# На одни и те же грабли.

Валерий Евгеньевич Жигунов

Приколы друзей.

На одни и те же грабли.


Середина девяностых годов прошлого столетия прославилась тем, что огромное количество государственных предприятий, больших и маленьких, рентабельных и не очень, переходили на минимальный выпуск своей продукции. Из-за всеобщей конверсии, оборонные гиганты начинали выпускать кастрюли и сковородки. Иные попросту закрывались и трудовой народ потуже затягивал пояса. Многим вообще негде было работать. Судостроители и ремонтники Самусьского речного завода остались без государственных заказов. Перебивались, кто чем мог, случайными заработками и "Где бы чего стащить?"

Но во все времена есть службы, без которых не обойтись никогда. Вот так и случилось в пожарной части N9 (ПЧ-9). Она была укомплектована по штатному расписанию полностью. Туда с удовольствием принимали молодых и здоровых мужиков. Да и платили хоть и небольшие деньги, зато почти регулярно. Вот и шли туда ребята на службу. Среди них попадались и такие, кто грешил пьянством. Командование увольняло залетевших и вновь набирало пополнение. Как следствие - текучка кадров. Зато оставались проверенные, лучшие. В коллективе всегда был кто-то новенький, как в армии "молодой". Вот над ними-то и подшучивали в основном.


***


Спеша к утреннему разводу, Олег нагнал медленно идущего приятеля. Поравнявшись, молодые мужики поздоровались.

-- Ты куда это со сранья-то, Женьк? Вроде на работу тебе не надо.

-- А я к вам в пожарку устроился. - размеренно, почти нараспев ответил Евгений.

-- Да ну? Там же бегать надо! При чём быстро. Ты со своей медлительностью быстро ноги протянешь. - весело выпалил Олег.

-- Я и быстро могу. Когда на флоте служил, метаться тоже научили. - спокойно ответил Женька.

-- Посмотрим! - загадочно подытожил настоящий пожарный.

На ходу выкурив по сигаретке, ребята незаметно добрались до здания пожарной части. В означенное время прошла без эксцессов смена караула. Начальник представил новичка. Хотя его и так все знали, но порядок есть порядок. У молодого пожарного, Тихонова Евгения Ивановича, началась будничная служба. Он хотя и не был совсем салагой (всё-таки тридцатник), но всё начиналось с пожарных азов. Женька до седьмого пота мотался по полосе, таскал с бешеной скоростью на себе штурмовую лестницу, раскатывал шланги, тушил огонь из огнетушителей в корытах. Выполнял нормативы от и до. Пожарный получался на славу!

И появилась у Евгения Ивановича страсть. Бильярд! Вот как пришёл на службу, так и захотелось играть лучше всех! Но не простое это дело - катать шары. Ребята уже не один год в пожарке и как время свободное, так к столу. Вот и Женька всё оттачивал и оттачивал свой глазомер. Натрёт кусочком мела кончик кия, нежно облокотится левым локтем о стол, уложит аккуратно кий между большим и указательным пальцем, прищурит левый глаз и целится в сопровождении поступательных движений правой руки. Когда казалось бы просчитана нужная траектория, ударит в шар. Но то ли шары квадратные, то ли руки под молоток и гвозди заточены. Ну не катятся они в намеченные лузы, а всё больше шар о шар ударит или в борт.

А у Олежки наоборот. Что ни удар - шар а то и два по лузам. Всё-таки сказывался полугодовой стаж службы в пожарной охране и катания шаров по зелёному сукну.

Но не из-за свой великолепной игры в бильярд был известен в посёлке Олег. Его развесёлый, неунывающий нрав был известен всем. С шутками да прибаутками, он душа любой компании. А уж приколов его беззлобных, просто не счесть. Вот и повелось за ним шутливое поселковое прозвище - замполит.

Как-то раз, Евгений сыграв несколько партий с ребятами, почувствовал в себе силу игрока и ,как говорится, у него пошла масть. Расправив крылья он подошёл к Олежке и предложил сыграть партию.

-- Чего играть-то, Женька? Ведь всё равно я у тебя выиграю!

-- Не выиграешь. - твёрдо стоял на своём Евгений.

-- Без напрягов выиграю.

-- Я сегодня силён, как никогда. Давай партейку!

-- Ну хорошо. Только давай играть на интерес, не просто так.

-- Согласен. Давай, например на отжимания.

-- Ну нееет. Ты проиграешь, отжиманиями накачаешься, а потом меня гонять будешь. Нет! - отрезал замполит.

-- Тогда давай на кукареканье под столом.

-- Еще чего! Ты же идиотом выглядеть будешь, а мне это ни к чему, да и неприятно будет на тебя смотреть.

-- Тогда сам предлагай.

-- Давай Евгень сыграем на обед. Не совсем на обед конечно, а на кормёжку обедом с определёнными условиями.

-- Это как?

-- А так. Проигравший кормит победителя весь обед.

-- Согласен! К барьеру!


***


Вокруг стола собрались все, кто был свободен от службы в этом карауле. Ставок конечно никто не делал на этот "матч века", исход был ясен за ранее. Но интрижка всё же была.

Начинал партию Тихон. Он прицелился и ударил. Разбивающий шар с треском врезался в вершину треугольника. Желтоватые шары раскатились по зелёному полю в разные стороны. Один тихонько катясь нырнул в правую дальнюю угловую лузу. Евгений Иванович удовлетворённо улыбнулся и обошёл стол вокруг два раза, в надежде увидеть приличную комбинацию. Выбрав подходящую, он ударил. Второй шар уверенно влетел туда, куда и полагается. Два подряд - это была уже серьёзная заявка игрока этого уровня на выигрыш. Собравшиеся одобрительно зашушукали. Олег же, сложа на груди руки, безмятежно наблюдал за происходящим на игровом поле. Следующий удар кия заставил присутствующих ахнуть, а затем и глубоко с шумом выдохнуть. Шар вертелся на месте, в створе боковой лузы. С последними оборотами он юркнул в неё.

Женя не спеша достал беломорину, разминая пальцами с улыбочкой взглянул на замполита. Тот незамедлительно подколол: "Ты чё, дома карманным бильярдом тренировался?"

-- Ты иди лучше на стол накрывай. А то, что то есть хочется.

-- Накрою Евгений Иванович, вот как выиграешь, так и пойдём жрать. - успокоил его участливо Олежек.

Женька, зажав бычок в зубах прицелился в очередной раз и ударил. Но то ли дым в глаз попал, то ли фортуна повернулась задком, только ни один шар больше не достиг цели. Дальше претендент в руки кий не брал. Ну не досталось ему свободных шаров потому, что все их преспокойно загнал на места Олег.

Народ вокруг стола шумел. Одни откровенно жалели проигравшего "Что поделаешь Женьк, Се Ля Ви". Другие ликовали в ожидании представления. Они верили, что обед пройдёт необычайно весело. Замполит снова что-то придумал.


***


Как только начался обед для Олега Ивановича, в столовой караульного помещения установился невообразимый хохот десятка караульных.

-- В чём дело?! - громко поинтересовался вышедший на шум из своего кабинета начальник караула.

-- Да Наталенко Тихонова воспитывает. - ответил кто-то.

-- Дайте и мне взглянуть.

А посмотреть было на что. Чуть отодвинувшись от стола, на стуле с гордым видом восседал Наталенко Олег Иванович. Он читал развёрнутую газету в руках, закинувши ногу на ногу.

Тихон осторожно черпал ложкой борщ, аккуратно соскабливал о борт тарелки нависшую капельку. Затем тихонько стукал ложечкой о тарелку. Это был условный сигнал, по которому Олег поворачивал голову, открывал рот, откусывал любезно предоставленный кусок хлеба и заглатывал аппетитное содержимое ложки. Потом снова отворачивался и продолжал читать. Лёгкий звук дзинь, вновь и вновь заставлял его поворачиваться и раскрывать рот. Так продолжалось, пока тарелка не опорожнилась.

-- Собери-ка со дна гущицу. - скомандовал победитель.

-- Бу-бу-бу. - что-то невнятное проворчал хмурый Женька, но просьбу удовлетворил.

-- А какой борщец вкусный! - вдруг выпалил Олег. - Давай-ка ещё порцайку врежем.

Столовую снова посетил взрыв гогота. Любопытные расступились, давая проход Женьке от стола к плите с кастрюлей. Нехотя тарелка наполнилась борщом. Бильярдные шары прыгали перед глазами у Евгения. "Ну я тебе ... Ну я тебе ..." -Роились в голове мысли. Но снова дзинь, дзинь, дзинь. Но снова поворот и ложечка борща в раскрытый рот.

За тот обед, замполит смолотил три тарелки борща с тушонкой, шесть кусочков хлеба и стакан компота.

После приёма пищи, Наталенко по дружески обнял Евгения за плечи.

-- Не обижайся друг!

-- А зачем жрал столько? Мог ведь поменьше?

-- Это я тебя воспитывал. Да и нравится мне, когда меня кормят. Не играй, если не можешь.

-- Я с тобой теперь не только играть, но и разговаривать не буду.

Почти два месяца так и было. Ни под каким предлогом не заговаривал Женька с Олегом, а уж на пару к бильярдному столу вообще не подходил. Даже на шутки его не реагировал. Зарёкся сам себе - не попадаться на замполитовские приколы.


***


Время лечит не только душевные раны, но и отношение к обыкновенным мужским шалостям. Да и как ещё могут относиться друг к другу мужики, которые каждый день видятся то на работе, то за кружкой пива в местной забегаловке. Но держать нужно всегда ухо востро.

Жарко было в то лето. Июнь заканчивался и всё говорило о более жарком июле. В полдень доходило до +35 градусов, а то и гораздо больше. Самое время расположиться возле озера и ощущать прохладу от воды, а ещё лучше окунуться в неё. И надо же было в такой сильнейший зной отправиться Тихону за картошкой на дачу.

Пока добрался до неё пешочком, взмок окончательно, хотелось пить. Горячий воздух затруднял дыхание. Женька спустился в погреб и насыпал в мешок почти три ведра корнеплодов. Вылазить наверх совершенно не хотелось. В погребе было прохладно и на удивление уютно, хоть и темновато. Впереди ждала дорога домой в два километра.

Выбравшись наружу и вытащив за собой мешок, он отправился домой. С каждым шагом, под палящим солнцем, груз на спине увеличивался на полкилограмма. Через полкилометра Евгений Иванович тащил уже полтонны. Рубашка под мешком промокла. Струйки пота текли по щекам. Остановившись, чтоб перевести дух, он подумал: "Какого хрена в жару попёрся? Мог бы и ребят попросить, чтоб картофан довезти". Немного отдохнув, двинулся дальше.

Продвигаясь, согнувшись под гнётом неимоверного груза, Евгений даже не видел кто с ним здоровался. Отвечал машинально на приветствия. В конец вымотавшись он присел на мешок, не дойдя до дома метров тридцать. Он уже почти чувствовал, как прохладная вода под домашним душем ласково охлаждает его усталое тело. Как он смывает этот противный, липкий пот.

Но жизнь на этот счёт распорядилась иначе. Внезапно возле его ног остановился мотороллер "Муравей" красного цвета. За рулём замполит, в кузове местный участковый, Алексей Зенцов. Было заметно, что ребята слегка поддатые. Весёлые глаза озорно искрились.

-- Женька! Ты чего блин?! Друзей что ли у тебя нет? - прокричал сквозь треск мотороллера Олег. - Садись давай, подвезём.

-- Да я... Да мне... Да я почти пришёл. - неуверенно пролепетал Тихон.

Ничего не слушая, Олежка со свежими силами легко подхватил мешок и закинул его в кузов. "Садись на него сверху и держись крепче". Транспортное средство на трёх колёсах резво побежало вперёд. Горячий ветерок приятно зашевелил волосы на голове. Он хоть и не охлаждал, зато нежно ласкал. Ноги сами по себе вытянулись и расслабились. Тут ещё Лёха что-то затрещал на ухо и вообще расслабился Евгешка. Он только слегка поинтересовался: "А чё это мы мой дом проехали?" На что хозяин быстро и чётко ответил: "Да щас, мы тут одного парня заберём и обратно".

Доехав до окраины посёлка, в районе кладбища, "Муравей" развернулся и остановился. Быстренько выскочив из-за руля, замполит крикнул: "Ну-ка подвинься!" и скинул мешок на дорогу.

-- Э-э-э, ты чё делаешь?! - нараспев протянул хозяин мешка.

-- Ну ставь его обратно.

Пока медлительный Женька слез и поднял мешок, мотороллер газанул и укатил. Евгений Иванович стоял и не верил случившемуся. До дома оставалось тридцать метров! А теперь в обратную сторону полтора километра! И опять по жаре!!! Он не верил своим глазам. "Не может такого быть! Это шутка! Они щас вернутся!" - думал он.

Мужики катили на тарантасе и ржали: "Ну Иваныч! Опять купился! За тридцать метров до дома!!!"

Три месяца Тихонов обходил стороной обидчика.


***


Время текло, как ему полагается. Всюду вершились дела, праведные и не только. Женька всегда находился в напряге, чтоб замполит чего не выкинул вновь с ним. Они вместе ходили на службу, иногда оттягивались с друзьями на озере, порой вместе над кем-то подшучивали.

Лето уже кончилось и наступил сентябрь. Приятный такой, без дождей и противной слякоти. Картошка на огородах была убрана и все заготовки в зиму сделаны. Пора отличная - можно расслабиться.

Ближе к вечеру, на лавочке у милиции нечаянно собрались мужики. Особо пьяных никого, так слегка поддавшие. И менты на службе вышли покурить. Публика всем известная потому, как все росли в одном посёлке. И менты и если кто накуролесит чего.

Вот и подскочил Тихон слегка под шафэ к ребятам на лавочке у милиции: "Мужики, выручайте! Срочно доехать нужно к озеру! Ну помогите бляха!"

Возле ментовки мирно стояли красный "Муровей" и ментовский "Бобик".

Сидевший тут же Наталенко тут же бросил: "Да на ключи Женька! Сам езжай, а потом привези!". И он лихо бросил связку.

"Я щас" - донеслось от Евгения Ивановича. - "Пять минут - туда и обратно!"

Он быстро подошёл к мотороллеру, опустился на сиденье и начал подбирать ключи. Связка была здоровая и дело не двигалось. Там были большие и маленькие ключи, средние и совсем отмычки какие-то. Нужный ключ от зажигания не находился.

-- Э-э мужик! Хорош там ковыряться! - вдруг донеслось до Тихона.

-- Да пошёл ты ... - громогласно объявил Женька.

-- Слезь с мотороллера!

-- Да иди ты ... Мне хозяин разрешил! - продолжал возиться в замке зажигания страждущий.

-- Да это мой мотороллер! - возвестил незнакомый мужик.

-- Как твой? Не может быть?

Женька сошёл с седла, внимательно осмотрел транспортное средство (оно было тоже красного цвета), смачно плюнул в сторону и изрёк: Гад же ты замполит! Опять надрал!


***


А дальше случилось совсем невероятное. Почуяв новое веяние времени, Евгень за бил на это дело. Сначала уволился с пожарной части. Потом начал куриными шашлыками потчевать отдыхающих на "Яковом" озере. Дела пошли лучше и вот уже на "Круглом" озере у бывшего пожарного приличное летнее кафе.

-- Как дела Евгений Иванович?

-- Нормально.

-- А послужить государству не изволите?

-- Да пошёл ты ...

-- Может помочь чего?

-- Да пошёл ты ...

-- А пробежаться с огнетушителем не хотите?

-- Да пошёл ты ...

-- Там с пожарки к Вам ребята!

-- О-О-О, всех к столу!!!


Сентябрь 2004 год.

Посвящается Тихонову Евгению Ивановичу - несостоявшемуся наркоману.