# Сны и сновидения

Ирина Арлекиновна Тананайко

Все что будет написано в этом рассказе от первого слова до последнего - правда, но, уже зная количество читающих скептиков, сразу отношу это произведение к фантастике. Странно начинать рассказ сразу с себя, с любимой. Натура у меня увлекающаяся, интересующаяся всякой всячиной. Историю и литературу у нас в семье всегда любили: мама - учительница русского языка и литературы, сестра - историк. Я же пошла дальше: увлеклась генеалогией (очень близко к гинекологии). По отцовской линии род наш аж до шестнадцатого века вычислила. Кого у нас там только не было: и военные, и особисты( в смысле "Тайный Приказ" царя Алексея Михайловича), и писатели с поэтами ( ну с очень гражданской позицией, но не декабристы), и священники. А вот по маминой линии трудно что - то сказать: переехали бабушка с дедушкой с Самарской губернии в Казахстан, когда во время Голодомора (не украинского, а российского) умерли у них трое деток. Мама у них уже в Казахстане родилась. Связь с теми родственниками потеряна. Знаю только название: станция Богатово, село Андреевка. Наверное, придет время, и я как Хмелевская поеду искать забытые колодцы предков. Но сейчас не об этом. Знаю я только одно: что по женской линии у нас через поколение рождаются девочки - знахарки, костоправки, ведуньи ( не путать с ведьмами), так как женщины все верующие. Бабушка моя, Дарья Николаевна, известной знахаркой в Южном Казахстане была. Отцу моему, а своему зятю, атеисту и офицеру, бородавки за одну ночь свела без всякого прижигания азотом. Только заговором. Мама у меня от медицины человек далекий была, ее бабушка только вещими снами наградила. Ну, а в нашем поколении я в медицину пошла, причем лет с пяти знала, что стану доктором.

В советское время все непонятное отвергали. А у моей подружки-соседки, к которой я в Ясногорск ездила, была родная тетка, имеющая старинный фолиант, написанный на старославянском языке. Пособие по гаданиям. Читали мы обе, а карты мне в руки легли. Вроде всю жизнь там лежали. Лет с двенадцати я гадаю. Помню уже после окончания института, возвращались мы с отдыха на Украине в Узбекистан. Время летнее, билеты удалось достать только в плацкартный вагон пассажирского поезда. 500-веселый, у каждого столба останавливался, ехали мы почти пять суток из Москвы. Уже и читать не могли, и говорить не могли, стала я девчонок своих, от нечего делать, учить карты кидать. Колода то у меня всегда с собой в платке завернутая лежит. Мужик с верхней полки полдня за мной наблюдал, а потом издеваться стал. Ему подружки мои предложили, а давайте Ирка вам кинет. Если что сойдется - вы нам шампанское выставите. Мужчина согласился, спрыгнул с полки, сел напротив меня. А мне какая разница кому раскладывать. Начала яхонтовому про всю жизнь прошлую, настоящую и будущую рассказывать, у мужика глаза на лоб полезли. Притащил он нам и шампанское, и шоколад. И полвагона встали ко мне в очередь: сутки мы шампанское пили, еле из вагона вышли. А подруги мои, вместо благодарности мне за дармовую выпивку, отругали: " Что три дня я прохалтурила, все путешествие пить могли". Правда после одного случая, зарок дала - самой карты не кидать. Хочет человек, что - то узнать, хай сам кидает. Я могу только посмотреть.

В день, когда с сыном авария произошла, подруга моя кинула себе карты и попросила посмотреть. И я ей все сказала: что ближайшие полгода она будет занята оказанием помощи ребенку своих друзей, который попадет в катастрофу. Что будет она с друзьями в больнице сидеть, что оперировать будут. То есть все сама рассказала, только не поняла, что это все в моей семье происходить будет. Вообще себе гадать нельзя, карты подтасовываешь. Также и ясновиденье. Ведь ясновидящие как говорят: у них перед глазами несколько картинок. Какая ярче - такую и предсказывают. А себе когда смотришь, какую хочешь - такую ярче и представляешь. Потом долго не до этого было. Я другим звонила, просила мне посмотреть, погадать. Потом на исповеди каялась, мне постоянно за этот грех пеняют. Что интересно, когда перестала я карты смотреть, чаще картинки перед глазами стали возникать. Я особо об этом не распространяюсь, но пара моих знакомых, именно знакомых, а не друзей, об этом знают и звонят изредка, когда совет требуется.

Родителям своим мы с мужем не говорили, чтобы стариков не пугать. Одна моя сестра знала. Но мама моя постоянно звонила, и спрашивала, что со мной происходит? Сны у ней были про меня, что я очень больная. Это моя боль за сына ей передавалась. После второй операции у внука, мама слегла, сестра с отцом за ней ухаживали. Я не могла к ней полететь из - за сына, нужно было его везти на первую после аварии сессию в Киев, в институт. Сразу после сессии я собиралась домой, в Ташкент.

В ту ночь я не спала, что - то мыслей много было, и задремала только утром. Снится мне мой родной дом: сижу я в родительской спальне на кровати, и у меня на руках умирает мама. Проснулась: сердце колотится, бегом к компьютеру, от сестры сообщение, что маме плохо, надо лететь. Думаю: значит просто страшный сон, когда сон про смерть - человек долго еще жить будет, надо просто быстрей домой лететь - маму вытягивать, позвонила в агентство, заказала билет в Ташкент. Затем домой перезвонила, до этого никто там трубку не брал. Отец мне сообщает, что пока за выписанными лекарствами в аптеку бегал, мама нас покинула. Нет больше моей мамочки...

Вещи в сумку кинула и в аэропорт, утром уже была дома. Сестра рядом с родителями живет: на поминки много посуды надо, мы к ней домой пошли за тарелками. У нее кот живет, он - когда нас увидел, как по шторе к потолку взвился. Мы с сестрой переглянулись, я говорю:

-Что это с ним?

-Коты видят то, что недоступно человеку. Видимо мамина душа рядом с нами.

Неделю я уходила из дома и говорила около двери:

-Мама, не переживай, я иду туда или туда то, скоро буду дома.

На девятый день ровно в полпервого дня, по одесскому времени - полдесятого утра, по кухни с закрытыми окнами и форточками прошел ветерок, погладил нас сестрой по плечам, как мама делала и все. Мамина душа покинула земную юдоль. Именно в это время я видела тот сон в Одессе. Тогда во сне моя душа была рядом с маминой, в момент ее смерти. После этого я только один раз только сказала:

-Мама, я иду туда то..., - и замолчала. Это было сказано в пустоту, мамы больше в доме не было.

Говорят, что покойники, если снятся до сорока дней, значит, они нами недовольны. Мама снилась мне часто: убеждала меня, что ее уже нет, что она умерла, что мои слезы ей делают больно, что мне надо жить ради детей. Я думала, что уйду за ней, ушел свекор.

Я реально вижу маму во сне, это не мое подсознание работает, не моя тоска. Она говорит не иносказательно, а четкими фразами. И все, что она говорит, сбывается. Я писала в постинге к "Предупреждению", что получила от нее посылку. Мама бережет меня оттуда, где она сейчас находится.

Когда мне совсем плохо, я иду на занятия по цигуну. Это вытягивает лучше всяких докторов и лекарств из депрессии, истощения. В тот день на занятиях по цигуну, инструктор предложила перед медитацией заняться всепрощением. Я всем прощала и любила сквозь рыдания. И в какой - то момент моя душа оказалась в незнакомом месте. Зеленые холмы среднеазиатской степи с моими любимыми тюльпанами, в долине стоит саманный домик с выбеленными стенами. Из трубы вьется дым. Я подлетаю ближе, около входа стоят мои бабушки и мама. Пахнет как перед Пасхой - ванилью и корицей, свежей выпечкой. Руки у них в муке, завязаны фартуки. Мама молодая как молодости и веселая. Баб Оля с папиросой во рту, военная привычка. Я им обрадовалась, говорю:

-Вот здорово, я так соскучилась, все остаюсь с вами на пироги.

А в ответ слышу:

-Брысь отсюда. Делать тебе пока здесь нечего. Придет время, будешь с нами, а пока возвращайся. Мы вас любим и ждем.

Очнулась, нечего понять не могу. Пришла домой, давай звонить сестре, рассказать об этом случае. А сестра мне свой сон рассказывает. И была она во сне в том же месте, куда я во время медитации попала. До мельчайших подробностей: и платья их сошлись, и занавески на окнах. Я не знаю, где это место: на нашей планете или нет, в нашем мире или параллельном. Я не знаю: рай это или нет. Просто место, где царит покой. То есть, я не могу точно сказать, где находятся после смерти мои близкие. Но это место есть за Небесами или в Небесах, и живут они там счастливо, без болезней в радости.

А точно я знаю, что есть жизнь после смерти, есть место во Вселенной, где меня ждут самые мои любимые женщины на чай с пасочками, где я буду вместе с ними приглядывать за своими детьми и передавать через внучек приветы ближним.

С Пасхой вас, светлым праздником! Веры вам, Надежды и Любви.


Одесса 2008 год, апрель