# "Начальник" дороги

Андрей Станиславович, Овчинников

"Начальник" дороги


Весной 1987 года в ОКСВА прошла большая плановая замена, причем, почему-то из Германии. "Воевавшие" в штабах дивизий и штабе Сороковой Армии, планировавшие замену из Афганистана в крутые и престижные по тем временам Венгрию и Чехословакию, просчитались в своих планах. Из этих стран начали выводить войска Советской Армии, и оставалась лишь нищая Польша, да старая, добрая Германия. Оттуда, в свою очередь, за "миллионами" чеков и льготами, схожими чуть ли не с льготами летчиков-космонавтов, ринулись штабные и тыловые (какой холуй на боевую должность полезет) крысы, прихватив с собой своих "шестерок".

Это у Салтыкова-Щедрина - один мужик двух генералов прокормил. В реальной же жизни, все намного сложнее. Советскому генералу, в силу его голодного рабоче-крестьянского происхождения и крестьянской хватки, одного холуя, простите - мужика, было мало. Одним словом, как в том новогоднем мультфильме - "Маловато будет!!!"

А водились такие холуи вокруг хлебных мест - склады, комендантские роты, посты ВАИ (вечно пьют не на свои). Зачем военная инспекция нужна была на войне - ещё та загадка, но такие ляпсусы в Афгане зачастую выходили боком.

Решил однажды инспектор ВАИ выслужиться, остановил УАЗ без документов, где за рулем сидел майор ГРУ, рядом с ним полковник ГРУ, а на заднем сиденье два связанных пленных - захваченных не без помощи нашей роты инструктора из Пешавара. Этот УАЗ на блокпостах хорошо знали, и заблаговременно открывали шлагбаум.

Но в дивизию пришла новая власть в лице нового начальника штаба, решившего установит германский порядок. При посещении сторожевых застав он сдуру арестовал на десять суток всех командиров взводов, пообещав им отправить в Союз. Но он не знал простой истины, что на территории штаба дивизии гауптвахт отродясь не существовало, а уж в строевых частях - тем более.

Да, попадались иногда членовредители, перебежчики и прочие сволочи, но их, как тех шелудивых псов, под присмотром дневальных, держали на цепи возле "оружейки", пока за ними из Кабула не прилетал самолет с охраной.

Еще многого не знал этот "шаркун паркетный", пока в тот роковой день, ретивый прапор из Германии не открыл стрельбу по ГРУшному УАЗу. Два магазина высадил, во всех попал, козел. В 24 часа "откомандировали" его под конвоем в Ташкентскую военную прокуратуру.

Мою роту, где я был заместителем командира роты, начальник штаба дивизии тоже посетил, заочно сняв меня с должности командира сторожевой заставы. Заочно, это все потому, что находился я в то время в отпуске. Но это все "цветочки". Этот вредитель наорал на комбата по рации, и потребовал срочно прибыть тому в расположение роты.

Тот и прибыл... вертолетом из Файзабада в Кундуз, под ясные очи самодура. Комбат в Афгане был второй раз, а до этого успел повоевать в Анголе. Был награжден орденами Ленина и Красного Знамени. Одним словом, авторитетный был вояка. Начальник штаба долго скакал как ужаленный перед спокойным как гранит комбатом.

Требовал от комбата однопризывной комплектации рот и взводов, во избежание проявления неуставных взаимоотношений. Идиот не понимал, что попал на войну, а здесь живут совсем по другим законам и правилам. Никогда боевой офицер не возьмет с собой в рейд, сопровождение или засаду, молодого, не обстрелянного бойца. Да и поговорка - "В бой идут одни старики", - это не просто пустые слова.

Вскоре из отпуска вернулся комдив. Герой Советского Союза, всеобщий любимец, и просто правильный мужик. По его возвращению НШ дивизии быстро заткнулся, и до своей замены, я его больше не видел и не слышал. Одним словом Папа (как прозвали любя комдива) загнал дурака в свою нору, а в последующем, с помощью своего авторитета, срочно "переместил" его, а на должность НШ дивизии был назначен начальник оперативного отдела - толковый , уважаемый всеми офицер.

Но не все германские холуи успели "попрятаться по щелям". Один такой "персонаж" дежурил на верхнем посту ВАИ.

Вел я как-то роту на ИШ-Кишим (скотское, должен сказать местечко - с виду предгорное плато, но все изрезано глубокими каньонами, соединяющими нашу "зеленку" с Хайберским проходом) погонять обнаглевшие духовские караваны, а наяву, под видом скоротечного боя, "потерпев поражение от удара с тылу неизвестной банды", ретироваться, тем самым, обеспечив "спасение" каравана и воссоединение банд.

"Геройская банда" - спецназ ГРУ, выйдя на базу реальной духовской банды, должна была взять в плен лидеров (если такое было возможно), либо под корень уничтожить ядро банды.

На подъезде к месту дислокации полка, по дороге возник этот "немец". Вновь прибывший прапорщик из Германии остановил нашу небольшую колонну, потребовав... предъявить путевые листы на головной танк. Он бы еще ПТС и технический талон вместе с аптечкой потребовал - чудила.

Рота остановилась, мы перемигнулись с сидящими на броне ГРУшниками, сделали вид, что от испуга готовы выполнить все приказы и распоряжения "косошника". Раздухорившийся прапор стал задавать идиотские вопросы, типа: - "Почему афганцы сидят на броне, и на каком основании частным извозом занимаетесь? Куда едете? (ага, так тебе дураку и сказали).

Но так как ГРУшники народ с юмором, а время до заката еще было, решили немного покуражиться. Танк "без документов" командир роты распорядился поставить на...штрафстоянку, а меня, посадив вместе с гражданским "афганцем" в УАЗ, повез в комендантскую роту, которая дислоцировалась возле штаба нашего полка. А там, в кабинете НШ полка, в форме рядового (никогда не сверкал погонами), нас уже ожидал комдив для уточнения боевой задачи "из уст в уши", поскольку, утечка информации в Афгане частенько случалась.

Прапора поблагодарили и отправили на свой "собачий" пост, убедившись в полном непонимании им складывающейся ситуации. А в это время, экипаж стоящего на штрафстоянке танка покинул боевую машину, и расселся на соседнем танке, со смаком ожидая дальнейшей развязки.

Прапор с довольным видом ходил вокруг "арестованного" танка, не подозревая, что Т-62 в Афганистане имеет четырех членов экипажа, нежели Т-80 в Германии, вмещающий трех человек. Не знал прапор и про полную взаимозаменяемость членов экипажа, поскольку, такое было только в Афгане, где заряжающий в совершенстве владел всеми специальностями экипажа. Когда идешь на длительном марше из Кундуза на Кунар или Гардез, на первой сотне по багланским серпантинам, за управлением танка успевали побывать все члены экипажа. Солдатская взаимовыручка, однако.

Уточнив боевую задачу и попрятав карты за пазуху, с командиром роты зашли на пост ЦБУ. Я вышел на связь со своей машиной, где один из бойцов наглухо задраив все люки, оставался "на связи". Получив от меня долгожданную команду - "Вперед!", мой "ноль второй" взревел двигателем, развернулся на месте, в труху превратив с такой любовью и на показ высокому начальству, обустроенную штрафстоянку, пристроился в хвост уходящей на задание колонне.

Прапор орал, матерился, и размахивал руками под разразившийся от ожидания хохот сидящих на танках танкистов и спецназовцев, у которых от хохота чуть бороды не отклеились. От досады прапор начал стрелять из своего ПМ по танку, которому пистолетные пули, что дробина слону. Кто-то из других машин связался с "раненым" танком и уведомил водителя о происходящем.

Вова (за управлением был он) остановил танк, и поставив его вполоборота поперёк дороги, полез в башню, где запустив вооружение, стал водить пушкой из стороны в сторону, якобы целясь в прапора. Тот сразу же сообразил, что эта "хренова железяка может и жахнуть", ласточкой залетел в придорожную канаву.

Мы на УАЗе вернулись к роте. Начинался закат, эдакий большой алый шар садящийся в горы, но созерцать красоту заката нам было уже некогда. Нужно было выйти за границу охранения, и под прикрытием пыльной завесы юркнуть в ближайший каньон, где пробираясь в кромешной темноте (ибо свет фар демаскирует), ползти по сообщающимся друг с другом каньонам, пока не достигнем конечной цели - Хайберского прохода.

А там.., либо духовский караван на нас нарвется, либо мы на хорошо организованную пакистанскую засаду.

Но это уже про грустное, а это в другом случае.

Здесь, только о веселом.