ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Аблазов Валерий Иванович
Владимир Волошенюк. Метание гранат

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]
Оценка: 8.87*10  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Владимир Волошенюк. Участник боевых действий в ДРА:ноябрь 1981 - ноябрь 1983 г.,командир десантно-штурмового взвода3-го ДШБ (Бараки, провинция Логар)56-й ДШБР (Гардез)публикует свой очередной рассказ о случае трагикомичном.

  Владимир Волошенюк.
  Участник боевых действий в ДРА:
  ноябрь 1981 - ноябрь 1983 г.,
  командир десантно-штурмового взвода
  3-го ДШБ (Бараки, провинция Логар)
  56-й ДШБР (Гардез).
  
  Метание гранат
  
  На занятия по метанию гранат, которое проводили взводные 9-й роты батальона десантно-штурмовой бригады недалеко от военного городка, возле разрушенной мечети и дувалов вокруг нее, командир роты Сережа Николаев приехал на белом коне.
  Эта худая лошадь появилась на территории батальона неизвестно откуда. Ее стали подкармливать, она обвыклась и свободно гуляла, получая свои порции корма и ласк от шурави. С ней любили фотографироваться и бойцы и офицеры. Со временем, когда она окрепла и бока ее округлились, на ней стали совершать короткие конные прогулки те, кто мог держаться верхом на лошади без седла.
  Спрыгнув с лошади, ротный отдал поводья своему "ординарцу", чтобы тот отвел лошадь в батальон.
  Занятия уже закончились и взводные, стоя в кружке, с удовольствием слушали героические байки старшины роты, старшего прапорщика Михалыча.
  Михалыч высокий и стройный с зычным голосом и "чапаевскими" усами пришел в бригаду из спецназа. На боку у него болтался трофейный "маузер" в оригинальной кобуре, им он часто грозил бойцам роты, если был чем-то разгневан или слегка пьян.
  С высоты своего роста и спецназовского прошлого, он снисходительно относился к десантуре, обзывая ее пехотой, и все время говорил, что хочет вернуться в спецназ.
  Сегодня же он рассказывал о своей выдающейся роли в подготовке материала журналистами "Известий". Несколько дней назад они были в батальоне и общались с отличниками боевой и политической подготовки.
  Их фотокору очень понравился вид с разрушенной мечетью, находящейся недалеко от территории батальона. Он сделал много снимков с разных сторон, но был удовлетворен только отчасти. Руины мечети впечатляли, но не хватало свидетельств зверства душманов, непонятно зачем разрушивших ее.
  - Если бы здесь еще были убитые мирные жители, это был бы снимок, - грустно заметил он.
  Михалыч с чаем и сухпаем был в группе обеспечения работы москвичей.
  - Рахмона надо позвать, его не отличить от самого мирного афганца, вылитый душман, - сделал он предложение, отвечающее высокому званию советского прапорщика, на жалобу товарища фотокора.
  Рахмон был переводчиком в группе "агентурщиков". С Михалычем они были почти что земляки, потому что старшина служил в местах, откуда тот был родом.
  У Рахмона была густая длинная борода и одевался он, как афганец.
  Замполит батальона, опекавший журналистов по долгу службы, тут же согласился с идеей и сам пошел в штаб договариваться с непосредственным начальником будущего "убитого мирного афганца", сожалея, что не ему пришла в голову эта идея.
  Когда все было готово к съемке и Рахмон, раскинув руки артистично улегся на пыльную землю для фотографирования, Михалыч, внимательно оценив "убитого" земляка, снова выступил с идеей.
  - Надо взять на продскладе томатную пасту и обмазать ею товарища переводчика.
  Фотокор поддержал и это предложение, Рахмон же не очень.
  - Михаличь, халат испачкаешь да ..., сам стирать будешь, да...
  Но Михалыч в творческом азарте был неумолим.
  - Бойцы постирают в арыке.
  После того, как со склада принесли томатную пасту, он, не жалея, вывалил пол - банки на грудь Рахмона и начал мазать ему лицо и бороду. Тот чертыхался и плевался.
  - Покажешь фотографию в газете родственникам, они тобой гордиться будут, меня еще поблагодаришь.
  Сделав свое дело, Михалыч подобрел. Настала очередь работать фотокору.
  Приезд ротного перебил рассказ Михалыча. Бойцы уже построились и по его зычной команде двинулись к расположению части.
  - Ну как побросали? - спросил ротный.
  За всех ответил Михалыч.
  - А, салаги...
  О том, что надо потренироваться в обращении с гранатами, стало понятно после крайнего сопровождения. В ожидании колонны отделение 1-го взвода с ротным выдвинулось в "зеленку", чтобы прочесать близлежащие дувалы. По команде ротного бросить РГД-5 вовнутрь полуразрушенного глиняного жилища боец долго соображал, что делать с ней и метнул ее трясущейся рукой только после дополнительной команды Николаева, как и положено - матерной.
  - Нормально, командор, немного потренировались, некоторые вообще первый раз ее бросали, а прибыли с учебки..., - спокойно заметил командир 3-го взвода, Миша Гусев.
  - Я и говорю, пехотааа, - не унимался Михалыч, слегка подбрасывая гранату, словно мячик, - Вот я вам сейчас покажу, как бросают гранаты настоящие спецназовцы.
  После этих пафосных слов Михалыч развернулся лицом к условному противнику, в долю секунды эффектным жестом вырвал чеку и подбросил РГДэшку невысоко вверх, оставив открытую ладонь кверху, с благородным намерением поймать ее. Однако наступательная граната РГД-5 пролетела мимо протянутой к ней ладони ветерана спецназа и шлепнулась на землю рядышком с Михалычем и мирно беседовавшими офицерами.
  В следующие доли секунды действия присутствующих отличались в зависимости от реакции организма, боевого опыта и срока службы в Афганистане.
  Первым, по сроку службы, естественно, среагировал ротный. В мгновение ока он перелетел невысокий глиняный забор, окаймлявший развалины дувала, куда перед этим бойцы метали гранаты, и понесся в глубину афганского жилища.
  Действия старого спецназовца после неудачной попытки ловли гранаты в воздухе теперь были четкими и слаженными. Михалыч схватил упавшую РГДэшку и без замаха метнул ее в сторону дувала.
  Поскольку действия обоих были почти одновременными, направление полета гранаты совпало с направлением спринтерского бега командира роты.
  И только трое взводных стояли, как завороженные, хлопали глазами и с ужасом ждали развязки, разыгравшейся мизансцены.
  Далее, как и положено, последовал легкий хлопок в воздухе, это отделился рычаг гранаты и негромкий, но пыльный взрыв.
  Вот только теперь взводные машинально пригнулись и опустили вниз головы, как учили в училище, в готовности рвануть в атаку после разрыва.
  Далее последовали несколько длинных секунд зловещей тишины, прервавшейся матерным ревом Сережи Николаева.
  - Михалыч! е...твою...! ...убью!
  Подняв головы, командиры взводов увидели в облаках оседающей пыли "бегущего" теперь в обратном направлении командира роты. Ротный ускоренно передвигался враскарячку и орал благим матом, звучавшим, как гимн жизни. Его зимний танковый комбез между ногами был разорван и основательно посечен осколками.
  - Живой...., - мелькнуло радостно в мыслях у всех ...
  Все бросились навстречу к бегущему, не зная толком, что делать, обнимать, успокаивать? Подхватив на руки, уложили страдальца на землю...
  - Михалыч, долбаный ты спецназовец, бегом в батальон. Давай дока с носилками!
  Миша Гусев первым из взводных, постепенно приходящих в сознание, подал голос.
  - Ребята я бегу, командир, все будет хорошо...
  Михалыч с побелевшим лицом присел возле ротного и, порывшись в карманах, достал пачку сигарет.
  - Ты закури...
  - Давай и мухой в штаб, пусть вертушку вызывают...
  С каждой затяжкой, казалось, что ротный успокаивался и приходил в себя от нервного перевозбуждения, обрывочно говоря о том, что произошло.
  - Бегу и вижу, передо мной падает граната, бля..., думаю, сейчас я ее перепрыгну..., - Сережа приподнимается и смотрит на разодранные штаны, на которых начинают проступать бурые пятна под пылью, боли он не чувствует.
  - Хорошо, что комбез надел...
  Все взводные были на занятиях в бушлатах и брюках "пш".
  -Так, Миша, остаешься за меня.
  - Есть, - кивнул командир 3-го взвода. - Что докладываем комбату?
  
  - Все, как было, а на бригаду, что во время занятий боец уронил гранату в результате неосторожного обращения, ну, а я его оттолкнул... И пусть замполит роты катает на меня наградной на Звездочку. По ранению да еще, спасая солдата, никуда они теперь, на хер, не денутся...
  Из батальона уже бежали бойцы с носилками, подгоняемые Михалычем, за ними трусил батальонный "док", поправляя на ходу свои круглые очки.
  - Командир, вертушки скоро будут, - запыхавшись и обрадовано прогремел Михалыч.
  - Михалыч, если с моим членом что-то будет не так, я тебя застрелю из твоего же маузера, - не то шутя, не то серьезно предупредил ротный.
  - Не боись, командир, в Кабуле классные лекари в госпитале, а какие сестрички! Они тебе все залечат... и проверят, может с металлом он будет даже лучше действовать. Я переведусь в Кабульскую роту спецназа, приедешь ко мне в гости, я и тебе маузер подарю, - Михалыч и тут не удержался, чтобы не съехать на свою любимую пластинку.
  Провожать командира девятки к прилетевшим вертушкам вышли почти все офицеры батальона. "Док" обработал раны, вколол ему обезболивающий препарат и доложил комбату, что все, слава Богу, обошлось, могло быть и хуже. Все старались поддержать и подбодрить его. Комбат заверил его, что сегодня же подпишет наградной и проконтролирует его прохождение в бригаде.
  Поэтому Сережа улетал из батальона в хорошем настроении, не за горами была уже замена, скорее всего это был его последний "бой". Так оно, в общем-то, и получилось.
  Вернувшись из госпиталя, он уже не выходил с ротой на сопровождения и операции, дожидаясь заменщика. За спиной было два с половиной года Афгана. Орден Красной Звезды Сережа Николаев получил перед самой заменой. Он его реально заслужил, но случай ускорил процесс.
  Михалыч - таки перевелся в Кабульскую роту спецназа, которой командовал его бывший командир в Союзе. Он всегда очень радушно встречал офицеров батальона, когда они приезжали в Кабул. Но в Союз его отправили раньше срока с дальнейшим увольнением. По пьянке ночью он забаррикадировался в бане и устроил ковбойскую стрельбу. Кабульская рота спецназа располагалась на территории штаба армии, и утром Михалыч фигурировал в докладе Командующему.
  Спасать его было некому. К этому времени командир Кабульской роты спецназа, забравший его к себе, погиб...

Оценка: 8.87*10  Ваша оценка:

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2015