ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Яшкина Людмила Леонидовна
" Не хлебом единым..."

[Регистрация] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Найти] [Построения]
  • Аннотация:
    Рассказ записан со слов Ольги И.

" НЕ ХЛЕБОМ ЕДИНЫМ...".
  
  
   Шинданд 1984-1986гг. Госпиталь. БОАП бригады.
  
   Оля работала сестрой - хозяйкой в Шиндандском госпитале. Увидев ее в первый раз, начальник госпиталя удивился: "Уже несовершеннолетних присылают". Миниатюрная, светловолосая, хрупкая, как тростиночка, она была похожа на школьницу, сбежавшую от родительской опеки. Но в последствии выяснилось, что Оля обладает твердым характером, организаторскими способностями и харизматичностью. Как творческий человек, принимала активное участие в художественной самодеятельности. На один из праздников составили концертную программу, заурядную и скучную. Оля предложила создать спектакль по мотивам восточных сказок из номеров концерта, добавив юмор и сценки из армейской жизни. Это было актуально и интересно, как артистам, так и зрителям. Оригинальное решение, заменить обычный концерт - спектаклем, одобрили. Сказано - сделано. Работа закипела, идеи били " ключом". Оля написала сценарий, нарисовала эскизы костюмов. Участвовать в спектакле пригласила санинструкторов, медсестер, ребят, которые лечились в госпитале. Главным героем был шах Шиндандский Гамаль Абдурахман ибн Шинданди. Чтобы развлечь заскучавшего шаха, уставшего от повседневных трудов, перед ним выступали артисты с песнями и танцами. В спектакле был Звездочет, исполнявший обязанности писаря - секретчика. Он вносил в толстую тетрадь приказы шаха, решавшего судьбу артиста: "Казнить!" или " Миловать!". Спектакль понравился, и Олю с ребятами стали приглашать в другие воинские части. Юмор, песни, стихи несли с собой психологическую разгрузку в тяжелые, военные будни. Начальник госпиталя относился к "гастролям" с пониманием, и когда было относительно спокойно, артистов отпускали со спектаклем туда, где их очень ждали.
   В ракетном полку спектакль закончился бурными аплодисментами, с возгласами "Бис! Браво!". Артисты были счастливы таким теплым приемом. Когда зрители разошлись и в зале наступила необычная тишина, с заднего ряда поднялся высокий военный и оглушительным басом приказал: "Артисты останьтесь!". От неожиданности ребята "съежились" и неприятный холодок пробежал по их спинам. "Что мы натворили ?" - встревожилась Оля. Военный подошел ближе /это был начальника отдела дивизии/. Он долго ходил мимо них, молча рассматривал каждого. Затем остановился рядом и строго спросил: "Ну... и кто это все натворил?!". Оля сидит и думает: "Надо брать все на себя. Мальчишкам влетит. Мало ли куда их отправят. Так что...". Глядя исподлобья, с вызовом, заявила: "Я, ну и что?". Начальник сел на стул и поманил ее пальцем: "А ну... иди сюда". Оля возмутилась, кровь прилила к лицу: "Ну вот еще...Я не хожу...И вообще, я не принадлежу к вашей дивизии. Мы к 40-й Армии относимся!". В этот момент, она напоминала взъерошенного воробышка, защищавшего своих птенцов. Начальник рассмеялся, вытащил из кейса лист бумаги и протянул ей: "Пишите!". Оля уже не скрывала своей неприязни и с раздражением ответила: "С какой стати я должна что-то писать?". Диалог продолжался. Ребята наблюдали за происходящим с замиранием сердца, не зная, чем закончится эта "схватка". "Что я буду диктовать, то ты и пиши!" - прогремел голос начальника над головой. "Ну...ладно. В конце концов, подпись нужно еще ставить. У меня будет выбор: ставить ее или нет " - решила Оля. Начальник продиктовал: " Прошу перевести меня...". Моя героиня была удивлена таким поворотом событий. Стало ясно, что никаких "преступлений" они не совершили, наказаний не последует. Все повеселели. Оля подумала, что если согласиться с предложением, необходимо будет привыкать к незнакомой работе, новым людям, обстановке. Самое тяжелое расстаться с девочками, с которыми уже сроднилась. Но тяжелая работа сестры-хозяйки, не очень нравилась. Ей было по нраву творчество, лицедейство. Уже спокойно, ответила: "Ну, хорошо... Можно я потом... Я должна подумать...". Приехав в госпиталь, Оля не спала две ночи, тревожные мысли не давали покоя. Она ходила как сомнамбула, с отсутствовавшим взглядом и делала свою работу механически. Окружающие, заметив, что она "не в себе", приставали с расспросами, но Оля отмалчивалась. Измучавшись за два дня сомнениями, решила: "Это мой шанс! Я делаю правильный выбор!".
   В дивизии, начальник отдела пояснил, что спектакль, который она создала, понравился начальству. Они заметили ее организаторские способности, нестандартное мышление, смелость. Рассказал о том, что сейчас формируется "Боевой отряд Агитации и Пропаганды"/БОАП/ и Ольге предлагают взять ответственность за артистов и концертные программы. В отряд соберут талантливых ребят со всех частей, можно пригласить и своих. Есть отдаленные "точки", куда добираются только кинопередвижка, автолавка и врачи. Служба солдат и офицеров проходит в боевых условиях, постоянный риск, спартанские условия жизни. Для моральной поддержки необходимо живое общение, чтобы приносить радость людям, сопереживание, теплоту. БОАП будет также поддержкой для советников и их жен, снимать эмоциональное напряжение в обстановке опасности, тревоги. Выступлениями перед афганским населением, рассказами о жизни в Советском Союзе, БОАП заложит фундамент доверительных отношений, дружбы между нашими народами. Оля привела свои контраргументы: "Я никогда на такой должности не работала. Я работала с детьми в детском саду, музыкальным руководителем". В ответ услышала: "Разница невелика. Мы, по большому счету, все дети, только повзравслевшие. И у вас неплохо получается...". В итоге Оля приняла предложение и перевелась в дивизию. Девочки в госпитале, с сожалением прощались, в надежде вскоре увидеть ее в новом амплуа.
   " В состав БОАПа входил вокально-инструментальный ансамбль, под руководством лейтенанта Бориса, окончившего Военно-дирижерский факультет при Московской государственной консерватории им. П.И. Чайковского. Музыкант и электронщик от Бога. Вот не работает у него что-то, он что-то выбросил и все работает, как у него это получалось, не понимаю. Играл на саксофоне бесподобно, божественно! Талант! Безобидный человек, хорошей души, интеллигент. У москвича Сережи, в блокнотик были вписаны только названия пятисот песен, все слова он знал наизусть. Со второго курса МГУ Сережа добровольно попросил направить его в Афганистан, для нас он был кладезем идей. С Левушкой, старшиной, я работала в одном отделении, в госпитале. Мастер спорта по акробатике, такие тройные сальто делал, еще и пел хорошо, декламировал прекрасно. Я попросила его перевести к нам. Пригласила двух девушек, одна - чеченка, такая заботливая, как мама, всем помогала в нашем отряде", - с восхищением рассказывала Ольга. Проблемы были. Например, не хватало необходимой литературы, только в библиотеке нашли немного стихов. Но в основном, использовали жизненный опыт и таланты каждого отдельно и всех сразу. Самое главное им не мешали, не указывали, как и что надо делать. Не давили на них трафаретами своих взглядов и суждений. Они были относительно свободны в своем творческом подходе в том деле, которое им поручили. Оля поняла, что это та работа, которой ей так не хватало.
  Кроме артистов в состав БОАП входил взвод охраны, три БТРа и "Урал"- для дизеля и электроинструментов ВИА. Командовал колонной комсорг дивизии. Как-то приехали к разведчикам. Рядом располагался батальон охраны трубопровода, по которому перекачивали топливо для нужд Армии. Шел сильный дождь со снегом, на перевале дул порывистый, колючий ветер, температура воздуха -5С. Артисты ехали на броне, прошли уже не одну "точку", промокли, замерзли, но были полны сил и энтузиазма. За день до их приезда, разведчики попали в засаду, трое ребят погибли, в подразделении был траур. Стали решать с замполитом, нужен ли концерт, в данной ситуации. "Даже не знаю"- засомневался он. Замполит выглядел уставшим, с темными кругами под глазами и хриплым, простуженным голосом. Ольга предложила: "Может все-таки провести? Надо как-то воодушевить ребят, поднять настроение? Ну что мы уедем, вы будете в трауре. Ведь жизнь продолжается и война продолжается. И завтра нужно быть во всеоружии, все может случиться. Давайте все-таки проведем, может, опустим очень веселые номера, а покажем трогательные, утешительные. У нас много всего на свете, есть из чего выбрать?". Замполит вздохнул и тихо ответил: " Ну, попробуйте". "А мы им привозили грамоты, письма. Проводили мероприятие, похожее на передачу "От всей души". Я узнавала у кого день рождения и потом, при всех, поздравляла. Персонифицированные выступления, для кого-то. Им было удивительно, что мы только что приехали, и все о них знаем. Мы знаем их по имени, вызываем, награждаем. Им было очень приятно", - вспоминала Ольга. Чтобы артисты помылись и согрелись, затопили баню, размером 2х2 м и с низким потолком. Оля и ее две спутницы залезли туда, поставили на пол лампы - коптилки, а они стали еще больше коптить, смешиваясь с влажным паром. После бани, довольные и "оттаявшие", стали готовиться к выступлению, в выделенной для женщин, отдельной комнатке. Нашлось, у кого-то из хозяев, даже зеркало. Оля посмотрела в зеркало и думает: " Странно... Или зеркало какое-то грязное? Какая-то я темная вся...". Протерла зеркало полотенцем - чистое. Посмотрели девочки друг на друга и ужаснулись, волосы и лица - в саже. Вместо того, чтобы помыться - закоптились. Хорошо, что у них был лосьон, стали срочно стирать, сажа с трудом уступила место чистоте. В бараке, сдвинув двухэтажные кровати в один угол, освободили место для выступления артистов. Верхний ряд мгновенно заняли, там все видно. Много ребят было с Кавказа, а кульминация концерта - лезгинка. Ее танцевала девушка-чеченка, с приклеенными усами и в мужском костюме. "Когда зазвучала лезгинка, это надо было видеть, зрители присоединились. И с этого второго этажа просто впрыгивали в танец. Сначала это был какой-то злой танец, они всю боль выплеснули в этом танце. А потом все веселее, оптимистичнее, радостнее. Темпераментные! Это было так здорово, все присоединились к этому танцу, к этой лезгинке! Восточные парни сильный народ, они плакали. Они танцевали, сначала у них были жесткие такие лица, потом все мягче, мягче. Слезы на глазах, и плакали и смеялись. И мы пропели с ними почти до пяти утра, наши парни устали уже просто петь. Пели, пели, играли на гитарах, пели до хрипоты. На каждой точке нас так благодарили, что мы чувствовали, что очень нужны. Что эта работа была гораздо нужнее, чем сестра-хозяйка, для души, для поднятия духа!" - с восторгом рассказывала Оля.
   Сколько героизма, ответственности за порученное дело было у этих ребят. Они постоянно рисковали своими жизнями, чтобы принести радость, сопереживание, теплоту тем, кто в боевых условиях выполнял свой интернациональный долг. Ездили , как было написано выше, на броне. В жару броня БТР обжигает. В бронежилете невыносимо, пот заливает глаза, одежда промокает насквозь, нечем дышать.Особенно досаждала пыль, она попадала в глаза, забивалась в уши, нос, скрипела на зубах.Все были с ног до головы покрыты толстым слоем дорожной пыли. В холод - ветер продувает насквозь, скользко, " зуб на зуб не попадает". Дороги горные - перевалы, камнепад, засады душманов. Бронежилет и каску одевали всегда. У Оли было такое ощущение, что каска весила не менее 5 кг: "Моя шея этого не выносила. Страшно болела шея ".
  
   Справка.
  
   Шлем стальной СШ-68, вес - 1,3 кг. Защищает от осколков. От автоматных (5,56 мм) и винтовочных (7,65 мм) пуль не защищает. Из пистолета (7,62 и 9 мм) пробивается с 25 м. Шлем СШ-68 наряду с подшлемником от СШ-60 (Вместо трех амортизационных лепестков их стало четыре) и крепились они не по нижней части шлема, а по верхней, имел уже иную (слегка втянутую форму купола), что способствовало большей защите головы солдата. В основном этот тип шлема использовался в локальных вооруженных конфликтах 80-х и 90-х гг. 20 века. Отсюда он и получил неофициальное название "афганский". СШ-68 (стальной шлем образца 1968 года) - дальнейшее развитие общевойскового шлема СШ-60. Отличается от прототипа большей прочностью, большим наклоном передней (лобовой) стенки купола и укороченными бортиками, отогнутыми наружу. Шлем окрашен в темно-зелёный цвет[1].Масса шлема - 1300 граммов (с дерматиновым подшлемником - 1500 граммов). СШ-68 обеспечивает защиту от небаллистических ударов (холодным оружием и т. п.), а также стальных осколков массой 1,0 грамм на скорости до 250 м/с[2]. От пуль не защищает.
   Идущая в Афганистане война потребовала оснащения армии более надежными средствами индивидуальной бронезащиты, обеспечивающими защиту от пуль стрелкового оружия на реальных дальностях ведения общевойскового боя. Были разработаны и приняты на снабжение два типа таких бронежилетов: 6Б3ТМ и 6Б4. В первом использовались титановые бронепластины АДУ-605Т-83 толщиной 6,5 мм, во втором - керамические АДУ 14.20.00.000, из карбида бора. Оба бронежилета обеспечивали круговую противопульную защиту от пуль ПС патрона 7,62х39 с дистанции 10 метров. Однако опыт войсковой эксплуатации показал, что вес такой защиты получается чрезмерным. Так, 6Б3ТМ весил 12,2 кг, а 6Б4 - 12 кг. В результате решено было сделать защиту дифференцированной: грудную секцию противопульной, а спинную - противоосколочной, с титановыми бронепанелями, аналогичными использовавшимися в жилете 6Б2. Это позволило снизить массу жилетов до 8,2 и 7,6 кг соответственно. В 1985 году такие бронежилеты были приняты на снабжение под индексами 6Б3-01 (Ж-85Т). /ИНЕТ/
  
   "Ощущение опасности у меня там не было совсем. Поразительно! Когда я уже приехала в Союз, мне стало страшно... Интересно как нас охраняли, оберегали. Роза была по национальности уйгурка*, Надя приехала из Ленинграда, танцевала и пела очень хорошо. Если нам (мне, Наде и Розе) выделяли какую-то комнату, и там не было двери, хлопцы ложились возле двери спать, чтобы нас никто не украл. "Девчонки, никаких романов. У нас работа" - напоминали ребята. Но это было лишним"- продолжала свой рассказ Ольга.
   В Турганди, артистам организовали "экскурсию" на границу. Поднялись на сопку, а она вся в кроваво-красных тюльпанах. На противоположной стороне уже СССР. Хорошо был виден пятиэтажный дом, во всю ширь которого висел плакат: " Советский Союз". Налюбовавшись морем цветов, стали спускаться вниз. А Оле очень захотелось нарвать тюльпанов, изголодалась по живой красоте. Свернув с тропинки, заметила "растяжку", перешагнула, и пошла в середину, где были самые крупные цветы: "Вдруг слышу, ребята, уже дошедшие до дороги, кричат и машут руками. Мне они кажутся такими маленькими, а что кричат не разобрать. Я им помахала, нарвала огромный букет, опять перешагнула через туже "растяжку", спокойно вышла на тропинку, и спустилась вниз. Вот тут они высказали все, что обо мне думали, в самых неприличных выражениях. Оказывается, все поле было заминировано. Но меня Бог уберег". Оля привезла из дома оберег - маленького гномика. Он был вдет в кольцо внутри БТР, и свободно качался там, пока ребята ехали. Трогаясь в путь, кто-нибудь из них проверял, на месте ли гномик. На месте - значит можно двигаться дальше. Гномик их ни разу не подвел.
   Ольга составила четыре разных программы: для солдат, для тех, кто находился на отдаленных "точках", для советников и для афганцев. Проводили очередной концерт для афганского населения на хлопковой фабрике. Чтобы наладить более близкий контакт со зрителями, после танца Ольги, переводчик объявлял: "Приглашаем, самых смелых присоединиться и станцевать вместе". "Тут вышел один молодой афганец, и мы с ним станцевали. Все хлопали, всем было интересно, что еще кто - то со мной танцует. Так хорошо и тепло они нас принимали"- добавила Оля. Утром, 1 Мая, выезд с фабрики задерживался. Причины ребята не знали, волновались, что опоздают на следующий концерт. Вскоре подошли афганцы и рассказали, что саперы обезвреживают мину, установленную кем - то ночью на дороге. "Тем, кто смотрел наш импровизированный спектакль, все понравилось, обстановка была такая теплая. Хорошие люди есть везде, сами афганцы предупредили о мине и показали место. Потом мы услышали взрывы, думали, что мины ликвидировали, что все нормально. Оказалось, саперы подорвались на них, мины были с "секретом". Но мы проехали. Наш концерт стоил жизни ребятам. Лейтенант был в очень тяжелом состоянии, минер, двое солдатиков погибли. Мы не знаем, выжил ли лейтенант или нет, но так было" - Оля, рассказывая об этой трагедии, не могла сдержать слез. Чувства, которые она испытывала сейчас, были так же остры, как и в тот злополучный день много лет назад.
   Любознательность Ольги была неиссякаема. В дивизию приехали кинематографисты из Москвы для съемок повседневной жизни афганского населения. Выехали на " натуру", все были заняты съемками, а Ольга подошла к колодцу, где афганки набирали воду в бурдюки. Показала жестами, что хочет попробовать набрать воды, как это делают они. Женщина дала ей бурдюк и с улыбкой наблюдала за ней. Пока Ольга тренировалась, образовалась очередь афганок, стремящихся тоже получить бурдюк воды из рук белокурой иностранки. Затем женщины попытались отмыть лицо и руки Оли от белизны, когда им это не удалось, стали на перебой, хвастаться перед ней своими украшениями. Самое удивительное, не зная языка, они понимали друг друга, возникла атмосфера доверия. Со всей округи сбежались дети. Олю окружили плотным кольцом желающие пообщаться с ней, в " неформальной обстановке". В результате, приготовленные подарки: конфеты, мыло, яблоки - из карманов бесследно исчезли. Старейшина селения пригласил съемочную группу к себе в гости. Дом у хозяина был глинобитный, внутреннее помещение разделено стеной на мужскую "половину", для приема гостей и проведения переговоров, и женскую. Обед состоял из шурпы, овощей, разноцветного риса, огромных размеров винограда и нарезанного кусочками, очищенного от кожицы и семян сочного арбуза. Новые впечатления и рецепты кулинарии афганцев, были отложены Ольгой в копилку памяти, до "востребования".
  
   Справка.
  
   " Афганцы необыкновенно гостеприимны, гость неприкосновенен. Приход гостя расценивается как проявление милости Аллаха к данному дому и семейству, визит гостя издалека важен для хозяев вдвойне. Если среди гостей есть женщины, их пригласят на женскую половину, где их радушно встретит хозяйка дома. То, как вы двигаетесь, как вы сидите, каким тембром голоса вы ведёте беседу в гостях, является важной частью производимого вами на хозяев впечатления. Следует помнить, что для афганца язык ваших телодвижений, выражение вашего лица, направление вашего взгляда зачастую значат больше, чем всё то, что вы говорите. Поэтому беседу предпочтительней вести тихим приятным голосом, стараясь избегать громкого смеха и резких движений. Взгляд глаза в глаза вообще следует исключить, особенно при общении мужчины и женщины. Афганцы очень строго относятся к женщинам. Только женщина-иностранка может задать вопрос или разговаривать о женщинах-афганках, не вызывая неудовольствия афганских мужчин. Следует знать, что ни шутки в адрес афганских женщин, ни попытки снять женщин на камеру не будут поняты, но могут вызвать непредвиденную враждебную реакцию. Зато сами мужчины охотно позируют и обожают сниматься"/Инет/.
   Новый 1365 год /21 марта 1986/ по афганскому календарю, отмечали концертом в шиндандском лицее. На его стадионе были две трибуны, с одной стороны женская трибуна, с другой - мужская. Весь концерт играл вокально-инструментальный ансамбль. Ребята пели песни, танцевали, через переводчика поздравляли с праздником,общались. "Кончился мой танец. Я думаю, что же делать, куда бежать? К мужской трибуне или к женской? А сидели там женщины с детьми, и мне так захотелось с детьми. Я побежала к ним, а они как "рванут" от меня, на самый верх этой трибуны. Побежали, пятки засверкали, а одна девочка остановилась, и такими глазами, с восхищением, на меня смотрит. Ротик открыла, копия моя дочка Анечка, только моя блондинка, а эта брюнетка. Носик такой же, губки, форма глаз, овал лица. Вот она на меня смотрит, я к ней руки протянула, и она ко мне подбежала. И потом она со мной танцевала, все, что я ей покажу, она все, все выполняла. Она каждый жест мой понимала, было такое впечатление, как будто мы с ней репетировали раз 200, наверное. Мы с ней станцевали, а по мере того, как мы танцевали, постепенно, потихонечку опускались все на трибуне, все успокаивались. И когда закончилась музыка, мы так крепко обнялись. Этого забыть нельзя!!!" - закончила свой рассказ Оля.
   Сейчас у Оли счастливая семья, работа, которая нужна людям. Она живет в благости и гармонии ума, души и духа. Афганистан вернул ей веру в свои таланты, надежду найти достойное место в жизни и любовь всеобъемлющую - к родным, окружающим людям, природе... Бескорыстие и благотворительность - жизненное кредо Ольги.
  
   Примечание:
  
   **В СССР уйгуры живут в ряде районов Казахской ССР, Киргизской ССР, Узбекской ССР и Туркменской ССР. По результатам переписи 1970 г., общая численность 173 тыс. чел.; http://dic.academic.ru.


По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2012