# Скрытые олимпийские резервы

Андрей Станиславович Овчинников

Веселые воспоминания о грустной, забытой войне.


С Андреем я знаком не первый год, но так уж получилось, что о том, что он делает скромные попытки на литературной стезе, узнал совсем недавно, на ветеранских посиделках посвященных 30-тилетию вывода советских войск из Афганистана.

Предложил ему открыть авторскую страницу на ВАРе, но он от этой затеи категорически отказался, мотивируя это тем, что не дорос еще до уровня писателя, а все его потуги на литературном поприще, не более чем попытки самовыражения очередного графомана.

Ознакомившись с небольшими по объему рассказами, которые больше подходят под определение - "Окопные байки", я все-таки уговорил его обнародовать их на ветеранском литературном сайте. Тем более, что речь в них идет о конкретных людях, кто долгие годы бок о бок служил с ним в Афганистане, Германии и на Северном Кавказе. Кто реально сидел с ним в одних окопах в Афгане и Чечне.

Андрей "сломался", и дал согласие разместить свои "нетленки" на нашем сайте, при условии, что обязанность по их редактированию, я возьму на себя, и размещать их буду на своем разделе.

Мне ничего не оставалось, как согласиться с этими условиями. И думаю, что поступил я правильно.

А теперь об авторе.

Овчинников Андрей Станиславович, 1963 г. рождения, в настоящее время полковник ВС РФ запаса. В октябре 1984 г., после окончания Ташкентского высшего военного танкового училища службу продолжил в Афганистане в должности командира взвода отряда СпН (Кабул). В декабре того же года был тяжело ранен, и полгода находился на излечении в Ташкентском военном госпитале. После выписки из госпиталя службу продолжил в 149 МСП в должностях командира 2-й танковой роты, начальника разведки 2-го батальона.

С 1987 по 1989 г.г. службу проходил в г. Владикавказе, а последующие три года в ГСВГ. В 1992 г. службу продолжил командиром танкового батальона 9-й Пластунской МСБр, впоследствии переименованной в 131-ю Майкопскую МСБр, которая принимала участие в вооруженных конфликтах в Абхазии и Северной Осетии, а с октября 1994 года в Чеченской республике.

В 1996 году закончил обучение в Военной Академии им. Фрунзе и дальнейшую службу проходил в Закавказье на должностях командира батальона, начальника штаба полка, командира полка.

Свои воспоминания о военной службе в Афганистане, Германии и Чечне, Андрей изложил в двенадцати коротких рассказах, объединенных одним общим названием: "Веселые воспоминания о грустной, забытой войне".

Сегодня, я выкладываю один из них. Остальные рассказы будут появляться на сайте по мере их оцифровывания и незначительной редакторской правки.

Анатолий Воронин.


Скрытые олимпийские резервы.


Была в наших краях сторожевая застава близ местечка Чардара. Дислоцировалась там артиллерийская гаубичная батарея под командованием капитана Винника. Капитан был воином уважаемым, авторитетным, так сказать - "Слуга царю, отец солдатам".

Приказ о его назначении на вышестоящую должность давно состоялся, да выписка из него, как всегда задержалась где-то в штабах. Винник измаялся от тоски - в батарее все работало, как швейцарские часы, от состояния техники и орудий до образцовой воинской дисциплины. Одним словом - тоска.

Борьба с этим недугом компенсировалась дрессировкой своей личной овчарки по кличке Дунай, который был и без того вышколен, как прусский солдат. Но командиру этого было мало - в стихийно назначенное время, подчиненные выносили трофейное кресло с дачи племянника Амина, столик с чайником хорошего кофе и всё это устанавливали в начале моста через реку Чардара.

Мост был капитальный, бетонный. Если верить местным жителям, построен он был еще англичанами. Длиной он был ровно сто метров. Машины через него ездили редко, ибо местечко Чардара славилось обилием злых и беспринципных душманов, не гнушавшихся ни грабежами, ни войной против шурави, а когда у тех терпение заканчивалось, получали по сусалам, заметно притухали, и начинали воевать меж собой.

В основном, местные жители через мост передвигались пешком, в том числе, и в день "неожиданного" выходного дня Винника. Но как только очередной "пешеход" пересекал границу моста, Винник давал команду: "Дуня - контроль!".

Пес взрыкивал, афганец подтянув штаны переходил на суперскоростной бег, теряя на бегу калоши и хуржуны с добром. Дуня гнал бегуна до конца моста, где останавливался вкопанным, после чего не спеша возвращался, и сев возле хозяина вопросительно заглядывал тому в глаза. На что Винник потрепав пса за ухом, показывал ему секундомер часов, и произносил избитую, как служба фразу, - "Чертовски спортивный народ - Дунюшка, - за 10 секунд пролетают стометровку! Скрытые таланты! И всё благодаря тебе мой друг...!"

Так продолжалось долго, в зависимости от настроения Винника. При этом важно заметить, - Дуня никого не кусал, а после того как "развлекуха" прекращалась, - никогда не испытывал агрессии в отношении возвращавшихся за своими манатками крестьян громко матерящихся как по-русски, так и на дари.

Когда их эмоции переполняли чашу терпения часового, тот стрелял вверх и кричал: - "Дунай"! Те тут же замолкали и убегали...

Эх,... тоска.