# Спецназ.Методики подбора

Александр Коломиец

[AD]


Услуги от AGAVA.ru: web дизайн, создание сайтов, реклама в интернете, xостинг, раскрутка сайта, colocation, dedicated, хостинг серверов.

Проекты: работа, резюме, вакансии, баннерные сети

Дон Миллер

Коммандос: Формирование, подготовка, выдающиеся операции спецподразделений


Восполнение потерь оружия и расхода боеприпасов осуществлялось за счет

поставок по воздуху, путем сбора в местах прошедших боев, в ходе нападе-

ний на склады, мелкие гарнизоны и небольшие подразделения противника, в

отдельных случаях - из ранее подготовленных тайников.

В целом обеспечение стрелковым оружием и боеприпасами являлось менее

актуальной задачей, чем снабжение РДФ взрывчатыми веществами и средства-

ми взрывания. А они наиболее ценились, так как, во-первых, позволяли

вести борьбу с врагом, не вступая с ним в непосредственное боевое сопри-

косновение, во-вторых, причиняли ему максимальный ущерб. Именно хрони-

ческая недостача таких средств больше, чем что бы то ни было другое,

сказывалась на эффективности действий РДФ в течение второго года войны.

Для переброски за линию фронта использовались наземный, воздушный и

водный пути. Наземным путем РДФ скрытно выводили во вражеский тыл войс-

ковые разведчики, используя для этого участки труднопроходимой местнос-

ти, проходы в минных полях и т.д. При отсутствии четко обозначенных по-

зиций (подвижная линия фронта) применялись транспортные средства: танки,

автомобили, мотоциклы (особенно трофейные), лошади. Часто группы остава-

лись после отхода советских войск на заранее подготовленных базах.

Переброска по воздуху осуществлялась на самолетах транспортной и

вспомогательной авиации в ночное время, с последующим десантированием на

парашютах или посадочным способом на партизанских аэродромах. Водный

путь чаще всего использовали РДФ флота. Они применяли с этой целью быст-

роходные военные катера (торпедные, сторожевые), подводные лодки, бывшие

гражданские суда (сейнеры, мотоботы). На больших реках и озерах в ход

шли надувные резиновые лодки, плоты, иногда - легководолазные костюмы,

позволявшие идти по дну.

Тактика действий РДФ на вражеской территории отличалась большим раз-

нообразием. Способы действий разделялись на две основные группы: те, при

которых поставленные задачи решали посредством боевого соприкосновения с

противником (засады, налеты) и те, которые позволяли избегать прямых

столкновений (диверсии). Комбинированным способом были рейды.

Засада представляла собой такой способ действий, при котором РДФ

скрытно располагалось возле вражеских коммуникаций, выжидало подхода

противника, а затем внезапно наносило ему удар. Целью засады чаше всего

являлся захват пленных, документации, образцов вооружения и боевой тех-

ники, предметов материальнотехнического обеспечения, продовольствия.

Налет - это внезапный удар по стационарным либо малоподвижным объек-

там. Осуществлялся в тех же целях, что и засада, плюс освобождение из

плена захваченных врагом партизан, красноармейцев, подпольщиков. Еще од-

ной целью налета нередко являлось отвлечение внимания и людских ресурсов

противника от операций, проводимых в других районах.

Диверсии проводились в основном на коммуникациях (мосты, железные до-

роги). Этому способствовал ряд важных факторов: 1) срыв воинских перево-

зок представлял наиболее эффективную помощь Красной Армии; 2) диверсии

подобного рода требовали минимума людей и средств; 3) огромная протяжен-

ность дорог облегчала выбор мест для проведения диверсий, затрудняла

контрразведывательные мероприятия противника; 4) диверсии на путях сооб-

щения отвлекали значительные силы врага для их охраны; 5) слабая защи-

щенность вражеских войск во время движения в железнодорожных составах

позволяла уничтожать их почти без потерь в своих силах.

Рейдовые действия РДФ сочетали засады, налеты, диверсии и агитацион-

ную работу в ходе передвижения в тылу противника. В рейдах диверсанты

передвигались чаще всего пешком (зимой - на лыжах). В отдельных случаях

удавалось использовать транспортные средства, захваченные у противника

(автомобили, мотоциклы, гужевой транспорт).

Наиболее характерными для первого года войны были рейды небольших

групп, происходившие на ограниченной территории. Например, рейдовая

группа, созданная разведотделом Северо-Западного фронта из студентов и

преподавателей Ленинградского института физкультуры (численность - 22

человека), действовала исключительно в Ленинградской области. К апрелю

1942 года она провела 24 боевых операции, в ходе которых пустила под от-

кос 23 эшелона, вывела из строя 2 самолета, 18 танков, 844 легковых и

143 грузовых автомобиля, захватила 7 пушек, 97 пулеметов, 800 винтовок,

и передала их партизанам. Оккупанты присвоили этой группе кодовое наиме-

нование "Черная смерть" - факт, говорящий сам за себя!

К концу 1942 года против РДФ и партизан в немецком тылу действовали

уже 140 специально выделенных армейских батальонов, что равнозначно при-

мерно 10 дивизиям полного состава.

К весне-лету 1942 года назрела необходимость реорганизации РДФ,

действовавших в тылу врага. Дело в том, что большинство из них быстро

пополнялось за счет патриотически настроенного населения и военнослужа-

щих, оказавшихся в окружении. Некоторые формирования в результате прито-

ка добровольцев увеличили свою численность до нескольких тысяч человек.

Материально-техническое обеспечение столь крупных формирований разведот-

делами фронтов становилось невозможным из-за огромных потребностей. РДФ

обросли хозяйственными подразделениями, обозами, в значительной мере по-

теряли управляемость и маневренность. Места их дислокации все чаще под-

вергались нападениям карателей.

Новым типом организации РДФ стало разведывательно-диверсионное соеди-

нение, состоявшее из нескольких отдельных отрядов. Каждый отряд базиро-

вался в определенном районе, имел свой собственный штаб и соответствую-

щие службы. Но все отряды подчинялись штабу и командиру, находящимся при

одном из них. Это позволило повысить скрытность базирования РДФ, снизить

вероятность уничтожения их одним ударом, улучшить взаимодействие во вре-

мя проведения тех или иных боевых операций.

Был также найден способ более эффективного использования партизанских

отрядов, подчиненных ЦШПД, в интересах военной разведки. Он сводился к

тому, что в отряды, действующие в тех районах, где РУ не имело своих

штатных РДФ, перебрасывались группы, организационно не входившие в сос-

тав отрядов, но использовавшие партизанских связных, разведку, матери-

ально-техническую базу. Партизаны детально знали оперативную обстановку

в зоне действий, имели многочисленных помощников в окрестных населенных

пунктах, располагали довольно значительными запасами боеприпасов и про-

довольствия, что существенно расширяло возможности армейских разведчиков

и диверсантов. В некоторых отрядах удалось даже наладить собственное

производство взрывчатых веществ и средств взрывания.

Существенно улучшилась подготовка квалифицированных кадров разведчи-

ков-диверсантов. Во-первых, на базе Высшей школы генерального штаба РККА

в 1943 г. открылись Центральные курсы, ежемесячно выпускавшие по 500 че-

ловек, прошедших интенсивную подготовку в области разведывательно-дивер-

сионной деятельности. Во-вторых, РУ создало специальную группу для под-

готовки командного звена разведывательно-диверсионных органов. Выпускни-

ки этой спецгруппы направлялись в разведотделы штабов фронтов с целью

квалифицированного руководства диверсионной работой на уровне фронта-ар-

мии. В-третьих, приказом наркомата обороны были учреждены школы по под-

готовке разведчиков-диверсантов в составе каждого из фронтов.

Все перечисленные (и некоторые другие) мероприятия способствовали

дальнейшему повышению эффективности разведывательно-диверсионной работы

РУ, снижению потерь личного состава РДФ.

С выходом Красной Армии на территорию Польши, Румынии, Венгрии, Сло-

вакии, а затем и Германии, способы действий РДФ претерпели существенные

изменения. Раньше их главной целью были диверсии, дезорганизующие воинс-

кие перевозки. Такие диверсии встречали понимание и поддержку среди

местного населения оккупированной части страны. За пределами бывшей го-

сударственной границы на поддержку подобных действий рассчитывать уже не

приходилось. Наоборот, они получили бы отпор. Кроме того, в странах с

более развитой сетью железных и шоссейных дорог, чем в Белоруссии и на

Украине, диверсии на коммуникациях принесли бы значительно меньший эф-

фект. Поэтому здесь на первый план выдвинулись чисто разведывательные

задачи, а также удары по штабам, узлам связи, складам боеприпасов, горю-

чего, вооружения.

На немецкой земле условия, в которых пришлось действовать РДФ, оказа-

лись наиболее сложными. Местное население крайне враждебно относилось к

разведчикам-диверсантам. Населенные пункты (деревни, хутора, фермы, не-

большие городки) располагались недалеко друг от друга, в них была созда-

на четкая система дежурства и патрулирования силами местной полиции и

ополчения, функционировала надежная телефонная связь. Развитая инфраст-

руктура обеспечивала быструю переброску армейских частей из ближайших

гарнизонов. Отсутствие сколько-нибудь крупных лесных массивов лишало

разведчиков укрытия. Партизанское движение, антифашистское подполье

практически отсутствовало, так что ни какую помощь за линией фронта

рассчитывать не приходилось.

Возникли большие трудности с обеспечением РДФ легализационными доку-

ментами, гражданской и военной экипировкой, валютой, с комплектованием

их людьми, свободно владеющими немецким и другими языками, знающими осо-

бенности местных условий, быта, нравов. Указанные недостатки существенно

снижали боеспособность РДФ, демаскировали их перед местными жителями,

ограничивали сроки пребывания в тылу противника. Поэтому снова значи-

тельно возросли потери личного состава. Они стали такими же, какими были

в начальный период войны: один боец на каждые два-три члена РДФ.

На завершающем этапе войны, после завоевания господства в воздухе,

основным способом заброски диверсантов во вражеский тыл стал парашют.

Теоретически, воздушное десантирование позволяло значительно быстрее

доставлять группы в заданные районы, чем по земле пешком; существенно

экономить их силы; избегать неоправданных потерь; обеспечивать необходи-

мыми средствами для более продолжительных действий за линией фронта. Но,

к сожалению, низкий уровень подготовки летного состава вспомогательной

авиации и неправильный выбор районов десантирования вели к тому, что эти

преимущества во многих случаях оставались лишь в документах штабистов.

Например, ДРГ "Стальной" весной 1944 года была выброшена над немецким

аэродромом и расстреляна зенитчиками еще в воздухе; ДРГ "Рул" летом 1944

г. десантировалась над расположением вражеской воинской части и в полном

составе попала в плен; ДРГ "Одессит" осенью 1944 г. была сброшена на

большое озеро и все разведчики утонули.

Тем не менее, хорошо подготовленные разведчики, имевшие опыт действий

на своей территории, успешно решали поставленные перед ними задачи и в

такой обстановке. Например, ДРГ "Джек" (командир - капитан П. Крылатых)

была выброшена на парашютах в июле 1944 г. в Восточной Пруссии для раз-

ведки движения войск по железной дороге Тильзит - Кенигсберг. При десан-

тировании оказался утерянным груз с резервным запасом продовольствия,

боеприпасов, аккумуляторных батарей к радиостанции. Выброс группы не

удалось скрыть, ее преследовало все местное ополчение плюс пехотный

полк. За 4 месяца действий группа выдержала 14 облав. В отдельные дни

разведчикам приходилось до 20 раз с боем прорываться сквозь кольцо окру-

жения. Погибла половина людей, но задача была выполнена полностью. В

Центр ушло около 50 донесений, содержавших ценную информацию. Пройдя во

вражеском тылу более 500 км, в начале декабря группа вышла к своим час-

тям на территории Польши.

Помимо Разведывательного управления генерального штаба РККА, диверси-

онные группы в тыл противника забрасывало 4-е управление НКВД. Главным

учебным центром по подготовке этих групп был ОМСБОН - Отдельный мотост-

релковый батальон особого назначения.

Уже в первые дни войны - 27 июня, была сформирована Особая группа

НКВД СССР для подготовки и заброски в тыл противника разведывательно-ди-

версионных групп из числа оперативных сотрудников и завербованных лиц.

Спустя 4 месяца эту группу увеличили до батальона, в связи с тем, что ее

ряды пополнили бойцы и командиры пограничных и внутренних войск, а также

многочисленные студенты институтов и техникумов физкультуры.

Всего за годы войны на базе ОМСБОН было подготовлено 212 спецотрядов

и групп, общей численностью 7316 человек. Из них погибли и пропали без

вести более 600 человек, причем эти жертвы далеко не всегда были оправ-

даны. Например, в январе 1942 г. командующий 10-й армией генерал-лейте-

нант Ф. Голиков загубил несколько отрядов, предназначенных для заброски

в прифронтовую полосу, направив их на передовые позиции сражаться как

обычных пехотинцев. Генералу даже не пришло в голову, что действия этих

отрядов по другую сторону фронта принесли бы несоизмеримо больше пользы

для его армии.

Надо отметить, что во многих случаях трудно провести грань между теми

партизанскими отрядами, которые возникли на базе армейских ДРГ и теми,

что формировались вокруг групп НКВД. Тем более, что практически в каждом

партизанском отряде, поддерживавшим связь с Центральным штабом парти-

занского движения, обязательно имелся уполномоченный НКВД, отвечавший за

контрразведку.

Как бы там ни было, к лету 1943 г. устойчивую радиосвязь с ЦШПД имели

партизанские отряды общей численностью свыше 120 тысяч человек. Они дей-

ствовали в Белоруссии, на Украине, в Орловской и Брянской областях Рос-

сии, на северо-западе СССР. Это была большая сила. Несмотря на совершен-

но неправильное использование партизанских отрядов в войне (основная

ставка была сделана на так называемую "рельсовую войну" вместо разруше-

ния мостов и крушения поездов), они принесли значительный ущерб немцам в

живой силе и отвлекли на себя значительную часть их армейских соединений

- около 1 миллиона человек.


Советский армейский спецназ


В послевоенные годы, также как и в тридцатые, руководители коммунис-

тической партии и высшее командование вооруженных сил отвергали идею

создания элитных войск спецназначения. Коммунистическая идеология, с ее

ставкой на коллективизм, на подмену профессионализма героизмом, с ее

глубоким недоверием к одиночкам, способным думать своей собственной го-

ловой, не позволяла лидерам государства и армии сделать правильные выво-

ды из опыта второй мировой войны. И все же нашлись люди, посмевшие пойти

наперекор господствующему мнению. Первым среди них надо назвать Виктора

Харченко.

Этот человек в довоенные годы был отличным спортсменом, а также спе-

циалистом в области электротехники и минно-взрывного дела. В годы войны

он возглавлял разведывательно-диверсионное отделение разведуправления

Западного фронта. В 1948 году В. К. Харченко окончил Академию генштаба,

а с 1950 года стал начальником Исследовательского института инженерных

войск. В 1965 году он занял должность командующего инженерными войсками

советских вооруженных сил, в 1972 получил звание маршала инженерных

войск. В 1975 году маршал Харченко погиб во время испытаний нового ору-

жия. Он вошел в историю как "отец спецназа".

Досконально изучив опыт боевой деятельности советских разведыва-

тельно-диверсионных формирований в годы войны, а также информацию об

аналогичных зарубежных подразделениях (особенно по немецкому "Бранден-

бургу" и английским коммандос), Харченко представил в ЦК партии доклад-

ную записку. В ней он обосновывал необходимость создания особых частей,

главной целью которых было бы уничтожение в глубоком тылу противника

стратегически важных объектов, и в первую очередь - средств доставки

ядерного оружия: тяжелых бомбардировщиков и баллистических ракет. Его

предложение натолкнулось на стену непонимания. В 1951 году в Советской

Армии были все-таки созданы роты спецназначения, по одной в каждой из 41

армии. Но эти роты предназначались для разведывательно-диверсионных

действий в ближнем тылу вражеских войск, не далее 50-80 км от линии

фронта. Харченко имел в виду нечто иное: проведение диверсий в сотнях, и

даже в тысячах километров от фронта, например, на аэродромах стратеги-

ческих бомбардировщиков Б-47, расположенных в Великобритании, ФРГ, Тур-

ции, на Окинаве.

Будучи смелым, умным и упорным человеком, Харченко не сдался, когда

получил отрицательную резолюцию на свой проект. Он на собственный страх

и риск сформировал из тщательно подобранных бойцов спецгруппу числен-

ностью несколько десятков человек, и лично руководил ее подготовкой. В

1954 году на Тоцком полигоне состоялись крупные учения, во время которых

был произведен взрыв атомной бомбы. О вредных последствиях радиации тог-

да еще мало что знали, поэтому большинство участников этих маневров

пострадали от мощного излучения. Но, как бы там ни было с радиацией,

группа Харченко на данных учениях наглядно продемонстрировала возмож-

ность уничтожения и ядерных боеприпасов в процессе их подготовки к ис-

пользованию, и тех военачальников, которые принимают решение об атомном

ударе. На последующих учениях его спецгруппа действовала не менее успеш-

но. В итоге с 1957 года отдельные разведывательно-диверсионные роты (по

3 взвода в каждой, плюс группы радиосвязи, управления и технического

снабжения) стали формировать в составе дивизий (мотострелковых, танко-

вых, воздушно-десантных) для решения тактических задач.

А на уровне армий и округов, развернутых по наиболее важным оператив-

ным направлениям, начали создавать батальоны спецназначения (3 роты плюс

снайперский взвод, всего 360 бойцов). С 1962 года кроме них появились

еще и 8 бригад спецназначения, численностью до 1800 человек каждая. Мес-

тами их дислокации были Фюрстенберг (ГДР), Чучково (Московский военный

округ), Печора (Ленинградский), Хмельницкий (Прикарпатский), Марьина

Горка (Белорусский), Чита (Забайкальский), Уссурийск (Дальневосточный) и

один из военных городков Туркестанского округа. Все эти батальоны и бри-

гады напрямую подчинялись Главному разведывательному управлению (ГРУ)

Генштаба. Они должны были в случае начала войны (или в период, непос-

редственно предшествующий ей) наносить удары по вражеским объектам стра-

тегического, а не тактического значения. И в первую очередь - по носите-

лям ядерного оружия; по местам его складирования; по центрам управления

стратегическими силами противника. Во вторую очередь их целями могли

быть другие важные объекты: крупные мосты, тоннели, склады боеприпасов и

горючего, штабы, узлы связи и т.д., расположенные в глубоком тылу про-

тивника (более 100 км от линии фронта).

Таким образом, необходимо различать два типа подразделений спецназна-

чения в Советской Армии. Первый - это, по сути дела, обычные войсковые

разведчики-диверсанты, главный акцент в действиях которых делался именно

на разведку. Второй тип - подразделения в духе "коммандос", с основным

упором на диверсии, рейды и развертывание партизанского движения. Понят-

но, что в рамках обсуждаемой в этой книге тематики нас больше интересует

второй тип спецназа.

До середины 60-х годов на Западе ходили слухи о советских частях

спецназначения, но информация была скупая и противоречивая. Все стало

ясно 20 августа 1968 г., когда спецназ провел свою первую крупную опера-

цию - вторжение войск стран Варшавского договора в Чехословакию, рефор-

маторское правительство которой Москва посчитала ненадежным. В 23.00 со-

ветский транспортный самолет, сообщив о неисправности двигателя, совер-

шил вынужденную посадку на аэродроме в Праге. Подразделения спецназа

выпрыгнули из самолета еще до его полной остановки и бегом направились к

контрольной вышке. Растерянные чехи не оказали сопротивления. Захват аэ-

родрома обеспечил переброску Витебской воздушно-десантной дивизии в сто-

лицу на самолетах типа "Антонов".

Тем временем в Праге другие части спецназа, проникшие в Чехословакию

за несколько дней до этого, заняли радио и телевизионные центры, теле-

фонные узлы и редакции главных газет, а в 4.00 вошли в здание Цент-

рального комитета, где происходило заседание кабинета Александра Дубче-

ка. И здесь не было оказано сопротивления. "Взяв штурмом" правительство,

спецназовцы в течение пяти часов держали под прицелом министров суверен-

ного государства, а затем увезли их в Москву. Вечером 21 августа Чехос-

ловакия вновь была в советском лагере.

В отличие от действий в Венгрии, когда погибли 25 тысяч венгров и 7

тысяч советских солдат, захват Чехословакии прошел практически без кро-

вопролития. Наблюдая из своего убежища в Испании за происходящим, Отто

Скорцени назвал операцию спецназа в Праге "блестящей". Трудно сказать,

был ли обрадован этой оценкой старого диверсанта Виктор Харченко. Все же

они сражались в прошлом по разные стороны фронта, хотя в чисто идеологи-

ческом отношении различия между коммунистами и фашистами ничтожны.

В последующие годы после вторжения в Чехословакию Советский Союз по-

сылал группы спецназа (армии, флота и внешней разведки КГБ) в 19 стран

Африки, Азии и Латинской Америки. В основном, они выполняли там роль

инструкторов и советников, но периодически вступали и в боевое соприкос-

новение с западными коммандос. Один из таких "контактов" имел место во

время рейда американцев на Шон Тэй в 1970 году. Установлено, что среди

погибших там вьетнамцев были советские инструкторы. Еще один инцидент

произошел 4 мая 1978 года в Анголе. Парашютная бригада армии ЮАР совер-

шила тогда нападение на большой лагерь партизан СВАПО под условным наз-

ванием "Москва" и уничтожила там, помимо африканцев, несколько десятков

кубинских и советских военнослужащих.

Годом позже родезийский САС выявил в столице Замбии Лусаке группу со-

ветников из КГБ и ГРУ, но по дипломатическим соображениям ему запретили

ликвидировать их. В августе 1981 года южноафриканская разведрота, соз-

данная из расформированных родезийских "Селус скауте" и САС (Родезия к

тому времени стала уже независимым государством Зимбабве, с прави-

тельством черного большинства) взяла в плен сержанта советского спецназа

и еще нескольких бойцов убила во время рейда на территорию Анголы. Впро-

чем, в 1996 году в российских газетах прошла официальная информация о

том, что в Анголе за годы гражданской войны погибли три тысячи советских

военнослужащих (!). Остается только догадываться, сколько среди них было

офицеров, прапорщиков и солдат из батальонов и бригад армейского спецна-

за.

В середине 80-х годов американцы сообщали, что их инструкторы, нахо-

дившиеся в отрядах так называемых "контрас" в Никарагуа участвовали в

боевых столкновениях с частями сандинистов, среди которых были советские

инструкторы. Во всяком случае, когда в джунглях Центральной Америки

вдруг слышишь по рации, как с той стороны кто-то руководит боем, пересы-

пая свои указания отборным матом, сомнений в национальности "советника"

не возникает. А "зеленые береты" почти все знают русский язык.

Надо сказать, что о большинстве операций спецназа ГРУ на Западе либо

вообще ничего не знают, либо имеют крайне смутное представление. Вот до-

вольно типичный пример одной из таких операций:

В мае 1968 года советская спецгруппа в количестве 9 человек совершила

налет на секретный лагерь американских вертолетов "Флайинг Джо" (Летаю-

щий Джо), находившийся на территории Камбоджи, в 30 км от границы с ДРВ.

Этот лагерь предназначался для заброски американских разведывательно-ди-

версионных групп в Северный Вьетнам, а также для полетов туда с целью

спасения пилотов сбитых самолетов. На его летном поле под маскировочными

сетями постоянно находились 2 легких вертолета связи, 8-10 тяжелых

транспортных машин и 4 машины огневой поддержки "Супер Кобра".

Смысл операции составляли именно эти последние, оснащенные новейшими

по тем временам управляемыми реактивными снарядами, а главное - система-

ми их наведения на цель. В результате налета, занявшего не более 25 ми-

нут, одна "Супер Кобра" была угнана в ДРВ, все остальные вертолеты либо

уничтожены, либо серьезно повреждены. Американцы потеряли убитыми и ра-

неными не менее 15 человек, собственные потери нападающих составили три

человека убитыми.

Еще один пример: после провала арабского нападения на Израиль в ок-

тябре 1973 года ГРУ разработало план операции по уничтожению израильско-

го ядерного центра в пустыне Негев (известного по названию ближайшего

поселка как Димона). Были сформированы несколько групп, прошедших курс

подготовки в пустыне Каракум (Туркмения) и отработавших на макетах в на-

туральную величину все детали этой операции. С технической и тактической

сторон операция, скорее всего, прошла бы удачно. Но команда на ее осу-

ществление не последовала, потому, что стало ясно: радиоактивному зара-

жению подвергнется не только Израиль (это абсолютно не волновало советс-

кое командование), не только территория соседних арабских стран (что

можно было списать на израильтян), но также значительная часть СССР и

стран Восточной Европы.

Другой пример: существовала секретная группа, занимавшаяся установкой

специальных датчиков в тех местах, где страны, не подписавшие Договор о

нераспространении ядерного оружия, проводили (либо могли проводить) тай-

ные испытания. Для этого члены данной группы периодически забрасывались

в Китай, Пакистан и ЮАР.


Спецназовский переворот в Кабуле


Мечты России о выходе к Персидскому заливу и к Индийскому океану

длятся еще с времен империи. Недаром сегодня Владимир Жириновский под-

черкивает значение южного направления для русских националистов. Именно

стремление обеспечить СССР доступ к южным морям является подлинной при-

чиной афганской авантюры Кремля, а не смехотворные заявления об угрозе

создания в этой стране американских военных баз.

Переворот в Кабуле готовился заблаговременно. 18 ноября 1979 г. туда

прибыл так называемый "мусульманский" батальон численностью 700 человек.

Его сформировали несколькими месяцами ранее из бойцов частей спецназна-

чения, имевших азиатское происхождение либо просто похожих на азиатов.

Солдаты и офицеры батальона носили афганскую военную форму. Официально

их целью являлась охрана афганского диктатора Хафизуллы Амина, чья рези-

денция находилась во дворце Тадж-Бек в юго-западной части Кабула. Амин,

на жизнь которого было совершено уже несколько покушений, опасался лишь

своих соплеменников. Поэтому советские солдаты казались ему самой надеж-

ной опорой. Их разместили неподалеку от дворца. Но в первые числа декаб-

ря 1979 г. командование батальона получило секретный приказ из Москвы:

готовиться к захвату важнейших правительственных учреждений в Кабуле и к

подавлению возможного сопротивления перевороту со стороны афганской ар-

мии и полиции.

Сценарий переворота выглядел следующим образом: в день "X" бойцы му-

сульманского батальона, пользуясь тем, что внешне они неотличимы от аф-

ганских военных захватывают генеральный штаб, министерство внутренних

дел, тюрьму Пули-Чархи (где содержались тысячи противников Амина), ради-

останцию и телефонные узлы, некоторые другие объекты. В это же время

штурмовая группа в количества 50 человек, укомплектованная офицерами

спецназа внешней разведки КГБ (группы "Гром" и "Зенит"), врывается во

дворец Дмина и ликвидирует его. В это же время (или даже чуть раньше) на

аэродроме Баграм, являющемся главной базой афганских ВВС, высаживаются

две дивизии ВДВ (103-я и 104-я), которые полностью берут под контроль

базу и посылают несколько батальонов в Кабул на помощь мусульманскому

батальону. Одновременно танки и БТР советской армии начинают вторжение в

Афганистан через государственную границу. В общем, именно так все и про-

изошло.

Переворот начался 27 декабря 1979 года, в 19.30 по местному времени.

Мусульманский батальон был поднят по тревоге и приступил к выполнению

поставленных ему задач. Вместе с бойцами батальона действовали заранее

прибывшие в Кабул офицеры КГБ. Они же сопровождали боевые машины десанта

(БМД) советских парашютистов, указывая им дорогу в незнакомом городе.

Самолеты с бойцами Витебской и Псковской дивизий ВДВ один за другим са-

дятся на аэродроме Баграм. По сходням съезжают БМД и автомашины, набитые

солдатами и на полной скорости уносятся в разных направлениях. Ошелом-

ленная охрана авиабазы, захваченная врасплох, не оказывает никакого соп-

ротивления. В городе дело обстоит иначе: почти везде афганцы сопротивля-

ются, гремят выстрелы, падают убитые и раненые. Но это длится недолго. К

24.00 взято здание Генштаба, схвачен его начальник, генерал Мохаммад

Якуб. Афганец, сопровождающий советских десантников, зачитывает ему

смертный приговор и убивает на месте. Примерно так же развертываются со-

бытия и в других правительственных учреждениях: короткий штурм, арест

ставленников Амина, расстрел некоторых из них, доставка в тюрьму Пу-

ли-Чархи остальных. А из самой тюрьмы тем временем тянутся вереницы ос-

вобожденных противников режима свергнутого диктатора.

Наиболее упорное сопротивление оказали гвардейцы личной гвардии Ами-

на, охранявшие его дворец Тадж-Бек. По сути дела, штурм этого дворца яв-

лялся чистейшей авантюрой. В самом деле, трехэтажный дворец был построен

из столь массивных каменных блоков, что, например, 23-мм снаряды автома-

тических пушек отскакивали от них, словно горох. Для стрелкового оружия

дворец был тем более неуязвим. Он стоял на господствующей высоте, дорога

к нему поднималась серпантином и почти полностью простреливалась сверху.

Во дворце постоянно находились 200 гвардейцев, имевших на вооружении ав-

томаты, пулеметы и ручные гранаты. Слева и справа от дворца на удалении

не более одного километра, размещались позиции двух батальонов охраны.

Спереди дворца стояли 3 закопанных в землю танка и еще по 4 танка стояли

в расположении батальонов охраны. И всей этой силе противопоставили 6

боевых машин пехоты и 4 бронетранспортера. Они должны были на полной

скорости подъехать к входным воротам, взорвать их, ворваться внутрь дво-

ра, высадить десант для штурма здания. В то же время подразделения му-

сульманского батальона должны были связать боем охранные батальоны и

заблокировать путь для отступления из дворца по дороге, ведущей с его

тыльной стороны в близлежащие горы.

Но, как это ни удивительно, авантюра увенчалась успехом. В 19.15

(т.е. на 15 раньше, чем начались события в городе) первые 2 БМП подъеха-

ли к входным воротам. Высадившиеся из них четверо спецназовцев взорвали

вход и немедленно попали под огонь гвардейцев. Тут же трое получили ра-

нения, один был убит. Из двух следующих БМП высадились еще 5 человек.

Они, вместе с ранеными из первой группы, ворвались во дворец. Третья

волна вторжения состояла из четырех бронетранспортеров, доставивших ос-

новную часть штурмовой группы (2 БМП так и остались вне дворца). Члены

группы рвались вперед, очищая от гвардейцев комнату за комнатой, не об-

ращая внимания на ранения. Наконец нашли Амина. Пуля в затылок, и дикта-

тор навсегда покинул этот лучший из миров.

Тут к дворцу подоспели десантники-парашютисты. Не разобравшись пона-

чалу что к чему, они открыли огонь по своим. Впрочем, единственное внеш-

нее отличие спецназовцев от афганских гвардейцев состояло в белых нару-

кавных повязках, успевших потемнеть от копоти и пыли. Четверо человек

погибли при штурме, троих убили свои. Наконец, с помощью радиостанции и

матерных выражений разобрались. Огонь прекратился. Весь штурм дворца за-

нял ровно 40 минут, как это и предусматривалось планом. В городе советс-

кий спецназ и десантники потеряли 12 человек убитыми и 28 ранеными. Нич-

тожные потери для столь крупной десантноштурмовой операции, особенно ес-

ли учесть, что примерно половина потерь приходится на огонь по своим

из-за неразберихи.

Анализ штурма дворца показывает, что успех операции, казавшейся самим

ее участникам невыполнимой (они приготовились геройски погибнуть, выпол-

няя идиотский приказ командования) обеспечило неудовлетворительное несе-

ние службы охраной дворца. Организованная оборона по сути отсутствовала,

имелись лишь отдельные очаги сопротивления. В ином случае не смогли бы 7

человек один за другим по узкой лестнице подняться под огнем (!) с пер-

вого этажа дворца на второй. И не удалось бы двоим раненым гэбистам вор-

ваться в комнату связи (непонятно, где в это время находилась охрана,

видимо, ее просто не было) и взорвать аппаратуру ручными гранатами. Нис-

колько не умаляя храбрости тех, кто штурмовал дворец, надо признать, что

им сказочно повезло: охрана Амина была атакована врасплох, отчасти рас-

терялась, отчасти струсила, отчасти не умела грамотно действовать. Види-

мо сказалось и то, что гвардейцы никогда не проводили учений по отраже-

нию такого варианта атаки, который реально имел место.

Да и сама система охраны была организована по-советски. Ведь афганс-

кую армию учили советские инструкторы. Это значит, что на посту находит-

ся не более 1/3 гарнизона, т.е. человек 65-70, если не меньше. Остальные

частью отдыхают, частью находятся в увольнении в городе, во всяком слу-

чае, оружия при себе не имеют и морально не готовы к мгновенным действи-

ям. Внезапно слышатся взрывы и выстрелы где-то в районе входа. Что дела-

ет дежурный офицер, воспитанный в советских традициях? Прежде всего, он

боится взять ответственность на себя. Сначала он стремится выяснить, что

происходит. Потом пытается доложить своему начальнику. И только получив

его приказ, дает команду всем вооружиться и начать боевые действия. Даже

при самом скором темпе все перечисленные действия занимают несколько ми-

нут. Тогда как при штурме счет идет на секунды!

И еще: гвардейцы охраны Амина находились на постах без касок, без

бронежилетов, без пулеметов и гранатометов (это оружие в ружкомнате, за

дверьми, закрытыми на замок!), имея при себе всего лишь автоматы и по 2

рожка с патронами, т.е. 60 патронов на человека. Что они могли сделать с

бронетехникой? А тут по ним ведут огонь пулеметы из БМП и БТР, рвутся

гранаты, по стенам дворца молотят счетверенные артиллерийские установки

"Шилка". И хотя пробить стены они не могут, все же разрывы снарядов

как-то не стимулируют высовываться в окна, чтобы обстреливать штурмующих

сверху. Да и окон-то этих немного, ровно по 15 на каждом этаже, следова-

тельно, более 30 человек стрелять через них не могут (казарма гвардейцев

находилась на третьем этаже; второй этаж занимал Амин с семьей, и туда

гвардейцев не пускали; на первом этаже находились помещения канцелярии).

Но даже в таких условиях через 2 минуты штурма половина атакующих была

выведена из строя ранениями. Так что если бы защитники дворца действова-

ли должным образом, все бойцы "Грома" и "Зенита" полегли бы под его сте-

нами, не сумев ворваться даже на первый этаж, не говоря уже о третьем.

Израненных и уцелевших спецназовцев КГБ отправили в Москву буквально

через пару дней после штурма. А 7 января 1980 года Кабул покинул и му-

сульманский батальон. Всех участников операции - живых и мертвых - наг-

радили орденом Красной Звезды. К власти в Афганистане пришел ставленник

Москвы Бабрак Кармаль. Московским стратегам казалось, что дорога на Юг

приоткрылась. Они даже в кошмарном сне не могли предвидеть то, что их

ждет: на борьбу с чужеземцами поднимутся 20 миллионов горцев. Нищих,

грязных, невежественных, но гордых, свободолюбивых, воинственных, фана-

тично верующих в догматы ислама. Афганцы дважды разбили англичан, пытав-

шихся их покорить. Теперь им предстояло сделать то же самое с русскими.


Афганская ловушка, 1979-89 гг.


Война в Афганистане для СССР оказалась тем же, чем для американцев

Вьетнам. Эту войну нельзя было выиграть, хоть они ее и не проиграли. Це-

ной вмешательства стало моральное разложение армии, унижение страны, яз-

вительные комментарии мирового и собственного общественного мнения. Са-

мая мощная военная держава мира не справилась с бесстрашными жителями

афганских гор. Солдаты спецназа постоянно участвовали в боях.

Уже с осени 1980 г. афганская кампания напоминала закат алжирской

войны - тяжело вооруженные конвои патрулировали главные дороги от расс-

вета до темноты. Ночью по всей стране, за исключением крупных городов,

безраздельно властвовали моджахеды. Год за годом механизированные колон-

ны после истребительных атак авиации к внезапных рейдов боевых вертоле-

тов пытались покорить дикие массивы Гиндукуша и победить афганских бой-

цов. И снова сходство - советским вариантом вьетнамских джунглей стали

глубокие, скалистые долины Пандшар и Алингар.

Войну в Афганистане иногда называют войной упущенных возможностей.

Разумеется, она в любом случае была бесперспективна в плане какой-то

триумфальной победы. Однако ситуацию там вполне можно было держать под

контролем Москвы и практически без потерь. Разведгруппам спецназначения

не составило бы особого труда "сесть" на караванные тропы, выявить базы

непримиримой оппозиции, взять под свое наблюдение обширные территории.

Оставаясь невидимыми, разведчики могли бы "засветить" любую цель, будь

то отдельный отряд, караван с оружием, верблюд с наркотиками в мешках. А

дальше бы наступал черед новейшей военной техники: управляемые бомбы,

сброшенные из-под невидимых с земли космических высот, крылатые ракеты

высокой точности, самонаводящиеся снаряды сами бы находили кого надо или

что надо.

Никаких сокрушительных бомбоштурмовых ударов, никаких атак в полный

рост, никакой лишней крови с той и другой стороны. Конкретный снаряд по-

ражал бы конкретного осла на конкретной тропе, а ракета огромной разру-

шительной силы не просто бы падала в ущелье, а точно влетала в пещеру,

где, к примеру, таился склад с оружием или наркотиками. И один Аллах бы

ведал, откуда пришло возмездие. Но этого не случилось. Спецназ так и не

получил приказа реализовать на практике все свои уникальные возможности,

а советское оружие высокой точности так и осталось пылиться в арсеналах.

Первые годы бойцы спецназа осуществляли охраны трубопроводов, сопро-

вождали колонны с различным грузом, охраняли штабы и даже ходили в атаку

на вражеские позиции, чего они не должны были делать в принципе... Одна-

ко примерно с середины афганской эпопеи подразделения спецназа удалось

несколько обособить, хотя бы частично направить их деятельность в разве-

дывательно-диверсионное русло, и результаты не замедлили сказаться.

Спецназовцы, действуя небольшими формированиями, стали давать результа-

ты, сравнимые с теми, что приносили дивизии, проводя дорогостоящие кро-

вопролитные операции с участием авиации артиллерии, бронетехники. Быстро

выяснилось, что моджахеды, против которых оказались бессильны регулярные

части СА и правительственные войска Кабула, сами бессильны против спец-

наза. С мобильными полевыми подразделениями моджахедов сошлись в поедин-

ке столь же мобильные и неуловимые спецгруппы.

Батальон спецназа обычно выделяли в помощь гарнизонам, дислоцирован-

ным в тех или иных провинциях. Поэтому они получили соответствующие нео-

фициальные названия: асабадский, гератский, джалалабадский, кандагарский

и т.д. Вообще, когда в 1979 году 40-я армия входила в Афганистан, в ее

составе имелась только одна рота спецназа! В 1985 году в ней были уже 4

батальона спецназа, составлявшие 2 бригады. А к концу войны - 12 ба-

тальонов, объединенные в 6 бригад!

Однако не сразу спецназ, несмотря на свою профессиональную выучку,

стал той грозной силой, которой опасались афганские партизаны. Прибывшие

из казарм в европейской части СССР коммандос не знали секретов антипар-

тизанской войны и не были готовы к сражениям в тяжелых условиях Афганис-

тана. Примером может служить трагедия асабадского батальона. Обученные в

белорусских лесах атаковать ракетные базы и командные пункты НАТО, они

не видели в моджахедах опасного противника. Когда под Мараваром после

атаки коммандос партизаны стали быстро отходить в ущелье, спецназ дал

себя надуть. Разгоряченные погоней спецназовцы оказались запертыми в

ущелье превосходящими и хорошо размещенными афганскими силами. Из при-

мерно 30 солдат, оборонявшихся до конца, спаслись только двое. Победите-

ли надругались над трупами, добили раненых. Лишь на следующее утро до

советских постов добрались раненый сержант и еще один солдат. Со време-

нем спецназ, как и другие подразделения, приобрел опыт, оплаченный

кровью. Спецназовцы поняли тактику партизан, научились избегать их засад

и успешно с ними сражаться, используя иные, еще более изобретательные

приемы.

Перед спецназом с середины 80-х годов стояли следующие задачи:

- обнаружение путей переброски оружия и снаряжения для партизан с

территорий Пакистана, Ирана и Китая, уничтожение караванов;

- поиск и уничтожение складов оружия, боеприпасов и продовольствия

противника в горах и кишлаках;

- организация засад против колонн врага и преследование его подразде-

лений;

- разведка, передача командованию информации о партизанских группи-

ровках, их перемещениях; захват пленных, например, партизанских связных

и их допросы;

- ликвидация руководителей партизан и их инструкторов (пример - охота

на Джима Шорта);

- перехват самого опасного оружия - ракет типа "Стингер";

- уничтожение очагов сопротивления, особенно в пограничных районах.

Частые засады против караванов со снабжением для партизан стали пово-

дом называть спецназовцев "охотниками за караванами". В конце ноября

1989 г. состоялась типичная операция такого рода. Джалалабадский ба-

тальон спецназа вместе с небольшой группой пуштунов из племени моманд

заняли позиции вдоль сухого русла реки недалеко от границы с Пакистаном.

Ожидание длилось двое суток. Все это время при ночных холодах нельзя бы-

ло зажигать костры или двигаться в дневную жару. В результате разведчики

дали сигнал о приближении колонны партизан. Их передовые патрули пропус-

тили и открыли огонь только тогда, когда в русле оказался весь караван:

сотни вьючных животных, нагруженных ракетными снарядами, коробками с

боеприпасами и т.д. Среди мертвых верблюдов и ослов впоследствии насчи-

тали свыше 220 убитых моджахедов. Спецназ потерь не понес.

Не все операции были столь простыми. Приходилось прибегать к внезап-

ным нестандартным действиям. На территории, контролируемые противником,

солдаты проникали, выдавая себя за гражданских лиц - торговцев в тради-

ционной афганской одежде с бородами и крашеными волосами. Поскольку со-

ветские базы и близлежащие дороги постоянно находились под наблюдением,

коммандос не могли незаметно выехать на операцию. Поэтому вопреки дирек-

тивам начальства спецназ не отдавал захваченные "Тойоты" и "Симурги".

Скрытые внутри "ЗИЛов" и "Кразов", эти машины покидали базы в виде обыч-

ного хозяйственного конвоя. Затем в подходящем месте машины выезжали на

дороги, приобретали признаки "партизанского каравана" и двигались в нуж-

ный район.

Спецназ атаковал и с воздуха. Четыре вертолета - два Ми-8 с штурмовы-

ми группами и два Ми-24 в качестве поддержки вылетали по 2-3 раза в сут-

ки. Иногда они на 15-20 км углублялись внутрь Пакистана, а затем возвра-

щались в Афганистан. Несколько минут пограничных нарушений оставались

незамеченными пакистанцами. А за это время вертолеты атаковали отдыхаю-

щих от боев афганских партизан. В ходе одной из таких операций канда-

гарский спецназ захватил ракетный комплекс "Стингер", крайне опасный для

вертолетов и мало известный тогда советским специалистам. Впоследствии

вертолеты и коммандос совершали рискованные рейды, чтобы спровоцировать

операторов "Стингеров" и ликвидировать их.

Часто применялся способ "ловли на приманку". Примером может служить

операция асабадского батальона спецназа, проведенная в 25 км от Асабада

на высоте 1915 м над уровнем моря (провинция Кунар). Ночью рота комман-

дос скрытно заняла позиции на горе, возвышающейся над несколькими кишла-

ками, в которых находились сильные группировки партизан. Атака на них

привела бы к большим потерям. Вместо этого коммандос укрепились на вер-

шине, приготовили противопехотные и управляемые мины и разместили круп-

нокалиберные пулеметы. За день до этого вертолет высадил там девять че-

ловек. Их, конечно, заметили партизаны, которые двинулись в горы, чтобы

уничтожить "малочисленный" пост. Сначала они попали на минные поля, а

затем под массированный огонь целой роты. Дело завершили вертолеты, и на

афганской стороне осталось очень немного партизан, способных к новым бо-

ям.

Действия спецназа были успешными почти всегда. Моджахеды боялись его

больше, чем более мощных, но малоподвижных подразделений с тяжелым воо-

ружением, больше, чем вертолетов и самолетов. Это подтверждается суммами

вознаграждений, предлагавшихся партизанским командиром Хекматияром за

головы офицеров из отрядов спецназначения: за капитана С. Бреславского -

1 млн. афгани, за майора В. Быкова - 2 млн. (однако оба после многих

операций, проведенных с их участием, вернулись живыми в СССР).


Продолжение