ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Жирохов Михаил Александрович
Авиация в Нагорном Карабахе

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения]
Оценка: 3.84*143  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Материал представляет собой дальнейшее развитие статьи: Карабах: хроника воздушной войны \\ Авиамастер (Москва).-2000.-# 6


Черный сад скорби (авиация в армяно - азербайджанском конфликте).

  
   Нагорный Карабах стал синонимом непрекращающегося конфликта, попытки решения которого остаются безуспешными. Межнациональные столкновения, начавшиеся еще в советские времена, после распада страны переросли в полномасштабную войну с применением тяжелого вооружения и авиации. Именно авиационную составляющую этого конфликта и пойдет речь в статье.
  

* * * * *

  

В тени могучей державы (1987 - 1991)

  
   Нагорный Карабах (историческое название - Арцах) занимает восточные и юго-восточные горные и предгорные районы Малого Кавказа, составляющего северо-восточную часть Армянского нагорья. Он дугообразно тянется от гор, окружающих с востока бассейн озера Севан, к юго-востоку - до реки Ерасх (Аракс). В разные периоды истории первоисточники называли край различными именами: Уртехе-Уртехини, Орхистена, Арцах, Цавдек, Хачен, Карабах. После раздела Армении между Византией (а затем арабами и турками) и Ираном, в Арцахе (армянское название Карабаха) и в соседнем Утике начали селиться турки, и область эта, будучи под началом Ирана, получила турецкое название Карабах ("Черный Сад").В средневековье здесь сохранились последние остатки армянской государственности - 5 полунезависимых княжеств-меликств.
   При включения Закавказья в состав Российской Империи, Арцах был поделен между Эриваньской и Елизаветпольской губерниями. После получения независимости тремя закавказскими республиками, Арцах недолгое время был в составе Армении, однако в ходе нападений мусаватисткого Азербайджана в скором времени превратился в "передвигающуюся линию фронта".
   В советское время, по условию мира с Турцией, Арцах был превращен в Нагорно-Карабахскую Автономную Область в составе АзССР, лишившись при этом почти половины своей территории (Равнинный Карабах). В АО переселялись азербайджанцы и поощрялся отток армянского населения, в частности, в Сумгаит.
   Однако "перестройка" и начавшиеся в советских республиках процессы национального самосознания привели к трагическим последствиям. Армяне НКАО стали требовать выхода из состава тогда еще Азербайджанской ССР. Естественно, что союзное руководство не могло допустить фактически развала республики и начала пересмотра существующих границ, потому в НКАО были введены внутренние войска. Вместе с ним пришли отряды азербайджанского ОМОНа. Вполне естественно, что военные поддерживали официальный Баку. Именно в тот период сложилась формула взаимодействия - военные с помощью бронетехники блокировали армянское село, а азербайджанские омоновцы, прибывшие на вертолетах, делали "зачистку", обычно заканчивающуюся насильной депортацией (вернее "добровольным покиданием места проживания" - более иезуитской формулы тяжело придумать) и сожжением села. В ответ армяне начали формирование отрядов самообороны (именно тогда пошла гулять формула "незаконные вооруженные формирования").
   Поддерживали действия военных вертолеты армейской авиации - Ми-8, Ми-6 и Ми-24. Основной задачей вертолетчиков на начальном этапе было сопровождение транспортных колонн, перевозка грузов и пассажиров, эвакуация раненных. Нанесение ударов по боевикам носило крайне ограниченный характер и каждый случай надо было согласовывать с вышестоящим начальством. Деятельность Советской Армии в тот период в Закавказье окутана сплошной тайной и потому полную картину восстановить пока не представляется возможным. Отметим только, что все потери ВВС СССР в 1988 - 1990 годах в Нагорном Карабахе относили к "небоевым" и списывали то на отказы техники, то на человеческий фактор. Так было, например, со случаем 14 июля 1989 года, когда в Кельбаджарском районе потерпел аварию военно-транспортный вертолет Ми-8. В результате 8 человек погибло - по всей видимости, это были первые жертвы среди вертолетчиков.
   Отряды азербайджанского ОМОНа перебрасывались вертолетами азербайджанского отделения "Аэрофлота". Стоит немного сказать и об ОМОНе: несмотря на громкое название, его боевая ценность была минимальной. Красноречиво говорит, например, тот факт, что набирали туда за определенную мзду в основном городских парней, которые для сельского населения Карабаха были пришлыми. Потому к службе они относились спустя рукава, в основном занимаясь операциями "купи - продай". А если кто-то становился неугодным - его просто подставляли. Так, в истории карабахской войны остался случай, когда одно из подразделений ОМОНа на горной дороге было просто расстреляно армянами по наводке азербайджанцев (!). Погибло 62 человека - таковы реалии гражданской войны.
   Основой вертолетного компонента азербайджанцев был Бакинский авиотряд, летчики которого регулярно отправлялись в командировку в Карабах. Причем летали практически исключительно русские, так как собственно азербайджанцев в летно - техническом составе было крайне немного - прежде всего из-за непопулярности летных специальностей на Кавказе.
   Поначалу рейсы были сугубо мирными, но с нарастанием масштабов боев, все чаще вертолетчики стали перевозить отряды ОМОНа, боеприпасы, раненных и убитых. Гражданские летчики работали в очень тяжелых условиях, нарушая буквально все мыслимые и немыслимые инструкции, практически постоянно подвергаясь обстрелам с земли. После первых случаев обстрелов летчикам выдали бронежилеты, которые они клали в кабину, а часто густо просто в пилотские кресла, так как в горах чаще всего обстреливали снизу. Полной статистики по обстрелам на сегодня дать невозможно, но по данным автора только один экипаж за относительно короткий срок был обстрелян шесть раз.
   По крайней мере, один раз азербайджанская "восьмерка" совершила аварийную посадку после обстрела с земли. Причем крайне неудачно для экипажа - недалеко от армянского села. Вертолет был восстановлен, зато экипаж был жестоко избит местным населением. После чего командир экипажа категорически отказался больше от командировок "на войну".
   Именно в этот период азербайджанцы стали активно применять вертолеты для провокационных целей. Так, военные в Ханларском районе Азербайджана отмечали выкрашенные в оранжевый цвет вертолёты без номеров и опознавательных знаков. Причем летали с нарушением всяких инструкций, и не отвечали на запросы диспетчерских служб. С вертолетов обстреливались азербайджанские сёла. Иногда вертолеты совершали посадки на окраинах сёл, и бородатые боевики, выскочив из вертолётов, обстреливали и поджигали дома. Долгое время эти вылазки оставались безнаказанными, но в один из дней спецназ внутренних войск смог захватить группу боевиков на месте. После допроса оставшихся в живых после схватки оказалось, что это были азербайджанцы. Дело замяли, однако это было только начало гражданской войны.
   Неоценимую роль играла гражданская авиация и в поддержке армянского населения. Дело в том, что прямого сухопутного сообщения Карабаха с Арменией не было и для доставки оружия и эвакуации населения широко использовались самолеты и вертолеты армянского отделения "Аэрофлота". Причем тут основную роль играли самолеты - Як-40 и Ан-2, которые летали на Степанакерт. Азербайджанцы, естественно, старались бороться с авиацией противника, тем более, что горная местность способствовала организации засад. О потерях армянской гражданской авиации известно крайне мало. Так, огнем с земли в 1990 году (точной даты, увы доступные автору источники не приводят) был сбит по крайней мере один "кукурузник". А 1 августа все того же 1990 году у села Фарадж Лачинского района потерпел катастрофу лайнер Як-40, совершавший рейс Ереван - Степанакерт. Погибли 39 пассажиров и 4 члена экипажа. Проведение расследования Госавианадзором СССР было крайне затруднено из-за того, что обломки машины разметало на большой площади, причем как на армянской, так и на азербайджанской стороне. Официальные выводы комиссии говорят о "потере ориентации в условиях плохой видимости", но скорей всего самолет просто перегрузили - нормальная пассажировместимость "сороковки" - 32 человека, что в высокогорных условиях сыграло трагическую роль. Вообще практически каждый вылет происходил с такого рода нарушениями инструкций, так как покинуть Карабах было очень много желающих.
   По всей видимости событием, которое стало той чертой, за которой невозможен компромисс, стали армянские погромы в Баку в январе 1990 года и этнические чистки в обеих республиках. Количество жертв исчислялось тысячами, а Москва продемонстрировала полную неспособность контролировать ситуацию.
   Стоит отметить, что межэтнические столкновения в обеих республиках начались значительно раньше. Как всегда в таких случаях союзное руководство пускало в ход силу. Активно применялась и авиация, которая несла потери. Так, 16 октября 1989 года во время очередной вспышки насилия в Баку была направлена десантная часть 22081, которая находится в г. Болград.
   По прибытию на аэродром, десантники получили приказ о сдерживании спокойствия в городе. Спустя два дня был получен приказ о возвращении 8-й роты обратно в часть. Загрузившись, самолёт ИЛ-76д поднялся в небо, но через мгновение загорелось правое крыло. Пилоты тут же включили пожарную систему, но система вышла из строя и при повторном включении она так же не сработала. Борт запросил срочную посадку, на что аэродром ответил строгим отказом. И предупредил, что при самовольном снижении на полосу по самолёту будет открыт огонь.
   Командир корабля попытался погасить пламя своими силами, но пламя разгорелось ещё больше. И вскоре самолет упал, похоронив под своими обломками экипаж и 8-ю роту десантников.
  

Развал СССР

  
   После фактического распада СССР в августе 1991 года, 2 сентября 1991 года Верховный Совет НКАО принял решение о создании независимой республики Нагорный Карабах. Которую однако признало единственное государство - Армения. Первым делом вооруженные формирования были переименованы в "Силы Самообороны Карабаха".
   Части Советской Армии и Внутренних войск, дислоцированные в регионе, оказались фактически предоставленные самим себе. Обе стороны рассматривали их как источник тяжелого вооружения и регулярно проводили различные провокации. Нередки были и ночные обстрелы. В сложившейся ситуации только от командира части зависело на какой стороне выступить в конфликте. Отмечены случаи прямого участия военнослужащих в развернувшихся боевых действиях. Причем потери армейских вертолетчиков продолжали расти. Самым резонансным случаем, стало сбитие вертолета, на борту которого находился комендант района чрезвычайного положения в НКАО генерал - майор Николай Жинкин. 21 ноября 1991 года боевики подстерегли "восьмерку" около села Каракенд Мартунинского района и из ДШК расстреляли. Кроме генерала, погиб экипаж под командованием майора Вячеслава Котова и все сопровождавшие лица (количество жертв теракта составило 22 человека). Этот расстрел вызвал новую волну репрессий со стороны внутренних войск, причем ответственность за эту операцию была возложена на армян (хотя доказательств привести никто как всегда не удосужился).
   Буквально через неделю в этом же районе были обстреляны сразу два гражданских вертолета азербайджанской авиакомпании "Азал" (так стал называться азербайджанский осколок "Аэрофлота") с пассажирами на борту. Летчикам одного Ми-8 удалось маневрами избежать повреждений, а вторая машина получила в результате повреждение рулевого винта, все же ее удалось посадить в аэропорту Агдама. В этот раз, к счастью, никто не пострадал. Вообще стоит отметить, что летные условия в зоне конфликта очень сложные: постоянная облачность и туманы, сложный горный рельеф требуют от пилотов крайнего напряжения.
   Упразднение СССР в декабре 1991 года среди прочих кардинальных вопросов вызвал к жизни оказавшимся ключевым для закавказского региона вопрос о дележе имущества Советской Армии. На тот момент в Закавказье располагалась мощная группировка войск Закавказского военного округа, которая по замыслам советских стратегов в случае войны с НАТО должна была быть в состоянии в течение одного месяца вести бои, находясь в автономном режиме, и в случае необходимости выйти к Персидскому Заливу и Босфору. При этом Армения рассматривалась как передовой рубеж, где должны были вестись оборонительные бои, после чего советские войска переходили в наступление, Азербайджану же предназначалась роль тыла и функции тылового обеспечения и резерва для наступления.
   Поэтому в Армении отсутствовали военные аэродромы и авиация, системы ПВО и инфраструктурные подразделения, здесь находились только оперативные склады вооружения и боеприпасов. Основные же склады вооружения и боеприпасов, а также основной потенциал тяжелой техники и авиации были расположены в Азербайджане. Так, по данным 1991 г. дислоцированная в Азербайджане 4-ая армия имела на 27 процентов больше танков, бронированных машин и тяжелой артиллерии, чем дислоцированная в Армении 7-ая (соответственно, 1310 и 955 единиц тяжелого вооружения). На территории Азербайджана находились один стратегический склад боеприпасов (свыше 7200 вагонов), два окружных (по 1100 вагонов), три дивизионных (по 200 вагонов) - всего десять тысяч вагонов.
   На территории Армении располагалось всего лишь три дивизионных складов с общей емкостью 500 вагонов - в 20 раз меньше. Кроме того, в Азербайджане находилось пять военных аэродромов, на которых базировалось четыре авиаполка ВВС и ПВО - 80-й ОШАП в Ситал-Чае (Су-25, на аэродроме базирования с 1987 года), 82-й (по другим данным - 50-й) ИАП ПВО в Насосной (МиГ-25ПДС и 4 МиГ-31, отрабатывавшие взаимодействие с МиГ-23МЛ из Вазиани), 976-й БАП в Кюрдамире (Су-24) и 882-й РАП в Далляре (МиГ-25РБ и Су-24МР), значительные склады боеприпасов, тогда как в Армении не было ни одного. Чтобы лучше представить, что хранилось на этих складах, можно привести данные по получившему широкую огласку инсценированному "нападению" на окружной склад в Агдаме в феврале 1992 - в распоряжение азербайджанской армии только лишь после этого одного эпизода перешло 728 вагонов артиллерийских снарядов, 245 вагонов реактивных снарядов и 131 вагон боеприпасов к стрелковому оружию. По оценкам военных экспертов, такое количество боеприпасов должно было хватить на проведение напряженных боевых действий как минимум в течение года (по данным тех же экспертов, уже через полгода Азербайджан использовал 70% этих боеприпасов).
   Такая диспропорция в дислоцированном на территории Армении и Азербайджана вооружении предопределила подход этих республик к вопросу о строительстве национальных вооруженных сил. Армения пыталась решать проблему в рамках системы коллективной безопасности СНГ и поддерживала претензии России на полный контроль над имуществом Советской армии. Поэтому ставший президентом Армении Левон Тер-Петросян декларировал отказ от построения боеспособной национальной армии, в надежде, что Россия не допустит передачи складированного в Азербайджане оружия. Однако его расчет оказался неверным - большинство республик СНГ, в первую очередь Украина и Азербайджан, провозгласили имеющееся на их территории вооружение национальным достоянием, поэтому заявление России о переходе бывшей Советской Армии в Закавказье под ее юрисдикцию оказалось пустой декларацией намерений.
   Таким образом, на конец 1992 года армяне располагали следующими силами (согласно официальным данным Генштаба): 120 танков, 164 боевых машин пехоты, 56 бронетранспортеров, 75 броне-тягачей, 225 артсистем различного калибра, 38 самоходных артиллерийских установок, 47 реактивных систем залпового огня "Град", 19 крупнокалиберных минометов, 105 противотанковых пушек, 45 противотанковых реактивных комплексов, 100 зенитно-ракетных комплексов, 5 штурмовиков Су-25, 1 истребитель МиГ и 1 учебно-боевой самолет Л-29, 28 вертолетов (из них 12 -- боевые Ми-24).
   Боевой потенциал Азербайджана (согласно тем же источникам) составлял: танков -- 325, боевых машин пехоты -- 344, 78 боевых машин десанта, 38 разведывательных, 329 бронетранспортеров и бронетягачей. Артиллерия: 343 гаубицы и самоходных артиллерийских орудия, 63 реактивных установки "Град", 52 миномета. ВВС: 35 истребителей МиГ, 7 фронтовых бомбардировщиков, штурмовик Су-25 и 52 учебно-боевых самолетов Л-29, 18 ударных вертолетов МИ-24 и 15 военно-транспортных. ПВО -- до 100 зенитно-ракетных комплексов
   Конечно, кое-где вопрос о дележе имущества решили очень просто местные командиры. Вот, например, характерное свидетельство одного из очевидцев, проходившего службу в ШМАСе (Школе младших авиационных специалистов): "Все было бы ничего, только не решался вопрос с самолетами, которые в части были. Да, взлетной полосы в части не было - это факт. А самолеты были. Стояли они на учебной площадке. Самолетов было не очень много, и не все они были готовы в любую секунду выполнять боевую задачу, но все-таки это были неплохие самолеты. Судите сами: Л-29 ''Дельфин'', Л-39 ''Альбатрос'', Су-15, Су-15ТМ, МиГ-19, МиГ-21, МиГ-25. И каждого наименования по две - три штуки...
   И в конце ноября командир части, на свой страх и риск, принял решение. Решение заключалось в следующем. Для того чтобы самолеты не достались местным бандитам (так он называет азербайджанцев. - Авт.), их нужно было привести в полную негодность. Как это сделать? Элементарно!
   При помощи тягачей и грузовых машин мы подтаскивали самолеты к обрыву у реки Кусарчай и сбрасывали их вниз. Падая с обрыва, самолеты разбивались. Высокий был обрыв.
   Местное население растаскивало обломки самолета за два дня. Кому-то топливный насос под собственный колодец был необходим, а другому топливный бак под летний душ... В общем бандформированиям наши самолеты не достались".
   Однако такие случаи были скорее исключением и в основном техника передавалась согласно правительственным соглашениям и по описи. Первыми в руки противоборствующих сторон попали боевые вертолеты. В начале 1992 года Азербайджану передали эскадрилью Ми-24 (14 вертолетов) и эскадрилью Ми-8 (9 вертолетов), которые базировались на аэродроме Сангачалы, а Армении - эскадрилью из 13 Ми-24, входивших в состав 7-го Гвардейского вертолетного полка, базировавшегося под Ереваном.
   Известны только пять бортовых номера N39, 40, 29, 17 и 45, однако вопрос о том, кто летал на боевых машинах и насколько широко применялись они в конфликте остается открытым. Азербайджанские же источники утверждают, что за штурвалами сидели армяне из Ливана и Сирии, что представляется крайне спорным.
   Однако развал Советской империи на тот момент уже приобрел свой размах и многие высокопоставленные офицеры Закавказского военного округа в открытую поддерживали одну из противоборствующих сторон. Ясное дело, используя свое положение и не за "просто так". В качестве примера просто приведем некоторые имеющиеся в распоряжении автора донесения контрразведчиков того периода:
   "12.05.92 г. С аэродрома Новоалексеевска (пригород Тбилиси) на аэродром Кала (Азербайджан) была вывезена партия оружия в количестве 400 автоматов (40 ящиков по 10 штук) и 80 ящиков с патронами. Перевозка, осуществленная на основании распоряжения замкомандующего ЗакВО генерал-лейтенанта С.У. Беппаева, производилась на двух самолетах - Ту-134 (салон командующего) из состава ... ОСАЭ (войсковой части 78782) и Ил-20 (разведывательный) из состава ... ОРАО РУ ЗакВО (войсковой части 15282). По прибытии на место указанное оружие и боеприпасы были получены и вывезены представителями МО Азербайджана во главе с начальником штаба генералом Мусаевым. Факт получил огласку и осуждение среди военнослужащих эскадрилий. По их мнению, в случае попадания указанной информации армянской стороне руководство Армении будет иметь веские основания для обоснованных обвинений российских военнослужащих в пособничестве Азербайджану". И такие случаи были не единичны...
   19 февраля 1992 над полем боя впервые появились азербайджанские Ми-24, нанесшие удар по армянским позициям у села Карагалы. Пилотировали вертолеты бывшие советские летчики, перешедшие на контрактную службу в ВС Азербайджана, довольно умело действовавшие пpoтив бронетехники и огневых точек противника. Кроме того, в военную авиацию переманили (естественно, большими деньгами - чего чего а этого "добра" как у азербайджанцев, так и у армян хватало) часть летчиков гражданской авиации. Однако горные условия боевых действий накладывали свой отпечаток и уже в марте армяне заявили, что им удалось сбить два "крокодила".
   Продолжали летать в Карабахе и гражданские машины. До 28 января 1992 года потерь у азербайджанских вертолетчиков не было, но в тот злополучный день над Шушой (практически единственным крупным городом Карабаха, населенным азербайджанцами) ракетой с земли был сбит Ми-8 под управлением летчика - русского по фамилии Серегин. По рассказам очевидцев дело происходило следующим образом: "во время взлета сразу трех вертолетов к замыкающей машине со стороны армян потянулся шнур черного дыма. От удара самопроизвольно открылся кормовой люк и с высоты примерно полтора километра люди посыпались как горох". Все, что смог сделать экипаж, так это отвести машину от жилых кварталов. Вместе с экипажем (кроме пилота в него входили два азербайджанца) погибли все находившиеся на борту (а это по крайней мере 30 человек, точную цифру не сможет дать никто, так как контроля за загрузкой вертолетов просто не было). Самое удивительное и страшное в этой истории, это то, что пилот под всяческими предлогами не хотел лететь в этот вылет, как бы предчувствуя свою гибель! И вот и не верь после этого в приметы...
   С началом полномасштабной войны в Карабахе Москва решила вывести свои войска из Карабаха и передать оставшуюся на территории Армении и Азербайджана технику. Сначала с 27 февраля по 7 марта 1992 года была проведена успешная операция по эвакуации блокированного армянами 366-го мотострелкового полка, дислоцированного в Степанакерте. Причем людей и имущество эвакуировали по воздуху, так как наземные пути были блокированы "силами самообороны Карабаха", которые рассматривали все имущество полка как "трофей". В "воздушном мосту" отметились вертолеты Ми-6 и Ми-26, которые прикрывались боевыми Ми-24.
   Весной 1992 года понесли последние потери в Карабахе и армейские вертолетчики (по сути российские, но по бумагам подчинявшиеся некоему эфемерному образованию как Главное Командование ВВС СНГ). 3 марта 1992 российский военно-транспортный Ми-26, сопровождаемый боевым Ми-24, доставил в и армянское село Гюлистан 20 тонн муки и вывозил оттуда женщин, детей и раненных. Не долетев до Армении, над Кельбаджарским районом Ми-26 подвергся атаке камуфлированного азербайджанского Ми-8. Однако эта атака была сорвана вертолетом сопровождения Ми-24, который маневрированием отогнал противника. Тем не менее, полет завершился трагично - запущенная с земли ракета ПЗРК поразила Ми-26, он загорелся и рухнул около азербайджанского села Сейдиляр. Из пятидесяти человек, находившихся на борту, 12 погибли и 38 получили ранения разной тяжести..
   К слову сказать, по всей видимости Ми-26 попал в засаду, так как азербайджанцы имели информацию о том, что именно на борту одного из таких вертолетов в Степанакерт была переброшена партия ПЗРК "Стрела"2М и несколько ЗУ-23-2.
   Всеми силами военные пытались оставить противоборствующим сторонам гораздо меньше техники и вооружения, прекрасно отдавая отчет, что буквально "с колес" оно будет пущено в бой. Вот, что, например, Рассказывает генерал-майор Геннадий Климентьев, бывший заместитель командующего войсками Закавказского военного округа по боевой подготовке: " Министерство обороны поставило задачу -- создать оперативные группы по передаче и вывозу части вооружений с территории закавказских республик. Командовать было поручено мне... Вооружение вывозили теми же способами, которые использовали в свое время азербайджанские национальные силы. Ночью, без предупреждения, въезжали, можно сказать, врывались в воинскую часть, вскрывали склады и грузили в основном стрелковое оружие в машины. Прикрывала нас группа спецназа. Оружие переправляли на вертолетах в район Краснодарского края, в арочное укрытие, предназначенное для самолетов. Как только укрытие заполнялось, ворота заваривались, вокруг устанавливали мощное минное поле, ставили специальные таблички... А бронетехнику, наиболее новые санитарные машины, "Уралы", "КамАЗы" вывозили на ИЛ-76... Это продолжалось до тех пор, пока не произошло следующее. Однажды я приехал на аэродром, чтобы встречать наши самолеты из России, прибывающие за вооружением. Оружие, которое мы хотели переправить, спрятали в кустах, чтобы азербайджанцы ничего не заподозрили. И вот самолет заходит на посадку, выруливает на стоянку. И вдруг на полосу въезжают две военные машины с вооруженными азербайджанцами. Одна из них останавливается перед носом самолета, другая сбоку. Азербайджанцы высаживают экипаж самолета, подводят к ангару и ставят к стенке. И меня вместе с ними. Начинают оскорблять... Даже открыли огонь поверх наших голов... Когда они стрельбу прекратили и нам разрешили повернуться, я увидел среди них бывшего капитана Советской Армии и спросил: "Чего вы хотите?" Он ответил, что было получено задание арестовать экипаж самолета и людей, встречающих его, а затем отправить всех под арестом в одну из воинских частей..."
   Перевозки военного имущества по воздухе не всегда заканчивались благополучно, так 13 мая над Казахским районом Азербайджана потерпел аварию Ми-26, перевозивший военное имущество из Тбилиси в Нахичевань. Экипаж под командованием майора Сергея Воеводина и 6 пассажиров погибли. Первоначальная версия об огне с земли не подтвердилась последующим расследованием (хотя и выяснились и такие "пикантные" подробности, как, например то, что вертолет летел без письменного разрешения начальства). Вообще в то время в Закавказье билось очень много авиатехники, по большей части из-за царившей неразберихи.
  

Армяно - азербайджанская война.

  
   Получившие достаточное количество боевой техники азербайджанцы решили раз и навсегда решить проблему Карабаха военным путем. И для этого были все основания - превосходство в тяжелой технике (армяне тоже получили кое-какую бронетехнику, но перебросить в Карабах не смогли - как уже упоминалось, на тот момент не было наземных коммуникаций с Карабахом), в живой силе и наконец в военных специалистах (а практически сразу строительство национальных вооруженных сил взяли под свой контроль турецкие генералы).
   Мало того, 8 апреля 1992 года азербайджанцы обзавелись и собственной авиацией в виде единственного Су-25, угнанного с аэродрома Ситал Чай 25-летним старшим лейтенантом Вагифом Бахтияр-оглы Курбановым. Летчик при помощи двух своих соотечественников: техника самолета лейтенанта Мамедова и авиамеханика прапорщика Кулиева, летчик подготовил штурмовик к полету и перелетел на гражданский аэродром Евлах*, откуда через месяц стал совершать боевые вылеты.
  
   * - это официальная азербайджанская версия, хотя многие очевидцы говорят о том, что базирование штурмовика на этот аэродром представляется маловероятным, так как аэродром не обладает ВПП необходимой длины
  
   Российское руководство немедленно потребовало вернуть самолет, но на мнение Москвы уже тогда мало кто обращал внимание. Тогда Министерство обороны России сообщило, что был отдан приказ уничтожить самолет-дезертир и 982-й ИАП, базировавшийся в Грузии на аэродроме Вазиани, в апреле 1992 постоянно держал в готовности пару МиГ-23 для перехвата азербайджанского штурмовика, но были ли какие-то реальные попытки перехвата неясно, хотя вряд ли кто-то посмел бы нарушить новоиспеченный суверенитет бывших республик.
   По крайней мере, уже начиная с 8 мая Су-25 регулярно бомбил Карабах. Причем использование единственного штурмовика имело свои особенности - его использовали исключительно для "стратегических" бомбардировок, а непосредственной поддержкой на поле боя занимались "крокодилы". Использовался "грач" и крайне нетрадиционно - так, 9 мая Курбанов перехватил и обстрелял гражданский Як-40, который вывозил беженцев из Степанакерта (самолет совершил аварийную посадку и хотя никто не пострадал, но лайнер списали). Говоря о Курбанове стоит также заметить, что сведения о применении им управляемого оружия скорей всего являются "уткой": дезертир не имел необходимых навыков (служил в полку всего год), да и для просто подготовки одной управляемой ракеты для запуска нужен целый стенд и куча специалистов, чего в Азербайджане образца 1992 года явно не было.
   Майские бои стали решающими для обеих сторон. Азербайджанцы бешено наступали, на всю катушку используя свое господство в воздухе. Однако боевой дух армянских отрядов оказался выше и 18 мая с взятием Лачина была прорвана наземная блокада республики. Этот успех вызвал целую волну авиаударов, причем часто густо в прицелах Курбанова и вертолетчиков были сугубо гражданские цели.
   Беспрецедентный случай угона боевого самолета и усилившееся давление на авиаторов, потребовал от руководства России (а все авиачасти в регионе на тот момент были переданы именно в состав ВВС РФ) незамедлительных мер. В результате 9 - 10 июня 1992 года была проведена операция по перегонке самолетов.
   Эвакуации прежде всего подлежала техника с аэродрома Насосный. Однако из-за откровенного предательства отдельных офицеров (в этой связи часто вспоминают полковника Владимира Кравцова, занимавшегося расформированием полка ПВО, а чуть позже ставшего генералом и командующим ВВС Азербайджана) на этом аэродроме азербайджанцами было захвачено несколько десятков (возможно, до 30) перехватчиков МиГ-25ПД.
   В Далляре заместитель командира разведывательного авиаполка подполковник Александр Плеш сообщил азербайджанцам о намеченной перегонке самолетов в Россию (за что впоследствии получил место командира эскадрильи в азербайджанских ВВС). 9 июня на территорию аэродрома ворвалась толпа, женщины блокировали полосу, а мужчины порезали пневматики боевых самолетов. Таким образом, был сорван перелет 8 МиГ-25РБ. Всего на этом аэродроме азербайджанцы захватили 5 разведчиков МиГ-25РБ, 11 Су-24МР и 4 Ил-76, присланных для эвакуации личного состава и имущества. Причем один Ил из Далляра перегнал в Баку гражданский экипаж некоего Байрамова.
   Это была самая большая удача для азербайджанцев, так как из Ситал Чая удалось вывести всю технику (причем сразу после ухода военных на этом аэродроме "совершенно случайно" возник пожар, который уничтожил все постройки!), а в Кюрдамире "оккупанты" оставили только один неисправный самолет.
   Правда ценность захваченных самолетов была невелика. Разведчики Су-24МР не имеют никакого прицельного оборудования для бомбометания, но установить бомбодержатели для бомб и подвески НУРС азербайджанцы, в принципе, могли, тем более, что в Азербайджане имелся авиаремонтный завод, специализировавшийся, правда, на МиГ-25. Атаковать цели в таком случае можно "на глазок", благо по городу не промахнешься.
   МиГ-25РБ и его модификации предназначены для ударов по крупным стационарным объектам, а также ведения фото и радиотехнической разведки. Характеризуя атаки разведывательно-ударных МиГ-25РБ, упоминалось, что атаки также велись без применения сложных прицельных комплексов, которые часто выходят из строя, требуют квалифицированного обслуживания и запчастей.
   А вот к утверждениям о том, что перехватчики МиГ-25ПД лихо крошили армянские танки тепловыми ракетами Р-60 класса "воздух-воздух", стоит отнестись с недоверием. Очень трудно представить, как летчики скоростных, неманевренных перехватчиков, обладающих не очень хорошим обзором вниз, отыскивали в горах одиночные танки и БМП, пикируя выходили на них в атаку, при этом неизвестно, способна ли вообще головка самонаведения ракеты Р-60 захватить тепловое излучение работающего танкового двигателя. А если двигатель--холодный? Да и осколочная (!) боевая часть весом 3,5 кг не лучшее средство для борьбы с танками. Таким образом, вероятнее всего, что слухи об "истребителе танков МиГ-25ПД" несколько преувеличены.
   Новая техника была весьма кстати, так как потери азербайджанских вертолетчиков были критические - к концу мая в строю оставалось всего шесть Ми-24. поэтому в дальнейшем тяжесть прикрытия своих войск выдержали старенькие учебно - боевые самолеты чехословацкого производства Л-29 "Дельфин". Благо досталось их аж 70 штук (они состояли на вооружении в одном из авиаполков Армавирского летного училища). Практически единственным достоинством "Дельфина" стал тот факт, что пилотировать его могли даже недоучившиеся курсанты (которые массово увольнялись из различных училищ (как военных, так и гражданских) по всему бывшему СССР "по медицинским причинам").
   12 июня азербайджанские войска предприняли наступление на северо-восточном, восточном и юго-восточном направлениях фронта. На театр военных действий протяженностью почти 120 километров был брошен фактически весь военный потенциал Азербайджана. Кроме того, были задействованы также силы дислоцированной здесь бывшей 4-ой советской армии. С помощью бронетехники, установок "Град", орудий и военной авиации азербайджанцы сумел захватить весь Шаумянский район, часть Мартакертского и Аскеранского районов, вплотную приблизившись к райцентру Аскеран. В результате беспрецедентного по своим масштабам наступления азербайджанской национальной армии были разрушены и сожжены десятки сел, 40 тысяч жителей республики стали беженцами.
   13 июня бесславно закончилась "боевая эпопея" Курбанова, когда запущенной с земли "Иглой" во время очередного вылета был его самолет был сбит. По телевидению были показаны фрагменты самолета с нарисованным азербайджанским флажком. Руководство Азербайджана высоко оценило боевые успехи дезертира, удостоив его посмертно звания "Национальный Герой Азербайджана".
   С учетом сложившейся ситуации 18 июня Верховный Совет НКР ввел в республике чрезвычайное положение. Была проведена частичная мобилизация, охватившая сержантов и солдат запаса, призывников в возрасте от 18 до 40 лет, офицеров до 50 лет, женщин, имеющих специальную подготовку.
   В первых числах июля армия Азербайджана, развивая наступление сразу в нескольких направлениях, захватила райцентр Мартакерт и ряд сел района. Над Арцахом, свыше 40 процентов территории которого было оккупировано азербайджанскими войсками, нависла серьезная угроза.
   11 августа президент Азербайджана издал указ о призыве всех демобилизовавшихся из армии в 1991-92 гг., а также о продлении срока службы тех, кто находился в рядах вооруженных сил. В связи с расширением масштабов войны и для предотвращения дальнейшего захвата территорий возникла необходимость совершенствования обороны, а также реорганизации системы государственного управления. С этой целью 12 августа Президиум Верховного Совета НКР принял указ об объявлении в республике военного положения. Началась мобилизация мужчин в возрасте от 18 до 45 лет. 15 августа был создан Государственный Комитет Обороны (ГКО) с передачей ему всей полноты исполнительной и части законодательной власти. ГКО, председателем которого стал Роберт Кочарян, был призван мобилизовать все людские и материальные ресурсы республики, перевести предприятия, учреждения и организации, весь общественно-политический потенциал на рельсы военного времени. Для объединения разрозненных и автономно действовавших отрядов самообороны под единым командованием и создания регулярной армии в кратчайшие сроки была осуществлена структурная реорганизация вооруженных сил.
   Тем временем на различных участка фронта разворачивались жестокие бои. Одновременно продолжались налеты азербайджанской авиации на гражданские населенные пункты. 18 августа на Степанакерт были сброшены бомбовые контейнеры РБК-250 и РБК-500, в просторечии имеющие название шариковые бомбы, применение которых против гражданского населения запрещено международным правом. В последующие дни бомбежкам подверглись также села Мартунинского, Мартакертского и Аскеранского районов. Причем в налетах приняли участие бывшие советские летчики из расформированных авиаполков, так как по старой русской традиции самолеты перегнали, а о людях как то забыли.
   20 августа "Стрелой" был сбит МиГ-25ПД азербайджанских ВВС, в кабине которого сидел бывший летчик 82-го ИАП киевлянин Александр Беличенко. Летчик катапультировался и попал в плен. Его затем показали журналистам, а Верховным суд Армении приговорил его к смертной казни. Однако вскоре его помиловали и сейчас Беличенко служит начальником аэропорта в Степанакерте. В этот же день был сбит одиночный МиГ-21, от пилота которого по имени Александр ничего не осталось (по другим данным он умер в плену в Армении).
   В конце лета наиболее напряженным участком оставалось Мартакертское направление фронта. 26 августа ценою больших потерь азербайджанцам удалось овладеть автомагистралью Мартакерт-Кельбаджар, имевшей важное стратегическое значение. Малочисленные карабахские силы, действовавшие на Мартакертстком направлении, оказались в тяжелом положении. С целью укрепления войск на данном участке фронта была произведена перегруппировка сил, в результате чего карабахским формированиям в начале сентября удалось приостановить продвижение противника, а на Аскеранском направлении перейти в контрнаступление и освободить ряд сел этого района. В этот же период в полностью оккупированном Шаумянском районе развернулось партизанское движение.
   В последней декаде сентября азербайджанские войска дважды предпринимали попытку перерезать лачинский гуманитарный коридор (причем гуманитарный это сказано слишком громко - по нему вовсю перебрасывали боевую технику и вооружение, в частности именно так в Степанакерте появились восемь зениток С-60) , однако были остановлены в 12 километрах от него, а затем отброшены назад. При этом широко применялась авиация, так 5 сентября армянами был сбит очередной Ми-24, в котором погибли майор Сергей Синюшкин* и капитан Евгений Карлов, которые согласились выполнить несколько боевых вылетов за определенную плату.
  
   * - стоит отметить, что в нынешних азербайджанских публикациях утверждается, что Синюшкин (или Сенюшкин?) уже был гражданином Азербайджана, что представляется крайне невероятным, учитывая сложившуюся ситуацию
  
   Интересно отметить, что по всей видимости, советские вертолетчики воевали и с другой стороны - так, по последним данным в 1992 году в районе азербайджано-армянской границы были сбиты несколько Ми-24П, формально принадлежавшие ВВС СНГ. Их экипажи погибли, в том числе -- полковник Гуляев, старший лейтенант Терещенко и другие. И тут необходимо сделать два принципиальных уточнения: как выяснилось в ходе дальнейшего расследования Гуляев и Терещенко были "по ошибке" сбиты армянами, а вдова старшего лейтенанта так и не получила до сих пор причитающиеся ей 100 тысяч рублей за погибшего мужа.
   19 октября карабахские силы перешли в контрнаступление на юге коридора, выйдя к границам Кубатлинского района. Чуть ранее, 10-го числа карабахцы заявили о сбитии еще одного Су-25. Сообщения о наличии в Азербайджане еще нескольких самолетов этого типа стоит принять по крайней мере настороженно (сведения о том, что их передали (как вариант - продали) грузины из задела, собранного на Тбилисском авиазаводе, маловероятны, так как в этом период грузинам хватало собственных проблем с Южной Осетией) и по мнению автора скорей всего сбитым был Л-29 "Дельфин", который в полете легко принять за "грач". Вообще за октябрь армяне претендуют на три сбитых самолета (МиГ-21 и два Л-29), в которых погибли два летчика, а один - Анатолий Чистяков - попал в плен.
   В ноябре 1992 года армия НКР в ходе контр наступательных действий на северо-востоке Мартакертского района практически взяла под контроль магистраль Тартар - Мартакерт - Кельбаджар. В течение всего месяца на всем протяжении Мартакертского фронта велись ожесточенные бои. Азербайджанской авиации удалось достигнуть определенных успехов - в частности, все военные перевозки по лачинскому коридору стали вестись исключительно ночью. 23 ноября понесли потери и армянские вертолетчики - огнем с земли в районе коридора были сбиты сразу два Ми-8.
   К концу 1992 года по всей линии фронта наметилось снижение активности боевых действий. В начале января 1993 года военные действия по всему азербайджано-карабахскому фронту вступили в новый этап. Азербайджан задействовал почти весь свой арсенал - все наличные боевые самолеты, танки и боевые машины пехоты. Что естественно не могло не сказаться на потерях сторон - только с 10 по 15 января азербайджанцы записали себе не менее 10 сбитых самолетов и вертолетов армян, однако подтверждения из независимых источников получили только три случая: 12 и 14 января было сбито по одному Ми-8, а 15-го числа - МиГ-21.
   За тот же период карабахцы заявили о том, что азербайджанские ВВС потеряли два Л-29, один МиГ-21 и еще один "реактивный" самолет.
   14 января азербайджанские войска предприняли крупномасштабное наступление в направлении сел Кичан и Срхавенд Мартакертского, а также Чартар Мартунинского районов. Однако противнику не удалось на этих участках продвинуться вперед.
   В начале февраля жестокие бои развернулись на северном фронте. С целью освобождения захваченных территорий Мартакертского района командование Армии Обороны НКР 5 февраля дало приказ о наступлении. Сломив в течение нескольких дней сопротивление противника, карабахские силы вышли на стратегический участок дороги Мартакерт-Кельбаджар. К концу февраля в результате упорных боев карабахским силам удалось установить полный контроль над Сарсангским водохранилищем с находящейся здесь электростанцией, имеющей жизненно важное значение для республики.
   В период с 27 марта по 5 апреля начались операции по ликвидации военных баз Кельбаджарского района, представлявших серьезную угрозу западным рубежам НКР. 3 апреля были подавлены огневые точки в райцентре Кельбаджар. Захватив перекресток, связывающий Кельбаджар с Гянджой, карабахские силы 5 апреля вышли к Омарскому перевалу. Со второй половины апреля обстановка на фронте стала сравнительно спокойной.
   16 апреля азербайджанским военным удалось сбить армянский Ми-8, который эвакуировал раненых - 12 пассажиров и члены экипажа погибли.
   Однако в конце весны и начале лета ситуация резко изменилась. После непродолжительного перерыва противник возобновил боевые действия на всем протяжении линии фронта, выбрав для главного удара восточное, Мартунинское направление. Но все попытки прорвать оборону карабахских войск оказались безрезультатными.
   В начале лета командование Армии Обороны приступило к реализации плана по освобождению города Мартакерт, предприняв наступление одновременно по нескольким направлениям. Своей кульминации бои достигли 27 июня - благодаря решительным и согласованным действиям Мартакерт, почти год находившийся под оккупацией Азербайджана, был освобожден.
   4 июля азербайджанская армия начала крупное наступление одновременно на Аскеранском, Гадрутском и Мартакертском участках фронта, поддерживаемое авиацией и бронетехникой. На всех направлениях противник был отброшен на исходные позиции. Под контроль карабахских сил перешла стратегически важная высота у села Шелли Агдамского района, откуда постоянному интенсивному артиллерийскому обстрелу подвергались населенные пункты Аскеранского района и город Степанакерт.
   Тем не менее столица НКР продолжала обстреливаться из города Агдам, где находилось большое количество дальнобойных орудий и установок "Град". С целью обеспечения безопасности Степанакерта перед вооруженными силами Арцаха была поставлена задача ликвидировать военную базу Агдама. 23 июля карабахские войска, сломив сопротивление противника, который бросил на этот участок фронта основную часть своих вооруженных сил, с боями вошли в Агдам. Тем самым была ликвидирована не только угроза систематического обстрела столицы НКР, но и наступления на Аскеран и сопредельные районы.
   С ликвидацией этой крупной военной базы руководство Азербайджана было вынужденно выступить с предложением о прекращении огня. 25 июля фактически впервые за время конфликта была достигнута договоренность о трехдневном перемирии.
   Велики были и потери авиации обеих сторон. Так, 5 июля был сбит очередной азербайджанский Л-29. А в ходе бесплодных попыток отразить наступление противника, начиная с 22 июля армянские зенитчики заявили не менее чем о семи сбитых самолетов и вертолетов противника. Реально подтвердить можно только потерю одного МиГ-21 (22 июля в районе Агдам - Мартуни, летчик катапультировался) и двух Ми-24 (один сбит в районе Мартакерта, другой - недалеко от Степанакерта). Фамилии пилотов во всех случаях остались неизвестными, но можно с большой долей уверенности сказать, что в сбитом в районе Мардакерта огнем "Шилки" "крокодиле" погиб Закир Юсифов (бывший гражданский летчик, с 1989 года летавший над Карабахом).
   Однако в начале августа ситуация вновь резко изменилась. Начались беспрерывные атаки на карабахские позиции. В основном они велись на Джебраильском направлении. Благодаря грамотным действиям сил самообороны в ходе контрнаступательных действий в этот период был уничтожен ряд военных баз противника. 16 августа со стороны азербайджанского города Физули было предпринято наступление в направлении южной границы Мартунинского, восточной границы Гадрутского района. Частям Армии Обороны НКР удалось не только отстоять свои позиции, но и в ходе бев освободить ряд ранее оккупированных сел на юге Гадрутского района.
   Во второй половине августа бои развернулись по линии Физули-Джебраил-Кубатлы. 22 числа азербайджанские войска были вынуждены оставить г.Физули и одноименный район.
   Через день карабахские войска вошли в райцентр Джебраиль, а спустя еще два дня взяли под контроль территорию одноименного района. 26 августа территория Гадрутского района НКР была полностью освобождена. 29 августа азербайджанская сторона предприняла попытку прорвать карабахские оборонительные позиции к югу от Лачинского гуманитарного коридора, однако, отбросив противника, подразделения армии НКР перешли в контрнаступление и 31 августа вошли в райцентр Кубатлы. В тот же день между Азербайджаном и НКР было подписано соглашение о прекращении огня сроком на 10 дней и достигнута договоренность о проведении до 10 сентября встречи руководителей Азербайджана и Нагорного Карабаха.
   Однако соглашение не дало какого-либо практического результата в плане перевода решения проблемы из военного в политическое русло. Относительное спокойствие на фронте сохранялось неполных полтора месяца. В ночь на 10 октября Азербайджан возобновил боевые действия на Гадрутском участке фронта. 21 октября части азербайджанской армии начали наступление на Гадрутско-Джебраильском направлении, в результате чего им удалось захватить ряд господствующих высот, вновь поставив под угрозу безопасность населения поселка Гадрут и близлежащих сел. 24 октября войска Армии Обороны НКР перешли в контрнаступление на южном направлении фронта, подавив ряд крупных огневых точек противника, в частности, в населенном пункте Горадиз. Заняв эту военную базу, карабахские силы изолировали от остального Азербайджана Зангеланский, часть Джебраильского и Кубатлинского районов.
   Утром 1 ноября бойцы Армии Обороны взяли под свой контроль райцентр Зангелан вместе с сопредельными населенными пунктами. С 10 декабря азербайджанская сторона трижды предпринимала наступление на юго-восточном участке фронта, однако карабахской армии удалось отразить все атаки противника. 15 декабря с баз Агджабединского района Азербайджана начался массированный ракетно-артиллерийский обстрел населенных пунктов Мартунинского района, в том числе города Мартуни. 19 декабря при поддержке танков и авиации азербайджанские войска вновь атаковали позиции карабахской армии на востоке Мартунинского района. Вооруженным силам НКР удалось остановить наступление, а в ночь на 20 декабря отбросить противника на исходные позиции. 22 декабря были подвергнуты артобстрелу позиции карабахских войск на севере и востоке НКР, а на юго-восточном участке фронта азербайджанские силы перешли в наступление.
   В течение всего последующего дня противник безуспешно пытался прорвать оборонительные рубежи карабахцев на линии фронта протяженностью до 30 километров. 26-27 декабря азербайджанские войска вели наступательные действия на Мартакертском, Мартунинском и Гадрутском направлениях, однако продвинуться им не удалось. К концу 1993 года под контроль карабахской стороны перешла вся территория от железнодорожного узла Горадиз до государственной границы Армении, что дало возможность создать зону безопасности у южных рубежей НКР.
   В этот период руководство Азербайджана объявило о мобилизации в армию мужчин в возрасте от 18 до 40 лет. Кроме того, в составе азербайджанской армии на карабахском фронте были задействованы и наемники, в том числе порядка полутора тысяч моджахедов из Афганистана, о чем не раз свидетельствовали и международные наблюдатели. Участие наемников в войне на стороне Азербайджана подтверждали личные документы, военные карты, письма и фотографии, словари, национальная валюта, доставшиеся в качестве трофея карабахским воинам.
   В переломный период войны штабом Армии обороны НКР руководил генерал Анатолий Зиневич, кадровый военный, имеющий богатый опыт участия в боевых действиях в различных регионах мира - Эфиопии, Сомали, Афганистане. До добровольного прибытия в Нагорный Карабах он являлся советником министра обороны Республики Армении по вопросам обороны. Благодаря четко разработанным операциям генерала, карабахские войска решали поставленные перед собой задачи при минимальных потерях.
   В начале 1994 года Азербайджан предпринял еще одну попытку овладеть ситуацией, активизировав наступательные действия по всему фронту. Тяжелые бои развернулись от высокогорного Омарского перевала до Аракса. Невзирая на огромные потери, азербайджанцы не собирались отказываться от своих планов.
   Участие авиации все еще было масштабным. Так, 27 января пара "Дельфинов" атаковала армянские позиции в районе Сотина. "Штурмовики" немедленно попали под перекрестный огонь пары "зушек" и С-60. Одна машина была немедленно сбита (пилот даже не успел катапультироваться), а второй самолет ушел с черным дымом на свою территорию. Кроме того, широко продолжали применяться и боевые вертолеты.
   Выдержав оборону и проведя ряд успешных контрнаступательных операций, войска НКР в начале февраля приступили к ликвидации баз противника в зоне Омарского перевала. 18 февраля северный участок, включая Омарский перевал, полностью перешел под контроль карабахских сил. Тем самым Кельбаджарский район целиком был занят войсками Армии Обороны НКР.
   В конце февраля и начале марта основные бои разворачивались на юго-восточном участке фронта в направлении Горадиза. Азербайджанские войска при поддержке бронетанковых сил, артиллерии и авиации пытались лобовым ударом прорвать оборону карабахцев и продвинуться к Физули. Однако последним не только удалось отстоять свои позиции, но и на ряде участков перейти в наступление.
   В воздушной войне в середине февраля наступил перелом - карабахцы получили партию новейших ПЗРК "Игла", что позволило окончательно завоевать господство в воздухе.
   И первой жертвой смертоносных "Игл" стал МиГ-21, сбитый 17 февраля над Веденисским районом Армении (в некоторых западных изданиях того периода появились сообщения, что самолет был сбит в результате воздушного боя российским истребителем, что является по крайней мере газетной "уткой"). Самолет сопровождал разведывательный Су-24МР. В тот же день в Карабахе ракетой с земли был сбит Л-29 (понятное дело заявленный как Су-25), а через два дня - еще один самолет этого типа. Причем в последнем случае западные источники говорят о Су-22!
   10 апреля в ходе контрнаступательных действий на северо-восточном фронте вооруженные силы НКР заняли ряд стратегических высот на участке Гюлистан - Талиш. В середине апреля Армия Обороны Нагорного Карабаха освободила армянские села Талиш, Чайлу, Мадагис и Левонарх. Успех сопутствовал карабахским войскам и на юго-восточном направлении фронта. К этому времени им удалось взять под свой контроль магистраль Агдам-Барда.
   23 апреля тройка Л-29 пыталась атаковать цели в Степанакерте. О результатах налета известно мало, зато известно, что карабхцы сбили один самолет и повредили два остальных. На тот момент ПВО республики кроме уже упоминавшихся С-60, ЗУ-23-2, ЗСУ-23-4 и ПЗРК, составляли ЗРК "Оса" и "Круг".
   Военные поражения вынудили Азербайджан принять предложение Российской Федерации о перемирии. 5 мая при посредничестве России, Киргизии и Межпарламентской Ассамблеи СНГ в столице Киргизии Бишкеке Азербайджан, Нагорный Карабах и Армения подписали протокол, вошедший в историю урегулирования карабахского конфликта как Бишкекский, на основании которого была достигнута договоренность о прекращении огня.
   16 мая в Москве состоялась встреча министра обороны Армении Сержа Саркисяна, министра обороны Азербайджана Мамедраффи Мамедова и командующего Армией Обороны НКР Самвела Бабаяна, на которой была подтверждена приверженность сторон ранее достигнутым договоренностям. Был также подготовлен документ - "Договоренность о порядке реализации Протокола от 18 февраля 1994 г.", предусматривающий разведение карабахских и азербайджанских войск, создание буферной зоны между сторонами и ввод в нее миротворческих сил. Под документом свои подписи поставили министры обороны Российской Федерации и Армении Павел Грачев и Серж Саркисян, командующий Армией Обороны НКР Самвел Бабаян. Однако министр обороны Азербайджана Мамедраффи Мамедов под документом не подписался - его в срочном порядке отозвали в Баку. Несмотря на это, в зоне нагорно-карабахского конфликта наступило длительное перемирие.
   В целом, можно смело утверждать, что 1-я Армяно-азербайджанская война закончилась победой армянской стороны. Армяне полностью контролируют Нагорный Карабах, а также Кубатлинский, Зангеланский, Джебраильский, Физулинский, Кельбаджарский и Агдамский районы Азербайджана, создав там так называемые "зоны безопасности".
   Азербайджанское население (свыше 350 тысяч человек), опасаясь расправ, покинуло все эти территории (конфликт отличался особой жестокостью обеих сторон по отношению к населению другой национальности). Единственные армянские территории, удерживаемые Азербайджаном - Шаумяновский район и армянская часть Ханларского района, однако, эти территории никогда не входили и состав Карабаха и их армянское население было депортировано в ходе конфликта.
   Несомненно стратегически необходимая и оправданная для карабахцев оккупация прилегающих районов, с другой стороны создает однозначные предпосылки попыткам азербайджанской армии вернуть эти территории, а также Нагорный Карабах, под свой контроль и соответственно возобновлению боевых действий.
  

Послевоенное строительство.

  
   Ясно, что Азербайджан вряд ли способен смириться с потерей четверти своей территории, но на протяжении всей войны азербайджанская армия несмотря на численное превосходство и лучшую оснащенность, несла большие потери в людях и вооружении, продемонстрировала низкую боевую подготовку и моральные качества.
   Со своей стороны, силы обороны Нагорного Карабаха также пытаются поднять боеспособность своей армии, во многом благодаря помощи Армении. Так, 9 мая 1995 года в Степанакерте прошел военный парад, посвященный сразу трем датам: 50-летию Победы в Великой Отечественной войне, 3-й годовщине взятия Шуши и 1-й годовщине перемирия в войне с Азербайджаном: на этом параде были продемонстрированы танки с динамической броней, БМП, один самоходный ЗРК "Оса", ЗРК "Круг" и несколько грузовиков ЗИЛ с ракетами для ЗРК С-125. В воздухе на центральной улицей прошла пара вертолетов Ми-24. Таким образом, было продемонстрировано, что любая попытка Азербайджана отвоевать оккупированные территории натолкнется на серьезное сопротивление. Базируются "ВВС НКР" на аэродроме в Ходжалах, взлетно-посадочная полоса которого расширена до двух с половиной километров, что теоретически позволяет принимать такие машины, как Су-25.
   В то время как Азербайджан дистанцировался от военных связей с Россией, Армения активно сотрудничает Москвой, получая ощутимые дивиденды о этого. Достаточно вспомнить получение четырех Су 25, нашумевший скандал с поставкой танков Т-72, а также информацию о возможной передаче Еревану современных истребителей и ЗРК С-300. На сегодняшний день те же армянские ВВС насчитывают пять Су-25, один МиГ-25 и два Л-39, 12 вертолетов Ми-24, семь вертолетов Ми-8МТ и парк тренировочной авиации. Несомненно, что случае возникновения новой войны Карабахе, эта техника может оказаться задействованной для поддержки сил обороны Нагорного Карабаха.
   В то же время азербайджанская авиация располагает пятью Су-17М (один из которых учебно - боевой), пятью Су-24, два Су-25, пятью МиГ-21, 38 МиГ-25 различных модификаций ("ПД", "ПУ", "РБ", "РБУ"), вертолетным полком, в котором числятся 15 боевых вертолетов Ми-24, а также значительным парком транспортной авиации. Но в ангарах простаивает не менее 33 боевых самолета, непригодных к боевому применению из-за отсутствия запчастей и комплектующих. Таким образом, теоретически Азербайджан имеет серьезное военно-техническое и численное превосходство над Силами обороны Карабаха. Однако азербайджанская армия находится в стадии становления, боеспособных частей почти нет, до сих пор не создан военно-промышленный комплекс. Бесконечные военные поражение в начале девяностых годов, мятежные командиры, борьба за власть в Баку, клановость - все это не способствовало созданию азербайджанской армии нового типа.
   Продавая нефть, Азербайджан может и дальше закупать вооружение, но качественного превосходства над армией Нагорного Карабаха он достигнет еще не скоро. Уволенные высокопоставленные офицеры Азербайджанской армии через местные СМИ постоянно заявляют о том, что нынешнее руководство министерства обороны закупило морально устаревшее вооружение и боевую технику, причем по завышенным ценам. По всей видимости, эти утверждения имеют под собой серьезные основания. Только один пример. На Украине были в числе прочей авиатехники были куплены четыре истребителя - бомбардировщика Су-17. Но по прибытии на место оказалось, что это фронтовые разведчики Су-17М4Р, к тому хранившиеся в весьма неблагоприятных условиях и малопригодные для дальнейшего использования. Поэтому в Баку в срочном порядке отправились украинские специалисты, которые руководили "доведением до ума" летающего металлолома.
   Таким образом, сравнение военных потенциалов противоборствующих сторон в зоне армяно-азербайджанского конфликта показывает, что самопровозглашенная республика пока обладает достаточными ресурсами для обеспечения военными средствами своего суверенитета. В то же время на данный момент силовое решение данного конфликта все же стоит рассматривать как маловероятное.
  

Оценка: 3.84*143  Ваша оценка:

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2012