# Забытый рапорт о происшествии

Нурлан Акмалевич Анваров

Посёлок Тоцкое-2 замер в густеющих летних сумерках, убаюканный зноем ухoдящего дня. Это место, затерянное в бескрайних лесах между Самарой и Оренбургом, хранит в своей земле тяжёлые тайны прошлого - именно здесь, в сентябре 1954 года, на войсковых учениях был применен реальный ядерный заряд.

Но в тот благословенный августовский день всё было мирно. Справа от Московского направления Куйбышевской железной дороги, дремал наш военный городок, а слева, за тёмной полосой отчуждения, раскинулся таинственный военный аэродром. Почему таинственный? Потому что нашим военнослужащим "не рекомендовалось" контактировать с персоналом аэродрома.


Был субботний вечер, где-то около одиннадцати часов, вечера мы возвращались с дискотеки из гарнизонного Дома офицеров. Наша компания - человек пятнадцать офицеров, прапорщиков, их жён и подруг - шла неспешной кавалькадой по узкой тропинке, бегущей по пригорку. Чуть ниже, в овраге, тихо петляла речка Самарка, от которой тянуло прохладой и ароматом прибрежных трав. Атмосфера была упоительной. Поволжье умеет очаровывать по ночам: воздух, днём раскалённый до духоты, теперь ласкал кожу, а на абсолютно чистом, бездонном небе воцарилась полная луна. Её серебряный свет заливал окрестности, превращая унылый пейзаж в декорацию к старой сказке. Мы смеялись, шутили, наслаждались молодостью и этим редким моментом тишины посреди суровых армейских будней. Внезапно этот мирный гул голосов оборвался на полуслове.

- Посмотрите! Там, в небе... Что это? - кто-то из ребят резко остановился и указал рукой вдаль. Взгляды тридцати глаз одновременно устремились в указанном направлении - туда, за зеркальную ленту Самарки, прямо над охраняемым периметром военного аэродрома.

На высоте примерно пятисот метров из ниоткуда возникло одинокое облако. На фоне безоблачного, пронзительно чистого неба оно выглядело чужеродным, словно вырезанным по лекалу: идеальная, безупречно круглая форма диаметром около сотни метров. Лунный свет отчетливо очерчивал его границы. Но не форма заставила нас затаить дыхание.

Облако светилось изнутри.

Это не было похожим на обычное отражение земных прожекторов. В самой глубине туманного диска, скрытая от прямых взоров, пульсировала какая-то невероятная сущность, словно сверхмощная новогодняя гирлянда. Облако переливалось всеми мыслимыми цветами радуги. Огни были мягкими, размытыми дымкой, но их танец завораживал. Внутри этого плотного марева явно угадывалось присутствие чего-то твёрдого, массивного и... живого. Облако вращалось. Радужные сполохи сменяли друг друга строго по часовой стрелке, с механической, пугающей точностью.

Нас сковало странное оцепенение. Пропали все звуки: казалось, даже цикады в траве и всплески рыбы в реке стихли перед лицом этой неопознанной мощи. Мы стояли, заворожённые и безмолвные, охваченные смесью детского восторга и подсознательного армейского страха перед неизвестным оружием или явлением. Как профессиональные военные, мы прекрасно понимали: земная техника так себя не ведёт. Объект висел над стратегическим военным объектом абсолютно неподвижно, вопреки всем законам аэродинамики.

Прошло около десяти или пятнадцати минут. Вдруг ритмичный танец огней замедлился. На мгновение замер, а затем радужное вращение запустилось в обратную сторону - против часовой стрелки. Будто кто-то невидимый переключил тумблер на пульте управления. Ещё пять минут мы созерцали это гипнотическое шоу. А затем вращение прекратилось вовсе.

Похоже, что показательное выступление подошло к концу. Таинственный гость словно подал нам знак, что аудиенция окончена. Облако начало мерцать, его внутреннее сияние стало угасать, тускнеть, и буквально через минуту радужные краски растворились во тьме ночи. А ещё через мгновение и само круглое облачко растаяло без следа, обнажив первозданную лунную синеву. Небо снова стало пустым и безмятежным.

Мы стояли в полной темноте, оглушённые увиденным. Потребовалось время, чтобы к нам вернулся дар речи, но даже тогда мы шли к общежитию в непривычном молчании, лишь изредка переглядываясь. Что это было? Секретные испытания? Природная аномалия, разбуженная прошлым полигона? Или визит тех, кто веками наблюдает за атомными играми человечества?

Прошли десятилетия. Тот гарнизон давно остался в прошлом, мы разлетелись по разным городам, но до сих пор созваниваемся, дружим семьями и собираемся вместе. И каждый раз, когда разговор заходит о службе в Тоцком, кто-нибудь обязательно глухо произнесёт: "А помните ту ночь над Самаркой?". И мы снова начинаем спорить, понимая, что прикоснулись к тайне, ответа на которую нам, земным офицерам, никто и никогда не уступит.