# Джума (окончание)

Александр Борисович Тарнакин

Всё как-то не так складывается в этой жизни. Предвкушение разгульной гусарской вечеринки не оправдало себя. Всё очень просто. Чем дальше от центров европейской цивилизации, тем целомудреннее юные девы. Милые девочки, родившиеся и выросшие в небольшом узбекском городке, с молоком матери впитали в себя строгие понятия о девичьей чести, правилах поведения с мужчинами. За выполнением этих правил неусыпно следили строгие мамки, тётки, отцы и старшие братья. Вы помните, как проходила встреча Майкла Корлеоне с будущей женой на острове Сицилия в романе Марио Пьюзо "Крёстный отец"? Следом за молодой парой, не смевшей даже держаться за руки, шло человек 15 мамок и тёток, да и охрана вдобавок...

Мы мило послушали модные тогда пластинки Аллы Пугачёвой, Давида Тухманова, Юрия Антонова. Под звуки песни "Я несла свою беду, по весеннему по льду..." мы рассматривали невинные девичьи альбомы со стихами Ахматовой, Ахмадулиной, Рождественского, Евтушенко. Я вглядывался в лица своих новых знакомых и думал о том, сколько нерастраченной нежности и ласки таится в этих юных душах и сердцах. Слушая их сбивчивые рассказы о парнях-одноклассниках, ушедших в армию, я понимал, что им всем без исключения хочется замуж. Даже этой пухленькой кореяночке, которая, в силу своей предрасположенности к полноте, ужасно комплексовала по этому поводу. Но даже и она гневно бы вспыхнула взглядом, поступи вдруг ей непристойное предложение от изголодавшегося офицера-афганца. Сколько в них гордости, в этих девочках, которые за всю свою жизнь дальше Самарканда не выезжали! Справедливости ради надо признать, что природа наделила их необычной красотой, которая свойственна потомкам межнациональных браков. В меру раскосые глаза (удачный опыт природы в гибриде Европы и Азии), причудливый изгиб бровей, неизменно подчёркнутый сурьмой*, смуглый цвет кожи, худощавые тело, ручки, ножки; микроскопические оспинки на лицах у многих, довольно часто встречающиеся на Востоке. В этих краях не приняты запахи "Шанеля" и "Коко". Потому, что таких духов здесь в жизни не продавали. А поэтому от девчонок исходил тонкий запах восточных пряностей, который, к слову сказать, сводил на нет все достижения французской парфюмерии. Одежда девушек позволяла лишь самому необузданному воображению дорисовать всё то, что пряталось под покровом из недорогого материала. В Узбекистане во все времена были в моде разноцветные национальные материи.

Эх, девчонки! Не в вашем обществе мои орденская планка и нашивка за ранение служат козырной картой. Но, если кто желает себе покорную и послушную жену, лучшего места для выбора просто не существует. Господа! Женитесь на провинциалках! В этом случае вы вполне можете сойти за принца на белом коне...

Общение с девочками вызвало в организме бурную реакцию, для нейтрализации которой смогла подойти разве что водка. Но до самого конца нашей беседы я старался выглядеть обаятельным кавалером и, полагаю, не уронил честь русского мундира в этом буйном цветнике.


За время пребывания в Джуме я узнал много нового про свою страну. Например, мне стало известно, что институт многожёнства за всё время Советской власти в Средней Азии так и не упразднялся. Тут, конечно, своя специфика. В официальном браке все мужчины здесь состоят по одному разу. Но по общепринятым понятиям и пресловутому шариату можно иметь вторую жену, третью... Жёны живут не под одной крышей. Муж навещает каждую по ему известному графику. Каждая жена довольна своей судьбой, имеет по несколько детей, своё хозяйство и испытывает безграничное уважение к своему мужу. Один из подчинённых мне солдат имел вот такого отца-многожёнца. Я был достойно встречен в его двоих семьях. Мне представили выводок детей, младших братишек и сестрёнок моего солдата. А я всё это время привыкал к этой действительности, которой, по моему мнению, не могло существовать в природе. Вторым моим открытием было наличие в этих краях довольно большого количества автомобилей-иномарок. Вы можете себе такое представить в начале восьмидесятых годов? Я тоже не мог, пока не увидел "Форды" и "Мерседесы" во дворах глинобитных домов. Пусть б/у-шные, но смотревшиеся круче наших "Жигулей" и "Москвичей". Я чувствовал, что, несмотря на свою внешнюю бедность, многие из местных жителей обладали большими деньгами. Оказывается, народ всегда любил играть со своим государством в игру "Не пойман-не вор". Фантастический уровень местной коррупции много позже вскрыли знаменитые Гдлян и Иванов. Но я об этом никому не говорил.

Наступило время ехать за БТР-ми. Приезд в Иолотань не запомнился вообще. Помню лишь, как в Джуме хлебосольно собрали нас в дорогу. Запечённые куски баранины, курятины, белые кругляши курта**, самаркандские лепёшки, которые по уверению моего хорошего друга, имеют срок хранения более месяца, и много водки...

В воинской части Иолотани на основании привезённых документов мы без задержек получили два красавца БТР-70. Новенькие, зелёненькие снаружи, свежебеленькие изнутри. На них нам предстояло совершить марш до Кандагара. Двигатели машин работали, как часы, что доставило нескрываемое удовольствие и водителям, и мне.

Начался марш. В Тахта-Базаре мы задумали затариться водкой уже для ввоза в Афган. Всего-то и надо было два ящика. Странная реакция была у местных жителей и, в первую очередь, у продавцов. Продавцы категорически отказывались продавать водку за советские рубли. Им даже не нужны были внешпосылторговские чеки. Они предлагали натуральный обмен. Один ящик водки на одну пару джинсов. Где вы сегодня джинсы на ящик водки поменяете? Но джинсов у нас, конечно же, не было. Всё раздарено на малой родине. И только лингвистическая сила великого и могучего узбекского языка, которым в совершенстве владели мои солдаты, сломила несгибаемую волю местного завмага.

В Кушке, к великой нашей радости, мы встретили своих. Лейтенант Лёха Павлов, командир гранатомётного взвода нашего батальона, был назначен со своим взводом в сопровождение роты материального обеспечения бригады. К моему удивлению, вопреки привычному ожиданию колонны в Тургунди, он ухитрился "просочиться" в Кушку, где с большим удовольствием истреблял арсеналы водки и пива. Этим вечером он помог мне снарядить патронами ленты к "Утёсу" и ПКТ. А на следующее утро предполагалось выдвижение через границу колонны РМО и наше, соответственно.

Перед пересечением границы, нам, как плохим студентам, всё казалось, надо было ещё немного допить водки. Это ощущение сыграло со мной злую шутку. При подъезде к пограничному КПП сознание легкомысленно покинуло меня, превратив мужественное тело командира пехотного взвода в банальные дрова. Так и свершился беспошлинный (то есть без отметки в загранпаспорте о пересечении границы) провоз на территорию Афганистана груза, номера которому ещё не придумали штабные статистики. Не груз 200, но что-то близкое к этому.

Родной афганский воздух совершил со мной чудо. Я очнулся, убедился, что спрятанная под поликами БТРа водка, тоже не прошла таможенный контроль, а, значит, была в целости и сохранности. Колонна, сопровождаемая уже не тремя, а пятью БТР-ми, представляла собой весьма ощутимую угрозу для душманов. А, если учесть, что мы досконально овладели пропагандисткой техникой, то совершенно очевидно, что мы впервые в жизни получили возможность не пулей, но словом при помощи мегафонов выразить своё отношение к моджахедам. Слово, к нашему стыду, было отнюдь не печатное. Это как-то скомпенсировало отсутствие у нас автоматов, не полученных в бригаде...

Бог прощал нам все богохульства и брань, позволив без единого выстрела и непредвиденных остановок добраться до Кандагара.

Вечером, по прибытию, весь командный состав батальона собрался в офицерской столовой. Ну, как же? И сопровождение без ЧП, и водки ребята привезли. Мы с Лёхой Павловым договорились, что на круг пустим десять бутылок водки, а остальное продадим, как лётчики это делают. Какой никакой, а навар...

Десять бутылок водки промелькнули быстрее, чем семнадцать мгновений весны. Мужики многозначительно поглядели на нас. Ну? Душа требует продолжения банкета. Мы в ответ:

- У нас водка кончилась. Но мы знаем, где найти за деньги.

- Не вопрос.

Все потянулись к карманам. На середину стола падали мятые чеки, афгани, и даже риалы. Мы с Лёхой сгребли всё в кучу и вышли из столовой. Идём, а сами молчим. Но думаем, видно, об одном. Мы идём продавать своим мужикам водку. Ну, не сволочи ли? И такой стыд взял, как будто в дерьме измазались. Мы с Лёхой не обменялись ни словом. Подошли к моей кровати, вытащили на свет весь ящик водки и вдвоём принесли в столовую. Бросили все деньги обратно на стол:

- Простите нас, мужики. Мы хотели вам продать свою водку.


Никто нас не осудил. Но и деньги назад никто не взял. Кто-то сказал:

- На эти бабки мы ещё за водкой пошлём. Но не этих. Эти не знают, где сегодня водка продаётся. Они ж только приехали...


* * * * * *


Начфин долго ломал голову, ну как ему начать начислять мне чеки? Ведь я же формально границу не пересекал. Отметки же нет. Потом взял простой химический карандаш и вывел у меня в загранпаспорте:

"Прибыл вместе с лейтенантом Павловым"


* * * * * *


* - Название "сурьма" происходит от турецкого слова "сюрме", что значит "натирание", "чернение бровей". "Kohl (khur, kuhl, kahal, или kohol) - черное вещество, которое восточные женщины используют в качестве подводки и краски для век. Сурьма для глаз - прекрасный восточный макияж и здоровые глаза.

(Викпедия)


** - Курт - это просто соленый сушеный творог. Нужно дать молоку скиснуть, потом долго варить, помешивая, пока значительная часть жидкости не выкипит. Отцедить, посолить, накатать колобков и сушить на свежем воздухе. (Викпедия)