# Небесный щит. Глава 19.

Алексей Суконкин

не приведи Господи

## Глава 19.


Как только окончательно рассвело, Лунин собрал бойцов. Наверное, нужно было что-то сказать своим подчиненным ободряющее - ведь впереди, возможно, предстоял тяжелый бой, из которого кто-то мог и не выйти живым.

- Шайба, ты опять не подшился? Ну что за дела? Каждое утро одно и тоже!

Старшина переминался с ноги на ногу, он прекрасно понимал, в каком состоянии сейчас находился командир отряда, и поэтому в спор вступать не стал.

- Виноват, товарищ майор. Это все пиво...

Лунин обвел взглядом всех бойцов. Парни стояли перед ним, время от времени подергиваясь, что бы прихлопнуть очередного комара - над небольшим строем стоял ритмичный звук звонких пощечин, тонкий писк москитов и незлобные ругательства.

- Бойцы, - Лунин невольно придал своему голосу тяжкие интонации, - через несколько часов нам придется немного повоевать. Каждый из вас знает, что это такое, все вы не раз принимали участие в боях, и сталкивались с врагом лицом к лицу. Сегодня случай особый. Этот спутник имеет важнейшее значение для страны, наверное, он нужен и для оборонной науки, не знаю. Знаю одно - любой ценой мы должны вытащить его отсюда. Аэродром, с которого будет проходить эвакуация, охраняется вооруженными боевиками. Если агентурщики с ними не договорятся, тогда нам придется силой устанавливать контроль над аэродромом. Их больше, их значительно больше нас, и поэтому в бою от каждого из вас я жду работы за десятерых. Скажу так - возможно, этот бой для каждого из нас - самый важный в нашей жизни. Прошу только одного - не опозорить спецназ.

- Не беспокойтесь, товарищ майор, - улыбнулся Широков. - Снесём кого угодно.

- Я надеюсь на вас. Всё, готовьтесь к бою, готовность через два часа. Разойдись.

Разведчики разошлись в стороны. Шайба расстелил на траве плащ-палатку и поставил на нее пулемет. Достал из рюкзака принадлежности для чистки, масленку, разобрал пулемет, и приступил к его чистке. К нему подсел Дима Лунин, который тоже выложил на брезент свой автомат и автоматический пистолет.

- Что-то мне это напоминает, - сказал Широков, оглядев своих товарищей, расположившихся неподалеку, и так же занимающихся подготовкой оружия к предстоящей "войнушке".

- И что же?

- Товарищ майор, только не смейтесь, - предостерег старшина.

- Не буду.

- Мне кажется, что вот так же русские богатыри готовились к битвам со всякой вражиной. Только у нас пулеметы и автоматы, а у них луки, стрелы и мечи. Оружие поменялось, но по сути-то ничего и не изменилось.

- Ты прав, Андрей. Время идет, у человечества появляются всякие механические игрушки типа твоего пулемета, но сущность самого человека не меняется. Мы хищники, стремящиеся убивать друг друга в борьбе за различные блага. Войны никогда не остановятся. Люди всегда будут биться за лучшее место под солнцем, за лучшую жизнь.

- За красивых женщин, за толстый кошелек, за положение в обществе... - к ним подсел Иван Бойко, выкладывая на брезент свой автомат.

- Разве большие войны бывают только из-за этого? - спросил старшина. - Из-за красивых женщина?

- Было и такое, - усмехнулся Бойко.

- В основном из-за толстого кошелька, - вставил Лунин. - Борьба за ресурсы. Борьба за власть над ресурсами.

- То есть - чистая экономика, - усмехнулся Иваныч.

- А как же эта, ну как ее... идеология? - спросил Шайба. - Например, фашисты и коммунисты?

- Шайбушка, - улыбнулся Лунин. - Наивный ты человечек!

- Почему это?

- Потому что идеология - это всего лишь инструмент для достижения экономических целей.

Шайба подавленно помолчал, но потом спросил:

- То есть, товарищ майор, вы хотите сказать, что фашисты напали на нас из-за каких-то экономических потребностей?

Дима поднял разобранный автомат на уровень глаза, и оценив на просвет чистоту вычищенного ствола, сказал:

- Не только. Конечно, основной причиной войны не было противостояние политических взглядов - ведь до начала войны мы с немцами практически в десна жахались от пылкой любви другу к другу. Военно-техническое сотрудничество на самом высшем уровне было. Но потом, когда начали Европу делить, жадность фраера-то и сгубила.

- Как это?

- Элементарно, Шайба. Пактом Молотова - Риббентропа поделили Европу на сферы экономических интересов. Немцы полезли в свою зону, а мы - в свою. Немцы мстили миру за поражение в Первой Мировой войне - расширяя подконтрольные территории с заводами и всякими месторождениями, а мы соединяли пролетариев всех стран - точно с такими же целями. Потом произошло столкновение интересов. Итог ты знаешь - 9 мая.

- Так это что, получается, что фашизм ничуть не лучше и ничуть не хуже коммунизма?

- Это всего лишь идеология, с помощью которой создавалась видимость жизненных устремлений для целых народов, - влез в разговор Иван Иваныч.

- А как же тогда красные и белые? - не унимался Шайба просвещать себя по важным политическим вопросам в коротком промежутке между боями.

- Борьба за власть, - отозвался Лунин.

- Власть над экономикой, - добавил Бойко. - Экономикой огромной страны...

- То есть как это? - Широков протер кусочком ветоши ствольную коробку и начал собирать пулемет. - Какая экономика? Там же тачанки, буденовки, бескозырки!

- Шайба, есть такая замечательная фраза: "война - это продолжение политики другими средствами", - сказал Бойко. - В период гражданской войны происходил некий передел собственности - новые хозяева страны силой отнимали экономические активы у старых хозяев. А исполнителей всех действий, типа нас с тобой, снабдили мыслями о благах, которые мы с тобой могли бы получить в будущем, если сегодня будем безропотно выполнять приказы руководства. Особенно круто это было делать в буденовке на тачанке. А если тебе еще и красные шаровары вручили, то ты вообще был бы на краю счастья... и шел бы в бой с целью умереть, как один... за ЭТО.

- Какое это?

- Не знаю, - Бойко пожал плечами. - У каждого оно своё.

- Ладно, товарищи майоры, тут вы меня убедили. Но сейчас, вот с этим спутником - какая к черту экономика? За что мы через пару часов будем биться?

- Здесь еще проще, Андрюша, - Чистейшей воды экономика...

- Ну, так объясните мне, а то я не понимаю...

- Хорошо, - кивнул Лунин. - Объясняю. Как ты думаешь, сколько стоит разработка спутниковой системы, которая могла бы обнаруживать пуски баллистических ракет, и может быть, сбивать их еще в космосе?

- Не знаю. Несколько миллионов, наверное.

- Мыслишь верно, но порядок цифр несколько иной. Я думаю, что тут речь идет о нескольких миллиардах.

- Ого.

- Как-то так. Так вот, готовый спутник, пусть даже немного поврежденный, это громадная экономия средств военного бюджета - так как, изучив его устройство, нашим институтам и проектным организациям не придется тратить средства на какие-то глобальные исследования - результаты они уже получают в виде вот этого аппарата, который лежит в кузове грузовика. Следовательно, аналогичную систему наши инженеры смогут создать с огромной экономией. Я не исключаю, что у нас ведутся подобные разработки, но повторюсь - имея на руках действующий образец, у нас отпадает необходимость в проведении массы испытаний и исследований. Создав подобный аппарат, мы защищаем свою территорию от ударов вражеских ракет, тем самым, сохраняя свои экономические активы и людские ресурсы. Понял?

- Ну, примерно, в общих чертах...

- Более того, - вмешался Бойко. - Для себя ты должен понять, что несколько таких спутников образуют в космосе некий, скажет так, "небесный щит", который должен отражать атаку наших ядерных ракет. Изучив этот спутник, наши инженеры смогут нащупать его слабые стороны, что в будущем позволит нам создать средства противодействия подобным системам. В результате, наши баллистические ракеты, в случае начала ядерной войны, смогут пробить этот "небесный щит"... и нанести экономике США непоправимый урон.

- Вон оно чё... - старшина почесал затылок. - То есть выходит, что сейчас от наших действий зависит, сможет ли Россия в будущем воевать с пиндосами на равных, или не сможет?

- Шайба, да тебе пора в большую политику, - рассмеялся Ржевский.

- Не, мне пора заряжать ленты... - старшина вооружился специальной открывашкой, и принялся вскрывать цинковые коробки с пулеметными патронами. - А то мои дети не смогут жить спокойно...


* * * * *


Привезенные на вертолете боеприпасы оказались весьма кстати, так как часть боекомплекта бойцы уже расстреляли в предыдущих коротких стычках. На радиостанциях заменили аккумуляторы, и проверили связь - все работало как нельзя лучше.

Имея предварительную информацию по аэродрому, а так же его план-схему, Лунин и Бойко успели накидать план операции по его захвату. В принципе это была типовая операция, которая неоднократно отрабатывалась на окружных учениях, и порядок действий был известен офицерам спецназа. Оставалось только правильно распределить силы и наиболее рационально применить их к местности. Ну, и придумать такую завязку боя, которая позволила бы в первые минуты ввергнуть противника в ступор.

- Если не удастся договориться, то нам как пить дать поставят задачу брать этот аэродром, - размышлял Лунин. - Расклад сил, ориентировочно, один к пяти. В принципе - реально. Если будем иметь фору на внезапность.

- А вот с этим уже туго, - покачал головой Иван Иваныч. - После того, как там покатался джип Власова, наверняка они усилили охрану, а охрана, в свою очередь, усилила бдительность.

- Что такое придумать, чтобы они все собрались в одно место, и там бы их всех разом накрыть? - спросил командир отряда своего зама.

- Ума не приложу, - покачал головой майор Бойко.

К Лунину подошел Франк:

- Товарищ майор, наши возвращаются.

- Это точно они? В бинокль смотрели?

- Да, Лёвина и Власова распознали.

- Сигналы безопасности?

- Обменялись.

- Ну, тогда принимаем гостей.

Когда машины въехали в кусты, где стояли остальные транспортные средства отряда, Лунин и Бойко вышли навстречу Власову.

- Готовность к выезду два часа, - сходу сказал Власов.

- Воюем? - спросил Лунин.

- Идем в автобус, - Власов махнул рукой, приглашая офицеров пройти подальше от лишних глаз - сказывалась агентурная практика добывающего офицера скрывать все свои действия даже от самых близких людей.

В автобусе развернули план-схему, карту и спутниковые снимки, которые привез генерал. Андрей повел по снимку пальцем:

- Вот взлетно-посадочная полоса, направление посадки - с юга на север. Примерно в центре полосы слева имеется три здания. Два жилых, в которых размещаются работники и охрана этого аэропорта, и одно - это склад хранения ценностей, перевалка которых и происходит на этом аэродроме. За складом находятся бочки с авиационным топливом. Около сотни - видел своими глазами. Вот в этом здании живет хозяин. С ним, вероятно, около десятка боевиков. Тут же установлена антенна радиосвязи, вероятно, с самолетами. Еще три-четыре десятка живут в другом здании. На крышах зданий оборудованы огневые точки, на которых, как я понял, постоянно находится дежурный расчет пулемета. Нам удалось договориться с хозяином, и он сдает аэродром нам в аренду на пару часов. Но, как вы понимаете, господа, это никоим образом не снимает с нас обязанности надежного контроля над всем аэродромом.

- Бочки? - Лунин посмотрел на Власова.

- Ну да. Обыкновенные, двухсотлитровые... а что?

- Как что? Тележку для загрузки спутника мы так и не организовали. Можно будет использовать бочки! Выложим их за самолетом, выгрузим на бочки спутник, а потом лебедкой затащим их в самолет - они как раз обеспечат нам вход спутника в грузовой отсек на уровне грузовой палубы! А там дальше нарежем веток и втащим по ним, как по роликам.

- В принципе - да! - Власов улыбнулся. - Похоже, одну проблему мы решили.

- Командир, - Бойко хлопнул майора по плечу: - Я всегда считал тебя головой!

- Осталось решить еще одну проблему, - улыбнулся Лунин. - Как нам уговорить Виталика оставить здесь ГАЗ-66?


* * * * *


Тяжелораненого пилота выгружали из вертолета уже в бессознательном состоянии. Врач отряда и врач авиационной базы даже начали разводить руками, мол, что мы можем сделать в таком особо тяжелом случае, но генерал настоял на том, чтобы изувеченного летчика повезли в госпиталь Красного Креста миссии ООН. Чистяков с бойцами, в сопровождении представителя авиабазы в темпе метнулись в госпиталь на белом грузовике с опознавательными знаками Организации Объединенных Наций, прихватив с собой и менее пострадавшего Илью Жарова - все же были веские основания предполагать у него переломы костей, и врач отряда пожелал убедиться в их наличии, или отсутствии.

Раненые летчики официально являлись представителями российской миротворческой миссии, и их появление в Красном Кресте было вполне оправданным. Поэтому генерал за них особенно не переживал. Единственное, что ему пришлось сделать, так это немного разоружить спецназовцев, ибо их воинственный вид как-то не вязался с официальной версией их "миротворческих" должностей авиационных специалистов. Спецы уехали в госпиталь с пистолетами и гранатами, спрятанными под одеждой.

В своем кабинете генерал упал в кресло и вытянул ноги. Усталость и страшный недосып вдруг накрыли его сознание - он буквально всеми клетками своего тела чувствовал, как проваливается в зыбкий сон. Но в период кульминационного завершения операции речи о сне идти не могло. Преодолевая страшную усталость, он вышел по связи на Лунина:

- Дима, теперь все зависит от тебя и твоих парней. Ставлю тебя в известность, что на данный момент ты выполняешь самую важную операцию военной разведки. От ее успеха или неудачи зависит очень серьезный расклад мировых сил. Не подведи меня, не подведи спецназ. Да, кстати, вертолетчиков мы вытащили. Ухта в тяжелом состоянии, Жаров с легкими ранениями. Оба доставлены в госпиталь Красного Креста.

- Я понял, товарищ генерал. Спасибо за информацию. Мои люди готовы. Ждем отмашки.

- И еще, Дима, как бы там ни было, постарайся никого из своих бойцов не оставлять там. Вы должны вернуться все. И живые, и не живые. Никому там не верь. Даже Власову. Выполняешь только мои приказы. Мы хоть и договорились на мирное разрешение вопроса, тем не менее, не расслабляйтесь. Пиндосы рыщут где-то рядом, и могут к вам пожаловать в любой момент. Мы контролируем их перемещения, и если что - я сразу тебе сообщу. Но помни - аппарат ты должен вытащить любой ценой. Если придется рубиться, врага не жалей. Никакого. Ты меня хорошо понял?

- Понял, товарищ генерал.

Генерал отключился и направился к радиоразведчикам. В их палатке он только коротко спросил:

- Где?

Дежурный офицер тут же доложил:

- Вертолетно-самолетная ударная группа перемещается на север, и в настоящее время находится вот здесь, - офицер указал точку на карте, которая находилась в пределах Сьерра-Леоне. - Они ведут постоянный радиообмен, так что их местонахождение мы имеем возможность периодически корректировать.

Вернувшись в свой кабинет, генерал все же вытянулся в кресле. Полчаса можно было вздремнуть, но прежде чем закрыть глаза, он вышел по связи на командира экипажа самолета Ан-26, который в это время заправлялся на аэродроме в Конакри:

- Паша, не подведи, - сказал генерал. - На тебя смотрит весь мир...

Командир воздушного судна, капитан российских ВВС Павел Гаврилов сдержанно отозвался:

- Мы все сделаем как надо. Стыдно никому не будет.

- Тогда с Богом!

- К черту!


* * * * *


- Ну что, злодеи, выродки рода человеческого, убийцы и насильники! - Лунин построил свой отряд. Всех до единого. Даже охранение снял. - Самолет уже в воздухе. Пора и нам приступить к работе. Все готовы?

- Так точно, товарищ майор! - единым голосом отозвался разведотряд специального назначения.

- Оружие зарядить. Поставить на предохранитель.

- Есть, - раздались клацанья затворов и щелчки предохранителей.

- Предельная готовность.

- Есть, - отозвался отряд.

- По машинам.

Разведчики быстро и без суеты заняли места в своих машинах. Первым тронулся джип Власова. За ним грузовик и микроавтобус. ГАЗ-66 остался одиноко стоять в кустах, напоследок замаскированный ветками заботливой рукой Виталика.

Согласно разработанному плану, Власов на своем джипе вырвался вперед, и обогнув стороной аэродром, высадил Степана Уварова, и двух бойцов в кустах, неподалеку от аэродрома.

Уваров тут же в темпе двинулся в сторону аэродрома, держа бесшумный автомат в готовности к немедленному открытию огня. Бегущие за ним "фашист" Лёня Франк и "убийца чеченских детей" Миша Черный сгибались под тяжестью реактивных штурмовых гранат.

Высадив разведчиков, Власов вернулся к грузовику и автобусу. Подошел к Лунину:

- Ну что, начинаем?

В это время Лунин разговаривал по связи с генералом, и спустя минуту он отключился и повернулся, наконец, к резиденту:

- Подлетное время - сорок минут. Начинаем.

- Не исключено воздействие со стороны гвинейских пограничников.

- Я знаю, - кивнул Лунин. - Поэтому к тебе в кузов я сажу двоих. Внимательно по сторонам. До достижения первого поста - в предельной готовности. Въезжаете на пост, не задерживайтесь и вперед, к этому бывшему прапору. Постарайся все это время быть рядом с ним. Если что, ты знаешь, что с ним сделать.

- Все будет нормально, Дима.

- Хочется в это верить.

- Тогда с Богом!

- Ни пуха!

В кузов джипа забрались Шайба и Лёвин. Дима посчитал, что только они в отрыве от остальных сил смогли бы, в случае обострения обстановки, принять правильное решение.

- Если что, не поминайте лихом, товарищ майор, - сказал Андрей Широков.

- Шайба, не трави душу, все будет хорошо, - Лунин хлопнул своего старшину по плечу.

Через минуту колонна тронулась в путь. Вскоре на Лунина, сидящего в кабине грузовика, по связи вышел Уваров:

- Командир, я на месте, объект наблюдаю. Двести метров, через взлетную полосу. Вижу огневую точку на крыше дома. Готов к работе.

- Я понял. Еще людей видишь?

- Четыре человека ходят возле склада, двое стоят у правого здания, под огневой точкой. Курят. Оружие вижу у одного.

- Понял. Наблюдай.

Джип Власова шел впереди ядра колонны метрах в четырехстах, и когда он достиг поста перед аэродромом, Лунин увидел, как машина остановилась.

- К бою! - тут же скомандовал майор.

Разведчики, ехавшие на грузовике и микроавтобусе, выставили в разные стороны стволы. В это же мгновение Дима увидел, как джип тронулся и погнал дальше. На дороге остались стоять три человека.

- Попридержи скорость, пусть они доедут до зданий, - сказал Дима Виталику.

Водитель придавил педаль тормоза, грузовик начал притормаживать. "Тайсон", сидящий за рулем микроавтобуса, тоже стал притормаживать, и колонна замедлила движение. Дима поежился - ему вдруг показалось, что машины входят в зону огневого поражения устроенной здесь засады. Стало совсем не по себе. Вот сейчас загрохочут выстрелы, и ливень свинца в несколько минут выкосит всех, кто едет на двух машинах. Распознать квалифицированную засаду практически невозможно, особенно если она организована специалистами, имеющими соответствующую квалификацию.

- Только бы проскочить... - тихо сам себе прошептал Лунин.

Когда до поста оставалось каких-то сто метров, наконец-то на него вышел по связи Лёвин:

- Командир, мы на месте. Власов здоровается с местным командиром. Здесь тихо. Подгребайте...

- Принял.

Трое вооруженных боевиков проводили молчаливыми взглядами хмурых бойцов российского спецназа, медленно проехавших мимо. Как только боевики скрылись за поворотом высокой травы, из микроавтобуса на ходу выпрыгнули Артем Осин и Вовка Мамай, которым предстояло скрытно закрыть проход на случай приезда на аэродром незваных гостей. Они метнулись в сторону, и тут же пропали в траве.

Закрыв за собой вход, Лунин обоими машинами выкатился на аэродром. Посмотрел на часы - до прихода борта осталось десять минут.

Увидев рыжеволосую русскую рожу, Дима быстрым шагом направился к Окаю:

- Окай?

- Да.

- Снимите своих людей с крыши.

- Для чего?

- Чтобы они остались живы.

Александр свистнул, с крыши на него выглянул один из боевиков. Спустя минуту огневая точка оказалась пуста, и на нее тут же заселился Бойко с ПЗРК в руках. Боевики ушли в здание.

- Ну, и где ваш самолет? - спросил хозяин аэродрома.

- Сейчас будет, - хмуро отозвался Лунин.

Дима быстро осмотрелся, послал Шайбу осмотреть подходы к зданиям и складу. Пока тот рысцой выполнял приказ, Лунин снова обратил внимание на Александра:

- Сколько вас здесь?

- Есть несколько человек. Большинство я отправил в деревню, как мы и договорились. Чтоб было меньше лишних глаз.

- Хорошо, - кивнул Дима.

Такая ситуация его устраивала. Пока.

- Я думал, что я в начале встречу самолет, а потом вы уже подъедете, - поддерживая разговор, сказал Александр.

- Так и задумали, - ответил Лунин таким тоном, что Александр не решился продолжить разговор.

В небе отчетливо раздалось далекое гудение самолетных двигателей.

- Идет, - замахал руками Иван Иваныч, показывая куда-то в сторону.

Лунин повернулся в указанную сторону, но из-за складок местности ничего увидеть не мог. Это было объяснимо - ожидалось, что Ан-26 пойдет на малой высоте, чтобы снизить возможность обнаружения.

- Тайсон! Шайба! Готовьте тросы! - крикнул Лунин своим разведчикам.

Дима закинул автомат за спину, и уже было двинулся к грузовику, как его за рукав тронул Власов:

- Дима, что-то здесь не то...

- Что еще?

- Наш борт, как я понимаю, должен заходить строго с юга...

- Пилоты делают коробочку, - отмахнулся Дима. - Им же нужно осмотреть аэродром.

- Может быть... - Власов отошел в сторону.

- Александр, давай своих людей, помогите выкатить на полосу с десяток пустых бочек!

- Хорошо, - кивнул Окай, и зычно крикнул что-то на местном наречии.

Из здания выскочили шесть человек с оружием, и, не дав спецназовцам испугаться, закинув за спину автоматы, побежали к складу топлива. Лунин удовлетворенно хмыкнул, и Окая расценил этот звук как похвалу своей расторопности.

- Вон он летит! - крикнул сверху Бойко, снова указывая рукой в сторону.

Лунин наконец-то смог разглядеть летящий самолет. Тот летел в проекции три четверти на высоте около четырехсот метров.

- Я так понял, что вы ждете Ан-26? - спросил Александр.

- А что? - метнул на него взгляд майор Лунин.

- Это самолет типа "Геркулес". Если что.

Дима судорожно вырвал из разгрузочного жилета спутниковый телефон и связался с генералом:

- Товарищ генерал, уточните, какого типа мы ждем самолет?

- Ан-26, - коротко отозвался Лихой. - Что случилось?

- В стороне от аэродрома проходит на малой высоте самолет типа "Геркулес".

- Клиенты Окая? - спросил генерал.

Дима повернулся к Александру:

- Твой клиент?

- Обычно мои клиенты ставят меня в известность. Было пару раз, когда они прилетали без согласования... но нет, я сегодня кроме вас вроде никого не жду.

- Он не уверен, - сказал Лунин генералу.

- "Ганшип" там быть не может, - сказал Лихой. - Их воздушная ударная группа сейчас находится на сто километров южнее вас.

- Понял, - ответил Лунин, после чего заверил генерала, что будет докладывать о любом изменении обстановки, и отключился.

- Что? - спросил Власов.

- Да нет, американцы сейчас южнее нас на сто километров...

- Тогда кто это?

Вопрос повис в воздухе.


* * * * *


Дерзкий по замыслу рывок на север оказался более чем результативным. Командир "Ганшипа" капитан Тейлор, конечно, рисковал. Еще бы - боевой самолет, принадлежащий вооруженным силам США, вторгается в воздушное пространство независимого государства! Да к черту эту независимость! Главное правило старо как мир - кто сильнее, тот и прав! А на борту "Ганшипа" находится масса разнообразного вооружения, способного нанести вред практически любому врагу! Ну разве может кто-то, а тем более, кто-то из страны Третьего Мира, возразить всемогущим летчикам Сил Специальных Операций ВВС США? В мире действует еще одно прекрасное правило - с тем, с кем можно не считаться, обычно не считаются! Разве будет представитель нации, правящей миром, выслушивать возражения каких-то папуасов? Да, конечно же, нет!

После доклада оператора средств разведки, капитан Тейлор почувствовал, как от напряжения у него взмокли руки, удерживающие штурвал самолета.

- Командир! - доложил оператор. - Наблюдаю посадочную площадку аэродрома. Вижу три машины: пикап, микроавтобус и грузовик. В кузове грузовика лежит объект металлического цвета, по описаниям и габаритам напоминающий спутник "Небесного щита"...

Спустя минуту доклад об этом прошел до адмирала Льюиса.

- Зубами за него держаться! - закричал в эфир адмирал. - Все вертолеты срочно в этот район! Накрывайте огнем! Бейте все, что там есть на земле!

Отключив спутниковую связь, адмирал устало сел в кресло. Казалось, в одно мгновение с его плеч свалилась огромная и тяжелая гора проблем. Груз неудач, преследовавший его всё это последнее время, казалось, перестал душить, перестал давить на горло. Нашли! Наконец-то! Теперь дело осталось за малым - нужно было расстрелять оружием "Ганшипа" все живое на этом аэродроме, а потом высадить десант "зеленых беретов" и бойцов "Блэкуотера", которые довершат уничтожение всех тех, кто решил покуситься на стратегические секреты и обороноспособность Соединенных Штатов Америки.


* * * * *


Самолет встал в круг, и его борт вдруг озарился яркими вспышками.

- "Ганшип"! - тут же крикнул Лунин во все горло. - Ложись!

Падая на землю, Дима успел заметить, как здоровый и грузный Шайба, необычайно легко, подобно юркому зверьку, метнулся в какую-то яму. В голове разом мелькнула куча мыслей, и пока снаряды летели от самолета до земли, Дима успел прокрутить в голове массу вариантов дальнейшего развития событий. Все они были не утешительные - уж слишком серьезный противник встал на пути разведотряда.

Разом накрыло здание, пикап и микроавтобус. Оглушительные разрывы стеганули плеткой по ушам, заставляя кривиться от боли. Горячая тугая ударная волна ударила в лицо, выключая звук. Дима заорал что-то, но он уже не слышал своего голоса - один из разрывов пришелся совсем близко от него. Подскочив на ноги, он увидел, как Виталик прыгает в кабину грузовика, мгновенно трогается с места, и в тоже мгновение это место накрывает череда разрывов. С другой стороны от себя Лунин успел ухватить краем глаза упавшие откуда-то сверху ошметки человеческого тела.

Дима несколько мгновений смотрел, как удаляется от него грузовик, своими колесами, в дикой пробуксовке, поднимая пыль, сливающуюся с пылью от взрывов. Правильно, нарезай круги, может быть, это не позволит в тебя попасть, - мелькнула мысль в голове.

"Ганшип" шел левым бортом, рисуя над аэродромом круг. Уже видя новые вспышки, Лунин метнулся к стене здания, ища за ней укрытия. Как только он завалился за угол, тут же по месту, где он только что лежал, прошлась жуткая очередь сверхскорострельного "Вулкана".

В голове рой мыслей отчаянно искал выход из такого жутчайшего положения. Но выхода не было. Грузовик выписывал по летному полю круги, едва не заваливаясь на борт, и каждая новая очередь с "Ганшипа" ложилась мимо. И даже посланные в машину гаубичные снаряды, падали не ближе двадцати-тридцати метров. Их разрывы выбрасывали из высушенной земли тонны грунта, не причиняя вреда взбесившемуся грузовику.

Слух стал возвращаться, и где-то на самом его пределе, Дима начал различать звуки боя.

Самолет ушел за дом, и Дима поднялся на ноги. До двери он добежал в долю секунды, а уж как он внутри дома, буквально, в несколько секунд, нашел лестницу, ведущую наверх, вообще было необъяснимо.

- Иваныч! - Дима высунул голову в люк на крышу. - Иваныч!

Заместитель командира отряда лежал на крыше здания, приваленный мешками с песком. Одно взгляда было достаточно, чтобы понять, что Бойко погиб. Под ним растекалась огромная лужа крови, свидетельствующая о тяжелейших ранах, возможно, нанесенных снарядами "Вулкана".

Дима не стал зацикливаться на погибшем друге - если сейчас посвятить горестям утраты всё свое время, то можно и самому тут же распрощаться с жизнью. Дима выбрался полностью на крышу и быстро осмотрелся. Где она? Где?

Борт "Ганшипа" снова озарился яркими вспышками, и прежде, чем вихрь "Вулкана" снова накрыл огневую точку на крыше, Дима успел вырвать из-под завалившихся мешков тубус переносной зенитной ракеты, и прыгнуть в люк.

Тут же над его головой снаряды окончательно снесли мешки с песком и пулеметную установку, так и не пригодившуюся в этом бою...

Обретя слух, Дима с удовлетворением отметил, что за стенкой трелью залился пулемет. Что это была работа Шайбы, у него сомнений не возникло. Ну что же, пусть старшина полощет... с полукилометровой дальности умелой рукой можно и на "Ганшипе" написать из ПКМ что-то типа "Слава ГРУ"...

Самолет, завершив один круг, пошел на второй. Очереди "Вулканов" и "Бофорсов" сосредоточились на грузовике, выписывающем по аэродрому затейливые круги.

- Сейчас, Виталя, сейчас... - Дима ухватил ПЗРК, взвалил его на плечо.

Посаженный наполовину аккумулятор должен был сработать еще раз. Должен!

Дима даже взвыл от безысходности, на одно мгновение, осознав, что будет, если сейчас переносной зенитно-ракетный комплекс не будет приведен в боевое положение. Но "Игла" вдруг ожила!

- А-а-а! - заорал Лунин от азарта, охватившего все его сознание.

Он высунулся из-за угла, ловя в визир прицела низколетящий самолет. Как только прошел сигнал о захвате головкой ракеты цели, Дима надавил пуск. Ракета выскочила из трубы контейнера-тубуса, и в нескольких метрах впереди пыхнула ярким пламенем.

- Иди, родная, иди, - прошептал майор, боясь лишним движением, лишней преждевременной мыслью, сбить ракету с правильного пути...

Дымный след все дальше и дальше удалялся в сторону самолета. Там, на борту "Ганшипа", очевидно, заметили пуск, и в попытке предотвратить попадание, предприняли маневр уклонения с одновременным выпуском тепловых ловушек. Но все было тщетно. Спустя несколько томительных секунд, "Игла" достигла левой плоскости самолета и неожиданно небольшое дымное облачко, появившееся в районе крайнего двигателя, известило о том, что воздушный враг поражен.

Дима не мог оторвать взгляда от того, как отнюдь не маленький самолет заваливается на левое крыло. Какие-то секунды длился воздушный поединок. И вот уже четырехмоторный "Ганшип" неуправляемым куском железа летит к земле. Левая плоскость начала разрушаться, и от самолета полетели обломки, а спустя еще секунду столь грозная боевая машина вертикально вошла в землю. На месте столкновения самолета с землей поднялся столб огня, переходящий в клубы черного дыма. Спустя секунды до слуха донесся глухой взрыв, который сотряс окрестности.

- Готов! - откуда-то со стороны к Лунину подошел Шайба. - Здорово вы его, товарищ майор. Я бы своим пулеметом до вечера старался...

- Бойко погиб, - сказал Лунин. - Нужно забрать тело.

- Так вон, и младшего агентурщика как порвало, - старшина указал на человеческие останки, лежащие неподалеку.

- Может, ему надо как-то сказать, чтобы он остановился? - к Лунину подошел Стас. - Не дай Бог еще перевернет машину...

По полю аэродрома продолжал на бешенной скорости носиться грузовик со спутником в кузове, управляемый умелой рукой Виталика.

- Осмотреться, - приказал Лунин. - Кто еще пострадал? Группы на связь!

Только Дима сказал это, как Шайба указал рукой в небо и сообщил:

- Вон еще один летит. Стрелять?

У Лунина все похолодело внутри, но как только он повернул голову, все встало на место - в приближающемся к взлетно-посадочной полосе самолете он узнал знакомый силуэт Ан-26.

- Это свой.

Самолет дал зеленую ракету.

- Красную! - крикнул Лунин. - Дайте красную!

Из-за стены буквально разваленного здания появился помятый и испуганный Александр, который вынул из кармана сигнальную ракету и запустил ее в небо. Пока ракета набирала высоту, он подошел к Лунину:

- Ни хрена себе, встретили самолет! Мы на такие встречи не договаривались!

- Сами не ждали, - отозвался Лунин.

- Но круто. Круто. Есть у вас ещё такие штуки? Готов обменять на остаток!

- На базе остались, - отмахнулся Лунин. - Это последняя была. Хорошо, что сработала.

- Командир, погибли Бойко и Панин. Остальные наши все живы. Тайсон ранен. Погибли трое местных, - доложил Стас.

- Остановите его, - Дима указал на Виталика, который все еще продолжал гонять по полю. - Сейчас самолету садиться надо!

В это время раздался сигнал спутникового телефона. Плохо слыша, Лунин, тем не менее, ответил. В трубке он распознал голос генерала:

- Дима! Срочно прячься! Осназовцы только что взяли пеленг на "Ганшип", он в вашем районе! Летел, гад, в режиме радиомолчания, и мы не смогли его видеть! Уходите оттуда! Я сейчас отзову самолет!

- Поздно, товарищ генерал. "Ганшип" в земле. "Двадцать шестой" заходит на посадку. Передайте ему, пусть не обращает внимание на горящие машины. У нас все нормально, пусть садится!

- Потери есть?

- Есть. Бойко и Панин. На глушняк.

- Забрать с собой. Грузите спутник! Вылетаете вместе с этим бортом. Как понял?

- Понял.

- До связи.

- Есть, до связи.

Лунин отключился. Посмотрел на подошедшего Шайбу:

- Старшина, почему вы не выполняете приказ?

- Какой, товарищ майор?

- Бочки, Шайба! Бочки!

- Есть!

Широков побежал в сторону топливного склада, который, как ни странно, не пострадал.

Власов подошел к Лунину:

- Помоги...

У него была перебита рука, торчала кость, обильно текла кровь.

- Кажись, осколок зацепил.

- Ты видел? Твой опер погиб, - кивнул головой в сторону Дима, доставая из кармана разгрузки перевязочный пакет.

- Погиб?

Лунину показалось, что Власов не был готов к такому развитию событий. Господи, да кто когда бывает готов к этому?

- Потерпи, - Дима начал наматывать бинт на рану, и резидента скрючило от боли.

На огромной скорости подъехал, наконец, Виталик.

- Нет, вы видали, что он, гад, делал со мной? - в сердцах спросил он.

- Видали, - кивнул Лунин. - Оборжаться, как смешно ты ездил.

- Уроды, джип мне раскурочили! - матерился Власов.

Ан-26 коснулся колесами шасси полосы, и быстро снижая скорость, поднимая тучи пыли, покатился по полю. Стас тем временем вызвал группу Уварова, и они бегом начали пересекать аэродром.

Самолет остановился по центру аэродрома, как раз напротив разрушенного теперь здания и горящих машин. Лунин поспешил к борту.

- Здорово, летуны!

- И вам не хворать, - отозвался летчик в синем авиационном костюме, вышедший по небольшому трапу в бортовую дверь. - Показывай, что грузить!

- Вот ЭТО, - Лунин указал на тело спутника, лежащее в кузове грузовика.

- Сойдет.

- Командир, - Лунин ухватил летчика за плечо: - Мы сейчас здесь уложим бочки, и по ним вкатим аппарат на борт. Мне объяснили, что у вас есть лебедка.

- Я специально грузовую тару привез, на хрена мне ваши бочки? - удивился летчик.

- Где она?

- Сейчас открою рампу, опущу аппарель, и выкачу вашу тележку. Мне за эту тележку генерал все мозги проел. А ты и есть тот самый Лунин?

- Я. А что?

- Да так, просто ходят легенды о твоих подвигах... сейчас вижу - не напрасно, - летчик расплылся в широкой улыбке.

- Сколько еще катить? - спросил Шайба, подкатывая к самолету бочку.

- Нисколько, - остановил старшину Лунин.

- Одной обойдемся? - поинтересовался Широков.

- Нет, Шайба. Бочки теперь не нужны!

- Да что же это такое! - возмутился старшина. - Сперва накололи, что на Камчатку летим, теперь с бочками вокруг пальца обвели! Командир, я на нее тысячу калорий потратил, чтоб сюда дотащить! Требую повышенного продовольственного пайка!

- Шайба! Заткнись! Помоги, лучше, летунам тележку выкатить!

Подоспевшие Уваров, Черный и Франк включились в погрузку. Дима, опустошенный коротким, но ярким боем, отошел к разваленному зданию, и сел на скамье. Стена была изрыта мелкими выбоинами от осколков снарядов, но на ней отчетливо читались какие-то надписи на английском, и местных языках. Машинально Дима прочитал несколько надписей, которые никакого смысла не имели, и только он решил бросить это занятие, как его глаза нашли до боли знакомые четыре русские буквы и две цифры.

- Не может быть, - выпотрошенное боем сознание тяжело, но все же осознавало увиденное, и пыталось найти хоть какое-то логическое объяснение тому, как могла в этом Богом забытой стране появиться ровная надпись "РКПУ-86"...