ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Ворошень Андрей Петрович
Еда и бурда.

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]

  Кормили курсантов плохо. Каша из сечки, "кирзухи" на воде, кусочки жира, жил вперемежку с мясом, в жиже из обойной муки. На комбижире готовили когда-нибудь, потомки? Знакомьтесь, это интересно:
   комбижир животный содержит 30% натурального растительного масла, 55% пищевого гидрированного жира и 15% свиного сала, или гидрированного китового жира. Главной задачей применения комбижира в общественном питании было выведение из строя пищеварительных систем питающихся, в нашем случае - личного состава армии. Пищеварение нарушалось в разной степени: от легкого расстройства желудка с последующей дефекацией всего съеденного, до гастрита различной кислотности, а там и до язвы рукой подать. Фактически единственной нормальной едой был хлеб и две порции сливочного масла: 20г утром и 10 г вечером.
  
   Любимая всеми картошка, которую так трудно испортить чмошным приготовлением даже нашим горе-поварам, была на столах редко. Хранилась она в ужасающих условиях, и к весне сгнивала почти полностью. Те курсанты, кому доводилось весной выгребать из картофелехранилища зловонную жижу, помнят это волнующее событие всю жизнь.
  
   А бигус, товарищи? Мы чуть не забыли про это нежное, склизкое, ароматное блюдо из сопревшей капусты с кусочками жира! Курсантские колонны, подходившие к столовой, издалека чуяли знакомую вонь, и сразу теряли бодрость духа и твердость шага. Впрочем, благодаря приготовлению больших масс бигуса, училище практически не страдало от комаров - те такой газовой атаки не выдерживали. Говорят, даже мелкие пернатые на подлете к благоухающей бигусом столовой теряли курс и высоту.
  
   Однажды курсант Карпов задал зампотылу училища полковнику Ракоеду "тупой" вопрос:
   - А почему нас так плохо кормят?
   Полковник разразился страстной речью, смысл которой терялся на 2-й фразе и был понятен только ему самому. У него при этом был довольно обиженный вид: мол, делаешь все для этих неблагодарных курсантов, а они еще и вопросы задают дурацкие.
  
   На питание курсантов государство тогда выделяло мизерные деньги - 1 руб. в сутки. Сейчас тоже негусто выделяет - 82 рубля в сутки. Как-то недолюбливает государство своих защитников. Не то, чтобы совсем не любит, а именно недолюбливает и кормить прилично не желает. Если еще учесть тотальное воровство, процветавшее в 80-х годах на бытовом уровне в масштабах всей страны, изнывавшей от многочисленных дефицитов, то дело питания было совсем "швах"! Изголодавшиеся по качественной пище курсанты, заступая в наряд по столовой, считали вполне справедливым использовать свой доступ к общим продуктам, чтобы хоть иногда поесть по-человечески. Вечером парочка проверенных специалистов извлекала "сэкономленные" продукты и начиналось приготовление фирменного блюда "нарядчиков": жареная на большом количестве сливочного масла картошка с мясом.
  
   Гражданские специалисты-повара тащили из курсантской столовой продукты в огромных сумках. Слово-то какое неадекватное ситуации - специалисты... Аморальные обнаглевшие пофигисты ... Нисколько не стесняясь, они переваливались с ноги на ногу от тяжести груза на всем пути от столовой к КПП. Никто их не останавливал. Лишь единичные офицеры, заступая дежурным по училищу, приходили на закладку продуктов и ждали, пока заложенное масло растает, а мясо чуть сварится. Некоторые курсанты тоже запрещали поварам хотя бы лезть в котлы, гоняли их. Ну а как ты в принципе этой поварихе запретишь, она все равно еще 1000 способов воровства придумает. Все равно продукты в ее распоряжении.
  
   Иногда, чтобы подсластить несладкий компот, командование придумывало всякие прикольные и не очень новшества. Например, был период, когда старшекурсников обслуживали официантки. Страшненькие и не очень, они в своих передничках очень неадекватно смотрелись на фоне блюда "водянистая сечка-размазня". Ну и тоже - тащили что могли. А так вообще-то каждую роту обслуживал свой наряд, состоящий из двух так называемых "официантов". Средняя рота насчитывала примерно 115 человек, вот на такое количество надо было 3 раза в день перемыть посуды, накрыть на столы, вымыть полы и т.д.
  
   Еще как-то был период, когда курсантов по воскресеньям в столовой ждал военный оркестр. Только поднесешь ложку ко рту, тут тебе по ушам кееээк жахнет военный марш. Военные ударники с энтузиазмом лупили в свои барабаны и тарелки. Звуку некуда было деваться в закрытых небольших залах, и он рвал курсантские барабанные перепонки. У тех, кто сидел рядом с оркестром, даже слабенький аппетит исчезал мгновенно. Это было полное извращение.
  
   Забота о курсантском здоровье, разрушенном комбижиром, олицетворялась наличием диетического питания для курсантов-язвенников. Этим счастливчикам пищу готовили на пару, и выглядела она вполне по-человечески. Даже котлетки бывали. Поэтому язвенникам откровенно завидовали.
  
   Зимой на 2 курсе Андрей Михайловский с Серегой Ткачевым заступили в наряд по столовой "официантами". Пришло время меняться, а сержантский состав решил их потренировать, испытать "на вшивость"... Тут капля воды засохла на дне чайной ложки, там стакан мутный! В общем, не готовы меняться и все. И длилось такое около недели. Андрей с Сергеем уже с ног валились: бачки получи, компот разлей, чтобы всем хватило, сервировку сделай, роту встреть-проводи, посуду собери-помой, уследи, чтоб ничего не стырили... В роту приходили очень поздно, еще лекции нужно было переписать, а утром встать раньше всех. Часто возле шкафа с посудой в столовой "в засаде" один оставался ночевать (чтоб не стырили посуду, значит), коротал ночь на стульях. Единственное утешение, не надо в мороз на полевые занятия ходить. Однажды после обеда Михайловский с посудой на тележке ехал в мойку. По пути нашел смятую газету с каким-то жирным заголовком. Берет он ее и с ужасом читает: "Убита Индира Ганди!"
   Андрюха в шоке, бросив драгоценную посуду на произвол судьбы, бежит к Сереге в зал с этой супер-новостью. Тот тоже приходит в негодование. И вот появляется рота на ужин и два друга-официанта рассказавают всем эту кошмарную новость... и тут их поднимают на смех. Оказывается, Ганди убили неделю назад, и "новость" мхом поросла! Это был неслабый конфуз двух оторвавшихся от жизни "официантов"!
  
   Однажды доблестная 201-я группа, перед заступлением в наряд по столовой, поклялась на самом большом котле и дюжине половников, что сегодня все продукты, какие только будут получены, лягут в котёл, и все тут - баста! Что тут началось!! В составе группы главной ударной силой был Арсен Рахманов. Парень волевой, дисциплинированный, с обостренным чувством справедливости. Как многие кавказцы - хороший борец-вольник. Кстати, стал командиром полка в чеченскую войну. И вот Рахманов, будучи старшим в варочном, не дал умыкнуть ни одной поварихе ни грамма! Довел одну тетку до абсолютной истерики. Компот, обычно походящий на какие-то помои, был настолько сладок, что слипалось всё и везде. После обеда четверокурсники специально приходили благодарить наряд по столовой - за четыре года они ни разу такого компота не пили. Так его же всем хватило, даже осталось!
  
  
  Сергей Григорьев:
  - Да, кормили нас действительно плохо... Наше высокое начальство ударилось в 'показуху', так свойственную нашей тогдашней армии. Упор делался на 'эстетику' приема пищи. Неважно, что находится в бачке на столе у курсанта, главное, чтобы все столы, стулья, те же бачки с "парашей" стояли красиво, по линейке. Поэтому наряд носился с верёвкой, чтобы всё выровнять. Все по линеечке, по струночке, красиво и однообразно. В столовой всё, кроме самой пищи, было подчинено воспитанию прекрасного. Не содержание, а форма. Не качество, а количество. Вот такая, блин, философия с диалектикой...
  
  Лучше заступить три раза по роте, чем сюда один. Пока помоешь посуду руками за всю роту, спать пойдёшь в два-три ночи. Одним словом, в столовую шли, как написано в уставе: 'стойко переносить все тяготы и лишения...'
  Альтернативой (не лучшей) курсантской столовой был 'чепок' или 'булдырь' - училищное кафе. Здесь всё было с точностью до наоборот: давка, бардак, грязь, беспорядок, вопли задавленных в очереди, забитый пирогом рот: ну точно салун на Клондайке! Там тоже работал курсантский наряд, причем как на 'мартене': все поедалось горячим, пирог был непропеченным, неестественно тяжелым. Запивалось сладкой бурдой, очень смело называемой "кофе".
  Основная масса посетителей 'булдыря' - курсанты первых курсов. Им больше всего нехватало нормальной пищи, и они пытались ее хоть чем-то заменить. Старшекурсники его практически не посещали, поскольку обзавелись другими возможностями пропитания - более здоровыми, находящимися за оградой училища. В связи с большими нагрузками по физо, частыми марш-бросками, кроссами и лыжными гонками, я лично почти сразу прекратил посещать наше 'кафе'. На второй день после пирога бежать было невозможно...
   За время обучения мне посчастливилось побывать в стенах военно-морского училища в Севастополе у кузена, во время отпуска. Наслаждаясь морским воздухом и всем необычным в его стенах, вдруг учуял знакомый до ужаса, ни на что не похожий запах курсантской столовой. На предложение зайти перекусить вежливо отказался. Тогда я понял, что беда нас всех одна - всесоюзная...
   Но был и светлый день в родных пенатах - это наш выпуск в 1986г. Когда мы уже лейтенантами прошли в столовую на последний обед со своими родными. У меня чуть слеза не навернулась - настолько Форма соответствовала Содержанию. Хоть один раз по-человечески.... Ведь можем-же!
  
   На эту тему можно долго спорить. Пришла в голову мысль, что если бы нас лучше кормили, может, и в училище учиться было бы гораздо скучнее. Курсанты бы меньше ходили в 'самоходы', меньше бы искали приключений и встреч на стороне, меньше бы было комичных историй, которые приключились с нами и с нашими товарищами. Что ж - что было, то было...
  
   Чтобы как-то компенсировать нехватку белков и витаминов, да и попросту нормально поесть, курсанты активно ходили в окрестные магазины за продовольствием. В увольнение, в самовольные отлучки. Столовые и недорогие кафе активно посещали. Не зарастала курсантская тропа к столовой на Доме быта, к кафе "Улыбка". Была еще неприметная столовая ТБК за Домом ученых, сейчас на ее месте один из самых фешенебельных ресторанов Новосибирска. Иногда ходили в магазин, расположенный на опушке леса в Нижней Ельцовке.
  
   Еще нехитрые курсантские развлечения с едой - конкурсы обжорства.
   Вспоминает выпускник Сергей Калиниченко:
   - Поспорили комната на комнату в общаге, что я съедаю 2 торта "Прага" за 1 час времени. Проигравшая сторона оплачивала оба торта и 100 рублей сверху. Огромная сумма по тем временам! Страсти разгорелись не на шутку. Противоборствующая сторона схитрила и вместо "Праги" закупила два бисквитных торта, в которых была уйма масла, больше похожего на маргарин. Но отступать мы не стали. И когда я слупил первый торт (примерно за 20 минут) и пошел в туалет, Серега Кандауров приготовил уже банку с разведенной марганцовкой. Что позволило освободить место для второго. Уже второй торт я ел методически грамотно. Отложил тесто отдельно, а крем отдельно. Сначала съел тесто, обильно запивая его крепким горячим чаем. Чая мог пить сколько захочу, это не оговаривалось. А уж потом, собрав волю в кулак и зажав нос, стал давиться кремом. Успел с зазором в пару минут. Платить такую сумму очень не хотелось, и я не подвел, да и Кондор, как всегда, проявил смекалку.
   Самое интересное, что описанные события происходили не на 1 курсе, когда готов сожрать все и по больше, а на четвертом. Думал, что в жизни больше ни на что сладкое не взгляну. Какое там, через неделю у кого-то был день рождения, и лопал я там тортик на ура.
  
   Кто-то из курсантов придумал "развод": кто съест 4 печенюхи за 40 шагов. Спорили на рубль. К 40-му шагу рот был набит сухим печеньем, которое все высушило во рту. И проглотить это месиво не было ни малейшей возможности!
  
   Выпускник Игорь Дудник:
   - А я, помню, спорил, что за 1 минуту выпью 3 литра молока. Самое интересное, два литра выпил за 30 секунд и решил немного передохнуть. Это меня и сгубило. Если бы сразу попробовал бы влить третий литр, то шанс был... А так, я молоко вовнутрь, а оно, зараза, назад стремится. Так и проиграл поход в "булдырь".
   Однажды поспорили с Игорем Ефимовичем всем столом, что он съест бачок каши-"кирзухи". Так он все съел без проблем. Пришлось вести его втроем в булдырь. Условие - мы оплачиваем все, что он съест за один заход. Он берет половину лотка пирога "здравствуй, язва", компот - несколько стаканов, садится и все это ест спокойно.
   Ну, думаем, все не съест, глядишь, и нам останется. А Игорь спокойненько, не спеша поел, запил компотиком и говорит: "Может, еще взять?" После этого я уже не заключал ни одного пари...
   По училищу ходили легенды про курсанта Шарова из 13 роты. Якобы тот мог съесть невероятные количества пищи.
  
   Еще немного про 'булдырь'...
   В курсантской столовой было курсантское кафе - "Витязь", что ли, называлось. Какой там нафиг витязь - булдырь и булдырь. Вечно грязный пол и столы, традиционный полусырой пирог на лотках. Пирог был очень тяжелым - что туда клали? Запивали это странной смесью, похожей на какао или компотом. Иногда было молоко, но оно очень быстро раскупалось. Стандартный поход в булдырь стоил примерно рубль. Курсант получал от 7 до 17 рублей в месяц. Гуляй, рванина... Все равно намного популярнее был поход в магазин за батоном и пазырем молока.
  
   Как-то Глеб Лесковых (из местных) организовал поход на кондитерскую фабрику. Народ оторвался не на шутку. Сначала все набивали брюхо какими-то карамельками. А в конце выяснилось, что есть еще настоящий шоколад и конфеты типа - на экспорт. Ох, и пострадали тогда массово системы пищеварения...
   Ну, а по приезду в училище угадайте, какое помещение оказалось самым востребованным?
  
   Культурно-массовые мероприятия с посещением местных театров и т.п., как правило, превращались в массовое истребление содержимого тамошних буфетов. Гражданские лица к прилавкам при этом не допускались - не было у них такой физической возможности. Кто ж сладит со взводом, а то и ротой озверевших от вида человеческой пищи курсантов! Так что извиняйте, дорогие товарищи гражданские, оставшиеся без пирожного в антракте. Сорри, мы больше не будем!
  
   А тот вопрос, который задал курсант Карпов полковнику Ракоеду, был задан всерьез, и настоящий ответ на него все же поступил. В конце 80-х годов полковник Ракоед, начпрод и два прапорщика-"продовольственника" попали под следствие военной прокуратуры, и кто-то из них даже сел. Разумеется, кто пониже рангом.
  


По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2015