# Орехово казакам

Николай Александрович Стародымов

Два эпизода чеченской войны

Из чеченского блокнота журналиста

Храбрость есть. Головы бы не потерять...

Эта история приключилась в марте 1996 года. Дело было под н.п. Орехово, которое приткнулось к Кавказскому хребту на юге Чечни.

Собственно говоря, к этому времени военнослужащие федеральных войск окончательно запутались в попытках понять, что творят политики в Чечне их руками. И ведь было от чего растеряться! Мятежников сначала с тяжелыми боями загнали в горы, готовы были их уже добить, а потом по приказу "сверху" вынуждены были наблюдать за тем, как вооруженные сепаратисты возвращаются на равнину; потери среди федеральных войск росли, а за их спинами шел активный "переговорный процесс"; официальные лозунги о необходимости отстаивания целостности России все больше заглушались развернутой рядом СМИ оголтелым охаиванием собственной армии...

В этих условиях многие командиры отказались от штурмов населенных пунктов, так как это вело к значительным, неоправданно высоким потерям среди подчиненных. Вместо этого населенные пункты подвергались жестоким обстрелам и бомбардировкам. Слов нет, это вело к разрушениям и жертвам среди мирного населения, однако командование было поставлено перед жесточайшим выбором: какое из двух зол предпочесть.

То же происходило и под Орехово. На населенный пункт заходили вертолеты, по нему лупили "Грады", артиллерия, минометы... Засевшие там боевики огрызались огнем автоматов и минометов...

Тут-то и показали себя казаки. Казачий полк, организационно входивший в группировку, штурмующую Орехово, однако стремившийся сохранить определенную самостоятельность. Конечно, слово "полк" в военном отношении в данном случае звучит слишком громко, реально в нем не насчитывалось и батальона, ну да только не в слове суть.

Казакам всегда были присущи такие качества, как отвага, преданность своим идеалам, готовность к подвигу - и в то же время некоторая бесшабашность, порой граничащее с безрассудством, безоглядное стремление любой ценой выполнить задачу...

Короче говоря, казаки решили предпринять неожиданный штурм Орехово, надеясь застать противника врасплох, посеять в его рядах смуту и овладеть населенным пунктом. Кто его знает, быть может этот нежданный маневр и принес бы успех... Но только...

Отважившиеся на рисковую вылазку казаки пошли на акцию без должной разведки. И напоролись на минное поле, заблаговременно поставленное чеченскими боевиками. Когда начались подрывы, обороняющиеся, поняв, что они означают, открыли по казакам плотный огонь. Чтобы подавить его, был значительно усилен артиллерийско-минометный огонь, под прикрытием которого попавших в тяжелое положение казаков сумели вызволить из беды.

Потери они понесли значительные, по данному случаю было проведено соответствующее разбирательство... Но речь сейчас не об этом.

Все же отвага и стремление совершить подвиг, что у казачества в крови, это здорово. Но пренебрегать разведкой, анализом складывающейся обстановки, забывать согласовывать свои действия с руководством и соседями... Дорого обходятся нашему брату подобные ошибки.

ВОР

- Я же тебе сказал: не возьму!

Вертолетчик произнес эти слова с выражением лица, которое меня удивило. Он не просто отказался посадить в вертолет человека - обычно подобное говорят с интонациями либо извиняющимися (мол, не я установил правила перевозки личного состава на воздушном судне), либо с равнодушными (не мое дело решать ваши проблемы). Командир винтокрылой машины процедил слова сквозь зубы, глядя на просителя с нескрываемым презрением. А потом и вовсе отвернулся, сплюнув на изрытую колесами и гусеницами землю.

...В периоды активных боевых действий в Чечне вертолет становился одним из основных транспортных средств; нередко на передовую и обратно выбраться иным способом было попросту невозможно. И экипажи, как правило, это прекрасно понимали - без излишних формальностей сажали в машины попутчиков-военнослужащих. К рядовым солдатам, отношение было, понятно, более строгое - они должны были предъявить отпускной билет или командировочное предписание... Но чтобы вот, с презрением и плевком... Такое отношение меня удивило.

Впрочем, недоумение разрешилось скоро. Оказалось, что этот парень в камуфляже уже третий день бродил вокруг площадки, на которую садились вертолеты, и просил, чтобы его увезли в тыл. А ему постоянно отказывали. И причина была отнюдь не в отсутствии документов.

Дело в том, что этот молодой казак попался на воровстве, украл деньги у сослуживца. И тогда казачий круг постановил: изгнать опозорившего себя и свой род земляка с войны! Казачьи формирования в Чечне имели несколько своеобразный статус, во всяком случае право на подобное наказание они имели. Кроме того, они широко оповестили, за что был изгнан парень.

Так и бродил он, неприкаянный. Выбраться из района боевых действий не имел возможности. Знавшие о его преступлении воины других частей и подразделений относились к нему с нескрываемым презрением; только повариха саперного подразделения жалела, тайком подкармливала его - она вообще очень жалостливая была...

Можно спорить, в какой степени соответствовало подобное наказание за данное преступление. По большому счету, молодой казак оказался перед выбором, что предпочесть: покончить с собой, попасть в плен, а то и совершить еще какое-нибудь, более тяжкое преступление... И в то же время нельзя не признать и то, что бродящая вокруг лагеря отторгнутая товарищами от военного братства фигура оказывала на личный состав огромное воспитательное воздействие. Звучит, несомненно, грубо и цинично, ну да только что ж поделать, если это правда.

...Я ничего не знаю о дальнейшей судьбе этого парня - во время командировок на войну на тебя всякий раз обрушивается такой поток информации, что всю ее переварить и уточнить просто не имеешь возможности. А жаль. Очень хотелось бы узнать о том, чем обернулся для молодого казака его проступок.