# Снятие с роты. Восстановление в должности

Бахрам Вахидов

## Снят с роты и понижен в звании.


Я не зря упомянул лезгин. Я был наслышан об отсутствии у них желания воевать, случаях дезертирства и даже перехода на сторону противника. Никогда не думал, что в моей роте будет такое. Из пополнения в количестве 18 человек шестеро было лезгинами. Фактически до этого рота была мононациональной, и мне как бакинцу, было плевать какой нации солдат, главное чтоб был хорошим солдатом.

Распределил я пополнение.

Через пару дней явился ко мне Джамшид и заявил, что лезгины отказываются выполнять приказы, ленивые и вообще заявляют, что мол это "не их война". Я ему ответил, что он командир и пусть передаст командирам взводов, что это их проблема - заставить солдата выполнять приказы.

Однако жалобы не прекратились. Я разговаривал с солдатами и пришел к выводу - заводилами являются трое лезгин, которые служат в первом взводе. Вызвал Вагифа (комвзвода-1) и начал расспрашивать. Точно - эти трое "неразлучников" ходят к другим трем служащим во втором и третьем взводах и подбивают их, накручивают. Тогда я приказал Вагифу сформировать разведгруппу и включить в нее главного "бунтаря".

Группа ушла через трое суток, а я двух оставшихся вызвал к себе и провел "политбеседу". В общем, я им сказал, что обратно их никто не отправит, если не будут воевать как надо их или убьют, а это случается или они хотят, чтобы война докатилась до их дома. Ощущение как будто говоришь со стеной. Тогда пошел другим путем. Рассказал как я попал в армию, смотрю, заинтересовались. Начали общаться - естественно, настроение, подавленное у них, вокруг на них косятся. Даже задирают. Конечно, не сказали кто, я повернулся к Вагифу (он был тут рядом) и сказал ему, чтоб мотал на ус. Ребята то в принципе нормальные. Все ничего, но вернулась разведгруппа.

Прямо в присутствии этих двух ребят и Вагифа, старший разведгруппы Кямиль заявил мне, что Муслим (лезгин которого брали) ПРИНЕСЕН обратно. Я быстро проверил Муслима, он дышит, живой. Я Кямилю приказал быстро доложить, в чем дело. А дело было вот в чем:- Кямиль не доверяя Муслиму, при проверке оружия умудрился сменить рожок полный на рожок пустой. Этот горе солдат даже не проверил свой автомат, после того как он побывал в чужих руках. И вот когда они поползли, Кямиль засек, что Муслим завозился и начал, что то с автоматом делать. Ну, тот дожидаться не стал, пока ему очередью в спину полоснут и скрутил Муслима. Я честно говоря обалдел, затем сказал Кямилю - а с какого такого перепугу он пошел с невооруженным солдатом и потом почему он решил, что Муслим готов их застрелить. Кямиль заявил, что тот стал менять рожок. Ладно, говорю ему, а почему ты решил, что он убить хочет, может просто заметил, что пустой. Кямиль начал орать, что он Муслиму не доверяет и т.д. Я приказал Кямиля разоружить и считать его под арестом. От командования отделением отстранил. Опросил быстро разведчиков, они мне сказали, что Кямиль приказал присматривать за лезгином. Вообщем мне стало ясно, что парня просто травят. Муслима развязали и я стал его спрашивать, что и как. Как и предполагалось он мне заявил, что да заметил, что рожок пустой. Ну вообщем нормально все, видимо парня оговорили. И тут я уже фактически отпуская его, задаю вопрос - А как ты понял, что патронов нет. Он сгоряча или не подумав говорит, а я на спуск нажал и глухо, снял с предохранителя глухо, ну я и......Тут осекся. И смотрит на меня. Я пистолет из кобуры и на него. Вот сука, не показалось Кямилю. Говорю связисту - Свяжи его. А сам поглядываю на двух ребят. Те сидят обалдевшие. Тут Муслима прорвало, начал орать, что имел он нас всех и что он не хочет подыхать за нас, готов уйти даже к армянам. Его увели. Я к тем двум. Спрашиваю их, они тоже готовы своим в спину стрелять. Молчат. Я их предупредил, если сейчас здесь они мне матерью не поклянутся я их тоже арестую. Поклялись. Я предупредил, если, что кончу лично.

Хотел бы объяснить - для кавказцев - клятва матерью - самое сильное. Изменить этой клятве может только последняя тварь.

В принципе все наладилось. Муслима отправил в штаб батальона. Что с ним было дальше не знаю.

Но через пару дней трое остальных - "тихих" лезгин ушли к армянам. Оглушили часового и ушли. Ночью. С утра командир батальона наорал на меня, понизил в звании до сержанта и снял с роты.

## Восстановление в должности.


Прошла неделя. Стоял по моему уже сентябрь месяц. День был похож на все другие. Я хандрил и чувствовал себя хреново. И опять появилось это неприятное чувство. Я списывал на свое физическое состояние, о чем потом жалел.

Армяне атаковали роту Ахмеда. Мы поддерживали роту Ахмеда фланговым огнем, но армяне прорвались к траншее. Там пошла рукопашная. Ко мне заявились Джамшид с Вагифом и заявили, что соседний с Вагифовым взвод из роты Ахмеда снялся и ушел по траншеи. Я так понял взвод пошел своих выручать. Оставил Джамшида за себя, я приказал ему растянуть второй и третьи взводы по всей длине ротной обороны. Вагифа и его взвод я поднял и повел на позиции Ахмеда.

Я остановился и пропустил взвод, приказав Вагифу идти дальше. Задержав последнее отделение я приказал Кямилю (это было его отделение) занять позицию здесь. Эта задержка возможно нас и спасла. Дело в том, что по моему примеру в роте Ахмеда. Да и в третьей роте прорыли ходы сообщения ко второй позиции. И вот армяне были не дураки они как раз засели там. Пропустив Вагифа с ребятами они ударили им в тыл. Если бы я не остановил отделение, потери были бы тяжелыми. Началась драка, кровавая и беспощадная. Армян было примерно столько же сколько и нас. Я получил удар по лицу и отлетел к стене окопа. И тут я увидел такое большое дуло, которое вместе со штыком смотрело мне в лицо. Вся эта хрень, что пишут - типа перед глазами пролетела вся жизнь и т.п. Так вот ничего не было. Было страшное желание жить. Да я умру когда нибудь, но не здесь и не сейчас. Я смотрел на это дуло и хотел жить. И тут на армянина сбоку набросился наш солдат. Он спас мне жизнь. Армянин с ним отлетели от меня. Я рванул влево и по месту где я был и чуть правее прошила очередь. Я начал рвать кобуру и когда вазген прикончив моего спасителя развернулся ко мне, я выпустил в него всю обойму. Наши покончили с армянами. Я оставил остатки отделения с прежней задачей и рванул дальше. В этот момент я увидел как солдаты из Ахмедовой роты побежали из траншеи. Я тут же послал связного к Джамшиду, чтобы он привел второй взвод. Дело было очень плохо. Вокруг неслись хрипы, мат, шла драка и перестрелка. Я ввязался в драку. Через какое то время армяне начали отходить. И вдруг минометный обстрел. Грамотно поставленный он отсек нас от армян, позволив им отойти. Раньше минометов не было. Мои ребята оставленные в роте пытались как то отступающих положить, но не сильно преуспели.

Результаты их атаки были плачевные. Наши потери превысили их. Рота Ахмеда потеряла убитыми, раненными и убежавшими порядка 50 человек. Фактически рота была разбита. Ахмед был ранен. Моя рота потеряла около 20 человек. Армян в окопах осталось несколько десятков, но в общем результат был в их пользу. Ахмед связался с комбатом и доложил обстановку. Он упомянул, что без моей помощи его рота не выдержала бы и отступила. Комбат передал, что я снова на роте. Но все равно в звании сержанта.

В той рукопашной погиб Кямиль, Вагифу распороли руку штыком, но он отказался ехать в госпиталь.

Я был в ярости. Как могло случиться так, что днем армяне смогли подобраться к нашим позициям и атаковать. Все оказалось просто. Часовые видимо заснули. Мой часовой пока разобрался, пока взвод развернулся и т.д. Скорее всего, армяне умудрились ночью подойти и уже с рассветом атаковать. Если бы они атаковали ночью, положили бы всех. Но и так крови нам пустили не мало.


Пленные.


Противник как сошел с ума, каждую ночь были какие то перестрелки. Днем минометный обстрел. Комбат орал на меня и других комроты, что перемирие и т.п. А какое нахрен тут перемирие. Я решил взять языка, чтобы понять причину активности армян.

Ночью мои разведчики притащили мне двух пленных. На мой вопрос - зачем столько, ответили. Что нарвались на разводящих. Им (нашим) повезло, что смогли, не поднимая шума положить армян и взять пленных.

Я начал допрашивать пленных. Один практически сразу раскололся. Оказался армянин из Кафана. Причем призывник. Для меня это была неприятная новость. Да мы знали, что были армяне из Армении добровольцы, но чтобы уже призывники пошли. Второй молчал и на все мои вопросы отвечал матом. Он сильно меня достал. Единственное, что сказал - что карабахский армянин. Ни имени, ни откуда он не сказал. Честно говоря, вызвал уважение. На мою угрозу, что будем резать второго, пока он не заговорит, карабахец ответил, что ему плевать. Я понял, что ничего не добьюсь. Призывник сказал, что батальон напротив нас был сменен другим, более опытным и пополненным призывниками. Я отправил пленных в штаб. Но когда конвоиры вернулись - сказали, что карабахец убит при попытке к бегству. Я сразу не поверил и заподозрил, что солдаты просто его пристрелили. Только после моего мата и прямого обвинения в убийстве, солдаты рассказали всю правду. Пленного убил комбат. Стал карабахца допрашивать, тот его послал. Комбат взял и убил просто. Честно говорю, мне было неприятно. Карабахец был солдатом, настоящим. Ну не достоин был погибнуть так. И от чьих рук. Он должен был погибнуть в бою. А такая смерть....