ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Каменев Анатолий Иванович
Добрый страдалец за Русскую землю

[Регистрация] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Найти] [Построения]
 Ваша оценка:


Добрый страдалец за Русскую землю

  
  

 []

Вокняжение Владимира Мономаха (1113г.).

Гравюра 19 в.

Владимир II Мономах

(1113 - 1125)

   Мономах вовсе не принадлежит к тем историческим деятелям, которые смотрят вперед, разрушают старое, удовлетворяют новым потребностям общества: это было лицо с характером чисто охранительным.
  
   Мономах не возвышался над понятиями своего века, не шел наперекор им, не хотел изменить существующий порядок вещей, но личными доблестями, строгим исполнением обязанностей прикрывал недостатки существующего порядка, делал его не только сносным для народа, но даже способным удовлетворять его общественным потребностям.
  
   Общество, взволнованное княжескими усобицами, столько потерпевшее от них, требовало прежде всего от князя, чтобы он свято исполнял свои родственные обязанности, не которовался (не спорил) с братьею, мирил враждебных родичей, вносил умными советами наряд в семью; и вот Мономах во время злой вражды между братьями умел заслужить название братолюбца.
  
   Для людей благочестивых Мономах был образцом благочестия: по свидетельству современников, все дивились, как он исполнял обязанности, требуемые церковью.
  
   Для сдержания главного зла - усобиц нужно было, чтобы князья соблюдали клятву, данную друг другу: Мономах ни под каким предлогом не соглашался переступать крестного целования. Народ испытал уже при других князьях бедствие от того, что людям не доходила княжая правда, тиуны и отроки грабили без ведома князя: Мономах не давал сильным обижать ни худого смерда, ни убогой вдовицы, сам оправливал (давал правду, суд) людей.
  
   При грубости тогдашних нравов люди сильные не любили сдерживать своего гнева, причем подвергнувшийся ему платил жизнью; Мономах наказывал детям своим, чтобы они не убивали ни правого, ни виноватого, не губили душ христианских. Другие князья позволяли себе невоздержание: Мономах отличался целомудрием.
  
   Обществу сильно не нравилось в князе корыстолюбие; с неудовольствием видели, что внуки и правнуки св. Владимира отступают от правил этого князя, копят богатство, сбирая его с тягостию для народа; Мономах и в этом отношении был образцом добрых князей: с ранней молодости рука его простиралась ко всем, по свидетельству современников; никогда не прятал он сокровищ, никогда не считал он денег, но раздавал их обеими руками; а между тем казна его была всегда полна, потому, что при щедрости он был образцом доброго хозяина, не смотрел на служителей, сам держал весь наряд в доме.
  
   Больше всех современных князей Мономах напоминал прадеда своего, ласкового князя Владимира:
  
   "Если поедете куда по своим землям (наказывает Мономах детям), не давайте отрокам обижать народ ни в селах, ни на поле, чтоб вас потом не кляли. Куда пойдете, где станете, напойте, накормите бедняка; больше всего чтите гостя, откуда бы к вам ни пришел, добрый или простой человек или посол; не можете одарить его, угостите хорошенько, напойте, накормите: гость по всем землям прославляет человека либо добрым, либо злым".
  
   Что детям наказывал, то и сам делал: позвавши гостей, сам служил им, и когда они ели и пили досыта, он только смотрел на них.
  
   Кроме усобиц княжеских, земля терпела от беспрестанных нападений половцев; Мономах с ранней молодости стоял на стороже Русской земли, бился за нее с погаными, приобрел имя доброго страдальца (труженика) за Русскую землю по преимуществу.
  
   В тот век народной юности богатырские подвиги Мономаха, его изумительная деятельность не могли не возбудить сильного сочувствия, особенно когда эти подвиги совершались на пользу земле.
  
   Большую часть жизни провел он вне дома, большую часть ночей проспал на сырой земле; одних дальних путешествий совершил он; дома и в дороге, на войне и на охоте делал все сам, не давал себе покою ни ночью, ни днем, ни в холод, ни в жар; до света поднимался он с постели, ходил к обедне, потом думал с дружиною, оправливал (судил) людей, ездил на охоту, или так куда-нибудь, в полдень ложился спать и потом снова начинал ту же деятельность.
  
   Дитя своего века, Мономах, сколько любил пробовать свою богатырскую силу на половцах, столько же любил пробовать ее и на диких зверях, был страстный охотник: диких коней в пущах вязал живых своими руками; тур не раз метал его на рога, олень бодал, лось топтала ногами, вепрь на боку меч оторвал, медведь кусал, волк сваливал вместе с лошадью.
  
   "Не бегал я для сохранения живота своего, не щадил головы своей, - говорит он сам. - Дети! не бойтесь ни рати, ни зверя, делайте мужеское дело; ничто не может вам вредить, если бог не повелит; а от бога будет смерть, так ни отец, ни мать, ни братья не отнимут; божье блюдение лучше человеческого!"
  
   Но с этою отвагою, удалью, ненасытною жаждою деятельности в Мономахе соединялся здравый смысл, сметливость, уменье смотреть на следствие дела, извлекать пользу; из всего можно заметить, что он был сын доброго Всеволода и вместе сын царевны греческой.
  
   Из родичей Мономаха были и другие не менее храбрые князья, не менее деятельные, как, например, чародей Всеслав полоцкий. Роман и Олег Святославичи; но храбрость, деятельность Мономаха всегда совпадала с пользою для Русской земли; народ привык к этому явлению, привык верить в доблести, благоразумие, благонамеренность Мономаха, привык считать себя спокойным за его щитом и потому питал к нему сильную привязанность, которую перенес и на все его потомство.
   Наконец, после личных доблестей не без влияния на уважение к Мономаху было и то, что он происходил по матери от царской крови; особенно, как видно, это было важно для митрополитов-греков и вообще для духовенства.
  

С. М. Соловьев

История России с древнейших времен. - Т. I - V. - кн. 1. - СП б., 1893.

***

   Сей государь щадил кровь людей; но знал, что вернейшее средство утвердить тишину есть быть грозным для внешних и внутренних неприятелей...
   Княжив в столице 13 лет, Владимир Мономах скончался на 73 году от рождения, славными победами за русскую землю и благими нравами, как говорят древние летописцы...
  
   Митополит Никита в своем письме к Мономаху пишет:
  
   "Разум есть светлое око души, обитающей во главе. Как ты, государь мудрый, сидя на престоле, чрез воевод своих управляешь народом, так душа посредством пяти чувств правит телом. Не имею нужды во многоречии, ибо ум твой летает быстро, постигает смысл каждого слова. Могу ли предписывать тебе законы для умеренности в чувственных наслаждениях, когда ты сын княжеской и царской (греческой ) крови, властитель земли сильной, не знаешь дому, всегда в трудах и путешествиях, спишь на голой земле, единственно для важных дел государственных вступаешь во дворец светлый и, снимая с себя любимую одежду простую, надеваешь властительскую; когда, угощая обедами княжескими, сам только смотришь на яства роскошные?...
   Восхвалю ли в тебе и другие добродетели? Восхвалю ли щедрость, когда дестинца твоя ко всем простерта; когда ты ни сребра, ни злата не таишь, не считаешь в казне своей, но обеими руками рздаешь их, хотя оскуднеть не можешь, ибо благодать божия с тобою?.. Скажу единое: как душа обязана испытывать или проверять действия чувств, зрения, слуха, ее всегдашних орудий, дабы не обмануться в своих заключениях: так и государь должен проверять донесения вельмож.
   Вспомни, кто изгнан, кто наказан тобою, не клевета ли погубила сих несчастных?"
  

Н.М. Карамзин

История государства Российского. - В 12 кн. - Т. I-IV.- М., 1995.

  

 []

Владимир Мономах

Изображение 19 в.

  

Княжеский путь

  
  
   Святополк, возвратясь в Киев, напрасно ждал Олега, который, не быв принят смоленскими жителями, пошел к Мурому.
  
   Изяслав, сын Мономахов, призвал к себе войско из Ростова, Суздаля, Белаозера и готовился отразить сего неприятеля.
  
   "Иди княжить в свою Ростовскую область, - велел сказать ему Олег: - отец твой отнял у меня Чернигов: неужели и в Муроме, наследственном моем достоянии, вы лишите меня хлеба? Я не хочу войны и желаю примириться с Владимиром".
  
   Олег имел с собою малочисленную дружину, набранную им в Рязани, которая зависела тогда от Черниговских Князей; но, получив гордый отказ, смело обнажил меч.
  
   Юный Изяслав пал в сражении, и войско его рассеялось. Победитель взял Муром (где была супруга Изяславова), Суздаль, Ростов и, следуя тогдашнему варварскому обыкновению, пленил множество безоружных граждан.
  
   Мстислав Владимирович, Князь Новогородский, крестник Олегов, сведав о несчастной судьбе Изяславовой, велел привезти к себе тело его и с горестию оное в Софийской церкви. Сей великодушный Князь, любя справедливость, не винил Олега в завоевании Мурома, но требовал, чтобы он вышел из Ростова и Суздаля; не упрекал его даже и смертию Изяслава, говоря ему чрез Послов: "Ты убил моего брата; но в ратях гибнут Цари и Герои. Будь доволен своим наследственным городом: в таком случае умолю отца моего примириться с тобою".
  
   Олег не хотел слушать никаких предложений, думая скоро взять самый Новгород. Тогда Мстислав, любимый народом, вооружился. Начальник отряда Новогородского, Добрыня Рагуйлович, захватил людей Олеговых, посланных для собрания дани и сбил его передовое войско на реке Медведице (в Тверской губернии). Олег не мог удержать ни Ростова, ни Суздаля; выжег сей последний город, оставив в нем только один монастырь с церквами, и засел в Муроме.
   Добродушный Мстислав, уважая крестного отца, снова предложил ему мир, желая только, чтобы он возвратил пленных, и в то же время убедительно просил родителя своего забыть вражду Олегову.
  
   Мономах отправил в Суздаль меньшего сына, Вячеслава, с конным отрядом союзных Половцев, написав к Олегу красноречивое письмо такого содержания:
  
   "Долго печальное сердце мое боролось с законом Христианина, обязанного прощать и миловать: Бог велит братьям любить друг друга; но самые умные деды, самые добрые и блаженные отцы наши, обольщаемые врагом Христовым, восставали на кровных...
   Пишу к тебе, убежденный твоим крестным сыном, который молит меня оставить злобу для блага земли Русской и предать смерть его брата на суд Божий. Сей юноша устыдил отца своим великодушием!
   Дерзнем ли, в самом деле, отвергнуть пример Божественной кротости, данный нам Спасителем, мы, тленные создания? ныне в чести и в славе, завтра в могиле, и другие разделят наше богатство! Вспомним, брат мой, отцов своих: что они взяли с собою, кроме добродетели?
   Убив моего сына и твоего собственного крестника, видя кровь сего агнца, видя сей юный увядший цвет, ты не пожалел об нем; не пожалел о слезах отца и матери; не хотел написать ко мне письма утешительного; не хотел прислать бедной, невинной снохи, чтобы я вместе с нею оплакал ее мужа, не видав их радостного брака, не слыхав их веселых свадебных песней... Ради Бога отпусти несчастную, да сетует как горлица в доме моем; а меня утешит Отец Небесный.
   Не укоряю тебя безвременною кончиною любезного мне сына: и знаменитейшие люди находят смерть в битвах; он искал чужого и ввел меня в стыд и в печаль, обманутый слугами корыстолюбивыми. Но лучше, если бы ты, взяв Муром, не брал Ростова и тогда же примирился со мною.
   Рассуди сам, мне ли надлежало говорить первому или тебе? Если имеешь совесть; если захочешь успокоить мое сердце и с Послом или Священником напишешь ко мне грамоту без всякого лукавства: то возьмешь добрым порядком область свою, обратишь к себе наше сердце, и будем жить еще дружелюбнее прежнего. Я не враг тебе, и не хотел крови твоей у Стародуба" (где Святополк и Мономах осаждали сего Князя): "но дай Бог, чтобы и братья не желали пролития моей.
   Мы выгнали тебя из Чернигова единственно за дружбу твою с неверными; и в том каюсь, послушав брата (Святополка). Ты господствуешь теперь в Муроме, а сыновья мои в области своего деда. Захочешь ли умертвить их? твоя воля. Богу известно, что я желаю добра отечеству и братьям. Да лишится навеки мира душевного, кто не желает из вас мира Христианам!
   Не боязнь и не крайность заставляют меня говорить таким образом, но совесть и душа, которая мне всего на свете драгоценнее".
  

Н.М. Карамзин

История государства Российского. - В 12 кн. - Т. I-IV.- М., 1995.

  
   Фрагменты
  
  
   В 1093 году умер Всеволод.
   Владимир не захотел воспользоваться своим положением и овладеть киевским столом, так как предвидел, что от этого произойдет междоусобие; он сам послал звать на киевское княжение сына Изяславова Святополка (княжившего в Турове), который был старше Владимира летами и за которого, по-видимому, была значительная партия в киевской земле. Во все продолжение княжения Святополка Владимир оставался его верным союзником, действовал с ним заодно и не показал ни малейшего покушения лишить его власти, хотя киевляне уже не любили Святополка, а любили Владимира.
   *
   Мономах дружелюбно обошелся со своим соперником, и памятником тогдашних отношений его к Олегу осталось современное письмо его к Олегу, очень любопытное не только потому, что оно во многом объясняет личность князя Владимира Мономаха, но и потому, что вообще оно составляет один из немногих образчиков тогдашнего способа выражения:
  
   "Меня, - пишет он, - принудил написать к тебе сын мой, которого ты крестил который теперь недалеко от тебя: он прислал ко мне мужа своего и грамоту и говорит так: сладимся и примиримся, а братцу моему суд пришел; не будем ему мстителями; возложим все на Бога; пусть они станут пред Богом, мы же русской земли не погубим. Я послушался и написал; примешь ли ты мое писание с добром или с поруганием, - покажет ответ твой. Отчего, когда убили мое и твое дитя перед тобою, увидавши кровь его и тело его, увянувшее подобно едва распустившемуся цветку, отчего, стоя над ним, не вник ты в помыслы души своей и не сказал: зачем это я сделал? Зачем ради кривды этого мечтательного света причинил себе грех, а отцу и матери слезы? Тебе было бы тогда покаяться Богу, а ко мне написать утешительное письмо и прислать сноху мою ко мне... она тебе не сделала ни добра, ни зла; я бы с нею оплакал мужа ее и свадьбу их вместо свадебных песен. Я не видел прежде их радости, ни их венчания; отпусти ее как можно скорее, я поплачу с нею заодно и посажу на месте, как грустную горлицу на сухом дереве, а сам утешусь о Боге. Так было и при отцах наших. Суд пришел ему от Бога, а не от тебя! Если бы ты, взявши Муром, не трогал Ростова, а прислал бы ко мне, мы бы уладились; рассуди сам, тебе ли следовало послать ко мне или мне к тебе? Если пришлешь ко мне посла или попа и грамоту свою напишешь с правдою, то и волость свою возьмешь, и сердце наше обратится к тебе, и будем жить лучше, чем прежде; я тебе не враг, не мститель".
  
  

Н.И. Костомаров.

Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей

  

 []

Держава Мономаха. 17 в.

Поход на половцев 1103 г.

  
   После Витичевского съезда, покончившего усобицы, князья получили возможность действовать наступательно против половцев: в 1101 году Святополк, Мономах и трое Святославичей собрались на реке Золотче, на правом берегу Днепра, чтоб идти на половцев; но те прислали послов ото всех ханов своих ко всей братьи просить мира; русские князья сказали им: "Если хотите мира, то сойдемся у Сакова"; половцы явились в назначенное место и заключили мир, причем взяты были с обеих сторон заложники.
  
   Но, заключивши мир, русские князья не переставали думать о походе на варваров; мысль о походе на поганых летописец называет обыкновенно мыслию доброю, внушением божиим.
   В 1103 году Владимир стал уговаривать Святополка идти весною на поганых; Святополк сказал об этом дружине, дружина отвечала: "Не время теперь отнимать поселян от поля", после чего Святополк послал сказать Владимиру: "Надобно нам где-нибудь собраться и подумать с дружиною"; согласились съехаться в Долобске (при озере того же имени), выше Киева, на левой стороне Днепра; съехались и сели в одном шатре - Святополк с своею дружиною, а Владимир с своею; долго сидели молча, наконец, Владимир начал: "Брат! Ты старший, начни же говорить, как бы нам промыслить о Русской земле?"
   Святополк отвечал: "Лучше ты, братец, говори первый!" Владимир сказал на это: "Как мне говорить? Против меня будет и твоя и моя дружина, скажут: хочет погубить поселян и пашни; но дивлюсь я одному, как вы поселян жалеете и лошадей их, а того не подумаете, что станет поселянин весною пахать на лошади, и приедет половчин, ударит его самого стрелою, возьмет и лошадь, и жену, и детей, да и гумно зажжет; об этом вы не подумаете!"
  
   Дружина отвечала: "В самом деле так"; Святополк прибавил: "Я готов", и встал, а Владимир сказал ему: "Великое, брат, добро сделаешь ты Русской земле".
   Они послали также и к Святославичам звать их в поход: "Пойдем на половцев, либо живы будем, либо мертвы"; Давыд послушался их, но Олег велел сказать, что нездоров.
  
   Кроме этих старых князей, пошли еще четверо молодых: Давыд Всеславич полоцкий, Мстислав, племянник Давыда Игоревича волынского (изгой), Вячеслав Ярополчич, племянник Святополка (также изгой) и Ярополк Владимирович, сын Мономаха, Князья пошли с пехотою и конницею: пешие ехали в лодках по Днепру, конница шла берегом.
   Прошедши пороги, у Хортицкого острова пешие высадились на берег, конные сели на лошадей и шли степью четыре дня.
  
   Половцы, услыхав, что идет Русь, собрались во множестве и начали думать; один из ханов, Урусоба, сказал: "Пошлем просить мира у Руси; они станут с нами биться крепко, потому что мы много зла наделали их Земле".
   Молодые отвечали ему: "Если ты боишься Руси, то мы не боимся; избивши этих, пойдем в их Землю, возьмем их города, и кто тогда защитит их от нас?"
  
   А русские князья и все ратники в это время молились богу, давали обеты, кто кутью поставить, кто милостыню раздать нищим, кто в монастырь послать нужное для братии.
  
   Половцы послали впереди в сторожах Алтунопу, который славился у них мужеством; русские выслали также передовой отряд проведать неприятеля; он встретился с отрядом Алтунопы и истребил его до одного человека; потом сошлись главные полки, и русские победили, перебили 20 ханов, одного, Белдюза, взяли живьем и привели к Святополку; Белдюз начал давать за себя окуп - золото и серебро, коней и скот; Святополк послал его ко Владимиру, и тот спросил пленника: "Сколько раз вы клялись не воевать, и потом все воевали Русскую землю? Зачем же ты не учил сыновей своих и родичей соблюдать клятву, а все проливал кровь христианскую? Так будь же кровь твоя на голове твоей", и велел убить его; Белдюза рассекли на части.
  
   Потом собрались все братья, и Владимир сказал: "Сей день, его же сотвори господь, возрадуемся и возвеселимся в онь; господь избавил нас от врагов, покорил их нам, сокрушил главы змиевы и дал их брашно людям русским".
  
   Взяли тогда наши много скота, овец, лошадей, верблюдов, вежи со всякою рухлядью и рабами, захватили печенегов и торков, находившихся под властию половцев, и пришли в Русь с полоном великим, славою и победою.
   Святополк думал, что надолго избавились от половцев, и велел возобновить город Юрьев, сожженный ими перед тем.
  

С. М. Соловьев.

История России с древнейших времен. т. 1 - V. - кн. 1. - СП б., 1893.

  

Поход на половцев 1107 г.

  
   Но жив был страшный Боняк; через год он подал о себе весть, пришел к Зарубу, находившемуся на западной стороне Днепра, против трубежского устья, победил торков и берендеев.
  
   В следующем 1106 году Святополк должен был выслать троих воевод своих против половцев, опустошавших окрестности Заречьска; воеводы отняли у них полон.
  
   В 1107 году Боняк захватил конские табуны у Переяславля; потом пришел со многими другими ханами и стал около Лубен, на реке Суле.
   Святополк, Владимир, Олег с четырьмя другими князьями ударили на них внезапно с криком; половцы испугались, от страха не могли и стяга поставить и побежали: кто успел схватить лошадь - на лошади, а кто пешком; наши гнали их до реки Хороля и взяли стан неприятельский; Святополк пришел в Печерский монастырь к заутрене на Успеньев день и с радостию здоровался с братиею после победы.
   Несмотря, однако, на эти успехи, Мономах и Святославичи - Олег и Давыд в том же году имели съезд с двумя ханами и взяли у них дочерей замуж за сыновей своих.
  

С. М. Соловьев.

История России с древнейших времен. т. 1 - V. - кн. 1. - СП б., 1893.

  

Поход на половцев 1111 г.

  
   Поход троих князей - Святополка, Владимира и Давыда в 1110 году кончился ничем: они возвратились из города Воина по причине стужи и конского падежа; но в следующем году, думою и похотением Мономаха, князья вздумали навестить половцев на Дону, куда еще прежде, в 1109 году, Мономах посылал воеводу своего Дмитра Иворовича, который и захватил там половецкие вежи.
  
   Пошли Святополк, Владимир и Давыд с сыновьями, пошли они во второе воскресенье Великого поста, в пятницу дошли до Сулы, в субботу были на Хороле, где бросили сани; в крестопоклонное воскресенье пошли от Хороля и достигли Псела; оттуда пошли и стали на реке Голте, где дождались остальных воинов и пошли к Ворскле; здесь в середу Целовали крест со многими слезами и двинулись далее, перешли много рек и во вторник на шестой Неделе достигли Дона.
  
   Отсюда, надевши брони и выстроивши полки, пошли к половецкому городу Шаруканю, причем Владимир велел священникам своим ехать перед полками и петь молитвы; жители Шаруканя вышли навстречу князьям, поднесли им рыбу и вино; русские переночевали тут и на другой день, в среду, пошли к другому городу, Сугрову, и зажгли его; в четверг пошли с Дона, а в пятницу, 24 марта, собрались половцы, изрядили полки свои и двинулись против русских.
  
   Князья наши возложили всю надежду на бога, говорит летописец, и сказали друг другу: "Помереть нам здесь; станем крепко!" перецеловались и, возведши глаза на небо, призывали бога вышнего.
   И бог помог русским князьям: после жестокой битвы половцы были побеждены, и пало их много.
  
   Весело на другой день праздновали русские Лазарево воскресение и Благовещение, а в воскресенье пошли дальше.
   В страстной понедельник собралось опять множество половцев, и обступили полки русские на реке Салнице.
   Когда полки русские столкнулись с полками половецкими, то раздался точно гром, брань была лютая, и много падало с обеих: сторон; наконец, выступили Владимир и Давыд с своими полками; увидавши их, половцы бросились бежать и падали пред полком Владимировым, невидимо поражаемые ангелом; многие люди видели, как головы их летели, ссекаемые невидимою рукою. Святополк, Владимир и Давыд прославили бога, давшего им такую победу на поганых; русские взяли полона много - скота, лошадей, овец и колодников много побрали руками.
  
   Победители спрашивали пленных: "Как это вас была такая сила, и вы не могли бороться с нами, а тотчас побежали?" Те отвечали: "Как нам с вамп биться? Другие ездят над вами в бронях светлых и страшных и помогают вам".
  
   Это ангелы, прибавляет летописец, от бога посланные помогать христианам; ангел вложил в сердце Владимиру Мономаху возбудить братьев своих на иноплеменников. Так, с божиею помощию, пришли русские князья домой, к своим людям со славою великою, и разнеслась слава их по всем странам дальним, дошла до греков, венгров, ляхов, чехов, дошла даже до Рима.
  
         Мы привели известие летописца о донском походе князей на половцев со всеми подробностями, чтоб показать, какое великое значение имел этот поход для современников.
  
   Времена Святослава Старого вышли из памяти, а после никто из князей не ходил так далеко на восток, и на кого же? На тех страшных врагов, которые Киев и Переяславль не раз видели под своими стенами, от которых бегали целые города; половцы побеждены не в волостях русских, не на границах, но в глубине степей своих; отсюда понятно религиозное одушевление, с каким рассказано событие в летописи: только ангел мог внушить Мономаху мысль о таком важном предприятии, ангел помог русским князьям победить многочисленные полчища врагов: слава похода разнеслась по дальним странам; понятно, как она разнеслась на Руси и какую славу заслужил главный герой предприятия, тот князь, которому ангел вложил мысль возбудить братьев к этому походу; Мономах явился под особенным покровительством неба; пред его полком, сказано, падали половцы, невидимо поражаемые ангелом.
  
   И надолго остался Мономах в памяти народной как главный и единственный герой донского похода, долго ходило предание о том, как пил он Дон золотым шеломом, как загнал окаянных агарян за Железные ворота.
  

С. М. Соловьев.

История России с древнейших времен. т. 1 - V. - кн. 1. - СП б., 1893.

  

Борьба с кочевниками (1116-1120)

  
   Мы вправе ожидать, что половцам и другим степным ордам стало не легче, когда Мономах сел на старшем столе русском.
  
   Узнавши о смерти Святополка, половцы явились было на восточных границах; но Мономах, соединившись с Олегом, сыновьями своими и племянниками, пошел на них и принудил к бегству.
   В 1116 году видим опять наступательное движение русских: Мономах послал сына своего Ярополка, а Давыд - сына своего Всеволода на Дон, и князья эти взяли у половцев три города.
   Ряд удачных походов русских князей, как видно, ослабил силы половцев и дал подчиненным торкам и печенегам надежду освободиться от их зависимости; они встали против половцев и страшная резня происходила на берегах Дона: варвары секлись два дня и две ночи, после чего торки и печенеги были побеждены, прибежали в Русь и были поселены на границах.
   Но движения в степях не прекращались: в следующем году пришли в Русь беловежцы, также жители донских берегов; так русские границы населялись варварскими народами разных названий, которые будут играть важную роль в нашем дальнейшем рассказе; но сначала, как видно, эти гости были очень беспокойны, не умели отвыкнуть от своих степных привычек и уживаться в ладу с оседлым народонаселением: в 1120 году Мономах принужден был выгнать берендеев из Руси, а торки и печенеги бежали сами. Ярополк после того ходил на половцев за Дон, но не нашел их там: недаром предание говорит, что Мономах загнал их на Кавказ.
   Новгородцы и псковичи продолжали воевать с чудью на запад от Чудского озера: в 1116 году Мстислав взял город Оденпе, или Медвежью голову, погостов побрал бесчисленное множество и возвратился домой с большим полоном; сын его Всеволод в 1122 году ходил на финское племя ямь и победил его; но дорога была трудна по дороговизне хлеба.
   На северо-востоке борьба с иноплеменниками шла также удачно: прежде мы встречали известия о поражениях, которые претерпевали муромские волости от болгар и мордвы, но теперь под 1120 годом читаем, что сын Мономахов, Юрий, посаженный отцом в Ростовской области, ходил по Волге на болгар, победил их полки, взял большой полон и пришел назад с честью и славою.
  

С. М. Соловьев.

История России с древнейших времен. т. 1 - V. - кн. 1. - СП б., 1893.

  

 []

Иван Грозный и Владимир Мономах.

Фрагмент иконы.

"Церковь воинствующая". 2-я пол. 16 в.

Особенности походов в период правления Владимира Мо­номаха

  
   Попытки предотвратить распад древнерусского госу­дарства не имели значительных положительных результатов. Русских князей в большинстве случаев сплачивала внешняя опасность, которая надвигалась теперь со стороны нового сильного врага -- половцев, впервые появившихся на Руси в 1054 г. под Переяславлем.
  
   Половцы занимались кочевым скотоводством и особенно коневодством.
   Их войско состояло из конных лучников, во­оруженных луками и саблями; всадники имели, кроме того, арканы. Византийские писатели и русские летописцы отме чают быстроту действий половцев и внезапность их нападений.
  
   "В один миг,--писал в XII в. Евстафий Солунский,-- полове, близко, и вот уже нет его. Сделает наезд, и стремглав, с полными руками, хватается за поводья, погоняет коня ногами бичем и вихрем несется далее, как бы желая перегнать бы струю птицу. Его еще не успели увидеть, а он уж скрылся и глаз"
  
   Боевой порядок половцев состоял из отдельных отря дов, часть которых выделялась в резерв. Иногда они отстпали накоротке, устраивали засады и производили внезапные контратаки. Для обороны устраивали укрепление из повозок войско половцев было подвижным, сильным и искусным в действиях.
   * * *
   Войны древнерусского государства значительно обогатили русское военное искусство: стратегия, тактика и организация русской рати получили здесь дальнейшее развитие.
   В этих войнах выдвинулись талантливые полководцы древней Руси: Святослав, Владимир Святославич, Ярослав Мудрый, Влади­мир Мономах.
  
   Княжеские дружины составляли ядро русской рати, ком­плектовавшейся свободными ремесленниками городов и смер­дами.
   Большое значение имели городские ополчения, которые были народным войском, защищавшим родину от многочис­ленных врагов.
   Войско руссов выделялось своей сплоченно­стью и моральной стойкостью.
   Большое значение имел лич­ный пример князей и воевод в бою. Многократно русская рать одерживала победы над превосходящими силами противника.
  
   Социальная база комплектования определяла характер рати и организацию родов войск: пехоты и конницы.
   Русская рать, используя богатую систему рек и Русское море, совер­шала дальние походы. Только в походах на Волгу и Кавказ рать под командованием Святослава прошла свыше 3 тыс. км по суше и около 1,5 тыс. км по рекам.
   В походах по рекам и морям крупную роль играл ладейный флот, состоявший и легких ладей. В летописях середины XII в. упоминаютс ладьи с палубами. Буржуазные военные историки оценивал ладейный флот только как транспортное средство.
  
   Но историки говорят о том, что ладейный флот вел морские бои уничтожал византийские корабли, вооруженные "влажны огнем". В сухопутном бою взаимодействовала пехота и кон­ница. При этом конница в зависимости от обстановки вел бой в конном или пешем строю.
  
   Войны велись с решительной целью, и исход их решался боем.
   Отыскать и разбить главные силы врага было основной - задачей русской рати, как это ярко показывает опыт походов рати под командованием Святослава и Владимира Мономаха.
   Широко применялся принцип внезапности в стратегическом и тактическом отношениях. Древнерусские полководцы уде­ляли большое внимание созданию морального перевеса сил и выработке единства действий.
   Для этой цели созывались воен­ные советы как перед походом, так и в ответственные мо­менты войны, когда от каждого воина и начальника требовав лось большое напряжение сил.
  
   Стратегия рати руссов под командованием Владимира Мо­номаха характеризуется стремлением бить врага на его терри­тории. Это была стратегическая оборона территории древне­русского государства. Оборонительные по своему характеру, войны велись в форме стратегического наступления.
   Тактика древнерусской рати также имела важное значе­ние в развитии военного искусства.
  
   Боевой порядок руссов, по определению Льва Диакона, представлял собой "стену", т. е. сплошное построение пехотинцев-копейщиков, прикрытых большими щитами. Это было линейное построение, о коли­честве шеренг которого мы сведений не имеем. "Стена" была устойчива в бою, что косвенно свидетельствует о значитель­ном количестве шеренг.
  
   Боевой порядок пехоты начинал расчленяться по фронту и в глубину.
   Это повышало его маневренные возможности и позволяло управлять боем. Такое расчленение по фронту на "чело" и два крыла произошло, по-видимому, в начале XI в. Неравномерное распределение сил по фронту в боевом по­рядке основывалось на качественном различии войск: княже­ских дружин и ополчений из горожан и смердов. Размещение лучших войск на флангах не только обеспечивало фланги, но и позволяло вести бой на окружение противника.
  
   Заслуживает внимания тактика древнерусской рати в по­ходах против половцев. Владимир Мономах создавал сильный передовой отряд, который наносил поражение передовым ча­стям противника.
   Захватив инициативу в свои руки, он тем самым обеспечивал моральный перевес сил. В бою Владимир Мономах стремился охватить фланги и окружить противника. Интересно сближение рати с противником ночью и внезапная ее атака на рассвете в бою с половцами в 1101 г. Наконец, следует отметить бой в окружении во время похода в 1111 г., который закончился разгромом превосходящих сил против­ника. В этом бою Мономах сохранял лучшую свою дружину в резерве, удар которой разорвал кольцо окружения.
  
   Наконец, русская рать оставила образцы осадного искус­ства и обороны крепостей того времени. Чрезвычайно поучи­тельна в этом отношении оборона руссами Доростола с много­численными частными и общими вылазками.
  
   Подготовка и политическое обеспечение войны, организа­ция похода, организация и руководство боем -- все это свиде­тельствует о высоком уровне военного искусства древнерус­ского государства.
  
   О военном искусстве древней Руси мы можем судить по письменным памятникам того времени. Правда, эти памят­ники не посвящены специально военным вопросам, но в них мы находим свидетельство того, что русская военная мысль фиксировала процессы развития военного искусства и пыта­лась теоретически закрепить их.
  
   Одним из таких памятников является знаменитая "Повесть временных лет". Это древ­нейший русский летописный свод, где изложены основные этапы истории древнерусского государства. "Повесть времен­ных лет" является древнейшей русской военной историей. В ней летописцы сообщают о многих походах князей, о ко­торых они слышали или очевидцами которых были сами.
  
   В "Повести временных лет" мы находим не только изло­жение фактов и сообщения о военных событиях, но и попытки вскрыть причины успеха или неуспеха похода, боя. Здесь можно видеть описание состава рати, вооружения, способов ведения войны и боя. Летописец часто пытается анализиро­вать причины успехов и неудач тех или иных походов. Похо­дам Святослава и Владимира Мономаха летописец отвел целые страницы.
   Излагая эти походы, летописец указывает на некоторые особенности военного искусства. К сожалению, "Повесть временных лет" еще не исследована как военно-исторический памятник.
  
   "Поучение" Владимира Мономаха, имеющееся в летописи, было создано как своеобразная автобиография, в которой князь хотел передать наследникам свой опыт государствен­ного и военного деятеля.
   В "Поучении" затрагиваются во­просы военного дела. Например, говоря о своих походах, Мо­номах требует обратить особое внимание на бдительность, на организацию охранения и разведки.
  
   В "Поучении" Владимир Мономах говорит своим сы­новьям: "На войну вышед, не ленитесь, не зрите на воеводы, ни питью, ни яденыо не лагодите, ни спанью; и сторожи сами наряжайте, и ночь отовсюду нарядивши, около вой тоже ла­зите, а рано встаньте; а оружие не снимайте с себя, в борзе не розглядавше, ленощами внезапу бо человек погибает" !.
  
   На войне Мономах требовал не лениться и не надеяться на вое­вод. Сам военачальник должен высылать охранение, ночью сам обязан поверять несение службы, не снимать оружия и всегда быть готовым к бою.
   "Леность бо всему мати, еже умеет, то забудет, а его же не умеет, а тому ся не учит...".
  
   В результате лености забы­вают то, что знали; при отсутствии знаний леность мешает учиться. На воййе же требуются знания военного дела, для овладения которым надо учиться. Поэтому, "да не застанет вас солнце на постели...",-- говорил Мономах своим сыновьям.
  
   Большое место в "Поучении" занимает рассказ о княже­ской охоте.
   Охота являлась в мирное время не только развле­чением, но и тренировкой, закалкой воинов для боевой жизни. Мономах постоянно занимался охотой, "с коня много раз па­дал, голову свою дважды разбил, рукам своим причинял вред". Но зато во время далеких походов Мономах был неуто­мим, ловок, бдителен.
  
   Вопросы, связанные с организацией вооруженных сил нашли отражение и в "Русской Правде" -- своде законов, со­ставленном в древнерусском государстве.
   Статьи "О коне княжьем и смердьем", "Об оружии" и другие говорят о том, что военное дело в древней Руси составляло один из важйейших вопросов.
  
   Все названные памятники не являются специальными трак­татами по вопросам военного искусства, но в них среди дру­гого материала мы находим замечания о способах и формах ведения войны, о вооружении, о боевых порядках, т. е. то, что непосредственно имеет отношение к "военному делу.
   Это первый этап развития русской военной мысли, и мы должны внимательно изучать его", если хотим понять весь процесс развития русского военного искусства и русской военной науки.
  

Е.А. Разин

История военного искусства. - Т.II. Военное искусство феодального периода войны. - М.: Воениздат, 1957

  

 []

Печать князя Владимира Мономаха

Поучительные примеры

  
   Владимир мог бы сесть на престоле родителя своего; но сей чувствительный, миролюбивый Князь уступил оный Изяславову сыну и, сказав: "Отец его был старее и княжил в столице прежде моего отца; не хочу кровопролития и войны междоусобной", объявил Святополка Государем Российским; сам отправился в Чернигов, а брат его, Ростислав, в Переяславль.
  
   *
   [1094 г.]. Не имев счастия воинского, Святополк надеялся иным способом обезоружить Половцев и женился на дочери их Князя, Тугоркана. Но сей родственный союз, который мог быть оправдан одною государственною пользою, не защитил России от варваров: Князь Тмутороканский, Олег Святославич, в третий раз пришел с ними разорять отечество, осадил Мономаха в Чернигове и требовал сей области как законного наследия: ибо она принадлежала некогда его родителю. Владимир, любимый своею дружиною и народом, несколько дней оборонялся; но жалея крови, великодушно сказал: Да не радуются враги отечества! и добровольно уступил Княжение Олегу: вторая жертва, принесенная им общей пользе! Он выехал из Чернигова в Переяславль с женою и детьми, под щитами малочисленной, верной дружины, готовой отражать толпы хищных Половцев, которые, несмотря на мир, еще долгое время свирепствовали в Черниговской области: жестокий Олег, довольный их помощию, равнодушно смотрел на сии злодейства.
   *
   [1095 г.] Наконец Великий Князь и Владимир ободрили победами унылый дух своего народа.
   Они, к сожалению, начались вероломством.
   Долговременные несчастия государственные остервеняют сердца и вредят самой нравственности людей. Вожди Половецкие, Итларь и Китан, заключив мир с Мономахом, взяли в тали, или в аманаты, сына его, Святослава. Китан безопасно жил в стане близ городского вала: Итларь гостил в Переяславле у Вельможи Ратибора. Тогда недостойные советники предложили Князю воспользоваться оплошностию ненавистных врагов, нарушить священный мир и не менее священные законы гостеприимства - одним словом, злодейски умертвить всех Половцев.
   Владимир колебался; но дружина успокоила его робкую совесть, доказывая, что сии варвары тысячу раз сами преступали клятву... В глубокую ночь Россияне, вместе с Торками, им подвластными, вышли из города, зарезали сонного Китана, его воинов и с торжеством привели ко Владимиру освобожденного Святослава.
   Итларь, не зная ничего, спокойно готовился поутру завтракать у своих ласковых хозяев, когда сын Ратиборов, Олбег, пустил ему в грудь стрелу сквозь отверстие, нарочно для того сделанное вверху горницы; и несчастный Итларь, со многими знаменитыми товарищами, был жертвою гнусного заговора, который лучшему из тогдашних Князей Российских казался дозволенною хитростию!
   *
   Чрез несколько месяцев Россия в первый раз увидела торжественное собрание Князей своих на берегу Днепра, в городе Любече. Сидя на одном ковре, они благоразумно рассуждали, что отечество гибнет от их несогласия; что им должно наконец прекратить междоусобие, вспомнить древнюю славу предков, соединиться душою и сердцем, унять внешних разбойников, Половцев, - успокоить Государство, заслужить любовь народную. Нет сомнения, что Мономах, друг отечества и благоразумнейший из Князей Российских, был виновником и душою сего достопамятного собрания.
   В пример умеренности и бескорыстия он уступил Святославичам все, что принадлежало некогда их родителю, и Князья с общего согласия утвердили за Святополком область Киевскую, за Мономахом частный удел отца его: Переславль, Смоленск, Ростов, Суздаль, Белоозеро; за Олегом, Давидом и Ярославом Святославичами - Чернигов, Рязань, Муром; за Давидом Игоревичем - Владимир Волынский; за Володарем и Васильком Ростиславичами - Перемышль и Теребовль, отданные им еще Всеволодом. Каждый был доволен; каждый целовал святой крест, говоря: да будет земля Русская общим для нас отечеством; а кто восстанет на брата, на того мы все восстанем. Добрый народ благословлял согласие своих Князей: Князья обнимали друг друга как истинные братья.
   *
   Между тем второй Княжеский съезд был счастливее первого, утвердив союз Святославичей с Великим Князем и Мономахом.
   Половцы, опасаясь следствий оного, именем всех Ханов своих требовали мира и, заключив его в городе Сакове, взяли и дали аманатов. Сей мир, как и прежние, только отсрочил войну, необходимую по мнению благоразумного Князя Владимира. В следующий год, весною, он и Святополк имели свидание близ Киева, на лугу, и, сидя в одном шатре, советовались с Боярами. Дружина Великого Князя говорила, что весна не благоприятна для военных действий; что если они для конницы возьмут лошадей у земледельцев, то поля останутся не вспаханы, и в селах не будет хлеба.
   "Удивляюсь (ответствовал Мономах), что вы жалеете коней более отечества. Мы дадим время пахать земледельцу; а Половчин застрелит его на самой ниве, въедет в село, пленит жену, детей и возьмет все имение оратая". Бояре не могли оспоривать сего убедительного возражения, и Великий Князь, встав с места, сказал: я готов. Владимир с нежностию обнял брата, говоря ему, что земля Русская назовет его своим благодетелем.
   *
   Алтунопа, славнейший из храбрецов Половецких, был впереди на страже: Россияне, окружив его, совершенно истребили сей отряд неприятельский. Началося главное сражение. Летописец говорит, что многочисленные полки варваров казались на обширной степи дремучим, необозримым бором; но что Половцы, объятые тайным ужасом, были как сонные, едва могли править своими конями и, смятые первым ударом наших, бежали во все стороны.
   Никогда еще Российские Князья не одерживали такой знаменитой победы над варварами. Урособа и 19 других Ханов пали в сражении. Одного из них, именем Бельдюза, привели к Святополку: сей пленник хотел откупиться серебром, золотом и конями. Святополк велел отвести его к Владимиру, который сказал ему: "Ты не учил детей своих и товарищей бояться клятвопреступления. Сколько раз вы обещали мир и губили Христиан? Да будет же кровь твоя на главе твоей! " Бельдюза рассекли на части.
   *

Н.М. Карамзин

История государства Российского. В 12-ти т.

 []

Печать князя Владимира Мономаха.

12 в.

Смерть

  
   Мономах скончался близ Переяславля у любимой церкви, построенной на Альте, 19 мая 1125 года, семидесяти двух лет от роду.
  
   Тело его было привезено в Киев.
   Сыновья и бояре понесли его к Св. Софии, где он и был погребен.
  
   Мономах оставил по себе память лучшего из князей.
  
   "Все злые умыслы врагов, - говорит летописец, - Бог дал под руки его; украшенный добрым нравом, славный победами, он не возносился, не величался, по заповеди Божией добро творил врагам своим и паче меры был милостив к нищим и убогим, не щадя имения своего, но все раздавая нуждающимся".
  
   Монахи прославляли его за благочестие и за щедрость монастырям.
   Это-то благодушие, соединенное в нем с энергическою деятельностью и умом, вознесло его так высоко и в глазах современников, и в памяти потомства.
   *
   Между древними князьями дотатарского периода после Ярослава никто не оставил по себе такой громкой и доброй памяти, как Владимир Мономах, князь деятельный, сильный волей, выделявшийся здравым умом посреди своей братии князей русских.
   *
   Будучи тринадцати лет от роду, он принялся за занятия, которые, по тогдашним понятиям, были приличны княжескому званию - войною и охотою. Владимир в этом случае не был исключением, так как в те времена князья вообще очень рано делали то, что, по нашим понятиям, прилично только возмужалым; их даже женили в отроческих летах. Отец послал Владимира в Ростов, и путь его лежал через землю вятичей, которые еще тогда не хотели спокойно подчиняться княжеской власти Рюрикова дома. Владимир недолго был в Ростове и скоро появился в Смоленске. На Руси тем временем начинались одна за другой две беды, терзавшие страну целые века. Сначала поднялись княжеские междоусобия. Начало им было положено тем, что сын умершего Ярославова сына, Владимира, Ростислав бежал в Тмутаракань, город, находившийся на Таманском полуострове и принадлежавший тогда черниговскому князю, поместившему там своего сына Глеба. Ростислав выгнал этого Глеба, но и сам не удержался после него. Это событие, само по себе одно из множества подобных в последующие времена, кажется замечательным именно потому, что оно было тогда первым в этом роде. Затем прорвалась вражда между полоцкими князьями и Ярославичами. В 1067 году полоцкий князь Всеслав напал на Новгород и ограбил его; за это Ярославичи пошли на него войной, разбили и взяли в плен.
   *
   В 1093 году умер Всеволод. Владимир не захотел воспользоваться своим положением и овладеть киевским столом, так как предвидел, что от этого произойдет междоусобие; он сам послал звать на киевское княжение сына Изяславова Святополка (княжившего в Турове), который был старше Владимира летами и за которого, по-видимому, была значительная партия в киевской земле. Во все продолжение княжения Святополка Владимир оставался его верным союзником, действовал с ним заодно и не показал ни малейшего покушения лишить его власти, хотя киевляне уже не любили Святополка, а любили Владимира.
   *
   Мономах дружелюбно обошелся со своим соперником, и памятником тогдашних отношений его к Олегу осталось современное письмо его к Олегу, очень любопытное не только потому, что оно во многом объясняет личность князя Владимира Мономаха, но и потому, что вообще оно составляет один из немногих образчиков тогдашнего способа выражения: "Меня, - пишет он, - принудил написать к тебе сын мой, которого ты крестил и который теперь недалеко от тебя: он прислал ко мне мужа своего и грамоту и говорит так: сладимся и примиримся, а братцу моему суд пришел; не будем ему мстителями; возложим все на Бога; пусть они станут пред Богом, мы же русской земли не погубим. Я послушался и написал; примешь ли ты мое писание с добром или с поруганием, - покажет ответ твой. Отчего, когда убили мое и твое дитя перед тобою, увидавши кровь его и тело его, увянувшее подобно едва распустившемуся цветку, отчего, стоя над ним, не вник ты в помыслы души своей и не сказал: зачем это я сделал? Зачем ради кривды этого мечтательного света причинил себе грех, а отцу и матери слезы? Тебе было бы тогда покаяться Богу, а ко мне написать утешительное письмо и прислать сноху мою ко мне... она тебе не сделала ни добра, ни зла; я бы с нею оплакал мужа ее и свадьбу их вместо свадебных песен. Я не видел прежде их радости, ни их венчания; отпусти ее как можно скорее, я поплачу с нею заодно и посажу на месте, как грустную горлицу на сухом дереве, а сам утешусь о Боге. Так было и при отцах наших. Суд пришел ему от Бога, а не от тебя! Если бы ты, взявши Муром, не трогал Ростова, а прислал бы ко мне, мы бы уладились; рассуди сам, тебе ли следовало послать ко мне или мне к тебе? Если пришлешь ко мне посла или попа и грамоту свою напишешь с правдою, то и волость свою возьмешь, и сердце наше обратится к тебе, и будем жить лучше, чем прежде; я тебе не враг, не мститель".
   *
   ... Владимир непрерывно обращал свою деятельность на ограждение русской земли от половцев. В 1101 году Владимир поднял князей против них, но половцы, услышав о сборах русских князей, одновременно от разных орд прислали просьбу о мире. Русские согласились на мир, готовые наказать половцев за первое вероломство. В 1103 году этот мир был нарушен половцами, и Мономах побудил русских князей предпринять первый наступательный поход на половецкую землю соединенными силами. В летописи этот поход описан с большим сочувствием, и видно, что он сделал впечатление на современников. Киевский князь со своею дружиною и Владимир со своею сошлись на Долобске (на левой стороне Днепра близ Киева). Князья совещались в шатре. Святополкова дружина была против похода. Тогда раздавались такие голоса: "Теперь весна, как можно отрывать смерда от пашни; ему надобно пахать". Но Владимир на это возразил: "Удивительно, что вы не жалеете смерда, а жалеете лошадь, на которой он пашет. Начнет смерд пахать, прибежит половчин и отымет у него лошадь, и его самого ударит стрелою, и ворвется в село, и жену и детей его возьмет в полон".
   Дружина Святополкова ничего на это не могла возразить, и Святополк сказал: "Я готов".
   *
   В 1113 году умер Святополк, и киевляне, собравшись на вече, избрали Владимира Мономаха своим князем; но Владимир медлил; между тем киевляне, недовольные поборами своего покойного князя, напали на дом его любимца Путяты и разграбили жидов, которым потакал Святополк во время своего княжения и поверял собрание доходов. В другой раз послали киевляне к Владимиру послов с такой речью: "Иди, князь, в Киев, а не пойдешь, так разграбят и княгиню Святополкову, и бояр, и монастыри; и будешь ты отвечать, если монастыри ограбят". Владимир прибыл в Киев и сел на столе по избранию киевской земли.
   Время его княжения до смерти, последовавшей в 1125 году, было периодом самым цветущим в древней истории Киевской Руси.
   *
   Владимир Мономах является в русской истории законодателем. ...
   *
   Мономах скончался близ Переяславля у любимой церкви, построенной на Альте, 19 мая 1125 года, семидесяти двух лет от роду. Тело его было привезено в Киев. Сыновья и бояре понесли его к Св. Софии, где он и был погребен. Мономах оставил по себе память лучшего из князей. "Все злые умыслы врагов, - говорит летописец, - Бог дал под руки его; украшенный добрым нравом, славный победами, он не возносился, не величался, по заповеди Божией добро творил врагам своим и паче меры был милостив к нищим и убогим, не щадя имения своего, но все раздавая нуждающимся". Монахи прославляли его за благочестие и за щедрость монастырям. Это-то благодушие, соединенное в нем с энергическою деятельностью и умом, вознесло его так высоко и в глазах современников, и в памяти потомства.
  

Н.И. Костомаров.

Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей

  

***

 []

Двор удельного князя.

Художник А. М. Васнецов

ИСТОРИЧЕСКИЕ ПАМЯТКИ

  
  -- Нервии - древнегерманское племя, жившее в нынешней Бельгии и Северной Франции, между Шельдой и Ма­асом, а также на реке Самбре; подверг­лось кельтизации, восприняв кельтский язык и кельтскую культуру. Во время войны белгов с Цезарем отчаянно со­противлялось римлянам, но было почти уничтожено ими в 57 г. до Р.Х.
  
  -- Нерешительность. Трудно сказать, что больше заслуживает нерешительность -- жалости или презрения, и неизвестно, что опаснее -- принять ошибочное решение или не принимать никакого. (Ж. Лабрюйер).
  
  -- Нерон - семейное имя императоров, правивших Римом с 14 по 68 г. н.э. (Клавдий - их родовое имя). Нерон - Люций Домиций Агенобарб, сын Гнея Домиция Агенобарба и Агриппины Младшей, дочери Германика, родился в 37 г. н.э. После того как император Клавдии, женившийся на его матери, усыновил его в 50 г., он стал называться Кай Клавдий Нерон. После смерти Клавдия Нерон стал императором, царствовал с 54 по 68 г. н.э.
  
  -- НЕСТОР - древнерусский писатель, летописец XI - нача­ла XII в., монах Киево-Печерского монастыря. Автор житий святых Бориса и Глеба, Феодосия Печорского. Традиционно считается автором первой редакции "Повести временных лет".
  
  -- Нибелунги - название сказочного на­рода ("дети тьмы" ), жившего на бере­гах Рейна и давшего название легенде о Нибелунгах, вероятно, франкского происхождения. Эта легенда сплетена из сказочных элементов и искаженных исторических фактов. Главный герой ее, Зигфрид, убив дракона, который стерег проклятое богами "золото Рейна", становится владельцем этого рокового сокровища, женится на спавшей в огнен­ном замке Брунгильде, покидает ее и подвергается с ее стороны мести. "Песнь о Нибелунгах", записанная в XII в., была сложена на несколько столетий раньше и носит на себе отпечаток хри­стианства и феодального строя.
  
  -- Никиев мир (названный так по имени политического деятеля Никия) - был заключен в 421 г. до Р.Х. после сражения в 422 г. при Амфиполе (в Македонии), где афиняне потерпели поражение и где погиб не только возглавлявший афинские войска Клеон, но и предво­дитель спартанцев Брасид.
  
  -- Ниневия (жилище или город Нина). Ниневия была обширнейшим городом в свете, имевшая, по свидетельству Диодора Сицилийского, 150 стадий в поперечнике и 480 стадий в окружности (значит около 84 верст в окружности) и была защищена стенами в 150 фут. выш. и 1,500 башнями. Стены были так широки, что по ним могли ехать рядом три колесницы. Город мог хвалиться собою, как единственный, которому нет подобного. Но среди своего могущества, среди богатства и славы, нравы ее жителей были совершенно испорчены. Орудием гнева против Ассирии были Набополассар царь Вавилонский и Киаксар царь Мидийский. Соединившись вместе, они напали на Ниневию, завоевали и совершенно разрушили ее. Ниневия была так разорена, что, по-видимому, и следов ее не оставалось. Так много прошло веков, и никто не мог сказать, где она стояла.
  
  -- Нобилитет. Борьба плебеев и патрициев привела к уравнению в политических правах низшего сословия. В результате ее созда­лись новые отношения. Патриции лиши­лись своих преимуществ. Но в социальном и экономическом отношениях плебс не был однороден. Верхушка плебса по своим доходам и образу жизни была близка к патрициату и добилась уравнения с ним в политических правах. Победу плебса нельзя рассматривать как ограниченную победу демократических начал: выиграли богатые плебейские роды, т. е. привилегиро­ванная часть плебса, которая сливалась постепенно с сохра­нившимися патрицианскими родами и к концу IV в. до н. э. составила единую привилегированную социальную группиров­ку-- нобилитет.
  
  -- Новелла - название законов и императорских указов, издававшихся византийским императором Юстинианом и следовавшими за ним императорами в дополнение к основному Кодексу законов.
  
  -- Новизна. Удовольствие вызывает новизна, которая не разрушает резко и неожиданно привычного равновесия органа или организма. Полное отсутствие новизны причиняет страдание. (Л.Оболенский)
  
  -- НОВИК, в Рус. государстве 16-17 вв. молодой дворянин, впервые поступающий на службу.
  
  -- Ноны - по римскому календарю, 7-е число марта, мая, июля и ок­тября и 5-е число остальных месяцев.
  
  -- Норики - так называлась у римлян область восточных Альп. Древней­шими жителями Норики было кельтское племя таврисков, которое позже стало называться племенем нориков. После падения Римской империи большая часть нориков отошла к остготам.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Печатный альманах "Искусство Войны" принимает подписку на 2010-й год.
По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@rambler.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2010