономерно. К примеру, если взять данные по погибшим не в период календарного года, а отдельно выделить период самых интенсивных и масштабных боевых действий на таком же по времени, но отвечающему упомянутым критериям годовом отрезке, то численность потерь значительно изменится в сторону увеличения. Путем подсчета количества и продолжительности боевых операций, реализаций разведданных, засад и прочих разновидностей боевых действий, в которых участвовали наши гвардейцы, удалось выделить самый интенсивный годовой отрезок. Начиная с сентября 1984 года, различные весьма активные боевые действия нашего полка продолжались более года, практически беспрерывно. В то время с одной операции выдвигались на другую без всякой реальной передышки. Считаем потери личного состава за этот период. Получаем полное подтверждение своих слов на конкретных цифрах. С 1 сентября 1984 года по 31 августа 1985 года (годовой отрезок) погибло 107 человек, а это составляет ровно 24 процента от общего числа погибших за 9 лет однополчан. И это значительно больше, чем в любой из приведенных выше календарных годов. При детализации списка видим, что из 107 человек 16 погибших - офицеры. В их числе начальник штаба батальона, два командира мотострелковых рот, командир минометной батареи, четыре заместителя командира роты по политической части, командиры взводов. И более трагического отрезка длиной в год за афганскую компанию в 149-м не было.

1984-й и 1985-й два самых печальных года по масштабам боевых потерь нашей гвардейской частью. За три последующих года полк потерял меньше людей, чем за один 84-й, или тем более за один 85-й. Такая вот печальная статистика, Братишки.


Мгновения из жизни Кундузских парней 1985-й год (Фотоальбом)


Кундузский аэродром. Подготовка гвардейцев к десантированию с "вертушек".

В центре командир 149 гв. мсп гв. подполковник Скородумов Александр Иванович,

слева нш полка гв. м-р Бабенко А. А., справа начарт гв. подполковник Магдальчук В. И.


Командир полка гвардии подполковник Скородумов А. И. с полковой разведротой.

Рядом со Скородумовым командир разведывательной роты гвардии старший лейтенант Васильев Александр Иванович.


Наступила весна, зацвели маки. Народ косяками потянулся в горы. Работает 2-й мсб.


Дмитрий Алексеевич Цапаев (комбат-3) переоделся в "зеленого" и пошел "в народ". Баглан 1984 год.


Не ведал комдив легендарный Чапаев,

В папахе и бурке скача на коне.

Что будет, достойный приемник Цапаев,

Гонять басмачей на афганской войне.

Каждого, попавшего в Баглан,

Приглашал за сытный дастархан

Починенным отец-командир,

а кому и старший брат

Дмитрий Цапаев - боевой комбат.

(А разница в одну букву легко компенсируется смекалкой и сообразительностью.

Не так ли, Алексеич? Комбат-3 "предусмотрительно" решил назначить КП батальона

в приглянувшемся дукане. Такая вот "военная хитрость". А вы, как думали?

Шашку, бурку и коня комбату! Папаха у него уже имеется! Баглан 1985 год.).


По территории родного гарнизона строем, чеканя шаг, движется доблестная Багланская гвардия.

Все как один выполнили команду: "Смирно. Равнение на право".

Впереди строя командир 3-й миномётной батареи гв. старший лейтенант Аветиков Тамаз Геуркович.

Тамази погиб при подрыве на фугасе 8-го августа 1985-го года у населенного пункта Гудан провинции Баглан.


После обеда хорошо в тенечке. Офицеры доблестной 2-й гвардейской мср - позывной "Лаба" (Анищенко Владимир, Фоменко Петр и др.)

с ними арткорректировщик из полкового адн гв. ст. лейтенант Ивашко Николай. 1985 год.


На конкурсе самодеятельности выступает арт. корректировщик гв. ст. лейтенант Николай Ивашко (адн 149-го гв. мсп).

За неимением ни балалайки, ни домбры, он на местном музыкальном инструменте с кодовым названием "один палка три струна",

по просьбе сослуживцев, вдохновенно и с успехом исполняет фуги Баха.

Что поделаешь, если у парней душа к высокому тянется. Панджшерская операция лето 1985 года.


Убойный сюрприз установлен на неизвлекаемость.


Парни из "четверки". Слева направо: Курманов Сагит, Аникеев Сергей.

Куликов Хусейн, Агаоразов Мерет, Соколовский Юрий.

В качестве реквизита афганский ослик Насрулла.


(Фантазия на тему...)

Как-то раз дневали кундузские гвардейцы в засаде. Ну, дневали и дневали, дело-то привычное. Вокруг тишина, поблизости ни души не видно.

Скукота - одним словом. Известное дело, чтобы чем-то заняться и для поднятия общего тонуса, втихаря покуривали в кулак.

Вдруг в соседних зарослях затрещали ветки. В полной тишине треск звучал особенно громко и отчетливо.

Так как засели давно и всю прилегающую "зеленку" тщательно проверили, то были уверены, что кроме них здесь никого нет.

Поэтому, лица многих выразили крайнюю степень возмущения чьей- то откровенной неловкостью.

А кто-то, не сдержавшись, прошипел: "Какая млядь там, как медведь топчется? Сильно крупные специалисты по засадам, чтобы вас перекосило.

Посцать без шума не могут. Ходули бы поотрывал. Что притих? Пароль три?" В ответ раздалось: "И-ааа".

Попав в руки кундузских бойцов, местный ослик Иа попытался выдать себя за русского зайца-беляка - и к тому же гигантского переростка.

Объясняя свои размеры питательными свойствами местной морковки, которой, по его словам, уговорил не один мешок.

При вопросе: "Как сюда попал?" Жалостливо рассказал историю, как шел огородами на юг в поисках самой большой и сладкой морковки.

Увлекшись дегустацией, даже не заметил, как березы и ели сменились чинарами и пальмами,

а одежда двуногих аборигенов с ватников, ушанок и валенок на халаты, чалмы и тюбетейки.

"Что характерно", - отмечал зайце-ослик: "Калоши в средней полосе России практически такие же, как и по всей территории Афганистана".

Именно эта особенность, по его утверждению, и сбила ушастого с пути истинного.

Так как, ведя поиск, он использовал главным образом нюх, то по этой причине головы вверх не задирал,

а калоши двуногих, видимые боковым зрением, были такие же и опасности не вызывали.

Когда же его вконец разнесло от местной морковки, и он потерял былую осторожность и прыть, местные аборигены отловили гурмана за уши,

взнуздали, оседлали, дали кличку: "Ишак" и стали использовать его для перевозки поклажи. При этом, не забывая при случае,

охаживать бедолагу пинками и шпынять палкой. Ну, это-то ещё, куда ни шло. Хоть не морковкой, но сеном и травой всё-таки кормили.

На беду, в это время, младший хозяйский сын как раз вошёл в пору половой зрелости. Тут и начался третий акт марлезонского балета.

Поначалу подросток как-то странно заглядывал под хвост зайце-ослика. При этом у него стекленел взгляд и с угла губ, из полуоткрытого рта, стекала тягучая слюна.

Но когда, однажды, юный половой гангстер, после очередного заглядывания под хвост чуду природы, схватил его под уздцы и решительно потащил в сторону сарая

с массивной дверью и мощной задвижкой, испуганное, но крайне возмущенное заячье сердце на какие-то мгновения превратилось в сердце льва.

Лягнув юного террориста не слабее заправского скакуна, наш мутант хотел было ещё заржать для убедительности, но вовремя сообразив,

что это будет явным перебором, рванул в чистое поле, куда глаза глядят. Так и бежал неизвестный представитель фауны, пока не забился вглубь зарослей зеленки.

Только здесь, наконец, почувствовав себя в безопасности, наш многострадальный переросток успокоился и затаился.

Маятник активности, как это часто бывает в подобных случаях, качнулся из одной крайней точки в другую. Крайнее возбуждение, прилив сил и агрессивность сменились на такую же

крайнюю апатию, оцепенение и слабость. Ни то ноги, ни то лапы подкосились сами собой и обессиленное чудо природы, плюхнувшись на брюхо, уснуло мертвецким сном.

Перегруженная психика требовала серьезного отдыха. Поэтому, крепкий здоровый сон продлился более суток. Чтобы пробудить заспавшегося мутанта, подсознание подкинуло ему

сон-кошмар. Осло-зайчику приснилось, что к нему через заросли крадется невиданное чудище. Он чувствовал опасность и силился, но не мог разглядеть того, кто вызывал у него

такой страх. Вдруг, находящиеся перед ним стволы, ветки и листья на них как-то неестественно зашевелились и о, ужас, травоядное создание осенило, что это и есть чудище,

прикинувшееся мирной растительностью на манер хамелеона. Подкравшийся монстр проявлялся всё чётче и вдруг резко бросился вперед, занимая собой всё окружающее пространство.

Любителю морковки даже показалось, что это был шестилапый восьми..., дальше, с испугу он не успел разглядеть - кто.

До сей поры не подававшее признаков жизни ушастое недоразумение резко подскочило и ломанулось в самую гущу зарослей, запутавшись в них и наделав, так возмутивший шурави аскеров, несанкционированный шум. Выяснив, что это хотя и не свой "медведь", но всё же и не вражеский лазутчик, а несуразное четвероногое существо с вполне знакомым, в основном, обликом,

пуль из оружия с пэбээсами на него тратить не стали. Но, когда длинноухое чудило, помимо странного местами вида, показало с сильного перепугу незаурядные лингвистические

способности, взахлеб, глотая буквы, начав рассказывать о своих приключениях и мытарствах, глаза на лоб полезли у всех, чья очередь была бодрствовать и бдить.

Но, так как публично выказывать свое удивление чем-либо у матерых советских воинов считалось дурным тоном, все делали вид, что ничего особенного не происходит,

корча изо всех сил невозмутимые лица. При этом каждый косил глаза по сторонам, наблюдая за реакцией сослуживцев.

Увидев, что никто не собирается лишать его жизни без суда и следствия, а наоборот, все очень даже внимательно его слушают, любитель сладкой жизни

и южной природы осмелел и его понесло. Он рассказывал, как тяжела жизнь простого зайца в дремучем лесу. Говорил о волчьих законах,

о медвежьем беспределе, о лисьей хитрости и коварстве. Он в лицах, имитируя чужие голоса, пытался донести до окружающих, через что ему довелось пройти,

чтобы дослужиться до домашнего осла в экзотических южных широтах. И как он ошибся, и чем он чуть было не заплатил.

Кундузские гвардейцы, словно поневоле оказавшись на съемках передачи "Очевидное - Невероятное" и даже, незаметно для себя, став её участниками,

хоть и продолжали изображать невозмутимость, но рты у них сами собой открывались всё шире и шире.

"Только побывав в чужой шкуре и примерив на себя чужую жизнь, начинаешь по-настоящему ценить и понимать то, что имел", - утверждал мутант.

В качестве подтверждения своих слов, вместо загранпаспорта, задержанный предъявлял потрепанный заячий хвост и убедительно просил

повнимательней приглядеться к нему в профиль. Рыдая, просил предоставить ему политическое убежище и отправить на Родину в мордовский лес,

в милую сердцу полосу лагерей. Причем, был согласен даже на то, чтобы его скинули с военно-транспортного самолета без парашюта.

Искренне надеясь на то, что восходящие потоки воздуха над, любимой им, родной землей не дадут ему разбиться насмерть.

А, наоборот, нежно подхватят его, подставив свои "мощные плечи" и позволят ему плавно спланировать до самой поверхности.

Обещал впредь питаться исключительно осиновой корой и навсегда забыть про человеческие огороды и беззаветно любимую им морковку.

"Хорош пузыри пускать, Юрок. Ну, ты здоров спать. Щемишь, как душара", - чётко донеслось до пробуждающегося сознания бойца.

Открыв глаза и резко приподнявшись, Юрий моментально стряхнул остатки сна.

"А, это ты, Лёха. Я что-то замкнул немного, кажись. Такая фигня приснилась, туши свет. Расскажу описаешься. Сплошной сюрреализм с диагнозом из дурдома.

Говорящий заяц в ослиной шкуре, да ещё земляк, как я понял. Бррр...

Всё на жизнь жаловался. Говорил, лучше дома кору с деревьев грызть буду, чем ананасы с крем-брюле в южных странах.

Короче, сплошная Алиса в стране чудес. Интересно к чему бы это?" - почесывая голову, задумчиво произнес разбуженный боец.

"Всё нормально, Юрец. Дневка чётко на смены разбита. Мы с тобой в паре. Твоё законное время на отдых было. А дребедень разная с устатка обычно снится.

По себе знаю. Сколько накануне отмахали. Да, всю ночь не спали. А осёл с зайцем, вспомни, пару дней назад в "зелёнке" соседнего уезда

с "дежурным" осликом фотографировались. А Сёха всё шутил, что уши ослиные точь в точь как у нашего зайца будут. Ослик-то белый был. Помнишь?

Прибавь ко всему тоску по дому. До дембеля-то всего ничего осталось. Даже думать боюсь. Ладно, мой черед веселые картинки смотреть.

Толкнешь через два часа, если сам не встану", - уже через минуту Лёха ритмично засопел носом.

Много воды утекло с тех пор. Вспоминая молодость и перебирая пожелтевшие армейские фотографии, Юрий, остановив свой взгляд на одной из них,

улыбнется и подумает: "А ведь, действительно, чем-то похож на зайца переростка. Ну, надо и приснится же такое".

(Пародия на некоторые серьёзные сочинения. С улыбкой )))))))) ...).


Со знакомыми Афганскими комсомольцами и активистами.

Слева бача Ахмаджон, справа Рахматулло. Бисиор хуб рафик! 1985-й.


Кам-кам замаскировались. Просто вылитые аборигены.

Гвардии лейтенанты Алексей Сулягин и Алексей Емельянов.

Оба 5-я мср (позывной "Банан").


Боевые друзья. Командиры взводов 4-й мср, гв. старший лейтенант Транин Геннадий Юрьевич

и гв. лейтенант Щенников Владимир Витальевич. Геша и Вовчара - друзья FOREVER.


Как в песне: "Даем концерты в кишлаках, а в перерывах и антрактах - детишек носим на руках и чиним

местный трактор". Саня Хомич, Дауд Джамбеков, Коля Киргизов с местными бачатами сорванцами. 1985-й год.


Только что со взлётки. Вернулись с Кунарской операции.

Слева направо: Альберт Айрапетян, Владимир Щенников, Павел Бородкин.

Середина июня 1985 года. Провинция Кундуз.


Верхом на Шурике мне все горы по колено. Настроение гвардейское, одна незадача шашки не хватает.

Развлекаются: Саша Волков и Володя Щенников. Саланг июнь 1985 г.


Шурик Волков (справа) и Володя Щенников - командиры взводов 4-й мср. 1985-й год.


Рандеву со "старыми корешами" из дружественной (на то время) банды. А у кого ещё черпать ценную информацию

о планах неприятеля и о потайных местах его обитания? Весна 1985-го года.


Стрельба из трофейного "англичанина" марки Lee-Enfield (в просторечии "бур") по старенькому

отечественному бронежилету Ж-81 (6Б2). В результате с 300 метров наш старичок был пробит навылет.


Офицеры 3-го батальона релаксируют на чудесной багланской природе.

Дружно событие отмечают и в меру шайтан-воду употребляют.

Главное, чтобы мерная линейка правильная попалась.


Байка

"Не волнуйтесь ребята, тут всем хватит. Вот счастье то привалило! Помню я, други мои, эту

коробочку заветную. В прошлом году, когда комбат заменялся, он это сокровище на "отходную"

приготовил. Для особо почетных гостей. С нас-то, самогонки "мутный глаз" хватило. Отвечал за

сохранность этого великолепия, я имею в виду содержимое этой коробочки и изрядное количество

первача, известный вам, прапорщик "N". Интрига, братухи, развивалась таким образом.

Вдруг, в "просветленную", дегустацией приличного количества "мутного глаза", голову прапорщика

пришла "гениальная" мысль. Зная, что найдется не мало желающих "снять пробу" "огненной воды"

до назначенного срока, он решил спрятать, "от греха подальше", доверенную ему выпивку.

Как человек, знающий толк в застолье, он заранее подумал о том, чтобы спиртное попало на стол в охлажденном виде.

Одновременно, спрятать и охладить - вот его задача. Перебрав, в убеленной сединами голове, множество вариантов,

прапорщик решил, что лучше камышей, для своих целей, ему ничего не найти. Ему казалось, что только там он сможет убить двух,

засевших в его голове, зайцев одним выстрелом. Как задумал, так и сделал.

При этом водка и самогон, для перестраховки, были спрятаны в двух разных местах. В один пасмурный осенний день

пришло время представить запасенный "боезапас" перед взором "широкой общественности".

Всё припрятанное было найдено в полной целости и в задуманной охлажденности. "N" был горд, что справился с такой сложной задачей,

сохранить в неприкосновенности спиртное на достаточно длительный срок. При этом сохранить выпивку от себя самого, имея к ней полный доступ,

ему было намного сложнее, нежели от других. От радости он "махнул" чуток самогоночки. Потом ещё чуток и ёщё...

Дело дошло до пьяных соплей. Чувство радости сменилось обидой, что его такого умного, ответственного и расторопного начальство недостаточно ценит

и совсем не понимает. "Ничего, я ёщё докажу! Они ещё узнают, кто я такой! Ещё будут гордиться, что служили со мной.

Да, я ещё орден получу! А может быть, даже и не один. А может быть даже посмертно. Тогда они поймут, кого потеряли" - крутилось в пьяном мозгу.

"Так, самогонка для своих "батальонных". А водочка-лапонька для полкового начальства.

Куда же я так набрался? Дорвался, блин! Ладно, пора, а то, развезет совсем. Ну, самогонка - зверь! Башню напрочь отшибает.

Так, подожди, самогонка он сказал, сегодня нужна. А, водка? Что он насчет водки сказал? Брать или не брать? Выпивки много не бывает.

Самогонку выжрут, потом до водки доберутся. Какого хрена я её прятал? Даже не попробовал. Какое там, даже не понюхал.

Ну, я и натоптал тут. Перепрятать надо. Да, лучше водку перепрячу. А то скоммуниздят, суки, не уследишь. Что потом комбату скажу?

Как в глаза посмотрю? Да и не поверит. Подумает, я сам вылакал. Прибьёт ещё напоследок. А что, с него станется!

Вон там спрячу. Точно, место что надо. Ох! Ага! Отлично! Сколько времени то? Ого! Ну, ни фига, я завис. Всё, вылезать надо из этой бодяги".

Перепрятав водку и доставив самогонку, в лучшем виде, ко времени, прапорщик "N" набрался, что называется "в муку", "до поросячьего визга и хрюканья".

На следующий день у него началась старая трудноизлечимая болезнь с бесхитростным названием - запой.

Сорвался старый прапорщик в "глубокий штопор". А водку тогда не нашли. Хотя, искали хорошо и "крупными силами".

Все камыши "наизнанку" вывернули, перетрясли, "перемололи" и "просеяли". Много чего всякого-разного "интересного" нашли.

Только не ящик с водкой. Большинство "посвященных" посчитали, что водка была "зверски уничтожена" запойным прапорщиком.

Пришлось комбату у вертолетчиков "шестерочников" (экипажи МИ-6) в спешке покупать "её родимую".

Что было не лучшим вариантом. Так как "дорогие" братья по оружию продавали нам водку на 10-15 чеков дороже (за бутылку), чем афганские дукандоры.

Помимо более дорогой цены, она была значительно худшего качества.

Если в афганских дуканах предлагали Московский "Кристалл" (с быком на этикетке) - за 25-30 чеков, то "свои",

пользуясь без таможенными вылетами с "Союзных" военно-транспортных аэродромов, грузили "на продажу" местную водку

(типа Термезской "сучковоопилочной" завода "Денау") ящиками. Естественно, покупали они её за рубли, по государственной + "магазинной" цене

(5-6 руб.), а продавали по "своей", "божеской" цене за 40-50 чеков за бутылку. Тогда это называлось "спекуляцией" и было уголовно наказуемо.

Сейчас называется предпринимательской жилкой, умением делать бизнес, обладанием деловыми качествами и прочее.

На Новый Год и другие праздники, в зависимости от спроса, цена взлетала в заоблачные выси. Ну чем не "свободный рынок".

Правда, подвыпивший народ, особенно на эти самые праздники, периодически шёл бить "оборзевших до нЕльзя" "кашкалдаков".

Причем, чаще всех "разборки" в "шестерочном" модуле устраивали сами вертолетчики.

Те, что летали на МИ-24 и на МИ-8, чтобы их "коллеги" не позорили гордого звания "Советского военного летчика".

Подобным образом, на всех войнах оправдывала себя старинная русская поговорка: "Кому - война, а кому - мать родная".

Наверное, водочным бизнесом занимались не все экипажи МИ-6, но при "разборках" "возмущенная общественность"

в такие "тонкости" не вникала, "ровняя" всех "под одну гребенку".

А коробка с водкой нашлась "сама собой". Когда её никто не искал и про неё все давно забыли.

Зато, какой нежданный сюрприз получился. Так выпьем же за здоровье купивших, припрятавших и забывших,

за "вовремя" нашедших и за гостей пришедших, за до краев наливших и тосты говоривших!

За тех, кто дочитал и тех, кто байку рассказал! )))))))


Броня 4-й роты 149-го гвардейского мсп. Провинция Баглан 1985-й год.


Друзья "не разлей вода". Механики-водители 4-й мср Андрюха Яценко и Саша Мамаев.

В парке боевых машин. 1985-й год.


Володя и Дауд вышли на большую дорогу сделать кам-кам шурави контрол. 1985 г.


"Рулеты" на привале. Июль 1985-го года.


Офицеры и прапорщики 4 мср (позывной "Рулет"). Панджшерская операция июль 1985-го года.


Как молоды мы были! Как верили в себя!


...


Наряду с фотографиями однополчан в текст произведения вставлены фотографии рисунков Василия Вознюка.