# Дай свoй адрес, "афганка". Часть 12-я (N 141-150)

Алла Смолина

Для облегчения поиска сослуживиц

ПОСТОЯННО ДОПОЛНЯЕТСЯ...

Я, СМОЛИНА А.Н.:

1. В чужих газетных статьях ничего не правлю, отсюда иногда одно и то же медицинское учреждение называется по разному.

2. У некоторых героинь не указано место службы, возможно потому, что тогда это считалось военной тайной.

3. У других героинь отсутствует отчество. Там, где я знаю лично или отслеживаю по другим газетным публикациям, - там я отчество ставлю.

У остальных только те данные, какие дала газета.

4. Красным цветом даю сноски на дополнительную информацию, если она у меня имеется.


Конечно, без посторонней помощи я бы столько данных не собрала.

Есть люди, на протяжении многих лет присылающие фотографии, газетные статьи, другие материалы,

касающиеся живых и погибших служащих Советской Армии Министерства Обороны, прошедших афганскую войну.

Этот раздел собран с помощью ветерана боевых действий Александра ЖАРКОВСКОГО (Шиндандт, 371-й мотострелковый полк, рота связи),

и ветерана боевых действий Владимира ЛЕБЕДЕНКО (Асадабад, ст. сержант, зам. командира 4 группы 1 роты 334 ооСпН, позывной "Москва-41", был ранен, награждён орденом "Красной Звезды" и медалью "За Отвагу", в Афганистане с апреля 1986 года по ноябрь 1987 года).


141. Татьяна Ивановна КОРОВКИНА, Баграм, медсестра,

инфекционный госпиталь в/ч пп 91860, 1987-1988


142. Людмила Николаевна ЕГЕРЕВА, Кабул, жена военного советника, 1986-1987


----- Ирина Владимировна ИСАКОВА (ВЕЛИКОТРАВ), Кундуз, медсестра,

инфекционный госпиталь, 2-е отделение, 1986-1988


143. Любовь Николаевна ВОЛКОВА, Шиндандт, медсестра,

хирургическое отделение 46-го отдельного медсанбата в/ч пп 93977, 1985-1987


144. Людмила Михайловна ЛОМАЕВА, Джелалабад, ст. медсестра, сначала Шамархель.

После - медрота 66-й бригады в/ч пп 93992, 1982-1984


145. Мохру (Мохруй, Мухруй) Ориповна ХАБИБОВА (ХОДЖАЕВА), Баграм,

инструктор-переводчик агитотряда по работе среди местного населения,

108-й мсд, 1987-1988


146. Светлана БЕЛЯЕВА, Шиндандт, медсестра, госпиталь, 1984-1986


147. Зухра ШАРАХМЕТОВА, Кабул, Кандагар, Мазари-Шариф,

бортпроводница N 1 спецсамолёта афганского президента Мохаммада Наджибуллы, 1989-1991

(не "афганка", но материал содержит интересную информацию о событиях тех лет)


148. Ирина Сергеевна ЕРШОВА, Кандагар, жена советника, 1985-1986


----- Татьяна СВЕТЛЕНКО, Кандагар, жена советника


149. ---, ---


150. ---, ---


http://www.city-news.ru/news/history/afganistan-glazami-yaroslavny/


_____________________________________________________________________________


(1) - первый (там же и продолжения) фотоальбом "Баграм, фотоальбом N 1" с фотографиями бывших сослуживиц Татьяны КОРОВКИНОЙ находится

здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/4.shtml - А.С.


(2) - Маргарита ПОДРЕЧНЕВА (МУСАЛАЕВА) служила медсестрой в Джелалабаде, 66 ОМСБр, госпиталь особо опасных инфекций N 834 в/ч пп 73976, 1985-1987.


Более полная информация о Маргарите у меня поставлена в "Дай свoй адрес, "афганка". Часть 7-я (N 91-100)"

здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/text_00127shtmlshtml.shtml#100


Военные фото Маргариты поставлены в фотоальбоме "Джелалабад, военно-полевой госпиталь oсобо-опасных инфекций N 834 в/ч пп 73976"

здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/011aa.shtml#47 - А.С.


http://www.nvspb.ru/tops/my-ehali-v-afgan-ne-po-prikazu-51275


_____________________________________________________________________________


(1) - военные воспоминания Ирины находятся в "Пoчeму мы пoехали в Афган? Неужели за чеками? Часть 1-я"

здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/0011.shtml#16 - А.С.


(2) - военные фото Ирины находятся в фотоальбомe "Кундуз, фотоальбом N 1" (там же и продолжения)

здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/6.shtml#68 - А.С.


(3) - первый (там же и продолжения) фотоальбом "Кундуз, фотоальбом N 1" с фотографиями бывших сослуживиц --- находится

здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/6.shtml - А.С.


http://www.chslovo.com/articles/6048467/


_____________________________________________________________________________


(1) - следующая статья так же о Любови - A.C.


* * *


## "Побратим" (N 3 март 2017 года)


## Женщина на войне - это уже подвиг


Многие знают цифру погибших в Афганистане солдат и офицеров, но не многим известно, что более пятидесяти из них - женщины, хотя и не поднимались они в атаки, не гонялись по горам за душманскими караванами. Больше всего в ОКСВ в Афганистане было женщин, видевших кровь вблизи, при этом они так же могли погибнуть от пуль и снарядов, подорваться на мине, сгореть в сбитом самолёте или вертолёте; многие из них переболели 'традиционным' в Афганистане гепатитом и редкими эндемичными болезнями, что уж там говорить о душевных потрясениях. Тяжело приходилось нашим женщинами, а порой совсем девчонкам. Суровый климат и убогие бытовые условия, сколько стоило нервов и трудов, чтобы приспособиться ко всему этому. Жара, духота, местами пыль по колено, а на дорогах она поднимается огромным облаком и трудно дышать. Приедешь с рейда, надо умыться, постирать обмундирование, а вода только вечером, и её не столько, сколько хотелось бы. Приходилось ложиться спать попозже, а вставать пораньше, чтобы привести себя в порядок, ведь женщина всегда остаётся женщиной. Они не роптали, делали своё дело так, что и командование, да и многие военнослужащие относились к ним с уважением.


Член Новосибирской областной общественной организации ОООИВА-'Инвалиды войны' Волкова Любовь Николаевна(1) родилась 2 декабря 1954 года в селе Ново - Ключи Купинского района Новосибирской области. Окончив Новосибирское медицинское училище N 3, работала старшей медсестрой в отделении челюстно-лицевой хирургии в Окружном военном госпитале N 333. С 1985 по 1987 в ОКСВ в Афганистане (Шинданд) - медицинская сестра хирургического отделения в отдельном медсанбате.


Любовь Николаевна ВОЛКОВА


Награждена медалями 'За трудовую доблесть', 'За ратную доблесть', 'Ветеран войны в Афганистане', медалью Гиппократа. Работает в областном госпитале N 2 ветеранов войн процедурной медсестрой дневного стационара.


Медицинская сестра Люба Волкова попала в Афганистан в январе 1985 года. Так сложилось, что работа за границей казалась спасением. В военкомате предложили на выбор ГДР, Польшу, Чехословакию, Венгрию. Люба хотела поехать в Польшу, подала документы, а в военкомате сказали:

- Мы предлагаем Вам поехать в Афганистан.


'Я согласилась. Маленького сына оставила маме и как в омут. В молодости я очень отчаянной девчонкой была. Море по колено. Да и воспитаны мы были в духе патриотизма. Я ведь медик, кто-то должен помогать нашим ребятам. О той войне мы знали не много, прочитать об этом было негде, спросить не у кого. Обещали нормальные условия работы и проживание, хорошую жизнь после командировки.


В Кабуле на пересылке продержали недолго. Я получила назначение в 46-й отдельный медико-санитарный батальон - 'полевая почта 93977' операционной сестрой. Батальон стоял в Шинданде. Командиром у нас был майор Сафонов Анатолий Васильевич. Очень хороший командир, жалел нас девчонок, старался поменьше посылать на боевые.


С удивление смотрела на совершенно чужую страну: горы, выжженная трава; мужчины в рваной одежде на ослах, женщины закутанные а паранджу, с огромной поклажей на голове. Позже оценила красоту той земли, особенно весной, когда горы покрывались зелёной травой, ярко-красными маками и какими-то неизвестными синими цветами. Зрелище завораживающее.

Жили мы в брезентовых палатках. Жара и духота была не выносима - даже ночью за 40 градусов. А в октябре по ночам уже были морозы. Через год нас переселили в модули. Места хватало всем, я даже жила одна в комнате.


Самым тяжким было терять людей. Ещё вчера разговаривали с парнем, а сегодня его привозят как материал для операции. Больно видеть, как молодые ребята остаются инвалидами: без рук, без ног, без глаз. Мы ведь понимали в таком возрасте стать инвалидом - это приговор. Кому они будут нужны? Конечно, мамам, но ведь у многих были молодые жены, девушки. Работы было очень много. Не один десяток молодых солдат и офицеров прошли через наш ОМСБ за эти два года, пока я там работала. Конвейер жизни и смерти. К смерти нельзя привыкнуть. Умирать в молодом возрасте - это противоестественно. Человек должен прожить свою жизнь, должен вырастить детей, дождаться внуков. Нельзя его вырвать из привычной жизни, отлучить от матери, жены, детей.


Два раза выезжала на боевые операции. Один раз мы провели почти полтора месяца в горах, непосредственно на передовой. Приходилось раны обрабатывать, перевязывать, участвовать в хирургических операциях. Ужас как страшно и трудно было. Да, сейчас я думаю, что все это я смогла пережить только потому, что была молодая. Но почти уже перед заменой запас моего 'железа' иссяк. Видимо, наступил предел. Я выскакивала после работы из операционной и рыдала. Больше уже не могла видеть ребят с ампутированными руками и ногами, слышать их стоны и, самое страшное, - терять своих друзей и знакомых. Даже не пошла на очередной рейд.


После войны долго привыкала к мирной жизни. Всего два года не была дома, а казалось, что все здесь переменилось. Война - это своего рода чистилище, там трусам и подлецам не место. Мы всегда помогали друг другу, пили и ели из одной чашки, все было честно и открыто. А здесь все было по - другому. Я чувствовала по отношению к себе настороженность, либо непонимание. Обещанной сладкой жизни, конечно, никто нам не предложил. Свою квартиру я получила нескоро, на то, что была в Афганистане никто даже и не посмотрел. Когда подошла очередь на квартиру, сказали, что первым должны получать военнослужащие, а вы можете подождать. Правда, командующий округом разобрался, и квартиру я получила. И на том спасибо. Вообще-то у нас чиновники женщин-'афганок' не очень жалуют.

Хорошо, свои ребята, 'афганцы' не забывают. Мы много общаемся, праздники проводим вместе, по школам ходим, рассказываем о войне. Школьники живо интересуются афганской войной, нашей жизнью там. Меня 'афганцы' часто берут с собой на поиск пропавших в Отечественную войну наших земляков. Выезжаем на места боев, делаем раскопки.

Своей профессии я не изменяла ни разу. Медицинский стаж уже сорок лет. Всегда радуюсь жизни и говорю хворям - 'не дождётесь!'


_____________________________________________________________________________


(1) - предыдущая статья так же о Любови - A.C.


(2) - первый (там же и продолжения) фотоальбом "Шиндандт, фотоальбом N 1" с фотографиями бывших сослуживиц Любови находится

здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/3.shtml - А.С.


(3) - военные фото Любoви поставлены в фотоальбом "Шиндандт, фотоальбом N 3"

здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/31.shtml#108 - A.C.


http://izhlife.longreads.tilda.ws/afganskaya_voyna


_____________________________________________________________________________


(1) - первый (там же и продолжения) фотоальбом "Джелалабад, медрота 66-й мотострелковой бригады в/ч пп 93992" с фотографиями бывших сослуживиц Людмилы находится

здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/011.shtml - А.С.


https://www.currenttime.tv/a/afghanistan-war-tajikistan/29759081.html


_____________________________________________________________________________


Мохру (Мохруй, Мухру, "Луноподобная") упоминается в разделах:


- "Дай свoй адрес, "афганка". Часть 9-я ". Часть 9-я"

здесь: http://samlib.ru/s/smolina_a_n/tt1.shtml#116a


- "Дай cвoй адрeс, "афганка". Часть 56-я"

здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/z7.shtml#585


Военные фотографии Мохру поставлены в "Афганистан. Багрaм, фотоальбом N 6"

здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/43b.shtml#36


Так же присутствует на военных фотографиях сослуживиц в "Афганистан. Баграм, фотоальбом N 3"

здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/42.shtml#65


Первый (там же продолжения) фотоальбом "Баграм, фотоальбом N 1" с фотографиями бывших сослуживиц находится

здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/4.shtml - А.С.


http://izhlife.longreads.tilda.ws/afganskaya_voyna


_____________________________________________________________________________


(1) - первый (там же и продолжения) фотоальбом "Шиндандт, фотоальбом N 1" с фотографиями бывших сослуживиц Светланы находится

здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/3.shtml - А.С.


http://www.uzmetronom.com/2013/05/14/uzbekskijj_jekipazh_specsamoleta_nadzhibully.html


* * *


## Отрывок из книги "Память из пламени Афганистана"


Фамилия Имя Отчество - Атабаев Кадыр Курбанович

Национальность - yзбек

Год рождения - 1946

Годы службы - 1989-1991

Место службы - Кабул, Кандагар, Мазари-Шариф

Занимаемая должность во время службы - шеф-пилот спецсамолёта Наджибуллы, лётчик 1-го класса


Фамилия Имя Отчество - Шарахметова Зухра Шаякубовна

Национальность - таджичка

Год рождения - 1957

Годы службы - 1989-1991

Место службы - Кабул, Кандагар, Мазари-Шариф

Занимаемая должность - бортпроводница N 1 спецсамолёта Наджибуллы


Когда и где был сформирован ваш экипаж?


Кадыр: В 1986 г. по решению Кабмина (Совета министров) СССР была сформирована группа для выполнения полётов в Афганистан с особо высоким человеком, литер «А». Мы прошли отбор в Ташкенте. Затем были направлены два экипажа в международный 235-й отряд.


Где он (отряд) находился?


Кадыр: Он находился в Шереметьево и во Внуково. В основном мы занимались во Внуково. Занимался нами Линник, такой был командир 235-го отряда (Линник был личным пилотом Михаила Горбачёва). Он не всё время летал, иногда. В 1986 г. нас отобрали, подготовили. Два или три месяца занимались во Внуково. Мы летали в Ташкент, потом прилетали, нас вызывали.


Вы знали, что будете обслуживать именно Наджибуллу?


Кадыр: Да. Нам была поставлена цель такая, чтобы подготовить наиболее подготовленный экипаж для выполнения полётов в сложных условиях.


По чьей рекомендации людей отбирали в экипаж?


Кадыр: Рекомендации давало партийное собрание. Раньше же коммунисты были. На партийном собрании нас выдвигали, потом на профсоюзном собрании. Везде нас утверждали. Потом был совет командиров лётного отряда, там утверждали, потом на совете Управления (Узбекское Управление гражданской авиации). Короче мы проходили фильтр от и до.


Видимо, органы вас тоже проверяли, КГБ?


Кадыр: Естественно. Перед тем, как идти на партсобрание, нас проверяли в КГБ.


При отборе в экипаж учитывалась национальная принадлежность, знание языков?


Кадыр: Знание языков учитывалось, английского языка. Национальность учитывалась, должны быть азиаты. Имитировать, что экипаж Наджибуллы – это афганцы. Мы должны были похожи быть на афганцев. Поэтому многие из нас азиаты были. Были и татары у нас, но в основном местные.


В каком году совершили первый полёт в Афганистан?


Кадыр: Я сейчас не могу точно сказать. В начале 1989 г.


На каком самолёте летали?


Кадыр: Рыжков был Председатель Совмина. Он свой самолёт подарил Наджибулле или отдал. Я не в курсе дела. Вот новый самолёт, который получил Рыжков, был передан афганцам, и он был перекрашен под Ариану.


А где перекрашивали?


Кадыр: Перекрашивали в Шенноне. Перекрасили и поставили на учёт в афганских авиалиниях. Самолёт базировался в Ташкенте. Всю обслугу, всё проходил в Ташкенте вот. В Кабул мы только летали за ним и всё.


Кто давал разрешение на вылет, куда летали и как часто?


Кадыр: Связь была такая… Зампредседателя КГБ Узбекской ССР давал указание нашему офицеру по режиму Управления. Режим выходил на меня, давал ориентировку во сколько вылет, куда вылет. Эти данные знал только я один в экипаже. И за сутки я собирал экипаж, ставил перед ними задачу цель, что летим так, чтобы у нас было время для подготовки по маршруту, по всем делам.


Ну, а режим секретности как соблюдался?


Кадыр: За сутки до вылета никто ничего не знал.


То есть все предполётные мероприятия проводились в обстановке строгой секретности?


Кадыр: Можно сказать и так.


И куда летали?


Кадыр: Во все страны, куда Наджиб был приглашён. На симпозиумы неприсоединившихся стран. Мы летали в Белград, Сараево и в Хельсинки один раз. В Москву мы летали один раз в два месяца, его приглашали.


А по Афганистану куда летали, в какие города?


Кадыр: По Афганистану мы летали в Мазари-Шариф, Кандагар. По Афганистану он летал мало. В основном летал по загранице. И очень часто летал в Индию.


А почему в Индию?


Кадыр: С Индией были отношения дружественные. Он дружил с Радживом Ганди. Он его всё время встречал, провожал в Дели.


В чём заключалась главная особенность с Наджибуллой?


Кадыр: Главная особенность, это то, что у нас не было никакой возможности делать ошибки. Мы должны были идти строго по плану, строго по маршруту. От экипажа требовалась, как говорится «аптечная» работа. Мы понимали, что были мишенью N 1, понимали всякие возможные диверсии в воздухе со стороны диспетчеров, афганских и не только. Были такие случаи. Мы были готовы ко всему.


В какое время суток летали?


Кадыр: В Кабул мы летали только ночью, при выключенных фарах, аэронавигационных огнях, ничего не было включённого, всё выключали. Зашторивали иллюминаторы, маскировались. При подходе к перевалу Саланг, на высоте 7,800 м. нас подхватывали два вертолёта, с той и с другой стороны, с ловушками (системы отстрела тепловых ловушек для защиты от ракет типа «Стингер»). На определённой скорости мы снижались, заходили на посадку в полной темноте. По связи ничего мы не говорили, только отмечали развороты: первый, второй, третий, четвёртый. Вертолёты до самой земли сопровождали, до четвёртого разворота на высоте 150 м. Это очень низко. Вели укороченную связь. Заходили на посадку без фар. Снижение было с перевала, на один единственный привод в Кабуле. Мы снижались с максимальной вертикальной скоростью. Режим стоял «Малый газ», без тяги, потому, что выхлопные газы не работают, не видно, что самолёт летит. На чётвёртом развороте мы выводили двигатели почти на взлётный режим, чтобы придать самолёту поступательную скорость. Чтобы сесть нормально мы давали почти взлётный режим. Поэтому от экипажа требовалась взаимозаменяемость, взаимопонимание.


Кто сопровождал Наджибуллу в полётах, кто его охранял?


Кадыр: Охранял его генерал и его брат, начальник службы ХАД.


Как попали в экипаж?


Зухра: В отряде проходил отбор. На отборе я прошла. Мне оказали доверие выполнять особо важные полёты.


Чему вас готовили (учили) в 235-м отряде?


Зухра: Во-первых, безопасности полётов, аварийные процедуры тщательно проходили мы. Технологии обслуживания особо важных VIP-пассажиров, обслуживание пассажиров 1-го класса. Изучали особенности рейса в Афганистан.


Чем занимался Наджибулла (во время перелётов), кто имел к нему допуск, как он вас вызывал, о чём разговаривали, как пили чай?


Кадыр: В самолёте у него был специальный кабинет, диван там, всё. К нему имела допуск только Зухра, которая могла войти в любое время, телохранитель–генерал, братишка его Шахпур Ахмадзай. Ну и члены семьи, если они были на борту. Очень часто, когда мы летали, очень длинные рейсы такие были, из Ташкента куда-то летели, он приглашал к себе в салон. Он много интересовался политикой, жизнью в Советском Союзе. Человек очень интересовался нашей жизнью и ему было очень приятно, я всегда видел улыбку на его лице, что у нас нет проблем никаких, у нас всё есть, у нас всё хорошо. Я не имел права говорить, что у меня нет машины, например, нет квартиры. Я должен был говорить, что всё нормально.


За жизнь какие-то разговоры были?


Кадыр: Он всегда шутил. Например, знал семейное положение каждого из нас. Мне он говорил, сколько у тебя жён? Я говорю: "Oдна всего лишь. И то не могу прокормить!" (Смеётся). Пил только зелёный чай. Он весёлый мужик был.


Чем кормили Наджибуллу?


Зухра: Готовили у нас в кетринге питание. Он не привередливый был. Ему нравилась наша кухня узбекская. Вкусно, хорошо готовили.


Что именно?


Зухра: В основном курицу. Рыбу он любил очень.


А чем кормили его домочадцев?


Зухра: Курица, рыба. Точно также, не выбирали. Очень относились спокойно. Нравилась им наша кухня. Я всегда спрашивала: "Kак еда?" Кухню нашу всегда они хвалили. Готовили у нас в кетринге очень хорошо. Меню мы обговаривали заранее. В основном говядина, конечно, свинину не употребляли. Говядина, баранина.


Как складывались отношения ваши личные и экипажа с членами семьи Наджибуллы?


Кадыр: Как таковых у нас отношений не было, никто не общался. Это только Зухра и Мунира Аббазова общались с членами семьи, допуск у них только был. Когда я бывал у него на беседе, если там жена сидела ханум, ну, она тоже разговаривала. Они от экипажа были недалеки, но не общались. У них всё время летала воспитательница дочерей. Вот они там вместе все сидели, вместе все разговаривали.


Расскажите немножко о дочерях. Вы говорили о забавном эпизоде, связанном с младшей дочерью.


Кадыр: У Наджибуллы три дочки. Самая младшая Юлдуз. Почему-то она меня полюбила, хорошо ко мне относилась. Всё время «Салом алейкум!», «Салом алейкум!». Cтаршие дочери стеснялись. Один раз во Внуково идут торжественные проводы, провожали Николай Рыжков с супругой и Раиса Максимовна Горбачёва. Kогда я докладывал о готовности экипажа, Юлдуз выбежала из толпы и на шею мне бросилась.


И чем всё это закончилось?


Кадыр: Жена его, ханум, говорит: "Tак нельзя делать, это некрасиво". Она отругала её.


Эпизод, связанный с экстренной доставкой супруги Наджибуллы в Москву.


Кадыр: Информация от Грабовского (офицер КГБ УзССР), он говорит: "Cрочно приходи ко мне в кабинет, есть телеграмма". Пришёл, получается, говорит, завтра (но по времени получается уже сегодня) надо лететь в Кабул за женой Наджибуллы. Ну, хорошо, нам не привыкать. И вот мы собрали экипаж, поставили цель что лететь в Кабул. Перед самым вылетом мне дают информацию, чтоб в Кабуле двигатели не выключать, обеспечить минимальную стоянку. Я не понял, думал что-то случилось. Мы прилетели, двигателей не выключали. Бомбили этот аэродром. Турсун Юльчиев слез, говорит: "Два или три колеса лопнули". По идее нам нельзя было вылетать. Он никому ничего не сказал, мне сказал. Я вышел, посмотрел. На самом деле надо было рисковать, у нас на борту было всего одно запасное колесо. Надо было лететь, потому что другого варианта не было. Мне в Кабуле объяснили, что она (супруга Наджибуллы) в очень тяжёлом состоянии, парализована, надо её срочно везти в Москву. Мы стояли всего 13 минут, от взлёта до посадки. Пришлось улететь на таком самолёте. В Ташкенте все колёса поменяли. Оказывается, Грабовский знал об этом, кто-то из врачей был уже на борту и оказывал ей помощь. В Ташкенте тоже была минимальная стоянка и мы улетели в Москву. В Москве встретили машины, забрали её, я не знаю где она лежала. Её сопровождали старшая и средняя дочери, младшей не было. Через месяц вызывает Грабовский: "Лети, выздоровела она". Я Зухре говорю: "Возьми гвоздик сколько можешь, охапку, две охапки, сколько можешь!" Зухра пошла, самых красивых пурпурно-красных гвоздик набрала. Это было зимой и мы улетели в Москву. Когда я доложил, что экипаж готов, она (супруга Наджибуллы) уже сама одна вылетала с дочерьми, и на трапе ей Зухра вручила эти цветы. Она расплакалась.


Зухра, вы больше всех общались с Наджибуллой, каким он человеком был?


Зухра: Очень хорошим. Заботливый, внимательный. Когда он летал с семьей, всегда в салоне было весело, потому, что очень весёлый народ, семья весёлая. Постоянно шутили, любили музыку. Включали музыку нашу узбекскую, им нравилось очень. У младшей дочери постоянно была маленькая собачка, она (дочь) с ней не расставалась.


Вообще-то из санитарных соображений брать собак в самолёт нежелательно.


Зухра: По правилам авиаперевозок одну собаку можно. Это спецсамолёт, особо важные персоны, поэтому можно было.


То есть семья была не привередливой?


Зухра: Очень спокойная, весёлая, добрая.


Кадыр: Простая семья была.


Зухра: Все они были такие внимательные.


В Кабуле кто-то из советских военных советников бывал с Наджибуллой, кого-то довелось видеть вам, Кадыр Курбанович, или вам, Зухра? Там же был советником в то время генерал армии Махмут Ахметович Гареев.


Кадыр: Наджибуллу всегда встречал работник КГБ, генерал. И ко мне подходил всегда спрашивал: "Проблемы какие?". Я ему докладывал: "Bсё нормально". Фамилии его не знаю, он с женой там был. Жена сопровождала один раз нас. Вместе с семьёй была в Москве. Иногда, я не скажу, что каждый раз, Гареев, генерал-полковник Махмут. Он был советником у Наджибуллы. Он тоже всегда спрашивал: "Kакие проблемы?". Я благодарен этому человеку, Гарееву, за то, что он нам сделал удостоверения участников войны. Это он был инициатором. Потому, что в Ташкенте никто не делал. Говорили, что это коммерческие полёты, вы деньги получаете, какие вам льготы? Понимаете как трактовалось! И когда я спросил генерала, Махмут-ага я его звал, я ему сказал об этом. "Следующий раз привезите мне фотокарточки", - сказал он. Я со всех собрал фотокарточки, ему отдал, и через полёт нам дали удостоверения, которые выдаются только дипломатическим работникам. В Кабуле выдавали. В районах здесь, в Ташкенте, за деньги продавали эти удостоверения. А нам выдали в Кабуле, вручал этот генерал. Так что нормально.


Случались ли какие-то непредвиденные задержки во время стоянок в аэропортах. Вы рассказывали, что была промежуточная стоянка в Киеве.Pасскажите подробнее об этом эпизоде.


Кадыр: Мы летели во Францию, остановились в Борисполе (аэропорт в Киеве). Его встречал Громов. Я думал: какое отношение он имеет? Oказывается: они друзья. Личные отношения были хорошие. Так что целые сутки он там пробыл. Его там хорошо встретили. Когда он летел, Борис Всеволодович его встречал, и когда назад мы уже возвращались тоже через Киев, тоже он встречал, провожал.


Как напутствовал Борис Всеволодович своего друга Наджибуллу, стоя у трапа?


Кадыр: Я не могу всё говорить. Я слышал: "Hу, что говорит, Афган на месте?" С таким, конечно, говорит, будет на месте! Куда он денется! Такие у них разговоры были.


Зухра: Наджибулла ещё на русском говорил.


Кадыр: Да, он коряво, но говорил.


Зухра: Да, он понимал. Всегда старался говорить на русском языке.


Кадыр: Наджибулла говорит: "C таким генералом (Громовым) Афган куда денется?".


А на каком языке вы общались с Наджибуллой, с членами семьи?


Зухра: На фарси.


Вы оба владеете фарси в совершенстве?


Кадыр: Я не в совершенстве, но понимаю.


Зухра: Я свободно, в совершенстве.


Наджибулла вёл переговоры осенью 1989 года в Кабуле с лидерами вооружённой афганской оппозиции. Существует версия, что вы их доставляли из Берлина.


Кадыр: Мы часто летали в Берлин. Мы оттуда везли Хекматиара и Закир-шаха (Закир-шах – бывший король Афганистана, свергнутый в 1973 г.). Их двоих. Хекматиара когда везли, он, сам мне Наджиб сказал, что мы вместе с ним учились в Англии, он мой однокашник. Он должен меня понять. Он (Хекматиар) свою кухню вёз, в холодильнике мясо, продукты всякие. Из Берлина мы везли в Кабул в целях безопасности.


Он, что? боялся что его отравят?


Кадыр: Наверное. У Хекматиара тоже была личная охрана.


А доводилось с Хекматиаром общаться кому-то из вас, когда летели?


Зухра: Обслуживала.


Расскажите что он собой представлял, как выглядел, как смотрел на вас?


Зухра: Очень серьёзный.


Кадыр: Сразу видно, что человек интеллигентный, образованный. По поведению, даже по походке можно определить, что человек очень, очень образованный.


Но ведь советская пропаганда, и уже в более позднее время, рисовали Гульбеддина Хекматиара чуть ли не средневековым живодёром.


Кадыр: Нет, нет!


Чувствовал ли Наджибулла, что развязка близка, что его предают, что моджахеды давят со всех сторон? Нервозность в его поведении как-то ощущалась?


Кадыр: Понимаете, я никому это не говорил… Последний полёт, в Дели мы летали с ним. Он вызвал, он меня называл Абдукадыром, он мне говорит: "Михаил Сергеевич плохо поступает с нами". Так прямо и сказал. Я говорю: "A что такое?" Это уже близился конец помощи. И он говорит: "У меня кончаются патроны (на русском языке мы с ним разговаривали) и я не могу стоять. Не могу. Если я простою ещё месяц - это большое дело".


Ориентировочно помните когда это было?


Кадыр: Это был 1989 год, осень, наверное.


То есть прошло полгода с вывода советских войск?


Кадыр: Наверное, да. Он говорит: патронов нет. И потом, когда мы прилетели в Кабул, Гареев меня отвёл, говорит: "Hу, как там обстановка, в Дели их могут принять? Скоро полетите, отвезёте их вообще". Я говорю: "Hу, конечно, это же друг мой!" Видать, наступает по-русски… говорит. И был ещё этот, посол там, татарин Табеев. Они вместе вдвоём были, два татарина.


Ну, это сильные татары были и Гареев, и Табеев!


Кадыр: Гареев командовал всей обороной Кабула. Понимаете. Он говорит: "Xорошо у меня войска есть советские, афганцы не слушаются. А вот советским дашь команду…"


То есть у Махмут Ахметовича был целый штат подчинённых советских военных советников, я правильно понял?


Кадыр: Да, да. И вот он обороной Кабула занимался сам лично.


Не могли бы вы вспомнить, когда и при каких обстоятельствах вы эвакуировали жену и дочерей Наджибуллы?


Кадыр: Это было в 1991 году. Мы уже были готовы к этому делу. Загрузили всё. Его высадили – Наджиба с братишкой.


В Дели улетели только члены семьи?


Кадыр: Да.


А кто их в Дели встречал?


Кадыр: Там был представитель Арианы. У меня даже сейчас визитка есть этого… Он встречал там их и проводил. Где они жили, я не знаю. Потом мы с Зухрой их хотели найти, но не могли.


Зухра, какие чувства вы испытали, когда мы все увидели в 1996 году расправу с Наджибуллой по телевизору?


Зухра: Это было настолько неожиданно. Я когда увидела… жалко, слёзы. Не могла остановиться, потому что… Человек настолько верил и как вот могли так поступить? Наджибуллу же предупреждали: "Наджиб, позаботьтесь о своей безопасности заблаговременно".


Вы могли в любое время дня и ночи прилететь за ним в Кабул и забрать его?


Кадыр: Могли, конечно! Но он до последнего верил в помощь и безопасность, ну, обеспечение безопасности Советским Союзом. До последнего, понимаете! Он всегда говорил: "Шурави нас не бросят. Шурави - это наши друзья". И вот наши шурави и предали его!


Кадыр Курбанович, какие у вас награды есть?


Кадыр: Самая большая награда то, что мы исполнили эти полёты безопасно, с высоким качеством. Мы не допустили ни одной ошибки. Это самая большая награда.


И, тем не менее, какая у вас афганская награда? Начнём с неё.


Кадыр: Самая большая награда, Наджиб мне в самолёте вручал это прям. Называется это «За наивысшие достижения в науке и обороне Афганистана». Это как Герой Советского Союза у них. В мусульманском мире нет такого слова. Поэтому мне даже, говорят, причитается три гектара земли плодородной в Афганистане. Я говорю: "Mне такой земли не надо!".


Я смотрю, там у вас орден «Мужества» есть. Покажите его.


Кадыр: И второй орден «За личное мужество». Это за перегон… Ну, как говорит Чернышёв этот, начальник отдела кадров был в Управлении, говорит: "Mы послали ваш экипаж на Героев Советского Союза. Такого случая не было ещё, чтобы двадцать шесть человек проникли в самолёт и захватили самолёт. Понимаете, двадцать шесть человек! Но, - говорит, - Михаил Сергеевич уже уходил, всё уже на лопатках был. Героя мы не даём никому, - говорит, - но орден, у меня 72-й орден «За личное мужество» только офицерский состав". Вот этот орден нам и дали.


Зухра, а у вас какие награды есть? Называйте.


Зухра: Ну, наградили меня орденом «За заслуги перед Родиной». Это из России наc в 2011 году награждали. Потом вот нам «25 лет вывода советских войск» юбилейную медаль за вывод войск.


Кого из членов экипажа своего можете вспомнить?


Кадыр: Ну, эти полёты, так как они были сложные, выполнялись двумя командирами. Это был Хасанов Юсуп Юнусович (Юра) – умер и я -второй командир (шеф-пилот). Второй пилот был Хаджимурат Таджиев, он и сейчас есть. Штурмана, два штурмана, потому что длительные полёты были, чтобы ум был у штурмана на месте, чтобы он соображал. Был штурман Роберт Умаров, рабочий, а резерв был Анатолий Ли, штурман отряда, флаг-штурман. По территории Советского Союза Ли садился сам, в иностранных портах, как более молодой, мы сажали Роберта Умарова. И в Кабуле Роберт заходил на посадку. Так что вот я, Юсуп Умаров, тройка наша (включая Анатолия Ли) была рабочая, мы делали всё то, что связано с безопасностью полётов.


Зухра, а вы можете хотя бы одного человека вспомнить из своей бригады?


Зухра: В составе бригады летала Арипова Надя (Насиба Максудовна), сейчас она на пенсии, живёт в Москве.


Что вы ещё можете сказать? Мир вас услышит.


Зухра: Про президента, он как настоящий герой, можно сказать, погиб. Он не покинул свою страну, он настолько верил, надеялся и очень был стойкий, мужественный человек. Его будут знать, помнить.


Что вы скажите, Кадыр Курбанович?


Кадыр: Я прожил 68 лет. Люди остаются в памяти. Хорошие люди остаются в памяти на всю жизнь. И вот я о Наджибе никогда не забуду. Это человек с большой буквы. Он мне ничего хорошего не сделал и плохого, просто общение было с ним очень такое человеческое. И очень приятный человек был, уверенный и очень преданный Афганистану. Видите, героев убивают.


Как вы считаете, советские войска, когда были в Афганистане, они защищали нашу Родину? И была ли эта война против международного терроризма?


Зухра: Конечно, защищали.


Кадыр: Мы летали с 1981 года, я летал в Афганистан, мы возили раньше солдат и обратно дембель (уволенных в запас). Короче, перевозки военного контингента и их провожали там афганцы. Но никто никогда не говорил, что это захватчики, поработители, все хорошо относились.


Зухра: Сами местные афганцы хорошо относились к советским.


Кадыр: Понимаете, если даже… Пойдёшь в магазин там, дукан, такой коридор (торговые ряды), там что угодно сделают тебе и застрелят, и зарежут, и никто ничего не увидит. Мы ходили, советские пилоты, экипажи ходили, не боясь ничего. Потому, что нас не трогали. Нам «Салам алейкум», «Салам алейкум», понимаете? Это говорит о том, что к нам неплохо относились. И вот сейчас я вижу, у меня друг один работаeт по образованию, по среднему образованию, в Кабуле, сейчас, в настоящее время. Он говорит: там нет такого образования, как было при Советском Союзе. Афганцы просят, чтобы мы вернулись, чтобы мы строили дома им, чтобы мы образование давали. Потому что это всё там исковеркано. Поэтому к шурави они относятся не плохо.


Как вы считаете, надо ли всех участников войны в Афганистане приравнять к статусу участников Великой Отечественной войны?


Кадыр: Уже был приказ (указ) президента о том, чтобы приравняли, да. Приказ есть такой. Ну, льгот никаких нет, но приравняли хоть так.


Считаете ли Вы себя жертвой советской политики в Афганистане или политики современного государства?


Кадыр: Я жертвой себя не считаю, потому что в советское время я тоже работал на совесть, занимался своим делом и был избран (назначен) старшим пилотом-инспектором Управления, это зам по лётной работе. Так что если у тебя голова работает и - всё вперёд.


А вы, Зухра?


Зухра: Нет, это моя любимая работа. Наоборот, с гордостью…


Ностальгию по Афганистану испытываете, хотели бы туда вернуться? Если да, то в качестве кого?


Зухра: Хотя бы в качестве туриста. Посетить святые места. Если, конечно, побыли бы там, хотя так. Сходить на могилу Наджибуллы. Знаете, он всё-таки Наджибулла перед глазами, как живой. Он всегда читал, очень много читал! Образованный был человек. Я его в жизни видела, и когда его повесили – это кошмар.


Как бы вы сравнили ситуацию, когда там были советские войска, и войска НАТО, которые собираются уходить. Что хорошего сделали американцы и что хорошего сделали мы? Что общего и что отличного, и как это влияет на память афганцев о нас, о шурави?


Кадыр: Когда были советские войска, там что-то строилось, что-то создавалось, там общество развивалось у них. А с приходом американцев, НАТО, там всё рушится. Посевы мака увеличились в четыре раза, говорят. Это значит - наркодельцы делают своё дело.


Зухра: К советским войскам, вообще к русскоязычному народу, всегда они с уважением относились. И настолько было спокойно, когда были наши войска. Мы ничего не боялись. Приведу пример: абсолютно, хотя нас сопровождали вертолёты, мы садились в тяжёлых условиях, когда проходили там боевые действия, ничего я не боялась. Верила, знали, что у нас там сильная защита. К советским войскам хорошо относились. Афганский народ тянулся, я бы так сказала.


Вы оба в какой-нибудь ветеранской организации состоите?


Кадыр: Нет, мы не состоим.


Зухра: Вот нам Талат Пардаевич предложил в общество ветеранов. Надо пойти встать на учёт. (Талат Пардаевич Мурадов – председатель Объединения VETERAN воинов-ветеранов /интернационалистов/ Узбекистана).


Отсюда: https://docplayer.ru/storage/71/64022026/1572382641/LvOzLM53vA-V1S6jbl7-Cg/64022026.pdf


https://www.booksite.ru/afganistan/data/ershov.pdf


_____________________________________________________________________________


(1) - другая статья об Ирине Сергеевне поставлена в "Дай cвoй адрес, "афганка". Часть 23-я"

здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/tt9j.shtml#253 - А.С.


(2) - первый (там же и продолжения) фотоальбом "Кандагар, фотоальбом N 1" находится

здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/5.shtml - А.С.


## Продолжение "Дай cвoй адрес, "афганка" (Часть 13-я)". находится здесь: http://samlib.ru/editors/s/smolina_a_n/tt5.shtml