# Прошлое, которое всегда с тобой... Или - однажды, тридцать лет спустя!

Евгений Валентинович Злобин

Прошлое, которое всегда с тобой... Или - однажды, тридцать лет спустя!


Есть в жизни какие-то события, которые запоминаешь навсегда... Ну, или - сорри, госпожа будущая деменция - почти навсегда. В очередной раз убедился в этом, получив вопрос на любимых Одноклассниках: Сержант Воробей (фамилия изменена по причинам, которые станут понятны далее), вроде был в Афгане в вашей части, судя по её номеру, на боевом задании получил смертельную черепно-мозговую травму, а почему-то место смерти вроде какое-то Курган-Тюбе? Нет ли у Вас дополнительной информации?


Ответил на запрос так: "Странно, но наверное, я единственный, у кого эта информация вообще есть... А кому это интересно сейчас, эта смерть 31 (!) год назад?!".


Оказывается, писал мне местный дальневосточный афганский лидер (учебка спецназа Чирчик, потом полгода в ДРА), что знает он и папу и маму погибшего. Они, слава богу, живы, хотя им уже под 80! А вот обстоятельства гибели сына неизвестны и не позволяют включить совету шурави покойного сержанта в местный вариант екатеринбургского Чёрного тюльпана и высечь имя на граните...


Правильно или неправильно ответил я - судить Вам, братья мои, афганцы...


Вывели нас из Афгана внезапно, когда наш великий вождь - Л.И.Брежнев, имя которого потом носило наше училище (я не понимаю, почему этого надо было стыдиться?) - заявил вдруг на июльском Пленуме ЦК, что основные боевые задачи выполнены, и мы войска, мол, из Афгана выводим. Правда, навстречу нашей артбригаде входили новые бмп-хи мотострелковых и всяких хитрых ДШБ-бригад, но кто-же когда верил политикам?


Но Брежневу (не берусь сравнивать его с нашим доблестным ВВП!) иногда верить было можно! И нас в одну ночь выдвинули в Союз. Мы даже безвозмездно оставили соседнему ИСП (все должны знать армейский ИСП под Чарикаром - колыбель сотен обезноженных и обезрученных, ибо минёр ошибается один раз, но навсегда - рук, ног и глаз искусственных на всех никогда не хватает) все наши замечательные утепленные палатки УСТ и земляные погреба, где готовилась фирменная артиллерийская кишмишовка.


В строгом соответствии с уставом за пару недель перед выводом (для маскировки?) вдруг внезапно 30% офицеров выслали в Союз в отпуск. Сам срочно делал фото на загранпаспорта на штатную СМЕНУ-8 на фоне белой простыни между палатками. Некоторые, как наш дирижёр, не зная о выводе бригады, из отпуска вернулись обратно в Баграм, и потом куковали несколько дней на базе без денег пытаясь пробиться на борт в Союз.


В итоге всеобщего ухода руководства в отпуска наш 4-ый дивизион 152 мм гаубиц-пушек МЛ20 в Союз выводили начальник штаба Серёга Паламарчук (ещё, по-моему, старший лейтенант) и я, целый секретарь комитета ВЛКСМ (лейтенант). А это около 200 единиц техники, 220 человек горячо любимого личного состава. Замполит наш с шикарными чёрными усами, который в Афган поехал только под угрозой лишения священной красной книжечки - партбилета - был тоже отправлен в отпуск, а секретарь партбюро (очкарик из двухгодичников, пьянь, блин, прям как я сейчас) куда-то слинял. Наверное, на повышение...


Сейчас в это не верится, но многие известие о выводе восприняли крайне негативно и стали подумывать, как бы с бригады слинять. В ответ на это комбриг наш Эргашев сказал всем на построении и потом через отцов - командиров довёл ещё раз, что остаться он никому возможности не даст, бригаду надо кому-то выводить. Хотя штаб армии его вроде как о наличии желающих продолжить службу в ОКСВ запрашивал. Причина была банальна - тогда из Афгана можно было в принципе замениться куда угодно, по выбору. Альтернативный вариант замены по месту призыва - посмертно грузом 200 - нами по молодости, как-то не рассматривался, потери ещё были небольшие. А вот с ТУРКВО, куда нас выводили, можно было точно замениться только умершим.


В итоге, со всей нашей артбригады сумел остаться в Афгане один начальник топослужбы - уехал якобы перед выводом сдавать секретные карты в штаб армии в Кабул и не вернулся. Правда, по слухам через 2 месяца он погиб.


Самое интересное, это то, что как мы с Серёгой поднимали это наше воинство через перевал Саланг, Пули-Хумри, как тащили по понтонам через речку (в 80 году стояли ещё понтоны), как грузили в эшелон, отправляли в Самаркандскую область - не осталось в голове ни одного воспоминания... Вообще! А ведь не пили, нечего было. Может поэтому? На самом деле, видимо было не до воспоминаний...


Сейчас что-то подобно возвращается, но на другой почве, в смысле употребления.... Выпьешь грамм 400 виски у кого-нибудь в кабинете - и в следующем осмысленном кадре уже пытаешься снять штаны в родной спальне... А метро, троллейбус - прямо как тогда в 80-м перевал и граница... Дежа Вю, видимо...


В общем, следующий кадр памяти - мы сидим с Серёгой часов в 23 в кунге где-то в Союзе. Мы тогда и слова такого не знали - Катта-Курган Самаркандской области. Вокруг, в голой степи стоит в грязи в смешанную походную (а значит в полностью бардачную, где ничё вааще на разберешь), колонну родная артбригада. А это более 2000 колесной и гусеничной, не считая пушек, техники! Слава богу, вышли! Только приготовились выпить огнетушитель (на двоих - ни о чём!) за успешный выход местной Чашмы, и вдруг...


Прибегает в панике замполит 2-ой (ну, или по общему бригадному счёту, 11-ой) батареи, кстати, с нашего училища, 79 год, не помню имя уже (вроде Алексей, подсказывает деменция). Его водила, с которым он спал - не надо хихикать, да, они спали в одной кабине, ну и что же? Все так спали, когда была возможность, только в Урале рычаг скоростей поясницу продавливает и отбивает напрочь всякое вожделение. В общем, любимый боец отцепил прицеп со снарядами. И зная, что замполит после вечерней поверки вернется в машину, всё равно угнал её.


Серёга предложил немедленно всем дивизионом ринуться на поиски... Я остудил его пыл, т.к. ни карт, ни понимания, где мы вообще находимся, у нас не было. Да честно и желания особенного после двухнедельной мороки с выводом. Моё предложение - допить, замполиту не наливать, не обеспечил порядок во вверенном подразделении, подождать утра, а утром нам начальство доложит, какие мы нехорошие - прошло большинством голосов.


Утро нам принесло благую весть - забирать трупак в морге в соседнем (43 км) городе Катта-Курган, а разбитую машину и бойцов - в местной милиции.


Что оказалось: сержант Воробей сначала попытался угнать за водкой родной БРДМ 2-ой (он был замковзвода управления артбатареи). Между прочим, с живыми пулемётами и боекомплектом. Его на дороге у кишлака Сепки остановил начальник РВиА Туркво, который лично на месте осуществлял руководство размещением бригады. В ответ на вопрос генерала: "Ты далеко, сержант, фамилия твоя?". Умный сержант ответил, что едет якобы собирать отставшие машины (сообразил, блин...).

Генерал, в итоге, послал его взад, в смысле обратно, но фамилию запомнил. И это потом спасло наши с Серёгой карьеры!!!

Но наш герой-сержант не угомонился, и т.к. был самым старшим в батарее (59 г.р.) уговорил этих мальчиков прошвырнуться за водкой уже на Урале-375. Отцепили, угнали, нашли, выпили... Но на выезде из Катта-Кургана после железнодорожного переезда за масложиркомбинатом (все эти названия я узнал намного позже) резкий поворот налево. Пьяный водила завалил Урал в арык. У всех, кто стоял в кузове - царапины. Кроме самого главного - Воробья. У него спецприз для организаторов шоу - перелом основания черепа и смерть там же, на дороге.


А когда его отправляли на родину из аэропорта Самарканда во Владивосток - без холодильника при + 40 в морге - труп едва смогли запаять. Пучит... Паяла, кстати, наша бригадная бедная ремрота...


После этого, за мои 6 лет службы в Катта-Кургане на дороге из города на бывшие ракетные точки расформированных стратегов, на которые нас вывели, погибло человек 15... Но это был первый мирный труп после Афгана, и он со всеми деталями навсегда врезался в мою память...


Не знаю, прав я был, или нет, описывая этот случай по запросу из Одноклассников, но Владивостокский шурави обещал не рассказывать ни маме, ни папе, почему они не могут их сына вырезать на камне на памятнике... И наверное это правильно!


Прости нас, сержант, что не смогли мы тебя остановить, но как сказал начальник РВиА ТуркВо, отмазывая от тебя нас с Серёгой: "Он хотел приключений на свою попу, и он их получил!".

Тридцать один год спустя! Дюма отдыхает...