ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Ворошень Андрей Петрович
Гранит науки.

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]

На самоподготовке []
  
  
   В день, когда не было нарядов или полевых занятий, курсанты направлялись в учебный корпус на лекции, и дружно грызли там гранит науки. Ну, не совсем дружно, конечно. Но не будем забегать вперед.
  
   После завтрака курсантские колонны направлялись к месту построения на батальонный развод. Там происходила радостная встреча со своими офицерами батальонного и ротного звена. Ну, может не для всех радостная. В принципе, с офицерами нам повезло. Одиозных личностей у нас не было. Командирами взводов в разное время были хоть и молодые, но достойные офицеры: старшие лейтенанты Дучак Богдан Петрович, Васьков Сергей Ральфович, Пищаев Сергей Владимирович, лейтенант Ревин Евгений Валентинович. На крыльце казармы нас поджидает комбат - полковник Донцов Владимир Иванович. Роста небольшого, но воли и ума в достатке. Чтобы подчеркнуть достоинства, умную голову венчает огромная шитая "фура-аэродром". После Донцова комбатом стал майор Бакулин Николай Михайлович, который обладал потрясающей, просто фантастической памятью на курсантские лица, личные данные и проделки. Просто ходячий компьютер с очень мощным процессором.
  
   Чуть позади комбата стояли главный коммунист батальона и главный замполит батальона. Да, были такие должности. Чем занимался офицер - секретарь парторганизации батальона? Спросите что-нибудь полегче. Есть вопросы, на которые никто не ответит толком. Вот замполит батальона - тут хотя бы ленкомнаты, целых три - по одной на каждую роту. Наш замполит подполковник Н. был личностью легендарной. Его запомнили все и надолго. Сразу отметим, что ничего плохого он ни одному курсанту не сделал. Но уже сложившемуся в наших головах образу настоящего офицера он категорически не соответствовал. Однажды на разводе комбат куда-то внезапно исчез. Оглянувшись вокруг, замполит обнаружил, что он теперь единовластный хозяин в батальоне. Семь сотен глаз терпеливо поедали его взглядами, ожидая мудрых решений и волевых команд. Подобравшись, замполит голосом Георгия Вицина "пискнул":
  - Смирна!
  Все вяло "присмирнели" и с сожалением смотрели на "полководца". Пауза. Еще пауза. Замполит густо краснеет и крутит головой. Но никто ему не поможет в данной ситуации. Офицеры с интересом наблюдают происходящее. Курсанты тоже. Нарастает общее ощущение неловкости. Собрав в кулак остатки воли и огрызки знаний, подполковник выпалил последнюю фразу:
  - На занятия шагом марш!
  И, не дожидаясь результата, вихрем умчался к своим ленкомнатам.
  
  На самом деле он должен был подать следующие команды:
  - Батальон, равняйсь, смирно!
  - В походную колонну!
  - По группам!
  - Направляющая 191-я группа, на занятия шагом марш!
  
  Кличка у замполита была соответствующая: "Чапа". Как он дорос до подполковника? Мы не знаем.
  
   Добравшись до учебного корпуса, часть курсантов начинает ловить взглядом действия взводного. Как только взводный поворачивается, чтобы уйти по своим делам, группа захвата срывается с места в галоп. Двери срываются с петель, одинокие курсанты прижимаются к стенам. Это вам не шуточки: идет операция по захвату последних, максимально удаленных от преподавателя, мест в учебной аудитории. Чтобы рухнуть на них и почти сразу заснуть. Причем ворвавшись в саму аудиторию, парни начинают 2-ю фазу операции захвата: метание полевых сумок с расчетом попасть на самую-пресамую заднюю парту. Заднее чтоб не было. Типа сумка моя лежит - все, забито!
  
   Ротная сатирическая газета не раз клеймила позором этот курсантский обычай, используя карикатуры и стишки. Если только стихи, тогда представьте, что перед вами Владимир Маяковский (хотя на самом деле это наш Валерка Перечный). Он декламирует рублеными словами и жестами:
  
  Срывая
  Плотины дверей и замков,
  Размазывая
  Одиночек по днищу,
  Врывается в корпус
  Орда шалунов,
  Жаждущих
  Страстно
  Духовной пищи!
  
  А за карикатурой - это к нашим художникам: Юре Шарову и Сергею Пушкареву.
  
   С математикой нам повезло. Единственная математическая дисциплина изучалась только на первом курсе и в конце его благополучно завершалась зачетом. И все дружно испускали протяжный вздох облегчения. Даже название ее вспоминается с трудом: то ли начало матанализа, то ли уже конец?
  
   По воспоминаниям бывшего курсанта Пашинского, последний математический аккорд звучал у них следующим образом. Само действо происходило в ленинской комнате. В состав комиссии по приему зачета входила сама ее святейшество Математичка и два офицера, тихо ненавидевших математику. Так что все происходило по военному четко.
  
  Входит курсант. Подходит к столу и решительно докладывает:
  - Курсант Иванов на экзамен по математике прибыл. Разрешите вытянуть билет?
  Преподаватель:
  - Ну зачем так громко и официально?
  Командир роты:
  - Правильно, командный голос отрабатывает. Будущий офицер!
  Курсант Иванов, опять очень громко:
  - Билет 5, разрешите готовиться?
  Математичка морщится и машет рукой, отправляя обладателя командного голоса за стол. Тот садится и делает умный вид.
  
   По условиям сдачи было разрешено по одному ненадолго посмотреть свои конспекты, которые находились на отдельном столе возле окна. Жарко, окно открыто... Непосредственно под окном находится плоский бетонный козырек над входом в казарму. На козырьке расположилась засадная группа со шпорами.
   Иванов подходит к конспектам. Ротный начинает активно что-то втюхивать преподу про тягостное положение математичек в странах загнивающего капитализма.
  
   В этот момент на козырьке происходит следующее: на длинную указку с прищепкой на конце засадная группа цепляет шпору нужного содержания и передает ее Иванову (Петрову, Сидорову).
  
   Кроме данного способа передачи информации, практиковались заходы в ленинскую комнату фотокорреспондентов, непрерывно щелкавших пустой камерой, командиров взводов и других должностных лиц, создававших суматоху и неразбериху вокруг преподавателя. Короче говоря, военная смекалка и взаимовыручка была на высоте.
  Командир батальона, узревший непорядок на козырьке и узнавший его причину, лишь улыбнулся и приказал действовать в том же духе. В анналы истории училища вошел случай, когда специально для сдачи такого зачета, в ленкомнату из подвала были проведены провода, и подсказки осуществлялись по принципу незабвенного фильма про Шурика: "Прием, прием... билет, а при нем...задача".
  
   Очень уж все любили эту науку наук - математику, и кто ее только придумал - 4 часа строевой бы ему под палящим солнцем, да в ОЗК!
  
   А на кафедре военной истории был тоже преподаватель, умудрявшийся убаюкать целую курсантскую роту в считанные минуты. То ли ученик Кашпировского, или имел особое дарование с детства, но на лекциях творил что-то удивительное....
  Он становился за трибуну и начинал свой монотонный рассказ про военную историю, оперативно-тактическое искусство в разные эпохи эволюции человечества. Уже через несколько минут повествования, начиная с последних рядов аудитории волнообразно, словно под действием волшебной силы, ряд за рядом, курсанты погружались в атмосферу того времени, мысленно перенося себя на поле битвы, укладывали свои светлые головы на темные столы.
   Особо чувствительные натуры настолько вживались в образ увиденного, что его рассказ сопровождали звуковым оформлением - стонами, сопеньем, чмоканьем, посапываньем, иногда и богатырским храпом и т.д., тем самым создавая определенный эффект звукового оформления лекции.
   Даже самые сознательные и стойкие представители нашего корпуса, которые находились практически на расстоянии вытянутой руки от рассказчика, быстро никли и падали иногда к самым ногам преподавателя, который терпеливо поднимал истощенных наукой курсантов и продолжал вещать, не забывая про определенные пассы руками.
  
   Его лекции пользовались особой популярностью среди слушателей и в нашей среде его так и звали - Кашпировский.
  
   А Сидорин Александр вспомнил, как на зачете кто-то сказал: "Я не могу сосредоточиться, разрешите я сыграю на пианино..." И сыграл "Лунную сонату". Математичка аж прослезилась.
  
   Арсений Макаров рассказал про препода по научному коммунизму, который умудрялся произносить текст настолько общими и бессодержательными фразами, что их невозможно было конспектировать. Ни синтеза, ни анализа, сплошная "вода". На всю жизнь запомнилось, как после начала лекции, народ активно вертел ручки, пытаясь уловить "нить", а потом, начиная с задних рядов, ручки начали укладывать на столы и головы за ними. Последним сдался наш супер-пупер-отличник-медалист-курсант, конспектировавший все и всегда сидевший на первом ряду. Он тоже отложил ручку и загрустил, поскольку улечься поспать не имел ни малейшей возможности.
  
   Алексей Чернобай был ротным барабанщиком. В эксплуатацию вступил уже новый учебный корпус, с аудиториями, расположенными амфитеатром. Барабан, естественно, на занятиях был с ним. Шла лекция в составе роты, очень нудная. Да и весна была, всем дремалось... Алексей сидел практически на самом верху аудитории, верный друг барабан стоял рядом, он на него облокотился и, как процентов 90 личного состава, постепенно начал задумываться о смысле жизни. И вот в момент наиболее глубокого погружения в этот самый смысл, рука Чернобая срывается, и его верный друг барабан начинает с невероятным грохотом прыгать вниз по ступенькам с самого верха до самого что ни на есть низа. Еще и препода чуть не сшиб. Больше на той лекции никто уже не заснул.
  
   Многие преподаватели вели факультативные занятия, в том числе и в гражданских ВУЗах, что бессовестным образом использовалось курсантами для получения дополнительной возможности выйти в город, увидеть людей, одетых в одежду, отличную от зеленой, а также пообщаться с девушками. Именно таким образом курсанты частенько попадали в аудитории Новосибирского Государственного университета, других институтов. Так некоторые преподаватели-майоры и подполковники стали, волей-неволей, практически свадебными генералами для многих курсантов.
  
   Складывается впечатление, что курсанты на занятиях только и делали, что спали, да мечтали о большой и маленькой любви. На самом деле, как всем известно, даже самую скучную науку можно преподавать интересно, поддерживая постоянно внимание аудитории. Просто не всем преподавателям это удавалось. С удовольствием все вспоминают лекции наших боевых полковников "огневика" Гаврилова А.Н., "тактиков" Кузьменко Б.П., ангольского ветерана Казанцева А.П., "научного коммуниста" подполковника Беседина А.Р., "педагога-психолога" майора Шалякина Н.С., "философа" полковника Шаповала А.А. Например, один препод по огневой на лекции загнул нам про боевое применение пулемета Калашникова (ПК) с кривым (на 90 градусов) в сторону дулом. Все заржали, а он с серьезным лицом, на ходу развивая тему, рассказывал о том, сколько стоит баллистическая ракета, сколько живет танк на войне и т.д. Разве у такого заснешь!
  
   Помимо предметов гуманитарных, носящих преимущественно теоретический характер, были предметы прикладные, интересные нам по нашей мальчишеской природе. Например, военно-инженерная подготовка. Правила и приемы работы со взрывчатыми веществами запоминались сразу и навсегда. Какой пацан в детстве не устраивал "взрывчики", не крошил спичечные головки в гильзочки и не лупил по ним молотком со всей дури, не изготавливал "поджиги"?! А тут настоящий тринитротолуол, капсюли, детонаторы, мины - это же безумно интересно!
  
   Всегда интересно проходили занятия по связи. Армейские радиостанции Р-148, Р-123, Р-173. Многие выпускники, проходившие службу в полноценных частях, до сих пор в состоянии их настроить и полноценно работать. Один из выпускников рассказывал, как после вывода из Афгана, в часть поступили новые радиостанции Р-173 и были установлены на БМП-2. Перед учениями "бэхи" выгнали из парка и выстроили в колонну. Тут кому-то из командиров пришла в голову мысль, что новые радиостанции не настроены. Началась легкая суматоха. Ротный подбегает к офицерам с воплем: "Кто знает Р-стосемьдесяттретьи?" Взводные начинают вспоминать, о чем идет речь. Потом кто-то просит повторить вопрос. Замполит: "Я настроил все уже". Ротный на глазах воскресает из пепла и бежит докладывать начальству, что у него уже все готово - первого в полку.
  
  Вот так и грызли мы этот гранит науки, у кого какие зубы...


По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2015