# Я проснусь...

Павел Шудский

Афганский ветер


Не надо реветь, причитая, срываясь на голос,

Нас выбросит ночь на последний чужой перевал,

Когда оборвётся не жизнь, будто тоненький волос,

А чья-то душа, здесь затерянная среди скал.

Не надо жалеть нас, руками глаза растирая,

Судьба есть судьба, а военная паче того,

"Прощанье славянки" оркестр напоследок сыграет,

А вам отдадут лишь звезду, да истлевший погон...


Журавли


Идёт по песочку рейд

С бронёй раскалённой

И с жаждою, пей - не пей,

Неутолённой,

А за барханом опять бархан,

И всё, как на пляже,

Когда же страна "Афган"

"Прощай!" нам скажет?

И мы, как журавли, потянемся к границе

Последний раз, в пыли, с улыбками на лицах.

Потянемся в Союз колонной-караваном,

Потянемся на Русь, зализывая раны...

Колёса шуршат - шуршат

По пыли афганской,

Болит за бронёй душа,

Болит под каской,

А за барханом сидит душман,

Он - дитя Востока,

Прости мне Афганистан

Мою жестокость.

Мы так хотим домой живыми возвратиться,

Но вновь уходим в бой в далёкой "загранице",

И верим, будет час, мы выйдем из огня,

И дома встретят нас, ни в чём не обвиняя...


Таможня


Я на последнем рубеже,

Прошёл досмотр, сказали: "Можно!"

Раскручен винт, и вот уже

Осталась позади таможня.

Предельно собран экипаж,

Их тоже ждут, их ждут живыми.

Укрой пятнистый фюзеляж,

Не дай прошить себя навылет.

Молитесь, милые, за нас

Своим богам, ах, невозможно,

Сыграть назад, сказать: "Я - пас!"

Осталась позади таможня.

Всё. Позади сомнений груз,

Нас ждёт тяжёлая работа.

И мы глядим сквозь дым и грусть

Вслед уходящим вертолётам.

Здесь для мужчин передний край,

Здесь люди ходят осторожно,

А где-то мирный каравай,

И где-то за рекой таможня...


Друг мой...


Непрозвучавшая печаль

На оборванной струне,

И так хочется кричать,

Словно по моей вине,

Он остался под горой,

И теперь не станет в строй,

Не выпьет и не запоёт,

И не махнёт рукой...

Остались песни и стихи

На разрозненных листах,

А самого, как за грехи,

Взял к себе Афганистан.

Обнял землю, как свою,

И остался на краю,

А я... Я выпью за тебя,

И песню допою...


А над нами синева


Вьётся пыль над головой,

От неё я стал седой.

А над пылью - синева,

А за пылью - караван.

Папка с мамкой - не грусти -

Своя пуля не свистит.

На войне как на войне -

Я со всеми наравне.

Знать такая мне судьба -

Вместо музыки - пальба,

Одеялом - синева,

А подушкою - трава...

Где-то звёзды и любовь,

Здесь бои, песок и кровь.

О любви - пока лишь сны

В перерывах от войны.

Вьётся пыль над головой,

От войны я стал седой.

Надо мною синева,

И её нельзя взорвать...


Я проснусь...


Я проснусь на заре в ожидании птиц,

В ожидании чуда больших перемен.

Я открою глаза, сбросив тяжесть ресниц,

Солнце вывалит красное пузо на снег,

Город вырвет толпой из прокуренных стен.

Я душой ещё там, где песок раскалён,

Где ночные сеансы кино про войну,

Где металл заставляет отвесить поклон,

Где с чужими свои говорят сквозь прицел,

И чужие взрывают огнём тишину.

Я пришёл, наконец, здравствуй, милая Русь,

И любимая, здравствуй, спасибо судьбе,

Я уснул, не ругай, а когда я проснусь,

Нам споют перелётные птицы о том,

Что весна во дворе начинает свой бег.


1988 г.