ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Чеботарёв Сергей Иванович
Всё бы было так смешно, если б не было так грустно...

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]
 Ваша оценка:

  Всё бы было так смешно, если б не было так грустно...
  
   Смех. Сатира. Сарказм. Улыбка. Ирония. Потеха. Юмор. Какими ещё словами можно выразить действия, вызывающие у человека усиленные движения мышц лица, связанных, как правило, с положительными эмоциями? Конечно, в зависимости от того, кто над кем смеётся, а кто от всего действия этого плачет. К сожалению, во многих случаях, как ни посмотри, рядом существуют оба эти, противоположные полюса ощущений. Не зря же, в русском фольклоре существует масса поговорок, подтверждающих данный факт: "Мал смех, да велик грех", "Где грех, там и смех", "Иной смех плачем отзывается", "Вам смех, а нам и полсмеха нет", "Чужому смеху хорошо смеяться, посмейся-ка своему", "Кто в субботу смеется, в воскресенье плакать будет", "Над кем посмеешься, тот над тобою поплачет", и так далее и тому подобное. В любом, чисто мужском коллективе, тем более, среди военной братии, армейский юмор, довольно часто, существовал в этакой грубоватой форме, порой на грани сарказма, а то и более, и не всем был понятен. Особенно людям, далёким от армии. Что здесь можно сказать? Наверное, лучше всего, в качестве примера, привести одну фразу из комедии "Особенности национальной рыбалки": "Что ты понимаешь в военно-морском юморе?". Ну, да, суть не в комедии и не в конкретизации слов, сказанных в самом начале. Этим уже давным-давно занимались составители различных толковых словарей, во главе с В.И.Далем. И, не безуспешно. Своё повествование я хотел бы посвятить некоторым эпизодам, происходившим в мою бытность в Афганистане, с отголосками юмористического характера, вполне возможно, не совсем понятным отдельным людям, далёким от армейской среды. Тем более далёким от "театра ведения боевых действий".
  
  1
  
   Ни для кого не секрет, что юмор, смех и им подобные действия во многих случаях зачастую предназначены для выведения организма человека из состояния психологического ступора. Из личных наблюдений. Человек, лишённый полностью или частично чувства юмора, как правило, угрюмый, склонный к конфликтам, способный на определённые негативные поступки в любой момент времени. Он не в состоянии весельем снять психологическую нагрузку на свою нервную систему. Ему не дано просто пошутить, посмеяться над окружающими и самим собой. Беззлобно, чисто за компанию, что бы таким образом расслабиться. В этом-то их и беда. Вспомните, хотя бы известный советский кинофильм времён Великой Отечественной войны. "Два бойца". Восстановили в памяти? Если нет, то, напомню. После трудного боя, повлекшего потери в каком-то подразделении Ленинградского фронта, солдаты сидят в блиндаже понурые, "ушедшие в самих себя". Кажется, ничто в данный момент не в силах вывести их из состояния некоторого уныния. Однако, достаточно одному человеку рассказать что-то смешное, пусть каким-то боком высмеивающее его же друга, отвлечь окружающих от тяжёлых дум, как весь блиндаж преображается. Вот они, те же, что и до прошедшего боя, нормальные солдаты, готовые идти в новый бой. Представили себе этот эпизод? Или, вообще не видели данный фильм? Посмотрите. Марк Бернес там сыграл свою роль бесподобно.
  
   Обратитесь к своей памяти, покопайтесь в ней основательно, и у вас перед глазами возникнут эпизоды, связанные с юмористической направленностью жизни военного человека. Порой, граничащие с жестким сарказмом, и даже выходящие за пределы понимания "дружеского розыгрыша". Однако, сыгравшие, как ни странно, свою положительную роль в выживании на той войне в Афганистане. Роль, пусть и косвенную, но, вполне действенную.
  
   Что-то я слишком уж глубоко полез в "дебри" раскрываемого вопроса, Ещё немного, и сам могу из них не вылезти. Пора возвращаться "на бренную землю". Перейду к сети того, что хотел вам передать.
  
   Представьте себе стандартную ситуацию. Батальон возвратился из длительного рейда по горам и пустыням Афганистана. Грязные, покрытые слоем пыли офицеры, сержанты и солдаты, усталые, удручённые потерями среди друзей и подчинённых. Поставили технику в парк. Разгрузили имущество и вооружение. Помылись в бане, которую к их приезду заботливо и заблаговременно приготовили работники тыла. Поели в столовой хорошо приготовленную пищу, кажется что, значительно отличающуюся от той, которая во время рейда была им приготовлена в полевых условиях взводом материального обеспечения. До той временной черты, которая негласно существует в сознании каждого, определяющей момент возможного начала кадровыми военными для употребления спиртных напитков, дабы снять стрессовое напряжений, есть ещё час-полтора. Это - для офицеров и прапорщиков на полузаконном основании. К родимой семье торопиться не нужно. Она, к сожалению, далеко. Письма, пришедшие за время отсутствия батальона в ППД полка, уже прочитаны. Любимый личный состав под бдительным контролем одного из офицеров или прапорщика. В общем, строго говоря, наступает тот момент неопределённости, когда, вроде и есть чем заняться, и, особого желания заниматься чем-то серьёзным нет желания. Вот и собираются возле домиков офицеров и прапорщиков, в курилках и палатках сержантов и солдат срочной службы маленькие, тесные кружки. Как это бывает всегда, находится кто-то, кто не может сидеть, молча и лениво обозревать окружающий ландшафт, давно приевшийся, до оскомины, своим однообразием. Да и обстановка всеобщего молчания, как-то подсознательно, не располагает к непосредственному началу долгожданного отдыха. В памяти возникает какой-то, подходящий для данного момента, анекдот. Может быть, и не совсем новый, слышимый большинством из окружающих уже не один раз. Первая проба с изложением вертящегося на языке не писаного текста народного эпоса. Однако - начало положено. Согласитесь, что в восьмидесятых годах, как и до них, и после них, анекдотов существовало много. Даже - очень много. А, если верить отдельным "байкам" и рассказам "очевидцев", в Соединённых Штатах Америки существовал целый институт, занимавшийся подготовкой для людей Советского Союза и прочих социалистических государств анекдотов, которые имели ярко выраженную политическую окраску. И не только. Суть не в этом. В общем, и целом, с первым анекдотом общение в подобных тесных кружках коллективов военнослужащих начинало приобретать динамичный характер. Смех, вызванный очередным анекдотом, как оно и должно быть, притягивал к себе новых людей. Собиралось вокруг всё больше зрителей, рассказчиков анекдотов и всевозможного вида интересных историй. Начинали вспоминать эпизоды, юмористического плана, связанные с сослуживцами в тот или иной момент времени. Время летело незаметно, нервное напряжение постепенно отступало, уступая своё место моральной расслабленности. Допустим, у меня подобные картинки, почему-то, последнее время постоянно возникает в памяти. Так было в нашем батальоне. Так было почти везде, где мне приходилось бывать раньше и позднее. Именно в такие моменты возникало понятие единого, дружного коллектива, где друг друга понимают с полуслова. Пересказывать услышанные анекдоты я не стану. Это займёт слишком много времени и места в рассказе. Абсолютно уверен, что в памяти многих из вас, имеется их большущий запас. Особенно у тех, кому природой дано умение запоминать и рассказывать данные произведения народного эпоса.
  
  2
  
   Зато вот отдельные истории, этакого, юмористического характера, на мой взгляд, стоит вспомнить. Может быть, и не совсем виденные своими собственными очами, однако, по своей логичности, имевшие место в нашей жизни. Только "приправленные" кое в чём незатейливым вымыслом тех, кто их рассказывал. А, как же без этого? Не всё в нашей жизни так смешно, как хотелось бы видеть. Особенно в реальности.
  
   Вот одна из таких историй, в которой, юморная сторона граничит с совершенно противоположным ей по смыслу понятием.
  
   Место дислокации 122-го мотострелкового полка 201 мотострелковой дивизии в тот отрезок времени, когда я приехал в Афганистан, было, из всех полков, входивших в состав 40-й армии, самым близким к государственной границе с СССР. Согласитесь, полсотни километров для Афгана - это не расстояние. Проходившая рядом автотрасса Термез-Кабул, если тогда её можно было назвать таким громким названием, делала пункт постоянной дислокации полка, по своему местоположению, ещё более привлекательным. Все автомобильные колонны, направлявшиеся от границы вглубь страны и обратно, проходили возле нашего полка. Это - в качестве общей информации.
  
   Все, кто имел "счастье" начинать службу "за речкой" непосредственно с момента ввода советских войск в Афганистан, помнят, что в этот период времени, жизненные условия для всего личного состава контингента были не просто плохие, а не подлежащими какой-то, близкой к положительному значению оценке. Войсковая парусиновая палатка - жильё, в общем-то, неплохое, но, явно временного характера. Приходилось военнослужащим контингента постоянное жильё для себя строить своими собственными руками. О модулях тогда даже и не знали. Офицерские домики создавались из саманного кирпича. Кто на что горазд. Палатки для военнослужащих срочной службы были стандартными, типа УСБ. Только, несколько усовершенствованные деревянными полами и метровой высоты стенами-каркасами. Естественно, командование полка жило в вагончиках на колёсах, которые, в первое время относительной "прозрачности" границы, вывезли с территории Советского Союза. Как они там появились? Всё очень просто. Один конкретный пример.
  
   Летом 1980 года в командировку в город Термез были направлены несколько прапорщиков из нашего полка. Задачей для них, в официальном плане, было получить что-то на складах Туркестанского военного округа для нужд полка. Выделены были грузовые автомобили. Для пересечения границы с Советским Союзом открытие визы в ОВиР тогда не требовалось. Да и служебных заграничных паспортов - тоже. Более того, на территорию Союза ездили со своим личным оружием. Что, вполне понятно, создавало определённые трудности в плане личной безопасности для местного населения. Не удивительно, если учесть, что там, в Термезе, как и в любом восточном городе, местные жители привыкли обманом, из воздуха "делать" деньги. Любое же "общипывание" военного покупателя в магазине, не привыкшего ещё к местным "традициям", приводило к скандалу, который мог стимулировать применение штатного табельного оружия. Потом, поди, и найди среди многотысячной 40-й армии виновного в ранении или смертоубийстве. Опять, уклонился на мелкие комментарии! Прошу меня извинить.
  
   Продолжу. На военных складах под Термезом прапорщиками полка всё было получено довольно быстро, согласно накладным, и загружено в машины. Возвращаясь колонной из города к границе Афганистана, эти "архаровцы" увидели возле дороги большой двухосный строительный вагончик на колёсах, который, видимо, принадлежал какой-то Термезской районной дорожной ремонтной бригаде. Не стану ни утверждать, ни отрицать того факта, что прапорщики были под лёгким хмельком. Это дело святое. Как же можно, приехать в СССР из государства, где сухой закон - норма жизни, и не "уколоться"? А тут ещё попалось на глаза отличное жильё, готовое к перемещению в пункт постоянной дислокации полка. Вполне "бесхозное". Наподобие курицы, которая отошла от родного забора дальше десяти метров. "Ничейная"! Как можно упустить подобный случай? Благо, "крюк" Урала был свободен. Сам вагончик оказался закрытым на висячий замок, и из местных жителей в прямой видимости никого не наблюдалось. Вагончик прицепили к автомобилю, и успешно отбуксировали в расположение полка в Афганистане. Благо, на границе никто не поинтересовался, откуда и куда военные тащат этот прицеп, явно не военного вида. Тащат - значит так нужно. Предвкушая благодарности, которые "посыпятся" на них от полковых начальников за предприимчивость, эти "герои" спилили замок и обнаружили в вагончике спящего крепким сном мужчину. Он оказался простым советским ремонтником дорожного покрытия из одной ДРСУ Термеза. Накануне в послеобеденное время, ремонтная бригада "торжественно" отмечала "трёхсотлетие гранёного стакана", и мужик, обнаруженный прапорщиками в вагончике, тогда изрядно приложился к бутылке с "зелёным змием". В виду своей временной полной не транспортабельности, ремонтник был закрыт друзьями в подсобном вагончике. Сон оказался таким крепким, что пьянчужка ничего не почувствовал, ни когда вагончик цепляли к машине, ни когда буксировали до переправы и далее до расположения полка. С огромным трудом мужика привели в чувство, и разъяснили, что он "раптом" оказался на территории Афганистана. Данное сообщение несказанно перепугало этого работягу. Оно и не мудрено. Посудите сами. Термезская мотострелковая дивизия, введённая в Афганистан сразу за десантниками 103 вдд, приписниками была в основном укомплектована из жителей Термеза и близлежащих населённых пунктов. После вывода "партизан" из Афгана, каждый житель этого небольшого города знал досконально, что творится в той стране, на противоположном берегу реки. Правда переплелась с явным вымыслом. В любом случае, для гражданского человека оказаться в условиях боевых действий, не самый хороший вариант. Начал наш работяга умолять своих "похитителей":
  
   "Родненькие! Отвезите меня хотя бы до границы. До Термеза я уж сам как-нибудь доберусь. Клянусь, что никто не узнает о том, кто и куда увез этот распроклятый вагончик!".
  
   Что оставалось делать прапорщикам? Афишировать свой "прокол" с данным мужичком? При любом раскладе дела, это могло им выйти боком. В общем, и целом, отвезли бедолагу до моста, проследили за тем, что бы он благополучно оказался на территории Узбекистана, и вернулись обратно в полк. Первое время эти самые прапорщики побаивались ездить в Союз, всеми доступными средствами избегая подобных командировок. А вдруг, да "заметут" за совершённую кражу вагончика! На территории Афганистана бояться-то особо не приходилось. Руки коротки у местных термезских начальничков. А вот в Термезе, как ни посмотри, но законы советского уголовного права существовали и даже действовали в отдельных случаях. Потом, со временем, эти страхи забылись. Скорее всего, работяга действительно выполнил свою клятву, так как из-за злополучного вагончика никто шум не поднимал, и он, до переезда полка к новому месту расположения, успешно служил жильём для одного из наших полковых начальников. Да и потом, нашли ему достойное применение уже на полковых складах. Вот такая история. Кому-то смешно, а кому-то и не очень.
  
  3
  
   Довольно часто в армейской среде встречались элементы "чёрного" юмора. Это, что бы не ошибиться в формулировке, юмор, совместимый, в первый момент, с понятием, весьма далёким от дружеской шутки. Вызывающий, порой, ассоциацию с чем-то страшным, ужасным и даже кошмарным. Вот уж действительно - "армейский юмор", или, как его порой называют, "салдафонский". Расскажу об одной такой "шутке". Произошло это практически в первые дни моего нахождения на территории Афганистана. Я ещё и акклиматизироваться не успел в новых для себя условиях. Всё было ново, необычно, порой не совсем понятно. Автоматы стояли возле коек. Боеприпасы к ним, гранаты находятся не под замком, как это было в Союзе, а в любом удобном и доступном месте. В прикроватных тумбочках можно было найти всё, что угодно, от пластин-обойм для заряжания магазинов автоматов и переходников к ним, до запалов для гранат и самих гранат Ф-1 в сборе.
  
   Командиром нашей 3-й миномётной батареи в то время был старший лейтенант Витя Корниенко. Контактировать мне с ним пришлось очень непродолжительное время, так как практически через две недели после моего приезда в полк, он получил в рейдовой операции осколочное ранение в живот, и из госпиталя к нам уже не вернулся. Судя по рассказам и моим поверхностным впечатлениям, командир был сильный, грамотный и способный. Витя Корниенко умел добиваться необходимой для него и для дела цели, используя для этого порой довольно резкие меры. Мне до сих пор вспоминается одна его, в то время, довольно жуткая для моего личного восприятия шутка. Уверен, что эту шутку не всякий поймёт. Суть дела.
  
   В свободное время офицеры и прапорщики нашей миномётной батареи любили поиграть в нарды, в "шеши-беши". Причём "баталии" на единственной игральной доске разыгрывались довольно "жаркие". Кто хоть раз играл в нарды, поймёт, какой азарт проявляется в этой игре. Играли, как правило, на выбывание: проиграл - освободи место. Жди теперь своей очереди сесть за доску уже с очередным победителем. Игру эту тихой назвать можно только в явном приближении. Да и то, когда в неё играют настоящие восточные мужчины, сидя на ковре в чайхане. Но никак не славяне, у которых азарт и темперамент не позволяют заниматься подобными делами степенно и без излишних эмоций. Треск катящихся по доске "зар", щелчки передвигаемых фишек, азартные крики игроков и громкие комментарии зрителей. Под этот аккомпанемент, не только заснуть, но и просто заняться чем-то своим, требующим определённого внимания делом, было не возможно. Старший лейтенант Корниенко, к слову сказать, этой восточной игрой особо не увлекался. Хотя, может быть, это только у меня сложилось такое впечатление. Во всяком случае, играющим в нарды я его не видел. Что же до меня, так я и вообще узнал смысл "шеши-беши" только здесь, в Афгане. Естественно, в силу обычной любознательности, мне было интересно находиться среди зрителей, тем самым, постигая не только азы, но и методику побед в игре. Да и само присутствие при игре, делало меня как-то ближе к коллективу, куда, говоря откровенно, до первой рейдовой операции, меня ещё реально и не приняли.
  
   В один из вечеров игра в нарды затянулась далеко за полночь. Учитывая то, что стол стоял под единственной электрической лампочкой, висевшей почти посредине комнатки, табуретки возле него располагались вплотную к кроватям. В пылу азарта, игроки и зрители раскачивали кровати, создавая не совсем комфортные условия для мирного ночного отдыха. Витя же, уже лёг спать. Да разве тут заснёшь? В конце-концов ему это всё изрядно надоело.
  
   Последовала команда-просьба:
  
   "Мужики! Кончайте игру и ложитесь спать! Уже очень поздно, а завтра рано вставать".
  
   Игра продолжалась.
  
   Очередное обращение, теперь с попытками воздействовать на совесть товарищей:
  
   "Всё, хватит! Не даёте заснуть! Даже соседи сейчас могут прийти с жалобами".
  
   В ответ, как и следовало ожидать, последовало:
  
   "Витя! Ещё совсем немножко и заканчиваем!".
  
   Вполне естественно, окончание игры существовало только на словах. Никто и не собирался ложиться спать. Азарт, неоконченная партия, подзуживание проигравшего со стороны зрителей и победителя, не позволяли так просто сложить доску и отправиться в кровати.
  
   Чувствовалось, что Витя Корниенко уже начинал выходить из себя. Оно и понятно. Когда настроился на отдых, а покоя просто не дают, это не всем нравится. Новое обращение уже с угрозой в голосе:
  
   "Последнее предупреждение - кончайте игру, или будет плохо!".
  
   Результат тот же самый. Тем более, что сама эта партия уже идёт к своему завершению. Вроде, и победитель налицо, и перевес то не совсем большой. Тут уж, как говорится, "бабушка на двое сказала". А вдруг, проигрывающему да повезёт. Подвалит несколько "кушей" в виде "дуплей"!
  
   Только и у Корниенко терпение закончилось:
  
   "Я предупреждал? Пеняйте на себя!".
  
   Последующее нужно было видеть. Желательно, со стороны. Словами передать можно, только эффект совершенно не тот. Витя демонстративно открыл свою прикроватную тумбочку, достал гранату Ф-1. Не торопясь, чтобы все видели и могли "переварить" последствия его действий, вынул чеку, и бросил гранату под стол игрокам. "Переварили" и среагировали все очень быстро. Шесть человек, - игроки и зрители, - вылетели "пробкой" из домика. Самый массивный из нас, - Андрей Микушев, бежал первый, и слёту сорвал дверь домика с петель. Поэтому для нас остальных, проход был совершенно свободен. Спрятались за угол и стали ждать разрыв. Три секунды. Тишина. Минута. Тишина. Осторожно зашли в домик. Гранаты нет. Витя спокойно спит, или делает вид, что спит. Никто не может ничего понять, ведь граната должна была разорваться - учебных гранат в Афганистане не было и в помине. Растормошили командира батареи и начали допытываться - в чём фокус? Оказалось, в боевую гранату был закручен взрыватель со сработанным уже детонирующим составом. Только имитатор взрывателя. Вынув чеку, Витя гранату бросил на пол. Все следили за полётом гранаты, а не за Витей. Хлопок в ладоши прозвучал как накол капсюля. На наше и своё счастье Витя разыграл нас обычным "муляжом" гранаты. А ведь в тумбочке лежали и боевые гранаты! Вот вам и "чёрная" шутка. Обычная, в подобных случаях, реакция гражданских людей:
  
   "И что здесь смешного? Нашли, чем играться! Это же боеприпасы!"
  
   Возможно, что и так. Можете мне поверить, что в обычной обстановке мирной жизни ни у кого не возникло бы желание играться с гранатой Ф-1, учитывая то, что разлёт осколков у неё может быть до двухсот метров. Да и вообще. Где ещё, кроме Афганистана, можно было увидеть "молоток", сделанный из боевой гранаты Ф-1? Простейшее приспособление, только вместо запала вставлена деревянная ручка. Не совсем удобно забивать гвозди, но, вполне можно. Ежели под рукой нет нормального молотка.
  
  4
  
   Пожалуй, что бы потом не возвращаться к теме "чёрного" юмора, коснусь ещё одного эпизода, который носит определённую сатирическую окраску. Пусть только в понимании подобных мне людей. Во всяком случае, воспоминания об этом эпизоде вызывает у меня лёгкую усмешку. Особенно, когда начинаешь вырисовывать ход произошедшего в своём воображении, и, как в компьютерной игре, в глазах появляются "действующие лица и исполнители" той трагикомедии. Произошёл тот случай во время рейдовой операции в районе города Пули-Хумри. Где-то в отдалённом горном районе. 5 августа 1982 года наш батальон участвовал в очередной рейдовой операции в зоне ответственности 395 мотострелкового полка нашей же дивизии. Предстояло в ближайшее время работать в ущелье Андараб. В этот день мы вышли в исходный район для входа в предполагаемую точку соприкосновения с местной бандой. В 12 часов колонна батальона стала на днёвку возле горной речушки. Место, доложу я вам, красивейшее. Небольшие горы, чем-то по своей высоте напоминающие Забайкальские сопки. Буйная растительность. Бездонное, голубое небо. Чистый воздух. Холодная, прозрачная вода в реке. Курортное место. Построй в этой местности базу отдыха или санаторий - от отдыхающих отбоя не будет. Не исключая и "новых русских". Для них-то, развлечением могло стать даже такое мероприятие, как охота на диких животных, ловля ядовитых змей и стрельба по хищным птицам. Да и для туристов - раздолье. Ходи, куда хочешь, и куда душа позовёт. Ни тебе дорог, ни крупных населённых пунктов. Местного жителя и того можно изредка увидеть только издалека. Один только минус во всёй этой идиллии. Душманы местных банд, довольно таки солидными группами бродят по окрестностям. Того и гляди, испортят весь отдых. Не любят они, как ни странно, христиан, да и вообще всех, кто не приемлет мусульманство. Поэтому, скорее всего, и подобных туристов и санаториев с отдыхающими, в округе на 500 километров не увидишь. Ну, это нам не было большой помехой в организации отдыха от "трудов праведных". Тем более, что шёл только четвёртый день нашего выезда из расположения 122 мотострелкового полка. А перед этим почти два месяца "пахали" в пункте постоянной дислокации, лишь изредка вырываясь на сопровождения колонны и в одно-двух дневные служебные командировки. Сами понимаете, такая рейдовая операция, в качестве перемены рода деятельности, была за счастье. А тут, вдобавок, ещё и "курортная зона". В общем, позитивные эмоции у большинства из нас, выплёскивались через край. Все, кроме боевого охранения, которому полный комплекс удовольствий пообещали обеспечить несколько позднее, бросились на берег речки. Купания в холоднющей воде, от которой зубы сводило, и пальцы на ногах стремились приблизиться к пяткам. Мелкие постирушки. Загорание под палящими лучами южного солнца. Что ни говорите, но самый пик афганского лета. Вроде бы расслабляющий комплекс, для любого не привередливого человека, был выполнен в полном объёме. Чего ещё можно было желать от данной днёвки? Оказывается, можно было найти ещё одно развлечение. И его, не знаю только, по своей фантазии или по "невинной" подсказке окружающих, нашёл наш командир батальона. Всё-таки, отсутствие определённого планового занятия, толкает на поиски приключений.
  
   Как это и было положено издревле матерью-природой, в данной речушке была обнаружена съедобная рыба. Большинство представителей данной водной стихии составляла форель. Причём, в прозрачной воде речушки, в глубину чуть больше одного метра, эта живность наблюдалась невооружённым глазом. Заядлыми рыбаками были обнаружены и места скопления рыбы. Самое-то время и место, для занятия рыбалкой. В комплект бронетранспортёров и прочих военных колёсных машин, к сожалению, рыболовные снасти не входили, поэтому командиром батальона было принято решение использовать подручные средства. Выбора особого не было, в связи с чем комбат, продумав план обеспечения личного состава батальона свежей рыбкой, поставил задачу солдатам и сержантам отдельных взводов батальона, снять куртки КЗС (комплект защитный сетчатый), стоя в воде ниже по течению, перегородить речку этими импровизированными "сетями". Чтобы рыбка быстрее и менее обдуманно, с её стороны, зашла в подготовленные "неводы", выше по течению решили бросить пару гранат РГД-5. Всё-таки у этих наступательных гранат и осколков меньше, да и разлёт их всего около 40 метров. Плюс к этому, и вода в состоянии затормозить разлетающиеся от взрыва смертоносные кусочки жестяной оболочки гранаты. Непосредственным исполнителем упражнения по метанию ручных наступательных гранат стал лично комбат (вот для чего и была сообщена вам информация в "лирическом отступлении"). Первые пару гранат упали туда, куда их и планировала положить рука опытного офицера. После взрывов на поверхности речки появились серебристые представители глушенной рыбы. Её с успехом извлекли из воды, и рыбины, пока ещё в состоянии "невесомости", оказалась на берегу. К месту "рыбной ловли" стали собираться зрители, услышавшие разрывы гранат и заинтересовавшиеся процессом данного развлечения. Как это и положено, большая часть из них стояла на бережке, созерцая сам процесс извлечения рыбы из воды, а часть, в ком сразу проснулся зов рыбака, с энтузиазмом бросилась на помощь сетедержателям. Как оно и должно было быть, любое благое дело, спланированное на успех, становится под явное сомнение, при стечении большой массы народа. "Эффект стадности". Разработанный командиром батальона план безопасного глушения рыбы, из-за вмешательства десятков зрителей и советчиков, начал "трещать по швам". Вдобавок к этому, одна из гранат, брошенная в речку раздосадованным "советами посторонних" командиром батальона, до воды не долетела, и приземлилась на бережке возле уреза воды. Раздался крик: "Ложись!". Реакция опытных и прекрасно подготовленных воинов не подвела. Те, кто стоял на берегу, попадали там, где и стояли. В принципе, из-за того, что берег значительно возвышался над урезом воды, непосредственная опасность прилёта осколков к ним была минимальной. Хуже было тем, кто оказался у воды или прямо в воде. Ложиться пришлось непосредственно в воду, зачастую с головой. В общем, невольно сложилась ситуация, предвещавшая грубое нарушение мер безопасности со всеми вытекающими негативными последствиями. Видя всё это, комбат плюнул, "свернул" рыбную ловлю и строжайше запретил, кому бы то ни было, повторять данное развлечение. Так и закончился этот случай. На счастье, никто не пострадал. Да ещё, что весьма кстати, поблизости не оказалось "рыбнадзора" в чалмах и с "бурами" наперевес. Поэтому и "штрафные санкции" обошли наш батальон в этот раз стороной. Добавлю, что свершившаяся ситуация не было спланирована как шутка. Да и "шутливого" в ней довольно мало. Хотя, долго ещё вспоминали в батальоне этот самый эпизод, каждый раз добавляя новые "подробности". Так что, в последующем, сидя в курилке, нет-нет, да и звучал этот рассказ на фоне стандартных анекдотов, вызывая хохот и поднимая настроение слушателей.
  
  5
  
   Наверное, стоит коснуться в повествовании ещё одной стороны несколько сатирической направленности. Взаимоотношению с местными жителями. Скажу заранее, что не всё в этом вопросе имело радужную расцветку. Даже больше. Как нас ни "накачивали" политработники, как ни стращали командиры, относились мы к афганцам не лучше, чем они к нам. Для них мы были теми же "захватчиками". Они же для нас... никем. Так, пустым местом. Если, конечно, это не душман. Здесь - другой разрез. Враг, которого нужно уничтожить любой ценой. Особо близких друзей и даже приятелей, я, что-то, вспомнить не могу. Во всяком случае, для себя.
  
   Кому довелось ехать по дорогам Афганистана, помнят, наверное, как наши водители изголялись над водителями "бурубухаек". Или подрежут его на своей машине. Или, проводят "лобовую атаку" встречной афганской машины. И очень радовались при этом, если афганец съезжал в кювет. Откровенно говоря, я этого не понимал и всячески стремился пресекать подобные действия. Однако, факт свершаемого, отрицать не могу.
  
   Второй момент - отношения к торгашам, сидящим в духанах и более крупных торговых точках. Вот к этой братии отношение было однозначное. "Капиталисты, спекулянты, шкуродёры". С одной стороны это было именно так. С противоположного бока - люди стремились торговлей обеспечить своё существование и безбедную жизнь своей семье. Они старались нас обмануть, и мы не оставались в долгу. Зачастую используя даже силовой метод воздействия. Естественно, не подходящий под статьи Уголовного Кодекса: "Грабёж" и "Разбой".
  
   Расскажу, как обычно действовали офицеры и прапорщики нашего батальона, когда у кого-то из нас, возникала необходимость совершить необходимые покупки вещей в духанах. Допустим, перед поездкой в отпуск, или в предвидении предстоящей замены в Союз. Здесь у нас разработан был целый ритуал. Возможно, что в других местах было как-то по-иному. Гадать не стану. Можете сравнить.
  
   Представьте себе такую ситуацию. Кому-то из офицеров или прапорщиков подошло время ехать в очередной отпуск в Союз. В наших "чековых" магазинах Военторга, купить что-то стоящее из вещей, было просто невозможно. Да и цены, скажем так, "кусались". А приехать в отпуск из Афганистана без стильной одежды для себя, без каких-то ходовых сувениров для родственников и знакомых - стыдно. Тем более, тебя самого "жаба заест", если, допустим, за два года службы "за речкой" не купил себе джинсовых брюк с красивым лейблом, дублёнку, рубашку, американскую зажигалку и прочую требуху в виде женской косметики, которую в СССР "днём с огнём" не найдёшь. Даже в фирменных чековых магазинах "Берёзка". Вот и стремились военные, затовариться в афганских духанах. Здесь-то товара было - хоть отбавляй. Заранее для этого ответственного мероприятия готовили афгани, меняя их у советских специалистов в Департаменте, или у своих полковых спекулянтов-торгашей. В каждой части была подобная категория людей, которые в Афганистане, зачастую, делали целые состояния. Наличие афганей - дело хорошее. Однако, возникали ещё пара проблем, которые в одиночку решить было невозможно. Первое - безопасность. Одиночный шурави мог из духанов запросто не вернуться. Пропасть без вести. Вторая - обдерёт тебя духанщик, как липку. Заломит такую цену на товар, что, или уйдёшь ни с чем восвояси, или, скрипя сердцем, заплатишь за нужную вещь полуторную, а то и двойную цену. Оба эти варианта не подходили. Выход был найден. Подсказали его непроизвольно сами духанщики.
  
   Суть его сводилась к основному правилу свободной торговли. Живая конкуренция и оборот капитала. Чем больше продашь товара, тем больше сможешь купить его оптом в Кабуле или другом месте. А товар продашь только тогда, когда это не сможет сделать сосед-духанщик. Отбей покупателя у соседа, и сам будешь "в шоколаде".
  
   Вот и появилась у нас в батальоне методика закупки товара у местного торгового населения. Собиралась группа из шести и более человек. Как правило, один или два из них были действительными, платежеспособными покупателями. Остальные получали активно-пассивные роли. Самые из нас языкастые и пробивные составляли первую подгруппу. Вторая подгруппа являлась покупательным ядром. Третья подгруппа - наблюдатели, основными требованиями к которым были зоркий глаз и быстрая реакция.
  
   Первой к духанам направлялась "языкастая", первая подгруппа. Основной их задачей было "подготовить почву" для последующей покупки вещей. По-простому - сбить цену. Делалось это довольно просто. Увидев требующийся товар, наши ребятки начинали торговаться, причём, предлагать за вещь цену, порой в два-три раза ниже той, которую выставлял духанщик. Торг шёл с восточной красочностью. В ход пускались всевозможные методы, от приведения в пример соседей ("А вот твой сосед через два духана, предлагал нам купить за ... афганей") до устрашения ("Не хочешь уменьшить цену, скажем всем своим, что бы к тебе за покупками больше не приходили. И в наши колонны сообщим, что у тебя самый плохой товар"). Как это ни удивительно, но, довольно часто, цену сбивали очень даже существенно. Подошедшая к этому времени, вторая подгруппа, в которой-то и находились действительные покупатели, брала всё, что было нужно, не теряя лишнего времени и валюты. Вдобавок к этому, с духанщика первая подгруппа сдирала бакшиш за то, что привели к нему покупателя. Ну, а третья подгруппа попросту обеспечивала безопасность всех своих товарищей, внимательно следя за тем, что бы в пылу закупочных действий, кто-то не причинил сослуживцам вред. Так, переходя от одного духана к другому, совершались необходимые закупки.
  
   Мне самому приходилось пару раз воспользоваться подобной методикой. Понравилось. Вдобавок к этому, подобные "упражнения" научили меня торговаться везде, где это не связано с государственными органами. Да и развитие разговорной речи дало солидное. Сам по себе этот пример, вполне возможно, не несёт в себе сатирической основы. Хотя, после подобных походов, рассказы о том, как происходило всё действие, вызывал всплески весёлости в компании офицеров и прапорщиков. Вот уж действительно: "Иной смех плачем отзывается". Для нас - смех, а для духанщика - плач. Хотя, если уж быть честными, на шурави, даже в случае большого снижения цены за товар, афганские торгаши имели внушительный "навар". Его-то они брали за гроши, оптом. А наценку делали, порой, пятикратную.
  
  6
  
   Ещё один случай, связанный с духанами. Скажем так, случай попросту курьёзный.
  
   На одной из рейдовых операций, при прочёсывании басмаческого кишлака, в доме бая, или какого-то местного богатея, нашли солидную пачку старых царских российских денег. В основном, сторублёвого достоинства - "катьки". Красивые денежные знаки. Внушительные. Как они попали в Афганистан? Вполне возможно, что после революции с каким-то белоэмигрантом. А, не исключена и такая версия, что осталась у какого-то местного богатея после революции, и сохранилась всё это время, за ненадобностью, в сундуке. Вроде, и не нужны, а, выбросить жалко. Естественно, за своей неплатежеспособностью, реальной ценности эти бумажки тогда не представляли. Расползлась вся пачка денег по батальону в качестве сувенира. Многие засунули их в чемоданы, надеясь привезти в Союз. Кто-то повесил над кроватью. На этом, вроде бы, всё должно было закончиться и исчезнуть из памяти. Как незначительный элемент нашей бурной боевой деятельности. Ан, нет. Продолжение последовало.
  
   В качестве справочного материала для непосвящённых. Не скажу достоверно за время после 1983 года, так как меня уже в Афганистане тогда не было, но в более ранний период нахождения советских войск "за речкой", обеспечение магазинов Военторг было весьма скудное. Напитки, печенье, дешевенькие конфеты, консервы, что-то из одежды, изредка - японские магнитофон простенького вида. Наиболее ходовой товар присутствовал в основном в местных афганских духанах. С учётом возрастающего спроса шурави на джинсовую и кожаную одежду, косметику, дублёнки, различного вида сувениры, женское бельё, многие, наиболее "продвинутые" духанщики, практически полностью перевели торговлю с направленностью на советских людей. Просто для примера. В городе Мазари-Шариф, недалеко от "Голубой мечети", на торговой улице размещались духаны с вывесками на русском языке "Весна" и "Мечта". В них можно было купить всё, что потребует душа шурави. А если вдруг что-то не понравится или не подойдёт по размеру, духанщик попросит тебя подождать несколько минут, и принесёт из соседнего магазина то, что тебе требуется. Уровень обхождения продавца с клиентами описывать не буду. Вспомните эпизод фильма "Красотка"! Когда продавцы, по сути дела, "облизывали" клиентку. У афганцев весь этот процесс был уже в то время поставлен значительно более лучше. Главное что бы, как уже говорилось ранее, происходил быстрее оборот капитала. Это сулило значительную прибыль. "Деньги липнут к деньгам". Опять же, к примеру. Американские фирменные газовые пьезозажигалки с символикой "Kent", "Winsnon", "Camel" и так далее. Красивые игрушки, которые в Союзе пользовались повышенным спросом. Дуканщики продавали их в среднем за 50 афганей. В действительности же они шли в комплект к каждому блоку соответствующих сигарет. Взял десять пачек сигарет - получи зажигалку в подарок. Более крутые музыкальные зажигалки стоили от 100 и до 200 афганей. Солнцезащинные очки - от 50 и до 100 афганей. В целом, я подчас уже и забывать начал ценники на различные вещи. Да это мне теперь без надобности. Главное, что такой товар в Союзе был только у спекулянтов и по баснословной цене. Привозился контрабандным путём из-за границы. Без отметок, что, вещи сделаны, в "нашем любимом Китае".
  
   Продолжение справочного материала. Советские военные в Афганистане получали в качестве второго оклада денежного содержания, так называемые чеки. Расплатиться чеками можно было в магазинах Военторг и в столичных специализированных чековых магазинах "Берёзка". На территории Советского Союза спекулянты покупали чеки по три-четыре рубля за один чек. Наибольшее количество чеков, что ни удивительно, осело в Узбекистане и Таджикистане. Попробуй взять в то время авиабилет из Ташкента до Москвы! С тебя сдерут дополнительно от пятидесяти чеков и более. Такси от пересылки в аэропорт - 30-50 чеков. Любая мелкая услуга - "Чеки давай!". Ну да, не в этом суть. Советские гражданские специалисты и военные советники в силовых ведомствах Афганистана получали заработную плату афганями. По сравнению с нами, кадровыми военными, их труд оплачивался в несколько раз большими суммами. Зато, афгани имели хождение только там, на территории Афгана. В Союзе их можно было, конечно, обменять в банке на советские рубли. Только это было не совсем выгодно. Поэтому, те, кто имел афгани в избытке, стремились обменять их у советских военных на чеки. Неофициальный курс был за один чек - 15 афганей. Иногда чуть меньше, иногда - чуть больше. Кроме этого, сами духанщики с удовольствием покупали у шурави чеки и советские рубли. Может быть, по чуть более низкому курсу. По простейшему расчёту, за один советский рубль духанщики давали около пяти афганей. Для чего? Что бы потом с выгодой продать их всё тем же советским специалистам. Сейчас подобным делом вполне официально занимаются все банки в своих обменных пунктах. Узаконенное действие стародавних "менял".
  
   Вот теперь закончу справочный материал и вернусь к сути повествования. На чём мы закончили? На продолжении действий, связанных с находкой царских российских денег. Кое-кто, просто так, ради интереса, носил "катьки" в своём бумажнике. Как-то раз, один из офицеров, расплачиваясь с духанщиком за купленные вещи, достал со стопкой афганей сторублёвую царскую купюру. Внушительная банкнота, со всеми атрибутами казначейского билета, привлекла внимание афганского торгаша.
  
   "Что это? Русские деньги? Давай обменяю!", - скороговоркой, дабы не упустить явную выгоду от предполагаемой сделки, затараторил афганец.
  
   "Сколько дашь за сторублёвую купюру?" - последовал встречный вопрос офицера.
  
   "Как обычно - один к пяти".
  
   Поверьте слову, получить за бесполезную, пусть и исторически памятную бумажку пятьсот афганей, было делом не ординарным. Покопавшись в своих загашниках, офицер нашёл ещё три "катьки", и с неимоверной выгодой для себя, произвёл обмен. За две тысячи афганей можно было одеться самому и прихватить даже вещи для семьи. Правда, этого делать в данном духане офицер не стал. До ближайшего отпуска было ещё довольно много времени. А покупать заранее что-то из вещей - опасно. Вероятность хищения из офицерских домиков, а, тем более, из кладовых во время нахождения батальона на рейдовой операции, была довольно высокой. Поэтому, деньги остались в резерве.
  
   Приехав в пункт постоянной дислокации полка, офицер с подробностями рассказал, что с ним произошло в духане. Нашлось ещё несколько человек, пожелавших повторить подобный же "подвиг". Судя по рассказам, несколько человек из батальона и даже полка (так как купюры, как и следовало ожидать, "расползлись" по всему ППД), смогли удачно обменять сторублёвку царского казначейства на афгани. Потом, афганцы как-то узнали о том, что их здорово провели шурави, и перестали "попадать на удочку". Более того, в духанах, где побывали наши аферисты, цены на товары здорово подскочили. Надо ведь было их хозяевам восстановить свои потери! Опять же. Этот случай долго вспоминали в батальоне, рассказывая в качестве юморески. С объездом в Союз действительных свидетелей и участников тех событий, разговоры потихоньку утихли. Только духанщики, обманутые шурави и своей жадностью к наживе, долго, наверное, помнили об этом. Нет худшего зла, чем потеря денежных средств и надежды на явную поживу.
  
  7
  
   Опять же, эпизод, который пришлось наблюдать самому. Смешной, отчасти, только если есть возможность его видеть издалека или на экране телевизора. А так, у большинства гражданских людей он может вызвать дрожь по телу.
  
   Случилось сие на одной из рейдовых операций, в тот промежуток времени, когда батальон выполнял поставленные командованием задачи в полупассивном режиме. То есть, до открытого боевого столкновения с бандой ещё не дошло, или уже этот период был позади. Теперь предстояло просто помочь соседям и погонять мелкие банды "духов", которые не представляли серьёзной цели для горнострелкового батальона, но доставляли определённые проблемы местным, малочисленным гарнизонам. В общем, проходила обычная блокировка и "зачистка" кишлаков, находящихся на некотором удалении от трассы Термез-Кабул. Естественно, всё это основывалось на информации активистов и агентов ХАД. В общем-то, ничего интересного и зрелищного. Получили задачу от командира батальона. Совершили форсированный марш к указанному району. На предельных скоростях обошли кишлак по окраинам со всех сторон и замкнули кольцо. Заняли боевой порядок. Ждём, когда подойдут "зелёные" для прочёсывания данного населённого пункта. Иногда, в промежутке между занятием боевого порядка и прибытием колонны афганских войск, опять же, по наводке "секретных сотрудников", производилась профилактическая штурмовка кишлака нашими вертолётами. Зачем? Об этом знало "верхнее" начальство, как поставившее задачу, и вертолётчики, как непосредственные исполнители действия.
  
   В тот раз штурмовка вертолётами было проведена как-то вяло, будто в замедленном кино. Может быть, из-за сильной жары у нас просто сложилось такое впечатление? Не стану оспаривать. Скинули насколько бомб среднего веса, от ста килограммов и до двухсот пятидесяти. Кое-где во дворах прогремели сильные взрывы. Вертолёты пошли в сторону Пули-Хумри, а мы продолжили наблюдение за кишлаком. Просто, ради интереса. Всё равно, делать больше было нечего.
  
   Наше внимание привлекло какое-то движение в ближайшем к нам дворике крайнего дома кишлака. С началом блокировки и до этого момента во всём кишлаке вообще всё замерло, как будто ничего живого и не было. Жители попрятались по подвалам и внутри домов. А тут, на тебе! Появилось слабое движение. Это заставило насторожиться. Усилили глаза биноклями и другими оптическими приборами, имеющими табельное увеличение. Наблюдаем такую картину.
  
   Недалеко от дома, в результате бомбо-штурмового удара вертолётов, в землю воткнулась бомба, судя по размерам, не менее чем стокилограммовая. А, может быть и крупнее. Из земли торчит только половина корпуса, да стабилизатор с кольцом. Из глинобитного домика выбежал "бабай" в чалме и с бородой. Подбежал к бомбе, обежал её вокруг, и убежал обратно в дом. Через минуту появился вновь, уже с восточного вида чайником литров на пять, с длинным носиком. Опять подбежал к воткнувшейся в землю бомбе, и начал поливать сверху её хвостовое оперение из чайника. Это "благое" дело закончилось сильнейшим взрывом, который нас, находящихся более чем в семистах метрах от места действия, здорово испугал. Чем? А вы испытывали когда-нибудь на себе такое, что, наблюдаешь, вроде, мирную сцену, и вдруг перед глазами появляется сильный взрыв, сопровождаемый мощным звуком? Причём, совершенно внезапно. Вот и я о том же. Вполне естественно, "бабай" исчез вместе с бомбой и чайником. Половина стены дома и дувала осыпались. И долго ещё в том районе витал дым от разрыва бомбы, смешанный с облаком поднятой пыли. Ничего, особо, смешного. Просто, интересный случай. Как, если бы он произошёл в анимационном фильме.
  
  
  8
  
   Хотите, расскажу ещё один момент, который сейчас вспоминается со смехом? Даже, если и не хотите, всё равно расскажу. Тем более, что ваш ответ я не услышал. В далёком 1981 году всё происходящее в действительности имело несколько иную окраску. Скорее, трагическую, чем комическую. Может быть, это вам не совсем интересно, но, возьму грех на душу, и злоупотреблю вашим вниманием.
  
   Коротенькое вступление. Неписанной, однако, строго выполнявшейся традицией в нашем 3-м горнострелковом батальоне было то, что по возвращению с очередной рейдовой операции почти все офицеры и прапорщики батальона, уходили в жесточайший запой. В полку это имело официальное название - обслуживание техники и вооружения после рейда. Как правило, такой период времени продолжался трое суток. Батальон даже не пытались привлечь на какие-то мероприятия, связанные с использованием командного состава различного уровня. Военнослужащие срочной службы, естественно, под наблюдением офицера или прапорщика, обслуживали технику и вооружение, приводили в порядок вещевое имущество, занимались хозяйственными работами под руководством всё того же офицера или прапорщика. У нас, например, до определённого момента, по его собственному желанию, этим занимался старшина батареи прапорщик Коля Ганиев. К его счастью, он был малопьющим. Да и в горы ему ходить не приходилось. Не было в этом нужды. Хотя, на операциях он был. Только оставался всегда с нашими машинами. На четвёртые сутки подобного беспредела, командование батальона предпринимало первые попытки построить батальон в полном составе и назначить полковой наряд. Уже утром пятого дня, как правило, повальная пьянка среди офицеров и прапорщиков, полностью или частично прекращалась.
  
   Как всё это происходило? Имеется в виду, злоупотребление спиртными напитками. Обычным и не совсем порядком. В каждом домике подразделений батальона имелся стол, за которым могли усесться все, кто проживал в этом домике. Понятное дело, что во всех домиках офицеров имелся довольно изрядный запас мясных, мясорастительных и рыбных консервов. Посуда, в виде мисок, кружек, вилок и ложек "входила в комплект" домика. Хлеб, огурцы и помидоры солёные, селёдка и прочие сопутствующие скоропортящиеся элементы закуски, всегда можно было взять в батальонной столовой, которая находилась буквально в десяти метрах. Оставалось, для полного счастья, найти только водку. Первая бутылка, как правило, лежала заранее подготовленная для данного случая, в каждом домике в укромном месте. У более запасливых, имелось даже несколько бутылок. Важнее всего было начать "трапезу". А там - как масть ляжет. Так оно и было. После распития первой дозы, как это бывает всегда с русским человеком, требуется добавка. Собирались афгани, чеки и прочие денежные знаки, назначался проверенный "гонец", который прямиком следовал в роту материального обеспечения полка, и закупал там спиртное. Понятное дело, не официально. Стоимость одной бутылки водки производства ликероводочного завода Денау была в двадцать пять чеков. Откуда бралась водка в полковой роте материального обеспечения? Контрабанда из Союза. Ведь снабжение полка осуществлялось именно через военные базы в Термезе. Самовывоз производили водители РМО. Порой, за один рейс водитель умудрялся привезти в Афган от ящика и более водки, заплатив за одну бутылку в Термезе 3 рубля 62 копейки. Прямой "навар" с одной бутылки с учётом двойного обмена составлял 2000%. Не хило? Только это простая арифметика, косвенно относящаяся к данному разделу рассказа. Вернёмся к "гонцу". Вернувшийся из РМО полка, он вливал новую, свежую струю в застолье. Через какой-то промежуток времени заканчивалась и эта, принесённая предыдущим заходом водка. Денег, вполне понятно, уже нет. Есть, допустим, трофейная японская магнитола, привезённая из рейда. В той же РМО за неё могут дать пару-тройку бутылок водки. Опять "гонец" отправляется за "горючим". Удачно? Хорошо. Не согласился торговец спиртным на обмен? Плохо. Собутыльники, как правило, уже находятся в том состоянии, когда "тормозная система" не работает. Нужна очередная доза водки, и всё! В общем, когда все "золотые запасы" и терпение застольной компании иссякли, начинается третий этап заполучения спиртного. Самые бойкие и сильные из компании, во главе с "гонцом", направляются в роту материального обеспечения полка к торговцу водкой. Сперва - просьба. Потом - угроза. В заключении, если водку так и не дают, начинается силовой метод разговора. Попросту, спекулянту бьют морду, забирают свои деньги и вещи, ранее отданные за водку, находят и изымают все запасы водки, и довольные возвращаются в свой домик. С этого момента всё вернулось к изначальной точке. Кроме водки, которая уже покоится в желудках. Новый круг употребления спиртных напитков. Говоря откровенно, подобная схема бытовала в полку довольно длительное время. Конечно, не всегда третий этап - силовой метод, - применялся на деле. Чаще всего просто предпочитали договориться мирным путём. Это было выгодно и торговцам, и покупателям. Хотя, сами понимаете, риск у торговцев был несоизмеримо большим. Пожаловаться кому-то на факт изъятия водки, денег и вещей они, попросту, не могли. Всё это было приобретено противозаконным путём. Ими могли заинтересоваться представители особого отдела. Хотя особисты и так всё это знали прекрасно. А с покупателей и вообще "взятки гладки". Что ты возьмёшь с пьяного человека? Да ещё и в Афганистане, где действуют свои законы, притормаживающие наказание за мелкие провинности, но, сурово спрашивающие за прегрешения уголовного характера.
  
   Пару слов в довершение. Описание подобного злоупотребления спиртными напитками, откровенно говоря, мне особого удовольствия не доставляет. Слишком уж много офицеров и прапорщиков на волне беспробудного пьянства, стали алкоголиками и закончили свою жизнь под забором. Я, вполне естественно, попав в атмосферу подобного снятия стресса, не мог остаться в стороне и уклониться от застолья. Вполне возможно, что в 1983 году, я покинул бы Афганистан "склонным к употреблению спиртных напитков в служебное время". Если бы вовремя, ещё в самый начальный период втягивания в "соблюдение традиции", мой организм не объявил бы бойкот этой пагубной привычке. Он перестал нормально воспринимать любые горячительные напитки, крепче 20№. Это меня и спасло. Зато, сам, наблюдая за "трёхдневным отдыхом", я не мог не увидеть в нём отголоски комизма. А вы?
  
  9
  
   Отвлеку вас от важных дел ещё на несколько минут. Если не рассказать о ещё паре элементов "военного юмора", повествование, по-моему, будет не законченным. Впрочем, вам судить, прав я или не прав.
  
   Очередной эпизод был связан с животным миром, до которого наши люди были весьма охочие. Экзотические животные. Как-то из субтропической зоны Афганистана, не знаю точно, то ли из Кандагара, то ли из Джелалабада, вертолётчики привезли к нам в полк обезьянку. Я сейчас уже и вспомнить не могу, кто стал её хозяином. Помню, что жила она в нашем модуле. Появлялась первое время в коридоре только сидя на плече у своего хозяина. Как и все представители женского рода, отличалась неуправляемостью и дикой упёртостью. Так же, как и все из обезьяньей породы, обожала фрукты. Остальные повадки определялись врождённым инстинктом и полученной дрессировкой. В общем, и целом, первое время это была "игрушка" для всех нас. Погладить по шерстке, дать мандарин, посмеяться над ужимками и проказами - было основное развлечение по вечерам в модуле офицеров и прапорщиков. Хотя, как и все представители своей породы, обезьянка начала быстро усваивать всё то, негативное, чему её обучали обитатели нашего общежития. Сами понимаете, что в военной среде, как правило, обучение некоторым хорошим вещам проводится гораздо реже, чем плохим. Как результат, со временем это животное, несмотря на свой маленький рост, превратилась в форменный бич модуля. Приученная к всеобщему вниманию и подачкам, она уже не выклянчивала сладости, а настойчиво их требовала. Ни дай бог, ты не дашь ей по первому требованию что-нибудь вкусненькое! Она могла в обиде тебя ударить или кинуть в тебя чем-то тяжёлым или неприятным. допустим, огрызком яблока. Вполне естественно, не все из нас были склонны прощать более слабому существу такие поступки. Кое-кто в ответ пытался наказать или побить мелкую проказницу. Тщетно. Попробуй поймать это шустрое создание! Да и обезьянка всегда успевала убежать под защиту хозяина.
  
   Был у нас в горнострелковой роте командир взвода, назову его Ш. Крепкий парень с солидной фигурой. Ему было бы достойное место среди десантников, да вот только закончил он Московское ВОКУ. Ни в храбрости ему не откажешь, ни в сообразительности. Да и как командир взвода он отличался в лучшую сторону. Однако, почему-то невзлюбила его обезьянка. Впрочем, он и сам испытывал определённую робость в присутствии этого животного. Первое время, как появилась у нас обезьянка, Ш. старался смотреть на неё только со стороны. Если же, в силу своего любопытства, проказница подбегала и запрыгивала к нему на руки, он шугался животного, как какой-то гадюки. Постепенно антипатия Ш. и обезьянки все возрастала. И если офицер попросту старался держаться от неё подальше, то обезьянка наоборот, как бы, назло, старалась запрыгнуть ему на спину, сделать больно или просто неприятно. Ш. брезгливо хватал обезьянку и отбрасывал от себя в сторону. Порой зло и со всей силы. Благо что, приученная к прыжкам по деревьям, и устойчивая, как кошка, обезьянка не получала травм. Зато, здорово обижалась на Ш. И в следующий раз, увидев его в коридоре, старалась подкрасться незаметно, запрыгнуть на спину, и ударить посильнее и побольнее. Не удивительно, что подобная "война" человека и животного стали поводом для шуток со стороны прочих обитателей нашего модуля. Можете себе представить, в чём они заключались. Хотя, понятное дело, даже относясь с симпатией к обезьянке, большинство, за исключением может быть, только хозяина, явно поддерживали сторону Ш. Не упуская, при этом случая, шуткой подколоть его самого. Офицер ходил теперь настороже, оглядываясь, порой с палкой в руке, что-бы, не допустить новой каверзы обезьяны. Только вот последствия данных действий весьма скоро стали пагубными для всех. Злоба и мстительность животины постепенно нарастала и переключилась уже на всех обитателей модуля. Достаточно было выйти кому-то в коридор, как, невесть откуда, появлялся этот зверёк, заскакивал тебе на спину и "со всей пролетарской ненавистью" бил кулачком в область головы или лица. После этого - соскакивала с тебя, и улепётывала в свою комнату. Согласитесь, что это перестало нравиться даже шутникам и самым терпеливым из нас. В конечном итоге хозяину был предъявлен всеобщий ультиматум: или увози куда-нибудь данную тварь, или её просто пристрелят. Таким образом, скоро из нашей жизни данная обезьянка исчезла навсегда. Она-то исчезла, да остались юмористические рассказы о её "похождениях". Да ещё долго Ш. напоминали о той злополучной "войне" человека и его далёкого предка.
  
  10
  
   Ещё один случай, пусть, несколько менее юмористического плана, но, каким-то боком, касающийся к предложенной теме. Хотя, нет. Наверное, он больше относится к категории просто интересных. Произошел он в нашем 3-м горнострелковом батальоне летом 1981 года. В то время пункт постоянной дислокации полка располагался недалеко от развилки дорог Ташкурган - Мазари-Шариф - Хайратон. Офицеры и прапорщики жили в самодельных саманных домиках, "прилепленных" один к другому в одну линию, по подразделениям. В ряду домиков располагалась батальонная офицерская столовая и батальонная баня. К моменту возвращения батальона с очередной операции баня наполнялась водой, натапливалась и была готова к встрече личного состава. Сама по себе "баня" представляла собой простейшее сооружение, предназначенное явно для выполнения функций обычной помывки офицеров и прапорщиков батальона, но никак не для другого вида отдыха в широком смысле этого слова. Небольшой предбанничек, в котором могли, не толкая друг друга локтями и ягодицами, разместиться человек пять-шесть, и непосредственно банное отделений, в котором размещались две списанные кузни КП-48-2, снятые с колёсного хода и пара штатных армейских емкостей ЦВ-4для воды. Для топки печей предусмотрен был вывод жерл кухонь вне пределов моечного отделения. К этому незамысловатому оборудованию прибавлялось: пара лавок, тазики, называемые в народе "шайками", ковшики, ну и другая мелкая лабудень. В будние дни баней, как правило, не пользовались. В этом не было необходимости, так как в каждом домике был оборудованный свой душ. Но в емкостях ЦВ-4 бани всегда была вода. Даже в зимнее время, так как угрозы её замерзания практически не существовало. Так вот. В один из будних дней командир горнострелкового взвода 8-й горнострелковой роты нашего батальона Сергей Юдин, в плавках и с полотенцем на шее отправился в баню окатиться прохладной водой, или, попросту, смыть пыль и пот после занятий. Сейчас я уже не смогу с точностью сказать, почему он не стал под душ в своём домике, а решил воспользоваться услугами нашего "центра гигиены". Можно допустить, что у них вся вода в душе было израсходована. Хотя, и это уже не существенно. Так вот, Сергей неторопливой, "прогулочной" походкой зашёл в баню. Буквально меньше чем через минуту (много ли времени нужно, чтобы в предбаннике снять плавки?) Юдин выскочил из бани, как ошпаренный, и, не говоря ни слава, побежал к своему домику. Эту картинку наблюдали офицеры и прапорщики батальона, стоявшие небольшими группами возле своих домиков в ожидании обеда. Из домика восьмой роты Серега выскочил с автоматом, и также молча помчался к бане. Данные его действия поначалу вызвали явное недоумения. Наблюдавшие это, на всякий случай, подошли ближе к своим "ночлежкам". Что можно подумать в вышеизложенном случае? Автомат, как всякое оружие, предназначен для вооружённой борьбы с врагами. Какого врага обнаружил наш товарищ? "Дух" забрался в расположение батальона? Хищник проник в баню? У каждого в тот момент было своё предположение. Из-за скоротечности развития событий обменяться мнениями времени не было. Из бани раздалось несколько одиночных выстрелов, и Юдин за хвост вытащил здоровенную гюрзу. Признаюсь честно, до этого я подобных экземпляров данной разновидности не видел. Убитая особь была чуть меньше полутора метров в длину. Как она забралась в нашу баню - остаётся загадкой. Скорее всего, этот гад ползучий, забрался в помещение, прячась от палящего солнца. Нашёл себе норку! Свернувшись возле кухонь, змея мирно почивала. Учитывая особенности привычки действий гюрзы - нападать без каких-то видимых приготовлений, сразу и вдруг, стоило позавидовать Сергею. Он первый заметил опасность и успел среагировать. А вот гюрза немного запоздала со своей реакцией. Будь это на ровной местности, а не в помещении, она бы успела, скорее всего, скрыться в песках. Да и погоня за ней не представляла интереса, тем более, что таила в себе немалую опасность. А в закрытом пространстве, имея возможность выползти только через дверь, куда и скрылся в данный момент её заклятый враг - человек, пути для отступления у неё не осталось. Выстрел в голову змеи решил исход поединка. Хорошо, что Юдин обладал отличной реакцией. Среднего роста, шустрый, поджарый, спортивного вида и с железными мышцами, эрудит и просто отличный собеседник, он спас какого-то возможного "лоха" от укуса этой гадины. Ведь случись, что в баню зашёл бы какой-нибудь инфантильный, не скажу, что примороженный (негде ему было получать сильный удар отрицательных температур) солдат из хозяйственного взвода батальона с целью проверить, достаточно ли в ёмкостях воды, получение смертельной дозы змеиного яда было бы ему обеспечено. А так... всё обошлось к всеобщему удовольствию, весьма успешно. Что здесь смешного? В общем-то, только то, как Серёга вылетел из бани и вернулся назад. Да ещё и то, как впоследствии это всё было преподнесено рассказчиком. За ним - вторым. И так далее.
  
  11
  
   Пожалуй, на этом стоит закончить свой рассказ. Согласитесь, несколько странной формы. Могу даже предположить такой вопрос со стороны некоторых читателей данного повествования:
  
   "Что же здесь можно увидеть смешного? У вас что, проблемы с чувством юмора? Пожалуй, большинство изложенных эпизодов и случаев явно смахивают на трагедию, а то и ужастик".
  
   Отвечу всё той же фразой из упомянутой выше комедии, только несколько перефразированной:
  
   "Что ты понимаешь в военном юморе?".
  
   Да и ещё, в своё оправдание. Прочитайте заново название данного рассказа. Может быть, прочитав окончание, и вернувшись к заглавию, вы меня поймёте и простите за отнятое время и внимание. Скромно на это надеюсь.
  
   Выписки из толкового словаря В.И.Даля:
  
   САТИРА - ж. сочиненье насмешливое, осмеяние слабости и порока. Сатирическое сочиненье.
  
   ЮМОР - м. англ. веселая, острая, шутливая складка ума, умеющая подмечать и резко, но безобидно выставлять странности нравов или обычаев; удаль, разгул иронии. Неподражаемый юмор Гоголя. Юмор малорусов ярко высказывается в их похвалках: эта похвалка хуже всякой брани! Юмористическое направленье или складка английской письменности. Англичане - юмористы, у них есть даже и юмористки.
  
   САРКАЗМ - м. саркастическая насмешка, острая, едкая.

 Ваша оценка:

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2018