# Выход первый, терировочный

Николай Александрович Стародымов

Подробности первого этапа вывода войск из Афганистана

"УЧЕБНЫЙ" ВЫВОД

О выводе наших войск из Афганистана сказано и написано уже немало. И тем не менее в этой эпопее имеется еще немало страниц, о которых мало кто знает. Об одном, курьезном до анекдотичности, эпизоде я и хочу рассказать. Дело было в мае 1986 года.

Вывод Советских войск из Афганистана начался с того, что на Родину выводились 6 полков, 3 из которых - танковые. По большому счету, с точки зрения сегодняшнего дня, да и самой целесообразности, решение представляется правильным - в самом деле, ну что толку от танков в горной местности? Они и стояли только на блокпостах, да на заставах - в унизительной (для "брони"!) роли артиллерийских точек. Вот и решили танковые части вывести, преподав мировому мнению этот шаг как акт доброй воли, миротворческий жест и попытку сделать хорошую мину при плохой игре - мол, мы свою миссию выполнили, теперь свою судьбу пусть решает сам освобожденный от средневекового рабства народ... и т.д.

Первой из частей в Союз должен был отправиться танковый полк, входивший в состав 5-й гвардейской дивизии, которая тогда дислоцировалась в Шинданде, а в эпоху перемен вовсе прекратившая свое существование. На торжества, посвященные проводам полка, должны были съехаться десятки и десятки журналистов со всего света. Но выходили-то наши! Соответственно, мы должны были обязательно оказаться первыми, кто оповестит весь мир об этом "жесте доброй воли"!.. И при этом сделать так, чтобы не случилось никакого конфуза.

И тогда кто-то из умных людей придумал, как все организовать с максимальной степенью надежности.

Сценарий выписали до мелочей. Личный состав полка должен был выстроиться перед стройными рядами боевой техники и каждый журналист, независимо от того, какую страну и издание он представляет, мог задать вопрос любому из участников действа. То есть максимум гласности и открытости. Но ведь то была эпоха грандиозной показухи, пусть даже и на ее излете! В те времена большинство людей, несмотря на провозглашенную гласность, еще предпочитали не иметь и тем более не высказывать, собственное мнение!

А потому личный состав полка построили таким образом, что первая шеренга оказалась сплошной, монолитной, без просветов, в которые можно было бы проникнуть. Следовательно, любой журналист имел возможность даже при помощи телескопической штанги микрофона дотянуться лишь - максимум! - до третьей шеренги. Дальше уже все было, как говорится, делом техники. Первые три шеренги странным образом оказались составленными из людей, которые: а) хорошо говорили и понимали по-русски и б) были надежно-проверенными и гарантированно-надежными, что не ляпнут что-либо лишнее. Этим парням заблаговременно раздали вопросники и "ответники" из доброй сотни пунктов, которые они обязаны были вызубрить - список того, что у них могут спросить и того, что они должны на эти вопросы отвечать. Ну а в задние ряды поставили тех, кто не способен заучить и озвучить заблаговременно заготовленный текст.

Впрочем, это еще мелочь, дальше показуха оказалась еще более "крутой". Дело в том, что специально для советских журналистов на всякий случай была накануне организована "показушная" репетиция вывода. За сутки до истинной церемонии полк выстроили на пустыре. Личный состав снимали на камеры, фотографировали, у солдат и офицеров брали перед объективом интервью. Так что реально, когда иностранцы торопливо щелкали затворами фотокамер, мечтая передать свою информацию первыми, на ЦТ уже лежали заблаговременно отснятые пленки.

Тем не менее, когда на показуху демонстрации вывода первого из шести полков прибыли журналисты из тридцати с лишним ведущих информационных агентств мира, наши корреспонденты старались вовсю. И снимали, и спрашивали... Короче говоря, вели себя так же, как и их зарубежные коллеги.

...Отгремели фанфары, полк вытянулся в колонну и ушел в сторону Герата и далее в Союз. Корреспонденты наперегонки устремились к вертолетам... И тут вдруг выяснилось, что где-то на трассе закрыт перевал, налетели тучи, пошел снег, образовался тайфун, рухнул ураган, разъярился цунами... Короче говоря, вылет в Кабул, откуда журналисты могли передать свою информацию в родные издания, откладывается на неопределенное время.

Самое смешное, что на эту уловку клюнул и один из наших фотожурналистов. Приняв за правду сообщение о плохой погоде на трассе, он бросился в редакцию дивизионной газеты "Гвардеец", которую в то время возглавлял майор Виктор Дахно, чтобы, не теряя времени, отпечатать фотографии, которые должны были бы попасть в завтрашний номер. Для нужд представителя центральной военной газеты "Красная звезда" срочно переоборудовали жилую комнату в фотолабораторию. И вдруг...

И вдруг дают "погоду". Правда, не для всех... Наши журналисты срываются, их срочно загружают в "вертушку" и - полетели. Ошарашенные иностранные журналисты ничего не могут понять. Им ведь невдомек, что в происходящем спектакле им отведена лишь роль массовки. Только когда советские журналисты прибыли в Кабул и отправили свои, уже подлинные, репортажи в Москву, погода над перевалами вдруг мгновенно нормализовалась и иностранцам позволили вылететь в столицу Афганистана.

Так что мы, как тогда и было принято, оказались впереди планеты всей. Американцы со своей напористостью, японцы со своей техникой, немцы со своей пунктуальностью - все они в оперативности отстали от пишуще-снимающей братии Советского Союза.

Умели же, право слово, очки втирать!

Николай СТАРОДЫМОВ.