# Оден У. Испания

У Х Оден

Поэма посвящена гражданской войне в Испании в 30-х г.г. 20-го века.

ИСПАНИЯ


Все в прошлом. Расширение языка,

путешествие в Китай по торговым тропам;

распространение системы счета и комлех;

в прошлом расчет времени по движению тени от солнца.


В прошлом оценка риска для жизни по картам,

предсказание по движению воды, изобретение

колеса и часов, приручение лошади.

В далеком прошлом беспокойная жизнь навигаторов.


В прошлом остались феи и гиганты,

крепость, словно застывший орел, уставившийся на долину,

в лесу построенная часовня.

В прошлом вырезание ангелов и тревожных горгулей.


В прошлом суд над еретиками среди каменных колонн,

теологические споры в тавернах

и чудесное исцеление в святом источнике;

в прошлом шабаш ведьм; но сегодня борьба.


В прошлом установка динамо и турбин,

строительство железных дорог в колониальной пустыне,

классическая лекция на происхождение человечества.

Но сегодня борьба.


В прошлом вера в абсолютную ценность Греции,

падение занавеса на смерть героя;

горячая молитва на вечерней заре

и обожание святого. Но сегодня борьба.


Так шепчет поэт, застывший среди сосен, или

там, где свободный водопад шумит монотонно, или

глядя со скалы подобно наклонившейся башне:

'О мое зрение. Пошли мне удачу первооткрывателя.'


И, исследовав своими инструментами

равно бесчеловечные области будь то зрелая бацилла

либо огромный Юпитер, воскликнул:

"Но я ничего не знаю о жизни моих друзей."


Так бедняки в полутемных жилищах шуршат вечерней газетой:

"Наш день- это наша потеря.

О, заметь нас создатель Истории,

Организатор времени - реки регенерации."


И народы хором призовут жизнь,

которая, сформировав отдельный коллектив, нагнетает

частный ночной ужас.

"Пока тебя не впитала городская губка,


подними обширные военные империи акулы и тигра,

создай мощное государство Робина. Приди.

О, спускайся как голубь или разъяренный папа,

или средний инженер, но спускайся".


И жизнь отвечает, если она отвечает вообще,

из сердца, из глаз, и из легких,

из магазинов и городских площадей:

"О, нет. Я не приду. Не сегодня. Не для тебя. Я -


человек-надежда, легко обманывающий собутыльник в баре.

Я то, что вы делаете ежедневно.

Я ваше обещание быть хорошим, ваша смешная история,

ваш деловой голос и ваш брак.


Какое ваше предложение? Строить справедливое общество?

Хорошо. Я соглашаюсь. Или это всего лишь договор самоубийства,

красивая смерть? Очень хорошо, я принимаю,

поскольку я - ваш выбор, ваше решение. Да, я - Испания."


Многие услышали это на отдаленных полуостровах,

на сонных равнинах, на сбившихся с курса рыбачьих шхунах

или в коррумпированном сердце города,

услышали и двинулись, словно чайки или семена цветка.


Они, как банные листы, цеплялись за длинные экспрессы,

которые сквозь альпийский туннель качаются среди ночи.

Они плыли по океанам; они шли по горным проходам.

Они прибыли, чтобы отдать свои жизни.


На той засушливой территории, фрагменте, отколотом от Африки

и грубо припаянном к изобретательной Европе;

на том плоскогорье, выигранном у рек, материализуются наши мысли,

угрожающие формы нашей лихорадки


точны и живы. Как опасность, которая заставила нас ответить

на предупреждение медицины. И брошюра зимних круизов

обернулась батальонами вторжения; и наши лица,

как стена института, как стена магазина, разрушение


удовлетворяет свой аппетит после команды стрелять и бомбить.

Мадрид это сердце. Наши мгновения нежности

пахнут санитарной машиной и мешком с песком;

наши часы дружбы в народной армии.


Завтра возможно будущее.

Исследование синдрома усталости и уборка мусора;

Постепенное исследование радиационного фона.

Завтра расширение сознания при помощи диеты и дыхания.


Завтра возрождение романтичной любви,

фотографирование ворон;

любая забава под своевольной тенью Свободы;

завтра театрализованное представление и концерт музыканта,


красивый рев хора под куполом;

завтра обмен мнением на размножении терьеров,

нетерпеливый выбор председателей

внезапным лесом рук. Но сегодня борьба.


Завтра для молодых поэтов, взрывающихся словно бомбы,

прогулки близ озера, недели превосходного общения;

завтра гонки на велосипеде

через предместья летними вечерами. Но сегодня борьба.


Сегодня преднамеренно увеличены шансы смерти,

сознательное принятие вины за необходимое убийство;

сегодня трата усилий

на тонкую эфемерная книжицу и скучную встречу.


Сегодня примитивные развлечения: разделенная сигарета,

карты в освещённом свечой сарае, и окопный концерт

мужских шуток; сегодня неумелое

и недостаточное объятие накануне испытания боли.


Звезды погасли. Животные закрыли глаза.

Оставим в покое прошедший день, время не оправдывает надежд,

и История побежденному может сказать Увы,

но не сможет не простить.


1937