# Война в Бендерах глазами очевидца. Глава 4

Иван Исаевич Крапива

ГЛАВА 4. ВТОРЫЕ СУТКИ ВОЙНЫ В ГОРОДЕ БЕНДЕРЫ ИЛИ КОНСТИТУЦИОННЫЙ ПОРЯДОК ПО-РУМЫНСКИ


Из-за тучи выглянула полная Луна и осветила солдатские кровати, тумбочки стоящие на асфальте перед казармой. Стены казармы засветились белым матовым цветом. Дыра в крыше, где пожарные сняли листы шифера, зияла чернотой. Зарева пожарищ в разгромленном городе постепенно угасали. В воздухе пахло гарью. Стрельба почти затихала. Только изредка где-то вдалеке, то там, то там были слышны короткие очереди. Пули уже перестали свистеть над головой. Израненный город засыпал. Была ночь. Первая военная ночь, в оккупированном интервентами городе. Но затишье было лишь временным перерывом.

Капитан Иванов, отдал приказ командирам подразделений занести эвакуированное имущества по возможности обратно в казарму и провести проверку личного состава по подразделениям под руководством командиров, после чего доложить о наличии личного состава по телефону. Поставил задачу командирам подразделений по рассредоточению личного состава по укрытиям при возобновлении артиллерийского обстрела.

Иванов, пропахший гарью от пожара, с вымазанными в сажу руками и рубашкой побрёл в сторону штаба. Ноги гудели от усталости. Нужно было ещё проверять несение службы караулом, обойти городок и проверить внутренний наряд, посты усиления и уточнить обстановку вокруг части.

По пути в штаб, капитан вдруг вспомнил, - ведь я совсем закрутился и забыл позвонить и узнать про семью. В сердце опять защемило. Как они там под обстрелом? Успели ли уйти? Живы ли?

Отогнав прочь дурные мысли, капитан, протянул руку и нажал на кнопку звонка на двери штаба. Перед самодельным глазком в двери замелькало. Лязгнул запор и помощник открыл дверь штаба.

"Телефонистка" всё также сидела за коммутатором.

Капитан спросил, - Связь с "Выкройкой" не появилась?

Связи нет,-ответила "телефонистка".

-Домой звонила?

-Да. Всё пока нормально,- ответила "телефонистка".

-Муж дома, выйти из Липкан не может, там всё до сих пор перекрыто. Стоят миномёты.

-Пусть остаётся пока дома и на связи,- сказал капитан.

-Разреши я позвоню по городу, сказал он телефонистке.

-Она, встала и освободила стул за коммутатором.

-Капитан набрал номер, коротко переговорил по телефону и положил трубку на коммутатор.

-Мои тоже успели выйти из-под обстрела, тихо сказал он.

-Я в караул, затем проверю суточный наряд и все посты, - сказал капитан.

Капитан как всегда по привычке посмотрел на часы, было 01.15.

Он встал и вышел из штаба. За спиной, лязгнул запор закрытой за ним двери. На улице было тихо. Капитан повернул налево и пошёл по от мостке, вдоль штаба. Стена штаба закончилась. Капитан свернул налево за угол, показался котельцовый забор в конце на углу переходящий на бетонные плиты с прорезями в верху и туалет. Капитан тихо пошёл вдоль к углу забора. Подойдя к бетонной плите в углу забора, он через прорези в плитах начал осматривать территорию вблизи городка на улицах Суворова и Тираспольской.

Будка поста ГАИ была наклонена и перекошена в строну, все стёкла были выбиты.

Правее и ближе к клумбе с розами, стояла молдавская 100-мм противотанковыми пушка МТ-12 "Рапира", развёрнутая стволом в сторону села Парканы. Рядом с пушкой на асфальте стояли ящики со снарядами. Вокруг пушки нарезали круги четверо вояк артиллеристов лет по 18-19 с автоматами на плечах. Да их тоже было понятно они сами оказались фактически в окружении. Спереди река Днестр, а за ней приднестровцы, за спиной одна российская часть, слева другая, справа ненароком гвардейцы с казаками нагрянут. Тут уж не то, что не кимарнёшь, так и на ящик не присядешь... Вот так молдавские вояки и нарезали круги всю ночь по асфальту в оккупированном ими же городе вокруг "Рапиры".

Правее на газоне около жилого дома номер 3 на перекрёстке дорог улица Тираспольская улица Суворова стояла зенитная установка ЗУ-23м. Возле неё тоже маячили пару вояк.

Ближе к Днестру по улице Котовского напротив лодочной станцией стояла колонна из одиннадцати МЛТБ. Людей возле них не было. Такая обстановка предстала перед глазами капитана. Иванов развернулся и тихо пошёл обратно вдоль забора мимо штаба в караульное помещение. Нужно было проверять караул и убедиться, что там всё в порядке.

Комбат Ерёмкин, впервые дни войны как бы ушёл в себя, был невиден и не слышен. Появлялся тихо, и молча, также незаметно исчезал. Твёрдой руки командира не ощущалось.

Чаша же терпения офицеров и прапорщиков батальона наполнилась до предела. Город горел, задыхался в дыму, был заполнен телами убитых и истекающих кровью. Семьи офицеров и правщиков батальона остались в оккупированном и горящем городе. На лицо же было, отсутствие управления батальоном в сложной боевой обстановке, нерешительность и бездействие комбата Ерёмкина.

Наряду с этим солдаты и сержанты срочной службы, с началом боевых действий в городе, мгновенно поменялись. Они сплотились вокруг младших командиров в единый неделимый механизм, не в зависимости от срока службы. Каждый начал понимать, что него зависит жизнь других, а от них его жизнь. Так и заработал в батальоне принцип мушкетёров:"Один за всех и все за одного".

Капитан Иванов нажал на кнопку звонка, открылась дверь караульного помещения. В тамбур вышел начальник караула и открыл вторую выходную дверь.

Иванов вместе с начальником караула, вошёл в караульное помещение. Караул нес службу в обычном режиме. Там же в караульном помещении находилась группа усиления из числа офицеров и прапорщиков готовая в любой момент убытию на посты и отражения нападения.

-Товарищ капитан, вам чая принести, спросил помощник начальника караула.

Капитан Иванов вдруг вспомнил, что у него во рту кроме горечи от второй пачки сигарет ещё ничего не было.

-Да, принеси, пожалуйста,- сказал капитан.

Иванов дал команду начальнику караула подготовить для убытия на посты, помощника и одного караульного.

Допив чай, он вышел из караульного помещения вслед за начальником караула. Оружие зарядили заранее внутри караульного помещения у стены, чтобы не лязгать затворами.

С крыши навеса, для сменившегося караула, тихо спрыгнул караульный.

-Товарищ капитан, там пушка стоит напротив вышки третьего поста, -сказал он.

-Хорошо, посмотрим поближе с третьего поста, - ответил капитан.

Иванов пошел вслед за помощником и караульным, по ближней к столовой дороге на 3? пост.

У казармы возле оставшейся на асфальте части кроватей встретили капитана Ирмашова. Он стоял под кроной деревьев укрывшись от лунного света и тихо разговаривал с прапорщиком Ревенко.

-Всё нормально,- негромко спросил Ирмашова капитан Иванов.

-Да, пока тихо.

Безоружные солдаты обоих батальонов укрылись обратно на ночь в уцелевшей от пожара казарме.

Капитан Иванов вместе помощником и караульным вошли на территорию поста номер 3.

Под охраной поста состояли:

-открытая стоянка с техникой, где находился комплекс средств засечки ядерных взрывов на базе МТЛБ, 785-го отдельного батальона разведки и засечки ядерных взрывов. До 1989 года в этом парке находилась техника 905-го одшб (в/ч 92617)подполковника Ю.Костенко;

-вещевой склад текущего довольствия батальона химической защиты;

-кладовая средств связи батальона химической защиты;

-склад военно-технического имущества батальона химической защиты;

-ПТОР 785-го отдельного батальона разведки и засечки ядерных взрывов;

-в одном здании с торца со строены реки Днестр вещевой склад НЗ батальона химической защиты;

-с другого торца и со стороны крепости пустые склады РАВ батальона химической защиты.

От стены ПТОР отделился и присел силуэт часового.

-Стой, кто идёт?- прозвучала команда часового.

-Помощник начальника караула,- негромко ответил сержант и не дожидаясь следующей команды часового, быстро осветил себе лицо.

После очередной команды часового один продолжил движение в его сторону.

Часовой, узнав в лицо помощника, встал и начал движение на встречу.

Капитан Иванов уточнил у часового поста номер 2 обстановку на посту и вблизи поста, ещё раз проинструктировал обоих часовых поста об особенностях несения службы на посту. На ночь пост был усилен вторым часовым.

В минутной готовности находилась и резервная группа караула усиленная офицерами и прапорщиками.

Капитан Иванов уже один тихо пошёл по посту к бетонному забору за ПТОР оставив позади себя в готовности группу прикрытия.

Подойдя бесшумно к забору, он припав глазами к прорезям в заборе.

За асфальтной дорогой на газоне правее ближнего автомобильного моста на газоне стояла вторая молдавская 100-мм противотанковыми пушка МТ-12 "Рапира", развёрнутая стволом в сторону моста через реку Днестр. Рядом с пушкой стояли ящики со снарядами. Вокруг пушки также нарезали круги четверо вояк артиллеристов лет по 18-19 с автоматами на плечах.

Капитан тихо вернулся назад и пошёл вместе с помощником и караульным на 2 пост.

Перед казармой уже никого не было. Светила Луна. Подойдя к КТП батальона химической защиты, помощник начальника караула негромко постучал в дверь, послышались шаги солдатских сапог по бетонному полу.

Кто там раздался голос за дверью.

-Помощник начальника караула с дежурным по батальону,-ответил сержант.

-Пароль раздалось в ответ.

-Помощник назвал пароль и услышал в ответ отзыв.

-Открылась дверь КТП. За ней появился рядовой дневальный по парку.

На КТП было людно, помимо наряда из трёх человек, там же находилась и группа усиления из двух офицеров.

Дежурный по парку техник роты химической защиты старший прапорщик Теслюк всегда отличался требовательностью и исполнительностью. Поэтому и техника роты была всегда вовремя обслужена, покрашена и исправна.

-Как дела Вася?- спросил капитан Иванов.

-В парке тихо. АРСы после пожара я заправил и обратно поставил на стоянку.

-Хорошо,- ответил капитан.

-Пошли на пост, сказал он помощнику и последовал вслед за караульным.

На территории парка действительно было тихо, да в городе стрельба к этому времени почти прекратилась. На часах было 2.10.

Помощник принял правее ПТОР и пошёл вглубь поста. Свет на постах был выключен. Наличие поста на посту делала часового видимым на посту и уязвимым с темноты из-за границы поста. Пост также охранялся двумя часовыми.

Из темноты раздалась команда одного из часовых, - Стой, кто идёт?

Помощник начальника караула ответил, - Идёт помощник начальника караула с дежурным по части.

Помощник выполнил требования устава караульной службы, дал команду продолжить движение.

Капитан Иванов вместе с караульным подошли к часовым поста. Уточнив обстановку на посту номер 2 у часовых, опять кратко проинструктировал их, Иванов с помощником пошли через ворота мимо заправки ГСМ к заднему забору со стороны крепости. Впереди показался склад ГСМ хозяйство командира взвода ВМО старшего прапорщика Васильева.

Обогнув склад, слева тихо подошли вместе к забору. Было тихо. За забором также тишина. Капитан Иванов начал смотреть сквозь прорези в бетонной плите забора. Луна отражалась серебристой полоской от отполированных железными колёсами поездов рельс. За рельсами некого не было видно. Вдалеке 250 метрах, чернел земляной вал крепости, левее за углом крепостного вала белело КТП понтонного полка и различались на фоне крепости несколько тёмных точек возможно техника. Луна скрывалась за тучей. Ещё левее и дальше до километра темнели автомобильные мосты у железнодорожного вокзала Бендеры-2. Где-то там правее мостов по улице Энгельса находятся миномёты, но отсюда их не видно мешал автопарк понтонного полка.

Всё ясно вблизи никого,-подумал капитан и отошел от забора.

-Прошли обратно,- сказал он помощнику начальника караула.

Проходя по территории парка левее двухэтажного жилого дома с крыши которого капитан Иванов был обстрелян часов девять назад, он посмотрел на смотровое окно снова. Окно молча чернело зловещим чёрным глазом. Кто же тогда стрелял с этого окна? - опять подумал капитан.

Проходя через КТП капитан Иванов ещё раз обменялись взглядами с дежурным по парку.

-Проверил там пока некого и всё тихо,- сказал капитан.

-Будь на чеку.

-Хорошо, -ответил Теслюк.

Помощник начальника караула, с караульным и капитаном Ивановым покинули КТП.

Справа напротив батальонного медицинского пункта, рядом с парком на лавочках в курилке сидели и молча, курили офицеры усиления с автоматами АК-74, лежащими у них на коленях.

-Пойдём на КПП, я проверю их тоже, -сказал он помощнику начальника караула.

Справа за газоном белело одноэтажное здание батальонного медицинского пункта переходящее в забор с воротами и также плавно соединяющийся со складским помещением правее дороги на выезде из КПП.

За КПП по улице Тираспольской тоже было тихо.

Тихо постучав в дверь капитан Иванов назвал пароль и все вошли в коридор КПП.

На КПП также было людно, вместе с нарядом здесь находилась и вооружённая автоматами группа прикрытия.

-Как обстановка?-спросил сержанта дежурного по КПП Иванов.

-С общежитий пока больше не стреляют, -ответил дежурный.

-В часть зашли 16 человек с Тираспольского ТСО с автоматами и радиостанцией.

-Комбату доложили?- спросил Иванов.

-Да,- ответил сержант дежурный по КПП.

-Вас искали, но вы были на постах,- всё ясно ответил капитан.

-Где они сейчас? -спросил Иванов.

-Пошли к штабу, -ответил сержант.

-Вернулись обратно в часть две пожарные машины те, что у нас тушили пожар,- добавил сержант.

-Знаю, я их у же видел,-пусть стоят ответил Иванов.

-Сейчас на улице, пока тихо, на перекрестке улиц справа недавно притащили и поставили пушку из окна плохо видно, но с улицы через забор мы видели её хорошо,- добавил сержант.

Уточнив задачу наряду по КПП и группе прикрытия, капитан Иванов вышел обратно на территорию части вместе с помощником и начальника караула и караульным.

Тихо подошли к воротам КПП. Иванов стал на котелец и выглянул из-за забора. Деревья растущие вдоль тротуара прикрывали капитана и ограничивали видимость. Метрах в 60 на перекрёстке улиц Тираспольской и Коммунистической ближе к газону со стороны части стояла ещё одна молдавская 100-мм противотанковыми пушка МТ-12 "Рапира", развёрнутая стволом в сторону центра вдоль улицы Коммунистической. Возле пушки мелькали сквозь ветки толи три, толи четыре артиллериста с автоматами на плечах. Далее по ул.Тираспольской вдоль забора Электроаппаратуры, окопалась пехота 1-го мотопехотного батальона 2-й мпбр интервентов под командованием полковника Карасёва.

-Хорошая позиция позволяет прострел в четырёх направления,- подумал капитан.

-Да обложили нас со всех сторон.

-На что надеются? Пользуются нашим нейтралитетом сволочи, - продолжал размышлять капитан.

Иванов тихо опустился с котельца на землю.

-Пошли в караул,- сказал он сержанту помощнику начальника караула.

Луна из-за туч больше не появлялась. Было темно. Стрельбы слышно не было.

Возле штаба в курилке сидели люди с ТСО, тихо разговаривали и курили в тени виноградной лозы.

Капитан сделал запись о проверке караула в Постовой ведомости и вышел из караульного помещения.

Не мог тогда капитан Иванов даже представить, что в то время когда в Бендерах будет идти война, будут гореть дома и гибнуть люди, в тоже самое время в Тирасполе на удалении всего 8 км, будут как обычно в пред выходные дни по всему городу гореть фонари и влюблённые пары ничего ещё не зная будут спокойно гулять по набережным Днестра, будут работать рестораны, лишь только жители верхних этажей западных многоэтажек города Тирасполя будут наблюдают вдалеке зарева пожарищ и разрывы снарядов и мин в Бендерах принимая их за июньскую грозу.


Была половина третьего ночи. Скоро начнёт светать. Через полтора часа тишина опять содрогнется от разрыва снарядов. Начнётся второй день войны. Будут очередные пожары и новые раненные.


Капитан Иванов вышел из двора у караульного помещения и подошёл к курилке у входа в штаб. Курилка представляла сбой три соединённые между собой деревянные лавочки метра по три в виде буквы "П" со спинками, укрытые с трёх сторон и сверху виноградной лозой. На лавочках плотно друг к другу сидели, курили и тихо разговаривали между собой люди в хлопчатобумажном военном обмундировании песочного цвета с автоматами АК-74. У некоторых были видны подсумки для магазинов. Те, кто не поместились на лавочках, просто стояли рядом либо сидели на корточках.

- Здравствуйте! - я дежурный по батальону капитан Иванов, кто у вас старший?

- Я, - тихо ответил мужчина, сидевший справа на краю лавочки с радиостанцией в руках.

- Вы у комбата Ерёмкина были? - спросил Иванов.

- Да, он разрешил нам находиться на территории городка, - всё также тихо ответил старший.

- Вы откуда? - опять спросил Иванов.

- Из Тираспольского ТСО, - ответил старший.

Капитан достал из пачки сигарету, чиркнул зажигалкой и закурил. Стоящий рядом с Ивановым боец попросил сигарету, капитан протянул ему пачку, после чего закрыл её и положил в карман. Разговор не клеился. Иванов первым нарушил тишину.

- Вы как к нам пробились? - спросил он старшего.

- С вечера по железнодорожному мосту вышли на правый берег Днестра, дальше вдоль железной дороги. Нам навстречу пошли молдавские БТРы. А у нас только одни автоматы да неполные рожки с патронами. Мы залегли. Дождались темноты, потом обошли вашу часть сзади и зашли к вам.

- А прошли как, там ведь у КПП на перекрёстке улиц Коммунистической и Тираспольской стоит молдавская пушка? - опять спросил капитан.

- Через огород, а затем через забор рядом с вашим медпунктом. К нам сразу подбежали ваши офицеры с автоматами, кто такие и откуда?

- У вас есть связь со своими? - снова спросил старшего капитан.

- Да, есть с Тирасполем по радиостанции, - ответил старший.

- Как обстановка? - спросил капитан.

- Готовятся к наступлению для прорыва через мост в Бендеры, - ответил старший.

- Когда? - настойчиво продолжал задавать вопросы Иванов.

- На утро 20.06, - ответил старший.

- Всё ясно, - сказал капитан.- У нас патронов не густо, всего два цинка, но мы с вами поделимся.

Да, у военнослужащих российского батальона не было права вступать в городской бой. Командующий 14 Гвардейской Общевойсковой Армией генерал Ю. Неткачёв заблаговременно отдал приказы в соединения и части армии, - в конфликт не вступать, разукомплектовать технику, чтобы она не могла выйти из парков, соблюдать полный нейтралитет и не вмешиваться в события, происходящие в Приднестровье. Однако офицеры и прапорщики, понимая реальную складывающуюся обстановку, приказ командующего о разукомплектовании техники всячески саботировали. Послать своих людей на помощь приднестровцам капитан не мог. Но он чувствовал себя обязанным сделать для них хоть что-то.

Услышав его последние слова, тихо подошли и стали рядом два прапорщика.

- Что у нас есть в заначках? - спросил капитан Иванов подошедшего начальника склада РАВ прапорщика Цыплякова.

- Дымовых гранат хватает, - ответил Цымляков.

- Это для прикрытия и маскировки, - сказал капитан.

- Пару РГД найдём, - добавил Цымляков.

- Коктейль Молотова приготовим, предложил стоящий рядом старший прапорщик Бондаренко. Я уже дал команду своим бойцам собирать стеклянные бутылки.

- Мы уже начали тихо готовить позиции, напротив орудийных расчётов противника, уточнили прапорщики.

- Бойцов из ТСО распределить по рубежу и выдать по два боекомплекта патронов и дымовых гранат для маскировки и ослепления противника. Основная задача артиллерийские расчёты, - сказал капитан.

- А пока временно разместить их в столовой, в комнате отдыха поваров. Заодно и накормить. За столовой территория закрыта от просмотра и обстрела с двух сторон, - продолжил он, вновь доставая пачку сигарет и протягивая её стоящему рядом бойцу ТСО, после чего достал сигарету себе самому и прикурил.

Глаза старшего засверкали искрами радости, настроение бойцов ТСО вмиг приподнялось.

- Ну, всё, по местам, у штаба больше не собираться. Здесь территория просматривается и простреливается с улицы. Всем быть в готовности.

Капитан посмотрел на ручные часы, было 3.50. Он пошёл опять за штаб к туалету на угол забора. Артиллерийский расчёт "Рапиры" у поста ГАИ бодрствовал, ЗУ-23 тоже. "Противник не спит" - усмехнулся капитан. Он развернулся и тихо пошел обратно в штаб. Нужно обзвонить суточный наряд, узнать обстановку и проинструктировать.

Небо на востоке начало светлеть. Приближался рассвет. Стрельбы слышно не было. Капитан позвонил в дверь штаба, открыла "телефонистка". Помощник дежурного, тихо похрапывая, спал на топчане в огороженной для отдыха дежурного по батальону комнатушке. Пусть поспит ещё немного, бодрее будет, неизвестно когда сменится, подумал капитан. Он сел за стул пульта дежурного по батальону.

- Соедини мне на мой телефон по очереди всех дежурных, сказал он женщине.

Обзвонив суточный наряд и уточнив обстановку, капитан напомнил ещё раз о необходимости рассредоточения личного состава при начале артиллерийского обстрела, и положил трубку на пульт. За окном уже начинало рассветать. Сзади к нему подошёл помощник дежурного.

- Товарищ капитан! Идите, хоть на пять минут прилягте, - сказал он.

Спать не хотелось, Иванов уже привык к бессонным ночам во время дежурств, но давала о себе знать боль в спине. Нужно полежать хоть немного на твёрдом, и боль пройдёт, подумал он.

- Где твоя шинель? - спросил он помощника.

- Здесь на топчане,- ответил помощник.

- Неси её сюда, и садись за пульт, - сказал капитан.

Капитан Иванов вышел из комнаты дежурного в коридор, зашёл внутрь штаба свернул налево и расстелил шинель на полу у поста N1, где раньше в стеклянном шкафу хранилось Боевое знамя части. Он лёг на неё и вытянул ноги, на время расслабившись. Боль в спине начала ослабевать.

На какой-то миг он погрузился в мысли, о том, что сейчас происходит в родном городе. Мысль о начале наступления пульсировала в мозгу, отдаваясь в висках. Сколько ещё ждать это наступление? Почему постоянно молчит комбат? Какое решение принял командующий Неткачев? Судя по всему, пока никакого...

Размышления Иванова прервал оглушительный грохот. Здание штаба всё загудело и содрогнулось. Посыпалось сверху разбитое стекло. Капитан увернулся от падающих осколков, укрыв лицо шинелью. Казалось, что ему кто-то изо всей силы ударил ладонями по ушам. В голове звенело. Уши заложило. Капитан перевернула на правый бок, встал на ноги и выскочил в коридор, перед комнатой дежурного. Дверь в комнату дежурного была открыта. "Телефонистка" бледная сидела за коммутатором.

- Что произошло? - спросил её капитан.

- Не знаю, - морщась от боли, сказала "телефонистка".

Помощник дежурного с перепуганным лицом сидел рядом на стуле. Капитан открыл входную дверь и вышел из штаба. Тишина закончилась, в городе опять шёл бой.

- Всё ясно, началась контратака, - вслух подумал капитан. Но, что попало по зданию штаба? - задал он себе вопрос.

Он повернул направо, пробежал мимо курилки и остановился, посмотрев на торцевую стену здания штаба. Справа вверху на стене появилась глубокая выбоина с косым следом в сторону столовой. "Всё ясно, попал снаряд, но не взорвался, значит, мне опять повезло", - подумал капитан.

Иванов посмотрел на след на стене и глазами прочертил обратную траекторию. Стреляли либо с моста, либо из-за него. У поста ГАИ за штабом стоит молдавская пушка, стреляли видимо по ней, но промахнулись.

Где же сам снаряд? - подумал капитан, и повернулся лицом в сторону магазина в торце столовой. Да вот он, "красавчик", так и лежит в 20 метрах отсюда, на плацу, где проводят развод суточного наряда и караула.

Иванов пригляделся. Головка снаряда была как-то расплющена и согнута в сторону, кажется, без взрывателя. Да, точно, сделал окончательный вывод капитан и подошёл ближе к снаряду. На асфальте лежал танковый осколочно-фугасный снаряд. Всё, хватит глазеть на него, увлёкся. Нужно предупредить караул, чтобы обходил снаряд мимо. И вызвать срочно начальника склада РАВ Цымлякова.

Стрельба в районе мостов через реку Днестр нарастала. Был слышен звук танковых двигателей, свист летящих через Днестр мин. От разрывов содрогалась земля. На городок снова обрушился шквал огня. Начался опять сквозной прострел части. Но на душе было уже радостно, - это наступают приднестровцы, наши. Пора в штаб, здесь с пистолетом ПМ делать нечего. Нужно нести службу дальше. И контролировать обстановку в части.

Капитан пригнулся и под пролетающими над головой пулями побежал обратно в штаб. Дверь была не закрыта. Он зашёл в комнату дежурного по батальону.

- Товарищ капитан, - раздался голос "телефонистки", на третьем посту горит вещевой склад, попал снаряд, пожарные на машине уже там.

"Молодцы пожарные не зря ночевали у нас не оставляют в беде, спасибо тебе Михаил Островский", - подумал капитан.

- Товарищ капитан! Дежурный по парку старший прапорщик Теслюк звонит, за стоянкой роты химической защиты загорелся жилой двухэтажный дом от попадания снаряда.

- Пожарный АРС к забору на стоянку и двух дневальных по парку - пожар потушить!

- Передала дежурному по парку, товарищ капитан.

- Товарищ капитан, начальник караула вызывает,- опять сказала "Телефонистка".

- Слушаю, дежурный по батальону капитан Иванов.

- Товарищ капитан, говорит начальник караула. На втором посту от попадания снаряда в заправку ГСМ, снесло крышу навеса, пожара нет.

- Принято. Часовой в окопе?

- Да. Сразу, как только началась стрельба, он запрыгнул в окоп.

- У магазина на асфальте лежит неразорвавшийся снаряд, некому не подходить.

- Есть, товарищ капитан.

- Товарищ капитан, звонит дежурный по парку старший прапорщик Теслюк, на стоянке техники длительного хранения от попадания снаряда горит специальный автомобиль ЗиЛ-131 АГВ -3М. Пожарные расчёты города на машинах уже тушат, - сказала "телефонистка", - Подбитую машину затушили и отбуксировали на плац. Но у неё пробиты баки и течёт бензин.

- Начальнику склада техники длительного хранения прапорщику Горскому, слить остатки бензина из баков,- передал капитан Иванов.

- Товарищ капитан, звонит начальник караула, на третьем посту со стороны Днестра снаряд попал стену вещевого склада текущего довольствия, пожара нет.

- Товарищ капитан, дежурный по парку старший прапорщик Теслюк звонит, пожар в жилом двухэтажном доме рядом с частью потушен. Среди жителей есть погибшие.

- Спроси, чем помочь жителям?

- Товарищ капитан, звонит начальник караула, на втором посту со стороны Варницы снаряд попал в техническую каптёрку роты химической защиты, но взрыва не было.

На улице стало совсем светло. Солнце поднялось и отразилось яркой желтизной лучей на листьях деревьев перед столовой. Капитану казалось, что этот кошмар уже никогда не закончится. Наступил день. Второй день войны. На часах было 9.00 20 июня 1992 года.


Опять раздался зуммер коммутатора, "телефонистка" подняла трубку, вставила штекер в разъём и нажала на рычажок.

- Товарищ капитан, вас к телефону дежурный по столовой.

Капитан Иванов взял трубку на пульте дежурного по батальону.

- Слушаю, дежурный по батальону капитан Иванов.

- Товарищ капитан, завтрак уже давно готов, будем кормить солдат?

- Конечно, будем! Голодный солдат - плохой воин,- с улыбкой на лице сказал Иванов.

- Покормим чуть погодя. Бой пусть немножко приутихнет, так сразу и покормим.

- Да, не забудь у нас офицеры прибыли по тревоге и 16 человек ТСО.

- Есть товарищ капитан, мы закладку в котёл дополнительно сделали на тридцать человек. Поставим всё на электроплиту, чтобы не остыло, - добавил дежурный по столовой.

-Я тебе позвоню, когда буду отправлять личный состав на завтрак, - сказал капитан. Иванов и положил телефонную трубку нам пульт дежурного.

- Пойду, посмотрю обстановку за забором штаба, сказал капитан "телефонистке" и вышел из штаба. Он посмотрел на часы, было 9.30.


Бойцы ТСО возможностью контратаковать с территории батальона не воспользовались, ограничившись несколькими автоматными очередями через забор. Им виднее, у них рация. Хорошо, что противник в горячке боя не заметил. Что атака с восточного берега Днестра не увенчалась успехом, было понятно тоже. Стрельба была слышна периодически, но уже где-то в центре. За штабом со стороны реки Днестр стрельбы уже не было. За забором па улице Суворова были слышались голоса и смешанная русско-молдавская речь. Пахло дымом, стоял треск, как будто горит шиферная крыша. Солнце поднялось уже высоко. На небе начали появляться тучи. Может пойти дождь, - подумал Иванов. Было по-летнему жарко и слегка душно.

Иванов свернул налево и тихо пошёл вдоль штаба к углу забора. На углу забора появился свежевырытый окоп, прикрытый сверху ветками. Рядом никого не было.

- Молодцы, в ночь под шум стрельбы успели откопать,- продумал капитан.

Обстановка за забором после произошедшего боя изменилась. Справа за бетонными плитами забора батальона на тротуаре, в 10 метрах от перекрёстка улиц Суворова и Тираспольской, стоял под кронами деревьев МТЛБ противника, развёрнутый пулемётом вдоль улицы Тираспольской в сторону автовокзала. Левее, перед будкой поста ГАИ, стоял приднестровский подбитый танк Т-64Б, левым передним боком к забору батальона, башня была повёрнута влево в сторону перекрёстка улиц Суворова и Тираспольской. Левый верхний люк был открыт. В груди капитана защемило и закипело. Добивали экипаж сверху через люк, - подумал он.


За танком, метрах в 40 ближе к Днестру на обочине проезжей части по улице Котовского стоял один МТЛБ противника, развернутый пулемётом в сторону улицы Ткаченко, идущую ниже по склону к Днестру. Правее в 10 метрах от перекрёстка улиц Кутузова и Тираспольской стоял правым боком второй подбитый танк Т-64Б. Правое заднее крыло танка над гусеницей с кумулятивной защитой частично отсутствовало. Башня, на которой был виден нарисованный российский флаг, была повёрнута в сторону перекрёстка улиц Суворова и Тираспольской.


Противотанковая пушка "Рапира", расчёт которой без особого успеха обстреляли бойцы тираспольского ТСО, сместилась с асфальта от будки ГАИ вправо на середину клумбы с розами и была в 20 метрах от нашего второго подбитого танка. Ствол пушки был направлен в сторону моста через реку Днестр. Рядом с ней на клумбе стояли ящики, и валялась стреляная гильза от снаряда. Боец из расчёта пушки ходил рядом с розочкой в стволе автомата.

- Из этой пушки подбили наш танк, - подумал про себя капитан. - Рано радуетесь "освободители", вашу мать, Может быть, есть кто-то ещё живой в танке? - пронеслась мысль в мозгу капитана. В груди опять больно закололо сердце. Около моста через реку Днестр, в районе лодочной станции был виден пожар. Горел одноэтажный дом. Стоял треск горящего шифера и шёл дым. За Днестром в Парканском яблоневом саду на расстоянии километра тоже что-то горело, местами также шёл дым.

В лесопосадке со стороны батальона, у автомобильных мостов по улице Суворова рассредоточилась бронетехника противника МТЛБ, БРДМ, грузовой автомобиль Газ-52 с синей кабиной и ящиками в кузове. Посчитать технику под косым углом было невозможно.

Ближе к будке ГАИ в посадке, виднелась вторая противотанковая пушка "Рапира". С ней рядом под деревом, стояли два или три ящика со снарядами. На откосе обочины дороги виднелись свежевырытые окопы. В посадке было заметно перемещение туда-сюда личного состава противника.

Огневая позиция зенитной установки ЗУ-23м на газоне около жилого дома N3 на перекрёстке дорог улица Тираспольская улица Суворова осталась на месте. Валялись выкорчеванные деревья, обломанные ветки, мусор, банки из под консервов. Асфальт на улицах Суворова и Кутутова был вспорот гусеницами вращающейся на нём техники. Дома N3 и N5 по улице Суворова были в густых отметинах от пуль и наполовину с выбитыми стёклами. К горлу подкатился ком. Пользуются нейтралитетом 14 армии и убивают, сволочи, наших товарищей и наши семьи, подумал с огорчением капитан.

Иванов тихо отошёл от забора и пошел обратно в штаб. Капитан позвонил в казарму уточнил обстановку, дал команду дежурному по роте на выдвижение повзводно на завтрак в столовую, а затем перезвонил дежурному по столовой.

- Всё, я в столовую скоро вернусь, - сказал он телефонистке.

В столовой ещё кроме наряда солдат ещё не было. Капитан Иванов подошел к линии раздачи пищи, вызвал к себе дежурного по столовой с "Книгой контроля качества приготовления пищи" и сделал запись "Выдачу пищи разрешаю".

Столовая под обстрелом выстояла. Добавилось ещё пару разбитых пулями окон. На входе в зал появились первые солдаты из роты специальной обработки с головными уборами в руках. Они подошли к раздаточной линии и молча стали получать пищу. Капитан быстро съел поставленную поваром на стол порцию каши, запил чаем, встал и подошёл к старшему роты специальной обработки и поставил задачу.

Иванов вышел из столовой. Активной стрельбы пока в городе слышно не было. Казалось город как бы замер. Солнце скрылось за облаками. Стало пасмурно. Зайдя в штаб, Иванов сразу же отправил помощника в столовую на завтрак. Сам сел за телефон начал обзванивать суточный наряд и караул, уточнять обстановку и ставить задачу. Вскоре, вернулся сержант помощник дежурного по батальону.

- Садись за коммутатор,- предложил ему капитан Иванов. - Идите в столовую на завтрак пока тихо,- сказал он "телефонистке".

Завтрак в батальоне прошёл спокойно. Повара накормили всех. Не смотря на бои в городе, пожары и стрельбу, они исправно выполняли привычную им работу.

В 11.10 капитан Иванов вышел из штаба и пошёл в казарму для постановки задач своей роте. Когда он проходил мимо памятника Ленину, со стороны столовой раздался взрыв, напоминающий разрыв баллона с газом.

- Спасибо тебе, закрыл ты меня собою от взрыва, - сказал вслух капитан каменному товарищу Ленину, который невозмутимо продолжал указывать рукой куда-то на запад. Обогнув памятник, Иванов побежал в столовую, откуда был слышен взрыв. Зайдя через служебный вход в столовую, он прошёл по узкому коридору.

Навстречу капитану Иванову выскочил с окровавленным лицом повар-солдат.

- Что с тобой? - спросил капитан солдата.

- Там что-то попало в стену столовой со стороны Варницы. Взрывной волной вышибло дверь кладовой с запасной посудой, и мне лицо посекло осколками разбитых керамических тарелок...

Иванов осмотрел лицо солдата, раны оказались неглубокими. После этого он вызвал дежурного по столовой и поставил ему задачу сопроводить повара к капитану Ирмашову в медпункт.

В комнате отдыха поваров в это время отдыхала смена бойцов Тираспольского ТСО. Им тоже перепало от разрыва. Ударной волной через дверной проём контузило одного из бойцов. Второго скинуло с топчана во время сна. Капитан Иванов вышел из столовой. В это время из-за угла столовой, где был вход в кинобудку ему на встречу уже шёл прапорщик Ревенко. В руках у него был хвостовик от мины. Вот остатки от мимны,- сказал прапорщик.

Капитан Иванов пошёл в казарму, ставить задачу роте химической зашиты. Командовал тогда ротой в отсутствии ротного сержант Саша Серов. Толковый был парнишка. Помогал он тогда ротному в боевой обстановке во всём, понимая, что командир остался один. Поставив сержанту задачу, Иванов вышел из казармы из казармы. Начинался опять бой, но уже где-то с направления микрорайона Солнечный, в стороне Кишиневской трассы. Были слышны разрывы.

Иванов свернул налево и пошёл на плац, где стояла застреленная ранним утром машина из комплекта ЗИЛ-131(АГВ-3М) с кузовом, где перевозилось переносное оборудование. От кабины автомобиля остались одни воспоминания. Её практически не было. Были лишь обрывки железа, и торчал обнажённый, покореженный двигатель. Тент кузова спереди имел большую дыру. Состояние размещённого в кузове оборудования напоминало последствия смерча.

Осмотр повреждённой машины капитаном Ивановым был прервал глухим но очень мощным взрывом. Капитан от неожиданности присел за машину. Справа за территорией парка длительного хранения на удалении до 500 метров возник огненный шар высотой 100 метров. Капитан начал ощущать его тепло. Раздался ещё один взрыв с огненным шаром. Горели склады ГСМ понтонного полка в крепостном валу. Капитан Иванов подумал: хорошо, что у нас техника длительного хранения не загорелась, как бы начали бы взрываться баки полные бензина, а там машины все в рядах, а их штук 500...


У казармы стояли солдаты и молча смотрели на зарево горящего склада ГСМ.

Капитан Иванов отправил солдат в казарму, и сказал им: "Понтонерам мы уже ничем не сможем помочь, а стоять и смотреть под начинающиеся обстрелом не безопасно". Капитан быстрым шагом пошёл в штаб.

После обеда в 16.30 снова началась стрельба со всех сторон. Начиналась вторая контратака Приднестровских танков Т-64Б с прорывом в город Бендеры через мост. И одновременно стоял грохот с противоположной стороны, где-то наверху у Кишиневской трассы, подсказывал ему, что эта атака будет долгой и яростной, уж посерьёзнее первой атаки, в которой подбитые танки выполняли неудачную разведку боем. Кто-то сел на коммуникации предмостной группировки войск Молдовы и сейчас танки из-за Днестра снова пойдут, уже с пехотой. Капитану Иванову было нужно проверять группы усиления и караул.


2-я мотопехотная бригада "освободителей" под командованием полковника Карасёва, силами 1-го мотопехотного батальона к 1.00 часам 20.06 захватила мосты через реку Днестр и перешла к обороне по рубежу северо-западных склонов насыпей и автомобильных мостов по линии улица Суворова - лесопосадка - Лодочная станция - Речной вокзал, за следующие несколько часов понесла большие потери. К 20.00 часам 20.06, из-за боя в стороне жилмассива "Солнечный", ввести резервы в город Бендеры не смогла.

Видео хроника позиций 1-го мотопехотного батальона 2-й мотопехотной бригады под командованием полковника Карасёва в боях за г.Бендеры, была снята 20 июня 1992года кинооператором Юлиусом и комментировалась корреспондентом Молдовы, прибывших на МТЛБУ со стороны села Варница. ссылка

Послушайте внимательно, о чём говорят кинооператору Молдовы снимавшему это видео, жители последнего подъезда дома номер 3 по улице Суворова города Бендеры, где на лавочке у подъезда лежит убитый.

-Кто напали тогда?

-Мы, вас просили сюда приходить?

-Изуродовали город.

Далее кинооператор Юлиус, снимал позиции 1-го мотопехотного батальона с балкона квартиры на 9-м этаже дома номер 3 по улице Суворова, а корреспондент Виорел Чиботару, который впоследствии станет Министром обороны вооружённых формирований Молдовы, комментировал контратаку, после чего оба убыли на МТЛБУ и съёмка была уже продолжена вблизи улицы 40лет Победы микрорайона Солнечный.

Действиями 2-го батальона Республиканской Гвардии ПМР и артударами взбунтовавшихся артиллерийских батарей 14-й ОА, молдавские резервы были отсечены и рассеяны.

1-й мотопехотный батальон бригады противника не смог удержать занимаемую позицию, и вынужден был отойти назад, на улицу 40 лет победы микрорайона Солнечный города Бендеры. Сам командир бригады полковник Карасёв в этом бою был ранен и контужен.


В результате ответных боевых действий со стороны вооруженных формирований Приднестровской стороны и артиллерии 14-й ОА в период с 20 по 22 июня противник понёс потери, в результате которых личный состав, побывавший под ответным огнем, был деморализован. Вместо прогулки по городу Бендеры с розами в стволах автоматов, вооруженные силы Молдовы получили жесткий отпор. Отступивший противник начал перегруппировку своих войск.

В ходе боя, произошеджего во второй половине дня 20 июня, батальон химической защиты и батальон засечки и разведки ЯВ подверглись форменному расстрелу, находясь на линии огня между двумя сражающимися сторонами. Однако, благодаря своевременно принятым мерам, потерь в личном составе батальона не было.

Отделение Тираспольского ТСО во взаимодействии с группами прикрытия батальонов в 16.00 20 июня поддержали огнём из стрелкового оружия вторую контратаку танков Т-64Б, прорывающих оборону 1-го мотопехотного батальона противника у автомобильного моста на реке Днестр. Внезапным ударом с тыла, они уничтожили расчёты на огневых позициях артиллерии противника. При этом удалось воспользоваться захваченной у противника пушкой МТ-12, находившейся на 1-й огневой позиции, в лесопосадке у автомобильного моста по улице Суворова. Из этой трофейной "Рапиры" бойцы ТСО, соединившись со своими товарищами, прорвавшимися за танками через Днестр, с помощью сержанта Ярцева вели огонь по отходящему противнику.


Через три часа дежурство по батальону капитана Иванова подойдёт к концу. Но эти 3 часа ещё нужно продержаться...