# Малина

Олег Янович Тулин

Малина.

Сигарета была одна, курить хотелось всем , но спички были только у сержанта . Конечно же он и стал обладателем первой затяжки , причем его могучие сельские легкие , почти на треть сократили жизнь сигареты " Стрела". Это сигаретное табачное чудо, выдаваемые раз в месяц с продовольственным пайком , были единственной отрадой в тяжелой солдатской жизни. Остатки никотина, вернее бычка, передаваемого из рук в руки, наконец- то нашли последнего жаждущего - Лысого. Нет, Лысый это не фамилия и уж конечно не имя, это кличка. И имела столь характерную кличку, как ни странно совсем не лысая голова, а наоборот кучерявая солдатская башка с оттопыренным левым ухом , по его словам наследство связиста- деда. Вечно сопливым носом и как следствие грязным рукавом- по причине отсутствия платка.

Царица полей пехота, куда входило 1 отделение 2 взвода 8- " гвардейской " роты, численностью семь человек, из которых только троих можно было назвать защитниками отечества, по причине их подготовке в учебке и весовой комплектации, на троих от силы 130- 140 килограмм вместе с сапогами, каской и пряжкой от постсоветского ремня . Остальные четверо в учебке не служили и по словам 19- " дедов" службу " не хавали" и потому школу военной мудрости проходили по методу кинологов - собака ( солдат первого периода службы) друг ( раб) человека ( деда)!

Доблестная пехота уже почти два часа, по приказу папы- ротного капитана Жмуро , пробиралась по склонам солнечной Аджарии к высокогорному селу М*****. Военная мысль командира была просто по его мнению гениальна. В рамках БТУ ( батальонного тактического учения) провести маневр разведывательно - диверсионной группой с целью - обойти, зайти, захватить , уничтожить условного противника. А 3- отделение 2- взвода , по его мнению было самое боеспособное , так как в отделении присутствовало аж целых три девятнадцатилетних " деда".

Получив бычок, мокрый от слюней сигареты и успев все- таки сделать одну затяжку дыма в свои неразвитые легкие, Лысый , а в миру имевший имя Витенька, подтянул лямки вещ- мешка , очередной раз вытер рукавом сопливый нос, оставляя на нем бело- зеленые разводы приятно гармонирующие с цветом маскировочного халата , прибавил шагу за своим отделением.

Хотелось есть, пить, спать и курить , но есть больше. Поэтому показавшиеся за очередным холмом крыши домов , круто поменяли азимут движения и вспотевшие в портянках солдатские ноги , сами понесли голодные желудки в места возможного приобретения пищи.

Заросли кустов малины , словно противотанковые рвы , закрывали своим колючими ветками обветшалую хибару . Вокруг которой бегали кудахча куры, толи от надоевшего петуха, толи просто по природной привычке. Возились в корыте с отходами молодая свинушка с уже не розовыми поросятами и неизменный атрибут двора- рой мух, слепней и мошек.

Малина была спелая , и ее было много , и это видели бойцы армии российской . Без команды сержанта, впрочем кто его в этот момент будет слушать , устремили не только свои взгляды, но и тела в направлении зарослей малины.

Вскоре, со стороны кустов раздавалось лишь причмокивание, вздохи удовольствия и шум ломающих веток. Малины было много, а бойцов лишь семеро. Но они были голодны и не избалованы витаминами . Они ели и было жарко, и потому бронежилет, и вещ- мешок , и АК- 74, были сброшены на землю. Для них наступила всеобщая эйфория от набивания желудка божественной ягодой.

Сержант Петренко , командир отделения , 19- лет от роду , считавший себя старым и мудрым воином, познавшим все тонкости военной науки, впал в такое же детское состояние, как и все его подчиненные . Он видел лишь одно - ягодки, Поэтому, раздавшийся звук удара по чему- то стальному и чей- то вскрик , он услышал не сразу. А когда туман блаженства наконец- то покинул бранное тело , Петренко не смог сделать ничего лучшего , как крикнуть команду из устава гарнизонной и караульной службы:

-- Стой! Кто идет! Стрелять буду!

Но никто не шел и и тем более не стрелял.


Лысый, он же Витенька , по причине жары и неудобства при поедании малины , снял вещь- мешок . Засучил рукава. Произвел сам себе команду - оружие за спину, при этом почему - то не сняв свою шлем- каску, как после он объяснял по причине того, чтобы колючий кустарник не повредил его "фейсу", как и все служивые начал свою голодную атаку на малинового противника.

После полу-часового боя, весь в соку, разомлевший Лысый объев все близлежащие кусты , устремил свой взор в середину кустарника, где под лучами грузинского солнца , манила своей природной красотой и девственностью нетронутая ягода. Нещадно ломая кустарник своими армейскими сапогам и втаптывая в землю колючие ветки, Лысый подбирался к заветной цели.

Неожиданно, в сзади себя он услышал красноречивый гордый грузинской крик :

-- Вах! Вах! Могикхан! Траки!

Последнее , что он увидел, перед тем как уйти в беспамятство , это какого - то деда и взмах его руки.


Гвардии рядовой срочной службы пулеметчик Ильин Аркаша, имевший кличку среди воинской братии- Мышь, за свою вытянутую мордашку и любовь к колбасному сыру, устав от усиленной челюстно - зубовой работы, решил немного облегчить свой организм. Достав свой " чучак" , что с перевода с тюрского на русский означает просто " член- петушок". Приступил к блаженному делу, к которому ежедневно обращаются, как сильные, так и слабые люди мира сего, вдруг отчетливо услышал чей- то не русский говор . После уже русский вскрик и секундами позже настоящий русский мат. Хотя по правде говоря он вовсе не наш, а по преданию перенят русскими ратниками с полей боев с татаро- монгольскими " чурками" , благодарившими русских " Иванов" за их удаль и отвагу. После очередной тирады " тюрского" мата, в небо ударили несколько очередей трассирующих пуль. Веером разлетаясь в доселе безмятежное и никем не тронутое над аджарским селом небо. Рядовой Мышь, от неожиданности произведенных кем - то выстрелов, согласно боевого устава Сухопутных войск части третьей, упал на землю покрытую своей же естественной струей и выполнил норматив " изготовка к бою". При этом перевыполнив все существующие уставом временные показатели. Колючие ветки малины, приносили некоторое неудобство не застегнутой ширинке . Однако появившийся страх и непонимание обстановки, не давало рядовому Ильину не то что приподнять свое тело, но даже и попытаться вернуть свое достоинство на прежнее место- за кальсоны .


Гвардии рядовой Попович , по штату отделения - стрелок , также имевший характерную лишь ему кличку " Поп" , наверное получившим по первым трем буквам. Наполнив свой котелок спелой, ароматной ягодой, решил не торопиться с трапезой и достав свою шлем- каску стал наполнять и его. Предвкушая тот миг , когда он сможет горстями поглощать " божественную" пищу и истинно наслаждаться наступившим в солдатской жизни счастьем. Наполнив уже половину своей каски и протянув руку к очередной порции , вдруг увидел , как над кустами зарослей движется сванская шапочка, что- то похожее на мусульманскую тюбетейку . Кто был хозяин национальной гордости, он не видел. Но, тот факт, что тюбетейка, вернее хозяин онной не желает показываться , а крадущая поступь явно говорила о том , что " тюбетейка" не желает раскрываться, в голове рядового Попа возникла мысль, которую он и начал думать.

-- Тюбетейка движется, значит это человек.

-- Если это человек, то почему он прячется.

-- Если он прячется, значит это чужой.

-- Если чужой, то по канонам военной науки и по занятиям по тактической подготовки, это враг, неприятель.

А если учитывать тот факт, что межнациональная обстановка в регионе желает быть лучшей и еще случаются стычки между некогда единой Грузии, а теперь двух образовавшихся государств Грузии и Абхазии, то это может быть и " охотник" за российским оружием.

Эти мысли вихрем пролетели в голове рядового Попа . Положив на половину наполненную ягодой каску рядом с вещь- мешком, стараясь не шуметь передернул затвор , дослал патрон в патронник и как траппер у Фенимора Купера , начал медленно ступать с носка на пятку , продвигаясь параллельно " тюбетейке", хозяина которого закрывал сплошной ряд малиновых кустов.

В груди у Попа появился холодок, дыхание стало учащенным , в мозгу пролетали всевозможные мысли . Ему уже грезилось , как он захватывает в плен негодяя террориста . Причем в ходе рукопашной схватки его ранят ,но он не обращая внимания на боль , все -таки связывает супостата и приводит в полк , под оглушительные крики личного состава полка " Ура! Поповичу!". Командир лично благодарит его, после конечно же его награждают медалью, нет лучше орденом и он едет в отпуск на целых десять суток, порадовать родных и близких. Рассказывая всем. Как он истекающий соплями и кровью , трижды раненый произвел все- таки героическое пленение

Поднятая рука " тюбетейки", державшая полено какого - то дерева и не русский говор, отвлекли Попа от его героических грез. Он вскочил во весь рост. Рука с поленом резко опустилась вниз. Раздался звонкий звук удара дерева почему - то железному. Чей - то вздох и шум ломающихся кустов. Крик сержанта :

-- Стой! Кто идет! Стреляю!

Еще больше убедил Попа в правильности своих мыслей о вражеском лазутчике . Посягнувшим на святое , что есть у солдата- его АК- 74 боевой и заряженный. Закрыв лицо руками , державшими автомат, Поп словно медведь разбуженный во время спячки, с каким - то утробным криком, стал пробираться сквозь стену колючего кустарника. Вылетев из кустов , словно пробка шампанского , Попу представилась следующая картина.

Лысый лежал на траве. Его закрытые глаза , бледный вид , раскинутые по траве окровавленные руки и ярко алая кровь на лице, отчетливо говорило о том , что его друг и товарищ по службе, его боевой друг Лысый, убит. Рядом с Лысым, чуть присев и облокотив левую руку на колено, а в правой держа полено находился хозяин той самой тюбетейки- дед. Орлиный профиль которого выдавал в нем аборигена местных гор. Седая голова , желтые от табака усы, морщинистая кожа и сгорбленная спина говорило о том, что сыну гор по крайней мере лет девяносто.

На шум появившегося Попа, дед среагировал как бравый удалец- молодец. Повернулся и поднял полено над головой . Поп поочередно переводя взгляд от деда и на неподвижно лежавшего Лысого, стал медленно поднимать ствол своего АК. Дед же наоборот , так же медленно стал опускать свою руку с поленом.

-- Ну, ты, бля, дед чего натворил ! А!- Поп сделал два шага в сторону деда.

-- Я, тя спрашиваю! Ты, бля! Щас завалю же, козел горный! - последнее красноречие он уже кричал.

Подняв ствол на верх , Попов неожиданно даже для себя, сделал над головой деда две длинные очереди трассирующих пуль. Дед , выронив полено и упав на обе колени, закрыл своими крестьянскими руками голову с тюбетейкой и заголосив на своем, ему лишь понятном языке, стал заваливаться вперед, пока не ткнулся лбом в землю. Поп в плотную подошел к деду и как бравые полицейские парни, которых он наблюдал в сериале " Полиция Майями", держа АК одной рукой ткнул стволом в спину, другой же стал обшаривать одежду и карманы деда. Ничего кроме зеленного кисета с табаком и папиросной бумаги, он не нашел. Дед приподнял голову, Поп истошно закричал :

-- Стоять!

Хотя дед и не думал никуда идти.

-- Биджо ! Слюшай! Биджо! Падажди! Ни стреляй! А!- запричитал дед не поднимая головы.

В это время , с другой стороны зарослей малины подбежал сержант и остальные члены "пехотной" команды доблестного отделения.

Лысый, все также неподвижно лежал . Лучи солнца проходя сквозь ветки малины и попадая на лицо Витьки, отчетливо отражали бледность и кровавые пятна на худом лице.

Дед все также сидел уткнувшись лбом в траву. Лысый лежал . Поп держа наготове свою " берданку" , стоял над дедом. Сержант и другая воинская братия , полукругом стояла над Лысым. Висело тягостное молчание. Солнце было еще в зените. И было жарко , есть уже никому не хотелось . Хотелось пить и курить .

Нарушил молчание опять - таки дед.

-- Слюшай! Камандыр!

Договорить деду не дала очередная очередь, которую выпустил Поп. Горячие гильзы, выплюнув в ствол трассирующие пули и сделав свою работу, вылетая из ствола автомата беспорядочной кучей падали на землю. Одна из гильз упала на щеку Лысого, другая обожгла ему руку. Лысый застонал. Все взоры обратились в сторону ожившего Витьки. Дед приподнял голову. Поп опустил автомат. Было жарко и хотелось пить, еще больше хотелось курить . Дед опять нарушил молчание:

-- Биджо! Слюшай!- на его слова никто не стрелял, слов матерных не говорил и это обнадежило старика,- Биджо! Давай вино, парасенка кушать! Давай гаварить! А! Биджо!

Его никто не слушал. Все сгрудились вокруг Лысого. Лысый оживал. Принятые за кровь на лице и руках Лысого пятна, вблизи оказались лишь соком малины. Показался Мышь, застегивая на ходу свою ширинку и матерясь благим матом, стал выражать свое нынешнее состояние , понятое лишь людям, разбирающимися в русском нецензурном мате.

По приказу сержанта , наконец - то он принял бразды правления в свои руки, подняли Лысого и старика, и двинулись в направлении стариковской фазенды .

Через час, после проведенного малинового боя, со стороны хибары раздавались веселые голоса бойцов и пахло табачным дымом- ядреным дедовском табаком. Звоны стаканов , произносимые русские и грузинские тосты , привлекали в хибару деда не только его соседей , но и других детей гор , жильцов высокогорного аджарского села.

Деда звали- Ираклий. Старый, мудрый человек, прошедший всю войну сапером, не забыл когда- то полученные в армии навыки и неоднократно применял их в охране и обороне своих огородных владений от людей , пожелавших поживиться за чужой счет. Тем более, после окончания межнациональной бойни, в горах много развелось " лихих " людей. Столь жестокое обращение деда Ираклия с Лысым, объяснялось еще и тем , что в том месте , где Витька набивал свой гастритный желудок , находился , вернее прятался стеклянный кувшин с молодым вином. Вот дед и подумал, что служивый посягнул на его святое - виноградное вино. Выстрелы произведенные Поповым, настолько испугали деда, что еще в течении целого часа, его старый и слабый организм, издавал "вздохи"и журчания, приводя в смущение даже бывалых и знающих в этом деле солдат, чьи испорченные солдатской едой желудки, постоянно давали о себе знать.

Только к вечеру, когда жара стала постепенно спадать и вина в кувшине осталось на два добрых глотка, семеро бойцов армии российской ,загруженные съестными припасами и наполненными фляжками вина и чачи, двинулись выполнять поставленную перед ними боевую задачу отцом - командиром. Семеро тел, стараясь идти прямо по тропе, зигзагом уходящей вниз холма, подчиняясь старинному русскому застольному обычаю, запели их ротную строевую песню: "... За этот мир платили мы в боях, ценой не малою, большой ценою...".

А с хибары деда Ираклия, зазвучала звонкая грузинская песня,. Дети гор только начинали праздновать !


1


7