# Некоторые вопросы практики применения минного оружия в современных локальных войнах

Олег Витальевич Валецкий

Некоторые вопросы практики применения минного оружия в современных локальных войнах


Минное оружие является очень важным фактором в современных войнах. Это произошло потому, что они стали вестись уже внутри тех или иных государств различными националистическими или политическими движениями, что хорошо видно на примере бывшей Югославии.


В войнах же такого характера большую роль играют партизанские и террористические организации, чьим главным оружием являются не танки, гаубицы и самолеты, а миновзрывные устройства.


Невнимание к вопросам, связанным с этими устройствами со стороны военных, что могло бы показаться странным, является признаком их дилетантизма. К сожалению, большая часть командного состава страдает полным или частичным незнанием минного оружия.


В общем нет смысла далеко ходить за примерами. Войны в Чечне и в Ираке показывают сколько хлопот могут причинить небольшие партизанские группы, грамотно использующие миновзрывные устройства (МВУ). Огромное число разнообразных МВУ разработано и производится в мире и, естественно, ими насыщаются современные театры военных действий. Нет никаких основания полагать, что партизанские группы останутся без минного оружия, что хорошо наблюдается в современном Ираке.


Наконец, составные части мин и взрывчатые вещества для их снаряжения без особых затруднений могут производиться в кустарных условиях в отличие от даже патронов к стрелковому оружию (производство патронов сложное и точное производство). Это хорошо заметно в Чечне, где сепаратисты в качестве взрывчатого вещества используют смеси с нитратом аммония - традиционное сельскохозяйственное удобрение, или в Израиле, где палестинские боевики приготавливают взрывчатку на основе ацетона и уротропина.


Вопрос борьбы с МВУ приобретает тут ключевое значение и для его правильного решения необходимо знать принципы действия и конструкцию практически всех боеприпасов, в особенности взрывателей и головок самонаведения, а также основные характеристики взрывчатых веществ.


Конечно, дать полное описание в одной или даже нескольких книгах невозможно, слишком обширен перечень устройств боеприпасов и способов их применения в качестве МВУ. Поэтому в данной работе стоит ограничится изложением проблемы в самых общих чертах.


В современных боеприпасах используют главным образом тротил, гексоген, пентрит, октоген и смеси на их основе. Использование миновзрывных ловушек значительно повышает эффективность миновзрывных и невзрывных инженерных заграждений вообще за счет того, что противник затрачивает на их обезвреживание, преодоление значительно больше времени и ресурсов, а в ряде случаев и вовсе делает их преодоление невозможным или крайне опасным.


Тем не менее, на практике ловушки используются редко, что является следствием все той же некомпетентности общевойсковых командиров, которая в последнее время в ряде армий усугубляется следствием действия в ряде стран Оттавской Конвенции о запрещении противопехотных мин. Это приводит к тому, что армейские солдаты и офицеры не знают свойств и способов применения противопехотных мин и мин-ловушек, порой даже не имеют представления об их внешнем виде, в то время как ни одно партизанское движение не может и не будет обходиться без мин-ловушек.


Находясь вне рамок международного правового поля вообще, партизаны и террористы не соблюдают международных соглашений в области, каких либо ограничений, какого бы то ни было оружия. Регулярные же армии, отказавшись от применения противопехотных мин и мин-ловушек, теряют знания и навыки в области борьбы с ними.


Как известно, лучше всего методы противодействия тому или иному виду оружия усваиваются в процессе использования этого оружия. Одним из важных факторов успешного применения мин-ловушек является четкое и точное планирование их использования в увязке с общим тактическим планом боевых действий. Это требует точного учета мест установки мин-ловушек, их количества, особенностей и т.п.


Вероятнее всего самым целесообразным видом учета мин-ловушек является отдельный от общего формуляра миновзрывных заграждений формуляр на мины-ловушки.


Применение радиоуправляемых ловушек, т.е. взрывных устройств, приводящихся в действие, либо в боевое положение по радио и имеющих элементы неизвлекаемости может надолго замедлить осуществление противником разминирование заграждений, а также затруднить проведение им в тылу политических и хозяйственных мероприятий. Однако следует иметь в виду и то, что хорошо технически оснащенный противник очень быстро сможет распознавать применение радиоуправляемых взрывных устройств и предпринимать весьма эффективные контрмеры, заключающиеся либо в просто блокировании прохождения любых радиосигналов, либо выдачей в эфир в широком диапазоне сигналов, провоцирующих преждевременный взрыв таких устройств.


Следует также помнить, что в югославской военной прессе неоднократно писалось, что минные поля и минные ловушки служат не столько для нанесения потерь противнику, сколько для замедления его продвижения или даже его полной остановки, либо для принуждения двигаться в желательном направлении. Такие тактические цели минирования могут помогать авиации и артиллерии наносить огневые удары по скоплениям противника или же создавать благоприятные условия для организации различного рода нападения на него.


Однако в югославской войне миновзрывные заграждения чаще всего использовались просто для усиления обороны собственных позиций. Причем создание минных полей в бывшей Югославии практиковалось как в позиционной борьбе, так и в партизанских действиях с той лишь разницей, что если в первом случае создавались сплошные минные поля вдоль всей линии фронта, то во втором случае эти минные поля устанавливались для обороны важных объектов и путей сообщения. Миновзрывные ловушки играли или по крайней мере, должны были играть наиважнейшую роль в минировании различных наиболее уязвимых объектов, чаще всего ненаблюдаемых противником. Впрочем, в партизанской войне сплошное минирование особого смысла не имеет в силу постоянных перемещений партизанских групп и отрядов и невозможности с их стороны осуществлять постоянное огневое прикрытие минных полей, без которого любое минирование быстро вырождается в фактическое снабжение противника инженерными боеприпасами. Максимально такое сплошное минирование имеет смысл, если партизанские отряды намерены какое то время оборонять "освобожденный", т.е. занимаемый ими район.


Главным образом партизанские силы используют мины в ходе нападений на противника, минируя пути его перемещений. Чаще всего в этих случаях используются фугасы управляемые по проводам (используются примитивные натяжные лески, бечевки или тонкая проволока), хотя существует вероятность применения вышеописанных радио- и лазерных взрывателей.


Для борьбы с бронированной техникой управляемые фугасы могут содержать противотанковые мины усиленные артиллерийскими или авиационными боеприпасами весом до 30-40 кг.


Касаясь практики применения миновзрывных устройств в Чеченской войны,то следует помнить,что тамошние боевики представляют собою недостаточно хорошо подготовленное и оснащенное партизанское движение с большими слабостями в области планирования операций. В Чечне боевики не имели столь хорошего снабжения, как моджахеды в Афганистане и в силу этого применяли главным образом устаревшие образцы российского же минного вооружения, либо применяли самоделки, хотя и с большой изобретательностью. Из радиовзрывателей, они опять таки применяли в основном самоделки на базе переносных радиостанций, которые могли относительно легко пеленговаться российскими войсками с подачей команды на подрыв. Однако и эта легкость была относительной, т.к. в противном случае боевики отказались бы от применения радиосвязи вообще, что разумеется не происходит и не произойдет.


Между тем в современных армиях мира созданы еще в 80х годах достаточно эффективные радиовзрыватели (например британские тип 68 и тип 70, французские ITS-15X, итальянские VS-TE-R82) работающие на различных частотах,нередко меняемых автоматически, и с угрозой их применения надо считаться. Ведь техника с каждым годом совершенствуется и хотя в России имеются достаточно современные постановщики помех (РП377, Крыша, Пелена, Радиола 96, Саксаул 97), но и они могут оказаться в будущем недостаточно эффективными. К тому же в случае перерастания войны в Чечне в более масштабную войну на всем Северном Кавказе с вовлечением третьей, хорошо вооруженной и оснащенной стороны (желательно в данном случае избегать шапкозакидательских прогнозов) как это было в Афганистане, а впоследствии и в Косово и Метохии (1998-99 годах) уровень подготовки и оснащения боевиков на Кавказе значительно вырастет.


К тому же не стоит забывать об угрозе действий авиации, в том числе выполняющие задачи по минированию местности и наносящей удары высокоточным оружием. В ходе ударов авиации НАТО (март-июнь 1999) по югославским войскам и объектам, широко применялись радиолокационные целеуказатели, устанавливаемые (в силу небольших размеров - около пачки сигарет) местной агентурой (в том числе и представителями ряда международных организаций миротворческого и гуманитарного толка), а также албанскими боевиками УЧК (Освободительной армии Косово). Применялись и лазерные целеуказатели, но они требовали висококвалифицированых операторов из числа агентов спецслужб, бойцов спецназов НАТО. В силу этого, последние высаживались в районе Косово и Метохии под прикрытием албанских партизан.


Очевидно что если бы эта война продлилась бы дольше применение этих целеуказателей было бы более широким, кроме этого также могли применяться и лазерные дистанционные взрыватели управляемых фугасов, тем более что их применение было куда проще при нападениях из засад нежели при использовании артиллерийских целеуказателей на фронте.


Впрочем, применению электронных взрывателей и ловушек существует куда более эффективный барьер, нежели Оттавская Конвенция. Он состоит в элементарной минной неграмотности личного состава практически всех армий, за исключением разве что более-менее подготовленных сил специального назначения, либо подразделений, связанных с ведением разведывательно-диверсионной деятельности. Этот барьер не столь уж сложно преодолеть при интенсивной, а главное, продуманной работе с личным составом в ходе практических, желательно, боевых проверок. Естественно, это требует создания профессионального состава саперов разведывательно-диверсионных сил.


В силу уже указанных мной особенностей современных войн, именно миновзрывные устройства должны стать основным оружием таких сил. Прямой огневой контакт открывает позиции этих сил, что при высоком уровне развития средств технической разведки и высокоточных и высокоубойных огневых средств во многих случаях равнозначно уничтожению группы, выполняющей нападение. К тому же, миновзрывные устройства имеют несравненно больший убойный эффект, нежели любые другие огневые средства разведывательно-диверсионных сил, которые к тому же должны быть легкими, переносными. А это накладывает очень существенные ограничения на эффективность таких огневых средств. Многие их таких огневых средств из-за их высокой стоимости, ограниченных сроков хранения не подходят для "закладок" (заранее создаваемых тайных запасов средств нападения). Миновзрывные же устройства можно запасать в тайниках в больших количествах, не опасаясь их потери, учитывая, что наиболее ценная их часть - взрыватели, невелики по габаритам и массе и могут переноситься личным составом в больших количествах. Помимо этого обязательно изучение устройства и правил применения миновзрывных устройств и повышенные требования к интеллекту личного состава.


Ведь тактика диверсионных сил является, по сути тактикой пехотных действий и не столь уж сложна для усвоения. Изучение миновзрывных устройств, в том числе и авиационных и артиллерийских боеприпасов, и в особенности кассетных, значительно расширяет кругозор личного состава. Главное же здесь то, что это дает командирам таких подразделений понимание мощи современного оружия в корне поменявшего не только тактику, но и стратегию современной войны.


В мире разработано большое количество различных электронных ловушек и взрывателей, грамотное и широкое применение которых могло бы в корне изменить исход многих боев и даже региональных конфликтов в целом. На практике, однако, подобные устройства редко доходят до "потребителя", в особенности до партизанских групп, хотя именно они в современных войнах ограниченных масштабов чаще всего становятся наступающей стороной, и номенклатура используемых ими мин и взрывателей представляет собой главную область в работе с минами.


Методы этой работы в ходе минувших событий в бывшей Югославии не слишком отличаются от методов, применявшихся в ходе войны в Афганистане, Чечне, начиная с ввода в Афганистан советских войск и заканчивая вводом туда же войск американских, а также в первой и второй чеченских войнах, грузино-абхазского конфликта, гражданской войны в Ливане, вооруженной борьбы палестинских и ливанских моджахедов против Израиля и, естественно, нынешней войны в Ираке.


Причины этого вполне очевидны. В этих войнах получили боевую практику боевики, ставшие основой вооруженных формирований исламских фундаменталистов. Последний тезис нет смысла доказывать т.к. боевые действия в Ираке тому лучшее подтверждение. В Ираке исламские фундаменталисты основной упор сделали на изнурение противника с помощью миновзрывных устройств. Это относится не только к частому использованию управляемых и неуправляемых фугасов, а также противотанковых мин, но и к использованию загруженных взрывчаткой автомобилей, управляемых исламскими смертниками. В последнем случае речь идет о подвижных управляемых фугасах очень большой мощности. В принципе не составляет труда управлять подобным грузовиком с помощью устройства дистанционного управления.


В конце концов, в армии США и в армии Турции некоторые подразделения Сил Специальных Операций (SOF) обучаются установке малогабаритных ранцевых ядерных фугасов, последствия от применения которых могут быть несравненно более тяжелыми, нежели от грузовиков со взрывчаткой, управляемых смертниками.


Стоит заметить, что такими грузовиками-фугасами моджахеды перебили в Ираке правоверных мусульман больше, чем всех иностранных оккупантов вместе взятых (интересно, что эти же самые моджахеды, воюя в Боснии и Герцеговине в 1992-95гг. и в Косово и Метохии (1998-99гг.), коренных жителей края из числа сербов и хорватов считали оккупантами и относились к ним соответственно).


Особого таланта они в этом не проявили и самой удачной операцией такого толка была операция 1982 года в Бейруте (Ливан), когда подрывом казармы американской морской пехоты были причинены большие потери (241 человек убиты и сотни ранены). Этот успех был обусловлен хорошей разведкой шиитских моджахедов, а также их огневым воздействием на противника после взрыва, т.е. использованием фактора растерянности противника. Причина успеха иракских моджахедов, лежит в ограниченности американского командования, не допускающего свободу инициативы в войсках, что понятно, но главное в ограниченности американской политики, решившей переложить ответственность за ведение войны на неподготовленные местные силы.


Коалиционные войска, доверив ключевые вопросы охраны путей сообщений и контроля над населёнными пунктами своим местным союзникам, ввергли страну в хаос. Ирак, разделенный между тремя главными,враждебными друг другу общинами: суннитской, шиитской и курдской, был помимо этого раздираем борьбой партий и племен, а также естественно и борьбой местных кланов, а вооруженные силы были при этом главным полем борьбы между ними.


Если к этому также добавить ведомственную разобщенность между армией (ICDC), национальной гвардией, госбезопасностью и обычной полицией, то легко понять что моджахедины различных движений, тысячами забрасываемые сюда из соседних стран, в том числе из Саудовской Аравии и Ирана чувствовали себя здесь как рыба в воде и навязывали противнику бои в населенных пунктах, увеличивая озлобленность местного населения против западных "белолицых гяуров", при этом также преследуя главную цель в уничтожении всех несогласных с ними в местном обществе.


При этом разрозненные и не имеющие централизованного управления и обеспечения местные формирования, которые порой напоминали больше разбойников Али-бабы, не могли, естественно, эффективно бороться с моджахединами.Удивляет скорее неспособность последних начать широкомасштабную минную войну, чему видимо была причиной их плохая организованность.


Хотя коалиционная авиация и контролировала с воздуха весь пустынный Ирак, плохо подходящий для партизанской войны, в силу вышеупомянутой политики хорошо оборудованные КПП (блок-посты) на дорогах Ирака практически отсутствовали, а коалиционные войска занимались охраной самих себя. Конечно при правильной организации службы на КПП, оснащении последних двойными воротами, с огражденным участком дороги между ними, с высокими стенами защищающими от снайперского огня, с использованием собак для проверки машин на взрывчатку (хотя при высоких температурах собаки малоприменимы), также при соответсвующем патрулировании степень контроля местности, или хотя бы коммуникаций значительно повысимлась бы.


The reason of success of the Iraq mojaheds is in limitation of the American command who are not admitting freedom of the initiative in units that is clear but the main thing of limitation of the American administration who has decided to shift the responsibility for conducting war on unprepared local security forces. Coalition armies having entrusted key questions of protection of ways of communication and the control over settlements to the local allies, have cast the country into chaos. Iraq divided between three main, hostile to each other communities: Sunits, Shiits and Kurdish, was plus to it torn by struggle of parties and tribes, and also naturally by struggle of local clans, and thus armed forces were the main field of struggle between them. If to this also to add departmental dissociation between army (ICDC), National Guards, a state security and usual police it is easy to understand that mojaheds of various movements, thousands deserted here from neighbouring countries, including from Saudi Arabia and Iran felt here like a duck to water and imposing the fights upon enemies in settlements, increasing embitternment of local inhabitants against western white-faced giaours, thus also pursuing an overall objective in destruction of those in a local society who support the USA and their ally forces. Though the coalition Air Forces supervised all deserted Iraq, badly adapted to guerrilla war, according to the above mentioned policy on roads of Iraq there practically weren t well equipped check points, and coalition armies were engaged of self-protection only. Different equipments of local formations, who sometimes looked like the robbers of Ali-Baba, could not struggle of course effectively with mojaheds. Everybody is surprised at inability of the last ones to start large-scale mine war but probably it was caused by bad organization. Certainly using the correct organization of service on check points, equipped the last ones with a double gate, with the protected site of road between them, with high walls protecting from sniper fire, using dogs to check the vehicles with explosives and also to patrol (though when the weather is hot dog are not applicable) , and organize reconnaissance and striking forces for search and destruction of the enemy in a wide zone around of protected objects, it would change the situation for the better.However it is necessary to take into account that patrols, convoys, and also the various civil organizations would remain vulnerable enough by all means.


In Israel, despite on the big practice, and they could not reliably secure a society against condemned men-terrorists, and the most effective means were in active search and destruction of the enemy leaders and organizers by special force operations.


Однако следует учитывать что несмотря на патрули, конвои, а также различные гражданские организации люди всё равно оставались бы достаточно уязвимы. В Израиле, несмотря на большую практику и весьма четкую организацию соответствующих сил, так и не смогли надежно обезопасить общество от смертников-террористов, а самое эффективное средство заключалось в активном поиске и уничтожении организаторов таких нападений.


Видимо организация разведывательных и ударных групп для поиска и уничтожения противника в широкой зоне вокруг охраняемых объектов изменила бы ситуацию в лучшую сторону.


В Ираке в 2003 году моджахеды действовали без детального планирования операции и их успеху способствовало отсутствие контроля коалиционных сил над территорией и в особенности над границами Ирака, а также отсутствии политического авторитета и влияния в среде местного населения.


К тому же моджахедам не приходилось трудиться над поисками боеприпасов, их в изобилии можно было найти на брошенных позициях и складах иракской армии. Такая безответственность коалиционных войск представляется удивительной, тем более, что американцы всегда традиционно кичатся своей организованностью. И между тем допустили безхозяйственность куда худшую и опасную, чем та, что имела место на просторах разваливающегося Советского Союза. Последствия американской беспечности в Ираке в дни войны и сразу после нее сказываются сегодня на них самих и их союзниках сегодня, и будут сказываться еще не один год. Это весьма поучительный урок, требующий однозначного вывода - только лишив группы партизан доступа к боеприпасам, можно успешно решать как проблему борьбы с миновзрывными заграждениями, так и проблему партизанской войны, ибо именно миновзрывные средства основное, если не единственное средство ведения боевых действий партизанами.


В общем-то, существует еще более простой способ решения таких вопросов, который заключаемся в планомерном поиске и уничтожении баз партизан и террористов. Однако это уже выходит за рамки данной темы и я касался этих вопросов в статье "Боевые действия в Косово и Метохии в ходе ударов ВВС и ВМС сил НАТО марта-апреля 1999г."


Возвращаясь к теме минной войны, следует заметить на примере войны в Ираке, что проводить эффективные нападения возможно во многих случаях используя несколько механических взрывателей и пару килограмм пластита в качестве промежуточного детонатора для больших зарядов плавленого тротила или смесей на его основе, а также взрывчатых веществ на основе аммиачной селитры, которые плохо реагируют или вовсе не реагируют на взрывной импульс капсюля-детонатора No8, основного детонатора, используемого в большинстве современных армий.


Условия, характерные для Ирака стоит полагать характерными и для большинства предстоящих войн XXI века. Это будет происходить хотя бы в силу возросшей огневой мощи артиллерии и авиации, и в особенности, баллистических и крылатых ракет, которые сегодня могут использоваться не только как носители ядерных боеголовок, но и как носители высокомощных фугасных и бетонобойных зарядов, а также как носители кассетных контейнеров.


Протяженные и четко обозначенные линии фронтов, характерные для войн XX века, сплошные позиционные линии времен Второй Мировой войны существовать не будут. Основной упор будет делаться на маневренные, краткосрочные боевые действия, в том числе удары разведывательно-диверсионных групп.


Этим силам спецназа не составит труда использовать неразорвавшиеся, брошенные, оставшиеся на захваченных складах противника боеприпасы, а также боеприпасы из своих тайников. Все эти боеприпасы будут использоваться для минирования важных объектов и участков местности, и в особенности путей сообщения. В общем-то, наиболее подходящими тут будут простые механические "диверсионные" взрыватели, которые должны быть одинаково пригодны для использования в импровизируемых как противотанковых, так и противопехотных минах, минах-ловушках.


Сложные электронные взрыватели тяжелее в десяток-другой раз, нежели механические. К тому же источники питания и электронные схемы таких взрывателей значительно подвержены влиянию внешних факторов (температура, влажность, вибрация, электромагнитные поля, статическое электричество и т.п.)) и имеют ограничения по сроку работоспособности.


В Югославии производство мин, как и вообще взрывчатых веществ и устройств, стояло на относительно высоком уровне.Здесь производились почти все основные виды военных и промышленных взрывчаток как бризантных, так инициирующих. Производились здесь огнепроводные и детонирующие шнуры нескольких видов изоляции, капсюли-воспламенители и капсюли-детонаторы как лучевые, так и электрические, а так же большое количество взрывателей для "специальных" действий.


Прежде всего это были:


-первая серия: старого типа диверсантских взрывателей (УДУ-1 - нажим, натяжение и разгрузка,УДЗ-штыревой, УДОП-1 -натяжение и разгрузка, УДОд-1 - на откручивание, УДП-1 -натяжной);


-новая серия специальных механических взрывателей (УМП-1-натяжной, УМП-2 - натяжной, УМНП-1 нажим и натяжение, УМОП-1 - разгрузка и натяжение,УМНОП-1 -ослабление нажима, нажим, натяжение).


Существовали химические взрыватели: УСХП -натяжной, УСХОП-1 -ослабление нажима и натяжение, и УСХН-1 -нажимной; химические взрыватели замедленного действия серии УДВК и УСТХ; часовые взрыватели СУ-24,СУ-10 и СУс-80; электровзрыватели ЕМУ-1 -нажим, ослабление, натяжение; УДБ-1 -натяжение, изменение положения или силы инерции.


В бывшей Югославии уделялось большое внимание развитию взрывателей этого типа. Первоначально была создана серия диверсионных взрывателей. Один из них был УДП-1 с боевой чекой натяжного действия, удерживающей цангой подпружиненный ударник за входящий в него шток.


Вторым взрывателем стал комбинированный (натяжной-нажимной-разгрузочный) взрыватель УДУ-1, где переключение режима срабатывания нажимной или разгрузочный осуществлялось изменением положения специального регулятора (5), удерживавшего подпружиненный ударник. Специальный выступ регулятора устанавливался в положение ОР или в положение N. В первом случае выступ крышки взрывателя (2) высвобождал регулятор и соответственно ударник при снятии нагрузки со взрывателя, а во втором случае наоборот, при нажатии на эту крышку. Усилие, необходимое для срабатывания взрывателя или наоборот для удержания взрывателя на боевом взводе в обеих случаях составляло около 3 кг. Если же требовалось взрыватель использовать как натяжной, то регулятор просто выводился из действия и ударник удерживался лишь предохранительной чекой (3), которая в этом случае выполняла одновременно и роль боевой вытяжной чеки. В этот взрыватель вворачивался запал М-67(капсюль-воспламенитель и капсюль-детонатор No8).


В этой же серии югославских диверсионных взрывателей имелся и более простой по устройству разгрузочно-натяжной взрыватель УДОП-1, в котором подпружиненный ударник удерживался специальным рычагом, упиравшимся в крышку. При снятии нагрузки с крышки, последняя уже не удерживала рычаг, который под давление ударника поворачивался и высвобождал ударник. Если же требовалось использовать взрыватель в качестве натяжного ударник же в этом случае удерживался лишь предохранительной чекой, которая в данном случае использовалась и как боевая чека ( к ней привязывалась натяжная проволока). Можно было поступить и проще - при установке мины ловушки оставить свободное пространство над крышкой и крышку ничем не нагружать, а к предохранительной чеке привязать натяжную проволоку. В этом случае при выдергивании жертвой чеки ничем не удерживаемая крышка сразу же высвобождала рычаг, а от него ударник. Схема взрывателя была скопирована с британского взрывателя разгрузочного действия No6 MkI.


Эта схема популярна в мире и используется в голландском взрывателе No18C1/2C1 и в израильском No9.


Также из серии диверсионных взрывателей следует отметить взрыватель УДОд-1, который, в частности мог применяться следующим образом: двумя винтами головка взрывателя закрепляется на внутренней стороне крышки канистры или иной емкости с горючим, на корпус надевается пробковая заглушка. взрывчатки. Все это помещается в заливную горловину емкости с горючим. При попытке открутить крышку емкости жертва скручивает головку взрывателя которая удерживает ударник на месте) с подпружиненного ударника. После нескольких оборотов происходит рассоединение головки взрывателя и ударника, после чего ударник бьет по капсюлю.

В другом (одном из многих) варианте, взрыватель мог размещаться на двигателе машины так, что головка прижималась к ремню вентилятора. При запуске двигателя движение ремня заставляло крутиться головку взрывателя и через несколько секунд происходил взрыв заряда ВВ.


Хотя принцип действия этого взрывателя схож с работой элемента необезвреживаемости "пробка ЭНО" советской противотанковой мины ТМ-46, между ними существенная разница. ЭНО является ловушкой для тех, кто обманутый внешним видом мины с "заглушкой гнезда взрывателя" попытается открутить эту заглушку. При этом обратному выкручиванию пробки препятствуют две собачки, отжимаемые пружинным кольцом пробки. Т.е. ЭНО может использоваться только с миной ТМ-46.


Стоит тут упомянуть и о немецких ловушках времен Второй Мировой войны вставлявшиеся в гнездо взрывателя вместе с последним. Эти ловушки заставляли взрыватель авиабомбы сработать при попытке выкрутить его из бомбы или же сами взрывали бомбу. Например, под бомбовой взрыватель EL.A.Z. 17, как правило, устанавливалось противосьемное устройство-ликвидатор ZuS 40. Это устройство имеет ударник (1), стремящийся под влиянием пружины (6) продвинуться вправо и наколоть капсюль-воспламенитель (3). Продвижению ударника мешает стопор (4), опирающийся снизу на стальной шарик (5). Ликвидатор помещается в боковом запальном стакане авиабомбы под взрывателем, детонатор которого входит в гнездо противосъемного приспособления. Ударник ликвидатора подается влево, вследствие чего контакт между ним и стопором нарушается. При ударе авиабомбы о преграду шарик вылетает из своего гнезда, и стопор под действием пружины (2) опускается вниз, освобождая путь ударнику, который теперь удерживается от накола капсюля только детонатором взрывателя. При извлечении взрывателя из авиабомбы детонатор выходит из гнезда ликвидатора и окончательно освобождает ударник, который накалывает капсюль-воспламенитель.


Подобные ликвидаторы устанавливались под взрыватели не на случай несрабатывания основного взрывателя (немецкие взрыватели для авиабомб отличались своей надежностью), а в связи с тем, что помимо обычных взрывателей ударного действия (типы - 3, 5, 15, 24, 26, 28, 35, 38, 45 и 55) для бомб немцы использовали также взрыватели замедленного действия (типы -17, 57 и 67), которые взрывали бомбу через определенное время после падения, или же снабжали взрыватели специальными ловушками (типы - "50" и EL.Z.50), которые взрывали бомбу при попытке убрать ее с места падения.


Таким образом осуществлялось фактически авиационное минирование объектов. Хотя места падения авиабомб обычно были известны, но оставалось неизвестным время, когда та или иная бомба взорвется, или же взорвется от внешнего воздействия. Объект (цех, ж/д. станция, мост и т.п.) было невозможно использовать и к тому же так или иначе, но он выходил из строя.


Надо заметить что ряд современных кассетных суббоеприпасов, например, американские BLU-36/B, BLU-59/B, немецкая осколочная мина MUSA, французский суббоеприпас GR-66IZ оснащены электронными механизмами длительного замедления. Однако авиабомбы с немецкими взрывателями времен Второй Мировой войны довольно широко применялись арабской авиацией в арабо-израильских войнах, что приводило к заметным потерям среди израильских саперов. Впрочем, и в Израиле был создан схожий боеприпас - минометная мина "Coral" с механизмом длительного замедления.


Касаясь темы механизмов неизвлекаемости стоит рассмотреть конструкцию одного югославского диверсионного взрывателя УДБ-1. Этот взрыватель электрический и работает с элементом питания 4.5 вольт, присоединенным к двух контактам (4 и 5) через электродетонатор. В верхней части взрывателя с помощью вытяжной чеки (1) удерживается металлический шарик (2). При выдергивании чеки шарик падает вниз и замыкает контакты. Этот взрыватель можно также использовать и как инерционный и как наклонный взрыватель. В этом случае взрыватель располагается под небольшим углом и чека выдергивается заблаговременно. При изменении положения взрывателя или при его резком смещении шарик прокатывается внутри его и замыкает контакты.


Подобная схема неизвлекаемости и необезвреживаемости, а также как ловушка в настоящее время является одной из самых популярных. Достаточно привести в качестве примеров советские мины противопехотную ПМН-3 и мины-ловушки МС-4, МЗУ-2 и МЗД-21, китайские противопехотные нажимные мины Т-72В и "модель 1989" (западное обозначение), электронная версия восточногерманской нажимной мины PPM-2 американская противопехотная мина BLU-92/B также имеют шариковые замыкатели. Есть схожий вариант механизма неизвлекамоости, применяемый в некоторых итальянских минах. Например, противопехотная нажимная мина VS-50 EO3 оснащена ртутным, а не шариковым замыкателен, однако такая схема применяется гораздо реже.


По большому счету далеко не всегда сложные электронные взрыватели, в том числе и управляемые о радио, подходят для различных диверсионных групп. Нередко весом и габаритами они превосходят механические и терочные, а ведь надо добавить сюда и вес элементов питания. Подготовка к использованию таких взрывателей значительно более трудоемка, сложна. Необходима проверка работоспособности источников питания и проверка работоспособности собранного взрывателя, что не всегда возможно. Не говоря о значительной стоимости таких взрывателей в сравнении с простыми механическими, они довольно легко обнаруживаются металоискателями в силу наличия в их составе довольно большого количества металла. Кроме того, электронная схема может обнаруживается современными радиоволновыми поисковыми устройствами. Преднамеренно создаваемые противником электромагнитные поля нередко либо выводят электронную схему из строя, либо приводят к несанкционированному взрыву. И это при том, что современные механические и терочные взрыватели могут не иметь в своем составе металла совсем и иметь высокую стойкость к внешним воздействиям.


Как пример можно привести югославский электромеханический взрыватель ЭМУ-1 для противопоездных мин. Этот взрыватель имеет стержень с навинченной на него регулировочной втулкой. Сам стержень в корпусе взрывателя опирается с помощью пластины на пружину, которая в свою очередь входит во внутреннюю втулку, под которой есть предохранительная пружина. В предохранительную пружину снизу упирается контактное веретено с двумя контактными шайбами (верхней и нижней). Между шайбами находится контактный выступ, который находится в незамкнутом состоянии. С помощью регулировочной втулки устанавливается такое положение стержня, упирающегося в подошву рельса, при котором контакты оказываются разомкнутыми, что определяется по контрольной лампочке, которая должна погаснуть, если регулировка выполнена верно. При снятии нагрузки со взрывателя или наоборот при нажиме(в зависимости од установленного режима работы)на него он замыкает контакты, выдавая команду на взрыв.

Сам по себе этот взрыватель достаточно современен и может использоваться в комбинации с часовым взрывателем, который разрешит замыкание огневой цепи только по истечении заданного промежутка времени.

Однако, создатели взрывателя чрезмерно его усложнили. Использование взрывателя в качестве разгрузочного в силу его громоздкости и сложности подготовки редко когда и где может быть осуществлено без дополнительных самодельных приспособлений. К тому же и элемент питания не может длительное время оставаться в рабочем состоянии из-за значительного тока саморазрядки. Из-за размеров ЭМУ-1 установка его под рельс занимает много времени, т.к. требуется удалить значительное количество щебня. В зимнее же время его использование вообще проблематично вследствие замерзания источника питания.


Куда проще и надежнее советский механический нажимной противопоездной взрыватель времен Второй Мировой войны ПВ-42 или его английский аналог No5 MkI. Оба они имеют регулируемый по высоте нажимной стержень, работающий только на нажим. Вполне достаточно завести взрыватель под рельс или шпалу и вывинчивать стержень, пока он не упрется. При нажиме на стержень, он передает давление на крышку. Крышка сжимая спиральные пружины, опускается и выводит скобу из паза в ударнике. Ударник высвобождается и наносит удар по капсюлю.


Такая простая конструкция механического взрывателя обеспечивает простоту и быстроту установки, необходимую в рискованных операциях минирования охраняемых путей сообщения. Нельзя забывать и о нервном напряжении, испытываемом сапером, его стремлении как можно быстрее оставить это опасное место. Вряд ли он сможет хладнокровно, просунув в узость места установки, вертеть стержень то в одну, то в другую сторону, добиваясь погасания контрольной лампочки. А с механическим взрывателем все просто - верти стержень пока вертится. Остановился - значит он в нужном положении.


Несколько схожую конструкцию имеет и американский механический взрыватель М1А1. Однако последний более универсален и может использоваться как взрыватель импровизируемых противопехотных мин и как противопоездной. Ударник в этом взрывателе удерживается за счет проточки, входящей в нижний край выреза в шпильке. Сама шпилька соединена с подпружиненной нажимной кнопкой. При нажатии на нажимную кнопку непосредственно или через штырь, последняя преодолевая сопротивление пружины, опускается вниз вместе со шпилькой, как только нижний край отверстия в шпильке освободит ударник, то он бьет по капсюлю. Предохранительное положение взрывателя обеспечивается предохранительной скобой, блокирующей опускание кнопки и предохранительной чекой, блокирующей движение ударника вперед.


Что же касается механических разгрузочных взрывателей, то из югославских особого внимания заслуживает взрыватель УМОП-1, который мог использоваться и как натяжной, если на него не устанавливать груз. Этот взрыватель имеет простую конструкцию - в металлическом корпусе имеется шток, входящий в подпружиненную втулку с ударником. Движение втулки блокируется двумя предохранительными шариками, входящими в отверстия втулки. Шток препятствует выкатыванию шариков внутрь втулки. На шток сверху накручена разгрузочная крышка и сквозь шток проходит предохранительная чека. В предохранительном положении шток удерживается за счет предохранительной чеки. При работе в качестве взрывателя разгрузочного действия на разгрузочную крышку уложен груз, а предохранительная чека удалена. При снятии груза, освободившийся шток под действием своей пружины поднимается вверх и разблокирует шарики те, в свою очередь выкатываются внутрь втулки, разблокируя ее, и втулка под действием боевой пружины бьет по капсюлю. При работе в качестве элемента неизвлекаемости противотанковых мин, он вкручивается в донное гнездо мины разгрузочной крышкой вниз. В этом случае крышка упирается в грунт под миной, а сама мина служит в качестве груза. При попытке поднять мину, взрыватель УМОП срабатывает точно также, как и в предыдущем случае. Если же взрыватель вкрутить в противопехотную мину в качестве взрывателя натяжного действия, то разгрузочная крышка оставляется свободно, а предохранительная чека используется в качестве боевой чеки натяжного действия. При выдергивании чеки ничем не удерживаемый шток движется вверх...(см. описание работы взрывателя выше). Таким образом, простой по устройству механический взрыватель может использоваться как натяжной, как разгрузочный и как взрыватель-ловушка. он очень эффективен и может быстро и легко устанавливаться под минируемую поверхность, причем, его герметичность обеспечивает его высокую надежность.


Американский разгрузочный взрыватель М5, широко распространенный в мире и применяющийся во многих странах гораздо менее удобен, нежели УМОП-1. Он весьма громоздок и велик по размеру и вдобавок негерметичен, что позволяет без особого труда обезвреживать его по методу цементации. Кроме того, его нельзя применять без дополнительной герметизации в песчаных грунтах, т.к. песок, легко проникающий внутрь коробки блокирует спусковой рычаг.


Помимо простых механических диверсионных взрывателей в бывшей Югославии были разработаны несколько образцов радиовзрывателей и взрывателей приводившихся в действие с помощью лазерных излучателей. Особенно важную роль в засадных действиях могли сыграть лазерные взрыватели. К тому же они не поддавались глушению в отличие от радиовзрывателей и прочих самодельных радиоустройств типа подключения электродетонаторов к переносным радиостанциям, мобильным телефонами или пейджерам, т.е. излюбленных средств уголовных "разборок"в бывшей Югославии.


Парадоксально, но в Македонии воюющие стороны пользовались охотнее и чаще сотовыми телефонами, нежели радиосвязью.


Дальность действия югославского лазерного взрывателя ЛУВ составляла 1-1.5 км., т.е. на этом расстоянии передатчик надежно приводил в действие исполнительный прибор. Состоял взрыватель ЛУВ из передающего и принимающего устройств. Передающее устройство общим весом 2.9 кг. состояло из лазерного излучателя, спаренного с оптическим прицелом, источника питания (аккумулятор 9 вольт) и кодирующего устройства. Последнее позволяло выбрать четыре линии управления, что осуществлялось поворотом ручки в одно из четырех положений (A,B,C,D). Принимающее устройство весом 1.9 кг. имело два прицела, фильтр для приема лазерного луча, клеммы для подключения электродетонатора, источник питания 9 вольт и декодирующего устройства аналогичного кодирующему. При подготовке этой системы было необходимо на кодирующем и декодирующем устройствах поворотом ручек выбрать одинаковые каналы связи аккумуляторы обеспечивали до 500 включений лазерного луча по 10 секунд каждое при общей непрерывной работе 20 часов. При падении напряжения до 8.2 вольт было необходимо заменить источник питания. Приемное устройство включалось снятием предохранителя (нажать, повернуть на 90 градусов и вытащить). Работало оно также около 20 часов, но параллельное подключение дополнительных или просто более мощных батарей могло увеличивать срок работы.


Достаточно современными взрывателями Югославской армии были специальные электронные взрыватели серии УС /УСИ-Т - сила инерции 1-3 м/сек или нагиб до 30 градусов С; УСС-Т на свет больший чем 7 люкс; УСТ-Т на тепло больше 70 град. С; УСТ на замедление от 5 до 9999 минут; УСВ-Т - на вибрацию; УЕПж - на натяжение; УСА-Т -акустический/. Они имели в среднем вес около 300 грамм и размеры 95 на 73 и на 37 мм. Эти взрыватели оснащались источниками питания 9 вольт, что обеспечивало взрывание одного-двух электродетонаторов и оснащались механическими предохранительными устройствами и время перевода в боевое положение составляло около 5 минут (плюс минус 30 секунд). Кроме того, они оснащались тестирующими устройствами в виде светодиода и резистора. Из этой серии интересен таймерный взрыватель УСТ для которого была характерна очень высокая точность отсчета времени (плюс минус 1 минута). Он мог устанавливаться на срок от 5 до 9999 минут.


Разнообразием отличалось производство мин. Так, в Югославии производилась вначале советская противопехотная нажимная мина ПМД-6, с механическим взрывателем МУВ, в ЮНА названная ПМА-1 со взрывателем УМП-1 соответственно, но затем началось производство схожей мины ПМА-1А, но с пластиковым корпусом и химическим взрывателе УПМАХ-1.


Эта мина, однако, показала свою недолговечность в земле из-за недостаточной влагостойкости и потому было начато производство противопехотных нажимных мин собственной разработки ПМА-2 с химическим нажимным взрывателем -"звездочкой" УПМАХ-2 и ПМА-3 - из двух пластиковых половинок обтянутых сверху черной резиной с химическим взрывателем УПМАХ-3, устанавливаемым через нижнее отверстие, и срабатывающий при нагибе верхней половинки, сдавливающей воспламеняемую смесь взрыватель.


В войне все эти три вида мин были широко употребляемы и назывались соответственно: "сапуница" (мыльница),"паштета" (похожая на банку с мясными консервами) и "жаба" (из-за своей водостойкости до 6 месяцев и возможности установления под водой).


Так, хорваты в 1991/ 92 годах пускали по течению реки Дунай мины ПМА-3 в Сербию. Эти мины, имея заряд ВВ 35 грамм прессованного тетрила, что соответствует 200 граммам прессованного тротила, были большой опасностью для пехоты, уже хотя бы в силу естественного страха людей, больше боящихся потерять ногу, нежели голову.


Мины ПМА-1, ПМА-2 и ПМА-3 обнаруживаются очень плохо, в особенности ПМА-З, и их обнаруживали лишь современные западные миноискателя MD-8 и Ebinger, но и то с трудом в силу большого количества метала, находящегося в земле, где идут бои, да к тому же нередко насыщенной рудами.


Югославская Народная Армия (ЮНА) же на вооружении имела мало современных миноискателей и в войсках их не хватало, а старые модели особой пользы не оказывали.


Еще одной большой опасностью для пехоты были натяжные осколочные мины ПМР-2 (по типу советской ПОМЗ, но с зарядом от 100 граммового прессованного тротила и механическим взрывателем УПМР-2) или с таким же взрывателем УПМР-2АС,имевшим и вторую ударную иглу, могущую приводить в действие сигнальный патрон на верху, и ПМР-3 уже югославской разработки с зарядом в 400 грам литого тротила и с дополнительным детонатором в 13 грамм тетрила при натяжно-нажимном взрывателе УПМР-3, позволявшем установку не одной, как на ПМР-2, а шести натяжных проволок каждая длиной 16 метров по окружности.


Эти мины однако имели недостаток в том, что срабатывали от лесных и домашних животных, что, порой использовалось противником, а сама проволока со временем за пару лет покрывалась коррозией или ложилась на землю под тяжестью листвы и веток, падавших с деревьев,и саперам приходилось производить переустановку.


Рыболовная леска, заменявшая иногда эту проволоку со времнем растягивалась, и поэтому иные саперы поднимали эти лесковые растяжки на высоту одного-полутора метров скрывая как правило, корпус мины за стволы деревьев. Это в особенности относилось на ПМР-3, имевшей цельный корпус с залитым в него тротилом.


Все же эти мины могли преодолеваться и без средств разминирования, что и случалось на практике, в особенности на каменистых почвах или в городе, где можно было избегать опасных земляных поверхностей.


Более опасной была выпрыгивающая осколочная мина ПРОМ-1, обладавшая зарядом 425 грамм либо литого тротила у старых типов, либо гексотола у новых, при трех дополнительных детонаторах из тетрила. Мина имела взрыватель УПРОМ-1, схожий по действию и конструкции с УПМР-3 с тем, что у последний запал находился в теле мины, а у первой он был составной частью взрывателя. При натяжении проволоки или нажиме на звездочку после сгорания пиротехнического замедлителя (1,5 секунды) срабатывал вышибной снаряд (3 грамма черного пороха) и мина, выпрыгивая на 70-80 (старый тип) или 20-30 (новый тип) сантиметров, надергивала носитель капсюля -воспламенителя Е-67, проволокой привязанному ко дну стакана мины, на ударную иглу и приводить в действие заряд, поражавший живую силу осколками на расстоянии 20-30 метров.


Это была наиболее распространенная модель ПРОМа, хотя позднее появились модели ПРОМ-КД с электровзрывателем и двухкилограммовая ПРОМ-3 с зарядом ВВ пластита с оболочкой, содержащей 2900 стальных роликов (0.35гр) и с двумя (верхним и нижним) детонаторами, срабатывающими одновременно.


Впрочем, эти две последние модели ПРОМа на войне практически не применялись.


Стоит коснутся и осколочной мины направленного действия МРУД (схожая с советской МОН-50 и американской М-18 CIaymore), имевшей 900 граммовый заряд пластита и 650 стальных шариков залитых в пластмассу. МРУД иногда устанавалась как мина натяжного действия, но, как правило, эта мина устанавливалась в управляемом варианте с электродетонатором, провода от котрого протягивались на пульт управления, что обеспечивало большую надежность, эффективность, безопасность и экономичность.


Большую опасность для пехоты, но в особенности для машин, двигающимся узкими лесными дорогами, представляла собой одна из самых современных противотанковых мин ТМРП-6, бывшая не только противогусеничной, но и противоднищевой, и противобортовой. Эта мина имела одно отличие - вогнутый диск из высококачественной стали, получившей специальную термическую обработку, установленный над зарядом 5,2 килограммов литого тротила. Этот диск вследствие резкого изменения формы под действием взрывной силы получал скорость в 1500-2000м/сек и пробивал до 50 миллиметров вертикальной литой брони на расстоянии 10 метров, а с расстояния 30 метров - 30 миллиметров, а с расстояния 50 метров -20 миллиметров (принцип-ударное ядро или Miznay-Shardin effecat). А при использовании мины, как противоднищевой (с наклоняемым штырем) она пробивала днище все современных основных боевых танков, проделывая в них отверстие диаметром 100-130мм. Это приводило к пожару внутри танка, взрыву боекомплекта и гибели экипажа, это многократно подтваерждалось как в войне в Югославии (19991-95гг.), так и во время вторжения иракких войск в Кувейт в 1991г, где эта мина использовалась иракской армией.


Примечание Веремеева Ю.Г.Советская противоборотовая мина ТМ-83, имеющая заряд ВВ ТГ 40/60 массой в 9.6 кг. (т.е. в 1.84 раза больше), но имеющая обкладку кумулятивной выемки (вогнутый диск) из мягкой меди толщиной менее 6мм. на дальности 50 метров пробивает 100мм. брони, т.е. ее пробивная способность в 5 раз выше чем у югославской мины ТМРП-6. Эта весьма существенная разница указывает на то, что диск из высококачественной твердой стали играет скорее отрицательную роль в работе мины. Слишком много энергии взрывчатки уходит на превращение стального диска в ударное ядро.


Понятно, что это, как и наличие штыря, делало эту мину порою и противопехотной, в особенности при вертикальной установке на высоте одного-полутора метров при либо натяжном действии (или через сам штырь или через проволоку, привязанную к его концу), либо управляемого действия по проводам дополнительного взрывателя в дне мины.


Наконец, как противопехотные мины, применялись и обычные противотанковые мины: ТММ-1,ТМА-1,ТМА-2, ТМА-З,ТМА-4,ТМА-5,ТМА-5А, на верх которых устанавливалась противопехотная нажимная мина.


Использовалось для борьбы с пехотой и большое количество импровизированных миновзрывных средств: бетонных мин-растяжек, камнеметных управляемых фугасов и самодельных осколочных мин, как направленного, так и ненаправленного действия.


Что касается взрывных зарядов, то на практике использовались заряды прессованного тратила ( в основном тротиловые шашки 75 и 200 грамм) и защищенные пластиком тротиловые шашки по 100 и 500 грамм; фунтовые (453 грамма) заряды от тетритола (смесь тротила и тетрила), встречались и подрывные заряды массой 1,2 килограммов тетритола, 1,1 килограммов гексотола, 25 килограммов тротила, а так же ряд зарядов иностранного и ручного изготовления.


Широкую известность и популярность все же имели пластичные взрывчатки на основе гексогена (М5А1,П-20 и ПЕ-64,ПП-01 и пентрита НП-65),а так же промышленная пластичная взрывчатка витезит (20,25,30,35,40 и MVP-20). Они, в силу удобства употребления, плотному прилеганию к неровным поверхностям, водостойкости и пластичности чаще всего применялись в различных наступательных и диверсантских "акциях".


Что касается способов подрывов, то чаще всего использовался огневой способ с применением огнепроводного шнура, и как правило, азидного капсюля-детонатора No8, крепившегося на конце шнура и соединявшегося либо с самим зарядом, либо, если зарядов было несколько, то с детонирующим шнуром, соединявшимся последовательно или параллельно с зарядами, либо через капсюль-детонатор No8, ,либо оборачиванием этого шнура вокруг заряда в несколько витков.


Механический способ подрывани использовался, как правило, с использованием специальных взрывателей, как минно-взрывные ловушки, а электрический способ применялся в основном тогда, когда это позволяли время и обстановка.


На основании опыта боевых действий в бывшей Югославии, можно выработать ряд простых советов в отношении ручного разминирования, которые могут оказаться полезными для действий разведывательно-диверсионных и штурмовых групп.


Надо заметить,что разминирование в боевых условиях и в мирных не столь уж различается. Если в ходе подготовки к штурму саперы допустили ошибку и оставили одну мину, вся операция идет насмарку. Для обозначения проходов в минных полях можно использовать крепкий шпагат, разматывая его с катушки, подвешенной за спиной, закрепляя либо самодельными колышками, либо завязывая за местные предметы.


По правилам гуманитарного разминирования, ширина прохода вымеряется по палке-шаблону (на снимке этот шаблон красного цвета видно перед ногами деминера) длиной 1,20 м (10 см в каждую сторону дается для перестраховки, а ширина тропы 1 метр), но она неудобна в боевых условиях. Поэтому следует использовать лишь один шпагат, а напарник, идущий следом, должен перепроверить тропу на полметра влево и вправо используя миноискатель либо , разрывая землю, ибо первый чистит прежде всего растяжки, разрывая землю и обеспечивая места для стоп.


Дополнительное средство использовавшееся в Африке - камень с завязанной бечевкой бросается вперед и затем из укрытия тянется назад. В Советской Армии существовал схожий метод борьбы с растяжками, только вместо камня используется кошка.


Тут следует быть осторожнее,что бы не вытащить мину с чекой - и такое бывает, а возможно натолкнутся и на ловушку, установленную на натяжение за предохранительную, а не забоевую чеку взрывателей МУВ-2, МУВ-3 и МУВ-4, которая удаляется при установке ловушки. После выхода предохранительной чеки резак начинал резать металоэлемент, так что взрыв происходил когда сапер уже выходил из-за укрытия.


Лучший метод,применявшийся на практике как в том же гуманитарном разминирования, так и в боевом разминировании заключался в поиске минных полей и проверке их более легких участков миноискателями и собаками при полном перекапывании ножами и мачете (на глубину до десяти сантиметров) более тяжелых.


В работе с минами главное знать устройство мины и в особенности взрывателя, а также принцип их работы и без спешки, соблюдая постоянно все правила, работать с ними. В общем-то,правила Советской Армии наиболее полно освещали эту работу (америкаснкий Полевой Устав FM 20-32 очень ограниченно), но они,до сих пор засекречены, хотя стоит начать применять мины - они становятся известны всем.


Все же знать их надо, даже если не работал - придет время встретиться с ними, то никто обучать не будет. Если уж придется иметь с ними дело, то старайтесь выкручивать взрыватель очень осторожно, закатав рукава, а если он поврежден или без чеки (такое тоже бывает), извлекайте не взрыватель из мины, а мину из взрывателя, проверив рукой со всех сторон отсутствие ловушек.


Впрочем обезвреживанием мины должен заниматься обученный сапер. Для всех остальных достаточно уметь обнаружить мину, обозначить ее и обойти.Это сложно, но если не уверен в состоянии взрывателя, лучше его не трогать,особенно если он с металлоэлементом в цепи дальнего взведения. Это относится не ко всем, но, преодолевая неприятельские позиции, глупо полагаться на стандартный совет из правил по уничтожению мин накладным зарядом или вытаскивать кошкой.


Естественно, нажимные фугасные мины берутся только сбоку, хотя надо учесть возможность наличия в китайских минах такого типа электронных шариковых замыкателей (срабатывают на наклон мины на угол 10 - 30 градусов), а в итальянских нажимных электронных минах (хотя их не много применялось) ртутного замыкателя.


Следует учитывать возможность установки на некоторые мины советского производства элементов необезвреживаемости (пробка ЭНО в мине ТМ-46), установки разгрузочных мин-ловушек МЛ-7, МЛ-8, МС-2 и МС-3, мин-сюрпризов с наклонными и вибрационными датчиками МС-4, МЗУ-2, МЗД-21, ловушек на излучение миноискателя МС-6М и противощупных ловушек МС-6Щ.


Для осколочных мин лучше отсоединить проволоку от чеки, придерживая ее пальцем, а перерезать лишь если она не натянута и ты уверен, что это не обрывной датчик. Следует проверить пространство вдоль растяжки на наличие нажимных мин и проверить оба конца растяжки (иногда мины стоят с двух сторон), перерезать растяжку в 10 - 15 см от чеки, придерживая чеку и намотать прикрепленный к чеке кусок растяжки на корпус взрывателя, закрепив тем самым чеку.


Иногда, впрочем не слишком часто (так как ловушки редко кто умеет устанавливать) могут устанавливается ручные гранаты без предохранительного кольца либо в грунте рядом с колышком (предохранительный рычаг упирается в колышек), либо они могут просто закапываться в грунт, приводясь в действие щупом или ножем сапера.


Вообще же главный источник сведений о минах - местные жители, которые их иногда и ставят, в том числе и женщины. Следует помнить, что перед работой на минном поле, если позволяет обстановка, надо выстрелами вспугнуть диких животных, которые могут выбежать в самое неподходящее время, а также отправить подальше лишних людей.


На дорогах избегать выбоин и луж, пешком передвигаться по обочине, осматривая дорогу и ближайшие к ней деревья. Для проверки земли при подготовке места для привала надо использовать нож, вскапывая всю землю под углом не надавливая на него. Мина от ножа сбоку не взорвется, хотя надо быть осторожнее при работе на косогоре.


Проверку можно выполнять и собаками, или пуская впереди овец, если местность бездорожная. Идти следует стопа в стопу, с закатанными рукавами, прощупывая растяжки, стараясь перепрыгивать с камня на камень или с бревна на бревно, а при необходимости, вскапывая место для одной - двух ступней. По возможности следует прощупывать грунт руками, желательно в "безпальцовых" перчатках.


На миноискатель не следует особенно полагается, но его надо обязательно использовать, ибо нюх сапера- понятие относительное.


В тылу врага следует передвигаться неприятельскими тропами - их они минировать редко когда будут, тем более что надо всегда осматривать то, насколько свежи следы. Минированная полоса узка, главное ее найти и не торопясь преодолеть, и если необходимо ползком, прощупывая руками землю перед собой а, выйдя в тыл врагу, можно ускорить темп движения.


Конечно нельзя отрицать:ручное разминирование вещь весьма рискованная. Однако опыт войны в Югославии свидетельствует о тысячах примерах его необходимости, а об этом же свидетельствует и опыт Великой Отечественной войны (в частности книги Ильи Григорьевича Старинова). Мины снимались вручную для скрытной подготовки прорывов неприятельской обороны, а так же для проверки состояния, и при необходимости для замены мин и фугасов в собственной обнороне. Риск тут есть, и то риск немалый и потому многие саперы подрывались в минных полях собственной обороны. Но иного метода не было, если не называть методом, то когда какой-нибудь якобы "профессионал" бил баклуши в тылу, рассказывая героические истории по штабам, если это ему позволяли, но это уже к вопросам разминирования напрямую не относится.


Работа с минами весьма тяжела и требует не верхоглядства,а упорства и смелости, что может появится лишь в результате упорной работы сапера над собой, в том числе в деле профессиональной подготовки,а так же убежденности в правоте своего дела


Источники и литература

1."Инженерные боеприпасы. Руководство по материальной части и применению". Книги 1-9. Военное издательство МО СССР. Москва.

2."Пиротехнические работы" Издательство Гражданской Обороны СССР.Москва 1974 год

3.Сайт Юрия Григорьевича Веремеева "Сапер"(http://web.etel.ru/~saper)

4.Трайко Стеванович,Светислав Петрович. "Миновзрывные средства и их употребление.Завод за уджбена и наставна средства.Белград 1987(.Trajko Stevanovic,Svetislav Petrovic.Prirucnik o minskoekspozivnih sredstava.Zavod za udbena i nastavna sredstva.Beograd 1987)

5.Момчило Лазович,Властимир Стоянович,Мичо Цырнкович. Военно-полицейская тактика. Полицыйска Академия. Белград 1996(Momcilo Lazovic,Vlastimir Stojanovic,Mico Crnkovic. Vojnopolicijska taktika.Policijska Akademija,Beograd 1996)

6.US Army Field Manual FM 20-32. "Mine/Countermine Operations".

7.Jane's Mines and Mine Clearance(Editor is Colin King)

8.Сайт Михаила Гуцула "Военная разведка" (http://www.vrazvedka.ru)

9. И. Старинов."Мины замедленного действия: размышления партизана-диверсанта".. Альманах "Вымпел".Москва 1999

10.Военные журналы: Журнал (военное обозрение) Генералштаба ЮНА/Югоспавской армии "Войни Гласник"(до 1993г.),с 1993 г. 11.Нови гласник(Белград) Журнал Генералштаба Югоспавской армии(научно-исторические исследования) "Войно дело" (Белград) 12. Журнал Генералштаба Югоспавской армии (научно-технические разработки). Военнотехнически гласник.

13. "Дистанционное минирование"("Нови гласник"1995-1 пп-к Жарко Баевич)

14."Заграждение в боевых действиях 1991-92 года"("Войни Гласник"1992-3/4 пп-к Милан Радманович)

15."Мины-оружие без прицела"("Нови Гласник"1996-2 п-к Душан Станижан

16."Способы заграждения в обороне"("Нови гласник"1993-1 м-р Родолюб Китанович)

17."Инженерное обеспечение боевых действий"("Войни Гласник"1992-2 п-к Стоян Миланкович)