# Небесный щит. Глава 10.

Алексей Суконкин

Продолжение

## Глава 10.


Колеса они все-таки пробили. Может быть, при взрыве и непродолжительном обстреле из стрелкового оружия, а может и при таком экстремальном вождении, безусловно, вынужденном - ради сохранения жизни не всегда следует сохранять какие-то вещи, пусть это даже будут скаты полицейской машины...

Легковушка некоторое время гребла дисками, бешено прыгая на пересеченной дороге, но потом, после неловкого движения рулем, соскочила в колею и повисла на днище, бесполезно завывая двигателем. Платонов мгновенно сориентировался, и открыв дверь, вывалился на дорогу, прихватывая автомат на уровень глаз: мало ли, может быть глубина засады большая и его сейчас накроет сосредоточенный огонь пулеметов, а может засада двойная, состоящая из двух групп, разнесенных некоторым расстоянием. Тоже не предвещает ничего хорошего. Вырвавшись из одной засады, тут же попадаешь в другую. Петр и сам практиковал такие безобидные спецназовские шутки в чудных своими природными видами предгорьях Маштака...

От места подрыва они успели удалиться метров на пятьсот, и медлить тут совершенно не следовало. Те, кто сидел в засаде, вполне могли организовать погоню - ведь полкилометра, это всего несколько минут хорошего бега. А если засаду организовывали не последние отморозки, то вполне можно уже ждать запыхавшихся, но злых, и охочих до расправы вооруженных до зубов инородных преследователей.

- Выходи из машины, быстро!

Платонов обежал машину и потащил за шиворот перепуганного водителя. Тот сопротивлялся.

- Надо уходить! Сейчас они будут здесь.

- Кто здесь? Кто тут будет?

Игорь как-то неадекватно реагировал на вполне рациональное предложение разведчика - он вдруг уперся в руль, и мотал головой. Петя не стал подвергать свою жизнь смертельной опасности, и попросту зарядил прикладом своему спутнику по загривку. Тот выключил внутренние тормоза и тут же покорно выбрался из патрульной машины.

За короткие секунды нужно было совершить много действий. Петя взялся было за ключи, но передумал и машину глушить не стал. Распахнул заднюю дверь: так, что тут нужно взять с собой? Канистра с водой. Это здесь, вдоль горного распадка должен течь ручей, и вода есть, но им нужно идти на юг, туда, где возможно, будут проблемы с водой. Значит, канистру - обязательно. Что еще? Несколько сухих пайков ИРП "боевых" в зеленой пластиковой упаковке. Они не промокаемы, содержат огромное количество килокалорий, и, безусловно, пригодятся в столь долгом пути, какой может оказаться перед попавшими в засаду. Платонов за несколько секунд привязал пару сухпайков к своему рюкзаку, еще пару взял в руки - врагу нельзя оставлять еду. Это святое. Так, что еще? В багажнике лежала лопата, ее Петя не стал трогать - к его рюкзаку была приторочена небольшая пехотная лопатка, и таскать с собой по Африке БСЛ-110-ЧБТ особого смысла не было, а вот топор он взял. Мало ли. Со словами "... надежен в черную годину мужицкий кованный топор.." он засунул его за пояс.

Водитель получил пластиковую десятилитровую канистру с водой.

- Уходим вверх! - сержант показал направление и вдвоем они двинулись влево от дороги, вверх по склону. Петя быстро вышагивал в гору, Игорь, прижимая канистру к животу, засеменил следом.

- Быстрее, быстрее, - как заведенный повторял разведчик. - Нужно уходить, пока нас не догнали.

Сейчас важно было оторваться от возможного преследования, но при этом не следовало терять ориентировку. Поэтому Петя решил дернуть вверх, а потом двигаться вдоль дороги, на некотором от нее удалении - что было сделать очень легко, так как дорога шла по низу ущелья, и всегда можно было понимать, где находится дорога - даже в ночной темени. Единственное, что могло осложнить путь, так это частые ручьи, которые то и дело пересекали путь. Но генерального направления движения они не меняли.

- Я, кажется, ранен, - сказал Игорь спустя несколько минут движения по косогору.

- Куда? - Петя шел впереди, задавая скорость и направление, и спросил, не останавливаясь и не оборачиваясь.

- Мне на глаза льется кровь.

- Твою мать... - Петя остановился и повернулся к Игорю: - Покажи.

Тот подошел ближе, поставил канистру на землю, и достав из кармана зажигалку, чиркнул ей перед своим лицом.

Платонов посмотрел на заляпанный кровью лоб, провел рукой, потом достал из нарукавного кармана перевязочный пакет, стал его открывать.

- Что там? - с нервой в голосе спросил водитель.

- Да нормально все, - махнул рукой разведчик. - Осколками стекла посекло, похоже.

- А что это такое взорвалось перед нами?

- Это мина взорвалась. Осколочно-направленная, типа нашей МОН-50 или американской М18 "Клеймор", но, похоже, тот, кто ставил засаду, не рассчитал высоту машины. Наверное, грузовики ждали. Поэтому весь заряд прошел над машиной, и только отдельные шарики попали в стекло. Потом взорвалась свето-шумовая граната "Заря", которую я кинул, чтобы ослепить тех, кто по нам должен был стрелять.

- Да, я ослеп, до сих пор еще не все вижу. А шарики от мины, наверное, в меня тоже попали.

- Да нет, тебя осколками стекла посекло, - сказал Петя, точно не ручаясь за свои слова. Но лучше не усугублять и без того подорванную психику напарника, с которым еще предстояло дружить как минимум несколько суток. - Давай, перевяжу.

Игорь наклонил голову, и Петя быстро намотал ему бинт.

- Будет болеть - скажешь. У меня обезболивающее есть. Но только, если сильно будет болеть. Ясно?

- Ясно. Только ты мне по шее прикладом больше не бей.

- Тогда пошли дальше. Нужно уходить, пока они нам на хвост не сели.

- А кто это был?

- Не знаю, может быть, американцы.

- Тогда надо идти... - Игорь взвалил на себя канистру, но тут же поставил ее на землю: - Слушай, тяжелая. Зачем нам столько воды?

- Неси. Вода нам пригодится.

- Нас утром заберут.

- Кто тебе такое сказал? У них сейчас и без нас забот - полный рот. А если нам придется здесь неделю помощи ждать? Или самим к авиабазе пробираться? Вот то-то и оно! Так что неси. Я и без этого очень много чего несу, а тебе всего десять литров тяжело.

На разведчике висела радиостанция, разгрузка с шестью автоматными магазинами, четырьмя гранатами РГН, сигнальными ракетами и дымами, маленьким китайским 10-кратным биноклем, ножом "Катран", на спине висел рюкзак десантный РД-54, заполненный боеприпасами и провиантом, с привязанной снизу легкой плащ-палаткой, сверху к рюкзаку Петя успел привязать две зеленые упаковки сухого пайка, взятые из машины. На ремне висел автомат с оптическим прицелом ПГО-7 от гранатомета. Плюс ко всему этому в руках он нес еще два сухпайка, которые со временем решил передать водителю. Все это представляло определенный вес, но куда как больший, чем канистра с водой.

Комары и прочие кровососущие твари начали активно донимать путников.


* * * * *


Когда окончательно стемнело, автоколонна остановилась. Выставив дозорных, Лунин собрал офицеров, и подсвечивая фонариком, расстелил на траве карту. Сверившись по навигатору, он сказал:

- Мы сейчас вот здесь, - майор провел пальцем по карте: - Около сорока километров от места падения спутника.

- Мы в Гвинее, похоже, - сказал Бойко.

- Тут сам черт не разберет, - кивнул Дима. - Может быть и в Гвинее. Но это, как мне кажется, американцев не остановит. Так что бдительность не снижаем, господа.

- Что будем делать? - Бойко включил свой фонарь и подсветил часть карты, которая не освещалась фонарем командира.

- В первую очередь нам нужно где-то основательно перепрятаться. - При этих словах Дима выложил на свет спутниковые снимки местности - их у него была целая стопка. - Посмотрим.

Снимки показывали, что от места их нахождения в каких-то трех километрах находилась очередная деревушка с мелкими постройками. Хаотичный характер расположения построек говорил о том, что это деревня какого-нибудь местного коренного племени. А никак не военный гарнизон пограничной стражи.

- Нам еще нужно подготовить площадку для приема вертолетов. Водитель без сознания, да Ломакин на такой жаре к утру уже разлагаться начнет, - напомнил Бойко.

- Начнет вонять - прикопаем и поставим отметку на карте, - сказал Лунин. - Как того требует боевой устав. А вот раненого вытаскивать надо непременно. Еще у меня нет ясности, что там с Платоновым и водителем. Вырвались они или нет? Связи с ними нет. Правда, Петя - парень смышленый, у него за Чечню два ордена. Должен справиться.

- Товарищ майор, вы не забыли, что все запасы продовольствия остались в третьем КрАЗе? - спросил Уваров.

- Нет, Степа, не забыл. Поэтому, давай-ка подобьем, что у нас есть из еды! Пройди по всем, выверни каждого. Сейчас расстелем плащ-палатку, и будем собирать все, что у кого есть. Давай, иди.

Уваров ушел на раскулачивание личного состава.

Лунин передал своему заместителю очередной листок со спутниковым снимком местности:

- Смотри, посреди леса стоят две какие-то крыши. Всего каких-то пять километров отсюда. Что это может быть?

- Крыши-то какие-то убогие, - Бойко несколько секунд рассматривал снимок. - Не понимаю, что это такое.

- Может, пилорама? - спросил Стас Левин. - Рядом, вот тут хорошо видно, бревна лежат...

- Может быть, - кивнул Лунин. - Но тут косогор, нельзя будет площадку подготовить для вертолета. Тоже отпадает.

- Нам хотя бы с дороги куда-нибудь съехать, - сказал Бойко. - А то сидим тут, как... - он замолчал, подыскивая сравнение.

- Как кто? - спросил Дима.

- Как потенциальные трупы, вот кто. Если за нами хвост, то скоро придется встречать гостей. Нет, надо в лес свернуть куда-нибудь. Там спокойней будет.

- Тогда слушайте боевой приказ, - Лунин провел пальцем по карте: - Вот здесь какое-то подобие низины, в центре низины проходит ручей. Сворачиваем с дороги сюда, и здесь организуем временную базу. От населенных пунктов удалены достаточно, с воздуха будем прикрыты кронами деревьев. Вот здесь на вершине горы установим пост ПВО - там будет дежурить Бойко с парой наблюдателей. На удалении километра от базы в русле ручья готовим посадочную площадку для вертолетов. Базу оборудуем с расчетом пребывания здесь не менее трех дней. Сейчас перекусываем и двигаемся туда. Вопросы есть?

- Пока нет, - ответил за всех Бойко. - Хотя есть один.

- Задавай.

- Когда в спецназе начнут из срочников готовить операторов ПЗРК? А то целому майору придется жить теперь на горе с этой ракетой...

- Это вопрос к министру обороны, а не ко мне, - улыбнулся Лунин.

- Еда есть, - к офицерам подошел Уваров с несколькими разведчиками, держащими в руках ту, или иную еду.

Шайба расстелил плащ-палатку и на нее выложили довольно приличную кучу сухпайков и прочей снеди, найденной у разведчиков и представителей авиабазы.

- Значит так, ввожу режим жесткой экономии еды, - сказал Лунин. - Жрать будем только по моей команде.

- А можно использовать местную живность? - спросил Шайба.

- Можно, - кивнул Дима. - Сезон охоты на дичь объявляю открытым.

Андрей радостно потер руки:

- Сейчас бы барашка подстрелить! Отличный шашлык получится!

Лунин скосил взгляд на старшину, вспоминая один случай в Чечне, когда они вдвоем подстрелили барана, находящегося на другом берегу горной реки, и чтобы его оттуда достать, пришлось утопить грузовик и потерять несколько автоматов:

- Один раз ты уже барашка подстрелил. На том берегу реки. Помнишь, что из этого вышло? Как его пришлось доставать?

- Ой, товарищ майор, как будто вам жалко тот утопленный КамАЗ...

- ...и шесть автоматов, Шайбушка! За которые я, кстати, получил строгий выговор, который не снят до сих пор!

- Ну... - Шайба потупил взор. - Бывают и в нашем деле накладочки...

- Постарайся охотиться без таких накладочек.

- Есть, товарищ майор.


* * * * *


Петров провел весь вечер и первую половину ночи с авиационными техниками, устанавливающими прицельные станции на боевые вертолеты. В два часа ночи начальник инженерно-авиационной службы авиабазы капитан Донцов доложил полковнику о завершении работ по установке аппаратуры. Подобная работа в условиях серийного предприятия проводится примерно в течение трех-четырех дней, тем не менее, техникам авиабазы удалось справиться с этим значительно быстрее. Необходимо было провести еще наладку оборудования и пристрелку вооружения, но все это можно было выполнить только днем, и поэтому работы свернули. Одновременно с работами по установке оборудования, авиационные механики втащили в Ми-8 мягкий топливный бак и, подогнав к вертолету топливозаправщик, закачали в него две тонны керосина. По закону подлости бак оказался дырявым в двух местах, и после утраты нескольких десятков литров топлива, механикам с горем пополам удалось-таки заклеить бак заплатками. Пока керосин хлестал в салон вертолета, Илья Жаров стоял в трех метрах от машины и чувствовал, как его голова медленно, но верно, покрывается седыми волосами. Но, слава Богу, пожара удалось избежать, а потом водой и тряпками разлившийся керосин смыли на бетонку взлетно-посадочной полосы.

На транспортный Ми-8 так же установили турель для пулемета, и оставшиеся на базе спецназовцы даже принесли пулемет ПК, чтобы проверить, как он будет крепиться и вращаться.

В оба боевых Ми-24 были заправлены длинные ленты с пушечными выстрелами, на крыльях были установлены держатели для НУРСов и "Штурмов".

В половине третьего ночи Петров собрал летный состав на постановку задачи:

- Синоптики дают на завтра летную погоду. Взлет определяю в семь часов утра. Маршрут полета будет следующий...- Петров перешел к карте, и начал диктовать полетные данные, азимуты, высоту, скорости и все, что сопутствует полету. Потом он перешел к вопросу вооружения боевых вертолетов: - В шесть утра с базы вот в эту точку уходит грузовик с блоками ракет С-8КОМ и "Штурм". На месте дымами пирофакелов будет обозначена посадочная площадка, заход на площадку будете выполнять с ходу. Там принимаете вооружение и далее следуете по маршруту. Генерал считает, что вступление в бой с американскими вертолетами маловероятно, тем не менее, вы должны быть готовы к этому. Никто еще не разучился стрелять по воздушным целям?

Летчики помотали головами.

- Вот сюда, - Петров показал на карте, - выдвигается топливозаправщик, техническая машина и жилой КУНГ. В этом месте так же будет оборудована посадочная площадка, куда, при необходимости, вы будете садиться для отдыха. Или на ночь.

- А никого из миссии не заинтересует, куда подевались боевые вертолеты? - спросил Денисов.

Петров посмотрел на командира вертолетного звена, вздохнул и сказал:

- Генерал Лихой порекомендовал об этом не думать.


* * * * *


Майский, обложившись различными распечатками, двумя ноутбуками и телефонами, пытался свести воедино огромный массив информации по электоральной картинке Либерии. Официально эта страна была образована в середине девятнадцатого века переселенцами из Америки - рабами-африканцами, решившими вернуться в Африку после их освобождения из рабства. Они даже название для страны придумали - Либерия, что значит, свободная. В результате определенной ассимиляции и длительной оторванности от своей культуры, бывшие рабы большей частью утратили возможность говорить на своих родных языках, и поэтому государственным языком Либерии стал английский язык, - на котором могли изъясняться все, без исключения, возвращенцы из Америки. Начиная еще с пятнадцатого века на территории нынешней Либерии португальские завоеватели организовали несколько прибрежных постов, на которых осуществлялась основная работорговля, откуда корабли с рабами шли в Америку. Затем земли у местных племен с началом девятнадцатого века начали выкупаться прибывающими из Америки - буквально за копейки. В 1823 году был заложен город-порт, который в честь пятого президента США Джеймса Монро был назван Монровия. В стране даже была принята конституция, явно списанная с американской - в которой были закреплены такие понятия как свобода и независимость. Политическая партия истинных вигов, основу которой всегда составляли наследники выходцев из Америки, надежно держала власть в своих руках вплоть до начала восьмидесятых годов двадцатого столетия. Но в 1980 году в Либерии произошел военный переворот, перешедший в затяжное возвращение к гражданским формам правления, после чего появившийся национальный патриотический фронт приступил к непримиримой борьбе с правительственными вооруженными силами. В страну были введены международные силы по поддержанию мира, что несколько остудило обстановку хаоса, безвластия и неразберихи. В 1997 году в Либерии были проведены демократические выборы президента и законодательных органов власти. Население страны в начале двухтысячных годов составляло около трех с половиной миллионов человек, большинство из которых было неграмотно и жило в отдаленных селах. Большинство людей исповедовало местные формы религии, около 20 процентов составляли христиане, около 15 процентов составляли мусульмане.

Виктор прикинул: для того, чтобы провести в такой неграмотной стране успешные выборы, одной печатной агитацией дело с мертвой точки не сдвинешь. Здесь нужны совершенно иные подходы, отличные от тех, где возможность влияния на мозги избирателей определяется их поголовной грамотностью. Неграмотное население - это не просто сложный электорат. Это предельно сложный электорат! Хотя, с другой стороны, не избалованные избирательными кампаниями, либерийцы априори более внушаемы с точки зрения политтехнолога. Нужно только найти тот канал, по которому следует проводить соответствующее внушение.

Но кроме воздействия на умы либерийцев, необходимо было проработать планы внедрения своих людей в большинство органов действующей власти, в политические партии, взрастить этих людей, в тоже время не давая им возможности почувствовать свою самостоятельность.


* * * * *


Генерал Лихой сидел под светом настольной лампы и рассматривал карту - тот район, где сейчас находилась группа майора Лунина с американским спутником. Вывод группы с особо важным объектом с территории, контролируемой врагом, осложнялся мощнейшей активизацией разведывательно-поисковых действий американцев. Подавляющее преимущество в воздухе, созданное янкесами за последние сутки, утром предстоящего дня должно быть ликвидировано. Два боевых вертолета Ми-24 уже оснащены тяжелым оружием и готовы снести любого противника, как в воздухе, так и на земле. Тем не менее, нужно четко для себя уяснить, какие дальнейшие действия могут позволить вытащить "Небесный щит-14" в безопасное для дальнейшей эвакуации место. В идеале таким место может стать полевой аэродром, куда можно посадить транспортный самолет, в который войдет спутник. Или морской порт с соответствующим пирсом, откуда спутник сможет забрать судно - способное в дальнейшем или само дойти до России, или перегрузить спутник на другое судно.

С другой стороны, по нарастанию активности в радиосетях американской авианосной ударной морской группировки, был сделан однозначный вывод о том, что завтра с утра американцы начнут патрулирование воздушного пространства самолетами дальнего радиолокационного дозора "Хоукай" и палубными истребителями "Томкет" и "Хорнет" с атомного авианосца "Энтерпрайз", курсирующего у побережья Сьерра-Леоне и Либерии. Истребители оснащены ракетами воздушного боя малой, средней и большой дальности, и в принципе, способны при определенном раскладе, нанести поражение даже таким низковысотным целям, как вертолеты Ми-24.

Генерал, имеющий самые широкие полномочия, подумал о том, что было бы неплохо пригнать сюда с Северного Флота авианесущий крейсер "Адмирал Кузнецов" с десятком истребителей Су-33 на борту. Десять "Сухих" это, конечно, не полсотни "Томкетов" и "Хорнетов", но уже хоть какая-то демонстрация силы. Одно только наличие в этом районе русского авианосца уже способно будет остудить многие горячие головы, но... будет ли одобрен высшим руководством такой ход? Лихой сам для себя помотал головой - спутник спутником, но вот то, что готовится к реализации на его фоне... уже наверняка не требует демонстрационных действий. Но пригнать сюда пару боевых кораблей - идея ему показалась заманчивой. Пусть тревожатся все, кто будет в этом "заинтересован".

Ну, это дело высокого полета. А спутник вытаскивать нужно сейчас.

Генерал вызвал офицера связи:

- Обеспечьте мне закрытый канал связи с посольской резидентурой ГРУ в Гвинее.

- Есть.

Офицер удалился, и генерал, прихватив несколько листов исписанной им бумаги, с некоторым замедлением двинулся следом. Нужно было пройти из одного кубрика в другой. Ночь была в разгаре и дневная жара немного отпустила. С моря дул небольшой ветерок, который, тем не менее, не сдувал массы ночных насекомых, которые, завидев светлую одежду генерала, тут же кинулись пробовать ее на зуб. Лихой отмахнулся, и посмотрел на вертолетную площадку, занимаемую пакистанцами. На их территории шла какая-то непонятная возня - и это было более чем подозрительно. Был бы жив контрразведчик, можно было бы ориентировать его работу на выявление сути этих действий, но так как Ломакин погиб, кого туда ориентировать, генерал не знал - он отмахнулся от этой мысли, так как его сейчас интересовали другие цели и задачи.

Возле радиорубки прохаживался часовой - пост был выставлен вчера, так как степень секретности некоторых переговоров перешла все мыслимые для миротворческой базы пределы. Часовой осветил генерала фонариком и тихо сказал:

- Проходите.

У него были указания кого не пропускать, кого пропускать, а кого пропускать безоговорочно.

Лихой вошел в небольшое помещение, внутри которого было еще одно - с запираемой дверью.

- Готово? - спросил Эдуард офицера связи.

- Так точно.

Генерал прошел в радиорубку и закрылся. На связи был резидент ГРУ в Гвинеи.

- Здравствуй Андрей Викторович, как у вас там обстановка? Что слышно?

- Здравствуйте, товарищ генерал. Обстановка в норме, слышно много чего, все что слышим - аккуратно записываем и направляем по адресу...

- Записывай координаты... - генерал начал диктовать ряд цифр. - Это место, где ты или твой наиболее толковый человек должен быть завтра с двадцати до двадцати часов тридцати минут. На встречу выйдет мой человечек. Пароль "сколько время?", отзыв "свои часы иметь надо". На русском языке. Твоя задача: обеспечить вывод трех грузовых машин в глубь страны на любой полевой аэродром, способный принять самолет класса Ан-26. При этом грузовики нужно надежно спрятать так, чтоб ни одна падла... ясно?

- Ясно. Что за машины?

- Два КрАЗа и ГАЗ-66. На одной машине находится груз весом до трех тонн. Этот груз должен быть доставлен в Россию любой ценой. Если такого аэродрома нет, то подумай над вариантами вывоза его из Гвинеи. Тебе на месте виднее: судно, олени с санями... все, что угодно.

- Понял. Габариты?

- В пределах кузова грузовика. Войдет в Ан-26.

- Ясно. Значит, нашли его?

- Нашли, - генерал хмыкнул. - Нашел, кого держать в неведении... Власов был прожженным разведчиком, да и ведь именно он первым дал наиболее точную информацию по упавшему американскому спутнику. - Все, Андрей Викторович, конец связи.

Генерал отключился. На улице он снова посмотрел на пакистанскую площадку - там полным ходом шли работы по подготовке вертолетов к взлету. Вероятно, пакистанские друзья получили какую-то неотложную боевую задачу - и очень не хотелось, чтобы она в корне разнилась с задачей, которую несколько минут назад получила вертолетная группа российских миротворцев...


* * * * *


Под руководством Димы Лунина разведчики начали разбивать лагерь. Низина была рассечена несколькими ручьями, и пришлось немного постараться, чтобы найти место посуше. В первую очередь определили наиболее удобные подходы к будущему лагерю и заминировали их минами МОН-50, закрыв тропы обрывными нитями взрывателей осколочно-направленных мин. Стесняться кого-то уже особо не приходилось - если кто придет, пусть он будет сметен огненным смертоносным вихрем, прежде чем успеет натворить какую-нибудь гадость. Дима в двух направлениях выставил разведчиков-наблюдателей, которые больше представляли собой боевое охранение, так как были вооружены не только личным оружием, но и приборами ночного видения и радиостанциями. Уваров и Тайсон составили группу быстрого реагирования, которая должна была курсировать между наблюдателями и при внезапном нападении должны были первыми вступить в бой.

- Андрюша! - громко позвал Лунин своего старшину.

- Здесь я, товарищ майор, - Шайба предстал пред ясны очи командира.

- Где твой боевой топор?

- Как, опять? Товарищ майор, я разведчик, а не лесоруб! Сколько уже можно!

- Столько, сколько сможешь, а потом столько, сколько прикажу! - усмехнулся майор Лунин. - Задача: нужно вырубить площадку для посадки вертолета. А еще нужно сделать маски для прикрытия машин с воздуха и шалаши для временного проживания.

- Это все только мне?

Вопрос поставил Лунина в затруднительное положение - в принципе, он понимал, что Шайба, при соответствующей мотивации, мог бы все это сделать и сам... но...

- Нет, участвуют все. А ты - главный дровосек.

- Хорошо... - Шайба пошел искать топор. Отойдя на приличное от командира расстояние, он пробурчал: - Хорошо, что хоть железным дровосеком не назвал...

- Шайба! - громко крикнул Лунин. - Радуйся, что не "железный гомосек"...

- Женщину вам надо, товарищ майор, - вздохнул старшина. - Женщину...

Шалаши для жилья устроили метрах в трехстах от КрАЗов - понятно, что у жилья будет разводиться огонь, и не очень хотелось светить рядом особо ценный груз. ГАЗ-66 пригнали поближе к жилью.

Веревок и тросов вполне хватало, чтобы натянуть должным образом основы шалашей, а уж нарубить веток, было делом нескольких минут. Вскоре под шалашами уложили тент от грузовиков, и первая партия людей легла спать. Измотанные массой произошедших событий, разведчики и авиационные специалисты засыпали сразу, как только их головы касались тентов. Лунин лично проверил несение службы боевого охранения, осмотрел раненого водителя, который уже бредил, и оставив Бойко за главного, завалился спать.


* * * * *


Панин уже сидел в машине, когда Власов забросил на заднее сиденье объемную сумку.

- Готов?

- Готов, Андрей Викторович.

- Ну, с Богом!

"Хай Люкс" рванулся с места, и разгоняясь на пыльной дороге, выхватывая в темноте края обочин, покатил к окраинам Конакри.

Андрей откинулся на сиденье. Последнее время ГРУ весьма активизировало действия агентуры, имеющейся на юго-западе Африки, и он, как руководитель резидентуры, занимаясь делами ГРУ, совершенно забросил свои, более ему интересные дела. Но если ты офицер разведки, то забывать службу, которой ты служишь, наверное, не стоит. И даже не потому, что служба об этом может напомнить вызовом на Родину (на чем, собственно и закончатся все побочные заработки), а потому, что, в конце концов, есть такое понятие как Присяга. И то, чем на чужбине может заниматься офицер в промежутках между боевыми заданиями, совсем не определяет его истинного предназначения. Пусть он делает хоть что, лишь бы в нужный момент он мог четко выполнить полученную задачу.

Именно такие задачи последнее время и спускало ему ГРУ.

Андрей нашел две посадочные площадки, которые теоретически могли бы принять самолеты - раньше так и было, но время прошло, площадки из-за прекращения их использования, заросли, пришли в негодность, и прежде чем садить на них самолет, необходимо было показать их специалисту. Первая площадка находилась на удалении семидесяти километров от границы Гвинеи и Сьерра-Леоне, вторая располагалась примерно в ста пятидесяти километрах. В первую очередь нужно было взглянуть на них лично. На пути в начале они должны были посетить вторую, а уж затем первую площадку, но прежде чем это сделать, Андрей Власов решил встретиться со своим агентом - местным пограничником Рамусом, который неоднократно уже оказывал небольшие услуги, выполнял поручения и задания Главного Разведывательного Управления.

Встреча с Рамусом произошла в небольшой придорожной забегаловке недалеко от приграничного города Масента.

- Рамус, - начал Андрей без длительных предисловий, - я плачу тебе вот это... - на стол лег конверт с внушительной суммой американских долларов. - Еще столько же после выполнения задания.

- Что нужно сделать, Андрей? - после оценки суммы, пограничник настороженно посмотрел на резидента: - Здесь денег столько, сколько обычно платят за убийство кого-нибудь из правительства.

- А ты не готов работать за такие деньги? А, Рамус? Неужели ты в своей жизни не убил ни одного контрабандиста или бандита? Ты валил людей пачками - и особенно в пограничной зоне. Я знаю, ты не чурался убивать и просто так, только потому, что в машине не оказывалось места, чтобы посадить туда всех задержанных...

Рамус посмотрел на Андрея:

- Говори дело.

- Хорошо, - Андрей кивнул: - Мне нужно вытащить из приграничного района и сопроводить в центр Гвинеи три грузовика.

- С оружием? Судя по ценнику - с ядерным оружием или химическим...

- Нет. Просто три машины, два десятка человек, один труп и одно радиоэлектронное устройство. Люди вооружены.

- Ясно. Кто может противодействовать?

- Американцы в первую очередь. Власти твоей страны тоже уже могут быть ориентированы на поиск этой автоколонны.

- Важная для вас колонна?

- Потому и такая сумма.

- Куда их нужно притащить?

- Сюда, или сюда... - Андрей показал на небольшой карте два пункта назначения.

- Нелегко это будет. Что там за машины?

- ООНовские грузовики белого цвета.

- Я так понимаю, что машины значения не имеют, и их можно поменять? Такие машины слишком заметны.

- Думаю, что да, - кивнул Андрей.

- Когда это нужно сделать?

- Завтра ночью.

- Сложно.

- Знаю. Постарайся.

- Где они?

- Вот здесь, - Власов показал точку на карте.

- У меня сейчас в том районе брат проводит зачистку сектора.

Они проговорили еще несколько минут и разъехались в разные стороны. Все время разговора Панин просидел в машине, скучая под палящим солнцем и мечтая о холодном душе. Сейчас они неслись по дороге в сторону заброшенного аэродрома.

- Ты что-нибудь понимаешь в организации аэродромного обслуживания? - спросил Власов своего подчиненного.

- Нет, а что?

- Тогда сейчас оценишь состояние аэродрома. Нам нужно будет садить на него самолет...

От аэродрома осталось только заросшее поле. Разведчики прокатились по всему полю - и везде была сухая трава в высоту до полутора метров. В самом конце бывшей взлетно-посадочной полосы стояли три полуразрушенных остова двухмоторных пассажирских самолетов типа "Дуглас" и проросший травой корпус старого доброго вертолета Ми-4 со снятыми несущими лопастями и разбитыми иллюминаторами.

- Этот отпадает... - сам себе сказал Власов.

- Не факт, - Панин покачал головой: - если здесь прогнать какой-нибудь комбайн, и убрать всю траву, то поле как поле будет.

- Это нужно сделать уже завтра. Поэтому - нереально.

- Да нет же, если организовать местных, они тут косами и серпами за час все уберут, - не унимался оперативник.

- Поехали, другое поле посмотрим.

Разведчики сели в машину и поехали дальше. Из корпуса вертолета вылезла длинная змея, посмотрела вслед удаляющейся машины и уползла куда-то в заросли высокой травы.


* * * * *


Рик решил таки досмотреть расстрелянную машину, и оставив на засаде лейтенанта Уитмора, взяв с собой Бернса и еще двух бойцов, двинулся в сторону ушедшей машины. У каждого из четверых были очки ночного видения, и они прекрасно все видели в темноте.

Машина ушла не далеко. Ее тарахтение в ночной тишине слышно было метров с двухсот. Решили зайти со стороны верхнего склона - всяко, тот, кто выше получает в бою преимущество. Грех не использовать такое преимущество...

Машина на растерзанных скатах стояла в глубокой колее. Двигатель продолжал работать. Короткое наблюдение показало, что ни в машине, ни по соседству, никого нет. Лейтенант решил спуститься. Опыт подсказывал, что те, кто сидел в машине, после такой активной засады наверняка ушли куда подальше. Оставаться здесь было высшей глупостью, а потому где-то в глубине души Рик понимал, что огневого контакта сейчас никакого не будет. Просто не с кем.

В машине были распахнуты двери и багажник. В багажнике лежала лопата, которую Рик сразу определил, как лопату, состоящую на вооружение боевых и транспортных машин Российской Армии. То, что такие лопаты состоят так же и на вооружении дорожной полиции Сьерра-Леоне, было весьма маловероятным.

- Русские, - вымолвил Рик и невольно поежился. Вот сейчас он вдруг ощутил себя в прицеле.

Бернс начал озираться - ему вероятно тоже стало казаться, что сейчас русский спецназ откроет убийственный огонь из глубины леса. Но выстрелов не было. Дальнейший досмотр машины не показал ничего интересного, в кабине не было никаких следов крови. Было понятно, что основной сноп поражающих элементов осколочно-направленной мины пришелся по верхней части легковушки, по всей видимости, не причинив водителю и пассажирам никакого вреда. Тем не менее, о лопате Рик решил доложить полковнику.

Выключать двигатель расстрелянной машины Эдвард не стал. На обратном пути он подумал, что забыл посмотреть на задней части машины результаты стрельбы пулеметчика, чтобы понимать, могли находящиеся в машине люди получить ранения или нет.

Вернувшись на основное место засады, Рик связался с Удетом:

- Сэр, в машине я нашел русскую военную лопату.

- Какую еще лопату? - время приближалось к утру, и полковник, очевидно разбуженный, плохо соображал.

- Лопату, которая есть на каждом образце русской бронетанковой и автомобильной военной технике. Очевидно, на этой машине двигались русские. А лопата была взята с грузовиков.

- Понял. Сколько в машине было человек? Вы установили?

- Двое. На передних сиденьях в ногах есть ошметки грязи, на заднем сиденье грязи нет.

- Возможность преследования? Просчитал?

- Они могли пойти только в сторону саванны - вдоль дороги на спуск с гор. Смысла возвращаться в глубину леса, у них нет. Я так считаю. Иначе они бы не прорывались на машине в ту сторону. Ночью рисковать людьми я не могу. Преследование организую с рассветом.

- Не надо. Утром вас заберут. Конец связи.


* * * * *


Зато второй аэродром, вопреки ожиданиям, жил полноценной жизнью. Еще издалека Власов услышал рев самолетных двигателей и увидел уходящий в небо старенький Ан-8. Когда они приблизились на непозволительно близкое расстояние, Андрей разглядел на стоянках несколько вертолетов и небольших самолетов, возле которых суетились люди и стояли грузовики. То, что этот аэродром мог использоваться в качестве перевалочной базы контрабандистов-конкурентов, Андрей сходу предположить не смог, хотя обладал соответствующей разведывательной информацией. Почему-то он связывал донесения агентуры с несколько другим местом, и особо не опасался встретить тут вооруженных людей, не желающих видеть у своих владений кого бы то ни было.

- Попали, похоже... - тоскливо выговорил Власов, наблюдая, как впереди на дороге показались двое вооруженных людей, плотоядно посмотревших на приближающийся джип.

- Кто такие? - спросил Панин.

- Хрен его знает, Петя. Но сейчас будем биться... похоже, наши конкуренты по оружейному или алмазному бизнесу...

Джип остановился за пару метров от вооруженных людей. Их позы и выражения лиц не предвещали ничего хорошего. Какое-то мгновение они молча смотрели на разведчиков, но спустя несколько секунд один из них подошел к Власову, который сидел за рулем праворульного джипа.

Андрей натужено улыбнулся. Человек с автоматом что-то крикнул нервное и непонятное.

- Нехорошо ругаться, - сказал Власов, поднял руку и утопил спуск автомата, который был укреплен над его головой на потолке кабины. Гильзы звонкой чередой посыпались прямо на него. Стоящего у машины контрабандиста снесло, как ветром сдуло - он упал в придорожную канаву без мучений и угрызений совести. Второй вооруженный человек на пару секунд впал в ступор, чего вполне хватило Власову, чтобы воткнуть первую скорость и проехать эти несколько метров - еще через мгновение под колесами джипа хрустнула грудная клетка.

Расправившись с двумя боевиками, совершенно не следовало думать, что эта любовная история тут же прекратится. Нужно было уносить ноги, и как можно скорей. Как-то не очень лицеприятно было двум дипломатическим работникам прибегнуть к физическому устранению граждан государства, на территории которого эти дипломатические работники исполняли свои дипломатические функции.

- Валим! - взвыл Андрей, разворачиваясь на узкой дороге.

Со стороны аэродрома уже показался пикап с людьми в кузове. До них было метров триста.

Панин выхватил второй автомат, судорожно раскрыл коробку с гранатами к подствольнику и зарядил его. Передернул затворную раму и высунулся в окно. Глухой выстрел подствольного гранатомета немного приободрил Власова, который не понять зачем резким движением обрулил задавленное чуть ранее тело.

- Петя, мочи их, мочи!

Панин и без того знал, что нужно делать. Он аккуратно вывел по преследователям длинную очередь, одновременно наблюдая падение гранаты с небольшим недолетом. Взрыв перед машиной преследователей, тем не менее, не повлиял на их планы. В этот момент по корпусу джипа несколько раз ударили пули.

Петя судорожно зарядил еще одну гранату и выстрелил. На этот раз гранату снесло чуть в сторону и она, едва не зацепив корпус пикапа, ушла в сторону. И только третья граната попала в капот машины преследователей. Разрывом накрыло людей, и машина, вильнув, сошла с дороги и перевернулась.

- Попал, - удовлетворенно отметил Панин.

Власов притопил газу, и джип быстро набирал скорость. После такого решительного огневого поражения за качественное преследование уже можно было не беспокоиться.

- Ничего себе аэродромчик, - сказал Власов. - Как они его берегут от чужих...

- Но зато полоса действующая, - отозвался Панин. - "Ан-восьмой" взлетал... значит и наш самолет и сядет и взлетит.


* * * * *


С первыми проблесками рассвета, Илья Жаров запустил двигатели вертолета. Несущий винт, раскрутившись до рабочих оборотов, хлестал небо над головой. Илья связался с руководителем полетов:

- К взлету готов.

- Ветер юго-западный, умеренный, порывами до пяти метров в секунду, - отозвался руководитель полетов. - Учитывай при взлете. Взлет разрешаю.

Помимо самих пилотов, в вертолете, вокруг мягкого топливного бака сидели два авиамеханика, пилот и штурман, которые должны были в случае подтверждения исправности оставленного Жаровым вертолета, довести его до базы, и два вооруженных спецназовца. Илья потянул ручку шаг-газ и машина приподнялась на амортизаторах.

- Ну, с Богом.

Вертолет оторвался от земли и завис на метровой высоте. Проверив управляемость по курсу, повернувшись на несколько градусов вправо и влево, Илья отдал от себя ручку управления, вертолет плавно опустил нос и с набором скорости и высоты пошел над взлетной полосой в сторону восходящего солнца.

В его первоочередную задачу входило достижение места нахождения оставленного вертолета, и Илья решил особо не мудрствовать, и идти к цели практически напрямик. Чтобы не травмировать и без того расшатанную за последние дни психику американцев, Жаров выдерживал высоту полета не более тридцати метров - исключительно для того, чтобы не отсвечивать на экранах радаров. То, что он взлетел, конечно, не станет для врага секретом, а вот куда он полетел - тут уже можно гадать. Хотя, наверняка американцы понимали, что бросать вертолет русские не станут, и попытаются вытащить его по мере сил.

Долго лететь не пришлось, и вскоре авиамеханики, экипаж и спецназовцы высадились на просеке неподалеку от одиноко стоящего там вертолета. Высадив своих пассажиров, Илья взлетел и направился в сторону границы с Гвинеей, старательно прижимаясь к земле, и местами осуществляя полет буквально по верхушкам деревьев.

Поиск района посадки ему предстояло вести при помощи системы спутниковой навигации, так как в целях сохранения от радиоразведки американцев места нахождения спутника, было решено отказаться от радиопривода вертолета к посадочной площадке. То, что посадочная площадка находилась на территории другой страны, Илью особо не смущало и не пугало. Ибо все, что они сейчас делали в чужой стране, уже давно вышло за все возможные рамки приличия...

- Курс? - спросил Жаров штурмана, не отрываясь от наблюдения за мелькающими под ногами верхушками деревьев.

- Вправо три градуса... - подкорректировал направление полета Толя Ухта, рассматривая карту и поглядывая на спутниковый навигатор.

- Есть три вправо... - Илья чуть довернул вертолет.

Топлива в бортовых баках хватало на полет в один конец, и на визуальный поиск площадки после прихода в нужный район, оставалось совсем немного времени. Какое-то время солнце слепило глаза, но поляризованные очки надежно скрадывали солнечные блики - Илья откровенно радовался тому, что не пожалел денег и купил дорогие, но весьма нужные очки.

- Мы в точке, - доложил Толя.

- Принял, - кивнул Илья и напрягая зрение начал высматривать площадку, которую спецназовцы должны были вырубить в лесу. - Дай ракету!

Опять же, в целях противодействия американской радиоразведки, весь полет вертолета должен был проходить в режиме полного радиомолчания - кроме того, что должно было проговариваться при взлете и посадке. В качестве опознавания нужно было пустить ракету. Толя открыл блистер и выпустил в сторону зеленую ракету.

Практически тут же с земли в небо взлетела красная звездочка, и Илья разглядел посадочную площадку. Разумеется, спецназовцы поленились вырубить столько, сколько необходимо для безопасной посадки... но и это сойдет...

Илья мастерски подвел машину к площадке и завис над ней. Вращающиеся лопасти несущего винта едва входили в вырубленный габарит, и стоило только чуть неверно выполнить какое-нибудь управляющее действие, или возьмись внезапно порыв ветра - и вертолет начал бы сносить лопастями ветки и стволы окружающих деревьев, а потом, разбрасывая в стороны ошметки лопастей, свалился бы вниз, хороня пилотов и тех, кто встречает машину внизу...

Но Илья уверенной рукой твердо держал машину. Спустя несколько минут он уже выключил двигатель и наступившей тишине он некоторое время смотрел, как по инерции крутятся лопасти над его головой.

- Здорово, Илюха! - в кабину ввалился вечно улыбающийся Дима Лунин. Ввалился и полез обниматься.

- Привет Ржевский. Как у вас?

- Да у нас то нормально, я так понимаю, что у тебя мягкий бак в салоне не просто так?

- Правильно понимаешь.

- Помочь?

- Ну, дай парочку человек, пусть на помпе поработают.

- Хорошо.

Лунин подозвал двух авиамехаников и нарезал им задачи по заправке вертолета, в части которых они, естественно, были более компетентны, чем он сам.

- Как ваш раненый? - спросил Илья.

- Плохо ему. Постоянно без сознания, - ответил Лунин.

- Я, собственно, только за ним. И за телом фээсбэшника.

- Слушай, забери всех авиамехаников. А? У меня еды осталось совсем мало, а лишних ртов много. Я останусь только со своими головорезами. Мне так проще будет. Ну, разве что водителя одного с авиабазы тоже оставлю. А то у меня, похоже, сейчас самые активные дела начнутся, а толку от авиамехаников никакого - погрузить спутник они смогли, нет вопросов, но как бойцы - они никудышные.

- Сколько у тебя механиков?

- Четверо.

- Хорошо, заберу.

Когда Лунин довел до сведения авиатехников это решение, их радости не было конца - они уже достаточно натерпелись в этих отрогах африканских гор и неудержимо хотели быстрее вернуться на базу. Как только перекачка топлива из мягкого бака в бортовые баки была закончена, убитый, раненый и еще четверо пассажиров были погружены на борт, Илья запустил двигатели.

- Ржевский, ни пуха тебе, ни пера... - Илья махнул Дмитрию на прощание рукой.

- К черту! - Дима сплюнул сквозь зубы.

Ми-8 аккуратно взлетел, завис, затем вертикально поднялся выше уровня деревьев, и с набором скорости пошел в южном направлении.