# Поэт

Павел Владимирович Зябкин

Просто рассказик из жизни.

Он был поэтом. В самом прямом смысле этого слова писал стихи. И причем, делать это пытался весьма добротно и крепко. Его кумиром был Маяковский в подражании которому, он достиг, судя по всему, немалых успехов. Хотя, не мне судить, подражал он или нет, а скорее просто использовал стиль своего великого, без кавычек, предтечи. Но мое повествование не критический очерк, а просто очередная байка из жизни, а потому, оставим поэтические изыски поклонникам и критикам, а сами перейдем к прозе жизни.

Анатолий, назовем так нашего служителя музы, был молодым человеком, недавно вернувшимся со срочной службы, не глупым и вполне образованным для своих лет. Вопрос чем он будет заниматься в жизни, для него определился как-то сам собою - писать стихи. Благо это ему удавалось и раньше. И не просто удавалось, еще в школе он печатался в разных местных изданиях, а теперь повзрослев и возмужав, достойно вошел в местное творческое сообщество, где его таланты ценили и считали весьма перспективным автором, пророча ему большое будущее. Хотя, трудно сказать, что тут было действительной похвалой, а что просто делалось по принципу "кукушка хвалит петуха, за то, что хвалит тот кукушку". А принцип сей имеет место быть в творческих кругах. Ну да ладно, мы тут не об этом. Как бы то ни было, но Анатолий все равно был настоящим поэтом. А для закрепления своего положения в творческих кругах он даже поступил в Литературный институт в Москве. Точнее сдал экзамены и был зачислен на первый курс данного учебного заведения. А перед отъездом на учебу, в один из последних дней лета наш герой был приглашен на фестиваль поэзии. Местное мероприятие, проводившееся ежегодно в лесу, на берегу реки. Оно было одновременно и творческим конкурсом, где избирали и награждали победителей из молодых талантов и просто приятным (а кому и нет) отдыхом в палатках на природе в течение нескольких дней.

Народа наехало очень много. В основном молодежь от 15 до 25 лет. Много красивых девушек, которым была интересна не столько поэзия, сколько несколько ночей в лесу, без бдительного родительского ока, на совершенно законном основании. Собственно людей причастных к теме фестиваля было не более процентов десяти. Вскоре, спонтанно разбился палаточный лагерь. Потихоньку стали разводить костры и жарить шашлыки. Кое кто, не дожидаясь основной части - поэтического конкурса, назначенного на вечер, уже стал прикладываться к бутылочке. Анатолий не был исключением. Сидя у такого костра в компании своих знакомых и поклонников он уже час декламировал свои стихи, он был в ударе. Собравшаяся компания из трех девчонок и пяти парней, из которых лишь один по настоящему увлекался поэзией, невольно заслушались Анатолия. Так уж он был выразителен и по настоящему величественен в своем образе. Наверное, таким же и был на своих выступлениях его кумир - Владимир Маяковский. Правда сходство и ограничивалось лишь поэзией. Внешне, наш герой совсем не тянул на революционного Вергилия. Но, не внешность же главное в поэте. Хотя, это уже кому как, что и показали последующие события.

- Ух... - устало произнес он, - это все я еще на прошлом фестивале читал, тогда третье место занял. Но сейчас, я надеюсь стать победителем. Я кое что тут приготовил, но это, уже там прочту, на конкурсе. Так что не просите.

Впрочем, просить особо никто уже и не собирался. Поэт снова стал обычным пареньком и девушки, только что влюблено и со слезами на глазах смотревшие и внимавшие ему, переключили свое внимание на менее красноречивых, но зато более брутальных спутников, намерения которых ясно читались в их слегка пьяных глазах. Но, Анатолий сейчас думал не об этом. Этот день должен стать его лебединой песнью тут, в своем городе. А потом надо уже всерьез покорять Москву. А сегодня уж будет его триумф, в этом он не сомневался. Все члены жюри, состоявшие из местного творческого бомонда, уже заранее не видели ему достойной альтернативы. И это был не некий предвзятый выбор, а объективная реальность. Остальные участники явно не дотягивали еще до нашего поэта.

Когда стемнело, на импровизированную сцену, а правильнее сказать просто на пригорок, вокруг которого у костров расположились слушатели стали выходить поэты-соискатели победы на этом престижном в регионе состязании. Многие уже разбились по парочкам и потихоньку шушукались, завязывая знакомство на предстоящую ночь. Кавалеры, в меру сил и возможностей, развлекали своих дам, которые приличия ради, выдерживали необходимую паузу, перед тем как дать полную волю своим ухажерам. И выступление поэтов было отличным поводом, заставить тех потомиться.

Жидкие аплодисменты раздавались время от времени, когда очередной вития сходил со "сцены". Пока же мастера рифмы демонстрировали свои достижения, их поклонники забавляли себя либо выпивкой и разговорами "за жизнь" либо флиртом с девушками, которые охотно отвечали взаимным кокетством. Но, так продолжалось до выхода Анатолия. Уже через несколько строк, прогремевших с импровизированного Парнаса, все внимание прекрасной половины присутствующих было сосредоточено на нем. Девушки буквально пожирали его глазами и, наверное, в этот момент были влюблены в него, совсем не замечая своих спутников. А те, поневоле тоже вынуждены были слушать весь этот стихотворный поток. Овации и аплодисменты завершали каждое стихотворение, потом на "бис". Звездный час настал. Поэт купался в лучах славы. Члены жури совершенно справедливо и единогласно отдали ему первое место и в качестве лаврового венца увенчали гениальную голову фирменной бейсболкой предоставленной одной из молодежных организаций, спонсировавшей конкурс. Кроме того в качестве тоги, на него торжественно одели и такую же майку, это и был материальный приз, моральным же служило то признание таланта авторов выразившее в разной степени аплодисментами. Представители местного поэтического союза горячо жали руку победителю, отмечая достоинства его творений, а так же высказывая, что бы там еще можно было бы довести до совершенства. Но, Анатолия слова и комплименты, коллег по "цеху" сейчас мало волновали, ему хотелось иного общества.

Как и любой молодой человек, он сейчас хотел находиться не в компании провинциальных поэтов, мужчин среднего, а то и выше среднего возраста, одиноких и уже наскучивших ему там, в городе. Его тянуло к ровесникам и ровесницам, которые сейчас веселились, собравшись вокруг костров, а кое-кто уже и уединившись в палатках. Не надо думать, что Анатолий был тут совсем человеком со стороны. С большинством приехавших молодых людей и девушек он был знаком, хотя бы шапочно, по прежним подобным тусовкам. И сейчас, Анатолий рассчитывал понежиться на завоеванных лаврах в компании очаровательных поклонниц, которые только что любовно взирали на его выступление. Однако, посмотрев на поляну, он заметил, что раскинуть лежанку из лавров особо то и негде. Пока он тратил силы и время на поэзию, другие, не столь талантливые, а скорее вообще далекие от высоких материй, давно уже нашли себе подружек на этом фестивале и по большому счету, кроме компании таких же одиноких поэтов ничего особо то, не предвиделось. Тем не менее, уверенным шагом победителя наш герой направился к ближайшему костру, где сидели трое девчонок, из тех, что так бурно аплодировали ему совсем недавно. Однако, вид подошедшего Анатолия не вдохновил юных красавиц, жаждущих приключений. Они с кислым видом согласились на присутствие звезды у их костра и даже послушали его стихи, которыми он хотел очаровать их. Тут, к радости женской части компании, к ним подвалили трое нетрезвых молодых людей очень далеких от поэзии, зато с выпивкой и конкретными намерениями. В отличие от поэта они предпочитали не воспевать любовь, а заниматься ею. Так как наш мастер слова не вписывался в планы практиков, а в его сонетах уже нужды не было, молодое дарование вежливо попросили поискать иные уши для своего творчества. Правда, его хорошенько напоили и накормили, а потому расставание с таким милым обществом было не слишком болезненно и утроив свое поэтическое дарование выпитым, Анатолий отправился дальше в поисках земной, а не платонической, любви.

Рассуждая, что раз, согласно расхожему мнению, женщина любит ушами, а уж что влагать в уши слушателей он знал и умел, о чем говорила его сегодняшняя победа, наш поэт полагал, что в таком изобилии девушек он скоро найдет себе спутницу на вечер, а может и на жизнь, тут уж как получится. Но, получалось что то совсем не то.

У второго костра Анатолия прогнали после первой же рюмки. Уже не столь вежливо, но, по крайней мере, без рукоприкладства и матершины. У третьего костра поэта уже обматерили и дали пинка для скорости. Так он оказался у четвертого костра, где его сперва поили, а после били морду, за что-то там. Дальше и того хуже, в следующей компании с него сорвали наградную кепку и куда то выкинули, потом порвали наградную майку... И уже поздно, поздно ночью когда все спали или делали вид что спят, по лагерю шатаясь ходил избитый поэт в изодранной "тоге" без "лаврового венка" и причитал:

- Я же лауреат конкурса! Вы же меня сегодня признали лучшим! Что-же вы меня теперь гоните?

Но, время от времени ему отвечали из темноты:

- Пошел вон идиот! Лошара! Не мешайся тут!

Утром Анатолий проснулся где-то в кустах. Никакой радости от вчерашней победы он не испытывал. Лишь горечь от контраста между поэзией и прозой жизни. С первой же электричкой он уехал домой, ни с кем не прощаясь, да, впрочем, никому и не было дела до его исчезновения. Подавляющее большинство уже и не помнило, кого там вчера венчали лаврами, как лучшего поэта.