# Собр. Глава 1.

Алексей Суконкин

## Глава 1.


Оглядев себя в зеркало, висящее в коридоре краевого Управления Внутренних Дел, старший лейтенант милиции Славка Савчук остался вполне довольным своим внешним видом. Новая камуфлированная форма отутюжена, сидит ровно. На груди с одной стороны мундира знак окончания высшего учебного заведения и знак парашютиста-отличника, с другой стороны медали "За отвагу" и "За ратные заслуги".

Славе Савчуку предстояло войти в кабинет полковника Ивашова - командира отряда милиции специального назначения Регионального Управления по борьбе с организованной преступностью и представиться о назначении в отряд. Небольшой по численности, но весьма мощный как боевая единица, отряд был главной ударной силой УВД одного из субъектов Российской Федерации. Подчиненный Управлению по борьбе с организованной преступностью, отряд в основном занимался захватами и ликвидациями вооруженных бандитских группировок, действовавших в неспокойном регионе огромной страны. В разные годы существовали и ОМСНы и СОБРы, и только в начале двухтысячных годов подобные отряды привели к одному названию - ОМСН. Но сотрудники продолжали по привычке называть отряд СОБРом. Сути дела это вообще не меняло - отряд все так же смело и умело врывался на бандитские хазы, захватывал бандитов и в лесу и в людных местах, в общем, работал по своему единственному оправданному назначению - силой ломал силу. Можно сказать даже так: Закон в форме сотрудника отряда ломал любое сопротивление лиц, ставших по другую сторону черты, отделяющей черное от белого, добро и зло, мир и войну. Для многих парней служба в таком отряда была несбыточной мечтой и кандидаты, прежде чем надеть форму отряда, проходили просто жесточайший отбор. Везло совсем не многим. Одним из них стал Слава Савчук.

Сказать, что Савчук был рад новому назначению, это значит, что ничего не сказать. Он просто немел от восторга. Входя в кабинет командира, он не мог сдержать улыбку. Душа вырывалась наружу, и сдержать этот порыв он не мог. Разумеется, жесткость, царившая в милицейской системе, особо не приветствовала такие сентиментальности, и командир СОБРа полковник милиции Валера Ивашов сразу спросил:

- Вы чему улыбаетесь, товарищ старший лейтенант?

Слава прикрыл за собой дверь и вытянувшись перед полковником, четко представился:

- Старший лейтенант милиции Савчук. Представляюсь по случаю назначения в отряд. Готов к выполнению любых заданий.

Кабинет командира отряда не блистал особым изяществом. Было понятно, что в этом помещении полковник проводит совсем не много времени, почему и нет той толики уюта, какой бывает в любом обитаемом рабочем кабинете. Мебель отнюдь не новая, явно появившаяся в кабинете после выноса из кабинетов более высоких начальников. Вдоль стен с двух сторон около двух десятков стульев - здесь, по всей видимости, при желании можно собрать весь отряд. На стене огромные китайские ширпотребные часы с намертво замершими стрелками - очевидно, что хозяину некогда поменять батарейки. На двух окнах мощные решетки: внутри тяжелая кованная, снаружи легкая противогранатная. Между окон старый выцветший портрет Лаврентия Павловича Берии. Тяжелые шторы разведены по углам, и плотность материала, из которых они сделаны, явно говорила за то, что эти шторы - только для светомаскировки. На огромном сейфе чучело большого попугая Какаду. Перед сейфом шкаф, в котором за стеклом Слава увидел полдюжины обычных стаканов и обыкновенный графин, будто оставшийся здесь с давних советских времен.

Ивашов мгновенно измерил Савчука своим тяжелым взглядом, и секунду спустя, протянул руку, предлагая рукопожатие. Слава крепко пожал необъятную ладонь полковника, ставя свою кисть в положение, исключающее травмы при сильном сжатии - чем, говорят, очень грешил командир СОБРа.

- Я не слышу ответа... - глаза полковника, казалось, смотрели прямо в душу.

- Я радуюсь тому, что прошел все проверки, все медкомиссии и принят на службу в отряд, - ответил Слава.

- Зря радуешься, Савчук. Здесь тяжелая и изнурительная работа. Здесь каждый день люди рискуют своей головой...

- Но рискуют с головой, - парировал Слава.

Разумеется, полковник Ивашов не первый раз видел Савчука. Подбор в СОБР в первую очередь начинался с рекомендации кого-то из командиров боевых отделений, или лично командира. Действующие офицеры отряда сами подбирали кандидатов, и только после самостоятельной проверки передавали человека на истязание кадровиков. Самостоятельная проверка заключалась не только в совместном распитии алкоголя на природе или в разудалых кабаках - где можно было быстро и с большой точностью установить суть человеческой натуры, но и в весьма изощренных способах, ничего общего не имеющих с руководящими документами кадровых служб. Одним из качеств сотрудника СОБРа является его психологическая готовность к рукопашной схватке. Одно дело избивать кандидата, зачехленного в специальное снаряжение на спортивной площадке в присутствии врача, и совершенно другое - проверять его готовность в несколько неофициальных условиях. И такие условия для кандидатов иногда создают. Например, как-то поздней ночью Славку на улице встретили трое подвыпивших хулиганов...

Савчук имел диплом о высшем инженерном образовании по специальности "радиоэлектроника", а после военной кафедры отслужил два года в армии. Служить ему выпало в другом конце страны - в 21-м отряде специального назначения внутренних войск МВД, который носил весомое название "Тайфун". Служил он в должности командира группы, и служил вполне успешно. Отличная физическая форма и волевой характер позволили ему адекватно чувствовать себя во время командировки в Чеченскую Республику, и что было более для него значимо - успешно пройти испытание на право ношения крапового берета. Два года пролетели для Славки очень быстро, и, вернувшись в гражданскую жизнь, он понял, что в будущем мыслит себя только в силовой структуре. Завод, занимающийся выпуском радиооборудования, под работу на котором он учился в институте, безнадежно стоял в ожидании госзаказа. А других более доступных для него рабочих мест в его родном городе попросту не было. Помыкавшись с полгода по разным шарашкам, Славка сунулся было на работу в милицию - и его взяли бы туда с руками и ногами, но совершенно случайно в тот день милиция проводила задержание особо опасных преступников... а задержание проводил СОБР, приехавший из краевой столицы. И в тот момент, когда Слава пришел в здание РОВД с набором документов, перед входом он нос к носу столкнулся с майором Дмитрием Русиным, с которым в Чечне он не раз проводил совместные спецоперации - Дима от СОБРа, а Славка от отряда "Тайфун".

Дмитрий был одет в горный костюм, бронежилет, разгрузку, наколенники, налокотники, на голове шлем, на плече короткий "кипарис", в общем, весь в боевой "снаряге". Разговорились. Через три минуты разговора к ним присоединился заместитель командира СОБРа подполковник Сергей Васильев, который быстро схватил суть дела. Сергей посоветовал Славке пока попридержать документы, и через пару недель Савчук был приглашен в РУБОП на собеседование. Там он три часа разговаривал с Ивашовым, а затем начались длительные проверки... в числе которых раскидать по асфальту троих хулиганов оказалось самым плевым делом.

- Рискуют с головой... - согласился Ивашов. - И каждый боец твердо знает, за что он идет на бандитские ножи и пистолеты.

Пафос сквозил в его словах, но Славка знал, что это - правда, и он должен был произнести эти простые слова с глубоким смыслом. Они о многом еще могли поговорить, но в этот момент раздался телефонный звонок по внутренней связи и Ивашов поднял трубку:

- Ивашов, внимательно!

Слава не слышал, о чем шла речь в телефоне, но полковник изменился в лице: как-то неуловимо он ожесточился, сосредоточился. Сказав "есть", полковник положил трубку, чтобы тут же поднять ее снова, и набрать нужный номер:

- Васильев, боевая готовность, грузитесь в УАЗик всем составом. Иметь с собой "снарягу" - будем работать в окна. На Некрасовской опера проводили бралово бандосов, но что-то там лоханулись. Клиенты закрылись в адресе на шестом этаже, вооружены пистолетами и дробовиком. Есть заложник. Я сейчас буду.

Валера бросил трубку и посмотрел на Савчука:

- Слышал всё? Поедешь со мной в качестве офицера связи.

- Есть, - Слава кивнул.

Все закрутилось и завертелось. В работу и без того мощной правоохранительной машины, где-то допустившей прокол в своей деятельности, подключилась последняя инстанция - подразделение, основным предназначением которого являлось силовое преодоление любого бандитского сопротивления. Небольшой по численности специальный отряд милиции имел на вооружении все, что требовалось для успешной борьбы с криминалом в современных условиях. В свою историю отряд вписал сотни задержаний вооруженных бандитов, десятки операций по освобождению заложников, несколько командировок в Чечню и Дагестан. Бойцы отряда профессионально умели ломать бандитское сопротивление...

В расположении отряда первое отделение снаряжалось по полной боевой экипировке. Майор Русин обернулся:

- О, Славик! Здорово! Представлялся командиру?

- Только что от него. Только представился, а тут звонок по телефону. Говорят, что-то на Некрасовской...

Дмитрий надел на себя тяжелый бронежилет и принялся подгонять застежки. Чисто механически Слава начал помогать ему, хотя майор даже не просил.

- Нам сообщили, что розыск пытался задержать троих подозреваемых, даже дверь в адрес открыли, но бандосы открыли огонь, одного опера подстрелили...

- Насмерть?

- Не знаю. Другой опер ухватил раненого за шиворот, и вытащил из адреса. А бандюки дверь следом закрыли. Пацана увезли в больничку.

Слава помог еще кому-то поправить снаряжение - и эту помощь безоговорочно приняли, взвалил на себя объемный рюкзак с альпинистским снаряжением и отделение начало загружаться в УАЗ-таблетку. С "болгаркой" в руке последним к машине подошел Русин.

- Садись... - кивнул он Славке и тот полез в салон.

Там подвинулись, и он пристроился на сиденье. Водитель завел мотор, и машина двинулась на выход с территории краевого Управления внутренних дел в город. За шлагбаумом уже стояла в ожидании "Волга" командира отряда, в которой помимо Ивашова на операцию выехали двое психологов, которые должны были вести переговоры. За машиной спецназа двинулись еще три машины патрульной службы с вооруженными сотрудниками для создания оцепления вокруг места проведения операции.

- Это что за тело? - вдруг весьма развязно спросил один из бойцов, лицо которого уже скрывала черная маска. Его рука в боевой перчатке шевельнулась в сторону Славы. - Весь такой модный, с медалями?!

- Федя, это твой новый боевой товарищ, - сказал Дмитрий с первого сиденья, обернувшись в пол-оборота. - Познакомься. Будет проходить службу в нашем отряде.

- Слава, - протянул Савчук руку.

- Федор, - отозвался боец, и, не снимая перчатку, подал руку.

Слава пожал крепкую ладонь, и тут же к нему протянулось еще несколько рук с разных сторон:

- Саня.

- Серега.

- Руслан.

- Иван. Можно просто - Иван Иванович.

- Михаил.

Слава пожал всем руки, глядя каждому в глаза, но запомнить в лицо кого как зовут, было непросто - все бойцы были в масках. Кто-то из бойцов это понял и рассмеялся:

- После бралова познакомимся еще раз!

Слава кивнул.

С работающими мигалками небольшая колонна неслась по людным улицам большого города. Гражданские машины прижимались в стороны, пропуская милицию. Время от времени водитель "Волги" в мегафон требовал от участников движения "прижаться вправо" или "уступить дорогу". Слава через тонированное стекло смотрел на пешеходов, водителей проезжающих мимо машин, и почему-то подумал, что эти люди по-настоящему счастливы, так как большинству из них неведом ужас войны, неведом бой, в котором тебя могут убить в любой момент, неведом вкус крови и запах смерти. Эти люди - живут настоящей жизнью, что-то создают, что-то производят, ходят на работу, воспитывают детей... но когда появляются какие-то выродки вроде тех, кто захватил сейчас заложников, на защиту должен встать тот, кто умеет защищать. Защищать, даже рискуя собственной жизнью - ради жизни остальных...

Защитники сидели в салоне УАЗа и напряженно смотрели по сторонам. Им сейчас предстояло идти под пули бандитов, которые уже запятнали себя чужой кровью.


* * * * *


Машины подъехали к неприметной серой панельной девятиэтажке, вокруг которой уже было выставлено несколько милицейских постов, было видно с десяток бойцов ОМОНа, занявших огневые позиции по всему двору. Толпы любопытствующих граждан были оттеснены на достаточное расстояние. Резала глаза своим разноцветием пустая детская площадка во дворе дома. Слава посмотрел на серые панели девятиэтажки - казалось, что от них повеяло страхом смерти.

Из "Волги" вышел Ивашов, подошел к машине с боевиками СОБРа и, приоткрыв дверь, заглянул внутрь:

- Дима, сидите пока в машине, и не высовывайтесь, а мы с Савчуком будем находиться при штабе. Как только будет решение на штурм, я пришлю к вам Савчука с планом. Яволь?

- Окейно, шеф, - кивнул Русин.

Слава вышел из машины и пошел за полковником туда, где высокое начальство организовало в ОМОНовском автобусе штаб проведения операции по нейтрализации бандитов. Туда же подошли и психологи.

Психологами оказались интеллигентного вида мужчина лет сорока и миловидная девушка лет двадцати пяти со стройной фигурой и лилейным голоском. Увидев, что Слава непроизвольно засмотрелся на нее, Валера одернул своего подчиненного:

- Даже не думай! Это дочь председателя городского суда. СОБРовцам особо было указано, не подбивать к ней клинья. Наверное, папочка ищет ей пару в среде закрытого судейского сообщества...

- Да я ничего и не думал... - пожал Слава плечами.

- А то я не вижу, как у тебя глаза загорелись? Согласен, ничего так бабец. Одна корма чего только стоит... но нам запрещено. Потом как-нибудь расскажу, почему. А еще лучше, спроси у своего кореша - Дмитрия...

Слава посмотрел на командира. Вот уж от кого он не ожидал таких слов.

В это время появился генерал Качалов - начальник краевого управления внутренних дел. С его появлением штабные полковники зашевелились, забегали подполковники, пропали с поля зрения майоры. Качалов посмотрел на медали Савчука:

- Это что еще за клоунада?

- Это мой новый сотрудник, - быстро сказал Ивашов. - Пришел представляться, как положено, а тут тревога. В чем был, в том и поехал.

- Кто мне доложит ситуацию? - спросил генерал, потеряв интерес к Савчуку, забираясь в автобус, и усаживаясь в мягкое кресло.

- Разрешите? - обратился начальник криминальной милиции края полковник Ватагин.

- Давай... - махнул рукой генерал.

- Вчера розыск установил место нахождения подозреваемых в вооруженном ограблении инкассаторов, совершенное три дня назад. Тогда, как вы помните, был убит один инкассатор и еще один был ранен. Похищено семь миллионов рублей. Подозреваемых трое: некто Витохин 1981 года рождения, Сангажапов 1974 года рождения и Керимов 1982 года рождения. Все ранее судимы за грабежи и убийства. Кроме нападения на инкассаторов, есть оперативная информация об их причастности к похищению и убийству предпринимателя Оганесяна, и убийству с последующим ограблением квартиры, гражданки Зиминой.

- Межнациональная группировка... - покачал головой генерал. - И весь набор за ними... что еще?

- Утром на их задержание выехали оперативники уголовного розыска, и под видом заливаемых снизу соседей, им удалось войти в коридор квартиры. Потом, со слов оперуполномоченного Улогова, Сангажапов опознал в них сотрудников милиции, и сразу открыл огонь из пистолета. Тяжело ранил оперуполномоченного Зуева. Улогов вытащил раненого из квартиры, после чего бандиты забаррикадировали дверь. Спустя несколько минут они пытались перебраться по балкону в соседнюю квартиру, но снизу оперуполномоченный Шурыгин огнем из автомата пресек эту попытку. Сейчас бандиты сидят в квартире и требуют их выпустить, в противном случае угрожают убить заложницу.

- Что за заложника? - спросил генерал.

- Некая Анна Черная. Проститутка. Они вызвали ее на ночь до утра.

- Да... - буркнул генерал. - Повеселилась девушка. Бандиты еще какие-нибудь требования выдвигают?

- Просят машину и свободный проезд за город.

- Психологи-переговорщики с ними работали?

- Еще нет, - отозвался Ивашов. - Мы только приехали.

- Начинайте переговоры, - сказал генерал, и повернулся к Ивашову: - Валера, а ты предоставь мне план на случай штурма. У тебя двадцать минут.

- Мне нужен Улогов.

- Он сейчас в подъезде, - сказал начальник "криминалки".

- Хорошо, - кивнул Ивашов и вышел из автобуса.

Слава ждал его снаружи.

- За мной, - коротко бросил полковник и быстрым шагом двинулся в сторону дома, в котором засели бандиты.

В подъезде им преградили путь бойцы патрульно-постовой службы и оперативники, которые блокировали подъезд. Ивашов показал удостоверение и спросил Улогова. Сказали, что опер возле квартиры. Офицеры поднялись на пятый этаж. Здесь стояло пять человек, трое в бронежилетах и касках - омоновцы, двое по гражданке.

- Кто Улогов? - спросил полковник.

- Я, - отозвался человек в гражданке.

- СОБР, - представился Валера. - Полковник Ивашов.

В этот момент Слава перехватил на себе уважительные взгляды сотрудников милиции. Они и его считают настоящим головорезом, и никому невдомек, что Слава работает в этой системе только первый день...

- Показывай, где адрес, - попросил Ивашов.

Улогов указал на одну из квартир на шестом этаже:

- Двухкомнатная квартира, окна выходят на ту сторону, подъезд не просматривается. Они полезли на соседний балкон, но Шурыгин из автомата произвел несколько выстрелов по стене дома, и они больше лезть не пытались. Если думаете входить в квартиру с соседнего балкона, не рекомендую.

- Почему?

- Похоже, что один из них сидит сейчас на балконе, и если он услышит шорох, то это тут же отразится на девочке. Не успеете войти, как они ее кончат.

- А девочка точно есть? Или они это придумали?

- Точно есть. Я уже общался с "фирмой", откуда они ее вызывали. Да и слышно ее было. Хочешь, давай поговорим с ней...

Опер прошел чуть по лестнице и крикнул:

- Витохин! Олег! Мы тут думаем о том, чтобы вам дать машину, но у нас нет уверенности, что Аня жива. Пусть подаст голос!

Некоторое время за дверью была тишина, но потом мужской голос надрывно закричал:

- Не гони пургу, ментяра, нет никакой машины, вы нас отсюда не выпустите. Слишком многое уже за нами.

- Пусть Аня голос подаст! - крикнул Улогов. - От этого сильно зависит твое будущее!

- Где машина?

- Только после того, как я услышу голос Ани.

Некоторое время было тихо, но потом раздался женский голос:

- Они меня убьют, если кто-то попытается войти в квартиру! - потом раздалось надрывное рыдание.

- Аня, - подала голос психолог. - С тобой ничего страшного не случится, потому что Олег здравомыслящий человек, а мы готовы выполнить некоторые его требования! Только требования его размыты, пусть он определится, какая ему нужна машина, как он будет выходить...

Слава не заметил, как психологи поднялись на площадку между пятым и шестым этажом. Миловидная с виду психолог говорила твердым и уверенным голосом - как будто занималась переговорами каждый день. Она оперлась на лестничные перилла, и будто вся обратилась в одно большое внимание - будто для нее ничего другого не существовало вокруг.

- Это кто еще там такой умный? - истошно крикнул Витохин. - Эй, менты, вы что за бабу мне подсовываете?

- Олег, она разговаривает только с Аней, - в дело подключился второй психолог. - А я сам буду вести переговоры с тобой.

- А ты кто? Какие у тебя полномочия? Какие будут гарантии?

Как бы ни была трагична обстановка, все стоящие на лестничном марше улыбнулись: бандиты, насмотревшись фильмов, явно были в курсе как вести переговоры. Набрались таких слов, как "полномочия" и "гарантии".

- Я генерал Качалов, - соврал психолог, - начальник краевого УВД. У меня самые высокие полномочия. Значит, вы требуете машину?

- Да, давай машину, генерал. А то мы порешим шлюху...

Ивашов тронул за плечо Улогова:

- Слышь, какие в адресе окна? Пластиковые?

- Нет, обычные.

- Балкон застеклен?

- Да, застеклен. Они когда хотели прорваться на соседний балкон, ставни открывали, сейчас закрыли.

- Это хорошо, - кивнул Валера.

- Почему? - не удержался и спросил Слава.

- Потому что они не смогут видеть, что творится сверху, а высовывать голову не будут. Снайпер не позволит. Сейчас я Руслана с мелкашкой посажу в доме напротив, и пусть долбит по балкону.

- А вы сверху зайдете? - спросил Улогов.

- Пока не знаю. Может быть. Пошли, посмотрим квартиру выше.

Офицеры поднялись этажом выше.

- Хозяев эвакуировали? - спросил Ивашов, звоня в квартиру.

За дверью сохранялась тишина.

- Наверное, эвакуировали, - предположил Улогов.

- Озадачьте участкового, чтобы нашел хозяев, - сказал Ивашов. - Нужен ключ от квартиры.

Улогов по рации передал просьбу командира СОБРа участковым инспекторам. Квартиру на восьмом этаже открыла перепуганная женщина.

- Майор Улогов, - представился опер, - разрешите пройти? Нам нужно осмотреть балкон...

- Проходите... - растерянно кивнула женщина.

- Мы не разуваемся... - констатировал Валера непреложный факт, и двинулся к балкону.

На балконе он свесился вниз, осмотрел нижние балконы.

- Пошли на крышу.

Ход на крышу милиция уже открыла - через верх эвакуировали некоторых жильцов квартир, расположенных выше захваченной. На крыше пробыли недолго. Полковник быстро осмотрелся, и, махнув рукой, направился вниз. На шестом этаже он обратился к психологам:

- Ирина, есть подвижки?

- Нет Валерий Иванович. Твердят одно и тоже. Машина, свободный проход, убьем девушку. Похоже, что они ширнулись наркотой. Языком еле ворочают.

- Как считаешь, это плохо?

- Зависит от личностных качеств. Но они все равно еще сильно возбуждены, хотя с момента попытки задержания уже прошло три часа. Обычно к этому времени люди уже начинают реально осознавать происходящее и четко обдумывать свои действия.

- Значит, переговоры пока результатов не дают?

- Пока результатов нет.

- Ясно.

Вернувшись в штаб операции, Ивашов изложил генералу свой план:

- С крыши спускаются два бойца, выносят окно, бросают внутрь "зарю", после взрыва входят в адрес. Вторым эшелоном спускаются еще двое. Снайпер будет контролировать балкон с соседнего дома. Группа уголовного розыска ожидает завершения наших действий на лестничной площадке. Один из моих бойцов, входящий в адрес, будет иметь только одну задачу - любой ценой открыть входную дверь и обеспечить вход в адрес оперативно-следственной группы. Сразу после разрыва гранаты опера с площадки начинают сильно долбить в дверь, отвлекая внимание...

- Жизнь заложника?

- Товарищ генерал, мы ее убивать не будем, а как бандиты поступят, мне не известно. Но опыт подсказывает, что когда у них там взорвется "заря", думать о заложнице они будут в последнюю очередь.

- Хорошо. Готовьтесь и ждите моей команды.

Ивашов и Савчук подошли к машине. Полковник начал ставить боевую задачу отделению Русина:

- Значит так, в адресе находятся трое вооруженных бандитов и заложница. Заходить будем через крышу, Саня ты, и ты, Серега, пойдете первыми. Все как обычно: в начале "заря", потом входите сами. Следом спускаются Федор и Иван. Сережа, твоя задача - пройти к входной двери, и разблокировать ее. С той стороны будет в готовности находиться группа уголовного розыска - они будут долбить в дверь, отвлекая внимание клиентов. Руслан, берешь "мелкан", СВД и поднимаешься в этот дом. С тобой будет участковый - тебе откроют любую квартиру, какую посчитаешь удобной для стрельбы. Как только будешь готов, получишь задачу. Через час приедет второе отделение, они уже почти все собрались, сейчас снаряжаются, вооружаются и выезжают. Все, работаем.

Слава взвалил на себя альпинистское снаряжение, и пошел вслед за Русиным.

Как ни показалось странным, Русин запретил пользоваться лифтом, мол, если бандосы услышат движение лифта снизу на самый верх, то сделают однозначный вывод о подготовке штурма в окна. Пришлось всем подниматься пешком, а Славке еще и тащить все снаряжение. На крыше быстро определились, где и что привязывать, и начали закреплять снаряжение для спуска бойцов. Слава суетился со всеми наравне. Через несколько минут снаряжение было закреплено, Саня и Сергей находились в полной готовности к спуску.

Ивашов по рации запросил генерала о начале работы, но тот отказал, мотивируя тем, что переговоры идут конструктивно и преступники готовы отпустить заложницу. Вместе с Савчуком через вход на крышу, полковник спустился на шестой этаж. Еще с седьмого этажа уже был слышан голос Ирины:

- Олег, вот ты здесь наговорил генералу столько, что и за три часа не сделаешь. Генерал ушел, давай с тобой поговорим без всяких понтов.

- Что ты мне можешь сказать? Сейчас нас спецназ раздолбит, ты уйдешь домой к своему мужу, а наши мертвые тела отвезут в морг... о чем мы можем с тобой говорить в трешку слов?

- Олег, я знаю, что тебя обвиняют в нескольких преступлениях, не мне судить, почему ты так поступил, но подумай о своих близких. Для них ты как был сыном и братом, так и остаешься. Генерал приказал привезти сюда твоих близких...

- Эй, пилотка, заткни свою пасть... - в разговор влез еще один голос. - Твоя работа - только залить нам в уши...

Ирина повернулась к Ивашову:

- Вот... я только начинаю Олега "разводить", как вмешивается Сангажапов, и все мои наработки рушатся.

- Значит...? - спросил полковник с намеком.

- Вам решать, - сказала Ирина. - Они опять на взводе, вполне допускаю, что сейчас начнут отрезать заложнице пальцы или уши.

- Генерал в курсе?

- Антон Иванович пошел к нему, ситуацию разъяснять, так что, наверное, вам скоро дадут отмашку.

В этот момент Ирина впервые посмотрела Славе в глаза. Савчук невольно залюбовался ими, обмер, как мальчишка. Ему вдруг показалось, что Ирина смотрела на него чуть дольше, чем это необходимо при взгляде на незнакомого человека. Может быть, она смотрела на него, а может, на его блестящие не к месту медали?

Русоволосое каре, голубые бездонные глаза, мягкий, но уверенный в себе голос, явно спортивная, изящная фигурка... Слава застыл, залюбовавшись этой красотой, но тут его толкнул в бок Ивашов:

- Старлей, очнись... двигай наверх. Передай Русину, что сейчас будем работать.

Пелена сошла с глаз, и Слава метнулся по лестнице наверх. Находясь на пролет выше, он снова посмотрел на Ирину. Сейчас она стояла к нему спиной и о чем-то говорила с участковым уполномоченным.

Русин воспринял слова Ивашова как должное.

- Внимание отделение, готовность номер один. Серега, ледоруб готов? Саня, где "заря"?

Сергей показал Русину закрепленный на запястье ледоруб для разбивания стекол. Саня показал светошумовую гранату.

- Оружие?

Оба показали пистолеты Стечкина, пристегнутые на револьверные шнуры.

Бойцы стояли спиной к тридцатиметровой высоте, готовые в любой момент начать спуск. Вторая пара, Федор и Иван, держали в руках бухты веревок, с таким расчетом, чтобы при начале спуска концы не свисали вниз, не демаскировали начало операции. По мере спуска первой волны они будут отдавать веревки вниз. Когда пойдут сами, смысла таиться уже не будет. Слава стоял рядом, чувствуя, как заводится в бешенном ритме сердце. Кровь стучала в висках, словно молот, а руки начали мелко дрожать. Это наступало боевое возбуждение, хорошо знакомое ему по операциям в Чеченской Республике.

Но здесь была не Чечня, а краевой центр одного из Субъектов Федерации огромной страны. Мирный, тихий и спокойный город. Город, в котором трое выродков захватили заложника и выдвигали свои преступные требования.

На крыше появился Ивашов:

- Всем предельная готовность.

Схватил рацию:

- Третий, как только в адресе рванет "заря", всех вооруженных, кто появится на балконе, гаси по конечностям. Понял?

- Наших тоже? - нашел место для шутки снайпер.

- Как захочешь, - парировал командир.

- Хорошо понял, первый. К работе готов.

В доме напротив, Руслан, через прицел мелкокалиберной винтовки, рассматривал балкон и окна заблокированной квартиры.

- Ждем приказ генерала, - сказал Ивашов.

У полковника зазвонил сотовый телефон, и он, вынув трубку из кармана, ответил:

- Внимательно!

Не было слышно, о чем ему говорили, но его лицо помрачнело.

- Я понял. Учтем в работе.

Отключившись, он явно было хотел что-то сказать окружающим, но в этот момент по рации на него вышел генерал:

- Валера, прибыло твое подкрепление, - генерал иногда даже прилюдно обращался к командиру СОБРа по имени.

- Хорошо, - кивнул полковник. - С началом операции Васильев "болгаркой" режет петли на дверях. Если в ходе штурма с окон будет задержка, в адрес будет входить второе отделение через спиленную дверь. Это мое решение.

- Понял тебя. Одобряю. Приступайте к операции как будете готовы.

- Есть! - бодро отозвался Ивашов, и обратился уже к своим подчиненным: - Все, есть команда.

Валера вышел по связи на своего заместителя, который приехал вместе со вторым отделением и поставил ему задачу на срезание петель металлической двери. Задача первого отделения не менялась.

Когда Васильев доложил о своей готовности к распиловке петель, Ивашов перекрестился:

- Приступаем. Саня, Серега, с Богом!

Саша и Сергей встали на парапет и, натянув веревки, заступили за него на стену. Начали спуск. Федор и Иван поддерживали веревки, чтобы они не свисали ниже полуметра от штурмовиков и не подали бандитам раньше времени сигнал опасности.

Спустившись до седьмого этажа, бойцы перевернулись головами вниз, Сергей удобнее перехватил в руке ледоруб. Саня держал в руке гранату.

Слава с напряжением смотрел сверху на них, чувствуя, как все его жилы замерли в ожидании наступления развязки. Вот так смотреть на твоих товарищей, идущих в пасть смерти, гораздо тяжелее, чем работать самому.

Ивашов перегнулся через парапет, контролируя работу подчиненных, и вдруг предельно членораздельно сказал в рацию:

- Саня, мне передали, что раненный опер капитан Зуев только что умер в больнице. Стрелял Сангажапов. Начинайте штурм! Восьмой! Режьте дверь!

Слава пригнулся ближе к парапету, чтобы не дай Бог не выпасть, увлекшись наблюдением за ходом операции.

Сергей немного отпустил "десантер" и рывком опустился на метр ниже. Тремя-четырьмя резкими ударами ледоруба он вынес стекло в верхней части окна, и Саня в то же мгновение забросил туда "зарю".

Раздались какие-то сдавленные крики, наполненные ужасом, но уже никакая сила не могла остановить начавшийся штурм. В это время во входную дверь начали долбить кувалдой и резать петли, больше для того, чтобы отвлечь внимание бандитов.

Не дожидаясь разрыва гранаты, Саня и Сергей вернулись в положение головой вверх и спустились на уровень окна, приводя в готовность свое оружие. В этот момент в квартире полыхнуло, зазвенело стекло, бойцы, оттолкнувшись ногами от стены дома, с размаху, как на качелях, влетели в окно. Первым был Саша. Он ухватился за раму, отпустив веревку. Следом за ним в окно влетел Сергей, толкая в спину своего напарника.

- СОБР! Всем на пол! - крикнул Саня во всю мощь своих легких. - Работает СОБР!

Он ввалился в комнату, упал, как попало, и тут же на мгновение повернулся, контролируя вход своего товарища на предмет подстраховки. Но Сергей нормально ухватился за ту же раму, и уже всем своим весом находился в комнате. Отстегнуться от страховки - дело долей секунд, если ты это тренируешь каждый день по нескольку раз...

Срывая шторы, путаясь в них ногами, Саня рванулся вперед. Впереди на корточках сидела девушка, закрывая руками голову. Не обращая на нее внимания, боец быстро шагнул в коридор. Здесь он встретил первого представителя мужского пола, который тут же был им прижат к стене. Саня несколько раз ударил бандита свободной от оружия рукой в голову, коленом в пах и солнечное сплетение. Человек был вооружен обрезом, но после шока от разрыва гранаты, он еще не пришел в себя и не понимал, что с ним сейчас происходило. Саня вырвал обрез, и отбросил его назад, в комнату, в которую он влетел на веревке.

Человек, получив дозу мощных ударов, рухнул на пол и более не проявлял признаков беспокойства. Его нужно было вязать, но все же Саня шагнул дальше, уже чувствуя за спиной дыхание напарника.

- Туалет! - крикнул Сергей, но Саня пробежал мимо, рванувшись в кухню.

Там он увидел мелькнувшую тень, и кинулся, как сторожевой пес на движение. В кухне лез к окну второй бандит. Под ноги полетела табуретка, и Саня чуть не упал вдоль узкой кухни, но успел перепрыгнуть через нее.

- Лежать! Руки!

Человек повернулся и Саня увидел в его руке пистолет. Не хватало какого-то мгновения, чтобы успеть перехватить вооруженную руку, не хватало совсем чуть-чуть...

Выстрел пришелся бойцу в грудь, но Саня по инерции долетел до стреляющего, и ухватив вооруженную руку, выворачивая кисть на излом, навалился всем своим весом на бандита, прижимая его к полу. Ударил с силой тяжелым шлемом в голову. Бандит орал что было сил, но второй выстрел Саня сделать ему уже не позволил.

- Сука, я тебе сейчас твой ствол в очко засуну! - крикнул боец, выворачивая руку с пистолетом до чувствительного хруста в суставах.

- А-а-а... - это уже был крик, преисполненный боли...

Саня отпустил свой пистолет, и он повис на ремешке. Освободившейся рукой он достал из разгрузки наручники и быстро застегнул их на запястьях преступника. Затем завалил его на пол, и несколько раз ударил ногой в бок. Чтоб не дергался.

В это время Сергей нашел третьего клиента лежащим в смежной комнате под кроватью - он там прятался. С новым хрустом стекол в квартире появились Федор и Иван. Федор помог вытащить из-под кровати бьющееся в ужасе тело, а Иван сковал того, который валялся после "Санобработки" в коридоре.

За входной дверью визжала "болгарка" и била кувалда. Дверь уже заметно трещала. Нужно было действовать быстрее. Саня поднял своего подручного:

- Фамилия? Быстро!

- Керимов... - отозвался визгом бандит.

Саня бросил его на пол, и двинулся в комнату. В этот момент откуда-то появился Славка, который присел возле девушки-заложницы. Саня чуть было не дернулся на новое тело, но сдержался - перед ним уже стояла другая цель, а все заявленные в боевой задаче бандиты были обезврежены. Впрочем, еще нужно было довершить некий акт правосудия...

Второго Саня поднял рывком:

- Фамилия?

- Витохин... - провыл человек.

Саня бросил его и шагнул дальше.

- Фамилия?

Человека только что жестко достали из-под кровати, и его трясло крупной дрожью.

- Ну, живо! - Саня ткнул бандита в печень своим увесистым кулаком, уже понимая, какой будет ответ.

- Сангажапов...

- Он, - кивнул Федор.

- Ствол... - шепнул Саня.

Федор подхватил с пола найденный тут же, под кроватью, заряженный тэтэшник, и два раза выстрелил из него в стену возле входа в комнату. После этого он толкнул бандита к противоположной стене, Иван отпустил руку, более не удерживая преступника. Может быть, бандит что-то и успел понять, но для него было уже поздно. Саня два раза выстрелил ему в грудь, и Федор толкнул обмякшее тело за кровать.

- Это тебе за убитого опера, - сказал Федор вполголоса.

Несколько мгновений бойцы смотрели друг на друга. Упавшее тело несколько раз дернулось.

- Я вошел, - быстро сказал Саня, - он стоял за койкой. Он выстрелил в меня два раза, я в ответ выстрелил в него.

- Все ровно, Саня, - сказал Иван, и добавил уже в рацию: - Первый, мы закончили. Все чисто. Один пытался сопротивляться, получил две пули. Нужен врач... хотя, наверное, лучше труповозка.

В комнату заглянул Слава. Пришло время удивляться.

- А ты как здесь? - спросил Саня.

- Спустился по веревке за вами.

- Без снаряжения? - спросил Иван.

- Без него, - подтвердил Савчук. - Ничего сложного.

- Надеюсь, что ты все правильно понял? Молодой? - спросил Саня, направив на Савчука свой пистолет.

- Остынь, - спокойно сказал Слава. - Это правило мне знакомо. Око за око.

- Ну смотри... - покачал головой Саша, пряча пистолет в карман разгрузочного жилета. - Если что, не осерчай.

Открыли входную дверь, и в квартире сразу стало многолюдно и шумно. Оперативники уголовного розыска и следователи прокуратуры приступили к выполнению своих обязанностей: документированию проведенной операции. Задачи спецназа были выполнены на все сто - они сломили сопротивление преступников и обеспечили вход в квартиру оперативно-следственной группы.

СОБР покинул квартиру так же быстро, как и вошел в нее. Когда Слава выходил из квартиры, в коридоре он встретил Ирину. Она с удивлением посмотрела на него, не понимая, как он оказался в штурмуемом адресе, но ничего не сказала.

Собрав на крыше все свое снаряжение, отделение вернулось в машину и двинулось в расположение отряда.


* * * * *


В машине Сергей снял, наконец-то маску, и Славка, увидев лицо бойца, подумал, что уже где-то встречался с ним раньше.

Въехав на территорию Управления, бойцы быстро перетащили в расположение свои "специальные" пожитки. Второе отделение приехало немного позже - они обеспечивали конвоирование задержанных живых бандитов в следственный изолятор, хотя после силового воздействия Саши Морозова, или как шутили бойцы отряда, "Санобработки" (вкладывая в это слово имя Морозова), их впору было везти в больницу.

В раздевалке Ивашов заявил громким голосом:

- Не расслабляемся! Смена еще не закончилась. Кто там уже собрался отмечать успех? Федя?

- Командир, да как ты мог такое про меня подумать, - Федор начал отмахиваться. - Я же не конкретно сказал, а в общих чертах. Это не значит, что я уже прямо сейчас буду бухать...

Федя Савельев оказался самым старым бойцом в отряде. В свои неполные сорок четыре года, будучи ровесником командира, майор Савельев еще вполне справлялся со своими обязанностями наравне с молодежью отряда. Федор шесть раз был в Чечне, буквально не вылезая из командировок. Дважды был ранен, в первой чеченской, даже очень серьезно - почти год провел в госпитале. Но потом снова вернулся в отряд, по протекции начальника Управления, с которым он и был в Чечне в момент своего ранения, прорываясь из окруженного Грозного в период августовских боев страшного 96-го.

- Значит так, - продолжил командир. - Похоже, что сейчас к нам явится доблестная прокуратура, и будет пытать по штурму. Всем, кто заходил в адрес, отработать легенду, чтоб от зубов отскакивала. Савчук, - полковник шагнул к Славе, резко схватил старшего лейтенанта за грудки и с силой встряхнул: - Какого черта ты полетел в адрес? Я тебе приказывал?

- Товарищ полковник, виноват. Вдруг бы там моя помощь понадобилась. Знаю, что поступил неправильно, но не смог удержаться, - захлопал Слава глазами.

- А если бы ты своих товарищей подвел? Ты без оружия, без защиты... скажи спасибо, что они же тебя там не пристрелили! Ты сам в таких делах был, и знаешь, что сознание в это время работает только по полученной задаче, и боец не думает, когда кого-то ломает. Если тело не в снаряжении - значит, это клиент! Или ты с первого дня своей службы уже начал косячить?

- Виноват, товарищ полковник, - Слава потупил свой взор. - Исправлюсь.

Ивашов отпустил хватку, и Слава начал поправлять свой помятый китель. Полковник метнул взгляд на Русина:

- Принимай своего кореша в отделение!

- Есть, - Дмитрий встал.

- И смотри, чтоб за ним такого лихачества больше не водилось. А то долго он у нас не пробудет. Несдержанность у нас не в чести. Яволь?

- Так точно, ясно! - отозвался Слава.

- Пусть вникает в работу, получает имущество, определи ему оружие и защиту. В общем, принимайте в коллектив нового бойца.

Ивашов вышел из помещения.

- Ну что стоишь? - спросил Савчука Федор. - Беги за бутылкой.

- Нет, - остановил уже дернувшегося Славу Русин. - Командир правильно сказал: закончим смену, а потом и присядем.

Минут через тридцать отделение ушло обедать в столовую, находившуюся в здании краевого Управления внутренних дел. Многие сотрудники аппарата управления уже знали о том, что СОБР успешно провел освобождение заложницы, и со всех сторон сыпались поздравления.

Слава сел за столом с Саней, Сергеем и Федором. Саша Морозов, имея небольшой рост, был весьма широкоплеч, и, по всей видимости, прожорлив - без всякого ложного стеснения он уставил стол двойным обедом с кучей разных салатов, и принялся все это поглощать. Соратники, с улыбками на лицах, тут же начали его подначивать:

- Саня, а почему тебя не рвало, когда ты на веревке вниз головой висел? Ты же перед выездом два завтрака сожрал?

- У меня никогда ничего назад не лезет, если я это уже проглотил... - не моргнув глазом, отозвался Морозов, уминая борщ. - У меня в горле есть специальная перегородка, появившаяся естественным путем.

Федор посмотрел на Славу:

- Слышь, в натуре, а чего ты за нами в адрес ломанулся?

Слава пожал плечами:

- Не знаю. Даже подумать не успел, как оказался за парапетом. А там только в окно выход был...

- А где раньше служил?

- После института взяли в армию на два года офицером. Попал в 21-й отряд спецназа Внутренних Войск. Был в командировке в "Чехии". Краповый берет.

- Коротко, но весомо... - кивнул Федор. - Медали свои в Чехии заработал?

- А где ж еще? В ней.

- У нас половина отряда в мирное время ордена получила.

- Правда, вторая половина - все на той же войне, - парировал Сергей. - Когда проставляться будешь?

- Да? - загорелся Федор. - Когда?

- Да хоть когда... - кивнул Савчук. - А когда будет времени больше? Может, между сменами?

- Может быть, - согласился Федор. - А ты попроси командира, чтобы он выделили время на наше отделение...

- Шутишь? - Слава посмотрел на Федора.

- Нет, - совершенно серьезно отозвался майор. - Ивашов сам определяет, когда нам пить, а когда воевать. Так заведено было еще до него, и так будет после него...

- Ясно, - кивнул Слава.

В это время Морозов уже отодвинул от себя все свои опустошенные тарелки, управившись с едой раньше всех.

- Вот проглот, - констатировал Сергей. - Сколько ему не давай, все сжирает...

- Ты поговори еще... - Саня икнул и полез ухватить Сергея за воротник, но тот парировал руку и увел ее в сторону.

Когда вернулись после обеда в расположение, Ивашов повел всех в спортзал. Как оказалось, небольшой спортзал был полностью отдан СОБРу, и они проводили в нем практически все свободное от боевых операций или учебно-полевых выходов время. Редкого посетителя пускали в этот зал собственники.

Слава снял китель, футболку и сразу, без предварительного разогрева сел за один из станков - прокачать дельту. Бойцы начали разогреваться, сам командир несколько минут скакал со скакалкой.

- А ну, Савчук, подойди... - полковник отбросил скакалку в сторону и встал в центре спортзала.

Слава обратил внимание, что все затихли. Это его насторожило. Он встал из-за станка, и, сделав в целях разминки, маховое круговое движение руками, направился к командиру.

- А такой ли ты рукопашник, как говоришь о себе? - спросил Валера, сжимая кулаки.

Это движение Слава уловил...

- А вы, товарищ полковник, у Сергея спросите, - усмехнулся Савчук. - Ведь он был, среди тех троих, которые спросили у меня закурить одной прекрасной ночью пару месяцев назад...

- Верно, - кивнул Ивашов. - Был он там... правда, Серега? - полковник метнул взгляд на своего подчиненного капитана Сергея Архипова.

- Было дело, - улыбнулся капитан. - Что ж ты, Слава, закурить мне не дал? Зачем сразу в пятак человека бить? Что, правилам хорошего тона в школе не учили?

Архипов был выше Савчука ростом, был он скорее жилист, с обманчиво-худощавым лицом, и по всему было видно, что обладал он и реакцией и необходимой для профессионального бойца гибкостью. Правда, в одежде он казался не таким грозным, как с голым торсом. Подтверждали бойцовский профессионализм сбитые в вечные мозоли костяшки пальцев.

- После двадцати двух часов на улице правила не действуют, - сказал Слава, внутренне напрягаясь в ожидании атаки. - А в Чечне вообще приучили - комендантский час, можно стрелять без предупреждения.

- Здесь не Чечня.

- Так и я не стрелял...

Он заметил, что не только Ивашов, но и сам Сергей, да и Саня с Федором незаметно пытаются взять его в кольцо. Этого допустить было нельзя, и Савчук переместился чуть в сторону так, чтобы иметь за спиной глухую стену.

- А что, кому-то показалось мало той ночи? - спросил Слава, понимая, что сейчас его начнут традиционно избивать, вернее, устанавливать предел его бойцовских возможностей.

- Правила простые, - быстро сказал Ивашов, - не бить в мозжечок, глаза и пах, суставы не выворачивать. Все, поехали...

Первым в бой пошел Архипов. Он начал своими длинными руками, и Слава несколько первых ударов увел в сторону или блоками, или перемещением собственного тела, но потом Сергей попал открытой ладонью Славе в ухо, и у того стало плохо с пространственной ориентировкой. Поймав Серегу на слишком длинном выпаде, Славе удалось сложить бойца точным ударом в солнечное сплетение. На броски времени не было, и поэтому Слава просто отскочил в сторону от согнутого собровца.

Федор несколькими ударами "лоу-кик" быстро выбил Славе мышцы на левой ноге, и Савчук уже еле стоял на ногах. Поймав начало очередного удара, Слава приподнял ногу и, ухватив майора за плечо, развернул его по оси. Подсечь открывшиеся ноги не составило труда, и Федя от неожиданного для него приема присел. Следом должен был пройти удар под мозжечок, но Слава сдержался, ограниченный правилами - а очень хотелось компенсировать урон за отбитую ногу.

- Ай, молодца! - громко крикнул командир отряда.

Славка тяжело дышал, вся майка была залита кровью из собственного носа, но он продолжал стоять против нападающих. В общем-то, ничего страшного еще не происходило. Так, рутинная спецназовская развлекуха.

Лег Славка он точного Саниного удара в солнечное сплетение. Дыхание перехватило, боль пробила все тело. Быстро подскочив на ноги, Слава блокировал руками удар ногой, пытался провести прием на подсечку руками, но не получилось - очередной удар пришелся в уже подбитое ухо, и искры в глазах закрыли полностью весь обзор. Как телевизор выключили.

Сквозь шум в ушах Слава услышал голос командира:

- Морозов! Хорош! Подними человека!

Слава чувствовал, что его подхватили под руки, да и он сам пытался встать, но в таком состоянии бой продолжать было уже тяжело, если вообще не реально.

Кто-то несколько раз хлопнул его по щекам, и изображение начало налаживаться. Перед ним стоял Ивашов:

- Савчук, ты живой?

Слава сквозь пелену в глазах примерился, и из последних сил вложил полковнику в челюсть. Пусть думает, что не узнал, но получит за этот мордобой!

Ивашов от неожиданности ничего не успел предпринять, и вполне еще крепкий удар пришелся ровно в основание челюсти. Конечно, такого кабана с одного удара свалить было сложно, да Слава и не ставил перед собой такой задачи. Тем не менее, это остановило работу "бойцовского клуба".

- Все, хорош, - сказал командир под общий громкий хохот. - Достаточно.

Кто-то, кажется Федя, сказал:

- Командир, здорово он тебе?

- Слава, это залёт, - сказал Русин.

- Не, нормально, - сказал полковник, проверяя челюсть. - Молодец парень, хорошо держался.

Слава сел на скамью. Ему дали полотенце, чтобы вытереть кровь. Савчук задрал голову, чтобы меньше текла кровь из носа.

- Нормальный боец, - наконец-то высказал свое мнение один из бойцов. Это был Морозов. - Его уже перекрыло, а он еще бился. Наш человек.

- Савчук, - Ивашов сел рядом с подчиненным. - Держи краба! Молоток!

Слава вяло пожал руку командира.

- В душ. Потом обработаем раны, - приказал полковник.

Архипов показал Славе душ, где Савчук несколько минут смывал с себя собственную кровь. Морозов принес из аптечки перекись водорода, чем обильно смочил на Славке все ссадины.

Пока Слава занимался собственным излечением, бойцы "качались" на спортивных снарядах и активно обсуждали прошедший тренировочный бой Савчука. Слава прислушался - в общем-то, о нем говорили с долей уважения, и это радовало. Вдруг он осознал, что для них, сотрудников спецподразделения милиции, битьё новичка оказалось более значимым событием, чем проведенный штурм квартиры на шестом этаже. С одной стороны - они практически каждый день брали штурмом какую-нибудь квартиру, с другой стороны - даже не каждый год к ним в подразделение приходил новый человек. И именно последнее для бойцов СОБРа было более значимым событием.


* * * * *


Лицо немного распухло, хорошо, что синяки не вылезли. Вид, тем не менее, был далеко не презентабельный. Не то, что утром, перед зеркалом у входа в кабинет начальника, когда Слава не мог взгляда оторвать от себя любимого, насколько у него был шикарный внешний вид. Но времена меняются.

Сейчас Слава смотрел в зеркало и видел рожу крепко побитого мужика. Савчук улыбнулся - не хватало только костылей для полного счастья.

Вернувшись в спортзал, Слава сел на скамью, и несколько минут наблюдал за своими новыми сослуживцами. Он уже видел их в реальном деле, и понимал, на что они способны. Командира в зале уже не было. Успел куда-то уйти. Только Слава подумал об Ивашове, как тот появился в дверях с двумя парнями явно прокурорского вида. Савчук не ошибся - это приехала городская прокуратура провести первичный допрос по факту применения оружия.

- Морозов! - командир посмотрел на своего бойца. - Одевайся, и ко мне в кабинет!

Саня бросил штангу и побежал в душ. Появление прокуратуры явно не прибавило настроения, и люди потянулись в душевую. Рядом с Савчуком присел на скамью Сергей Архипов.

- Я когда был в Чечне, - сказал Слава, - прокурорских видел всего пару раз. И было это только после того, как мы по ошибке мирняк замочили. Когда обычных боевиков крошили, никаких уголовных дел по применению оружия никто никогда не заводил.

- Так и есть, - кивнул Сергей. - Здесь же весь мозг вынесут, если стреляешь в кого. Тем более, если работаешь на глушняк. В прошлом году у нас в отряде парня осудили, когда он на бралове двух бандосов из автомата рубанул, как только они стволы достали. Пистолеты оказались газовыми. А они сами - типа "реальными пацанами" из группировки Саши Ларина. Есть такой бандит у нас в городе. Депутат краевой Думы. Головорез законченный. Не знаю, почему опера из УБОПа его еще не прикрыли.

- Сколько парню дали?

- Семь лет. Мы его через пару лет, конечно, из зоны вытащим, но если знаешь, что тебя легко могут закрыть за каких-то уродов, как работать на задержании? Ждать, когда в тебя ствол разрядят?

- Где он сидит? В ментовской зоне?

- Слава Богу - да. Хотели его отправить на обычную, типа не долго в "мусарне" отработал, меньше пяти лет. Так мы делегацию в СИЗО направили, переговорили, в общем, решили вопрос. Ларин добивался перевода нашего парня в обычную зону, сильно добивался. Опера говорят - бандосы хотели над собровцем показательную казнь устроить - нам в пример. Типа, чтоб руки и стволы мы не распускали.

- А сейчас этот Ларин затих?

- Пока да. Ездили его пацаны к начальнику ментовской зоны, но мы их там приняли и объяснили, что встреча результатов не даст. Они уехали ребра залечивать, пока что тишина.

- А как он сидит?

- Нормально сидит. СОБРовцы всегда нормально сидят.

В этот момент Сергея позвали в кабинет командира. Морозов не вернулся. Русин сказал:

- Все знают, что говорить?

Отделение синхронно кивнуло.

- Если полезут в детали, то говорите однозначно: не помню, не обратил внимание, смотрел в другую сторону. В горячке боя, мол, было не до деталей. Ясно?

Дошла очередь и до Славы.

В кабинете командира сидели эти двое. Сам Ивашов отсутствовал. Один из прокурорских, видимо старший, сидел за столом командира отряда, второй сидел сбоку стола с готовыми чистыми листами, и дорогой авторучкой в руке.

- Присаживайтесь, - вполне вежливо предложил один из работников прокуратуры, и представился: - Следователь по особо важным делам Шаталов. У меня есть несколько вопросов по проведенной утром спецоперации по освобождению заложника.

- Я готов ответить на ваши вопросы, - кивнул Савчук, присаживаясь на край стула.

- Ну, тогда начнем. Назовите вашу фамилию, имя и отчество, а так же звание и должность.

- Савчук Вячеслав Алексеевич, старший лейтенант милиции, оперуполномоченный отряда милиции специального назначения РУБОП.

Младший прокурорский начал записывать все, что говорил Савчук.

- С какого времени вы проходите службу в органах МВД?

- С сегодняшнего дня.

Прокурорские переглянулись, но записали.

- Как вы оказались участником операции по освобождению заложника?

- Согласно устному распоряжению командира отряда полковника Ивашова я прибыл на место операции в качестве полноправного сотрудника первого отделения.

- В чем заключалась ваша задача?

- Оказание поддержки штурмовикам в момент их спуска по веревкам в указанный адрес. Помогал крепить снаряжение, в свободное от этого время, находился при командире отряда для выполнения особых поручений.

- Что вы делали в момент начала штурма?

- Держал веревки, контролируя ровный спуск штурмующих - согласно поставленной командиром задачи.

- Как вы оказались в квартире?

- Спустился по веревке.

- С какой целью?

- Понимаете, когда бойцы заходят через окно в адрес, особенно если заходит несколько человек, то веревки имеют свойство спутываться. Чтобы их распутать, а потом ровно смотать, нужно спускаться по одной из них, и распутывать другие, - Слава гнал откровенную чушь, но его внимательно слушали.

- Это можно сделать после того, как закончится операция по освобождению. А вы, как видно на видеозаписи, вошли в квартиру еще до того, как там стихли выстрелы. Объясните свое поведение.

- Знаете, в такой ситуации время бежит не так, как в обычной жизни. Секунды могут тянуться часами, а часы наоборот - секундами. Мне показалось, что захват уже закончился, и я начал спускаться по веревкам вниз.

- Без снаряжения?

- Подготовка позволяет. Я два года служил в спецназе внутренних войск командиром группы и сам учил своих подчиненных так спускаться.

- Начали спускаться, что было дальше?

- Вошел в окно, а там началась стрельба. Я увидел девушку, дернул ее за руку на себя, чтобы вытащить из зоны поражения.

- Вы видели, кто стрелял?

- Нет.

- Где находились подозреваемые, когда вы вошли в квартиру?

- Сразу я не видел никого, а потом, когда все закончилось, я прошел по квартире. Бандиты лежали: один в кухне, другой в коридоре, третий в спальной комнате за кроватью. Он был ранен в грудь и, как мне показалось, уже был без сознания.

- Где находились сотрудники СОБРа?

- Они все были в масках, а до этого их лица я никогда не видел. Поэтому точно, кто из них где находился, я, извините, сказать не могу. Да и сейчас я еще со всеми не познакомился. Я здесь первый день.

- То есть, вы не видели момент перестрелки в спальной комнате?

- Нет. Выстрелы я слышал, но всего этого не видел.

- Хорошо, вы можете быть свободны.


* * * * *


Слава прошел в комнату отдыха первого отделения. Здесь было установлено несколько коек, на которых отделение могло отдыхать ночью, если не происходило никаких задержаний.

Здесь уже находились ранее допрошенные бойцы отряда. Морозов спал, раскинув руки. Савчук посмотрел на часы - было без четверти пять. Вечерело.

- Какая свободна? - спросил Слава.

- Вот эти две, - указал ему Архипов.

Слава, не долго думая, завалился на ближнюю койку, закинул руки за голову и прикрыл глаза. В общем-то, усталости как таковой не было, просто обилие событий в один день заполонило сознание до самых краев. Наверное, в голове уже больше не было места для новой информации. А полученная - требовала анализа... в спокойной, сонливой обстановке.

Открывать глаза не хотелось. В памяти проносились яркие картинки прошедшего дня. Суета на крыше девятиэтажки. Генеральские погоны начальника краевого управления. Спуск по веревке в штурмуемую квартиру. Труп убитого бандита. Насмерть испуганное лицо заложницы. Лицо психолога...

Слава резко открыл глаза и приподнялся на локоть. В помещение вошел командир отряда.

- Савчук! Ты получил имущество?

- Нет.

- А чего лежишь? Бегом на склад, там тебя еще ждут.

Слава подскочил.

- А где склад?

- Морозов! Проводи Савчука до склада!

Саня, под общий хохот свалился с койки на пол, подскочил на ноги и преданным взглядом посмотрел на командира.

- Чего? - он явно еще не проснулся.

- Проводи Савчука на склад.

- Ага, - Саня повернулся к Славе: - Пошли!

Они вышли из расположения и двинулись по замысловатым коридорам УВД. Слава потерял ориентировку уже через несколько поворотов, но вскоре Морозов уперся в закрытую дверь.

- О, - удивился Саня. - Никого уже нет.

- Опоздали, - предположил Слава.

- Хрен там. Это все шуточки Ивашова. Ну, Иваныч! Ну, удружил!

Саня на всякий случай несколько раз ударил своим увесистым кулаком в дверь, потом выругался, и они пошли назад. Всю дорогу Морозов укорял своего командира.

- Вот всегда так, как только увидит, что я сплю, так обязательно что-нибудь придумает. Ему главное, чтобы боец не расслаблялся, а то, что может быть у меня маленький ребенок дома, и я по ночам не высыпаюсь, ему как будто дела нет. У самого тоже дети были, наверняка помнит, каково это, но блин, лучше он другим мозг вынесет, лучше он другим жизнь как можно больше усложнит... - Саня бухтел нескончаемым потоком.

- У нас в "Тайфуне" тоже командир не любил бездельников, - усмехнулся Слава. - Как только где-нибудь упадешь, как он тут как тут. Никакого житья от него не было.

За разговорами они вернулись в ту часть огромного здания УВД, где располагался УБОП и подчиненный ему отряд милиции специального назначения. Вернувшись в расположение, они попали под усмешки товарищей. Федя, лежа в койке, выговорил:

- Пробежались? Может еще сбегаете? В магазин за водкой?

- Да иди ты... - отмахнулся Саня.

- А ты что скажешь? - Федя посмотрел на Славу.

Слава намек понял:

- Да не переживай. Проставлюсь, как положено.

В расположение вошел Русин:

- Кто на ужин?

Саша Морозов мгновенно спрыгнул с койки, не успев еще как следует прилечь. Савчук по улыбкам товарищей понял, что такое стремление Морозова к еде - вещь постоянная.

Столовая УВД была практически пуста. Наверное, сейчас она работала только на сильно припозднившихся оперов, следователей, да дежурное отделение СОБРа. Когда прием пищи подходил к концу, у Русина зазвонил телефон. Коротко переговорив, он сказал:

- Так, бойцы... одеваемся, снаряжаемся, вооружаемся. Едем брать банду налетчиков.

Уже в расположении, где бойцы надевали на себя боевое снаряжение, появились два оперативника УБОПа, которые вводили собровцев в курс дела в пределах их компетенции:

- Два месяца в городе действует банда налетчиков, которая грабит залы игровых автоматов, - заговорил оперативник, капитан Володя Безухов. - За это время они обнесли шесть игровых точек. Два человека убиты, двое получили ранения. Действуют хладнокровно, всегда работают слаженно, как по сценарию. Сегодня они выставили игровой клуб "Флинт". Там стоит видеоконтроль, к тому же один из игровых узнал одного налетчика. Видеоконтроль зафиксировал их лица в момент выхода из клуба - на улицу они выходили уже без масок. Есть два адреса. Будем брать одновременно. В любом из адресов может находиться вся банда, поэтому предлагаю разделить силы поровну.

- Расскажи про адреса, - попросил Русин.

Второй опер, капитан Илья Жгут, на листе бумаги начал рисовать план первого адреса:

- Квартира на третьем этаже. Здание пятиэтажное. Дверь железная. Окна выходят на подъезд, поэтому предлагаю вам быть по гражданке.

- Такой вариант предусмотрен, - кивнул Дмитрий Русин. - Часть группы поедет в спортивных костюмах. Но минимум один на каждый адрес пойдет в полной броне. Другого и не просите. Я не хочу людей терять. Еще не известно как они нас там встретят...

- Хорошо, - кивнул Жгут. - "Тяжелый" поднимется в самый последний момент перед штурмом.

- Так, парни, - Русин оглядел всех своих бойцов: - Второе убийство за день нам прокуратура не простит, так что уж постарайтесь там не убивать бандюков.

- Так, а если они стрелять начнут, - спросил Морозов. - Мне что, стоять и смотреть на них? В попу может быть целовать: мол, разрешите, уважаемый, вас арестовать?

- Саша, я не сказал "не стрелять", я сказал "не убивать". Это большая разница. Бей по конечностям, в правую часть груди - так, чтоб он там не сдох. Если помрет в реанимации, так это уже не к нам. Думаю, что суд не увидит между твоим выстрелом и его смертью никакой причинно-следственной взаимосвязи. Понял?

- Так точно.

- Значит, работаем!