# Набросок

Дмитрий Андреевич Сухоруков

Он сидел уже второй час в этом кафе с видом на Сите, официант бросал на него нетерпеливые взгляды, но он не обращал внимания на происходящее вокруг. Синим фломастером, который ему дала смазливая стюардесса KLM, он рисовал на салфетках. Шел второй час, а Реньяря всё не было. И это раздражало, но пока не настораживало, трафик. Он как раз думал о том, что совсем не помнит, где именно он впервые увидел Реньяра - Иоханессбург или Порт-Локо, в каждом из этих городов был свой Реньяр. От этих мыслей его отвлек голос девочки лет девяти, она негромко, но восхищенно сказала матери "Смотри, смотри, месье рисует таких смешных покемонов!". Он повернулся и без тени улыбки обратился к девочке "Мадмуазель может выбрать себе любого в подарок". Мадлен не была жадной девочкой, крокодил, хоть и был хорош, и у него в лапах была гармонь, а на голове шляпа-шансонье, но существо небольшого роста с огромными ушами, было значительно симпатичней. Она как раз определилась с выбором, когда дверь кафе распахнулась, и в неё стремительно вошел высокий, худой мужчина.


С самого утра день не задался. Он два раза передал сообщение координаторам, но те настаивали - колонна должна идти сегодня. У них были надежные данные о том, что возле Мосула спокойно. Он хотел бы засунуть в задницу координатору его "источники надежных данных". Вчера машины компании обстреливали дважды. У него было три раненых контрактника и один мертвый водитель грузовика. На улице было сорок градусов тепла и не было ещё и полдня. До выхода колонны оставалось тридцать минут, он встал, сделал себе кофе и снова подошел к карте. Чертова армия, чертова авиация, чертов корпус морской пехоты, чертов Реньяр, чертова Blackwater и конечно будь прокляты заказчики, которым именно сегодня нужно тащить колонну водопроводного оборудования через пол страны, в которой никто и ничего не контролирует. Перед тем, как занять свое место в автомобиле, он ещё раз взглянул на солнце - огромный раскаленный диск, когда оно так палит, ничего не важно, ничего из того, что уже произошло.


Пластины SAPI должны выдерживать до десяти попаданий пули калибра 7.62 с 50 метров, но это вранье. Чертово вранье сопровождает нас всю жизнь, и только смерть правдива, она не приходит в шутку. Он успел подумать об этом, пока тело инстинктивно пыталось ещё заползти в придорожный арык, а потом диск солнца упал на него, и стало уютно и всё равно.

"Смотри, Мадиш, что я тебе принес!", отец наклонился над сыном, тот уже четвертый день температурил, плохо ел и хныкал. Мадиш открыл глаза, улыбнулся, обнял и поцеловал пыльного и бородатого отца. Папа приносил вкусные вещи: орехи, сыр, изюм, шоколад. Всё это было запаковано в герметичные пакеты цвета земли. Сегодня Мадишу ещё досталась картинка, понятно, что "кафир" ничего путного нарисовать не сможет, но это был крокодил, и он был хорош. Мадиш положил картинку под подушку и уснул.