# Без выстрела

Анатолий Яковлевич Воронин

Без выстрела.


История, о которой я хочу рассказать, произошла теперь в уже ставшим таким далёким одна тысяча девятьсот восемьдесят первом году.

Незадолго до празднования нового года моя супруга решила отдохнуть от трудов праведных, а заодно немного подлечиться на курорте Кавказских Минеральных вод. Проблем с путёвкой не возникло, поскольку на ту пору выпадал "мёртвый сезон", и практически все санатории и пансионаты на Северном Кавказе стояли полупустые. Основной наплыв курортников намечался под Новый год, но супруга к тому времени должна была вернуться домой. А чтобы время даром не пропадало, в один из последних дней отдыха поехала она на "Казачий рынок" о котором прослышала от своей подруги по работе, в молодости проживавшей вместе с родителями в Пятигорске.

С этого "шоп-тура" привезла она мне шикарный подарок в виде замшевой дублёнки из натуральной свиной кожи, и накануне нового года я щеголял в ней на работе, вызывая тихую зависть сослуживцев по уголовному розыску, у кого такой вещицы не было.

Вполне возможно, что кто-то из завистников оказался дюже глазливым, и спустя чуть больше недели, моя дублёнка подверглась серьёзному испытанию на прочность, а моя собственная жизнь большому риску.

В тот день, а выпадал он на Рождество Христово, с утра ничего не предвещало каких либо катаклизмов. Это сейчас седьмое января является праздничным днём, а в те давние годы он был обычным рабочим днём ничем не отличавшимся от всех остальных рабочих дней, начинавшихся в понедельник заканчивавшихся пятницей. Опять же, такой распорядок рабочей недели был характерен для какого-нибудь предприятия, или конторы "Рога и копыта", но только не для милиции. Ненормированный режим работы сотрудников уголовного розыска имел свои особенности, где выходные зачастую выпадали на дни, когда в городе не совершалось преступлений. Но даже в таких случаях всё было весьма условно и относительно, и поэтому, если вдруг происходило что-то из рук вон выходящее, опера забывали об отдыхе и всем скопом наваливались на раскрытие очередного преступления, или происшествия, о котором из "сарафанного радио" узнавали астраханцы.

И надо же было такому случиться, что именно в большой религиозный праздник найдется человек, который своими бездумными действиями испортит настроение многим людям, и милиционерам, в первую очередь.

А началась эта история ещё летом 1980 года, когда изрядно подвыпившему молодому мужчине захотелось с ветерком покататься на машине. А поскольку собственного транспортного средства у него отродясь не было, то решил он воспользоваться чужой легковушкой, которую угнал из-под носа незадачливого автолюбителя, остановившегося возле магазина и не удосужившегося извлечь ключ из замка зажигания. Пока он любезничал с продавщицей, пока расплачивался за сделанную покупку, машина от магазина исчезла.

Правда, ненадолго. Проехав буквально метров двести, угонщик не справился с управлением когда проезжал перекрёсток, в результате чего сбил стоящего возле проезжей части человека. Удар был такой силы, что потерпевший скончался до приезда скорой помощи, а угонщик, поняв что натворил, с места происшествия скрылся.

Но на его беду среди свидетелей той аварии нашёлся человек, хорошо знавший преступника. Он то и дал показания сотрудникам милиции, а те, в свою очередь, не откладывая в долгий ящик, проследовали к месту жительства угонщика, где его не застали. Во все подразделения милиции была разослана ориентировка о его розыске, а он, словно в воду канул. Ни дома не появлялся, где несколько дней его дожидалась выставленная засада, ни в забегаловках, где он до этого постоянно ошивался. Одним словом - исчез с концами.

А он, в это время, в степи примыкающей с севера к частному сектору в посёлке Кири-Кили, там, где сейчас высятся многоэтажки микрорайона Бабаевского, выкопал землянку, в которой прожил всё лето и осень. По ночам покидал своё убежище, совершая набеги на дачи, откуда воровал продукты питания и теплую одежду. Наступал зимний период времени, в землянке жить становилось невыносимо, и он стал подумывать о том как перебраться жить в родительский дом находившийся в частном секторе посёлка Кири-Кили.

Свой замысел он осуществил накануне нового года, заявившись поздно вечером к своим родителям. Они то и рассказали ему о том, что их постоянно навещает участковый, интересуется, не появлялся ли их сын. Он даже номер телефона опорного пункта милиции оставил, попросив позвонить ему сразу, как только сын объявится.

В тот день беглец напился до чёртиков, а родителям заявил, что если те сдадут его ментам, то он их самих порешит. А чтобы угроза выглядела убедительно, занёс в дом старенькую двустволку, несколько лет хранившуюся без дела в сарае, с которой он в своё время ходил охотиться на зайцев.

Как долго продолжалось бы его пребывание в отчем доме, родители не знали. До смерти напуганные собственным сыном, они боялись даже из дома выйти. Но однажды кто-то из соседей случайно заметил его стоящим возле окна, о чем незамедлительно сообщил участковому. А тот, не откладывая в долгий ящик, решил проверить "сигнал". Но когда он подходил к дому где находился разыскиваемый преступник, форточка в окне распахнулась и из неё высунулась двустволка.

- Подойдешь ближе, пристрелю! Лучше уходи по хорошему!

Участковый не стал испытывать свою судьбу, осознав с кем имеет дело. Только сейчас он понял, что допустил грубейшую ошибку, и, направляясь к дому где засел разыскиваемый преступник, не сообщил об этом руководству районного отдела милиции. Наверняка бы был прислан усиленный наряд вооруженных сотрудников милиции, и всё пошло совершенно по иному "сценарию". А что он в одиночку может сделать в данной ситуации, поскольку, даже табельного оружия при себе не имеет?

Допущенную ошибку участковый исправил, доложив по телефону дежурному по РОВД.

Что происходит в таких случаях в дальнейшем, хорошо известно тем, кто не один год посвятил. службе в милиции. Как правило, создаётся оперативный штаб где принимается ответственное решение по нейтрализации преступника. Это сейчас, в современных детективных сериалах можно увидеть толпу вооруженных до зубов омоновцев облаченных в бронежилеты и пуленепробиваемые шлемы на головах, штурмом идущих на логово злодея. А в те годы омоновцев не было, бронежилеты, если таковые и имелись, пылились в оружейной комнате при дежурной части, и ни один уважающий себя опер не станет напяливать на себя "черепаший панцирь", поскольку, почти двадцать килограмм стали лишали его подвижности и сковывали движение человеческого тела. Тем более, что преступник мог запросто выстрелить в незащищенную бронёй голову, или какую иную часть тела.

Вот и в данном случае, информация о происшествии прошла по инстанции, и при отделе уголовного розыска УВД был создан оперативный штаб в обязанности которого входила разработка плана мероприятий по задержанию вооруженного преступника. В процессе его разработки было установлено, что преступник, а им оказался некто Мурунов по кличке "Мурун", ранее привлекавшийся к уголовной ответственности за хулиганство, после освобождения из мест лишения свободы нигде не работавший, злоупотребляющий спиртными напитками. Но самое интересное выяснилось чуть позже. Оказалось, что обучаясь в школе, он сидел за одной партой с Николаем Шматовым - оперативным сотрудником ОУР УВД. Именно это обстоятельство и было взято за основу при разработке дальнейших действий по захвату "Муруна".

В оперативную группу по задержанию преступника вошло пятеро оперативников ОУР УВД. Кроме Шматова в ней оказался и автор этих строк. С Николаем мы третий год служили в одном оперативном отделении ОУР, и с полуслова понимали друг друга.

А план был таков - прибыв к дому где засел вооруженный преступник, основная группа незаметно приближается к дому с тыльной стороны, а Николай подходит к фасаду дома, и через окно общается с "Муруном". В разговоре с ним он представляется его закадычным школьным другом, волею судьбы оказавшемся на службе в милиции. Ничего плохого он "другану" не желает, а по просьбе своего милицейского начальства приехал сюда только ради того, чтобы вручить ему подписку о не выезде из города. Арестовывать его никто не собирается, поскольку за ДТП даже со смертельным исходом, арест в ходе предварительного следствия не предусмотрен. От него всего лишь требуется ознакомиться с документом, и поставив на нем подпись, вернуть его обратно, и в дальнейшем ожидать вызова к дознавателю ГАИ. Если же он этого не сделает того что от него хочет Николай и не дай Бог окажет сопротивление сотрудникам милиции, в том числе вооруженное, то он накрутит на себя кучу уголовных статей и надолго загремит на зону. А в самом худшем случае, если пострадает кто-то из сотрудников милиции, то недолго и расстрельную статью схлопотать.

Самым основным в разыгрываемом спектакле был момент когда "Мурун" будет возвращать Шматову подписанный документ. Николай должен был ухватить его за кисть руки и удерживать до тех пор, пока в дом не ворвётся основная группа захвата, для чего было достаточно нескольких секунд, поскольку оперативники незаметно проникшие на веранду, стояли на изготовке и через выходящее на неё окно наблюдали за процессом переговоров.

Но как это обычно бывает, обязательно происходит что-то такое, что не вписывается в запланированное. Вот и в данном случае произошло то, чего никто не ожидал.

Николай смог ухватить преступника за руку, но удержать её в своих руках ему не удалось. Позже выяснится, что у "Муруна" то ли от страха, то ли от волнения, руки вспотели, и удерживаемая кисть руки выскользнула из цепких рук Николая.

А в этот самый момент я ногой выбивал раму в окне на веранде и залетал в комнату. Именно залетал, поскольку мне в этом помогали руки стоящих позади меня оперов.

Но когда я оказался в комнате в мой живот уперлась двустволка.

Что может чувствовать любой человек в подобной ситуации, мне не ведомо. Но я даже испугаться не успел. Позабыл обо всём на свете, даже то, что в оперативной кобуре висящей пол левой подмышкой у мня покоится пистолет Макарова, который на всех законных основаниях я мог применить. Но до него надо ещё добраться, и успеть вытащить. А преступник уже держит ружьё в своих руках и пытается выстрелить мне в живот.

В детективных романах частенько описываются подобные ситуации, где авторы утверждают, что у человека находящегося под прицелом оружия и ожидающего своей смерти, за доли секунд перед глазами пролетает вся его прошлая жизнь с которой он вынужден распрощаться. Может быть, так оно и случается, но лично я ни о чём таком не думал, и никаких видений перед моими глазами не возникло. Но мне почему то вдруг захотелось узнать причину по которой преступник не может выстрелить. Ему было достаточно надавить на спусковые крючки двустволки, и полетела бы моя душа в рай. А может быть и в ад, поскольку грехов по жизни совершил немало, а замаливать их как-то не удосуживался, поскольку, даже не знал как это делается.

Именно в этот ответственный момент мельком глянул на то место ружья где располагаются курки. Ружьишко было допотопное, и прежде чем сделать из него выстрел, эти самые курки необходимо было взвести, и только потом давить на спусковые крючки. Впопыхах, преступник позабыл это сделать, и только сейчас осознал свою оплошность. Но раньше него о том же самом подумал и я. Теперь всё зависело от того кто из нас двоих окажется шустрее и исправит сложившуюся ситуацию в свою пользу.

Я оказался проворней своего противника. Ухватившись обеими руками за ствол ружья, я силком отвел его в сторону. Если выстрел и произойдёт, то заряд полетит в сторону, мимо моего живота, а стало быть, мне реально уже ничто не угрожало. Следующим резким движением я вырвал ружьё из рук преступника, и прикладом нанёс удар по его груди.

Судя по всему, такой прыти с моей стороны тот не ожидал, и резко развернувшись кинулся в соседнюю комнату.

- У него там под кроватью топор лежит! - раздался вопль с веранды.

То кричал отец Мурунова, который всё это время молча наблюдал за происходящими событиями. Оперативники его специально прихватили с собой, чтобы он мог подсказать им как проникнуть в дом. Именно от него они узнали, что массивная дверь в дом изнутри закрывается на кованый крючок, и через неё нам не удастся проникнуть внутрь помещения, потому и был выбран несколько иной путь - через окно.

Ещё до того как услышал это предупреждение озвученное родным отцом преступника, я уже преследовал его по пятам, и когда упав на пол, он попытался просунуть руку под кровать чтобы достать оттуда топор, я распластался поверх его тела, и перехватив обе руки, попытался завернуть их ему за спину.

А в этот самый момент, следуя моему примеру, оперативники заскочили в дом через окно и один из них, коим был Михаил Гордеев, навалился сверху на меня самого.

Преступнику надели на руки наручники и вывели на улицу чтобы посадить в милицейскую машину. Когда он проходил мимо отца, тот, со словами: "Доигрался, сучёнок!", со всей силы ударил своего отпрыска кулаком по лицу.

Задержанный доставлен в УВД, с ним работает следователь, а сотрудникам можно возвращаться на свои рабочие места и заниматься привычным для них бумаготворчеством, которое является для них не менее важной, и очень даже нужной повседневной работой, нежели задержание вооруженного преступника, какие в их повседневной жизни случаются крайне редко.

Уже находясь на работе, я обнаружил на правом плече дублёнки порез. По всей видимости, когда я заскакивал через разбитое окно в дом с засевшим там преступником, порез сей получился о застрявший в раме осколок стекла. Что-то мне теперь скажет супруга - всего неделю проносил новую вещь и успел её так изгадить.

Седьмое января в нашей семье дата была знаковой, поскольку мой тесть, кадровый военный, офицер-пограничник в отставке, участник Великой Отечественной войны - Василий Федорович Труфакин, в этот день отмечал свое семидесятилетие. Сидят наверно сейчас все мои родственники в тесной компашке и дружно отмечают сию дату. Меня наверняка вспоминают, недоумевая, почему я до сих пор задерживаюсь на работе.

В тот день к праздничному столу я успел вовремя, и день рождения тестя мы отметили от души. За порванную куртку, после того как я объяснил, при каких обстоятельствах этот "конфуз" случился, жена меня ругать не стала.

На следующий день я узнаю, что мой геройский поступок отмечен руководством УВД и я награжден деньгами в сумме восьмидесяти рублей. В тот же день мне позвонит эксперт-криминалист Александр Кузнецов, который продемонстрирует чем были заряжены два патрона той двустволки. Из одного была извлечена самодельная свинцовая пуля размером с человеческий мизинец, из второго - куски рубленного свинца, каждый размером с крупную фасолину.

Пару лет спустя, заезжие корреспонденты из "Советской России", в поисках "чего-нибудь "особенного" из жизни астраханских милиционеров, узнав о случае с задержанием вооруженного преступника, опубликуют в своей газете статью под названием "Без выстрела"...