# Товарищи Офицеры! (Ибрагимов Сафар)

Эдуард Михайлович Птухин

Мужество и находчивость - на войне лучший талисман.(Валье-Инклан)

Птухин Эдуард МихайловичТоварищи Офицеры! (Ибрагимов Сафар)Создан: 15/02/2013, изменен: 16/02/2013, 12kСборник рассказов: Афганистан, ПрозаМужество и находчивость - на войне лучший талисман.(Валье-Инклан)============================================================

Товарищи Офицеры!

Мужество и находчивость - на войне лучший талисман. (Валье-Инклан)

Мужество состоит не в том, чтобы смело преодолевать опасность, но в том, чтобы встречать её с открытыми глазами. (Жан Поль)

лейтенант Сафар Ибрагимов - переводчик 2 роты 177 ООСпН (86-89гг.)

Теперь я знаю точно, что слова "мужественный" и "отважный" цепко липнут к избранным. И не обязательно, тот избранный должен быть двухметрового роста, с бицепсами, как у Шварцнегера...

***

Летом 1986г. я прибыл для дальнейшего прохождения службы во 2-ой газнийский ОМСБ (177 ООСпН - на тот момент было "закрытое название отряда", которое даже на знамени части было зашито куском красной материи).

Выбор друзей в новом коллективе, всегда - не простая задача. Точки соприкосновения в мирном прошлом, общность интересов по службе и " в свободное от таковой время", общность взглядов на настоящее и происходящее и т.д. - факторы, которые и служат отправными точками в выборе боевого товарища.

Как уроженец Таджикистана, я имел возможность без проблем найти земляков, как среди офицеров-переводчиков, так и среди бойцов боевых подразделений.

Переводчик 2 роты Сафар - на вид совсем не военный человек: небольшого роста, совсем не спортивного телосложения, без военной выучки, с блеском явного интелекта в глазах... Посиделки и чаепитие в "бункере переводчиков" (землянка под палаткой, в которой размещалась ротная ленинская комната; вход с запасного выхода палатки), воспоминания о гражданской жизни в родном Таджикистане, его спокойствие и рассудительность - подружили нас. И только время совместной службы показало, какое отважное сердце бьется в груди этого маленького, но смелого и находчивого сына Таджикистана.

***

2 рота получила задание на проведение засады в духовском базовом районе Шутан. Мероприятие обещало быть "веселым", т.к. базовый район маджахедов Шутан был "крепким орешком" в силу "продуманной сложной обороны в тяжелом горном рельефе" и духи начали чувствовать себя свободно, уверенные в своей безопасности. Поэтому, переодически газнийский спецназ ворошил это осинное гнездо...

Вечером, под сумерки, загрузились в вертушки и полетели "без приглашения к духам в гости"...

Вертушки, исполнив сложные маневры в предгорьях Шутан, освободились от десанта. Мы залегли до наступления полной темноты. К слову будет сказано, что ночь выдалась темной: луны не было совсем, спустилась низкая облачность, переходящая в густой непроглядный туман, который оседал каплями на лице и обмундировании...

В этой кромешной темноте, группа начала очень осторожное движение по дну сухого русла к месту засады. Шли очень медленно, т.к. кромешная тьма затрудняла пользование биноклями ночного видения, что непосредственно отражалось на скорости движения. И вдруг, спереди послышались негромкие голоса. Говорили явно на фарси. Командир группы старший лейтенант Пучков принял решение отправить с дозором ротного переводчика Сафара, чтобы выяснить, что нас ждет впереди. Когда головной дозор растворился в темноте, то группа приготовилась к бою: неприятности всегда приходят нежданно и поэтому, необходимо всегда быть к ним готовым...

Вдруг мы услышали, что... Сафар громко ведет беседу (читай, кричит) на фарси. Несколько минут продолжался "громкий диалог в темноте". Все смолкло... Вернулся головной дозор и Сафар и сказал, что прямо по нашему курсу расположился духовский пост, охраняющий участок караванного пути, который "хитро заминирован". Дальнейшее продвижение по этому сухому руслу чревато большими боевыми потерями.

На недоуменный вопрос командира группы: "А ты кем представился?"

Сафар спокойно ответил: "Помнишь, мы допрашивали несколько дней назад духа, из захваченного на облете каравана? Так вот, я и сказал, что мы тот самый караван с севера Афганистана и идем в Пакистан. А духи сказали, чтобы мы обязательно шли другим путем, по менее безопасному маршруту, т.к. здесь везде понатыканы мины и ждут неверных".

Новость была не очень приятной, и командир группы принял решение быстрей выбираться из сухого русла на более высокую точку. В срочном порядке повернули назад и через некоторое время выбравшись на небольшое плато, заняли круговую оборону, приготовившись к ночному бою.

Туман начал рассеиваться и началась "духовская движуха", которые, очевидно, поняли с кем они вели "разговор в тумане": слышались громкие перекрики и голоса со всех сторон, зажигались огни на дальних и ближних высотах, летали трассера в различных направлениях и т.д.

Командир группы запросил эвакуацию на раннее утро, т.к. было ясно, что этот пасьянс раскладываем уже не мы, а духи...

С рассветом, пока мы загружались в прилетевшие восьмерки, "кракодилы" сопровождения отрабатывали по указанным целям...

Грустно было от того, что запланированный выход закончился безрезультатно. Но понимание того, что мы избежали духовской ловушки и боевых потерь - сладким бальзамом ложились на тело, душу и ... мозги.

***

Летом 1987 года было решено провести в зоне ответственности нашего отряда "разведку с переодеванием" в долине, которая бы позволила выявить духовскую активность на основных дорогах, в момент отсутствия нашей воздушной и наземной разведки, которая всегда отслеживалась противником и которые весьма удачно применяла методы противодействия таковой...

Для этой задачи, решено было выделить бойцов 2 роты, под командованием л-та Линькова. Группу решено было переодеть "под афганцев" (просторные шаравары с жилетками, шапки-афганки и т.д) и загрузить в трофейную бурбухайку (большой грузовик с наращенными бортами и всевозможными звенящими украшениями). Два дня группа л-та Линькова "тайно" тренировалась на складе РАВ в посадке на грузовик и в боевое развертывание из кузова грузовика. Взаимодействие бойцов группы отрабатывалось до автоматизма, потому что все понимали, что небольшая группа спецназовцев, в случае обнаружения, будет должна вести бой с превосходящим противником до тех пор, пока не прибудет подкрепление из ППД, а это минут 40-60...

Ночью, загруженная переодетыми бойцами бурбухайка покинула газнийский гарнизон...

Только к утру бурбухайка добралась до "накатанной дороги" за озером Сарде.

В кабине: водитель, командир группы л-т Линьков и ротный переводчик л-т Ибрагимов.

На одном из перегонов, между двумя кишлаками, у бурбухайки вдруг лопается колесо. Начали "переобувать" бурбухайку. Наблюдатель доложил, что из близлежащего кишлака в их сторону движется три вооруженных духа. Было ясно, что как только духи подойдут к "разутой бурбухайке", то сразу же устроенный маскарад будет разоблачен со всеми вытекающими отсюда последствиями. Линьков пытался правильно оценить сложившуюся ситуацию. Бойцы в кузове приготовились к бою: снайпер в оптику рассматривал движущиеся в их сторону цели; расчет АГС-17, размещенный у заднего борта, приготовился к стрельбе; связист вызывал "Чайку", но по закону подлости, связи с ППД не было...

Ситуация - не из приятных, если учесть, что до ближайшего кишлака метров 500, а там духов "хоть пруд пруди" и барбухайка стоит на ровном открытом месте и поблизости нет никаких естественных укрытий. Одним словом : закон подлости!

Сафар положил руку на плечо командира групы и спокойным голосом сказал: "Женя, я пойду поговорю с ними. Если увидешь, что что-то не так, то мочите их!"

И пошел неспешным "мусульманским шагом" навстречу духам.

Встретились на расстоянии метров 150 от "разувшейся" бурбухайки. Поприветствовав друг друга согласно мусульманских обычаев в растянутых вопросах о здоровье, благополучии и т.д., присели тут же на месте встречи. И во время приседания, вдруг у Сафара под шараварами ствол ПБ уперся в том самое месте, где у нормальных штанов ширинка расположена. Сафар невозмутимо поправил в сторону ствол ПБ, а духи заметив это движение, с уважением ухмельнулись в свои бороды, посчитав, что такой маленький человек, а имеет такое большое мужское достоинство. Все присутствующие свои автоматы предусмотрительно не выпускали из рук...

Духи, на правах местных, начали распросы: кто, откуда, зачем. Сафар, присутствовавший в качестве переводчика почти на всех допросах пленных духов в ППД, был хорошо информирован о происходящем в этом районе. Он хорошо знал, что многочисленные отряды духов, подчиненныые различным повстанческим партиям и группировкам, контролируют определенные территории и почти ничего не знают о делах моджахедов других партий. А если и знают, то эта информация, как правило, очень ограниченая или весьма общая. А таджикский акцент выдавал в нем жителя северных провинций Афганистана.

Поэтому Сафар начал рассказывать про многодневную тяжелую поездку с севера Афганистана в Пакистан, время от времени вставляя имена "известных борцов с неверными". Потом увел разговор в сторону "чертовой бурбухайки", которая постоянно ломается и ее ремонт стоит им много сил и средств... Духи ободрительно кивали головами, переодически вставляя свои замечания по тому или иному поводу...

Один из духов спросил, кивая в сторону бурбухайки, не нужна ли помощь в ремонте? Сафар поблагодарил и сказал, что замена лопнувшего колеса не такая уж тяжелая работа для их водителя. Но видимо, доброе и открытое лицо Сафара произвело положительное действие и "старший бородач" предупредил, что скоро появятся русские вертолеты и им следовало бы быстрее покинуть открытое место между кишлаками и своевременно укрыться вместе с машиной в одном из близлежащих кишлаков. Сафар поблагодарил за предупреждение. Пот предательски заблестел на его лбу, но на это никто из присутствующих не обратил особого внимание, т.к. это естественно, в такую невыносимую жару.

Видимо замена колеса закончилась, т.к. со стороны машины что-то прокричали и замахали руками.

Сафар благодарно-дружелюбно попращался со своими "бородатыми собеседниками" и "ватными ногами" побрел в сторону бурбухайки, поправляя бестолковый ПБ, который так и норовил вывалиться из штанов. Духи смотрели на удаляющегося Сафара, нервно поправляющего "свое хозяйство" и ухмыляясь тихо шутили по этому поводу...

Бурбухайка проехала еще десяток килиметров, но под вечер у нее закипел движок. Было решено "воздухом" эвакуировать группу, а бурбухайку сжечь...

Послесловие.

Было еще много различных "интересных" историй, когда этот, небольшого роста "совсем не военный человек", показал себя отважным воином...

Я горжусь тем, что знал Сафара, что не раз "ходил с ним на войну". Мы хорошо понимали друг друга и нас можно было часто видеть вместе в ППД. Мы были Друзьями!

Может быть, именно по этому, замполит бригады О.В. Кривопалов в своих мемуарах о газнийском отряде "скрестил нас на века", объединив нас одним именем "Эдик Ибрагимов"!

"...Особых успехов в этом маскараде добились лейтенанты Евгений Линьков и Эдик Ибрагимов. Я запомнил один трехсуточный выход РГ N 220, под командованием Линькова, когда разведчики в национальной одежде на трофейном автомобиле провели разведку у кишлака Цопай и благополучно вернулись без потерь в часть..."

Мои многочисленные попытки через однополчан внести исправление в текст мемуаров - оказались напрасными.

И тогда я понял, что "Эдик Ибрагимов", это - мы!