ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Гусев Вадим Вадимович
Серая кукушка за рекой

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения] [Окопка.ru]
Оценка: 3.17*8  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Представляю вниманию читателей пьесу (киносценарий) о музыкальной группе "Каскад", которая с огромным успехом выступала в Афганистане (тогда Демократической Республике Афганистан) в составе ограниченного контингента советских войск и пользовалась огромной популярностью. Все действия в пьесе вымышлены, но песни настояшие!


Вадим Гусев

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Киносценарий

"Серая кукушка за рекой"

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Москва, 2019

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Действие происходит в Демократической республике Афганистан, в ограниченном контингенте советских войск.
  
   Время действия 1983 - 1985 г.г.
  
  
   Действующие лица:
  
  
   Владимир Орлов
   Сергей Капустин рядовые, участники ВИА "Каскад"
   Михаил Тараненко
  
   Александр Халимов лейтенант, военный дирижер, руководитель ВИА "Каскад"
  
   Равиль Мингазов гвардии ефрейтор
  
   Николай Громов офицеры группы спецназа "Каскад"
   Петр Квасов
  
   Евгений Петрович начальник штаба дивизии
   Курников
  
   Дубина прапорщик, старшина роты
  
   Аксенов младший сержант, командир отделения
  
   Еременко старший сержант, зам. ком. Взвода
  
   Паша рядовой, водитель
  
   Вакулин майор, врио замполита дивизии
  
   Константин Михайлович командир группы спецназа "Каскад"
   Гришин
  
   Санитар
  
   Генерал
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   ***
  
   Длинная казарма. По центру проходит белая линолеумная дорожка. Справа и слева стоят двухъярусные железные кровати. Жарко. Окна
   в казарме распахнуты. На кроватях спят солдаты, укрывшись только простынями, кое-кто просто в майке и трусах. Перед каждой двухъярусной кроватью стоит две табуретки. На каждой табуретке аккуратно сложены китель, галифе, ремень и панама. Перед табуреткой стоят сапоги, сверху на них положены портянки. Солдаты, прослужившие более года (деды и дембеля) спят на нижних кроватях, остальные (молодые и черпаки) спят на верхних ярусах. Одежда дедов, и особенно дембелей, разложена на табуретках неаккуратно, кое-где галифе висят
   на спинке нижних кроватей. Крупным планом камера наезжает на спящего на втором ярусе Владимира Орлова. Он с головой закрыт простыней, из-под подушки видна его рука, в которой зажаты очки
   в роговой оправе.
   В казарму входит младший сержант Аксенов. Он дежурный по роте,
   на рукаве красная повязка с надписью "Дежурный".
  
   Аксенов: (громко, с надрывом) Рота подъем!!!
  
   Начинает играть песня Майка Науменко и группы "Зоопарк"
   "Я посмотрел на часы, было восемь ноль одна...".

(для прослушивания музыки нажмите здесь)

   Солдаты с верхнего яруса очень быстро и энергично спрыгивают на пол
   и начинают одеваться. Деды на первом ярусе просыпаются, потягиваются, с неохотой и неторопливо встают и также неторопливо одеваются. Несколько дембелей продолжают спать, не реагируя на команду.
   Под табуреткой Орлова остается лежать журнал "Юность", который выпал из-под гимнастерки.
  
   Аксенов: Рота, стройся!!!
  
   Музыка замолкает. Кое-как одетые молодые строятся в первом ряду, за ними выстраиваются остальные солдаты, многие деды в тапочках. Орлов стоит рядом с Сергеем Капустиным, тоже молодым, они одного призыва
   и приехали в часть из учебки вместе. В казарму входит прапорщик Дубина.
  
   Аксенов: Товарищ дежурный по роте, рота на физзарядку построена.
  
   Дубина подходит к ближайшему спящему дембелю, с иронией смотрит сначала на него, потом на младшего сержанта Аксенова.
  
   Дубина: Что это у тебя за горизонтальный строй такой?
  
   Дубина неторопливо стягивает со спящего солдата простыню.
  
   Дубина: (ласково) Мингазов, вставай, дембельский самолет улетает.
   Мингазов: (открывая глаза) Добро утро, товарищ прапорщик, (сладко потягивается) а утро-то какое хорошее...
  
   По строю проносится легкий смешок. В это время солдаты тихо будят остальных дембелей и те не спеша встают в задний ряд строя.
  
   Дубина: (ласково) Мингазов, как всегда считаю до трех. И уже два.
  
   Мингазов, изображая деланный ужас, очень быстро вскакивает, одевает галифе и тапочки и встает в строй за Владимиром Орловым. Проходя мимо Орлова, он ему подмигивает. Орлов улыбается в ответ.
   Прапорщик Дубина продолжает идти вдоль строя и видит журнал "Юность" под табуреткой, наклоняется, поднимает его, начинает листать.
  
   Дубина: Это кто у нас тут из спецназа библиотечных войск?
  
   Капустин толкает Орлова локтем.
  
   Орлов: Я, товарищ старший прапорщик.
   Дубина: Спасибо за повышение по службе, подхалимаж засчитан. У тебя тут закладка на стихах заложена, поэт. Хочу тебя разочаровать,
   сынок - армия это проза жизни, поэзия начнется на гражданке.
  
   Дубина кладет журнал на табуретку и поворачивается к роте.
  
   Дубина: Рота, равняйсь! Смирно! После завтрака гвардии ефрейтор Мингазов и гвардии поэт Орлов обеспечивают белоснежную чистоту взлетки.
   Мингазов: За что-о, товарищ прапорщик!
   Дубина: Рота напра-во, на физзарядку бегом марш!
  
   Опять начинает играть песня Майка Науменко и группы "Зоопарк"
   "Я посмотрел на часы, было восемь ноль одна...". Солдаты друг за другом выбегают из казармы. Дембеля в тапочках не спеша идут вслед роте, но прапорщик Дубина показывает им движение бегуна и они чуть-чуть ускоряются, изображая бег.
  
   ***
  
   КПП дивизии. К шлагбауму, объезжая бетонные заграждения, подъезжает открытый УАЗик. Водитель здоровается с часовым, тот открывает шлагбаум и УАЗик проезжает на территорию части. На пассажирском месте сидит военный дирижер лейтенант Александр Халимов. УАЗик останавливается у дверей штаба дивизии. Халимов выходит из машины
   и обращается к водителю.
  
   Халимов: Паша, будь другом, отвези вещи в общагу.
   Водитель: Есть, товарищ лейтенант. Вам в семейную или казарму?
   Халимов: Если у тебя на примете есть свободная невеста, то вези в семейную.
   Водитель: Товарищ лейтенант, здесь свободная невеста это овца в ближайшем кишлаке, и та в парандже.
   Халимов: (смеется) Разочаровал ты меня, Паша, двигай тогда в казарму.
  
   УАЗик уезжает. Халимов заходит в двери штаба, дневальный отдает ему честь, Халимов тоже прикладывает руку к фуражке. Поднимается на второй этаж, подходит к двери с табличкой "Начальник штаба дивизии", стучит. Голос из кабинета "войдите", заходит в кабинет, закрывает за собой дверь. За столом сидит начальник штаба дивизии полковник Курников Евгений Петрович.
  
   Халимов: Товарищ полковник, лейтенант Халимов для прохождения службы прибыл.
  
   Протягивает документы. Курников берет, смотрит бумаги.
  
   Курников: Здравствуй, лейтенант. (Смотрит документы) Военный дирижер...
   Халимов: Так точно.
   Курников: Присаживайся. Не видел еще наш дом офицеров?
   Халимов: Нет, товарищ полковник. Как приехал, сразу к вам.
   Курников: Все правильно. Я предупредил в Ташкенте, чтобы тебя сразу ко мне направили. Дом офицеров у нас новый построили, а показывать, кроме кино, нечего. Да и кино возят раз в год по обещанию и все время про войну. Это как шахтерам все время фильм про Стаханова крутить. Я тут дал команду самодеятельность кое-какую организовать, но получается без изюминки, скучновато. А мне надо, чтобы бойцы после концерта рвались Пандшерское ущелье по камешку раскатать. В общем, ты у нас музыкант, военный дирижер, вот и дирижируй - вступаешь в должность руководителя дивизионного оркестра. Поищи по подразделениям, кто музыкантом был на гражданке или в музыкальной школе учился, собери команду и вперед. Офицеров только не привлекай, у них и так забот полон рот, работай со срочниками. Да, опытных бойцов сильно не дергай, воевать тоже кто-то должен, среди молодых ищи, пополнение две недели назад пришло. Всё, выполняй. Первый результат буду принимать у тебя через неделю. Лично. Вопросы есть?
   Халимов: Какой репертуар подбирать?
   Курников: (задумчиво) Репертуар, репертуар... Сам как думаешь?
   Халимов: Я бы без официоза попробовал.
   Курников: Ладно, пробуй без официоза... только в атаке не охреневай. Да, еще.., Саныча, тьфу, замполита, у нас контузило на последнем выезде, лечится пока в Кабуле... На замену временно прислали какого-то непонятного... Короче, он с самодеятельностью не справляется, но почему-то в этом направлении роет землю копытом. Будут с его стороны проблемы - доложи мне. Понял?
   Халимов: Так точно!
   Курников: Тогда свободен.
  
   Халимов встает, отдает честь, уходит, закрыв за собой дверь. Курников задумчиво смотрит ему вслед. Начинает звучать песня Майка Науменко
   и группы "Зоопарк" "Мы любим буги-вуги".

(для прослушивания музыки нажмите здесь)

  
   Курников встряхивает головой, как будто прогоняет морок.
   Песня затихает.
  
   ***
  
   Спортплощадка. Ефрейтор Мингазов крутит на перекладине подъем-переворот. Рядом стоит заместитель командира взвода старший сержант Еременко. Перед турником стоит строй молодых и черпаков, среди них Владимир Орлов в роговых очках и Сергей Капустин.
  
   Еременко: Поняли, как надо. Не дай Бог кто так не сделает - сгнию.
   Орлов: Товарищ старший сержант, вы неправильно выразились. Надо говорить сгною.
  
   Мингазов зависает животом на перекладине и с неподдельным интересом наблюдает за диалогом.
  
   Еременко: Не понял. Ты еще молодой, но уже борзый? Упал отжался. Пятьдесят раз.
  
   Орлов начинает отжиматься.
  
   Еременко: На кулаках отжимайся! Тут тебе не курорт.
  
   Еременко подходит к отжимающемуся Орлову и начинает его несильно, но ощутимо бить подъемом ноги по прессу.
  
   Еременко: (обращаясь к строю) Это называется отжиматься с отбивкой.
  
   Мингазов спрыгивает с турника и тоже обращается ко всему строю.
  
   Мингазов: Чего стоим, составьте компанию боевому товарищу. Быстро упали!
  
   Солдаты начинают отжиматься. Еременко отходит от Орлова. Рядом
   с ним отжимается Сергей Капустин.
  
   Капустин: (шепотом) Ну спасибо, Вова. Удружил.
   Еременко: Стройся.
  
   Солдаты встают, строятся.
  
   Орлов: (шепотом Капустину) Лучше отжиматься, чем подъем-переворот. Половина не сделает и нас сгниют.
  
   Капустин и Орлов едва сдерживают смех.
  
   Еременко: В казарму шагом марш.
  
   Солдаты поворачиваются и строем уходят. Мингазов держит на брусьях уголок и напевает "Мы любим вуги-вуги...".
  
   ***
  
   Казарма. Мингазов стоит около тазика с водой. В руках у него кусок хозяйственного мыла. Перед ним стоят несколько молодых, в том числе Орлов с Капустиным, а также дежурный по роте младший сержант Аксенов со штык-ножом на ремне. Один из молодых держит щетку с длинной ручкой, другие держат половые тряпки.
  
   Мингазов: Сейчас, из-за вашей невнимательности на подъеме товарищи молодые шурави, вы будете немножко арбайтен. (Обращается к Аксенову) Дай-ка твой ятаган.
  
   Аксенов вынимает штык-нож и передает его Мингазову. Тот начинает стругать мыло в тазик. Потом отдает штык-нож, берет щетку и взбивает мыло в тазике до образования мыльной пены, пару секунд любуется своим творением и начинает энергично тереть щеткой с мыльной пеной линолеум.
  
   Мингазов: (передает щетку одному из молодых) Продолжай в том же духе.
  
   Молодой начинает тереть линолеум, за ним остается мыльный след. Все остальные тряпками собирают мыльную пену с линолеума и выжимают тряпки в другой тазик. Мингазов ложится на кровать, кладет ноги в сапогах на железную спинку.
  
   Мингазов: Полнейшее безобразие, пса войны и гвардии ефрейтора заставляют заниматься всякой ерундой.
  
   Орлов и Капустин на четвереньках рядом друг с другом собирают тряпками пену.
  
   Орлов: (шепотом Капустину): Мингазов сей был славный франт...
  
   Капустин с недоумением смотрит на Орлова.
  
   Орлов: (шепотом): Игрок... и гвардии сержант...
  
   Оба тихо смеются.
  
   ***
  
   Офицерская столовая. За столом сидит Халимов. К столу подходят два офицера в полевой форме. Это старшие лейтенанты Николай Громов и Петр Квасов - офицеры группы спецназа "Каскад".
  
   Громов: Привет. Присесть можно?
   Халимов: Привет. Конечно.
   Квасов: Салют музыкантам.
  
   Громов с Квасовым садятся за стол.
  
   Громов: Николай.
   Квасов: Петр.
   Халимов: Очень приятно, Саша.
  
   Офицеры приподнимаются и жмут друг другу руки.
  
   Громов: Сегодня приехал?
   Халимов: Да. И уже озадачен.
   Квасов: Озадачен? Типа задача уже поставлена?
   Халимов: (смеется) Так точно. Организовать художественную самодеятельность таким образом, чтобы она максимально подняла боевой дух.
   Громов: Кто ж так тебя приложил?
   Халимов: Начштаба.
   Громов: Опа, серьезно! Тут не проскочишь, придется напрягаться. (Секунду подумав) Там Саныч, замполит наш, на открытие дома офицеров из Ташкента аппаратуру привез - гитары, синтезатор, колонки, усилки, установку ударную. Раз тебе начштаба такой карт-бланш дал, то собирай по подразделениям бойцов, кто умеет лабать на всем этом и делай вокально-инструментальный ансамбль.
   Халимов: (задумчиво) Слушай, а мысль хорошая.
   Квасов: Сам по ротам не ходи, подойди к дежурному, озадачь его, скажи начштаба приказал, тебе бойцов уже сегодня пригонят - только выбирай.
   Халимов: Мне начштаба сказал, что ваш замполит в госпитале.
   Громов: Да, Саныча тряхнуло слегка в прошлый раз. Пока он в госпитале прислали нам майора Вакулина, тебе с ним пока работать.
   Квасов: Он только агитки какие-то делает - выставит на сцене целый взвод и они стихи читают по очереди.
   Квасов: А солдаты в зале спят. Так что, сделай, Саша, что-нибудь!
   Халимов: Понял, постараюсь и спасибо, я ваш должник!
   Громов: Долг отработаешь на моей свадьбе со своим ВИА.
  
   ***
  
   Халимов выходит из офицерской столовой, навстречу ему идет майор Вакулин, временно исполняющий обязанности замполита дивизии.
   Вакулин: Товарищ лейтенант!
   Халимов: (останавливается) Я!
   Вакулин: (внимательно рассматривает знаки различия в петлицах) Вы новый музыкальный руководитель?
   Халимов: Так точно!
   Вакулин: Я временно исполняющий обязанности замполита дивизии майор Вакулин.
   Халимов: Лейтенант Халимов.
   Вакулин: Вот что, Халимов. Я сейчас готовлю большой концерт для личного состава и мне необходимо музыкальное сопровождение. Солдаты тут ничего не умеют, кроме как из АК шмалять, а у меня есть небольшая фонотека. Вам необходимо будет составить поппури из нескольких патриотических мелодий, чтобы включать их в перерыве между декламированием стихов. Вы умеете пользоваться магнитофоном?
   Халимов: Умею. Еще я умею играть на фортепиано и могу организовать вам живой аккомпанемент.
   Вакулин: Этого не надо, магнитофонной пленке я доверяю больше.
   Халимов: Товарищ майор, начальник штаба дивизии приказал мне сформировать вокально-инструментальный ансамбль.
   Вакулин: Что за ансамбль, кто там играть будет, что за бред?
   Халимов: Мне поручено найти музыкантов в нашей дивизии.
   Вакулин: Поймите, Халимов, за патриотическую и идеологическую подготовку личного состава отвечаю я, а не начальник штаба и я не позволю устраивать в боевом подразделении тлетворные шабаши.
   Халимов: Товарищ майор, я тоже не могу не выполнить приказ полковника Курникова.
   Вакулин: Понятно, вы будете прикрываться товарищем полковником. Но я вас предупреждаю, что концерты, это последнее, о чем ему приходиться думать. А я поставлен сюда именно для такой работы с личным составом. Вместо того, чтобы мне мешать, лучше со мной сотрудничайте. Для вашей дальнейшей карьеры так будет проще, поверьте.
  
   Вакулин разворачивается и уходит.
  
   Халимов: (с досадой) Начинается...
  
  
   ***
  
   Казарма. Рота построена. Перед ротой стоит прапорщик Дубина.
  
   Дубина: Третий взвод заступает в наряд по кухне. Если мне повара пожалуются на жирную посуду будете копать окоп для стрельбы с коня стоя. Каждый. Да, еще, но это касается только молодых, - кто учился в музыкальной школе... или на каком-либо инструменте играть умеет (осматривает строй).
  
   Орлов стоит рядом с Капустиным, они переглядываются.
  
   Мингазов: Я у себя в колхозе на арфе играл.
  
   По строю проносится смех.
  
   Дубина: (иронично) Что ж ты, Мингазов, тогда не в оркестре в Москве, а АГС по горам таскаешь?
   Мингазов: Интриги, товарищ прапорщик.
  
   По строю проносится смех.
  
   Дубина: Все, не парь мне мозг. (Обращается к строю) Ну так что, есть музыканты?
   Орлов: (шепотом) Ты играть умеешь на чем?
   Капустин: (шепотом) У нас в ПТУ группа была, я на бас-гитаре играл...
   Орлов: (шепотом) Понял. (Громко) Товарищ прапорщик, я в музыкальную школу закончил, а Капустин в вокально-инструментальном ансамбле играл.
   Дубина: А ну, бойцы, два шага вперед.
  
   Орлов и Капустин выходят из строя на два шага.
  
   Дубина: Мухой летим в дом офицеров оба. Там новый руководитель музыкантов набирает, (иронично) для афганского шапито. Воевать некому, а эти горы свернут, лишь бы не работать. Короче, напра-во, в дом офицеров бегом марш.
  
   Орлов и Капустин поворачиваются и бегут вдоль строя к выходу. У самого выхода к ним обращается прапорщик Дубина.
  
   Дубина: Але, воины, мне две контрамарки в партер.
  
   Рота смеется.
  
   ***
  
   Зрительный зал в доме офицеров. На сцене стоят две больших колонки, по центру установлена ударная установка, на одной из колонок усилитель, от него во все стороны идут провода. В зрительном зале на переднем ряду сидят Орлов и Капустин.
  
   Капустин: (восхищенно оглядывая сцену с аппаратурой) Крутяк! Давай сыгранем чего-нибудь.
   Орлов: Дневальный сказал, что лейтенант будет через час. Надо порепетировать, а то обратно в наряд по кухне уйдем.
   Капустин: Я чур на басу.
   Орлов: Я беру ритм.
   Капустин: А ты где научился?
   Орлов: Я музыкальную школу окончил по домре. Не бросил только ради мамы. Но потом пригодилось - мне родители в девятом классе магнитофон купили "Электроника-302", пацаны сразу дали послушать кассету с Майком Науменко и группой "Зоопарк".
   Капустин: Да, Майк крутой. Но мне больше из наших Аквариум нравится.
   Орлов: Аквариум потом тоже дали. Короче, настолько я прибалдел от этого, что с первой зарплаты купил себе гитару. За пол года до армии.
   Капустин: Ленинградскую?
   Орлов: Ага. Струны поменял на железные, звук такой стал сразу более объемный.
   Капустин: А мы в ПТУ микрофон вставляли внутрь акустической гитары и подключали к колонке. И сразу металл наяривать! Айрон Мейден и Манавар! А ты соло сможешь запилить на ритме?
   Орлов: Смогу немного. Спасибо домре и музыкальной школе.
   Капустин: Маму забыл поблагодарить.
  
   Оба смеются, затем поднимаются на сцену. Орлов берет ритм-гитару, Капустин бас-гитару. Каждый подключается к усилителю. Начинают настраивать гитары.
  
   Орлов: Давай Майка сбацаем.
  
   Начинает играть и петь песню Майка Науменко и группы "Зоопарк" "Лето, я изжарен как котлета...".
  

(для прослушивания музыки нажмите здесь)

   Капустин начинает подыгрывать на бас-гитаре, потом подпевать слова
   "Ту ду да ду-у-у".
  
   Входит Мингазов. Он ведет Мишу Тараненко, солдата маленького роста в чересчур большой и грязной форме. Мингазов некоторое время слушает песню.
  
   Мингазов: (показательно хлопая в ладоши) Очень актуально про жару... Но больше всего зацепило, что нету пива (в песне Майка Науменко есть строчка: "Газета есть, а пива нету").
  
   Орлов и Капустин прекращают петь и вопросительно смотрят на Мингазова.
  
   Мингазов: Ударника вам нашел, в хозвзводе. Еле у свиней отбил. (Обращается к Тараненко, указывая ему рукой на ударную установку) Давай, дрищ, не опозорь гвардии ефрейтора.
   Тараненко: (вытянувшись в струнку перед Мингазовым) Есть, ваше благородие.
  
   Мингазов с иронией и горечью смотрит на Тараненко. Тот поворачивается, запрыгивает на сцену, берет палочки с колонки, усаживается за ударную установку. Все это время Мингазов саркастически за ним следит. Орлов и Капустин тоже с большим интересом за всем этим наблюдают.
   Тараненко исполняет соло на ударной установке. Выражение лица Мингазова сменяется на полное восхищение. Орлов с Капустиным тоже ошарашены. Тараненко смотрит на них с выражение полного превосходства.
  
   Мингазов: Ваще-е-е... Ну, порадовал дембеля, сынок...
   Капустин: Ринго...
   Орлов: Стар...
  
   ***
  
   Актовый зал дома офицеров. Орлов, Капустин и Тараненко стоят перед Халимовым.
  
   Халимов: Я лейтенант Халимов, назначен руководителем дивизионного оркестра. Вы, соответственно, сам дивизионный оркестр и нам кровь из носу надо через шесть дней дать какой-нибудь результат для начштаба дивизии. Для начала представьтесь, воины.
   Орлов: Гвардии рядовой Владимир Орлов.
   Капустин: Гвардии рядовой Сергей Капустин.
   Тараненко: Гвардии рядовой Михаил Тараненко.
   Халимов: Давно из учебки?
   Орлов: Уже две недели в расположении.
   Халимов: (обращаясь к Тараненко) Чего такой грязный?
   Тараненко: Я с корабля на бал, товарищ лейтенант.
   Капустин: То есть, из свинарника в дом офицеров.
   Халимов: (смеется) Постирайся сегодня.
   Тараненко: Есть!
   Капустин: Ринго.
   Халимов: Почему Ринго?
   Капустин: Он ударник классный!
   Халимов: (задумчиво) Ударник ... это хорошо... Ладно, садитесь.
  
   Все садятся на передний ряд кресел. Халимов садится перед бойцами
   на сцену.
  
   Халимов: Слушайте приказ по оркестру - делаем вокально-инструментальный ансамбль. Ритм, бас и ударник у нас есть. Я встану за клавиши. (Задумчиво) Только нужен репертуар...
   Орлов: Товарищ лейтенант, я в учебке стих написал. Про разведчиков.
   Тараненко: Да ты поэт...
   Орлов: (слегка смутившись) На тумбочке в наряде скучно было...
   Капустин: Ты на тумбочке прям как Пушкин... на постаменте...
   Халимов: (заинтересовавшись) Ну-ка, ну-ка, зачитай!
   Орлов: Вот...
   А у разведчиков судьба порой
   Коротка, как рукопашный бой,
   И небо синее над головой,
   И до звезд легко достать рукой.
  
   А ты прислушайся, летят и гудят
   Трассера по тишине ночной,
   И разлетаясь пули просвистят
   Над твоею головой.
  
   Халимов: Отлично! Аппаратуру подключили?
   Капустин: Так точно!
   Халимов: А ну-ка давайте попробуем.
  
   Все занимают свои места на сцене, берут музыкальные инструменты, Халимов встает за синтезатор.
  
   Халимов: (нажимает клавишу синтезатора, играя ноту "ля") Ритм, бас, настраивайтесь.
  
   Орлов и Капустин подстраивают гитары. Халимов начинает наигрывать мелодию песни, подыскивая нужные ноты. Орлов пытается подыграть на ритме, Капустин на басу. Тараненко залихватски крутит в руках палочки. У Халимова получается незатейливая мелодия, Орлов и Капустин подыгрывают.
  
   Халимов: Кто на вокале будет?
   Капустин: (показывая на Орлова) У Вовы голос обалденный!
   Халимов: Ну, бери микрофон, поэт.
  
   Орлов устанавливает перед собой микрофон на стойке.
  
   Халимов: Поехали.
  
   Ансамбль начинает играть и песню "А у разведчиков судьба порой".
  

(для прослушивания музыки нажмите здесь)

   Орлов поет.
   Сначала нестройно, но потом, когда подключается ударная установка, песня получается.
   В проеме двери стоит с открытым ртом дневальный среднеазиатской национальности, он в восхищении. Когда песня заканчивается, то он начинает напевать.
  
   Дневальный: Учкудук, три колодца.
  
   ***
  
   По расположению дивизии идут начштаба Курников Евгений Петрович и командир группы спецназа "Каскад" подполковник Гришин Константин Михайлович.
  
   Курников: Ну что, Каскад, через неделю операция. У тебя готовы бойцы?
   Гришин: Мои пионеры всегда готовы. А вот твоя группа поддержки что-то не очень. Сегодня наблюдал кросс с полной выкладкой - это слезы.
   Курников: Спокойно, спецназ, опытные бойцы силы экономят. Ты пойди угонись за ними по горам! Задача у тебя не изменилась?
   Гришин: Нет, придется шорох наводить по полной.
   Курников: Полней некуда - целый полк с броней тебе для шороха.
   Гришин: И вертушки!
   Курников: Естественно, куда уж без них. Да, в воскресение концерт
   будет для офицерского состава в клубе. Новый дирижер организует,
   уже музыкантов набрал. (Задумчиво) Еще бы для солдат...
   для поднятия боевого духа.
   Гришин: Полк в дом офицеров не влезет.
   Курников: Ладно, пока для офицеров проведем. Если понравится,
   то будем думать, как и солдатам концерт устроить.
  
   Курников и Гришин проходят мимо курилки, в которой сидят Халимов, Громов и Квасов. Офицеры встают и отдают честь, Курников и Гришин отдают честь и останавливаются около курилки.
  
   Курников обращается к Халимову: Ну что, Моцарт, какая готовность
   по концерту?
   Халимов: Товарищ полковник, музыкантов набрал, сейчас репетируем, подбираем репертуар.
   Курников: Это хорошо. К воскресению успеешь?
   Халимов: Так точно.
   Гришин обращается к Громову и Квасову: А вы, товарищи офицеры, готовы помочь самодеятельности? У вас же тоже кто-то стихи пишет,
   кто-то на гитаре бренькает?
   Громов: Как раз на эту тему и общаемся, товарищ подполковник.
   Курников обращается к Халимову: Вот еще, лейтенант. Завтра зайди
   ко мне в 10.00. с планом организации концерта для большого количества личного состава, от батальона до полка.
   Халимов: Есть!
  
   Курников с Гришиным уходят. Офицеры садятся, Громов достает
   из кармана бумагу.
  
   Громов: Вот, написал тут на досуге (передает бумагу Халимову).
   Халимов читает вслух.
  
   Халимов:
   Как у нас в уезде Чаквардак
   Среди женщин шум и кавардак
   Из Кабула к нам пришёл отряд
   Под названием кодовым "Каскад"
  
   Халимов: Да ты тоже поэт!
   Громов: Почему "тоже"?
   Халимов: У меня боец, Орлов, стихи пишет. Уже песню про разведчиков сотворили.
   Квасов: Да-а, поэт в Афгане больше чем поэт.
   Громов (говорит в рифму): Он вдвое больше курит сигарет.
  
   Офицеры смеются.
  
  
   ***
  
   Орлов, Капустин и Тараненко сидят на кухне перед огромной горой картошки, чистят ее и кидают в гигантский чан. Вид у них крайне унылый. На кухню вбегает ефрейтор Мингазов.
  
   Мингазов: Вы чего тут делаете, через полчаса концерт начинается!
   Капустин (со смесью обиды и сарказма): Так нас товарищ замполит Вакулин поймал около клуба и отправил в наряд по кухне!
   Мингазов: Вы ему сказали, что у вас концерт для офицеров!?
   Орлов: Естественно, но безрезультатно.
   Тараненко: А меня этот гад даже поздравил с повышением по службе, типа лучше на кухне картошку чистить, чем за свиньями навоз убирать.
   Мингазов: Так, сейчас порешаем.
  
   Мингазов убегает.
  
   Тараненко: Со свинками лучше... Они такие милые... Сальце, к тому же, ...
   Капустин: А мы со всем ПТУ на уборку картошки в колхоз ездили,
   в сентябре, перед армией... Классно было...
   Тараненко: Вот теперь и чисти ее!
   Капустин: Да уж лучше картошку чистить, чем хрякам задницы подтирать.
   Тараненко: Чего-о-о!
   Орлов: (скептически глядя на ссорящихся бойцов с ножами в руках
   на фоне картофельной кучи) Спокойнее, джентльмены, сокровищ хватит
   на всех.
  
   В помещение строевым шагом заходит отделение солдат. Последним появляется Мингазов.
  
   Мингазов: Стой, раз-два!
  
   Солдаты останавливаются.
  
   Мингазов: Напра-а-во!
  
   Строй четко поворачивается к куче картошки.
  
   Мингазов (Орлову, Капустину и Тараненко): Убежали в клуб.
  
   Орлов, Капустин и Тараненко бросают ножи и мгновенно исчезают.
  
   Мингазов: Отделение, слушай мою задачу. Это (показывает на кучу картошки) особо вредные душманы, их надо как можно быстрее аннулировать в эту кастрюльку (показывает на чан). Вопросы, замечания, предложения есть (вопросительно смотрит на бойцов)? Отсутствуют. Тогда вперед, мои воины!
  
   Один из солдат (с энтузиазмом): Гвардия не сдается, товарищ гвардии ефрейтор!
  
   Бойцы бросаются к куче картошки, разбирая ножи.
  
   ***
  
   Перед входом в дом офицеров стоит и.о. замполита Вакулин. К входу подбегают Орлов, Капустин и Тараненко. Увидев Вакулина, бойцы останавливаются.
  
   Вакулин (зло): Вы что, духи, оборзели. Сейчас на губу поедете
   за неисполнение приказа.
  
   Вдалеке слышится приближающийся разговор. Это идет на концерт начштаба Курников и другие офицеры.
  
   Вакулин (мгновенно меняясь, громко кричит): Вы чего еще не на сцене,
   а ну бегом марш аппаратуру подключать!
  
   Бойцы убегают в клуб. Вакулин отдает честь проходящим офицерам. Взгляд у него крайне недобрый.
  
   ***
  
   Зрительный зал дома офицеров. На переднем ряду сидят, Курников, Гришин, несколько женщин. Зал заполнен офицерским составом части. На сцене Орлов поет и играет на ритм гитаре, на синтезаторе играет0x08 graphic
Халимов, на бас гитаре Капустин и на ударной установке Тараненко.
   Они поют песню "Как у нас в уезде Чаквардак":
   Как взглянула я на шурави
   Так в душе запели соловьи
   Позабыла стыд и шариат
   Говорю - пойдём со мной солдат
  
  
   Зрительный зал в полном восхищении. Крупным планом показывается нога полковника Курникова, непроизвольно отбивающая такт. Когда Халимов берет гитару и начинает играть соло на гитаре, женщины вскакивают и начинают танцевать восточный танец, к ним подключаются несколько офицеров. Соло заканчивается, люди со смехом рассаживаются по своим местам. Квасов показывает сидящим вокруг офицерам на Громова.
  
   Квасов: Вот, товарищи, автор текста песни.
  
   Офицеры восхищенно переговариваются, Громов делает комично серьезное лицо. С первого ряда к нему оборачивается подполковник Гришин.
  
   Гришин: Как твой мушавер отныне повелеваю тебе спать в самоходной артиллерийской установке во время артобстрела.
  
   Офицеры смеются. Группа на сцене начинает петь песню "Поднималась зорька", все замолкают и начинают внимательно слушать.
  

(для прослушивания музыки нажмите здесь)

   Песня исполняется, в это время действие переносится в горы. Идет боевая операция. Группа бойцов спецназа "Каскад" зачищает дом
   в кишлаке, Громов перепрыгивает дувал и в этот момент из окна дома производится выстрел. Громов падает, к нему бежит Квасов, кидает гранату в окно, раздается взрыв.
  
   Квасов кричит в рацию: Небо 1 я Небо 2, у меня трехсотый, срочно борт.
  
   ***
  
   Зрительный зал дома офицеров. На сцене и в первом зрительном ряду сидят в расслабленных позах Орлов, Капустин и Тараненко, в руках у них кружки с чаем.
  
   Орлов: Все-таки в нашем положении есть некий элемент привилегированности.
   Капустин: Вова, ты действительно поэт - так выражаешься...
   Тараненко: Все правильно. Пока все после завтрака бегут на построение - мы можем, не спеша, выпить чашечку кофе, выкурить сигарету...
   Капустин: Как белые люди... и без свиней.
   Тараненко: (Капустину) Достал со своими свиньями. (Мечтательно) Может быть немножко на массу подавить?
   Орлов: Ринго, ну это уже чересчур! Вообще репетировать надо,
   через три дня концерт!
  
   В зал входит Мингазов.
  
   Мингазов: Почему я не слышу сладостных звуков электрогитары, дразнящих душу барабанных дробей, ритмичного постанывания баса?
  
   Орлов, Капустин и Тараненко нехотя поднимаются с мест.
  
   Капустин: (ворчит под нос) Еще один литератор приперся. (Мингазову) Сольфеджио штудируем.
   Мингазов: Ты будешь офицерам в воскресенье скрипичный ключ рисовать на стене вместо концерта?
   Орлов: Все, все, начинаем.
   Мингазов: Ладно, погоди. Я тебе письмо принес, перехватил у почтальона.
  
   Мингазов достает из кармана два письма и передает их Орлову.
  
   Мингазов: Еще письмо лейтенанту вашему, тоже передай.
  
   Орлов берет письма, второе письмо кладет на синтезатор.
  
   Орлов: Спасибо, товарищ гвардии ефрейтор.
   Мингазов: (ворчит) Не за что. Даже душман под дулом ДШК танцевать
   не будет... за спасибо.
  
   Мингазов уходит. Орлов вскрывает свое письмо, жадно читает. Капустин в это время настраивает бас гитару, Тараненко разминается с палочками.
  
   Орлов: (ошарашено) Лена моя замуж выходит...
  
   ***
  
   Зрительный зал клуба офицеров. На переднем ряду сидят Халимов и Орлов. У каждого в руках свое письмо.
  
   Халимов: Ну вот, поэт, мы с тобой и породнились... в чем-то... В один
   день такие новости.
   Орлов: Ну как же так, товарищ лейтенант! Мы тут Родину защищаем,
   а они там...
   Халимов: А они там свою родину обустраивают. (Через паузу) Я, честно говоря, на Ольгу сильно то и не надеялся, все-таки Гнесинское училище, концерты, возможно даже поклонники какие-нибудь нарисовались.
   Тем более на вокальном отделении... Хотя, конечно, неприятно...
   Орлов: А я думал - чего она уже месяц не пишет...
   Халимов: Тебе письмо от кого пришло о свадьбе?
   Орлов: От мамы.
   Халимов: Плохо. Плохо, что сама тебе не написала. Но это для нее плохо. Значит слабая она. Моя Ольга вот (показывает объемное письмо) настрочила талмуд целый, письмо Татьяны со знаком минус. У тебя было со своей чего до армии?
   Орлов: (несколько смущенно) Нет. Чисто платонические отношения.
   Но с шестого класса.
   Халимов: А вот это хорошо. Уже для тебя. Будут греть теплые воспоминания всю жизнь.
   Орлов: Как это?
   Халимов: Увидишь как... Ладно, раскисать нам нельзя, начштаба ждет концерт в полевых условиях. (С энтузиазмом) Давай сублимировать наши переживания в творчество. Слово "сублимировать" тебя не смущает?
   Орлов: (грустно) Я английскую спецшколу закончил.
   Халимов: Тогда с тебя стихи, поэт. (Иронично) С налетом грусти
   и армейской романтики.
  
   Халимов поднимается на сцену, подходит к синтезатору и начинает наигрывать мелодию песни Вертинского "Журавли".
  
   Орлов: Знаю такую песню.
   Халимов: (играет) Вот мелодия классная, только из танго сделаем шансон. И по тексту нам подходит (напевает): "Здесь под небом чужим..."
   Орлов: (продолжает петь): Под кабульской лазурью... слышу крик журавлей, улетающих вдаль...
   Халимов: (играет) Во-во, продолжай поэт.
   Орлов: Ах как хочется мне, заглянув в в амбразуру
   Пулеметом глушить... по России печаль.
  
   Халимов: Пулемет с амбразурой в тему!
  
   Орлов под аккомпанемент синтезатора продолжает петь.
  
   Халимов: Неплохо. Давай дописывай текст, я пока в штаб сгоняю.
  
   Халимов уходит, Орлов продолжает писать. Входят Капустин
   и Тараненко.
  
   Капустин: Не расстраивайся, поэт, если девушка тебя не дождалась, считай, что тебе повезло.
   Тараненко: А если две девушки тебя не дождались, то повезло вдвойне.
  
  
   ***
  
   На сцене группа "Каскад" в парадной форме и крупным планом поет песню "Здесь под небом чужим".
  

(для прослушивания музыки нажмите здесь)

   С третьего куплета показываются проводы дембелей в кабульском аэропорту, как дембеля грузятся в транспортный самолет, прощаются
   с остающимися. Тут же в самолет грузят тяжелых раненых. Дембеля помогают санитарам, кто-то дает сигарету раненому бойцу, кто-то передает плитку шоколада. Раненые тоже напутствуют демобилизующихся.
  
   ***
  
   Кабинет полковника Курникова. Курников сидит за столом,
   перед ним сидит Халимов.
  
   Халимов: В принципе, мне нужен транспорт и электричество. Дайте мне бортовой Урал с брезентом и генератор...
   Курников: И ты перевернешь мир.
   Халимов: Я помогу Вам из ущелья Тора-Бора сделать поле для гольфа.
   Курников: Хорошо. Урал, генератор, бойцы твои в кузове с аппаратурой?
   Халимов: Так точно.
   Курников: Сколько времени надо, чтобы хозяйство твое в поле установить?
   Халимов: Час, и то с запасом.
   Курников: Быстрее, чем пехота окопы роет. Прекрасно!
   Что по численности зрителей?
   Халимов: Думаю, что батальон точно услышит и разместится. Если больше, то это надо уже проверять в полевых условиях.
   Курников: Согласен. Значит так, к концу недели Урал с генератором будет. Готовь бойцов и хозяйство к выезду на операцию.
   Халимов: Есть.
   Курников (помрачнев): Кстати, помнишь спецназера, который стихи тебе писал про Чаквардак?
   Халимов: Коля Громов? А что? Они же в Кабуле теперь.
   Курников: Погиб он.
   Халимов: (ошарашено) Как!?
   Курников: В горах, на операции.
   Халимов: Просил меня на свадьбе своей сыграть с оркестром...
  
   Курников начинает нервно перебирать бумаги на столе.
  
   Курников: Иди, готовься.
  
   ***
  
   Казарма после отбоя. Все лежат в кроватях, только некоторые дембеля занимаются своими делами. На табуретках перед кроватями сидят Орлов, Капустин, Мингазов, Еременко и Аксенов.
  
   Мингазов: Короче, бойцы, вы теперь звезды местного масштаба, а скоро будете суперзвездами всея Афгана.
   Еременко: (саркастически) Во-во! Теперь к ним на кривой козе не подъедешь. Не угодно ли вам, уважаемая звезда, в антракте чистый подворотничок подшить. Не угодно? Ну тогда простите пожалуйста,
   не найдется ли лишнего билетика?
   Капустин: (возмущенно демонстрирует ворот гимнастерки с белоснежным подворотничком) У меня чистый!
   Мингазов: Творческий человек, а аналогии не понимаешь. Правильно он говорит. Вот, смотрите, все молодые за сорок пять секунд отбились и уже сопят в две дырочки, а вы тут сидите, с нами базары трете, потом пойдете еще чаю заварите...
   Аксенов (язвительно): Начштаба им еще молочка с печеньками принесет на ночь...
   Мингазов: И не обижайтесь, это не претензия. У вас действительно получается классно, даже самых отмороженных бойцов за душу берет.
   Но когда вы будете выступать на крутых генеральских тусовках всегда помните про пацанов, которые сейчас отбивались за сорок пять секунд,
   а завтра пойдут в горы... Вы из них вышли и вы для них поете... Все ваши нынешние блага и привилегии даны только для того, чтобы вы пацанам несли радость и поддержку, чтобы под вашу песню им АГС в горах легче показался...
   Аксенов: Равиль, тебе надо у них конферансье выступать.
   Еременко: Правда, такое монпасье тут разложил.
   Мингазов: Дубы, я с молодыми звездами работаю!
   Орлов: (серьезно) Равиль, ты все правильно сказал. Я постараюсь
   не забыть.
   Мингазов: Ну вот, теперь могу и домой ехать со спокойной душой.
   Капустин: Ну чего, чайку заварим, мне прапор со склада конфет подкинул?
   Орлов: Погоди. Вот послушайте, я как раз текст для песни написал.
   Мингазов: (заинтересованно) Ну-ка, ну-ка, давай.
  
   Орлов: (достает помятый листок и читает)
  
   Мы выходим на рассвете
   Над Баграмом дует ветер
   Раздувая наши флаги до небес,
   Только пыль встает над нами
   С нами Бог и с нами знамя
   И родной АКМС наперевес
  
   На сцене офицерского клуба выступает группа "Каскад". В зале сидят дембеля, которые после концерта уезжают на аэродром для отправки
   в Союз. Среди них ефрейтор Мингазов. Группа "Каскад" поет песню
   "Мы выходим на рассвете".
  

(для прослушивания музыки нажмите здесь)

   На последнем куплете песни показывается уезжающий за ворота части тентованный грузовик с демобилизующимися солдатами. У заднего борта сидит Мингазов. Когда грузовик выезжает за ворота он поднимает сжатую в кулак руку.
  
   ***
  
   Халимов едет на Урале по горной дороге. За рулем водитель Паша. Они подъезжают к посту, на котором стоит техника, ходят солдаты и офицеры.
  
   Халимов: Тут поставь где-нибудь.
   Паша: Сделаем.
  
   Урал останавливается с края дороги.
  
   Халимов: Посиди тут, я пойду документы отмечу. И воды заодно наберу.
  
   Халимов берет пластиковую канистру, выходит из машины и идет к дежурному офицеру, протягивает ему документы. Тот смотрит документы, отдает их обратно.
  
   Халимов: Не подскажешь, где тут воды набрать?
   Офицер: (протягивает руку в направлении отдельно стоящего БТРа)
   Вон за бэтэром бочка.
   Халимов: Спасибо.
  
   Халимов идет мимо БТРа, на БТРе сидит Петр Квасов.
  
   Квасов: (радостно) Музыкантам салют.
  
   Квасов спрыгивает с БТРа, жмет руку Халимову.
  
   Халимов: Здорово! Чего тут делаешь?
   Квасов: Блин, БТР охраняю, чтобы духи не угнали. Ты тут как?
   Халимов: У меня теперь Урал свой, ездил в Баграм за генератором.
   Квасов: Наслышан про вас, гремите на весь контингент. Тут вообще прикол был - приезжаем на одну операцию в Джелалабад, нас встречают чуть не цветами - типа вокально-инструментальный ансамбль Каскад приехал концерт давать.
  
   Халимов смеется.
  
   Квасов: Объяснили им, что мы Каскад, да не тот. У нас симфонический оркестр с траурными маршами.
  
   Халимов грустнеет.
  
   Халимов: Как же вы Колю Громовы не уберегли...
   Квасов: (перестает смеяться, удрученно) Не довез ... Слушай, хорошо
   что вспомнил!
  
   Квасов запрыгивает в БТР и вылезает из него со свернутым листом бумаги.
  
   Квасов: Коля стихи написал, как раз перед той операцией. Для вашей группы, для песни.
  
   Халимов разворачивает лист, читает.
  
   Халимов: Часто снится мне мой дом родной... (сразу начинает напевать мелодию) Лес о чем-то о своем мечтает... Смотри, сразу мелодия родилась... стихи ритмичные... Серая кукушка за рекой...
  
   Квасов: Давай, сделай это за всех пацанов...
  
   ***
  
   Концерт группа Каксад в полевых условиях. Возле Урала на земле стоит аппаратура, ударная установка, за синтезатором Халимов, за ударной установкой Тараненко, на бас-гитаре Капустин, на ритм-гитаре Орлов.
   Он поет. Халимов и Капустин на подпевке. Вокруг сидят солдаты
   и офицеры, чуть поодать стоит техника, на ней тоже сидят бойцы.
   Группа Каскад поет песню "Кукушка".

(для прослушивания музыки нажмите здесь)

  
   Зрители внимательно и с некоторым напряжением слушают. Сначала некоторые пытаются параллельно заниматься другими делами. Один боец снаряжает магазин патронами, насыпанными в его каску, но заслушавшись, второй магазин он берет обратной стороной и пытается засунуть патрон с обратной стороны. Другой боец снял сапог, чтобы перемотать портянку, но заслушался и не одевает сапог обратно, в руках у него грязная портянка, а рядом с ним другой боец тоже внимательно и напряженно слушает песню и у него рефлекторно подергиваются ноздри.
  
   Третий боец в очках (задумчиво говорит): Слава Богу тут кукушек нету,
   а то я бы впал в ересь нумерологии.
  
   Действие переносится в Россию, где хоронят Николая Громова, родственники стоят у свежей могилы с простеньким железным обелиском, почетный караул трижды стреляет в воздух.
   Затем мы видим Мингазова. Он, уже младший сержант милиции, задумчиво сидит за столом в дежурной части. Его сжатые кулаки лежат
   на журнале регистрации.
   Далее, из дверей музыкального училища имени Гнесиных, выходит молодая девушка с парнем. Она держит его под руку, он что-то говорит ей на ухо, она весело смеется.
  
   Действие возвращается в Афганистан. Возле Урала работает генератор, около него сидит водитель Паша, рядом с ним канистра с соляркой. Слушая песню Паша настолько ушел в себя, что не замечает, что топливо в генераторе заканчивается и генератор "чихает". На последних аккордах песни генератор выключается, звук пропадает.
  
   Халимов: Чего это? Генератор накрылся?
  
   Халимов спрыгивает со "сцены" и подбегает к Паше.
  
   Халимов: Паша, блин, соляру долей.
   Паша: (очнувшись) Ой, товарищ лейтенант, заслушался. Ща все сделаю.
   Халимов: (Шутливо, но с оттенком гнева) Сгнию тебя.
  
   Халимов возвращается на "сцену".
  
   Халимов: (кричит, чтобы всем было слышно) Товарищи солдаты
   и офицеры доблестного ограниченного контингента, сейчас мы быстро устраним легкую неисправность и продолжим свой концерт. (Продолжает, чтобы немного еще потянуть время) Может быть есть какие-либо пожелания по следующей песне?
  
   Боец, сидящий на земле, вскакивает на ноги, сдергивает с себя шапку-ушанку, высоко подбрасывает ее в воздух и неистово орет: Рок-н-ролл давай!!!
  
   Халимов переглядывается с Орловым и остальными, берет электрогитару.
  
   Орлов: (в микрофон, с энтузиазмом) Их есть у меня...
  
   Тараненко начинает палочками отстукивать ритм. Халимов исполняет соло на гитаре, Орлов поет песню Майка Науменко
   "Я посмотрел на часы".

(для прослушивания музыки нажмите здесь)

  
   Все бойцы уже на ногах, многие пытаются танцевать кто как может, боец, который забыл одеть сапог, машет грязной портянкой над головой.
   Боец в очках, единственный из всех, неподвижно сидит на земле - на его лице читается блаженство, он шепчет: Транс-цен-ден-таль-но.
   Боец, снаряжавший магазины, выпускает в воздух длинную очередь
   из АКМ и ближайшие офицеры отнимают у него автомат.
   Башенка БТР ритмично поворачивает пушку в такт музыке.
   Два офицера в звании подполковника и майора смотрят на все
   это с двойственными чувствами. Подполковник говорит майору, который притопывает ногами в такт музыки: Это, конечно, ЧП... Но завтра духам точно капец...
  
  
   ***
  
   Орлов, Капустин и Тараненко едут в кузове тентованного грузовика. Внутри все заставлено аппаратурой. Орлов что-то пишет в блокноте.
  
   Капустин: Я, честно говоря, начинаю жалеть, что мне осталось год и три месяца служить. Интересно, если я на сверхсрочную попрошусь,
   меня в ансамбле оставят?
   Тараненко: Пойдешь в десантно-штурмовую бригаду... дирижером.
   Капустин: (мечтательно) Не-е. Вот если бы нам еще платили за концерты...
   Тараненко: Чтобы нам платили за концерты надо билеты тогда продавать. Как ты это себе представляешь?
   Капустин: А чо, по рублю с рыла, с прапоров по три, нормально было бы. В Союз бы вернулся богаче Магомаева.
   Тараненко: Наш лейтенант на такое не пойдет. Да и вообще за это так могут прижать (смеется) - отправят тебя в штрафбат, будешь духам концерты показывать.
   Капустин: Сейчас нет штрафбатов.
   Тараненко: Ну в стройбат... или в дисбат... Найдут тебеподразделение по душе, не боись.
   Капустин: Да-а, это точно. (Обращается к Орлову) Вова, чего ты опять строчишь там? Песню пишешь?
   Орлов: Да. Не сбивай вдохновение.
   Капустин: Да, обидно, такой коммерческий проект пропадает зря.
   Орлов: (отвлекшись от блокнота) Чего это пропадает? Ты Родину защищаешь или свои финансовые интересы?
   Капустин: Да с Родиной все понятно... Но хочется как-то воспользоваться популярностью... в личных целях...
   Тараненко: Твоя личная цель - это не стать целью для душмана. Пока
   у тебя в руках гитара, а не автомат, твой коммерческий проект
   считается успешным.
   Орлов: Чего вы все про деньги, про шкуру свою? Мы должны спеть так, чтобы пацанам легче было в горы под огнем карабкаться.
  
   Грузовик тормозит, хлопают двери. В проеме тента появляется водитель Паша.
  
   Паша: Давайте быстрее, там комиссия из Москвы на операцию приехала, тоже хотят вас послушать.
  
   ***
  
   Группа "Каскад" выступает перед бойцами с песней "Опять тревога, опять мы ночью вступаем в бой".
  

(для прослушивания трека нажмите здесь)

  
   Песня звучит, но действие переносится в предгорье. Из подъехавшего БТРа выносят троих раненых, укладывают на носилки и несут
   в расположение. Около раненых суетится боец-санитар, он командует теми, кто несет носилки, что-то им выговаривает. Раненых оставляют
   на открытой площадке, к санитару подходит офицер, что-то ему говорит, показывает на часы и уходит. Санитар начинает менять повязку одному из раненых бойцов. Песня заканчивается.
  
   Орлов, Капустин и Тараненко убирают аппаратуру и музыкальные инструменты в Урал, сворачивают шнуры. К ним подбегает взмыленный водитель Паша.
  
   Паша: Пацаны, срочно едем к штабу. Халимов уже там, вас ждет.
   Капустин: Штаб так штаб. А что там?
   Паша: Из Москвы шишки какие-то, генерал и трое полковников, наш начштаба с ними. Халимова уже выцепили, требуют концерта. Давайте, мухой! Да, помните Вакулина? Он тоже там, подполковник уже!
   Орлов: Блин, зараза, плохо! Помоги тогда дырчик в кузов засунуть, халдей.
   Паша: (возмущенно) Я спасаю нашего лейтенанта от четвертования... халдей блин...
  
   К ним подходит боец-санитар, который привез раненых.
  
   Санитар: Здорово, мужики.
  
   В суете на него никто не обращает внимания, кроме Орлова.
  
   Орлов: Привет.
   Санитар: Слушай, такое дело, я троих раненых из ущелья привез,
   а вертушка за ними только через три часа прилетит.
   Орлов: А чего с вертушкой?
   Санитар: Да он летел уже... На подлете духи обстреляли, пробили там чего-то... Пришлось им на базу лететь на ремонт, блин... А другие все заняты на операции... Так вот, у меня раненые там... может сыграете им, чтобы полегче было вертушку ждать?
   Орлов: Не можем сейчас, нас уже дернули к генералу...
   Санитар: Так раненые же...
   Орлов: (задумавшись): Погоди-ка...
  
   Орлов подходит к Капустину и Тараненко, которые уже готовы ехать.
  
   Орлов: Я к раненым пойду спою.
   Тараненко: Как это?
   Орлов: Без меня езжайте, Серега споет генералу.
   Капустин: Ты чего? Чего мы там скажем?
   Санитар: Короче, если решите, я на вертолетной площадке.
  
   Санитар уходит.
  
   Орлов залезает в кузов, берет там электрогитару и колонку
   с аккумулятором.
  
   Орлов: Паша, колонка заряжена?
   Паша: (несколько ошарашено) Ставил перед концертом.
   Капустин: Вова, а если нам из-за тебя залет засчитают?
   Орлов: Да нормально все, никто не заметит. Халимову только
   шепните тихонько.
   Капустин: Слушай, там генерал из Москвы, может ништяков отсыпать.
   Орлов: Ну так и собирай их. Все, я пошел.
  
   Начинает играть песня "Поднималась зорька".
  

(для прослушивания трека нажмите здесь)

   Орлов берет электрогитару, колонку и идет по расположению вдоль техники и палаток. Некоторые бойцы с ним здороваются, что-то ему говорят. Орлов подходит к раненым, около него суетится санитар, неумело помогает подготовить аппаратуру. Орлов под электрогитару поет раненым, вокруг собираются свободные от службы бойцы. Песня заканчивается. Один из раненых, лежа на носилках, обращается
   к санитару.
  
   Раненый: Классно! Слушай, дай промедольчику, побалдею хоть...
   да еще под музыку...
   Санитар: Ладно, сейчас.
  
   Санитар вкалывает ампулу с промедолом раненому в ногу.
   У того просветляется лицо.
  
   Раненый: А можно чего-нибудь веселое сбацать?
   Санитар: (обращается к Орлову): Клиент просит повеселее.
   Орлов: Сейчас будет.
  
   ***
  
   Штабная палатка. Перед ней накрыт стол. За столом сидит генерал, два полковника, еще несколько офицеров. Среди офицеров присутствует майор Вакулин, он прислуживает генералу. Халимов, Капустин
   и Тараненко уже настроили аппаратуру и собираются выступать.
  
   Капустин (вполголоса Халимову): Ну и ушел к раненым выступать, сказал, чтоб без него лабали.
   Халимов (что-то решает для себя): Мужик... (собравшись с силами обращается к генералу) Товарищ генерал, разрешите обратиться.
   На вертолетной площадке раненые ждут вертушку, а начштаба перед операцией дал мне приказ в первую очередь поддерживать моральный дух раненых.
  
   Генерал вопросительно смотрит на Халимова.
  
   Вакулин: Лейтенант, ты что себе позволяешь! Я приказываю тебе играть!
   Халимов (тихо, но твердо): Я имею приказ непосредственного командира и должен сопровождать раненых до их отправки вертолетом.
   Вакулин: Неподчинение приказу старшего по званию во время боевой операции...
   Генерал (прерывает Вакулина): Вакулин, успокойся. Лейтенант, давай,
   дуй к раненым. Мы пока подождем, все-равно до завтра тут сидим.
   Халимов: Есть! (Бойцам) Быстро в Урал (на лбу у него проступают
   крупные капли пота)!
  
   Капустин, Тараненко и Паша начинают быстро затаскивать аппаратуру
   в кузов.
  
   ***
  
   Орлов поет песню Майка Науменко "Мы любим буги-вуги".
  

(для прослушивания трека нажмите здесь)

   Как только песня начинается к ним подъезжает Урал, из него выпрыгивают Халимов, Капустин и Тараненко. Дальше показывается как они все вместе поют песню, Капустин играет на бас-гитаре, Тараненко
   на ударнике, Халимов солирует на гитаре. На последнем куплете прилетает вертолет, раненых заносят на борт. Перед самой отправкой вертолета около Орлова на секунду задерживается санитар.
  
   Санитар: Классно было... Слушай, а кто такой буги-вуги?
  
   ***
  
   Вертолет летит на фоне гор. Начинает играть песня "Кукушка".
  

(для прослушивания трека нажмите здесь)

   Действие переносится в будущее героев.
  
   Показывается кладбище с длинными рядами очень богатых памятников. На одном памятнике мы видим надпись "Капустин С.В. 1963-1995"
  
   Пятидесятилетний Владимир Орлов сидит с женой и своими детьми и внуками на даче, он около мангала жарит шашлыки. Вокруг праздничная суета.
  
   Показывается школа в родном городе Николая Громова. На ней памятная табличка, что школа носит его имя.
  
   Александр Халимов идет по Красной площади на Параде Победы во главе оркестра Московского музыкального суворовского училища.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

(для прослушивания музыки нажмите здесь)

  
  
  

Оценка: 3.17*8  Ваша оценка:

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2018