# "Бра-а-ат! Тебе позвонили-и-и!!!"

Руслан Валерианович Титор

Придя со второй смены ЧГ и отоспавшись, я узнал, что в целях "перевоспитания" поставлен рабочим по кухне. "Кусок" зашёл на кухню и злорадно сообщил, что это он постарался, что будет спецом загрёбывать: приходить и проверять, чтобы всё горело золотом, как котовые помидоры.

Я ему невербально усмехнулся, отвернулся и продолжил приём пищи как был во "шиваре" на зимнее исподнее и штанах-хабэ.

А на следующие сутки, согласно боевого расчёта, я, по словам довольного как слон НЗ, должен был в первый раз заступать дежурным по заставе. Застава с нетерпением и, затаив временами дыхание, ждала этого небывалого события, куда там утонутию Атлантиды.

В общем, сижу, скучаю, с философским спокойствием озирая груду грязной посуды. Хочется себя чем-то полезным занять, покурить например. Ан, облом - некурящий. Вот ведь непруха.

Тут заходит Волоня, "годок" мой, и даже более чем однопризывник: так же как и я - "пайкинец"! Подходит, берёт за "шиварь" и... потянул молнию вниз!

Я опешил, говорю:

- Тебе на службу "утеплитель" надо?

Он мне, как-то непонятно глянув, вкрадчиво эдак:

- Не-е-е-е-е...

Я в недоумении:

- Ты чего делаешь?!

Он:

- Пожди-подожди, щас узнаешь...

И - цоп меня за ворот зимнего тельника да как рванёт!!!

И тут я, ещё не веря, но уже чувствуя головокружение, спросил внезапно севшим голосом:

- Это что же...

Волоня, посмотрев на клочья, как художник на удавшееся полотно, кивнул ухмыляясь и поздравил.

И тут я, сам того не ожидая от себя, запрокидываю голову и строго вертикально вверх издаю.... хм, короче говоря нечто звуковое так, что почему-то на всей заставе вдруг установилась ТИ-ШИ-НА!!!

Тут заходит "кусок"- старшина заставы. Ёлы-палы, какая разительная перемена: весь такой слащавый да масленный, хоть сейчас на хлеб мажь вместо масла, говорит эдак радостно, мол поздравляю и всё такое.

Я ему подмигнул заговорщически:

- Так чего там про золотые помидоры, таищ старшина?

Тот рот разинул - не ожидал. (А я - злопамятный. Есть такой грех.) Подумал он и захлопнулся. Видимо сказать ему было - нечего.

И вышел я мимо него с кухни.

Состояние какое-то полупьяное-полуневменяемое, ходил как ёжик в тумане зигзагами по территории "Омана" и народ пугал, периодически испуская в декабрьское небо, хм, нечто вокальное. Разобравшись в чём дело, меня поздравляли, хлопали по плечам, а я как этот, папуас - в разорванной рубахе пластами и клочьями и холода не чуял совсем.

Не помню, как оказался в главном помещении ПЗ и почему стал курсировать спятившим маятником туда-сюда, туда-сюда между столовой и ближним кубриком, где моё персональное лежбище находилось. Мимо открытой вовнутрь двери ленкомнаты. А там какой-то подполковник чего-то задвигает эдак сурово, жёстко и назидательно: бу-бу-бу. И я сообразил, чего это главное помещение - словно вымерло: приехал с отряда некто и личный состав, не занятый службой или хозработами, собран в ленкомнату - внимает, ага.

Прохожу в очередной раз, уже миновал дверной проём, как мне в спину рык "двухпросветного":

- Это кто там шарится по коридору?!

Я иду себе дальше.

- Это дембель, товарищ подполковник, позвонили ему только что, - охотно пояснили сразу несколько заинтересованных голосов.

Сразу, как по волшебству, раздалось нормальным тоном:

- Да? А ну тогда, кхм, ладно... Дверь закройте только.

Дверь закрыли.

Дальше склад, туесок дерьма, густо замешанного на хамстве от жены НЗ, поставленной на должность каптёра...

В смысле туесок?

А пришёл на склад получать своё и - опа: нет среди прочего, привезённого с "Пайки", зимних парадных перчаток! Положенных по уставу между прочим. Спросил, слегка недоумённо, где? И получил хамский ответ: самим надо. И ухмылку. Правильно: мало того, что каптёр - женщина, так ещё и супружница начальника заставы. Не стал связываться, плюнул и ушёл со склада.

Последний ужин на заставе.

После я и ещё один мой "годок" во всём дембельском, сидим в ленкомнате, смотрим с остальными какой-то видеофильм. Две "сработки" на правом фланге за первую половину ночи и оба раза - такое странное чувство, будто бы тебя уже нет на заставе: все, кроме нас двоих и резерва с дежурной сменой, умелись на границу, а мы почему-то сидим в ленкомнате. Как посторонние!

Потом застава поднялась в третий раз, провожать по традиции дембелей. Выстроились "угольником" на плацу под фонарём, идёшь вдоль строя, жмёшь руки, обнимаешься, произносишь какие-то слова и тебе что-то говорят. Затем, когда оба попрощались со всеми, подходят по двое к нам, руки крест-накрест, садимся и нас несут с плаца и до ступенек-всхода вровень с задним бортом "66-го", по ступеням вверх заносят и аккуратно опускают в кузов. Последние напутствия, мы уселись, "дипломаты" - на колени. Начальник заставы заглянул, спросил: "Ну, готовы?" Кивнули.

Он исчез, хлопнула дверца кабины. "Газон" зафырчал, газанул раз-другой, водила Н-88 бибикнул дважды, проорал что-то про: "Держись, чтоб не сдуло, поезд трогается!" и - застава плавно-плавно, всё быстрей и быстрей стала уплывать назад. Тут же жарким ознобом накрыло ощущение безмерной радости и в то же время... защемило сердце, от непонятной тоски...