# Гардез - знакомство

Олег Сергеевич Слепченко

Глава третья. Гардез - знакомство


Стройные ряды палаток разделились на два лагеря. Тот, что ближе к клубу - 1-й парашютно-десантный батальон. Наш 4-й, и не парашютно-десантный, а десантно-штурмовой батальон располагался ближе к парку боевых машин. Итак, моему взору открылся вид на палаточный городок 56-й Десантно-штурмовой бригады, горную гряду, закрывавшую город Гардез от суровых афганских ветров с юга, и перевал Тера, защищавший его с севера.

Из клуба идем вдоль палаток первого батальона. Между третьей и четвертой прямо на улице настелены маты, и двое бойцов в "военно-спортивной" форме борются; на мое удивление Володя отреагировал сразу: - "Это соревнования по самбо... если хочешь, можешь поучаствовать". "Что-то пересохло горло, да нет, большое спасибо", - говорю я, мне хватило соревнований по рукопашному бою в учебке: перебитый нос и расшатанные зубы...

Закончивший борьбу боец среднего роста подошел к нам, оказалось, он с нашей роты, моего призыва, и с этой же партии, но только с "26-го" полка (через год он станет моим оператором наводчиком) - странно, но почему-то я его совсем не помню.

Между нашими батальонами стояла по местным меркам шикарная казарма летнего типа (модуль), в которой базировалась саперная рота. Рядом строили еще одну, для разведроты, как никак элита. Володя привел нас во вторую палатку десятой роты. Вот это встреча. В палатке находился Сашка, увидеть его я уже и не рассчитывал, а попасть в одну роту и подавно. Меня и еще одного парня, Смирнова Александра, приписали механиками-водителями первого взвода. Мой друг Сашка Шеин оказался механиком-водителем второго взвода. Оба взвода жили в одной палатке, так что мы с Сашкой устроились рядом, как в учебке. Вдвоем все равно легче.

Мы познакомились с теми, кого уже начали называть "ветераны", и с теми, кто стал "дембелями". Оказалось что в палатке среди "ветеранов" есть мой земляк, тоже родом из Ижевска, но в этот день его и еще несколько человек не оказалось в расположении. В палатку нашего призыва приехало четырнадцать человек. Все специалисты, примерно поровну сержантского состава, операторов-наводчиков и механиков-водителей.

Первая ночь оказалась достаточно нервозной, в охранении постоянно стреляли из ДШК. Постепенно начинала вырисовываться обстановка. Нам дали на "акклиматизацию" неделю. Все вокруг были доброжелательны, заставили написать домой письма и успокоить родителей. Там где спали дембеля, кровати были в один ярус. "Шнуры", так теперь нас называли, спали на втором ярусе над "ветеранами". Быт меня устраивал. В палатке было по военному чисто и к тому же прохладно. У входа всегда стоял большой термос с холодной питьевой водой. Но меня никак не покидало непонятное чувство, таких ощущений я никогда не испытывал. Я никак не мог понять что это - слишком горячий или слишком запыленный для уральского жителя воздух. Особой жары не было, так как военный городок располагался на высоте две с половиной тысячи метров над уровнем моря, к тому же на дворе уже стоял ноябрь.

Внезапно нахлынувшие накануне непонятные ощущения развеялись утром, когда ветераны повели нас на зарядку. Отбежав метров пятьсот по взлетной полосе от штаба бригады, я вдруг начал задыхаться. Я не легкоатлет, но в учебке на выпускных экзаменах с температурой тридцать восемь я пробежал на "хорошо", однако такого я никогда еще не испытывал, я просто не мог набрать в легкие воздуха. Старшина хлопнул меня по плечу и разрешил отстать. Пройдя метров пятьдесят, я оклемался, и побежал снова. Присоединился к роте и восстановил ритмичное дыхание. Вдруг ко мне из-под чьих-то ног вылетела граната "Ф-1" без запала, ребята бежали и играли "эфкой" в футбол. Да?!.. Сколько еще меня ждет сюрпризов?.. Мне ее в руках-то держать не приходилось, а уж играть ей в футбол и подавно. Никто не стал ее подбирать. Кто-то из старослужащих отбросил ее в сторону, чтобы не мешалась, и мы побежали дальше. Старшина роты Володя Кульчик заметил - повнимательней смотрим под ноги, сегодня "эфка", а завтра растяжка; мой мозг тут же начал сверлить вопрос, а что такое "растяжка", кажется, что-то нам об этом рассказывали, решил отложить его до конца зарядки. Как добежали до 4-й САБ даже и не заметил, зато обратно бежать пришлось под горочку.

Через несколько дней нас привели в парк и показали наши машины. Вид моей БМДшечки был удручающий. Грязная как черт, она лежала на брюхе в замерзшей за ночь грязи. Терзаемый лишь одной мыслью - работает на ней гидравлический насос или нет - открыл десантный люк... будь я менее ловким, точно бы упал. Машина была битком набита ящиками с патронами, пулеметными лентами, гранатами и выстрелами. Курсовые пулеметы были заряжены. В башне валялись секретные карты. О-о-о!!!

Это с последних боевых не сдали в ружпарк, сказал старший механик роты. Вам придется все сдать. Глядя на горы пулеметных лент и набитых коробов, стало тоскливо, Мне показалось, что я их неделю таскать буду в ружпарк. Володя Короляш - ветеран, старший механик роты, из механиков водителей никого старше него призывом не осталось, основная часть механиков демобилизовались. И "учить" нас ездить пришлось ветеранам. Хотя и учить-то совсем не пришлось, шесть месяцев в учебке не пропали даром. Первый выезд показал, что мы практически все неплохо "держим колею". Позже, когда проводили разбор учебного вождения, оказалось, что это было практически единственным требованием на тот момент. Но не долгим было мое общение со своей БМДшкой, всего-навсего одна блокировка. Уже в декабре мы погрузили их на тягачи для отправки в Союз. Взамен нам пообещали, что поедем получать новенькие БМП, вот те раз?!.. А как на них ездить? Живьем я видел ее один раз в учебке, и то, когда проезжала мимо. Правда, много о ней слышал от отца, который служил механиком-водителем БМП. Зампотех батальона - светловолосый майор с добрым взглядом - попытался успокоить: ...да ей легче управлять чем "Жигуленком" приедем на место все покажу. Слава богу, есть хоть один человек, который знает, что с ней делать.

Хотя для меня и по сей день слова Аллах Акбар звучат привычней, чем Слава Богу. С новым местом жительства начали входить в обиход и новые слова - ханка, кропалик, план, чарс, и более безобидные - бакшиш, пайса, афошки, шурави, бача, чеки... Нас быстро разделили на тех, кто "врубается" в службу, и тех, кто "тормозит". Да и дембеля делились на два лагеря - тех, кто баловался "дарами" выжженной земли, и тех, кто относился к ним серьезно. Вторая половина быстро разглядела во мне врубалистого парня и решила сделать из меня ходока за "ханкой". Из "ветеранского" состава нашелся "специалист", которому было поручено взять меня с собой на "курсы". Но первый урок стал для меня последним, несмотря на то, что мы успешно поменяли на ближайшем бабайском посту старые ботинки на порцию "ханки". Первая половина, после моего "турне" по ночным арыкам через посты охранения, категорически запретила использовать "шнуров" для добычи наркоты. Решив, что это проблема тех, кто подсел, а роте такой залет совсем не нужен. К тому же в первой половине оказался мой оператор-наводчик Женя Удалов из Питера, и его голос, как мне показалось, был не последним в этой разборке.

А вот первые стрельбы прошли не очень хорошо. В учебке как стреляли - лежа, а тут стоя и с колена; в учебке каждую гильзу в траве собирали, даже ржавые, а тут они ковром лежат, плюнуть некуда.

На дворе декабрь, днем пригревает солнышко, а ночью холодно как дома. Косов - наш взводный, хитрый как лис, собрал с собой группу, и чтобы не ехать с колонной через "Мухамедку" решил лететь в Кабул ближайшим бортом, а оттуда попутным транспортом в Хайратон, "готовить" место для прибытия колоны.