# Принцип эскимо

Руслан Валерианович Титор

Пограничная басня, ужасы.

"А ещё мы выгуливаем собак, котов и так далее..."


Из пограничного фольклора


Было во времена Глухого, (беспросветного для "соплей нации"), застоя такое мороженое - "Эскимо": сливочный пломбир, (на сливках из натурального молока, а не "свободо-демократической" сыворотке), покрытый толстым, в детский пальчик толщиной, замечательным шоколадом, а не "дерьмократической" тонкостенной глазурью "под шоколадное". Ярчайшее из самых ранних воспоминаний детства, когда в 1973 году, в прекрасный, воскресный январский день родители купили мне в первый раз "Эскимо"! До сих пор помню его восхитительный, тоталитарный вкус, когда не наблюдалось нигде ни разу свобод от всего, что делает человека человеком, но продукты питания были натуральные и - свои, а не импортное, полуфабрикатно-захимиченное дерьмо, с пометкой "Продавать только в развивающихся странах". Потому что если в Европах или у себя, то и схлопотать от правосудия можно за практически легально производство пищевой отравы.

К чему я это всё? Да вот летом, во время службы на границе с Персией, в исключительно не прохладном Барбейджане, это первое моё "Эскимо" навязчиво приходило на ум, вспоминалось во всех подробностях: морозец далеко за 20 градусов, снег искрится, вокруг посленовогодняя, радостно протрезвевшая публика... Как-то раз озвучил хладо-ностальгическое в дозоре на правом фланге, так "дед", старший вожатый Ноябрь-6, пересказал своим "годкам" и вскоре на службе ли или на заставе стали просить, в минуты коллективного послеобеденного отдыха, скажем в курилке, рассказывать, снова и снова: про ядрёный мороз, сугробы и синеносого, задубевшего, недоопохмельного Деда Мороза. Слушали, полуприкрыв глаза, а на лицах практически у всех блуждала блаженная улыбка. У особенно внушаемых или одарённых крайне живым воображением даже ознобная "гусиная кожа" проступала. А что ещё нужно для немудрёного, кратковременного счастья, когда вокруг за... шкаливает термометр и всё, что не в какой-либо тени, плавится заживо в безжалостном зное?

В то жаркое утро ничто не предвещало каких-либо из ряда вон выходящих неожиданностей. Никто даже в самых смелых и непринуждённых постстодневных химерах и не подозревал о неумолимо надвигающихся товарным составом событиях, которые у многих из сопричастных и, особенно, соприкоснувшихся оставили в памяти неизгладимый никаким утюгом след.

Воскресенье, предвкушение еженедельного отсмотра "Утренней почты" - мирно-тихо всё, птички поют... Лепота одним словом, умиротворённая тишина. (Причём без какой-либо посильной помощи "Града".) Вдруг - "сработка", на 6-м Левом!!! Изумлённым взорам примчавшейся "тревожки" предстало следующее: начисто вынесен один пролёт "системы", на оборванных "нитях" клочки какой-то серовато-жёлтой, явно несвежей ваты. На КСП - чёткие оттиски обутых ног, в сторону Аракса. "Матёрый! - профессионально определили опытные пограничники, "древние" (1,5 года) и один "гражданский", (т. е. после обнародования приказа о демобилизации), - эвон какой мужичок-с-ноготок - около где-то, примерно 47-й, растоптанный и определённо рецидивист: запасся обувкой, затрудняющей определение истинного размера задних ходуль-мослов..

Зачем знать примерный размер обувки нарушителя? Чтоб морально подготовиться к габаритам тушки-репки, ясен пень. "Тянем-потянем, вытянуть - можем", всегда, везде, отовсюду. Не всегда целиком, бывает что и по частям, но тем не менее. И клочки ваты - классически: "Мой номер 245, на телогреечке опять...", одним словом - Савеловский централ, злонамеренно, мля.

Доложили на заставу и припустили пограничной иноходью по следам, уходящим в сторону реки. Здоровенный, рыжий Салам, как-то так особенно охотно стремился сорваться с поводка, и вот ведь странная необычность - лаял, чего за ним обычно не наблюдалось. Ну, посчитали это у него погранцовый азарт так проявляется. А то обычно такая скука смертная - всё шакалов гонять да исключительно мирных местных, (как вариант, недальновидно и самокритично показавшим с холма дозору ребром правой ладони да себе же и по шейке), а тут в кои-то веки - определённо настоящий нарушитель!!! Да ещё и такой большой, наверняка красивый и воздушный! Его наверно и надуть можно! (Потом, через соломинку, если захочет кто. И будет наконец-то у "Зайки" практически настоящий мяч, в футбол погонять в воскресенье, а то и поле, и ворота всё без дела простаивают.) Есть где развернуться редкостному гуманизму - прихотливо-избирательно, по площадям. "Тревожные" с огромным удовольствием и никогда не меркнущей последней надеждой, на бегу, снимали с предохранителя личное оружие и досылали патрон в патронники, готовясь предупредительными, дружными очередями в воздух "насовсем" задерживать нарушителя в речной воде, нечаянными рикошетами, от плотных слоёв атмосферы.

Заслышав впереди треск высохшего на корню тростника от ломящегося крупного тела, наддали в стиле "посрамим олимпийские резервы". А то ведь можно и не успеть к пограничному празднику жизни, что - чревато, хоть участок и не упреждаемый. Совсем рядом раздалось мощное "плюх", погранцы выскочили на берег и... деликатные маты замерли у них на устах, на полуслове! Перед остолбенелыми пограничниками, в пограничной реке с наслаждением плескался огромный медведь! БЕЛЫЙ!!! Завидев неожиданных зрителей, помахал по-брежневски правой передней лапой и радостно, как лучшим, давно не виденным друзьям, улыбнулся во всю пасть!

Немая сцена.

Топтыгин-полярник поднялся во весь трёхметровый рост и мастерски исполнил в ореоле речных брызг "Танец маленьких утят": (" итальянских: Тада-тада тада-да-да, тада-тада тада-да-да, тада-тада-тада-да-да-да-да-да...) В ответ квинтетом с мелодичным, кратким, костяным перестуком заляскало что-то. Все, включая озадаченного Салама разом посмотрели на старшего тревожной группы, старшину с позывным "Москвич", призыва Май-7.

- А чё я-то!? - чуть не всхлипнул в отчаянии "дембель". - Я ж в последней партии поеду, после такого сообщения!!!

- А кто у нас здесь главный, ась? - резонно напомнил старший вожатый Ноябрь-7, почти справившись с прыгающей в присядку челюстью. Как своей, так и Салама. - Вон вышка ПН, там розетка для МТТ, не тормози, да!

Доклад Москвича ответственному офицеру, начальнику заставы "Зайка":

- Таищ Первый, тут это, такое дело...

- Чего ты там мямлишь?! Задержали нарушителя-то?

- Э..., кхм, не совсем... Вы там сидите, таи..

- Что значит "не совсем"!? Ушёл на сопредельную!!!? И сядем все, даже и не мечтайте!!! Но сначала я вас всех раком ещё успе..

- Медведь это, - выскульнул врио старшины заставы. - Белый...

- ЧТО-О-О!?! Какой, нах, медведь, какой белый!? Что у вас там происходит?!! - мастерски невольно скопировал начзаставы интонации добряка И-эха из известного бармен-мульта .

- Танцует он, тарищ капитан..., это, пляшет в Араксе - чуть не плача выдавил из себя Москвич, выглянув из будки вышки.

В трубке раздался подозрительный грохот и - недобрая тишина.

"Не сидел", сделал логичный вывод старший тревожной группы.

В трубке внезапно прорезался дежурный по заставе, сержант Ноябрь-7 с позывным "Кот Матвей":

- Кляча пошатнулся весь и грёбнулся башкой об угол стола!!! Чё ты ему такое сказал?! Взяли нарушителя-то? Докладывать Оперативному пора уже... Чё там, "дембель" в опасности?!!..

Слабым фоном голосу дежурного служила заполошная, неуклюже мешковато-роняемая возня и полуистречный выкрик заставского фельдшера с позывным "Редиска": "Куд-д-да ногами вперёд выносите, "попарки", млять! Он - всего лишь без сознания!!! Вон пульс на черепе бьётся, прекрасно же видно..."

Как от брошенного камня, концентрическими кругами разрасталась паника, в стиле "Клиент - уезжает! Гипс - снимают!! Шеф, я - убью его!!!"

- Докладывай, - обречённо произнёс Москвич, - причина "сработки" - белый медведь, в лаптях.

Грохот дубль-два.

Кто-то подхватил трубку и голосом Редиски заорал:

- Вы в конец охренели что ли!? Тут же падают один за другим, как подрубленные рубанком!!! Что там!!!?

- Медведь, - уже со злорадством выкрикнул Москвич, - белый!!!

Трубка звонко икнула и, после нанозаминки полушёпотом переспросила:

- Ка-ка-какой-какой медведь?!!

- Белый! Полярный!! Тюленей жрёт в Северном Ледовитом океане!!! - блеснул общеобразовательным цензом пограничник.

- А точно белый?! - зачем-то решил уточнить обалдевший заставской эскулап.

- Мать-перемать, да!!! Точно! Белый! Танцует перед "тревожкой" в Араксе!!! В лаптях!!! Так и передай Оперативному, если Клячу или Матвея не откачаешь!

А в это время мишка двинулся с протянутой лапой, век валькирий не видать, требовать подношения за представление. Старший вожатый, Паша Румцев, он же в миру - "Нопасаран", неожиданно для самого себя вспомнил, что шёл на питомник, когда его застал-догнал с высоты троекратный выкрик часового заставы "В ружьё, 6-й Левый!", а в кармане штанов, в целлофановом кульке - кусочки сахара-рафинада - побаловать Саламчика ну и чайку попить. "Тревожка" попятилась было от понятного волнения и от недопонимания намерений зверины, но опыт есть опыт: плавно перековав ретираду в особо секретный тактический манёвр "Заманивание на свою территорию". Медведь ловко поймал пастью кусок рафинада, с наслаждением схрумкал и... отвесил Паше "земной поклон", и по всем правилам! Выбравшись на берег, встряхнулся, обдав камуфлированных зрителей приятным, кратковременным дождиком и - изобразил игру на балалайке. Погранцы уже пришли в себя и, позабыв обо всём на свете, смотрели во все глаза редкостное представление: как полярный медведь в степях Незалежчи..., то есть предгорьях Северного Барбейджана, под безжалостным полуденным солнцем показывал мастер-класс явно цирковой дрессуры. Вот, крайне похоже изобразил Илью Муромца с известной картины, вызвав смех, потом поясно раскланялся на все стороны и показал как пьют и "после первой - не закусывают", а - занюхивают. Получив ещё сахара, продолжил представляться. Через пять минут у тревожной группы уже чувствительно заныли мышцы живота - от каскадных взрывов безудержного хохота. Талант! Браво, брависсимо!!! Какая, нафиг, "Утренняя почта"! Такого и в кино ни за какие деньги не увидишь!...


- Малыхан, ты сегодня, когда встал с румынской разведчицы, себе температуру мерял? Не напекло ли головку, случаем? - эрудированно, с ехидцей, переходящей в разъярённый рык поинтересовался начальник штаба Н-ского отряда.

- Никак нет, товарищ подполковник! Я ещё не совсем рехнулся на этой заставе. В смысле..., ну вы поняли.

- Во-во, "не совсем". И что я командиру должен доложить, в воскресенье, а? Да ещё перед самой "Утренней почтой"!!! Ну, что притих, капитан? Алё!

- Я здесь, товарищ подполковник!

("Ля Шенэ, Ля Шенэ! Где вы?!"- захихикали "срочники" в узле связи Отряда.)

- Так белый, значитца? Медведь? А не белоснежная белочка, нет?

- Товарищ подполковник, да чтоб мне скорого перевода не видать, бел.., полярный медведь! В лаптях!!!

- В каких-таких лаптях?! Начмеда без намордника к тебе выпустить что ли? - с ласковой угрозой почти пропел НШ.

- Да дрессированный он!!! По всем признакам! Пляшет и умело клянчит за это подачки!

- Стоп-стоп, - вклинился уверенный, властный голос. - Давай по порядку: "сработка" на твоём Левом, снесён один пролё..

- Да, на колючках - клочки белой шерсти, которую за вату зэковского ватника сначала приняли!!! - вспомнил-перебил начальник "Зайки", забыв о "правилах хорошего военного тона" от дикой радости, что есть, ЕСТЬ материальные доказательства отсутствия присутствия у него пресловутой "белочки".

- А вот это - замечательно, - доверительно понизив голос, произнёс командир Отряда. - Это уже - конкретика, надеюсь ты сообразил...

- Так точно, товарищ полковник - выделил бойцов для охраны как оперативно залатанной "дыры", так и вещдоков!

- Молодец! Итак, бел.., полярный медведь снёс один пролёт, ломанулся к реке и плюхнулся в воду... Дальше?

- А дальше, - зачастил капитан, - когда сообразили, что цирковой, выманили обратно из воды кусочками сахара на наш берег, потом подальше от реки и он принялся всякие трюки показывать. Затем тем же макаром, за сахарком притащился на заставу...

- Вот это - вообще прекрасно! Кто отличился?

- Младший сержант Румцев, старший вожатый, Ноябрь-7.

- Значит так и запишем: сержанту Румцеву "Первого погранца" и поедет он в отпуск на 10 суток, не считая дороги.

- Кхым-кхым, товарищ начштаба на прошлой неделе ему десять суток "губы" объявил, за пререкания с офицером.

- Да? Хм... НШа, слушай приказ: взыскание снять! Он же нас всех вытащил, а то стали бы всеобщим, на все Войска, посмешищем, причём это в самом лучшем случае. Как сам зверюга?

- Дали перловки, оставшейся от ни кем не съеденного завтрака. Фельдшер туда снотворного намешал, так что дрыхнет сейчас. Смастерили ошейник и цепь сымпровизировали, на всякий пожарный. В летней душевой он, там прохладно и возможность поливать есть, чтоб не засох, хех-хе-хе...

- Отлично! Фельдшеру - "Второго" за смекалку и... тоже пускай в отпуск съездит. НШ доложит в Округ и выяснит заодно, у кого этот ведмедь потерялся, а я к тебе приеду с ветеринаром, на тот случай если профессионально в сон склонять понадобится...

Начальник штаба Н-ского погранотряда выяснил следующее: по железной дороге, в товарном составе перевозили Пинский зооцирк. Детали остались неизвестны, но смотрители определённо не знали о коварстве местного винного нектара "тутовка", особенно когда с непривычки и по жаре, да под весьма символичную закуску. Результат - изнывающий взаперти от жары белым медведь, которого прекратили эпизодически окатывать из пожарного рукава окосевшие сопровождающие, выломал дверь вагона да и выпрыгнул из тянущегося черепашьим шагом состава... аккурат по тылу на левом фланге 39-й погранзаставы "Зайка", Н-ского отряда, Заджигитского округа. Завидев рядом реку, медведко ломанулся к желанному водоёму, проломив хлипкую оградку-заборчик, приятно расчесавшую густой мех персональной шубы...


"Негатив", как бесхитросно окрестили на "Зайке" "пойманыша", оказался крайне восприимчивым к обучению новым трюкам, когда личный состав "Зайки" оперативно нафоткался с полярным мишкой чуть ли не до тошноты. "Синий проверяющий", "Курсант-мутант", "Недрёманный замполит", "Рыбдозор", "Голодный "дракон"" "Задымленный связист", "Дембель-звонок" шли на ура, скоро личный состав заставы мог лишь стонать от смеха, в подавляющем большинстве - в псевдогоризонтальном положении.

Часовой с вышки дал знать Коту Матвею, что на заставу прибыли гости, в лице Кудаферинского муллы и пары старейшин. Старцы исподтишка вытягивали шею, силясь рассмотреть из-за дувала происходящее на плацу заставы. Дежурный проявил неприкрытое нигде ни разу радушие и провёл аксакалов поближе. Со всем возможным уважением и почтением аккуратно привёл старикам нижние челюсти в исходное положение.

- Зачэм Пашша такой грустный стоит, да? - усмотрел глазастый мулла-старичок сумрачного, особенно контрастно на фоне повального, всеобщего веселья Нопасарана.

- А чего ему веселиться? Вон, не видите что ли - в Москве решили отныне медведей по тылу пускать дозором, вместо нас с собачками. Этот - первая ласточка... Можно сказать - только-только с поезда слез, "майский дракон", из окружной "учебки". На правый фланг...

Мулла и старейшины покивали, всё сходится: все местные знали, что испокон веку майские микроскопические призыва прибывали на заставы в Н-ском отряде исключительно поездом и подчас - сами, без сопровождающего. Украдкой, (как они думали), многозначительно переглянулись. Ну ещё бы: Кудаферин вольготно раскинулся по тылу на левом фланге, который с 8-го участка и по стык с "Ручейком", (соседней, левофланговой заставой), "глухой". То есть ничего кудаферинцам, (и любым желающим в том убедиться лично), не видно и очень плохо слышно, что же там может происходить. А вот правый - как раз наоборот: большое селение, железнодорожная станция, людно, дома околицы буквально рядом с "системой". Выходи ночкой позднею, тёмною из дома да и "клепай" "нити" на "сработку" или "удочку" набрасывай на козырьки, чтоб замкнуло. Виды местной развлекухи у мирного гражданского народонаселения. В субботу, например, когда на заставе банный день или кино привезли. Вроде безобидной шалости, которая тем не менее официально называется диверсией или актом саботажа. И ведь гарантированно успеешь сдриснуть домой, а потом - сверхнагло возмущаться громче и искренней всех в толпе. И крайнее пограничное гуманство никак не проявить во всей красе: как уже отмечено выше - слишком людно да и штаб категорически запрещает. Зато теперь, когда белые медведи будут патрулировать правый фланг по тылу да без поводырей... Ой Шайтан, как Мумлаху грустно станет вдруг жить, да! (И придётся поневоле действительно, а не лишь декларативно "сапсем" мирными стать.)

А Негатив как раз разучивал очередной новый трюк "Дикая охота", под одобрительные взрывы хохота "зайкинцев", так истово, с такой самоотдачей, что троицу уважаемых, убелённых и облечённых локальной властью кудаферинцев явственно продрало ледяной дрожью...


Мумлахцы долго помнили умопомрачительное зрелище: куцая автоколонна, головная и замыкающая - "уазики" ВАИ, со включёнными проблесковыми маячками. В середине - БТР с восседающим на нём... громадным белым медведем, в залихватски заломленной на правое ухо пограничной камуфлированной панаме. Полярный мишка, придерживаясь левой передней за ствол КПВТ, периодически словно прицеливался то вправо, то влево правой передней лапищей, хитро подмигивал вздрагивавшим поодаль от обочины мирным местным и добродушно скалился во всю пасть, как бы невзначай поглаживая себя по необхватному брюху. Зрелище было то ещё, в буквальном смысле сногсшибательное. Во всяком случае, ноги, а у иных, неожиданно и ещё кое-что, резко слабели. "Точно "зайкинец", без сомнений, да!!!" - шелестело среди мумлахцев, зябко передёргивавшихся под заполуденным зноем. Видать нечистая совесть давала о себе знать.

Трудно сказать, то ли это звёзды так сошлись, повлияли вспышки на солнце или лунное затмение, но количество молодецко-трусливых выползов саботажников-любителей, из мирно-местного населения, к "системе" на правом фланге - резко сократилось. А когда, (после неоднократных настоятельных увещеваний через "матюкальник": "Граждане банди.., то есть уважаемые мирно-граждане, вы окруже.., да блин! Настоятельно просим вас больше не выпасать никого между железнодорожным полотном и "системой"!"), один за другим в течение недели произошли два несчастно-случайных наезда товарных поездов на зачем-то притаившихся в кромешной тьме на рельсах двух молодых баранов и одной юной овцы, (в полный, неоперабельный фарш-гуляш), вообще прекратились. Приехавшему военному прокурору со товарищи "зайкинцы" любезно показали, что у них "все ходы-выходы записаны", можем даже карманы вывернуть, как Волк из "Ну, погоди!" А также - указали на таблички, достаточно изобильно свежеутыкавшие тыловую часть железнодорожной насыпи, где на имперском, на местном и зачем-то на заокеанском было доступно даже для потомственных и элитных дебилов-выпасков лаконично выведено: "Берегись поезда!" Таблички по тылу на левом фланге "Ахтунг! Минен!!!" выявили поголовную грамотность - умение читать на готическом - у любого местного скота, хоть мелко-, хоть крупно-копытного: больше ни одна скотина не смела подходить, невинно пасясь, к "системе" и нечаянно замыкать её на срабатывание, с частотой оч-ч-ч-чень ленивого метронома.

Что тут скажешь? Чудеса! А ещё говорят, что бараны с овцами да коровами трудно поддаются дрессировке. Врут, даже не сомневайтесь.

И отныне не было более верного способа вызвать у мирных местных неудержимого помучнения в лицах, чем промурлыкать ввечеру возвращающимся на "Зайку" с флангов дозорам или уходящим в закат "неуловимыми мстителями" ЧГ, (только, в отличие от оригиналов - пёхом, нечетом, конь педальный - ровно одна штука и только в какую-либо из смен):


"В городе Сочи

БЕЛЫЕ ночи,

Бел-лые, бел-лые, белые-е-е,

Если потерялся кто-то этой ночью,

Днём с огнём потом не сыщут это точно..."


Такой вот "уголок Дурова", на охраняемом участке имперско-персиянской границы, отдельно взятой пограничной заставы "Зайка".

В общем, классически, под скрипичную тоску:

- Не ходите тут, на огонёк!!!

Пел кто-то жалобно, но так - нежно:

- Нынче я так жутко одинок, совсем промок рюкзак, штаны мои и ке-е-еды..,

- Но очень ненадо-о-олго...