# Часовой сунулся и отпрянул, взяв по-ефрейторски на караул.

Анатолий Иванович Каменев

Попель: "Неприязнь Жукова к политработникам - порой вполне откровенная - объяснялась, думается мне, тем, что они в меру сил своих противодействовали самодурству таких "наполеончиков"".

ЭНЦИКЛОПЕДИЯ РУССКОГО ОФИЦЕРА


(из библиотеки профессора Анатолия Каменева)


Сохранить,

дабы приумножить военную мудрость

"Бездна неизреченного"...

Мое кредо:

http://militera.lib.ru/science/kamenev3/index.html


Дуэль Онегина и Ленского.


Художник Илья Ефимович Репин, 1899


Н. Попель


"Часовой сунулся и отпрянул, взяв по-ефрейторски на караул"...


("Серенко?


Комиссарить вздумал... Судить трибуналом!")


(фрагменты из кн. "В тяжкую пору")


Продолжение


Богодухов праздновал свое освобождение.

Когда стоишь у железнодорожного полотна и смотришь на сверкающий, отполированный колесами рельс, невольно дивишься -- неужели только ради того, чтобы можно было поставить ногу на этот стальной брус, рвались вперед танки и валила пехота?


Но достаточно вынуть из планшета карту, определить точку стояния -- и тебе откроется истинный смысл стремительного выхода войск на железнодорожную магистраль

Не только перерезана одна из артерий, питающих харьковскую группировку немцев, но и разрублен фронт армии генерал-полковника Готта.


С этим гитлеровский штаб не примирится.

Он уже подбросил истребительную и бомбардировочную авиацию. Самолеты пользуются отсутствием зенитных пушек и на бреющем полете бьют танки по "темечку". Командование фронта предупредило нас, что противник подтягивает из Донбасса наземные войска -- две танковые дивизии СС.


Обстановка осложняется.

А тут еще -- мины.

Опомнившись, гитлеровцы стали минировать дороги, поля, тропинки, броды.


Но как бы то ни было, нам нельзя снижать темп, надо перерубить следующую артерию -- дорогу Харьков -- Полтава.


**


Бригада Леонова, взяв Богодухов, продолжает движение на юг.

Однако это уже не триумфальный марш.


Наступление развивается все медленнее, медленнее и постепенно превращается в оборону. На бригаду навалились подтянувшиеся из Донбасса танковые эсэсовские полки. Фланги у Леонова не прикрыты, и гитлеровцы норовят зайти ему в тыл, окружить, смять.


От Леонова тревожные вести, атаки противника усиливаются, потери растут, не хватает медицинского персонала, задерживается эвакуация раненых, мало перевязочных средств.


Штабные палатки Гетмана в редком лесу, полого спускающемся к одному из неторопливых притоков Ворсклы. Между, палатками тропки. Телефонные провода цепляются за ветки осин и берез. Пучки антенн выглядят какими-то тропическими растениями.


Под брезентом недвижная полуденная духота.

На столе фляга с водой.


Гетман то пьет из нее, то полощет горло, то плескает на раскрасневшееся лицо.


-- Две бригады послал на помощь Леонову, -- с мрачной решимостью докладывает он. -- Вот, гляньте, Михал Федорович только что передал.


Полковник Михаил Федорович Серенко, заместитель Гетмана по политической части, после Богодухова находится в бригаде Леонова. Теперь, когда Леонов ранен, он фактически командует бригадой. Серенко опять сообщает, что снаряды на исходе, некуда девать раненых.

-- Чем поможете? -- уставился на меня Гетман. -- Корпус все, что было, выложил.


**


Но я два часа назад виделся с Катуковым и знаю: армия тоже все, что могла, выложила.

Знаю и то, о чем Гетману еще не доложили его нерасторопные штабники: две бригады, о которых он сказал, по пути ввязались в бой, и хорошо, если к Леонову подойдут хотя бы два батальона.


Но не сидеть же сложа руки и спокойно читать сочащиеся кровью донесения!


Я перебираю в уме армейские подразделения, корпусные части.

Все брошено в бой...


Стоп!

Полк У-2.

Невелика помощь. Но все-таки можно ночью подбросить снаряды, привезти врачей, эвакуировать тяжелораненых.


Катуков не сразу, но все же соглашается.


-- Сам займись этим, -- хрипит телефонная трубка, -- Я привязан к левому флангу.


**


Едва стемнело, над деревьями безобидно застрекотали эскадрильи У-2.

На стрекот отозвались далекие зенитки.


А утром на просеку нежданно выехала цепочка легковых машин.

Часовой сунулся к головной и отпрянул, взяв по-ефрейторски на караул.


Хлопнув дверцей, из машины вышел маршал Жуков.


Пока он, цепко оглядывая все вокруг, шагал к палатке Гетмана, по штабу ветерком пронеслась новость.


С опаской и надеждой смотрели командиры вслед маршалу.

С опаской -- ибо знали, что редкий приезд Жукова обходится без справедливых и несправедливых разносов, отстранения от должностей, разжалования.

С надеждой -- потому, что авторитетный представитель Ставки мог подбросить части и иной раз, хорошо зная обстановку, подсказать решение.


**


На этот раз причины возмущения Жукова были понятны.


Обстановка действительно складывалась трагически, бригада Леонова оказалась изолированной.

Но почему надо, не разобравшись толком, обвинить кого-то и дать Волю своему безудержному раздражению?

Говорят, будто начальнические нагоняи заставляют подчиненных лучше работать, быстрее двигаться и соображать.

Не верю.

Гетман, еще пять минут назад решительный и твердый, теперь растерялся.


-- Кто в бригаде Леонова от корпуса? -- спросил Жуков.

-- Мой заместитель по политической части полковник Серенко.


Гетман докладывал довольно сбивчиво. Тем более что маршал прерывал его. Жуков решил, будто Серенко самовольно увел бригаду.


-- Серенко? Комиссарить вздумал... Судить трибуналом!


**


Я не выдержал и вступился за Серенко, объяснил обстановку.

Жуков невидяще посмотрел на меня:

-- Кто такой?


Он отлично знал, кто я такой.

Мы встречались десятки раз и до и во время войны. Но сейчас он не узнавал меня.


-- А, член Военного совета? Заступник...


Тут и я получил свою порцию.

Однако вскоре маршал остыл.


Грубость, которая в сознании многих командиров моего поколения связывается с именем маршала Жукова, не оставалась лишь его единоличной привилегией.


Уверенность в своем праве оскорбить, унизить нижестоящего передавалась, как зараза.


Солдафонская спесь, чуждая истинно демократической природе нашей армии, усваивалась кое-кем из командиров, порою становилась их стилем.


Неприязнь Жукова к политработникам -- порой вполне откровенная -- объяснялась, думается мне, тем, что они в меру сил своих противодействовали самодурству таких "наполеончиков".


**


На Гетмана, на меня, на всех нас грубость Жукова действовала столь подавляюще еще и потому, что мы были "избалованы" человечным отношением к нам командования Воронежского фронта.


Ватутин и Хрущев умели очень крепко спросить, потребовать.

Виноватый не мог рассчитывать на их снисходительность.


Но никогда не допускался тон презрительного высокомерия, не было барской привычки унижать того, кого армейская субординация лишала возможности ответить.


Я пишу обо всем этом с надеждой и откровенным назиданием.

Пусть молодой офицер -- а быть может, не только молодой, и не только офицер, а всякий имеющий права и власть по отношению к другим -- лишний раз взвесит свои слова и свои действия: нет ли в них чего-нибудь от высокомерной бесцеремонности, от барского презрения к подчиненным. ..


**


Когда Жукову надоело браниться, он приказал мне выяснить, где же бригады, посланные на помощь Леонову, и что делается у самого Леонова.


Миновав Шаровку -- неприметную деревушку южнее Богодухова -- я настиг танковый батальон, двигавшийся к Высокополыо. Утром немцы напали на этот батальон, подбили четыре танка.

Прямым попаданием разнесло кухню; от нее остались только макароны, повисшие на деревьях.


Все это я узнал от худого, с мешками под глазами и запекшейся на губах кровью командира батальона.


-- Народ жрать хочет. Семечками пробавляемся.

-- Где пехота? -- спросил я. -- Много ее?

-- Чуть вперед ушла, -- комбат пожал плечами: -- Как сказать, много ли. Хозяйство наподобие моего. И пощипано не меньше.


-- Командуйте "Подъем". И -- вперед.

-- Слушаюсь, -- устало ответил комбат.


**


Пехота двигалась по кукурузному полю.

Толстые стебли хрустели под сапогами.


А ведь среди солдат большинство вчерашние крестьяне! Такое безразличие порождает только война. Здесь можно укрыться от немецких самолетов -- и на том спасибо, остальное сейчас неважно.


В руках у солдат круги подсолнечника, прихваченные еще там, где остановились танкисты.

Они лузгают семечки, поглядывают на небо. Некоторые разулись. Ботинки и сапоги переброшены через плечи.


-- Куда следуете? -- спросил я бойца с нескладной расползающейся скаткой.

-- Куда прикажут, -- бесхитростно ответил он.

-- Командира взвода ко мне.


Подбежал лейтенант.

Пистолетная кобура и полевая сумка болтались на животе. Он отодвигал кобуру на бок, отбрасывал сумку за спину. Но они почему-то снова оказывались на животе.


Нет, командир взвода не знал маршрут.

Ротный ответил что-то насчет помощи какому-то не то полку, не то батальону, попавшему в окружение.


**


Только командиру батальона была известна задача, и только он сохранил бравый воинский вид.


-- Почему не доводите задачу до личного состава? -- удивился я.

-- Замполит и парторг выбыли по ранению, -- моргал белесыми ресницами черный от загара старший лейтенант.-- Один все дыры не заткнешь...


**


Собрали батальон.

Я в двух словах объяснил обстановку.


И двинулся дальше.

Нас припорошило землей от снаряда, разорвавшегося неподалеку у канавы.

Поднимаясь, Серенко застонал:


-- Что с вами, Михаил Федорович? -- обернулся я.

-- Он еще позавчера ранен, -- вмешался Леонов. -- И контужен...


**


Командир бригады, сам раненный в бок, лежал тут же, на дне узкой, кое-как отрытой щели.


-- Обо мне доложил комкору, а насчет себя ни-ни, -- удлиненное с острым подбородком лицо Леонова свела гримаса боли, уголки тонкогубого рта поползли вниз, нос покрылся бисеринками пота. -- Он под гимнастеркой перебинтован. И слышит одно слово из десяти.


Серенко между тем неестественно громким голосом отдавал распоряжения начальнику штаба бригады:

-- Батальон пехотный вправо выдвинуть! Пусть высоту зубами держат!.. Танкистов, какие без машин остались, туда же, в цепь!


Начальник штаба подполковник Гусаковский, кивая, что-то писал левой рукой. Правая висела на черной косынке.


**


Но не только о своем ранении не хотел говорить Серенко.

Умолчал он, как я узнал позднее, и о куда более страшном несчастье, обрушившемся на него в эти дни.


Хочу передать все, что сохранилось у меня в памяти о Михаиле Федоровиче Серенко.


Мы с ним однолетки, оба крестьянские сыновья.

У обоих почти вся жизнь протекала в армии (у Михаила Федоровича был, правда, недолгий период увольнения в запас).

Мне близка судьба батрака Серенко, мальчишкой ставшего красноармейцем.


Многие мои сверстники проделали такой же путь -- рота, курсы, книги, политработа.

Если и выделялся чем-нибудь Серенко, то своей одержимостью.

Молчаливой, гордой одержимостью.


Никому не говоря, ни у кого не прося помощи, он мог просидеть всю ночь над немецкими глаголами или над схемой танкового мотора.

Он принадлежал к числу людей, которые знают гораздо больше, чем обнаруживают перед другими.

Но сдержанность их не от высокомерия, а от скромности.

Окружающие обычно чувствуют скрытую силу таких людей. Одних она притягивает, других -- отталкивает.


Как-то на совещании в политотделе корпуса замполит одной бригады изрек:

-- Надо заботиться о своем авторитете.

Серенко неприязненно перебил:

-- Надо делать свое дело. Тогда и авторитет будет...


**


Делал свое дело Серенко с той же непоказной одержимостью.


Он сам проводил сборы парторгов и агитаторов, на рассвете присутствовал при закладке продуктов в батальонные кухни, сидел в снайперских засадах.


Начальнику политотдела корпуса не полагается возглавлять танковые атаки.

И хотя я неоднократно напоминал об этом Серенко, а он вовсе не возражал, каждый раз "тридцатьчетверка" Михаила Федоровича снова и снова оказывалась впереди.


В нашей армии ни один политработник категории Серенко не имел столько ранений, сколько он.


Когда в марте корпус Гетмана совершал переход от Курска к Обояни, я увидел, что Серенко идет без шинели.


-- Еще не было приказа о переходе на летнюю форму одежды, -- остановил я полковника. -- Где ваша шинель?

-- Да... забыл в машине.


Потом мне случайно стало известно, что он отдал шинель раненному при бомбежке бойцу, которого бил озноб.


**


Уже после прорыва на Белгород и Богодухов ночью на марше я догнал роту ПТР.


В паре с щуплым солдатом противотанковое ружье нес полковник Серенко.

Я сделал вид, что не узнал его, а он -- что не заметил меня.


Если бы это был кто-то другой, не поручусь, что не заподозрил бы в подлаживании к солдатам, в стремлении любыми средствами снискать популярность (случается иногда такое с нашим братом).


Но Серенко при всей своей замкнутости был на удивление прямодушен и непосредствен.

Раненый зябнет -- на шинель.

Солдату не хватает силенок тащить противотанковое ружье -- подставляет свое плечо.


Более всего, пожалуй, Михаил Федорович не выносил угодничество, лесть.

Уловив заискивающие интонации, настораживался.


-- Честному незачем на брюхе ползать, -- говаривал он.


Серенко имел даже специальное слово, которым клеймил подхалимство, -- "стелаж".

Убедить его, что слово это имеет совсем иной смысл, не удавалось. [198]

-- Стелаж -- прежде всего, от глагола "стелиться", -- настаивал он.


И поди пойми у Серенко, всерьез он или в шутку - лицо непроницаемо, брови сведены, будто прочерчены углем.


**


Именно с нелюбовью Серенко к подхалимству молва связывала один случай.


Начальником АХО в корпусе служил некто капитан Изотов, белозубый веснушчатый верзила.

Этот офицер с повадками бравого рубаки славился беззастенчивым подобострастием, которое, конечно же, отлично уживалось с хамством по отношению к подчиненным.


Примитивный Изотов не понял, что его подхалимство вызывает неприязнь Серенко.

Решил, будто просто не сумел угодить. Но чем больше старался, тем враждебнее смотрел на него начальник политотдела.

А тут еще стало известно, что Изотов нагло ведет себя по отношению к девушкам-связисткам.


На парткомиссии, разбиравшей заявление Изотова, выступил Серенко, и капитана не приняли в партию.


Начальник АХО сообразил, наконец, что на такого, как Серенко, не угодишь.

Озлобился и задумал "собрать материальчик". Стал подсматривать, подслушивать. "Дежурил" в кустах у палатки Серенко.


Как-то вечером -- было это еще до начала летних боев -- к Серенко зашла Пименова, комсорг роты связи.

Изотов тут же занял свое место в кустах, не сомневаясь, что "застукает" полковника: знаем, мол, мы этих аскетов, чистоплюев...


Серенко, услышав шорох в кустах, поднялся:


-- Одну минуточку, товарищ Пименова.


Вышел из палатки, обогнул ее, остановился у кустов, в которых ни жив ни мертв скорчился Изотов, и... помочился прямо на спину начальника АХО.


**


В бригаде Леонова служили сыновья Серенко: младший, Борис, -- номером в орудийном расчете и старший Виктор, -- командиром огневого взвода.


Борис попал в армию не без помощи отца, его возраст еще не призывался, и во Фрунзенском райвоенкомате Москвы с ним отказывались разговаривать. Виктор же после Саратовского артучилища подал рапорт с просьбой направить в корпус, где служили отец и брат.


Михаил Федорович ничем не выделял сыновей, не опекал их.

Когда ему стало известно, что огневой взвод лейтенанта Серенко отстал на марше, а командир батареи не спросил за то с лейтенанта, он наказал командира батареи. И, чтобы не оставалось неясности, объяснил: "За либерализм к начальническому сыну".


Борис держался с братом официально, называл его "товарищ лейтенант" и, даже принося письмо от матери, просил разрешения обратиться. Не поручусь, что в этой смиренной почтительности не таилось подтрунивание.

Озорной Борис не особенно походил на вежливого братца...


Да, Михаил Федорович не давал поблажек сыновьям.

Но в бою он чаще всего находился в бригаде Леонова, а в трудную минуту танк его не раз появлялся в районе огневых позиций 76-миллиметровой батареи...


**


Бои у Высокополья с первого выстрела отличались напряженностью.

Наступательная инерция бригады Леонова была на исходе.


А тут -- свежая, отдохнувшая эсэсовская танковая дивизия, которая успела оборудовать рубеж и выслать вперед охранение. Бригаде не удалось нанести неожиданный удар, а для планомерной атаки сил явно недоставало.


Немцы, сразу почувствовав свое преимущество, перешли в контратаки, пытаясь зайти с неприкрытого фланга.


Наши танки стояли на незащищенном месте.

Окапываться приходилось на виду у врага, под его прицельным огнем.


Высохшая в это жаркое лето канава, что тянулась вдоль поля, стала убежищем для раненых. Не успели подстелить ни соломы, ни сена.

Раненые лежали прямо на земле, поросшей чахлой травой, и многие из них тут же умирали.


НП бригады в первый день был вынесен метров на восемьсот к югу от канавы.

С него просматривались редкие боевые порядки, видны были немецкие танки, черными черепахами ползущие справа из высокой кукурузы.


76-миллиметровые пушки выкатили на прямую наводку, и надежда была главным образом на них. Дошло до того, что в критическую минуту полковник Леонов поднялся в свою "тридцатьчетверку" и еще с двумя управленческими танками пошел вперед.


Контратаку удалось отбить. Но когда потный, с покрасневшим лицом Леонов вылезал из танка, осколок угодил ему в бок.

Командир бригады упал возле гусениц. Его поволокли к канаве.


-- Куда несете? -- сквозь зубы простонал Леонов. -- Давайте обратно, на энпэ.


**


В щели наблюдательного пункта стоял без гимнастерки и рубахи Серенко.

Он сжимал руками мелко трясущуюся голову.


Телефонист неумело перебинтовывал ему грудь.

Широкий бинт быстро краснел. Когда телефон зуммерил, солдат, не выпуская из рук бинта, наклонялся к аппарату, потом кричал что-то полковнику, нарочито медленно двигая губами. Серенко следил за движениями губ, пытался сосредоточиться, понять.


Леонов и Серенко, оба раненые, продолжали руководить боем.


**


Справа снова наступали немецкие танки.

В батарее вели огонь лишь два орудия из четырех.


Серенко вытягивал шею, смотрел в бинокль, наводил стереотрубу, но так и не мог разобрать, почему молчат остальные пушки.

Подошел к Леонову и, раздувая ноздри, с трудом произнес:

-- Я -- на батарею.


Леонов понимал, что значит пускать раненого и контуженного начальника политотдела на огневую.


-- Нельзя вам. На вас бригада.


Серенко не ответил, но остался в окопе. А на огневых в эту минуту все смешалось. Уцелевшие батарейцы -- братья Серенко и еще трое -- сгрудились около одной-единственной пушки.


Полковник Серенко видел: на позиции батареи ворвалась "пантера", раздавила эту пушку. Больше он ничего разглядеть не мог. Хотя все так же, в рост, стоял в щели, не опуская руку с биноклем.


**


Только когда стемнело, санитары вынесли Бориса и еще двух раненых бойцов. НП тем временем пришлось оттянуть к канаве.


Серенко разыскал сына.

Тот лежал лицом к поросшему травой откосу и беззвучно плакал.

Отец опустился рядом и положил ладонь ему на голову.

Тот не обернулся.


**


Вечером Катуков по рации передал приказ на отход бригады от Высокополья. Отходили по вытоптанным кукурузным полям.

В темноте неожиданно наскочили на немецкую разведку. Короткая перестрелка -- и мы снова устало шагаем на север, к Богодухову, где занял оборону корпус Гетмана.


Утром я прежде всего отправил в госпиталь Серенко...

Однако спустя примерно неделю мне позвонил начальник госпиталя и возмущенно доложил о его бегстве.


-- Это безобразие! У него нехорошая рана, нагноение, -- слышал я из трубки высокий от негодования голос майора медицинской службы.


Сразу же позвонил в корпус Гетмана и вызвал сто второго.

Серенко категорически отказался возвращаться в госпиталь:


-- На мне, как на собаке, все заживает.

Но я сказал что-то резкое насчет дисциплины, и Серенко глухо отозвался:

-- Есть.


**


В сорок четвертом году мы встретились в подмосковном госпитале в Архангельском, куда оба попали по ранениям.


Тогда, в августе сорок третьего года, наш армейский госпиталь не вылечил Серенко и отправил в тыл.

Рана плохо заживала (совсем не "как на собаке"), но все же зажила, а слух восстановился не полностью. Серенко хотели направить на Дальний Восток, но он уперся, отказывался от самых заманчивых постов и добился своего -- опять попал на фронт.


А через несколько месяцев с новым ранением поехал в тыловой госпиталь, где мы и встретились.


Черные, коротко остриженные и причесанные на пробор волосы Михаила Федоровича не седели.

Но сухое лицо стянула частая сетка глубоких морщин.

Они бороздили широкий лоб, разбегались от переносья по щекам, вертикальными складками рассекали верхнюю губу.


-- Как-то теперь с кадровиками слажу,-- гадал Серенко.-- Не списали бы на сушу...


Михаил Федорович запахивал на груди халат и продолжал, опираясь на палку, вышагивать по коридору: тренировал перебитую ногу.

Так он ходил часами -- прямой, с негнущейся спиной.


**


Выписался Серенко раньше меня.


Потом дважды заезжал в госпиталь.

Первый раз совсем мрачный.


-- Ничего не выходит. Стенка. Смертельно блат ненавижу, а тут, если бы имел возможность, воспользовался.


Он с робкой надеждой посмотрел на меня.

Но я ничем не мог помочь.


Однако его настойчивость одержала верх, и работники управления кадров поняли: такого человека нельзя "списать на сушу".


Второй раз Серенко приехал в Архангельское уже без палки и повеселевший.


-- Говорят: "Нет вакансий на корпусах". А я им: "Пошлите на бригаду".-- "Как же так, понижение?" А я им свое: "Какая мне разница -- понижение или повышение. Мне на фронт надо!"


**


Больше мы не виделись.


Последний раз Серенко был ранен за несколько дней до окончания войны. И, верный своему обыкновению, не поехал в госпиталь.

На "виллисе" ему соорудили какое-то подобие ложа.

Так и ездил.


Недели через полторы после завершения войны в бригаду приехал начальник политотдела армии готовить политработников к демобилизации.

Посмотрели списки, прикинули, кого в запас, кого в кадры.


-- А тебе, товарищ Серенко, подлечиться следует и... на покой.

-- Мне отдыхать нечего, -- насупился Серенко. -- На здоровье не жалуюсь.

-- Пенсия тебе приличная обеспечена,-- не слушал генерал. -- Домик построишь, цветы сажать станешь, внуков растить... Да что внуков! Ты сам еще орел, -- генерал заглянул в "Послужной список".-- Сорок четыре года. Самый возраст для мужчины...


Серенко молчал, и начальник политотдела армии добавил:

-- Мое самое категорическое мнение -- сегодня же в госпиталь, а там -- на пенсию.


Серенко больше не спорил.

Он собрал вещмешок, бросил его в "виллис" и уехал.


**


Ночь была теплая и темная.

Ехали с включенными фарами. Впереди рябили светлые полосы дождя. Тускло блестел мокрый асфальт.

Водитель тихо напевал, покачиваясь над рулем.


Серенко полулежал на своем ложе и курил, уставившись в колеблемый ветром брезентовый верх.

Вдруг он крикнул:

- Стой!


Ни слова не говоря, вышел из машины.

Подставил лицо дождю, постоял так и скрылся в темноте.

Потом коротко треснул пистолетный выстрел...


Я не оправдываю минутную слабость полковника Серенко.


Но знаю: минутная слабость может порой овладеть и сильным человеком. Даже таким сильным, как Михаил Федорович Серенко...


**

См. далее...


Николай Кириллович Попель (1901 - 1980) - генерал-лейтенант танковых войск, автор книги "В тяжкую пору"...


*****************************************************************


Если посмотреть правде в глаза...


Уроборос.


Гравюра Л. Дженниса из книги алхимических эмблем "Философский камень". 1625. Символическое "принесение в жертву", то есть укус за хвост змеи, означает приобщение к вечности в конце Великого делания


Свита или опора?   84k   "Статья" История Обновлено: 17/02/2009. 84k. Статистика. 3503 читателей (а 30.10.2014 г.)


Петр Великий дал особое направление деятельности гвардейским офицерам.

Гвардейские полки обратились в практическую школу для подготовки начальствующих лиц из лучшего служилого элемента - дворянства. Это была школа начальствующих с широкою практикой на войне и во время мира, выпуская своих питомцев, в качестве офицеров и начальников частей, проводников правильных взглядов на воспитание и обучение и питомником прочного воинского духа. Гвардейские офицеры не мелькали в его свите, но при решении важных вопросов всегда находились рядом и являли подлинную опору государя.

Главенство военного министра имело, как правило, негативные последствия, так как военные министры у нас меняются часто: так, с 1802 по 1917 гг., т.е. за 115 лет сменилось 25 военных министров (средний срок нахождения в этой должности - 4,6 года); с 1917 по 1991 гг., т.е. 74 года советской власти, сменилось 15 военных министров (в среднем продолжительность в этой должности составляла 4,9 года); за 16 лет новой РФ (с 1991 по 2007 гг.) сменилось 7 военных министров (средний срок нахождения в должности снизился до 2,2 лет). См.: http://artofwar.ru/k/kamenew_anatolij_iwanowich/text_0070.shtml

Вот почему Генеральный штаб, который работает на перспективу, не должен быть вспомогательным учреждением военного министерства. Его назначение - быть опорой Главнокомандующего, т.е. главы государства.

Итак, Генеральный штаб - это помощник Главнокомандующего, а не военного министра.

Главная задача Генштаба - выработать правильную военную политику, имеющую две составляющие (внутреннюю и внешнюю), представить ее на утверждение высшему органу государства и Главнокомандующему. Как известно, военная политика государства затрагивает не только военное дело, но и идеологию, политику, культуру, промышленность, сельское хозяйство и т.д.

Генеральный штаб - это не только центральное учреждение, к примеру, в Москве. Он должно иметь своих постоянных представителей везде, где нужно: в собственных войсках (для изучения положения дел, в самом широком смысле); на опасных (угрожающих) направлениях; в войсках союзников; в недружественных государствах (в разных качествах, военных атташе, к примеру).

В Москве нужна не очень большая группа аналитиков. Основная масса офицеров генерального штаба должна работать, как говорится, в поле, добывая необходимую информацию, анализируя процессы и явления, важные для военного дела, наблюдая за развитием военного дела в других государствах и т.д.).

Основу работы Генштаба должна составлять историческая работа (в том числе военно-историческая). Только серьезное и плодотворное углубление в историю (отечественную и мировую) позволит правильно и системно постигать закономерности мировоенного процесса, выявляя общие и региональные особенности, способствующие укреплению силы государства или разрушению его мощи и целостности.

Подготовка военных кадров, в том числе будущей государственной и военной элиты, должна быть также предметом заботы Генерального штаба. Подготовка кадров - задача стратегическая и ее нельзя отдавать в руки "калифов на час", т.е. представителей военного министерства.

Сотрудники Генштаба, при такой постановке проблемы, должны быть людьми особо одаренными и прошедшими примерно ту же школу, которую проходили офицеры русского Генштаба.

Что было особенного в этой подготовке?

Первое - тщательный отбор офицеров из войск путем экзаменов и разных испытаний.

Второе - всесторонняя подготовка офицеров к службе в Генштабе.

Третье - движение по спирали. Капитан, получивший назначение в Генеральный штаб после его движения по кругу служебных заданий, недолго оставался на одном месте. Через год-два ему представлялась возможность вновь отправиться в войска и пройти все инстанции (командировка, научная работа, педагогический труд), чтобы вернуться в Генштаб на более высокую должность. И так, совершая движение по восходящей спирали, офицер, причисленный к Генштабу, мог подняться на ту высоту, на которую позволяли ему его способности, усердие и реальные служебные достижения.

Сегодня Академия Генштаба - это фабрика генералов, а не учреждение, готовящее офицеров для службы в Генеральном штабе. Улавливаете разницу?

О назначении и задачах Генерального штаба[1]

Исторические коллизии Генштаба в России

Свечин. Исторические уроки работы генерального штаба[3]

Первые опыты создания ГШ

Наполеон и французский ГШ

Генеральный штаб в России. 1832 г.

Французский ГШ после Наполеона

Генеральный штаб Пруссии во времена Шаргорста

Устройство генерального штаба Грольманом

Выход прусского ГШ из-под опеки военного министерства

Расширение круга деятельности ГШ при Мольтке

Наступление Мольтке на позиции военного министра

Высший комсостав и генеральный штаб России во времена Милютина

Русский ГШ в оценке Японии

Мнения о работе Генштаба

(по дореволюционным источникам)

Н.Н. Головин . О круге деятельности Генерального Штаба[4]

Э. Калнин . Генеральный штаб и высший командный состав[5]

А.А. Свечин. Интеллектуализм в военном деле[6]

ПОСЛЕСЛОВИЕ


Русалки выходят из воды перед Троицей


(рисунок Маковского)


Немезида не только карающая   53k   "Документ" История Обновлено: 17/02/2009. 53k. Статистика. 2877 читателей (на 31.10.2014 г.)

Не карающая Немезида, а высшее нравственное учреждение (Об офицерском Суде чести в Российской Армии)

За 30 лет офицерской службы мне приходилось не раз видеть, как грубо искажалась идея офицерского Суда чести в практике Советской Армии. Старший начальник частенько прибегал к примерному судилищу неугодного ему офицера, а так называемый суд, заранее соглашался с вынесенным командиром карательным решением. Приходилось видеть и то, как незаслуженно преследуемый офицер не мог найти опоры в офицерском коллективе из-за того, что этот коллектив был разрознен, жил интересами своего круга общения и не очень-то заботился о судьбе своих товарищей по оружию.

В то же время, интересы офицерской корпорации требуют сплоченности, ясных и понятных нравственных норм, обязательных для всех, независимо от звания и занимаемой должности.

Офицер нуждается в поддержке и защите со стороны своих товарищей, когда в отношении него принимаются неверные решения и делаются несправедливые оценки.   Офицерская среда должна иметь право очищаться от негодных элементов, позорящих офицерскую честь и достоинство офицера в погонах. Это право должно стоять выше прав любого начальника, пытающегося правдами и неправдами защитить провинившегося и недостойного.

Надо возрождать настоящий Суд офицерской чести - это высшее нравственное учреждение офицерства.   Да поможет нам в этом опыт Русской Армии, изложенный в дореволюционных источниках.

Н. Вишняков. Исторический очерк о Суде общества офицеров в Русской Армии[2]

Обязанность охранения достоинства военной службы и воинской чести была впервые возложена на общество офицеров еще основателем русской регулярной армии - Петром Великим. Указом 25-го июля 1721 года было повелено: "если где в полевых и гарнизонных полках явится офицер, которому за шумством и другими непорядочными поступками в службе быть невозможно, и таких свидетельствовать всем того полка штаб и обер-офицерам по совести и под присягою, и такие свидетельства заручить им, обстоятельно описывая их шумство и другие непотребные поступки, и потом каждому аншефу такое подлинное свидетельство при своем донесении представлять для решения в Военную Коллегию"

Проект "Военно-полицейского устава" 1840 г. не определял срока заключения в крепости, вполне предоставляя его усмотрению начальства; в проекте же 1846 г. указывается minimum и maximum срока (от 1 недели до 3 месяцев), причем добавляется, что такое крепостное заключение не связано с праволишениями ( 192 пр.1846 г.). Относительно режима для содержащихся в крепости в видах военно-полицейского исправления, предполагалось установить следующие правила:"там содержать их в каземате, дабы они, находясь в уединении, могли предаться размышлению о себе и раскаянию; по истечении же недели содержания дозволять им выходить под присмотром в церковь к слушанию богослужения в праздничные и другие дни; во все время содержания поручать их назиданию опытных духовных лиц" (объяснительная записка Л.20; пр. 194). Кроме общего для всех обер-офицеров военно-полицейского взыскания - заключения в крепость, упоминается еще о специальном взыскании для исправления офицеров гвардии:

Мысли о чести офицера и Суде чести (коротко из различных источников)

Любопытно, что в суровое время русского средневековья суровый царь-воин Петр Великий наказывал армии: "всех офицеров без воинского суда не арестовать, кроме изменнных дел; а за малые вины наказывать штрафом" [7].

Культ чести должен быть священным для офицера; честь - это его совесть. Повиновение следует за ним до самой могилы, а честь переживает его и за гробом. (Фон Ганненгейм)

Необходимость оберегать офицерскую честь. Мало того, если офицер ведет себя так, то он становится неприкосновенным и каждое покушение не только на его жизнь или честь, но и вообще на оскорбление его должно караться особенно строгим образом[13].

Честь в условиях падения общества. Наконец, в тех случаях, когда самим обществом утратились всякие нравственные идеалы, когда оно близится к последней стадии падения, при которой самое понятие нравственности упраздняется, как ненужный балласт, тогда и во взглядах его на честь является индифферентизм гнилой терпимости: все считается дозволенным, дремлющая общественная совесть ничем не возмущается[15].

Чувство чести - тайный элемент силы армии. Армия сильна тем уважением, которое она внушает к себе, сознанием того, что она готова сделать все необходимые усилия для выполнения национальных задач. Чувства, внушаемые этой уверенностью: 1)безусловная преданность, 2)мужество, 3) самоуважение, проявляющееся в различных поступках, как-то, в лояльности, честности, сдержанности, милосердии к побежденному врагу. Из этих-то элементов и состоит воинская честь.


"Дуэль Печорина с Грушницким"


Художник Михаил Александрович Врубель


иллюстрация к повести "Герой нашего времени".


О дуэлях   34k   Годы событий: 1911-1917. "Документ" История Обновлено: 17/02/2009. 34k. Статистика. 3611 читателей (на 31.10.2014 г.)

В истории человечества дуэли, как средство разрешения конфликта между людьми, возникло давно. К этому средству прибегали и порядочные люди, чтобы защитить свою честь, и непорядочные, чтобы свести с другим счеты или получить какую-то выгоду.

Особое значение дуэль имела в офицерской среде. Воспитанные в понятиях офицерской чести, офицеры, как зеницу ока, берегли честь мундира, честь полка, свою честь.

Согласно дворянской этике, "честь" не давала человеку никаких привилегий, а напротив, делала его более уязвимым, чем другие. В идеале честь являлась основным законом поведения дворянина, безусловно, и безоговорочно преобладающим над любыми другими соображениями, будь это выгода, успех, безопасность и просто рассудительность.

Готовность рисковать жизнь для того, чтобы не быть обесчещенным, требовала немалой храбрости, а также честности, выработки привычки отвечать за свои слова. Демонстрировать обиду и не предпринимать ничего, чтобы одернуть обидчика или просто выяснить с ним отношения - считалось признаком дурного воспитания и сомнительных нравственных принципов. Постоянно присутствующая угроза смертельного поединка очень повышала цену слов и, в особенности, "честного слово". Публичное оскорбление неизбежно влекло за собой дуэль. Нарушить данное слово - значит раз и навсегда погубить свою репутацию.

Дуэль как способ защиты, несла еще и особую функцию: утверждала некое дворянское равенство, не зависящее от чиновничьей и придворной иерархии.

Блюстителем офицерской чести в каждом полку был суд Чести, куда избирали достойнейших. Суд Чести всегда тактично и справедливо разбирал недоразумения и ссоры между офицерами, предписывал офицеру то или иное поведение при инцидентах с гражданскими лицами. Суд Чести примирял, заставлял провинившихся извиняться перед обиженным или находил необходимой дуэль. Постановления суда Чести были безапелляционными: никакая власть и никакой суд не могли отменить или изменить их. Это право принадлежало только царю, но он им никогда не пользовался.

Предлагаю вашему вниманию две статьи о дуэлях

Поединок (по "Военной энциклопедии. СП б., 1911)

Поединок (дуэль...) - в современном понимании есть бой между двумя лицами на смертоносном оружии, с соблюдением взаимно условленных или общепринятых правил боя.   Поединок, как единоборство, известен с древнейших времен. <...> Но эти поединки имели по сравнению с современными совершенно иные причины и цели, ими отстаивались публичные интересы государства, война разрешалась боем 2-х лиц, жертвовавших собой во имя не личного, а общественного дела.

И в древней Руси в 1410 г. митрополит Фотий по поводу судебного поединка ("поля") запрещал причащать идущих в "поле" и хоронить убитых, а оставшихся в живых запрещал причащать в течение 18 лет.

В России поединки появились лишь в конце ХVII и в ХVIII веке, с появлением в русской военной службе иностранцев и иностранных обычаев, и до XIX века были явлением крайне редким. Высказывается предположение, что первым поединком в России был поединок в Москве между Гордоном и майором Монгомери.

Петр I, несмотря на свое пристрастие к европейским порядкам и обычаям, с первых же шагов своей законодательной деятельности вступает в борьбу с поединками. Уложение Шереметьева 1702 г. жестоко карало за самый вызов: "Краткий артикул" 1706 г. наказывал смертью за поединок, даже не имевший низких вредных последствий.

Драгомиров. Дуэли

Рыцарства у нас не было, не могло, следовательно, возникнуть той индивидуальной щепетильности, которая из-за косого взгляда, из-за неосторожного слова ведет к бреттерству. У нас эта щепетильность является товаром привозным, обезьянством с Европы.

В избе развелись клопы и тараканы; первые язвят да и воняют здорово; вторые в щи падают и во сне покоя не дают - совсем скверно. Что делать? Одни предлагают сети для вылавливания сказанных насекомых; другие - пистолеты, чтобы их перестрелять; третьи, наконец, заметив, что в чисто содержимых избах не водятся, говорят; и не переловите вы их, и не перестреляете, пока у вас будет грязно, а заведите чистоту - сами переведутся. Да не ту чистоту, что раз вымели и побелили, а потом и забыли, а настойчивую . непрерывную, блюдомую изо дня в день; да и сами в баню наведывайтесь почаще - тогда и не будет ничего прочего". <...>

Екатерина II. Великая Россиянка немецкого происхождения в 1787 году объявила, что поединки не могут быть допущены ни в одном благоустроенном обществе и тем более у нас, так как "они не суть от предков полученные, но... чужие". Она понимала, значит, то, чего некоторые прирожденные российские россияне в толк взять никак не могут. Правда она была Великая; и, как таковая, читала в книге народного духа, а не в чужеземных бумажных книжках; работала, как Сама сказала Дидро, не на бумаге, а на человеческой коже, которая совсем по иному восприимчива и раздражительна, нежели бумага ... Бумага все терпит...; но кожа человеческая -нет, не все.

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Дуэль, как средство восстановления поруганной чести, возможно, явление историческое. Пушу "возможно" только потому, что очень хотелось бы дать право офицерам вызывать на поединок хамоватых и наглых начальников.

Знаю другое: за честь можно постоять не только с пистолетом в руках. Одного взгляда иногда достаточно, чтобы пресечь надругательство над личностью.

Но надо честь и личное достоинство офицера воспитывать. А это дается не проповедью о чести, а примером старших и обстановкой в полку.

Как тут много работы...


*************************************************************************


Труд выполнен в


Научно-исследовательском центре


Военной академии Генерального Штаба


Вооруженных Сил РФ


Автор-составитель


А.И. КАМЕНЕВ


Древний Рим. Военная политика. Трактаты о военном искусстве / Всеобщая хрестоматия полководческого искусства. Т.4. Ч. II. / Авт.-сост. А.И. Каменев; Под ред. И.И. Ефремова; ВАГШ ВС РФ. - М., 2006. - 536 с. [Наука побеждать]


Данный том раскрывает особенности и тенденции военной политики Древнего Рима и содержит важнейшие трактаты о военном искусстве древних римлян. Работа предназначена для научных работников, преподавателей, слушателей и курсантов военно-учебных заведений. Идеи, изложенные в работе, могут быть полезны органам власти и управления Российской Федерации при подготовке и принятии решений по военным вопросам.


No А.И. Каменев, 2006 г.


СОДЕРЖАНИЕ


ВВЕДЕНИЕ

Пояснения цели, логики и структуры второго тома.


Эволюция военной политики ДРЕВНЕГО римА (А. Каменев)

Какое место занимает военная политика (ВП) в жизни государства. - Общие и частные причины гибели государства. - Правильная ВП как орудие и средство безопасности нации. - О природосообразности ВП Ромула. - Значение полисной идеологии для ВП. - Опасность и религия как факторы сплочения граждан. - Умение закреплять победу. - Реформы Сервия Туллия и возникновение корпоративной (непредсказуемой) ВП. - Средний класс как резервуар жизненной энергии нации. - Крушение среднего класса и курс на "пролетаризацию" армии. - Становление "солдатской" психологии и морали. - Возвышение роли и возможностей военачальника в ВП. - Возникновение основы для гражданских войн. - Пагубное влияние гражданской войны на военное дело. - Курс на наемничество в ВП Рима. - Вред и последствия наемничества. - Период солдатской гегемонии ("сенат в сапогах"). - Период "варваризации" ВП Рима. - Когда и почему германцы стали могильщики Римской империи. - Сепаратизм как прогрессирующая болезнь империи. - Императоры-инородцы и децентрализация власти. - Расстройство налоговой системы как фактор уязвимости ВП. - Краткое резюме.


ТРАКТАТЫ О РИМСКОМ БОЕВОМ ИСКУССТВЕ


Вегеций.

Краткое изложение военного дела

Книга 1.

-- Римляне победили все народы единственно благодаря упражнениям в употреблении оружия. 2. Из каких местностей надо набирать новобранцев. 3. Какие новобранцы более полезны: из городов или из деревень. 4. Какого возраста новобранцы всего желательнее. 5. Какого роста желательны новобранцы. 6. При наборе надо по выражению лица и телосложению узнавать, какие новобранцы обещают быть лучшими. 7. Занимавшиеся каким ремеслом должны выбираться в новобранцы или отвергаться. 8. Когда новобранцы должны получать знак зачисления. 9. Новобранцев надо приучать к военному шагу, к беганью и прыганью. 10. Надо упражнять новобранцев в плавании. 11. Как древние упражняли новобранцев на щитах, плетеных из прутьев, и на чучелах. 12. Надо учить новобранцев не рубить, а колоть. 13. Новобранцев надо учить тактике. 14. Новобранцев надо упражнять в бросании копий. 15. Новобранцы старательно должны изучать метание стрел. 16. Должно упражнять новобранцев в бросании камней из пращи. 17. Об упражнении свинцовыми шарами. 18. Как надо учить новобранцев вскакивать на коня. 19. Надо приучать новобранцев носить тяжести. 20. Каким родом оружия пользовались древние. 21. Об укреплении лагеря. 22. В каких местах надо разбивать лагерь. 23. Как размеряется лагерь. 24. Как надо укреплять лагерь. 25. Как укреплять лагерь, когда враг грозит нападением. 26. Как обучать новобранцев, чтобы они в строю сохраняли ряды и интервалы. 27. Какое пространство должны они проходить в учебных походах вперед и назад и сколько раз в месяц упражняться, когда воины уходят в поход. 28. О побуждении к военному искусству и к римской доблести.

Книга 2.

1. На сколько видов делится военное искусство. 2. Какая разница между легионами и вспомогательными отрядами. 3. Какая причина привела легионы к упадку. 4. Со сколькими легионами древние шли на войну. 5. Как организован легион. 6. Сколько когорт в одном легионе, а также сколько воинов в одной когорте. 7. Названия и степени низшего командного состава. 8. Названия тех, кто в древности командовал строем. 9. Обязанности префекта (начальника) легиона. 10. Обязанности начальника лагеря. 11. Обязанности начальника ремесленников 12. Обязанности военных трибунов. 13. Центурии и отряды пехотинцев. 14. Отряды всадников, приписанных к легиону. 15. Как устраивается боевой строй легионов. 16. Как вооружены триарии или центурионы. 17. Когда началось сражение, тяжеловооруженные должны стоять, как стена. [18. Названия воинов и их ранг должны быть написаны на обороте их щитов.] 19. Кроме физической силы новобранцы должны зачисляться за их уменье читать и считать. 20. Половину денег, получаемых воинами в подарок от императора, они должны хранить для себя в войсковой казне. 21. Служебные повышения должны проходить в легионе так, чтобы повышаемые проходили по всем когортам. 22. Различие между горнистами, трубачами и играющими на рожках. 23. Упражнения воинов. 24. Примеры необходимости таких упражнений, заимствованные из других искусств. 25. Перечисление оружия и орудий легиона.

Книга 3.

1. Какой величины должно быть войско. 2. Как наблюдать за санитарным состоянием войска. 3. Забота о заготовке фуража и продовольствия. 4. Какие меры предосторожности надо предпринять, чтобы в войске не было мятежей 5. Различные виды военных сигналов. 6. Какие предосторожности надо применять при передвижении войска на глазах неприятеля. 7. Как переходить более значительные реки. 8. Как устроить лагерь. 9. Что должно принимать во внимание, чтобы определить, нужно ли вести войну внезапными нападениями, вылазками и засадами, или же вступить в открытое сражение. 10. Что надо предпринять, если войско состоит из непривычных к бою воинов или из новобранцев. 11. О чем нужно позаботиться в самый день битвы. 12. Надо разузнать о настроении собирающихся вступить в сражение воинов. 13. Как выбрать удобное для сражения место. 14. Как устроить боевую линию, чтобы при столкновении войско оказалось непобедимым. 15. Законы промерки, на каком расстоянии в строю должен стоять один воин от другого и какое расстояние в глубину должно быть между отдельными рядами. 16. О размещении конницы. 17. О резервах, которые ставятся позади строя. 18. Место, где должен стоять первый военачальник, где второй, где третий. 19. Какими средствами в строю противодействовать доблести или хитростям врагов. 20. Сколькими способами может идти открытое сражение, и каким образом войско более малочисленное и слабое может одержать победу. 21. Надо предоставить врагам свободный путь к отступлению, чтобы тем легче погубить бегущих. 22. Как отступать на глазах у врагов, если будет решено не начинать сражения. 23. О верблюдах и бронированных всадниках. 24. Как бороться в строю с колесницами с косами или со слонами. 25. Что делать, если бежит все войско или часть его. [26. Сводка правил для ведения войны.]

Книга 4.

1. Города должны быть укреплены или природой или искусственно. 2. Стены нужно строить не прямые, а с выступами. 3. Как со стенами соединяется земляная насыпь. 4. Об опускающихся решетках и других предохранительных мерах для ворот, чтобы они не были сожжены. 5. О проведении рвов. 6. Меры, чтобы люди на стенах не страдали от неприятельских стрел. 7. Какие меры должно предусмотрительно предпринять, чтобы осажденные не страдали от голода. 8. Что должно быть заготовлено для защиты стен. 9. Что надо делать, если нехватает жил для орудий. 10. Меры, чтобы у осажденных не было недостатка в воде. 11. Если нехватает соли. 12. Что делать, если враги при первом же натиске врываются в стены города. 13. Перечисление машин, употребляющихся при осаде стен. 14. О таране, шесте с серпом, черепахе. 15. О винеях, плетнях и насыпи. 16. О "мускулах". 17. О движущихся башнях. 18. Как можно сжечь движущиеся башни. 19. Как увеличивается высота стен. 20. Как подкапывается земля, чтобы машина не могла вредить. 21. О лестницах, самбуке, экзостре и толлено. 22. О баллистах, онаграх, скорпионах, арбалетах, фестибалах, пращах и других метательных орудиях, которыми защищаются стены. 23. Против таранов помогают матрацы, петли, "волки", более тяжелые колонны. 24. О подкопах, при помощи которых или подкапываются стены или враги проникают в города. 25. Что должны делать горожане, если враги ворвались в город. 26. Какие меры предосторожности надо предпринять, чтобы враг тайно не захватил стен. 27. Как устраиваются засады против осажденных горожан. . 28. Что делают осаждающие, чтобы не подвергнуться засадам со стороны горожан. 29. Какими видами метательных орудий защищается город. 30. Каким образом определяется величина лестниц или сооружаемых башен. 31. Правила для войны на море. 32. Имена ответственных предводителей, которые стоят во главе флота. 33. Откуда пошло название либурны. 34. С какою тщательностью надо строить либурны. 35. Какие правила надо соблюдать при валке леса. 36. В каком месяце надо рубить стволы деревьев. 37. Размеры либурн. 38. Имена и число ветров. 39. В какие месяцы спокойнее всего плавание. 40. Как должно следить за признаками бурь. 41. О предсказаниях погоды. 42. О морских волнениях, т.е. о приливах и отливах. 43. О знакомстве с местностями и о гребцах. 44. Об оружии и о метательных орудиях на кораблях. 45. Как в морской войне устраиваются засады. 46. Что делать, если война на море ведется открытым боем.

Фронтин.

Стратагемы

Книга 1.

I. Как скрыть свои планы. - II. Разведывание планов неприятеля. - III. Создание условий для войны. - IV. Как провести войско через места, угрожаемые неприятелем. - V. Как выбраться из самых трудных позиций. - VI. О засадах в пути. - VII. Как скрыть или восполнить недостаток снаряжения. - VIII. Как распылять силы неприятеля. - IХ. Как успокоить солдатский мятеж. - Х. Как сдержать несвоевременный порыв к битве. - ХI. Как создать боевое настроение в войске. - ХII. Как рассеять страх, внушенный солдатам неблагоприятными предзнаменованиями.

Книга 2.

I. Выбор времени для битвы. - II. Выбор места для битвы. - III. Построение войска. - IV. Как расстроить ряды неприятеля. - V. Засады. - VI. Как выпустить врага, чтобы он, будучи заперт, в отчаянии не возобновил сражения. - VII. Как скрыть свои неудачи. - VIII. Как решительностью восстановить боевой порядок. - Затем к типам деяний, относящихся к моменту после боя, я бы отнес следующие: - IX. Как при удачном исходе боя завершить незаконченную военную операцию. - X. Как выправить положение, если дело пошло плохо. - XI. Как сохранить верность колеблющихся. - XII. Что надо делать для защиты лагеря, когда нет уверенности в наличных силах. - ХIII. О бегстве.

Книга 3.

I. О неожиданном штурме. - II. Как ввести в обман осажденных. - III. Как вызвать предательство. - IV. Средства создать у неприятеля нужду в припасах. - V. Как внушить убеждение, что осада будет длительной. - VI. Как не допустить к неприятелю подмоги. - VII. Как отводить реки и портить воду. - VIII. Как навести страх на осажденных. - IХ. Как ворваться с той стороны, откуда вас не ждут. - Х. Как заманить осажденных в засаду. - ХI. О притворном отступлении. - Напротив, стратегемы, относящиеся к защите осажденных: XII. Как усилить бдительность своих. - XIII. Как выпустить и принять вестника. - XIV. Как ввести подкрепление и подвезти провиант. - XV. Как создать впечатление обилия того, в чем ощущается недостаток. - XVI. О мерах против изменников и перебежчиков. - XVII. О вылазках. - XVIII. О стойкости осажденных.

Книга 4

I. О дисциплине. - II. О результатах дисциплины. - III. О воздержности. - IV. О справедливости. - V. О стойкости. - VI. О доброжелательстве и умеренности. - VII. Разное.


Анонимный реформатор.

О военном деле

О том, что обещает предлагаемая реформа. - О путях сокращения государственных расходов. - О расточительстве и жадности. - О мошенничестве монетного двора. - О порочности наместников провинций. - О сокращении военных расходов. - О строительстве новых военных машин. - Описание военных машин. - О военных приготовлениях. - О пограничных укреплениях. - Об устранении беспорядка в законах и правосудии.


Полибий.

Организация римского войска

Как консулы избирают трибунов. - Набор трибунами солдат. - Клятва новобранцев. - Три типа солдат. - Вооружение. - Требования к центурионам. - Особенность двойного начальствования. - Конница. - Союзники. - Принципы разбивки лагеря и его значение. - Караульная служба в лагере. - Порядок передачи ночного пароля. - Организация ночной стражи, порядок контроля за стражниками, наказание провинившихся. - Система наказаний в римском войске как мотивация боевой активности. - Способы возбуждения отваги в солдатах. - Мотивационная роль наград. - Жалованье и довольствие воинов. - Порядок снятия со стоянки. - Следование легиона в походе. - Значение постоянной схемы расположения войск на стоянках.


Полибий.

Искусство полководца

Военные предприятия требуют большой осмотрительности. - Значение знаний для полководца. - День и ночь как факторы, влияющие на боевое искусство. - Знание особенностей летнего и зимнего времени. - Природные явления, которые нужно учитывать полководцу. - Примеры опрометчивых действий военачальников (Арат, Клеомен, царь Филипп, Никия). - Необходимость знания геометрии.


Н. Макиавелли.

Какие качества необходимы полководцу

Какие качества необходимы полководцу, чтобы внушить доверие своим воинам. - Полководец должен знать ту страну, где он ведет войну. - Употреблять хитрость в военном деле есть достойный поступок. - Не следует исполнять обещания, вырванные силой.


Тит Ливий.

Древний порядок объявления римлянами войны

Анк Марций наследует правила Нумы Помпилия. - Предупредительные действия посла римлян. - Заслушивание в сенате ответа противной стороны. - Действия посла по объявлению войны.


Г. Дельбрюк.

Внутренняя жизнь римской императорской армии

О числе римских легионов (от Цезаря до Веспасиана). - Характер комплектования римской армии. - "Римская мерка". - Места расположения легионов. - Запрет на женитьбу для легионеров. - Трибуны и легаты, центурионы. - Жалованье и подарки легионерам. - Дисциплина. - Роль религии. - Военное обучение. - Инструкция-приказ по подготовке к смотрам войск.


Ф. Любкер.

Римские военные награды

Общие награды для легионеров. - Триумф как высшая награда полководца. - Овация - малый триумф. - Виды наградных венков.


Ф. Любкер.

Римская воинская дисциплина

Свое величие Рим построил на дисциплине. - Патриотизм как сердцевина дисциплины. - Справедливость дисциплины. - Дисциплина войны и особо применяемые дисциплинарные упражнения. - Роль лагеря в поддержании дисциплины. - Дисциплинарные права главнокомандующих. - Виды наказания провинившихся. -


Ф. Любкер.

Наемничество в римском войске

Первоначальные легионы и реформа Сервия Туллия. - Союзники в римском войске. - Наемничество вытесняет призыв. - Образование солдатского сословия. - Нажива как фактор мотивации. - Прежние храбрые римляне исчезли.


Валлей Патеркул.

Путь от могущества к падению

Устранив Карфаген, римляне перешли от доблести к порокам. - Аграрные законы Гракха расшатали всеобщий порядок. - В Риме началась эпоха гражданских кровопролитий и безнаказанных убийств. - В условиях смуты попрание закона силой закономерно. - Горе государству, когда лучшие граждане в жажде почестей преступают меру дозволенного.


К. Тацит.

Восстание Паннонских и Германских легионов

Перемена правителя давала безнаказанность восстания. - Возбуждение умов простодушных людей (речь Перценния). - Попытка Блэза восстановить порядок. - Открытое неповиновение начальникам. - Тиберий посылает Друза для усмирения восставших. - Требования восставших легионеров. - Обращение Друза к легионерам. - Расправа с зачинщиками восстания. - Причины восстания в Германских легионах. - Малодушие легата перед численным превосходством восставших. - Расправа с центурионами. - Мужество Германика в лагере восставших. - Ситуация, когда строгость опасна, а уступчивость и щедрость постыдны. - Увольнение в отставку ветеранов. - Мужество префекта Мения. - Германик пытается отправить жену и сына из мятежного лагеря. - Речь Германика о причинах отсылки жены и сына. - Перемена в настроении солдат. - Восстановление дисциплины и порядка в легионах. - Письмо Цецине с предупреждением кары за неповиновение. - Конец восстания.


К. Тацит.

Полководцы и легионеры в период смуты и гражданской войны

Флавианцы готовятся к войне. - Речь Антония Прима. - Письмо Апонию Сутарнину с просьбой о помощи. - Подготовка к сражению под Вероной. - Бунт легионеров гальбанского легиона. - Состязание воинов в непослушании командирам. - Распри в стане вителлианцев. - Измена флота Вителлию. - Попытка измена Цецины Вителлию. - Решение Антония напасть на ветеллианцев. - Неудачная атака Вара. - Требование легионеров вести их на Кремону. - Антоний предостерегает от опрометчивых действий. - Ночная атака вителлианцев. - Утреннее наступление на Кремону. - Разграбление Кремоны. - Посланец Вителлия Фабий Валент не помышлял выполнить свой долг. - Выступление Вителлия в сенате. - Убийство Блеза. - Арест Валента и присоединение к Веспасиану новых войск Вителлия. - Римские междоусобия вызвали восстания подчиненных народов. - Римские потрясения изменили целый мир и характер полководцев. - Антоний Прим делается хозяином войска. - Безвластие командиров и произвол солдат. - Алчность и нетерпеливость солдат усугубили положение. - Примеры пагубной деградации воинской доблести. - Соперничество Антония и Муциана. - Вителлий теряет опору власти. - Мужественный поступок центуриона Юлия Агреста. - Невежественный Вителлий не может остановить надвигающейся опасности. - Вителлианцы сдаются флавианцам. - Попытки привлечь к заговору против Вителлия префекта столицы Сабина. - Уговоры Вителлия отказаться от власти. - Мнимое отречение от власти Вителлия. - Гибель Сабина. - Беспомощность императора Вителлия. - Спасение Домициана. - Кровопролитие в стане Вителлия. - Наступление флавианцев на Рим. - Бои на улицах Рима не вызывают никакого сочувствия граждан. - Позорная гибель Вителлия.

Аппиан.

Гражданская война Цезаря и Помпея

Сравнение Помпея и Цезаря. - Возникновение союза Помпея, Красса и Цезаря и начало разногласий между триумвирами. - Борьба Цезаря с сенатом посредством внесения популярных законов. - Цезарь получает поддержку всадников и получает в управление Галлию. - Обвинение Цицерона в нарушении законов. - Изгнание и возвращение Цицерона. - Новое избрание консулами Помпея и Красса. - Помпей сознательно допускает беспорядки в надежде стать диктатором. - Возбуждение Помпеем процессов против злоупотреблений. - Помпей укрепляет единоличную власть. - Объявление Помпеем войны Цезарю. - Переход войсками Цезаря через Рубикон. - Смятение в Риме. - Бегство Помпея из Рима. - Цезарь в Риме. - Преследование Помпея. - Обращение Помпея к своим войскам. - Цезарь нацеливает своих воинов на победу. - Подготовка к решительному сражению. - Разгром войск Помпея при Фарсале. - Бегство Помпея в Египет и смерть его.


ПРИЛОЖЕНИЯ

Основные законы и военные реформы Древнего Рима

О Законах Двенадцати таблиц. - Военный закон Гая Гракха. - Военная реформа Мария. - Законы Сатурнина. - Военные реформы Августа.- Военная диктатура преемников Августа. - Солдатские мятежи как явление 235-238 гг. - Военная реформа Галиена. - Киприан. Характеристика III века. - Наполеон. О Юлии Цезаре. - Дион Кассий. О соображения образования триумвирата Цезарем, Помпеем и Крассом. - Полибий. Договор Рима с Карфагеном. 508 г. до Р.Х. - Дионисий Галикарнакский. Договор Рима с латинами. 493 г. до Р.Х. - Полибий. Договор Рима с Карфагеном. 241 г. до Р.Х. - Саллюстий. Речь консула Лепида к римскому народу. - Аппиан. Прпоскрипции триумвиров и их последствия. - Декреты римского сената и римского цензора, направленные против распространения греческого образования в Риме: Декрет римского сената от 161 г. до Р.Х.; Декрет цензора от 92 г. до Р.Х.; Указ императора Константина о привилегиях для врачей и учителей (от 333 г. после Р. Х.)

А.В. Зарщиков.

Роль личной группировки Цезаря в политической борьбе

Значение личной политической группировки (ЛПГ) императора. - Состав ЛПГ Цезаря. - Проблема самоопределения ЛПГ. - Поведение ЛПГ после убийства Цезаря.


А.А. Мотус.

Цицерон и Саллюстий в их отношениях к гражданским войнам

Нет ничего хуже междоусобной войны. - О разной степени участия Цицерона и Саллюстия в гражданских войнах. - Диктатура как средства расправы с влиятельными преступными людьми. - Необходимость гражданского согласия в государстве.


В. И. Кадеев,  А. П. Мартемьянов.

О ветеранах римской армии в I в. н. э.

Места колоний для ветеранов. - Земельные участки и денежные пособия ветеранов. - Место ветеранов в системе органов управления, духовной жизни территорий.


Е. Серебрякова.

Разведка во времена Римской империи

Митридат и римская разведка в Малой Азии. - Разведка Цезаря в Британии. - Военная разведка Цезаря во время гражданской войны. - Военная разведка у Октавиана. - Об эволюции военной разведки римлян.