# Рики. Глава четырнадцатая. Чужая война

Анатолий Яковлевич Воронин

Глава четырнадцатая. Чужая война


Юрию и его однополчанам несказанно повезло. За час до прибытия поезда выяснилось, что до Астрахани едет аж пятеро человек, причём едут они в одном плацкартном вагоне. Уже будучи на перроне стало известно, что это за пассажиры. Ими оказались молодые люди, по всей видимости студенты. Когда "лихая" троица садилась в вагон, их провожал Александр. Юрий задал ему провокационный вопрос, мол не хотел бы поехать вместе с друзьями, втроём и служба будет веселей. Александр ответил, что на сей счёт у него несколько иные планы - осенью свадьбу играет, да и работу подыскал по душе. Пора уж остепениться и собственную семью создавать.

Пока ехали произошёл небольшой инцидент. В Махачкале в плацкартный вагон в котором они втроём находились, подсела компания подвыпивших молодых азербайджанцев. С первых минут нахождения в поезде они повели себя вызывающе, всё пытались найти среди пассажиров лиц армянской национальности. Не найдя таковых, прицепились почему-то к Михайлову, стали всячески обзывать его. Сидевший рядом с ним Димон ухватил за руку самого ретивого "говоруна", и резко заломил её в запястье с такой силой, что тот, согнувшись в три погибели, упал на пол.

На вопль поверженного наглеца прибежал сержант транспортной милиции, который всё это время чаёвничал с проводницей и совершенно не реагировал на наглые выходки своих земляков. Поначалу он попытался предъявить претензии к Димону, обвинив его в хулиганстве, на что Юрий, предъявив ему свои документы, заметил:

- А где вы были всё то время, когда эти молодые люди провоцировали пассажиров на скандал? Или вы дожидались момента, когда им дадут должный отпор? В таком случае, ради чего вы вообще находитесь в поезде, если не желаете выполнять свои должностные обязанности по поддержанию общественного порядка? По приезду в Баку я буду вынужден доложить руководству транспортной милиции о вашем наплевательском отношении к службе. Вы одного только не осознаёте, что ваше бездействие может запросто спровоцировать серьёзные последствия, какие совсем недавно произошли в Азербайджане.

То ли слова Юрия подействовали на сержанта, то ли милиционер трезво оценил сложившуюся ситуацию, которая была не в его пользу, но он что-то сказал на родном языке задирам, и те молча побрели на свои места в вагоне, и в дальнейшем вели себя тише воды и ниже травы. Сам же милиционер покинул вагон, и больше в нём не появлялся.

По приезду в Баку Юрий поймал на вокзале такси и втроём они добрались до воинской части. В тот же день прибывшие с ним бойцы были поставлены на все виды довольствия и через сутки приступили к несению службы. Сам же Юрий в части задерживаться не стал и спустя неделю улетел в Москву. Там, после процедуры оформления необходимых документов и обязательного инструктажа в Министерстве обороны, он сдал свой общегражданский паспорт получив взамен него служебный загранпаспорт, заблаговременно оформленный на его имя. За пару дней до вылета из страны за ним приехала служебная Волга, доставившая в Ясенево, в "Аквариум", где он получил последние напутствия от одного из руководителей ГРУ, и в первых числах августа вылетел в Луанду - столицу Анголы.

В отличие от предшественников летающих туда небольшими группами на самолётах военно-транспортной авиации ему выпал "лотерейный билет" лететь рейсовым самолётом Аэрофлота. Почему именно он удостоился такой чести, Юрий получил ответ по прибытию в аэропорт Луанды, где его встречали коллеги по будущей службе за рубежом. Их он заприметил сразу же, как только проходил таможенный и паспортный контроль. И как можно было не разглядеть славянские физиономии - даже будучи сильно загорелые, они выделялись на фоне чернокожей толпы местных аборигенов.

До Миссии главного военного советника в Анголе добирались на импортном джипе. Пока ехали между пассажирами состоялся непринуждённый разговор который затеял один из встречающих Юрия людей. Поскольку все трое были облачены в гражданскую одежду, не было понятно какие воинские звания они имели и какие должности занимали. Именно с этого и начался их разговор.

- Полковник Захаров Виталий Дмитриевич, ваш непосредственный руководитель по линии ГРУ, - представился тот, что сидел на переднем сиденье рядом с водителем. - Вам представляться не обязательно, поскольку о вас я знаю наверно больше чем вы сами о себе помните. Я очень рад тому, что именно вас прислали на замену майора Николаева убывшего в Союз ещё месяц тому назад. Заждались мы вас, Юрий.

Сидящие в машине двое других пассажиров также оказались советниками Главного Разведывательного управления. В отличие от полковника свои полные установочные данные они называть не стали, ограничившись именами. Позже Юрий узнает, что в Миссии не принято обращаться к друг другу по фамилии или званию. Да и сама Миссия официально значится как Миссия военного консультанта Министерства обороны Анголы, а не как Миссия главного военного советника СССР.

Так, за непринужденным разговором ни о чем конкретном, они менее чем через час добрались до места назначения. Миссия располагалась на окраине Луанды в живописном уголке на берегу Атлантического океана. Территория земли с буйной растительностью площадью чуть больше гектара была огорожена высоченным каменным забором с единственными массивными металлическими воротами. С внешней стороны ворот никакой охраны не было, но Юрий обратил внимание на видеокамеру установленную над воротами, которая вращаясь из стороны в сторону, следила за окружающей обстановкой за пределами охраняемой территории. Тот, кто ею управлял наверняка увидел на экране монитора подъезжающий джип, и как только до ворот оставалось не более двух десятков метров, её створки распахнулись и машина без остановки въехала на территорию миссии.

Внутри двора располагались несколько одно и двухэтажных зданий предназначение которых с первого взгляда было трудно определить. Рядом с одним из домов возвышалась антенная мачта с растянутыми диполями. Людей на территории Юрий не увидел. Оно и не удивительно, разгар рабочего дня и наверняка все советники находятся на службе. А те кто не при делах, отлёживаются сейчас внутри помещений под прохладными струями воздуха исходящих от кондиционеров установленных практически в каждом окне.

- Представляться шефу будем чуть позже, после того как он вернётся с совещания в министерстве обороны Анголы, а пока же, я отведу тебя в "пересылку", где тебе придётся куковать ближайшую неделю, пока не получишь назначение к месту дальнейшей службы.

Полковник повёл Юрия в самый дальний угол городка, где стояло одноэтажное здание внешне похожее на казарму. Оно действительно оказалось казармой, но в отличие от казарм в советских воинских частях, больше было похоже на помещение модульного типа, какие были в Афганистане - общий коридор с нескольким дверьми по обе стороны, за которыми располагались комнаты рассчитанные на четверо постояльцев. Как и полагается в таких случаях, за входной дверью в казарму возле тумбочки стоял дневальный в камуфлированной форменной одежде ангольских вооруженных сил. Кто он - офицер, прапорщик, или рядовой, догадаться было сложно, поскольку на погонах не было никаких знаков различия. Одно лишь было ясно, что дневальными назначаются сотрудники миссии, но никак не ангольские военнослужащие. Последних вообще не было видно на территории миссии, пока Юрий находился там несколько дней.

Встреча с шефом состоялась после обеда. Юрий к тому моменту уже знал, что руководителем Миссии является генерал-лейтенант находящийся на этой должности пару лет и срок его "забугорной" командировки фактически подошёл к концу, но что-то не спешит военное командование в Москве присылать замену на его место. Он и номинальным руководителем Миссии является не вполне официально. Будучи советником начальника Генерального штаба ангольских вооруженных сил, он одновременно является заместителем Главного военного советника, но реально занимает должность исполняющего обязанности ГВС. Почему до сих пор его не утвердили в должности Главного военного советника, для всех советников было загадкой. Но ходит среди них слушок, что причиной тому дюже крутой нрав генерала, который на происходящие в Анголе события имеет своё собственное мнение, которое не совпадает с мнением политического руководства СССР.

В генеральский кабинет Николай вошёл вместе с полковником Захаровым. Не успел представиться, как генерал сам вышел из-за массивного стола и подойдя к Николаю поздоровался с ним за руку.

- Можете не говорить мне о своих заслугах, я о них знаю не только из вашей "объективки", но и со слов вашего комбрига с которым знаком с военной академии. С такими данными остаётся лишь удивляться, почему вы до сих пор не Герой Советского Союза.

Юрий хотел что-то сказать генералу, но тот указал на стул возле стола для совещаний и практически сразу продолжил свой монолог.

- Чтобы не было кривотолков, заранее должен предупредить, что служить вам придётся не в столице, а в одной из южных провинций Анголы. Сейчас там самая напряженная обстановка. Грызня, которая не утихает между МПЛА и УНИТА, и которая фактически привела к гражданской войне, расколов страну на две враждующие группировки, на юге проявляется в самом неприглядном виде. Да что я вам говорю, в Афганистане всё происходило по аналогичному "сценарию", А как всё красиво начиналась, - апрельская революция, национализация земли и средств производства. Только в отличие от нищего Афганистана в Анголе есть что делить, и в первую очередь алмазные копи, которые как раз находятся там куда вы поедете служить. А что такое алмазы, не мне вам объяснять - это баснословные деньги, и поэтому ЮАР кровно заинтересована в том, чтобы контроль за их добычей был в её руках. Именно с военнослужащими ЮАР вам придётся столкнуться в своей консультативной работе. Подчёркиваю - консультативной, а никакой иной. Даже если ваши ангольские подопечные будут склонять вас поучаствовать в боевых действиях, посылайте их всех на три буквы. Сами затеяли в своей стране бардак, так пускай сами его и расхлёбывают. Надеюсь, вы правильно поняли мою мысль и не станете из-за ложного патриотического чувства лезть в пекло. Это не наша война, и незачем терять голову ради чьих-то меркантильных интересов...

Слова генерала Юрий крепко запомнил, и то чем он позже занимался в Анголе, так и осталось великой тайной для завсегдатаев гаражного кооператива. И только однажды, в пылу откровения, он поведал Виктору о том, чем в итоге закончилась его служба в Анголе и в вооруженных силах разваливающегося Советского Союза.