# Грязная работа

Виктор Аркадьевич Смирнов

Их было четверо - двое оперов и двое участковых.

Начальству срочно понадобилось прочесать конкретную улицу и установить всех, кто проживает на квартирах без прописки.

Зачем, почему? - никто не заморачивался.

Сказано - прочесать, о результатах - доложить.

Всё.

Чёткая цель - пройти все дома, взять всех "на карандаш".

Улица была не очень длинной, так как с одной стороны ограничивалась городским рынком,

а с другой - стадионом.

Частный сектор прямо в центре города.

Это не редкость в небольших городах Юга России.

Опера были, как обычно - в гражданке, участковые - в форме.

Привычно разделились на две пары: опер-участковый, и разошлись по обе стороны улицы. Каждой паре - одинаковое количество домов.

Задание было рутинным, достаточно скучным и отработанным донельзя.

Надо было проверить все дома побыстрее, так как вечером их ждал жених,

у которого Виктор должен был "отработать" дружком на свадьбе.

Вечерняя встреча посвящалась обсуждению последних деталей свадебного торжества,

ну и "по-пятьдесят" предполагалось хлопнуть, в честь завершения холостой жизни

еще одного опера...

Виктор привычно бухнул в очередную высокую калитку кулаком.

Звонка на этих воротах отродясь не водилось.

Бухнул еще раз, небрежно облокотившись на высокий забор из плотно подогнанных

друг к другу досок, положив руку с рабочим блокнотом-ежедневником на верх забора.

За забором было тихо.

Но внезапно блокнот просто выскользнул из руки и...исчез.

Незаметно подкравшаяся собака взметнулась, как молния из-за забора и выхватила блокнот. Только челюсти глухо щелкнули.

Виктора передернуло, когда он представил, что вместо блокнота на заборе могла так же небрежно лежать его рука.

Собака ни разу не гавкнула, ни до "подхода к снаряду" ни после.

Ученая, зараза.

Как потом оказалось - это был американский терьер.

Он матюкнулся и с удвоенной силой загрохотал в калитку.

Блокнот про...прощелкать, бл-ля! Так глупо!

Он же служебный! Прошитый и пронумерованный!

Сразу возникла четкая мысль, которая явно не порадовала бы членов общества защиты животных:

"Пристрелю, однозначно, долбанного лохматого сторожа, если затаскает блокнот куда...".

Через некоторое время калитка распахнулась и в проеме нарисовался хозяин, смущенно протягивавший оперской блокнот.

- Ты это, извини, собачка у меня ученая, не гавкает.

На блокноте отчетливо виднелись следы зубов.

Но сам блокнот был цел.

Виктор неодобрительно покачал головой, забирая его у домовладельца.

Дальше все пошло по-накатанной.

В принципе, этого маленького забавного эпизодика никто и не заметил.

Осталось обойти всего несколько домов.

Дело клонилось к вечеру. Хотя было душновато.

Земля парила после дневного дождика.

Он сразу толком ничего не понял.

И детский визг, раздавшийся за спиной, всерьез не воспринял.

Ну, играют дети, бегают, верещат.

Улочка тихая, дети мотаются прямо по проезжей части,

машин за три часа от силы - парочка проехала.

Однако, когда обернулся - ох...ох...охренел, в общем!

Было от чего.

Фильм ужасов, воплотившийся тихим летним вечером в уютном провинциальном городке.

Прямо по улице шел высоченный мужик лет тридцати, размахивая косой.

Да-да.

Косой. Простой такой. Которой селяне траву косят.

В лучах заходящего солнца смотрелось это весьма впечатляюще.

Ярко бликующее, отбрасывающее солнечные зайчики, лезвие косы,

хорошо отбитое и заточенное.

Дети, с визгом разбегающиеся в разные стороны.

Большой, медленно катящийся по асфальту, детский мячик.

Такой, разделенный полосками на четыре части, красно-синий.

Сюрр!

Прям оператора с камерой не хватает!

Утешало то, что вроде никто из детей не пострадал.

В следующий момент Виктор рванулся вперед.

Другие сориентировались так же быстро.

"Косарь" оказался окруженным офицерами.

Которые, не сговариваясь, в четыре глотки заорали:

- Брось косу, идиот!!!

Однако на косаря это произвело обратный эффект.

Увидев участковых в милицейской форме, он взревел что-то нечленораздельное и

ринулся вперед.

Со стороны это, наверное, смотрелось весьма забавно.

Четверо мужиков, двое из которых в форме, прыгают вокруг высоченного типа,

который лихо машет косой, как вертолет - пропеллером.

Ну и выражения висят в воздухе - соответствующие.

Дети, отбежав на безопасное расстояние, никуда удаляться,

не собирались, с интересом смотря на разворачивающееся представление.

Мало того, на улицу начали выползать их родители.

А косарь разошелся не на шутку.

Он сам начал кидаться на оппонентов, которые мешали

ему идти дальше по улице.

Уворачиваться от бликующего лезвия косы было весьма неудобно.

В траву на обочине полетели блокноты и фуражки.

Без них, как-то сподручней.

Но с косой, клиент, расставаться решительно не хотел.

Живописная компания постепенно перемещалась по улице, но все оставалось по-прежнему.

В центре - косарь, вокруг - опера с участковыми.

Они не выпускали его из кольца, но и приблизиться к нему не могли.

Пат.

Виктор, попытался поднырнуть косарю под руку.

И... еле отпрянул назад.

Лезвие просвистело в нескольких сантиметрах от горла...

Второй опер - Серега, взбеленился. Ведь рабочий день уже заканчивался.

- Я тебя, с-сука, застрелю щас! - рявкнул он, выхватывая из оперативки пистолет.

- Не надо, Серый, - выдавил Виктор, - свидетелей куча.

Скажут потом - четыре мента с одним дятлом не справились.

И тут! - удача улыбнулась ему.

Возбужденный неудавшимся броском опера, косарь стал размахивать

своим инструментом с удвоенной силой.

Воздух стонал и свистел вокруг него.

Во время очередного замаха, косарь повернулся к Виктору боком,

уводя правую руку, державшую хомутообразную рукоятку, слишком далеко вперед.

Правый бок косаря - открылся и Виктор, как на татами,

вылетел вперед-вверх, отталкиваясь правой ногой,

всаживая противнику под мышку - ребро левой стопы.

Четкий, акцентированный удар, как на показательных.

Сэнсэй, окажись он рядом, был бы очень доволен.

А на соревнованиях судьи сразу дали Виктору "иппон" - чистую победу.

Косаря унесло на несколько метров, и он с размаху шлепнулся в большую лужу.

Коса отлетела в сторону.

А все окружающие оказались душевно заляпаны лужевой или лужной грязью.

Дождевой водой назвать ее было трудно, уж больно много грязи разлетелось из лужи.

Коса - на земле.

Косарь - ворочается в луже, правая рука - повисла плетью.

Такое бывает после удара под мышку.

Вокруг - обтекают доблестные сотрудники милиции.

Мат, которым приласкали Виктора товарищи - был не менее экспрессивным, чем тот,

которым они награждали косаря.

Зато местная публика приветствовала,

классический йока-тоби-гери - восторженными воплями.

Дежурный по горотделу, вызванный по рации, не нашел нормальный

УАЗик и прислал им для транспортировки задержанного дежурный экипаж ГАИ на

чистеньких жигулях-семерке.

Гаишники сначала поржали над операми и участковыми, а потом категорически

отказались вести в салоне - долбанного косаря.

Он-то был грязнее всех.

Все проблемы разрешил лепший друг-опер - Вадик, который подъехал

к месту происшествия, узнав по рации, где так весело проводит время Виктор.

Вникнув в тему, Вадик решительно распахнул багажник гаишной машины и жестом

предложил косарю разместиться в нем.

Косарь категорически отказался. Он никуда не торопился.

Видимо количество выпитого привело его в состояние - море по колено.

Но торопился Вадик - именно он должен был везти Виктора к жениху,

для обсуждения животрепещущих вопросов о проведении свадьбы.

Вадик коротко двинул косаря локтем в лобешник, после чего тот, мешком свалился в багажник.

Гаишники признали, что в таком формате они смогут доставить косаря в дежурку.

Участковые и Серега, матеря Виктора, поплелись в горотдел - пешком.

Им еще предстояло писать рапорта по задержанию косаря-клоуна.

А Виктор, ссылаясь на неотложные проблемы по подготовке свадьбы,

уехал вместе с Вадиком.

Надо было успеть домой - переодеться.

Ведь их ждал жених, да и неплохо было бы "вылить испуг"...

Правда штаны и майку ему все-таки пришлось снять, прямо на улице,

забросив грязные шмотки в багажник.

Местные жители провожали его аплодисментами.

Наверное, им понравилась расцветка оперских трусов с веселенькими сердечками

и надписями "Love you".

Так Виктор торжественно и уехал в трусах и кроссовках,

держа в руках блокнот со следами зубов тихушника-терьера и

оперативную кобуру с табельным пээмом.

Надевать ремень с кобурой - на трусы, было бы э-э...

нарушением формы одежды.