ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Агалаков Александр Викторович
Два Аргуна, третий - лишний

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения]
 Ваша оценка:


   Два Аргуна, третий - лишний.
   Город Аргун занимает особое среди всех чеченских городов место. Он расположен на полпути от Гудермеса до Грозного. Город считается в Чеченской республике третьим по величине населенным пунктом. До войны в нем проживало до 140 тысяч человек, сейчас - тысяч 90. Фасады аргунских домов, дороги и заборы частного сектора еще долго будут носить знаки боевых операций - воронки от разрывов снарядов на тротуарах и дырочки от автоматных очередей на стенах домов. У любого военного, побудь здесь недельку, этот городок вызывает смешанные чувства. Ночью по нему никто не ходит - в спину нож запросто всадить могут. Запросто могут устроить провокацию со стрельбой на поражение, вызвав ответный удар на дома относительно мирных аргунцев. Что и требовалось провокаторам-боевикам. В ответ - демонстрация матерей, потрясающая в руках трупами младенцев. Аргун провоцирующий и Аргун гневающийся - вот две ипостаси одного явления. Одно слово - восток, и дела его тонкие...
   1.Танцы с волками. Аргун - город сложный.
   С середины 90-х годов прошлого века репортажи из Чечни о нелегкой службе бойцов сводных отрядов правоохранительных органов Западно-Сибирского региона не сходят с полос газет и экранов телевизоров. Обильны сцены проводов и встреч отрядов, скупы откровения отцов-командиров, главная задача которых - вернуть всех бойцов живыми. Недавно из Чечни после длительной командировки возвратилась командная группа из трех сотрудников Западно-Сибирского УВДТ, которые командовали в Чечне сводными отрядами транспортной милиции России. Один из них - Александр Х., в 1995-96 годах неоднократно выезжал в боевые командировки на Северный Кавказ, ответил на наши вопросы.
   - Александр, какую роль выполняет командование сил транспортной милиции по восстановлению конституционного порядка в Чечне?
   - Сводные отряды транспортной милиции в составе объединенной группировки войск и сил Северо-Кавказского региона в зоне боевых действий несут службу - на всех станциях, от Ищерской до Грозного. Необходимы единоначалие, координация действий отрядов при нападениях на охраняемые объекты и смене дислокации, оснащение боеприпасами, средствами связи. На этом посту мы сменили офицеров из Волго-Вятского УВДТ, как в свою очередь, нам на замену прибыла новая группа из Кузбасского УВДТ - командир и два его заместителя по тыловому обеспечению и кадровой работе.
   - Опишите наиболее характерные боевые столкновения с чеченскими бандитами.
   - В рамках главной задачи транспортных ОМОНов - а это охрана и оборона стратегически важных объектов железной дороги - станций, ж.д.мостов, а так же вспомогательных объектов - станций, дистанций пути, самих путей укладывается боевая работа милиционеров-транспортников. Бандиты обстреливают блок-посты, подкрадываясь к ним до ста метров с целью поражения бойцов из стрелкового оружия. В этом плане наиболее опасны снайпера, лежанки которых регулярно выявляются вблизи расположения отрядов. Кроме того, бандиты устанавливают так называемые "растяжки" - ручные гранаты на цистернах ГСМ и вагонах с военными грузами. Одна из диверсий вовремя пресечена. На станции Червленая-Узловая бойцы Северо-Западного УВДТ сняли "растяжки" с вагонов, загруженных под завязку снарядами для систем "Град", о чем информировало россиян центральное телевидение. Бдительные ленинградцы спасли от разрушения станцию и от гибели бойцов четырех застав.
   - В прошлую кампанию 1995-96 годов самым тяжелым событием стало нападение боевиков на сводный отряд Западно-Сибирского УВДТ, который вместе с другими четырьмя отрядами дислоцировался на станции Гудермес. Тогда граната, выпущенная из РПГ-7, попала в вагон, где размещались новосибирцы. Одному из бойцов Олегу М. оторвало ногу, обширные ожоги получил второй боец, еще десять милиционеров контузило. Но отбиться сумели. А в этот раз синонимом тяжелого боя стал Аргун?
   - Да, бой на 9 января 2000 года под Аргуном шел долго. Станцию охраняли два отряда - Кузбасского и Дальневосточного УВДТ. Кроме того, часть бойцов охраняли ж.д.мост через одноименную реку - недалеко от Аргуна.
   На Аргун напало более 150 боевиков. Бандитские "тройки" - снайпер, пулеметчик, гранатометчик - повели внезапный огонь с расстояния 100 метров. А до этого они выгнали жителей близлежащих домов из квартир, откуда создали зоны обстрела. В первых минутах боя погиб прапорщик водной милиции из Томска Николай Суденков, который бросился к "гжеске" - 220-вольтному бензогенератору, который заглох и поэтому нельзя было вызвать помощь по стационарной рации. При попытке героя запустить машину снайпер сначала ранил его в шею, а затем добил выстрелом в голову. Тем не менее, в ходе боя около 30 нападающих и 2 снайпера боевиков ликвидированы.
   К черной странице российской милиции министр МВД Владимир Рушайло отнес гибель под Грозным 20 омоновцев из Подмосковья. Нечто подобное, черное - в плане координации сил и средств имело место в новое "кровавое воскресенье" - 9 января 2000 года. Невзирая на приказ прямого начальника генерал ж.д.войск Александр Ш. запретил бронепоезду из Ханкалы, это на расстоянии 8 км от Аргуна, выдвинуться на подмогу нашим омоновцам. Сам бронепоезд - это тепловоз с платформами прикрытия и неплохим вооружением - зенитными орудиями, крупнокалиберными пулеметами, БМП на платформе, что могло внести коррективы в расстановку сил в ходе боя. Во всяком случае, бой мог идти не 12 часов, а закончиться намного раньше. Но генерал решил поберечь технику. В результате в перерывах, связанных с пополнением боекомплекта - набивкой патронов в магазины, при естественном затишье бандиты через мегафон призывали сдаваться, предлагали билеты до Москвы, устраивали победные пляски с гоготом под бубен.
   Коварство боевиков сказалось и в том, что наряду с нападением на станцию они подготовили и осуществили ряд засад против подразделений, поспешивших на помощь обороняющимся. Набег и засада - излюбленные приемчики чеченских бандитов. Так, на подходе к городу погиб командир новосибирского СОБРа Климов. А бойцы, обороняющие ж.д.мост через Аргун, на БМП и танке Т-72 двинулись к станции и тоже попали в засаду. Бандиты обстреляли технику из гранатометов - БМП сожжена, у танка заклинило башню и, пятясь, он покинул опасную зону. Спасать было некого. Семь приданных солдат федеральных войск и четверо милиционеров-дальневосточников погибли. Всем раненым и погибшим бандиты произвели контрольные выстрелы в головы. Поглумиться над трупами не успели. Собрали все оружие и ушли. Унесли с собой новейшую снайперскую винтовку калибра 12,7 мм и 200 патронов к ней.
   - Исход боя во многом зависит от количества и качества вооружения. В этом плане как вооружены наши бойцы? И чем необходимо их довооружить, как показывает печальная практика?
   - Да, с экипировкой и вооружением прибывающих в зону боевых действий отрядов дела обстоят не лучшим образом. Бойцы Дальневосточного УВДТ сумели отбиться благодаря гранатометам. В принципе, без РПГ-7 и подствольных гранатометов к каждому автомату с бандитами "разговаривать" трудно. Однако до чего дело доходит - некоторые начальники линейных управлений со спокойным сердцем отправляют своих подчиненных в Чечню в списанной синей форме, с пистолетами Макарова, наручниками и резиновыми палками! В одном отряде на 30 бойцов - всего 26 автоматов. А заступая на дежурство, бойцы набивают патронами не магазины, а ...карманы бушлатов и комбинезонов, поскольку дома кто-то не позаботился о "разгрузках" - специальных жилетах со множеством приспособлений для хранения боекомплекта. Начинается бой - бойцы вскакивают, патроны из карманов рассыпаются. В таком виде это не война, а безобразие.
   - После Вашей продолжительной командировки последует отдых?
   - Когда находились в Моздоке и настраивались на 2 месяца службы, пришел приказ о продлении командировки, которая продлилась более 80 дней. Обрадовали неприятно, особенно наших домашних. Видеокассету с милыми пожеланиями от жены и дочери Насти особенно запали в сердце. Ближайшие два месяца отдохну от слов "Северный Кавказ".
   2. Начинаются "мирные" транспортные преступления. Аргун - город мирный.
   Замирение. В 2001 году это слово витает в воздухе, залетая в столицу, города и аулы неспокойной республики. Воевать бесконечно и, главное, бесперспективно, с потерей мужчин и гибелью женщин и детей - до полного обескровливания родов и тейпов - чеченцам встало поперек горла. Подобная ситуация была в 19 веке, когда война с Россией, затянувшаяся на десятилетия, привела их к закономерному результату. Чеченцам надоело вздрагивать каждую ночь от топота копыт казаков, вырезавших непримиримые селения от мала до велика, от грома пушек, разносивших в клочья горные сакли. Надоело кушать сидя на камнях, рожать в кустах, прятаться в оврагах, стирать белье в ручьях, жить нечистоплотной кочевой жизнью народа, обрекшего себя на выживание в тяжелых условиях. Предводитель горцев Шамиль сдался на милость победителей. Ему гарантировали спокойную старость, его детям - европейское образование, а народу достался мир. Командир недавно вернувшегося из Чечни сводного отряда Западно-Сибирского УВД на транспорте Игорь М. подтверждает, чеченский народ стремится к замирению. Всем - и командированным милиционерам, и местному населению донельзя надоела эта бессмысленная война.
   Жизнь постепенно приходит в норму. В Аргуне расположен железнодорожный узел - станция и вокзал. Работники ж.д. ремонтируют помещения, саму станцию. Местная администрация и жители очень обеспокоены ситуацией, когда война почти закончилась, но выстрелы еще раздаются. На каждую автоматную трель следует болезненная реакция: люди сразу идут разбираться к командирам - кто стрелял, зачем, почему, когда это прекратится?
   Игорь М. отмечает, что местное население в большинстве своем предано мусульманской вере. На рядом расположенном со станцией базарчике водку, вино и пиво торговцы не продают по религиозным причинам - Коран запрещает. Свиньи, как нечистые животные, по городу не ходят - все давно перебиты. Особо почитающие аллаха три раза в день творят намазы. Более того, по домам единоверцев ходят представители ваххабитов и наказывают тех, кто нечетко выполняет предписания Корана. Дело здесь сугубо национальное, так что в нюансы мусульманского правосудия правоохранительные органы не вмешиваются.
   Поскольку Аргун - третий по населению город Чечни - то к нему приковано внимание, как боевиков, так и военных. Город под бдительным присмотром: помимо охраны станции отрядом Западно-Сибирского УВДТ, два рядом расположенных моста через реки Джалка и Аргун охраняют сводные отряды транспортной милиции из Приморья, Кузбасса и Воронежской области. Временный отдел в самом городе представляют сотрудники Иркутского ГУВД, неподалеку - батальон ВВ МВД РФ. Но, несмотря на это, работы хватает всем силовым структурам, поскольку к оставленным в Аргуне семьям на зиму просочились боевики. Они считают себя непримиримыми и устраивают разного рода провокации.
   На долю 30 новосибирским милиционерам-транспортникам выпали такие обязанности: обеспечение безопасности пассажирских перевозок и сохранность объектов станции и путей. В боевую ежедневную работу входит обход станционных путей на предмет обнаружения заложенных мин и фугасов. Тут уж зевать не приходится. Фантазии непримиримых, отрабатывающих бен-ладеновские доллары, настолько изобретательны и конкретны, что порою диву даешься - вот эти-то "изобретения" на пользу людей направить, а не на убийства. Ведь разбитую войной технику кому-то восстанавливать надо.
   При очередном обходе новосибирцы обнаружили на железнодорожных путях банку из-под краски. Оказалось, это замаскированный фугас, снаряженный тремя тротиловыми шашками и гранатой Ф-1. Фугас был радиоуправляемым - в 30 метрах от него на дереве висел взрыватель, представлявший собой рацию от детской игрушки - гоночной машинки. (Непосредственный взрыватель, подрывающий боевой заряд, был в банке). А от дерева на расстояние 150 метров тянулась леска. У ее конца никого не обнаружили, а ведь изобретательный диверсант мог дернуть за леску и убежать. Но теракт предотвращен.
   С провокациями в Аргуне положение остается тяжелым. Нет ничего проще обстрелять заставу милиционеров или военных из частного сектора и убежать. А в ответ - десятки пулеметных и автоматных стволов начинают крошить тесно стоящие домики аборигенов, откуда стреляли боевики. Наутро - делегации с носилками на плечах с телами убитых женщин и детей, стихийные митинги - чего и добивались сепаратисты. Наиболее остро отвечают на провокации федеральные войска, расположенные в непосредственной близости - на обстрел из автомата ведут стрельбу из минометов. За трехмесячную командировку сводный отряд Западно-Сибирского УВДТ оказался единственным в Аргуне, в котором обошлись без потерь убитыми и ранеными. У соседей - есть потери.
   Игорь М. вспоминает: "Мы старались стрелять поменьше. А больше работать с местными жителями". И то дело - чеченцы стали делиться с милиционерами ценнейшей оперативной информацией. Допустим, сообщали, что по этой дороге сегодня лучше не ездить - заминирована. Проверили - точно - фугас у обочины. Жители станции, сами железнодорожники видели, что командированные сибиряки-милиционеры занимаются обычным делом - обеспечивают безопасность восстановительных работ и проезда пассажиров на "подкидыше" - чеченской электричке, которая четыре раза в сутки курсирует через Аргун.
   Появилась хорошая "новость" (условно хорошая) - в Аргуне новосибирские милиционеры стали фиксировать до боли знакомые "мирные" транспортные преступления. Так, с заявлением и прямо по назначению обратился на заставу начальник станции. С нескольких вагонов похитили изделия из цветного металла. А что конкретно? Проверка показала, что украли конусообразные воздухораспределители. Значит, чеченские охотники за "цветниной" все-таки устали воевать и теперь ищут средства на существование более мирными способами. И то верно. Поймают за совершенные кражи - отсидеть можно, а вот на войне если от пули увернешься, то миной уж точно накроет. Что лучше, чеченцы выбирают сами... Правда, эти ночные кражи сразу прекратились, когда было объявлено, что по фигурам, слоняющимся вдоль вагонов в темное время суток, стрелять будут без предупреждения.
   Эта нацеленность на мирный исход чеченского конфликта, на сотрудничество с местным населением, настроенность на мирный диалог с местной администрацией, духовенством и рядом жителей сказалась на представлениях к наградам. Лучших бойцов-новосибирцев командир отряда Игорь представил к традиционным милицейским медалям "За отличие в охране общественного порядка". Впереди у них отдых. И служба на транспортных магистралях Западной Сибири.
   3. Третьего не дано. Аргун - город на междупутье.
   В июле 2002 года миновало 5 месяцев, как ОМОН при Западно-Сибирском УВДТ, сменивший сводный отряд Игоря М., выполняет боевые задачи в Аргуне. Убыли бойцы в конце зимы, а сейчас, в разгар лета, подсчитывают оставшиеся недели и дни до окончания этой длительной командировки. Два раза приходила в Аргун, где расположена застава новосибирцев, гуманитарная помощь. Основная поставка - это питьевая вода, которая на всем Северном Кавказе в дефиците, несмотря на многочисленные минеральные источники. Но самый дорогой груз, который пришел с последней "гуманитаркой", это "живые письма" - приветы из Новосибирска, записанные на видеокассеты. Ведь дома у бойцов остались родители, жены, дети, которые на полгода оторваны от сыновей, мужей и отцов. Домашние новости - самые желанные вести: родился ребенок, сыну исполнилось 18 лет, девочка сдала экзамены на "отлично"...
   Аргун - остается городом сложным во всех отношениях. Магазины не работают. Почтальоны разносят только пенсии старикам. Процветает натуральное хозяйство. Среди населения очень сильно влияние ваххабитов и затаившихся врагов, которые действуют исподтишка. Ночью пальнут два-три раза - и в кусты. Долго донимал отряд чеченский снайпер, стрелявший по ночам из разрушенной мечети. Поступили с ним так: днем нацелили крупнокалиберный пулемет на место предполагаемой огневой точки, а ночью, когда бандит проявил активность, дали очередь. Разорванный труп боевика снесло с развалин. Поэтому показать себя сразу, чтобы считались с силой (а ничего другого чеченцы не понимают), надо было в самые первые дни. Случай не замедлил представиться.
   По прибытии отряда на место явилась пожилая чеченка. Умудренная жизнью, опытом и войной женщина безапелляционно заявила начальнику штаба Андрею Б.: "Дайте муку, сахар, того, сего..." - "Вы не по адресу обратились. ОМОН не богадельня и не фонд милосердия. Продукты самим нужны". - "Ну, что ты упрямишься, капитан. Вы же сюда не умирать приехали". При таком повороте разговора шантажистку популярно просветили насчет шестиствольного миномета, из которого на любой выстрел в сторону отряда будет открыт ответный огонь... Утром пришли старейшины с просьбами убрать миномет. Ведь только-только отстроились, шифер на крышах поменяли. Были еще притязания чеченцев насчет хлеба. Мол, будем печь вам хлеб за натуральный оброк - половину продуктов нам. И этот вопрос отпал сам собой. Благодаря электропечи, приобретенной начальником службы тыла УВДТ Геннадием Сартаковым, бойцы сами выпекают хлеб. Иногда другие отряды, у которых снабжение не на должном уровне, просят поделиться сибирским хлебушком. Не менее недружелюбно повел поначалу разговор и начальник станции, к которому обратился командир отряда Олег Т. Речь зашла об электричестве и газе для отряда. После недолгого раздумья вальяжный чеченец вымолвил: "Ничем помочь не могу".- "В таком случае я знаю ответ на все ваши вопросы о содействии". Вскоре начальник станции пожалел об отказе командиру.
   Аргун, как центр ваххабизма, привлекает внимание силовых структур, которые постоянно его "зачищают". Самую жесткую зачистку провели "курьеры спецвойск", как их именуют на армейском жаргоне. Город был полностью оцеплен на несколько суток. Ни зайти, ни выйти. В полях солдаты отрыли окопы, на дома навели орудия. По улицам гоняли бронетранспортеры, шел стопроцентный досмотр дворов, домов, построек. На входных стрелках станции замерла военная техника, перекрыв движение поездов. ...Работники железной дороги оказались заблокированы, домой попасть не могли. "Командир, выручи!" - обратился за помощью главный железнодорожник Аргуна. Тот выручил. Командир "курьеров", оказалось, тоже закончил новосибирский военный вуз. "Ладно, забирай своих железнодорожников, - сказал он Олегу. - Они же без оружия". С тех пор появились в отряде газ и сетевая электроэнергия. Дрова для кухни и бензин для электрогенератора стало возможным держать про запас. Начальник станции регулярно звонит в отряд, интересуется: "Как там НАШИ бойцы? В чем отряд нуждается?"
   Говоря о жизни отряда, нельзя не сказать о верных бескорыстных помощниках - прибившихся собаках. Их зовут Доня, Толстый, Белый... Бойцы рассказывают, что мать первых двух дворняжек погибла под поездом. Щенков выкормили с помощью пипеток. Этого собаки не забыли, прижились. Месяц-полтора назад Доня серьезно заболела - стала гнить с одного бока. Ножом бойцы вскрыли ей шкуру, рану промыли, зашили - зажило как на собаке. Днем дворняги спят, причем Толстый предпочитает спать возле кухни, рядом с чарующими запахами. А ночью, вы бы видели, верные сторожа располагаются полукругом возле самого беспокойного блокпоста "Броня" и несут караульную службу. На каждый шорох и подозрительный шум немедленно откликаются тревожным лаем.
   Один трагический эпизод мог серьезно осложнить пребывание отряда в Аргуне. К воротам заставы пришла гневная делегация женщин. Дело в том, что накануне в городе проходила очередная зачистка, и двое подростков на окрик солдат внутренних войск - побежали. Да разве от пули убежишь? Один юноша погиб на месте, второй скончался дома. Поскольку стрельба произошла в непосредственной близости от заставы, то и манифестация обвинила в смерти детей наших бойцов. Но вскоре в ситуации разобрались, и аргунская молва свое мнение переменила. Тем более, ранее поздним вечером эти ребята задерживались возле свалки металлолома, что рядом с заставой. Одного, имевшего при себе паспорт, отпустили. Пришли матери с подарками и благодарностью за хорошее обращение с сыновьями. А тут зачистка и нелепая стрельба по убегающим фигурам... Стоило больших трудов и нервов убедить местное население, что сибиряки - народ мирный, выполняют поставленные перед ними задачи четко и за местным населением не охотятся. А те недоразумения, которые неизбежны в зоне боевых действий, следует разрешать с максимальной степенью объективности. Мстить бойцам аргунцы не стали. Наоборот, благодаря их своевременному сообщению о заложенном возле дороги фугасе, удалось избежать ДТА.
   ДТА - это диверсионно-террористический акт. В этой новой аббревиатуре, которая регулярно звучит в сводках сводного отряда милиции (СОМ) ГУВДТ и СОБ МВД России, слились воедино и налаживаемая мирная жизнь и ведение боевых действий. Ведь диверсии происходят на войне против военнослужащих, а теракты среди населения в мирное время. Тем не менее, само население Аргуна, каким бы оно ни было проваххабитски настроенным, стало бороться с подрывами. 14 мая 2002 года группа омоновцев возвращалась с грузом бензина на автомобиле. При подъезде к переезду их предупредили - фугас на обочине, провода тянутся в сторону развалин. Действительно, для подрыва был установлен шрапнельный снаряд от орудия танка Т-80. Причем под снаряд боевики подложили тротиловую шашку, чтобы взрывом снаряд сначала приподняло над землей и он, сдетонировав, накрыл бы осколками максимальную площадь поражения. Фугас обезвредили подрывом на месте. Позднее чеченские милиционеры, которые охраняют автомобильные дороги к заставе, сообщили об обезвреживании еще одного фугаса, изготовленного из пластиковой, наполненной взрывчаткой бутылки и мобильной рации, связанной с детонатором.
   Обстановка в Чечне, на железнодорожном транспорте остается сложной. СОМ сообщает: на одной из станций четверо военнослужащих выехали вывозить мусор - попали в заложники; две чеченки едут поездом с военной амуницией и внушительной суммой долларов для расплаты с подрывниками; участник теракта в Дагестане движется по Чечне якобы в поисках стройматериалов; ваххабиты активно вербуют чеченскую молодежь в горные лагеря для диверсионной подготовки; по дороге следуют 4 фуры с металлоломом в Москву - но под грузом оружие. Вот и у наших бойцов, к ежедневным обработкам челночного поездного маршрута Грозный-Гудермес и дежурству на постах, прибавляется работа. Рассеяна группа вооруженных людей, пересекавшая ж.д.пути; задержан подозрительный человек, который шел по путям и рассматривал рельсы; снят с вагонетки дезертир, бежавший из воинской части, дислоцированной в Ханкале.
   А на бивуаке в зоне заставы бойцы рассказали представителям УВДТ курьезные истории, венчающие любую войну. В конце всякой военной кампании место для подвига есть, но больше становится тем для воспоминаний о "битвах, где вместе рубились они". Снайпер рассказал: "Стреляю боевику в ногу - идет, во вторую - идет, в корпус - не падает. Падает - когда пуля попадает ему в голову. А все от того, что перед выходом на теракт, помимо употребления марихуаны и гашиша, боевики обкалываются семипроцентным промедолом с полным обезболиванием тела. И идут на смерть как зомби, ничего не чувствуя". Или вот еще история. Повадились боевики обстреливать расположение части из минометов. Сделают 5-6 выстрелов - и тишина. Оперативная группа выезжает на место, откуда велась стрельба - нет там никаких минометов, даже следов никаких нет. Наконец, обратили внимание на отверстия в земле. Оказывается, хитроумные "чехи" минометы в землю целиком закопали. А стреляли, поднося только заряды. Задержишь такого чеченского мужика в поле, а у него уже сумка пустая. Или очень позабавил один чеченский дедушка. Тот не как ранее упоминавшаяся бабушка-шантажистка поступил, а хитрее. Он пришел на заставу и заявил, что растяжку обнаружил на тропе. Ее обезвредили, а деду за содействие дали 5 банок тушенки. Назавтра снова нарисовался дед - опять нашел растяжку на другой тропе. Дали ему бойцы 4 банки и стали с интересом дожидаться следующего дня. И не ошиблись - снова пришел любитель тушенки заявлять выстрел от гранатомета. Боевого деда передали армейским саперам. Может, у того дома арсенал - так никакой "гуманитарки" на хитрое население не хватит.
   Ко всем подобного рода "хитростям" чеченской кампании, недомолвкам, а то и искажениям фактуры в отряде относятся строго. Бойцы опасаются, что иное ложное сообщение о бое в Аргуне может травмировать их родных. Вот ОРТ сообщило об очередном военном успехе. На мелькомбинат, расположенный на удалении, якобы напало 50 боевиков. В ходе боя троих нападавших убили. Ошиблись телевизионщики, или их неправильно информировали. На самом деле разыгралась иная трагедия. Трое чеченских коммерсантов, проезжая днем возле комбината, договорились с военными, что обратно они будут возвращаться ночью и чтобы их пропустили. Один блок-пост пропустил, но второй расстрелял автомобиль, показавшийся солдатам подозрительным.
   Самое прибыльное дело сейчас в Чечне - это бизнес в сфере сбора металлолома. Окрестности станции завалены им. Тонна черного лома стоит 500 рублей. Особо оборотистые чеченцы благодаря личной грузоподъемной технике волокут в пункт скупки даже подбитые танки. А вот зерновой комбинат, в одном из полуразрушенных амбаров которого располагается застава сибиряков, не работает. До войны, говорит один из охранников комбината, сюда свозили и очищали кукурузу, которую затем отправляли в Москву. Сам охранник без оружия всю ночь дежурит в будочке на территории комбината. Денег ему не платят, рассчитываются зерном. И ведь не сломался человек, хотя дом разбомбило - отстроил заново, никто не помог. Мать скончалась от разрыва сердца из-за рядом рухнувшей ракеты. Сын с соседским мальчишкой в поле подорвались на мине - родители собрали, поделили куски плоти и похоронили детей. Но, есть надежда, что мирная жизнь нормализуется. Будет работа, появятся деньги.
   ...Вдоль обочин дорог нельзя не обратить внимание на особенности чеченского прижелезнодорожного пейзажа. Если по обочинам автомобильных дорог России, на поворотах и других сложных участках дороги, иногда можно увидеть памятные знаки. (Здесь произошло ДТП, погибли люди.) То такие же знаки, чаще всего кресты, расположены по обеим сторонам ж.д.путей от Моздока до Грозного. Это и часто минируемый боевиками крест, установленный на месте гибели командира новосибирского СОБРа Климова. И крест на месте подрыва 15 июля 2000 года на перегоне Гудермес-Джалка бронепоезда (тогда погибла повар Маргарита Захарова). И знаки, и кресты на месте гибели бойцов московского транспортного ОМОНа у ж.д. моста через Терек. И 30 крестов, поставленных между станциями Ищерская и Наурская на могилах русских жителей станицы Микенская, когда почтальон-ваххабит для "прописки" в банде боевиков пошел по адресам, поливая из автомата. Леванидовы кресты издавна ставили на Руси у дорог, где находили мертвое тело. В 21 веке к трактам и шоссе добавились железнодорожные пути. Но сибиряки все сделают для того, чтобы этих крестов стало меньше.
   4. Вместо послесловия. Частный извоз-дальнобой с отменой "боевых" сошел на нет.
   Глазами очевидца - вся Чечня напоминает грандиозную автосвалку. Подбитые, искореженные, сожженные, расстрелянные машины застыли по обочинам дорог в тех позах, в каких настигли их фугасы и гранатометчики, снайперы и засады. Но - не пропадать же добру! Умельцы, из числа чеченских работящих мужиков, восстанавливают и собирают из хлама любые модели. Вот этот КамАЗ непосредственно из узлов и механизмов, подобранных на свалках, житель Аргуна собрал за четыре месяца. Бойцы ОМОНа при Западно-Сибирском УВДТ непосредственно из своих блок-постов наблюдали за возрождением машины. Сейчас она выглядит как новенькая. Водители ОМОНа задаются вопросом: как водитель регистрировать ее будет? Как местное ГАИ посмотрит на соответствие агрегатов? Тем не менее, хозяин восстановленного самосвала собирается заняться самым выгодным сейчас в Чечне бизнесом - вывозом металлолома. Тонна черного металла стоит на месте сбора 500 рублей, а там, где-нибудь в Ростове - под 3 тысячи.
   Ранее не менее прибыльным был другой бизнес - частный извоз. Несмотря на рискованность такого занятия, на Северном Кавказе желающих покрутить баранку и развести пассажиров по разным регионам не меряно. Основной клиент - демобилизованный контрактник, который до недавнего времени получал "боевые" - до 900 рублей в день. Причем контрактник разный бывает. Если он из Ханкалы в чине майора или подполковника, то нанимает машину исключительно до аэропорта в Минеральных Водах. На предложение водителя - "давай до Москвы?" - старший офицер лишь качает головой. "Только в самолет. Всего два часа лета. Никаких денег не жалко". Вся контрактная сумма у него в портфеле. А вот рядовой солдатик нанимает авто совсем без денег. Один из частных извозчиков, он представился Владимиром, на своем ВАЗе шестой модели успел нарезать 6 "дальнобоев". По два - в Омск, в Юргу и Читу.
   У моздокского вокзала выбор авто для путешествия через всю Россию невелик. Условия такие. Подходят трое солдат: "Дядя, увези на родину поскорее. В поезде ехать невтерпеж. Но денег нам не выдали. Расчет будет в Юрге. Обратную дорогу оплачиваем. Лады?" - "Лады". Вся кольцовка занимает 7 суток. По словам водителя, особенно чувствуется разница между Европой и Азией в Челябинске. Дело было поздней осенью - повалил снег. За Челябинском - никакой дороги. Все трассы занесены полуметровым слоем снега. Но, оказывается, подобно тому, как существует военная автотехника, есть и военные дороги, которые регулярно чистят. Вот так, следуя в объезд за военным бульдозером, проехали опасный участок. В дороге пару раз убегали от бандитов, занимающихся сбором дани за проезд по "своей" дороге. Выход тут один - дави акселератор и крепче держи руль. Если заступят дорогу - живым не быть. Кормил в дороге дембелей Владимир так: заходил в кафе, просил показать поднос с пельменями. "Сколько их тут? - 180. - Давай их всех в котел. Парни голодные с Чечни едут". Цена вопроса с каждого пассажира составила "туда" - 12 тысяч рублей. 24 тысяч - с каждого. Всего заработок дальнобойщика составил 80 тысяч. Лишнее бойцы заплатили? Нет, выдали премию за комфорт, заботу, дорожные анекдоты. В самом деле, ехать с молчуном или ворчуном - себе дороже.
   В Юрге произошла сцена, которую можно назвать немой. Возвращается один парень из армейской кассы с заметно нарисовавшимся животиком. Отпустил ремень и на стол вывалились пачки денег. Один миллион двести тысяч рублей. "Батя, да за такие деньги меня убьют! - запричитал парень. - Что делать будем?" И действительно. Возле части тусовались сомнительные типы с бритыми затылками, очень охочими до кровавых солдатских рублей. "Как что, сынок, как всегда - будем убегать!" Покружив по Юрге, в очередной раз оторвались от преследования. Клиент доставлен на малую родину к заждавшейся родне, которая и в глаза не видала такой суммы.
   Сейчас и "боевые" и неплохие заработки дальнобойщиков уходят в историю.
   2002 г., Аргун - Моздок

 Ваша оценка:

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2012