# Серая шейка

Валерий Евгеньевич Жигунов

Сколько волка не корми, он всё равно в лес смотрит.

СЕРАЯ ШЕЙКА


Тамара всегда выглядела очень эффектно. Когда она появлялась на улицах родного города, то не раз отмечала, что мужчины разных возрастов останавливают на ней свои взгляды, а иные в прямом смысле слова облизываются. Её нельзя было назвать красавицей в полном смысле этого слова, но было в ней что-то такое, что заставляет трепетать мужские сердца. И не просто трепетать, а биться в учащённом режиме. Эта девушка притягивала к себе какой-то немыслимой силой, удивительно приятным запахом, на который самцы всегда реагировали одинаково. От этого ей становилось весело, попка начинала вилять сама собой, ножки летящей походкой пританцовывали, а шаловливая улыбочка не сходила с уст.

Школу она окончила именно тогда, когда вся великая страна уже развалилась и её взору открылась вся грязь человеческих отношений, до селе так тщательно скрываемая социалистическим строем и зашоренной в определённом смысле школой. И сейчас, стоя на перепутье, молодая красавица не могла определиться, с чего бы начать взрослую жизнь.

Но первые шаги, которые Тома уже совершила, будоражили и волновали молодую кровь. Тут не до оглядки на старших подруг, не до материнских окриков.

Побежала Тамарка по накатанной дорожке под горку легко и беззаботно. Школа окончена, на работу не надо, на карманные расходы всегда мамка даёт и сердобольная бабуля. До обеда мертвецкий сон, потом телефонные перезвоны с подругами и подготовка к проведению вечера.

А там уже и дискотека полным ходом с неизменной романтической концовкой - обжимания с очередным провожатым в подъезде, возле родного мусоропровода. Потом на прощание жевачка или замусоленная в кармане ухажёра карамелька.

А где же любовь, как в книжках? Где серенады? Где настоящие мужчины?! Где всё это - чему учили и рассказывали в школе? Нет, не для такой жизни она себя готовила! Не эти слюнявые, пацанские ласки ей нужны! Она найдёт себе того, с которым любовь до гроба, за которым хоть на край света!

Но где же взять-то его, чтоб красавец был да при деньгах? Такие мужики так просто на дороге не валяются. Те, что покрасивши да по умней, со школы разобраны сверстницами. Кто при деньгах и с положением, так там давно всё забито. Остаются только те, кто никому не нужны и те кто были нужны, да в процессе супружества отбракованы. Вердикт обозначился сам по себе. "Значит самой надо рвать то, что уже приросло где-то!"

Вот и познакомилась Томка впервые с женатиком намного постарше себя. И чем он лучше оказался? С семьёй рвать не хочет, но и Томку не отпускает. За то с подарками стало приятнее. То колготки, то цветок, то помада, то кусок импортного мыла. Гулять стали по городу, правда по задворкам, чтоб он случайно на знакомых не нарвался. В кино ходили на последний сеанс и только после третьего звонка, когда уже начнётся фильм. Он пользовался ей, как самому было удобно. Вот это и есть любовь? Неправда! Не так мне хочется любить! Я всем покажу, как надо это делать!

С такими мыслями Томик пересмотрела свою настоящую жизнь. Теперь она совершила новый шаг, как ей тогда казалось самый верный. У неё начались встречи с совершенно иным контингентом. Это была молодая поросль, которая уже несла на себе отметины новой Российской жизни. От парней в малиновых пиджаках, всегда доносился хруст купюр из карманов, да шуршание новеньких покрышек от таких новейших авто. Но с ними тоже всё было по иному. За то весёлое время, что она проводила с ними, рассчитывались туфлями и кофточками, платьями и зимними сапогами. Как говорится дашь на дашь.

Со временем Тамара тоже поменялась. На жизнь начала смотреть потребительски, людей вокруг себя оценивала только с материальной точки зрения. Да и у самой барахлишко кое-какое начало скапливаться. Вместе с ним появился малыш, который не радовал, а требовал к себе внимания и заботы, отрывал от разгула. Вот ведь как получается, от попыток найти любовь, детки рождаются!!! А тут ещё кого-то кулаком поучить решила на улице и в результате приговор и на отсидку.

Тяжко там, не легко. Ситуация сама заставляет задуматься над происходящим в судьбе. Письма домой грустные, клятвенные заверения матери, что всё наладится у них и дочь возьмётся за ум. Бумага всё терпит. Ей держать ответ не перед кем!

После возвращения, едва маленький Серёнька начал привыкать к матери, жизнь только начала налаживаться, как грянул новый арест, новый срок. Не получилось на лагерных понтах вступать в новую жизнь. Не приняла она молодуху.

А страна расцветала. Появились разные слои в обществе, каковых раньше не наблюдалось. Для каждой прослойки, свои рабочие места, свои магазины, свои места питания и отдыха. Всё больше разделяется общество, всё шире становится пропасть между бедными и богатыми.

Тамарка после повторного заплыва в "места не столь отдалённые", слегка подрастерялась. Совсем всё иное вокруг. Жизнь кипит, бурлит, да только не принимает в нормальное русло вновь освободившуюся, со своими понятиями и замашками. Менять надо что-то в себе!

-- Ты бы на работу устроилась что ли. - советует мать.

-- И то верно. Да только что я умею делать в этой жизни? Только верхонки шить научилась на зоне.

-- Молодая ещё, всему научишься.

Красиво в магазине. Реклам цветных полно, лампочек ярких, товаров разнообразных. Стоит Томка за прилавком, трусами да лифчиками импортными трясёт. На хозяина работает. А самой страсть, как хочется такое бельишко поносить или чуток примерить. Чем она хуже тех, кто покупает? У неё и кожа не огрубела от лагерной жизни, и фигурка на зависть многим, и места разные, от которых мужики млеют на месте. Да вот только нельзя, денег не хватает на эти покупки. Да и женихов нет рядом, чтоб клюнули на эту красоту. Тянет, завораживает новая жизнь Тамарку.

Не удержалась, всего-то пивка попить зашли с подругами в летнюю кафешку. А там компании развесёлые, музыка томная, закуски и пойла заморского залейся! Вот и не смогла удержать бесёнка внутреннего, который всё подначивал и толкал вперёд, в безудержную хмельную танцевальную атаку. А посмотреть было на что. Крепкие ножки и молодое тело ещё не забыли тех виртуозных движений, которыми она очаровывала зрителей со сцены вместе с танцевальным коллективом, в котором училась этому колдовскому действу. Вот только теперь, некогда целомудренные па, трансформировались в похотливые движения танцовщицы у шеста. Ножки призывно раздвигались, высокая грудь вздымалась, округлые ягодички звали на подвиги. Группка молодых парней восторженно ценила танец. Вааау! Кууул! Ништяяяк!

После того вечера, снова Томка начала поиски своей любви. Почти в каждой новой кампании появлялся тот, которому она была верна весь вечер. Но как правило - избранники не тянули на того, единственного.

Как-то выходя из автобуса, ей подал руку и помог выйти чернявый незнакомец средних лет. Он обронил пару комплиментов и улыбнулся. Через три дня они перевезли к нему её нехитрый скарб. Сынишка остался с бабушкой. В Тамаркиной жизни воцарилась тишь и благодать. Мужчина "её мечты" оказался не гуляка и не мот. В его двухкомнатной квартире было всё необходимое для совместной жизни мужчины и женщины. Живи Тома, радуйся! Потекли спокойные будни с вечерами у телевизора. Вместо ажурного нижнего белья, перед глазами молодой женщины теперь целыми днями маячили пельмени с чебуреками, которые она лепила совместно с пенсионерками на новом рабочем месте. С прежнего попросили.

Вот вроде и мужик всем хорош и с ним хорошо, а чего-то всё равно не хватает. Эту то малость и вновь начала искать Томка! С начала тайком, а потом и вовсе находясь в одной компании с сожителем, уединялась с его приятелями. Не выдержав такой наглости, ревнивец пошёл на возлюбленную в рукопашную. Немного отрихтовав неверную, мужчина успокоился. На утро подсчитали потери. У хозяина разодрана рубашка, у Томки выдернута нога. Точнее, сильно растянуты связки голеностопа. Совместная жизнь оборвалась. После посещения поликлиники, чернявый отвёз молодку к матери.

А ей похоже того и надо было. Зафиксированный шиной сустав не только не причинял неудобства, но даже напротив, давал некоторые преимущества. Томка начала обзванивать друзей-приятелей с машинами, чтоб отвезли её на очередное гульбище. Когда она покидала дом, то все видели её подпрыгивающую на одной ножке фигуру, целеустремлённо спешащую в автомобиль, который доставит её на очередное сборище прожигателей жизни, на котором она опять будет искать себе небывалую любовь. Кто-то из очевидцев транспортировки, сравнил её с известной сказочной уточкой, которая с перебитым крылом пыталась изо всех сил выжить в застывающей полынье. Героиня Мамина-Сибиряка боролась за жизнь, а Тамарка с вывернутой ногой на заднем сиденье посещала все знакомые увеселительные заведения и злачные места.

Теперь гулянки длились не по одному вечеру. В перерывах, в моментах просветления, она звонила домой мамке. "Ну, как Вы там без меня? Не проказничаете? Я скоро буду дома!". Вот это "скоро", затягивалось порой на неделю, а то и больше.

Образы незнакомых мужчин всё чаще мелькали в её голове. Случайные связи уже давно не были редкостью. Из больницы, где она работала последнее время санитаркой, тоже предложили уйти. Ненадёжная. Внутренний мир изменился настолько, что она могла без какого либо стеснения, после дождя, снять с себя футболку на остановке и выжать её при всех присутствующих. Всё ещё шикарный бюст, без тени силикона, производил настоящий фурор на присутствующих мужчин.

Материнское сердце сжималось, когда пьяная, разгульная дочь возвращалась домой. Через своих знакомых, женщина устроила непутёвое чадо на новую работу, да на такую, чтоб на безобразия охоту отбила. Стала работать Томочка учеником маляра-штукатура. Целыми днями она таскала вёдра и полиэтиленовые мешки со шпаклёвкой, охапки обойных рулонов. Как посыльная металась по разным этажам без лифта между работающими звеньями. После смены, придя домой, она принимала ванну, ужинала и немного позанимавшись с ребёнком уходила в сон. Руки и ноги гудели от тяжёлого труда. Так продолжалось с неделю. Потом молодой организм адаптировался и гулянки возобновились с новой силой.

У неё появились новые друзья рабочих профессий, которые обслуживают стройку. Водители грузовиков, монтажники, сварщики - вот сформирован очередной круг общения. Теперь поиск продолжился среди молодых строителей.

Тамаре уже почти тридцать. Самый женский расцвет. Она по прежнему хороша собой. Большие, широко открытые глаза с длинными ресницами. Белые, ровные зубки обрамляют алые, чуть пухловатые губы. На левом плече, татуировка слоника. Всегда игривый, девичий взгляд, теперь превратился во взгляд матёрой рыси, вступившей на охотничью тропу.

Всё чаще она задаёт себе вопрос: "Может я проститутка?" И тут же отвечает сама себе: "Нет! Там девчонки за материальные блага отдаются, а я ищу любимого, который примет меня такой, какая есть."


Возьми мою любовь - она твоя,

Она зажглась лишь для тебя,

Среди осенней пустоты,

Где ты возник из темноты.


Такой желанный и родной,

Но всё равно такой чужой ...


Тебе любовь я отдала,

Но одного не поняла,

Что пошутил ты надо мной,

И всё осталось лишь игрой.


Стихотворение, любезно предоставила автор, Бурсук Татьяна Григорьевна.