ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Каменев Анатолий Иванович
История военных союзов и обществ

[Регистрация] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Найти] [Построения]
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    От сисситии спартанского до казино германского


  
  
  

А.И. Каменев

ИСТОРИЯ ВОЕННЫХ СОЮЗОВ И ОБЩЕСТВ

  
  
  
   Военные союзы и общества на протяжении всей истории человечества играли выдающуюся роль. Образованные на разных началах и с различными целями, имея свою национальную окраску, они влияли на военное дело как чрезвычайно позитивно, так и негативно.
   *
   Война, военная опасность, необходимость во взаимовыручке и поддержке требовали взаимопонимания, согласия в воинских рядах. В силу этого обстоятельства среди профессиональных воинов начинают складываться определенные отношения, которые затем фиксируются в традициях, ритуалах, форме одежды, правилах поведения и общения.
   *
   Спустя некоторое время военный союз начинает обретать свое лицо и в нем формируется свой, корпоративный, дух. Этот союз уже не принимает в свой состав всяких желающих людей, а производит строгий отбор, согласно выработанным правилам. Правила эти могут водить как имущественный, так и социальный ценз и как сопутствующий - ценз нравственный. В последнем случае за основу нравственности принималось то или иное религиозное учение (католическое, протестантское, православное, исламское и т.д.).
   *
   В ряде случаев религиозная нравственность начинает приобретать главенствующее значение и тогда военный союз обретает форму военно-монашеского, со всеми аскетическими ограничениями и нормами.
   *
   По мере развития общества и усложнения социальных и классовых отношения единые военные союзы начинают распадаться на более мелкие, имеющие свою специфику, либо военно-профессиональную, либо связанную с должностным положением воинов.
   *
   Особенно активно начинают формироваться солдатские военные союзы, предназначенные, как правило, для двух целей: во-первых, для защиты солдат от произвола офицеров; во-вторых, для материальной взаимопомощи.
   К примеру, ландскнехты{1} в свое время имели право выбирать себе старосту или "амбозата", который являлся их представителем перед офицерами в качестве "их всегдашнего хода-тая, отца и опекуна". При своем избрании он обещал солдатам "всегда заступаться за них, как за своих сыновей, доводить до сведения на-чальства о нуждах, желаниях.и недугах каждого из них". Он являлся также представителем их интересов в вопросах, касавшихся жало-ванья, а солдаты обещали ему стоять за него все -- как один человек, даже в там случае, если, заступаясь за них, он скажет "лишнее словцо" и тем навлечет на себя немилость начальства{2}.
   *
   Офицерские союзы и общества также начинают специализироваться и среди них выделяются интеллектуальные организации (научные и прочие общества), союзы для проведения досуга (офицерские собрания, клубы) и т.п.
   *
   Вместе с теми военными союзами и обществами, которые направлены во благо, начинают формироваться объединения, имеющие отрицательные направленность (разного рода кружки, тайные организации и т.п.).
   *
   Отмечается и такое явление, как стремление отдельных лиц использовать силу воинского союза или объединения в личных целях (кальвинизм, бонапартизм).
   *
   По источнику возникновения отрицательных военных союзов имеются две тенденции: во-первых, такие союзы возникают изнутри в среде недовольных военнослужащих или под влиянием злонамеренных лиц; во-вторых, нити организации таких союзов тянутся из внешней среды (от революционеров, от олигархов, от иностранных агентов и т.п.).
   *
   Вооруженные силы страны нуждаются в военных союзах и объединениях, как имеющих духовную составляющую, так и научную. Большое подспорье общественным объединениям военнослужащих оказывают вневойсковые военные (военизированные) союза и объединения, как из числа ветеранов, так и предназначенные для молодежи и людей среднего возраста. Эти союзы и объединения необходимо поддерживать и развивать.
   *
   В то же время, военные союзы и объединения отрицательной направленности - это опасная сила, способная нашести вред боеспособности страны и боеготовности вооруженных сил. Деятельность этих союзов, безусловно, должна быть сведена к нулю.
   *
   Следует, однако, заметить, что правительство нередко ложно трактует деятельность некоторых военных союзов и объединений и без всяких на то оснований причисляет некоторые из них к числу вредных, ограничивая или прямо запрещая их деятельность. В силу этого обстоятельства нужен механизм защиты деятельности подобных союзов и объединений, которые, хотя и чем-то не угодили военным или гражданским чиновникам, но своей деятельностью приносящие пользу стране, офицерам и вооруженным силам.
   ***
  

История

  
   После необходимых разъяснений, обратимся к историческому опыту и начнем со Спарты.
   *
   Плутарх, этот великий греческий историк, вновь поможет нам понять некоторые важные идеи воинского братства на примере сисситий (общих трапез) в Спарте:
   "Чтобы нанести роскоши и страсти к богатству еще более решительный удар, Ликург провел третье{3} и самое прекрасное преобразование -- учредил общие трапезы: граждане собирались вместе и все ели одни и те же кушанья, нарочито установленные для этих трапез; они больше не проводили время у себя по домам, валяясь на мягких покрывалах у богато убранных столов, жирея благодаря заботам поваров и мастеровых, точно прожорливые скоты, которых откармливают в темноте, и растлевая не только нрав свой, но и тело, предающееся всевозможным наслаждениям и излишествам, приобретающее потребность в долгом сне, горячих купаниях, полном покое -- словно в некоем ежедневном лечении" {4}.
   Уделив внимание утилитарно-практической стороне этого нововведения, Плутарх обращает внимание на нравственные аспекты этой традиции:
   "За трапезами бывали и дети. Их приводили туда точно в школу здравого смысла [курсив наш - А.К.], где они слушали разговоры о государственных делах, были свидетелями забав, достойных свободного человека, приучались шутить и смеяться без пошлого кривляния и встречать шутки без обиды. Спокойно переносить насмешки считалось одним из главных достоинств спартанца. Кому становилось невтерпеж, тот мог просить пощады, и насмешник тотчас умолкал.
   Каждому из входивших старший за столом говорил, указывая на дверь:
   "Речи за порог не выходят".
   Рассказывают, что желавший стать участником трапезы, подвергался вот какому испытанию. Каждый из сотрапезников брал в руку кусок хлебного мякиша и, словно камешек для голосования, молча бросал в сосуд, который подносил, держа на голове, слуга. В знак одобрения комок просто опускали, а кто хотел выразить свое несогласие, тот предварительно сильно стискивал мякиш в кулаке. И если обнаруживали хотя бы один такой комок, соответствующий просверленному камешку, искателю в приеме отказывали, желая, чтобы все, сидящие за столом, находили удовольствие в обществе друг друга. Подобным образом отвергнутого называли "каддированным" -- от слова "каддихос", обозначающего сосуд, в который бросали мякиш".
   *
   От Спарты и античности шагнем в средние века и обратим внимание на военно-монашеские ордена, взяв в качестве подспорья данные из "Военной энциклопедии" в 18 томах, под ред. В.Ф. Новицкого (том 6).
   *
   Когда нашествие варваров разбило остатки античной цивилизации, население Западной Европы начало группироваться около двух оплотов средневековья - рыцарского замка и монастыря. Эти два оплота, действуя друг на друга, создали своеобразные общины - военно-монашеские ордена, возникновение которых относится к эпохе крестовых походов.
   *
   Первым, по времени возникновения, был орден Святого Иоанна Иерусалимского, члены которого назывались сначала Иоаннитами, потом Родосскими и, наконец, Мальтийскими рыцарями.
   В половине ХI в. богатый мавр из Амальфи, видимо тайно принявший христианство, выхлопотал у халифа разрешение устроить в Иерусалиме госпиталь для христиан-паломников и при нем часовню Святой Марии. В 1099 году, в видах необходимости организовать оборону Иерусалимского королевства, король Гвидо Лузиньян воспользовался уже существовавшей при этом госпитале общиной, которая обзавелась и церковью Святого Иоанна Иерусалимского.
   Мысль образовать из рыцарей и паломников орден, члены которого были бы связаны единой религиозной и государственной задачей охранять Гроб Господень, получила окончательное выражение в 1113 году, с разрешения папы Пасхалиса II, и с этого времени монахи-рыцари стали называться Иоаннитами или Госпитальерами (странноприимцами). Главою ордена был выбран в 1118 году с титулом ректора Раймонд Дюпюи. Члены ордена разделялись на 3 класса: I)рыцари, 2)духовенство и 3)слуги. Все произносили одинаковые обеты - бедности, целомудрия и послушания, а рыцари, сверх того, - и постоянной борьбы с неверными.
   Отличительным внешним знаком ордена был черный плащ с белым крестом. Впоследствии, на войне стали надевать красный плащ, чтобы не было заметно крови.
   Уже Дюпюи принял титул магистра ордена, а в 1267 году папа Климент IV даровал главе ордена титул великого магистра.
   В 1187 году, при взятии Саладином Иерусалима, погибла большая часть рыцарей, а остальные перешли в Птолемаиду. В 1191 году Иоанниты присоединились к крестоносцам, под началом Филиппа французского и Ричарда Львиное Сердце. Во время длительной осады Акры среди крестоносцев возник новый рыцарский орден - Святого Иоанна Крестителя и Святого Фомы. Цели этого ордена были тождественны с целями Иоаннитов, и оба ордена скоро слились; только в Испании осталась самостоятельная отрасль под названием ордена Святого Фомы.
   В начале ХIII века часть ордена Иоаннитов перешла из Птолемаиды в Испанию и, помогая королю Иакову Аррагонскому, завоевала у мавров Валенсию, за что рыцари получили большие земли. Оставшиеся же в Малой Азиии продолжали борьбу с турками. Особенно тяжела была для ордена война с Египтом, когда в сражении при Газе в 1241 году пала большая часть рыцарей во главе с магистром Гереном. В 1291 году, когда Акра была уступлена султану, орден был вынужден перейти на Кипр, где уже ранее основались рыцари-тамплиеры, вначале радушно встретившие Иоаннитов, но скоро с ними поссорившиеся из-за земельных участков.
   Великий магистр Иоаннитов, Вилларе, собрав на Кипре всех рыцарей своего ордена из разных государств, положил начало могущественному флоту ордена, при помощи которого в 1309 году завоевал о. Родос, куда и перешел орден с Кипра.
   ХV век был наиболее блестящим в истории ордена. С уничтожением в 1312 году ордена Тамплиеров, Иоанниты унаследовали от них и Кипр и несколько других островов. Сильный флот дал возможность завоевать землю в Малой Азии около Смирны и Галикарнаса. Около середины ХV века египтяне начинают высылать свой флот для борьбы с рыцарями. В 1444 году они в первый раз напали на Родос, но были отражены. В 1479 году I00-тысячная армия султана Магомета II вновь отправились к Родосу, но, несмотря на ряд штурмов, она была отбита и вынуждена уйти.
   В ХVI веке внутри ордена начинаются раздоры, и значение его постепенно падает. В 1521 году великим магистром был выбран Филипп Виллье де Лили Адан. Канцлер ордена Аморал, сам рассчитывавший быть избранным, решил отмстить ордену и через еврея передал туркам о слабости гарнизона Родоса. В 1522 году султан Солиман II подошел к Родосу на 400 кораблях с 140 тысячами. У ордена было 600 рыцарей и 4.500 пехоты, но, несмотря на такое несоответствие средств, оборона тянулась полгода. Великий магистр надеялся, что христианские государства помогут ордену. Однако, надежда не оправдалась, и к 1 января 1523 года состоялась капитуляция, после чего остатки ордена Иоаннитов перебрались сначала в Мессину, оттуда в Чивитта-Веккию и, наконец, на остров Мальту, который получили в дар от императора, а также в Гоццо и Триполи, с обязательством защищать берега от набегов мусульманских корсаров. С 1530 года, когда орден прочно устроился на Мальте, рыцари получили название Мальтийских.
   Реформация лишила орден богатых имений в Англии, Нидерландах и Скандинавии, а изменившаяся обстановка жизни в европейских государствах значительно сократила прилив к ордену новых сил.
   Внутреннее устройство ордена было таково: во главе стоял великий магистр, избираемый рыцарями пожизненно; все остальные члены ордена делились на 8 наций - Прованс, Оверн, Франция, Италия, Аррагония, Кастилия с Португалией, Германия и Англия. Во главе каждой нации стояло особенное выбранное лицо, которое, вместе с тем, занимало и одну из крупных должностей в ордене: Прованс давал великого командора (главный казначей); Оверн - великого маршала (начальник пехоты); Франция - госпитальера (заведующий благотворительными учреждениями); Италия - великого адмирала (начальник флота); Аррагония - великого консерватора (министр внутренних дел); Кастилия с Португалией - великого канцлера (министр иностранных дел); Германия - великого бальи (начальник всех фортификационных сооружений); Англия - туркопилера (начальник всей конницы). Главы наций составляли, под председательством великого магистра, тайный совет ордена. Каждая нация делилась на великие приорства, баллии и командорства.
   ВесьХVI век Мальтийские рыцари вели геройскую борьбы с турками и продолжали расширять свои владения, завоевав Коринф, Лепатно и Патрос. С конца ХVI века орден испытывает все большее и большее вмешательство папской власти, и к началу ХVII века папский инквизитор, живший на Мальте, уже захватил право выдавать патенты на звание Мальтийского рыцаря.
   *
   Сношения Мальтийских рыцарей с Россией начались при великом магистре Раймунде де-Рокафуль (1697-1720), когда возникли ничем не кончившиеся переговоры о союзе против турок. Более действительными оказались сношения, завязанные великим магистром принцем де-Роганом (1775-1797). По завещанию князя Острожского, большая часть его земель, при прекращении мужского потомства, должна была перейти к Мальтийскому ордену, образовав особое великое приорство. Завещание это вызвало долгие споры, но Екатерина II поддержала права ордена и еще увеличила земли нового великого приорства, присоединив к ним имения изгнанных иезуитов.
   Французская революция, объявив борьбу духовенству и дворянству, сильно обрушилась на Мальтийских рыцарей. Декретом конвента 19 сентября 1792 года имения ордена во Франции были конфискованы, а рыцари изгнаны из пределов государства. В это время орден неожиданно получил помощь от императора Павла I. 4 января 1797 года, вследствие влияния на императора мальтийского посланника графа Литты, было разрешено учредить в России великое приорство ордена с I3 командорствами, одаренными землями и деньгами. Русское великое приорство было присоединено к англо-баварскому языку (нации), чтобы не нарушать общей организации ордена.
   В 1798 году манифестом Павел I объявил об установлении "В пользу российского дворянства ордена Святого Иоанна Иерусалимского". Орден делился на 2 приорства (римско-католическое и российско-православное). Великий приор, 2 приора и 98 командорств должны быть русскими подданными, иметь не менее 150 лиц дворянства, полученного за военные заслуги, и сделать взнос в орденскую казну. Для получения командорства требовалось, сверх того, сделать не менее 4 кампаний, по 6 месяцев каждая, в русской армии или во флоте ордена. Средства, жалуемые ордену, были увеличены. В это время вихрь революции оканчивал разрушение ордена. В 1798 году Бонапарт, на пути в Египет, без боя 12 июня захватил Мальту. Великий магистр Гомреш был низложен. В декабре рыцари ордена собрались для выбора нового великого магистра. Благодеяния, оказанные ордену императором Павлом, и умелая деятельность графа Литты, доставили избрание в великие магистры императору Павлу, но часть рыцарей не признала этого акта, так так, по их мнению, главою католического ордена мог быть только католик. Избрание состоялось 16 декабря 1798 года, и Павел I его принял, повелеть к своему титулу прибавить слова "великий магистр ордена Святого Иоанна Иерусалимского". Император Павел видел в привитии России Мальтийского рыцарства средство борьбы с разлившейся по Европе революцией; он мечтал объединить все консервативные элементы и в то же время придать новый блеск русскому дворянству, соединив его в орден с наиболее знатными родами Европы.
   Для увеличения числа лиц, имевших отношение к ордену, Мальтийский крест, но без права рыцарства, стал жаловаться и не дворянам; для женщин были установлены особые знаки ордена и, наконец, в 1800 году было повелено выдавать нижним чинам за 20 лет беспорочной службы медные кресты Мальтийского ордена, носившие название "донаты ордена святого Иоанна Иерусалимского". В 1800 году Мальтою овладели англичане, обязавшиеся по Амьенскому договору возвратить ее рыцарям, но не исполнившие этого пункта договора.
   Александр I отказался от звания великого магистра ордена, сохранив титул протектора, а в 1817 году было объявлено, что "после смерти командоров ордена Святого Иоанна Иерусалимского наследники их не наследуют звания командоров и не носят знаков ордена, по тому уважению, что орден в Российской империи более не существует".
   *
   Орден Тамплиеров или Храмовников (tempie - храм) возник в 1118 году, будучи основан Гуго-де-Пайеном, Жоффруа-де-Сент-Адамаром и еще несколькими французскими рыцарями-крестоносцами. Название свое орден получил потому, что король Иерусалимский, Болдуин II подарил ему дом возле церкви, воздвигнутой на месте разрушенного храма Соломона. В 1128 году в Труа Святым Бернардом был составлен устав для ордена получивший утверждение папы Гонория II и наставление патриарха Иерусалиского.
   Чрезвычайно строгий устав этот требовал от рыцарей обетов целомудрия, послушания, бедности и постоянной борьбы с неверными. Они должны были постоянно нести труды или воина, или подвижника. Рыцари клялись идти в бой один на троих; сдаваться в плен они не могли, т.к. устав запрещал ордену платить за них выкуп.
   Права рыцарей были огромны: судить их мог только папа или капитул ордена; свидетелем против тамплиера мог быть только тамплиер же, свидетельства прочих лиц не принимались.
   Орденской одеждой был белый плащ с красным крестом. Орден, во главе которого стоял гроссмейстер, пожизненно избиравшийся рыцарями и живший в Иерусалиме, состоял также из рыцарей, духовенства и слуг. При гроссмейстере собирался капитул или совет из старейших членов ордена. Поместья ордена, под названием баллий и командорств, рассеянные по всей Европе, подчинялись магистрам провинциальных капитулов, которые были во Франции, Англии, Португалии, Венгрии, Аррагонии и других.
   Скоро после основания ордена рыцари-храмовники стяжали себе огромную славу и привлекли в свою среду представителей наиболее знатных фамилий рыцарства Европы, преимущественно французов. Хотя рыцари давали обет бедности, но самый орден быстро богател и в ХIII веке он владел более чем 9 тысяч крупных поместий. В Париже ордену принадлежал целый квартал Тампль, которому было присвоено право убежища. После взятия Иерусалима Саладином орден перешел в Птолемаиду, а оттуда вместе с Иоаннитами на Кипр, но большая часть рыцарей Тамплиеров вернулась в свои европейские командорства, и в начале ХIV века вспыхнула долго готовившаяся борьба ордена с королевской и папской властью. Вместе с накоплением огромных богатств пришла и порча нравов. Рыцари давали обет целомудрия, но постоянное соприкосновение с обычаями Востока привело к тому, что у многих образовались гаремы, состоящие из мусульманок и евреек, которых рыцари будто бы обращали в христианство. Исчезла старая простота и скромность жизни; в Европе составились даже поговорки: "пьян, как тамплиер" и "бранится, как тамплиер". Рыцари широко пользовались и своими судебными привилегиями, и много кровавых преступлений осталось безнаказанными. Для европейских государств, начинавшихся объединяться и выходить их хаоса раздробления владений, орден, как государство в государстве, становился опасен. Власть духовная - папа и власть светская того государства, в котором орден владел наибольшим имуществом, т.е. король Франции, не решались все же на открытую борьбу с орденом и вдвинули против Тамплиеров обвинение в отступничестве от веры и в колдовстве.
   Нет сомнения, что среди высших чинов ордена Храмовников было распространено тайно (оккультное) учение, полученное ими от восточных ученых. Тут смешались и древние мистерии Греции и сокровенное учение Египта, и каббала евреев.
   Первый толчок в этом направлении был дан уже тем, что в Иерусалиме орден владел храмом Соломона, с сокрытыми будто бы в нем сокровищами и книгами, хранящими чудесные тайны. Как доказательство причастности рыцарей к тайным знаниям и к магии, можно привести тот факт, что до сих пор все старейшие общества, занимающиеся теми же вопросами, как масоны, розенкрейцеры, мартинисты и др., в числе многих званий своих членов, имеют для одного из высших степеней звание "Chevalier du Temple " (рыцарь-храмовник").
   В конце ХIII в. орден, в лице своих главных представителей, довольно скептически относился к папской власти и тем окончательно возбудил ее против себя. Началась борьба храма (Temple) с церковью (Eglise). Взаимные обвинения превосходили всякую меру. Папы обвиняли рыцарей в богоотступничестве, в поклонении дьяволу в виде козла (Бафомет), в приношении ему человеческих жертв, в устройстве бесовских шабашей и т.п. Рыцари, ссылаясь на Апокалипсис и на безнравственность ряда пап, называли папский двор "великою блудницею".
   Последним толчком, побудившим врагов ордена начать действия, было гостеприимство, оказанное орденом во время бунта населения королю Филиппу IV Красивому. Король, будучи в Тампле, убедился какими огромными богатствами владел орден, и у него явилась мысль обогатиться за его счет. На желании присвоить себе имущество ордена сошлись два недавних заклятых врага: король Филипп и папа Климент V. На тайном совещании 1306 года союзники установили план действий. Король подал жалобу папе на рыцарей, обвиняя их в вышеуказанных преступлениях и в непосредственной связи с мрачной восточной сектою ассасинов (assassin - убийца). Но папское правосудие шло медленно, пока орден обладал всею своею силою; тогда выступил король, по приказу которого, 13 октября 1307 года Храмовники были арестованы одновременно во всей Франции и брошены в тюрьмы. Предательски заманенный во Францию великий магистр ордена Яков Моле был арестован и заключен в башне. Каковы бы ни были вины рыцарей, но расправа с ними была жесткой. Вопреки булле 1163 года и обычаю, рыцари были подвергнуты пытке и последовали массовые казни с отобранием имущества ордена на короля и папу. Буллою 1312 года папа Климент V уничтожил и самый орден. В марте 1314 года был сожжен Яков Моле, признанный современниками невиновным в возводимых на него преступлениях.
   Явная жизнь ордена кончилась, но есть предположение, что тайно орден существует, или существовал еще не так давно, имея главной целью месть за разгром.
   Крайние левые французские революции приняли название Якобинцев, по церкви, построенной в память Якова Моле, в которой они собирались. Несчастный Людовик ХVI был заключен в Тампле в той же башне, где томился когда-то великий магистр ордена. Все это, может быть, просто совпадения, но их много, и разрешение этой интересной загадки заключается в тайных архивах масонов и мартинистов, если изучение их когда-нибудь станет возможным.
   *
   Наглядные картины военной жизни и военной организации дает статут Ордена храмовников. Когда отряд собирается разбить лагерь, прежде всего, огоражи-вают веревками место для часовни; затем назначают место для маги-стра ордена, палатки для трапез, для комтура провинции и для провиантмейстера; остальные братья выбирают себе места, только когда раздается клич: "Располагайтесь, господа братья, во имя господне!" (гл. 148 статута Ордена храмовников).
   Храмовник без разрешения не должен удаляться от лагеря даль-ше, чем слышен звук голоса или сигнального колокола; из двух его оруженосцев один всегда, должен держаться поблизости, в то время как другой отправляется за дровами или фуражем (гл. 149).
   Рыцари до получения приказа не должны седлать коней и садиться на них. Они должны проверять, не забыта ли какая-либо часть сна-ряжения. В походе оруженосцы с оружием должны ехать впереди рыцаря, а те, кто ведет его лошадей (ибо каждый рыцарь имел 3 или 4 лошади) - сзади, и никто не имеет права оставить своего места в ряду, даже для того, чтобы на короткий момент испытать своего коня. Никто под страхом утраты орденской мантии не имеет права нападать без приказа или покидать ряд (гл. 162, 163, 166).
   Когда дело подходит к бою, начальник отряда берет знамя и выделяет 5-10 рыцарей, которые окружают его для охраны знамени. Эти братья должны рубиться с противником вокруг знамени и не имеют права ни разлучаться с ним, ни удаляться от него; остальные же братья, подойдя к противнику, могут напасть на него спереди и сзади, справа или слева, словом - там, где они могут нанести ему урон (гл. 164). Комтур носит обернутое вокруг копья запасное знамя, которое он развертывает, когда с главным знаменем случается какое-либо несчастье. Ему поэтому запрещается пускать в ход копье, вокруг которого обвито запасное знамя, даже когда для этого представляет-ся подходящий случай (гл. 165,241, 611).
   Даже будучи тяжело раненым, рыцарь без особого разрешения не имеет права оставлять знамя (гл. 419, 420). Также в случае поражения рыцарь, под угрозой исключения навсегда из ордена, не смеет поки-дать поле сражения до тех пор, пока еще развевается знамя, а когда собственное знамя утрачено, рыцарь должен примкнуть к знамени иоаннитов или другому христианскому знамени. Лишь когда все раз-биты, рыцарю можно "искать спасения там, где бог поможет!"(гл. 168, 421) {5}.
  
   *
   Тевтонский орден был основан в 1128 году, т.е. почти одновременно с орденом Тамплиеров. Так как орден Тамплиеров был создан главным образом французскими рыцарями, то они неохотно принимали в свою среду немцев, а потом такой прием и совсем прекратился. Несколько богатых немецких рыцарей в Иерусалиме образовали особое братство для помощи поломникам, под названием братство Святой Марии Тевтонской. До крестовых походов Фридриха Барбароссы новое братство мало развивалось, с появлением же в Палестине большого числа немецких рыцарей, оно в 1189 году получило организацию по образцу Тамплиеров и название "Ордена дома Святой Девы Иерусалимской". Название это продержалось недолго, и в 1191 году папа Климент III утвердил устав ордена с наименованием его Тевтонским.
   Первым гроссмейстером ордена был Генрих Вольдботт, установивший правило, что членом ордена может быть только немец; в остальном орден был подобием Тамплиеров, развивая только шире благотворительную деятельность.
   После падения Акры гохмейстер Герман Зальца перевел орден в Венецию, откуда внимательно следил за международными отношениями, чтобы получить где-нибудь земли и основать для ордена самостоятельное государство.
   Борьба пап с Гогенштауфенами, причем обе стороны старались привлечь к себе орден, дала ему большие земли в Германии и Италии. Особенно щедро одарили орден император Фридрих II и папа Гонорий III. Надежда на независимое существование явилась у ордена, когда король венгерский Андрей предложил ему в Трансильвании земли с городами Крейцбургом и Кронштадтом, с обязательством защищать границу от набегов соседей; орден вступил во владение пожалованными землями, но скоро рассорился с королем, который отобрал свой дар обратно.
   Более прочно обосновался орден в Пруссии. Принявший христианство Мазовецкий князь Конрад в 1226 году предложил ордену Кульмскую и Лебодскую земли за защиту от язычников-пруссов. Наученный горьким опытом с Трансильванскими землями гохмейстер Зальца испросил у императора Фридриха II грамоту на владение Кульмской и Прусской землями, и в 1228 году значительная часть рыцарей, под началом Германа Балька, пришла на Вислу. Пруссия того времени была населена языческим народом литовского племени. Проповедь христианства среди пруссов была начата в 1209 году епископом Христианом, который пытался проповедовать крестовый поход против пруссов, но на его призыв не откликнулось достаточного числа рыцарей. Когда же Тевтонские рыцари прибыли в Пруссию, как владетели ее, то между ними, епископом Христианом и князем Мазовецким начался спор из-за права владения, переходивший в вооруженные столкновения. В 1231 году спор закончился тем, что орден признал себя вассалом епископа и обещал ему передать значительную часть завоеванных прусских земель. С этого времени началось постепенное методическое завоевание Пруссии немцами. Местные жители вырезывались поголовно и на их местах селились вызываемые из Германии колонисты. Рыцари истребляли язычников за то, что те - не христиане, а когда пруссы хотели креститься, рыцари или утверждали, что они недостойны этого и все-таки истребляли, или же, если не было под рукой достаточного числа немецких колонистов, разрешали креститься, но обращали пруссов в рабство.
   Для закрепления за собою завоеванных земель рыцари строили укрепленные города, из которых первым был заложен г. Торн в 1231 году. Также удачно вел орден и свои дипломатические дела. Воспользовавшись тем, что его Сюзерен, епископ Христиан, попал в плен, орден получил от пары в 1234 году права на всю Прусскую и Кульмскую земли, за обязательство платить дань лично папе, который таким образом, делался сюзереном ордена.
   В 1237 году Тевтонский орден соединился с Ливонским орденом и был включен им в борьбы с Русью, кончившуюся разгромом сил рыцарей в 1242 году (Ледовое побоище).
   Для ордена наступило трудное время. Пруссы, выведенные из терпения притеснениями рыцарей, восстали и напали на рыцарские замки. Епископ Христиан, выкупившись из плена, требовал обратно свои земли. Орден был спасен союзом, заключенным им с чешским королем Оттокаром, помогавшим усмирить пруссов. Христиан скоро умер, а спор ордена с его наследников был разрешен папою в пользу ордена тем, что архиепископский престол был перенесен в Ригу, а владетельные епископы Прусский и Кульмский стали назначаться исключительно из членов ордена.
   К началу ХIV века орден обратился в немецкое государство. Цель, поставленная еще гохмейстером Зальца, была достигнута, и в 1309 году гохмейстер Зигфрид Фейтхванген перенес свою резиденцию и главное управление орденом из Венеции в Мариенбург. ХIV век - время наибольшего расцвета ордена, особенно период управления гохмейстера фон-Книпроде (1351-1382), человека жестокого, но дальновидного и всецело преданного интересам ордена. К этому времени управление ордена имело следующую организацию: верховный сюзерен ордена- папа, но его отношение к ордену состояло только в получении ежегодной дани. Следующим органом был дейтчмейстер, управляющий землями ордена в Германии и имевший один право собирать великий капитул ордена, которому предоставлялось право судить гохмейстера, в действительности главного распорядителя судьбами ордена.
   Гохмейстер, или великий магистр, был председателем капитула, состоявшего из пяти выбранных рыцарей, исполнявших обязанности министров. Все земли ордена делились на области, каждая область была вверена рыцарю-комтуру, который был и комендантом укрепленного города или замка этой области. Остальные члены ордена состояли из рыцарей, носивших белый плащ с черным крестом; милосердных братьев, ухаживающих за ранеными и больными, и священников. Были еще и полубратья (Halbbruder), которые имели право драться под знаменами ордена, но как не дворяне не имели права на добычу. Во время падения ордена появились еще и орденские сестры.
   В захваченной и онемеченной стране орден установил строгий порядок и построил целую сеть крепостей - рыцарских замков. Но одновременно с развитием ордена росли и его враги. Еще в 1315 году был заключен против ордена союз Владислава Локетка (Польша) с Гедимином (Литва). Война шла с переменным счастьем. Другим врагом ордена было недовольство на бесправие горожан и духовенства. Крупные торговые центры, как Данциг, Кенигсберг и т.д. присоединились к Ганзенскому союзу и требовали себе права внутреннего самоуправления, в чем орден им отказывал.
   С объединением Польши и Литвы при Ягелло внешнее положение ордена стало ухудшаться, и в 1410 году на полях Грюнвальда (Танненберг) рыцари понесли тяжелое поражение от русских, поляков и литовцев, после которого орден уже никогда не мог оправиться.
   Реформация лишила орден многих владений в Германии и тем окончательно подорвала его силы.
   *
   Ливонский орден основан позднее других, а именно в 1202 году, и был единственным, возникшем не в Палестине. Основатель Риги, епископ Альберт фон-Буксгевден, желая упрочить свое положение, как государя вновь завоеванных земель, вызвал из Германии рыцарей, организовал, с разрешения папы, орден и принял от него ленную присягу. Во главе ордена стоял магистр, или мейстер, которому подчинялись комтуры, ведавшие областями и имевшими в своем подчинении рыцарей. Орден скоро принял название ордена Меченосцев.
   Первое время отношения между орденом и его сюзереном, епископом, были хорошие, но вскоре орден почувствовал силу и стал домогаться независимости; отношения испортились, и первый магистр Виунольд фон-Рорбах перенес свою резиденцию из Риги в укрепленный Венден. Завоевание земель шло быстро, и в I207 году епископ Алберт получил всю Ливонию в лен от императора.
   *
   ХIII и ХIV вв. - время наибольшего развития ордена Меченосцев; тогда было построено много замков, и край сильно онемечен, хотя далеко не в той степени как Пруссия. В этот же период началась внутренняя борьба с разбогатевшими городами.
   К врагам ордена прибавился еще один, наиболее серьезный. Добрые отношения с соседними русскими княжествами длились недолго, и орден начал постепенный захват Новгородской и Псковской областей. В 1240 году, т.е. в год Невской битвы, меченосцы захватили значительную часть Псковской земли, а в 1241 году взяли и город Псков, после чего, двинулись к Новгороду. Для закрепления за собой завоеванного пространства, они построили крепость Копорье. Призванный новгородцами Александр Невский 5 апреля 1242 года нанес рыцарям сильное поражение на льду Чудского озера (Ледовое побоище). В этом сражении, где меченосцам помогали и Тевтонские рыцари, немцы понести такие потери, что были вынуждены вернуть все захваченные земли и отказаться от мысли распространить свои владения на восток.
   В ХV веке началось падение ордена, Грюнвальдское сражение, сломившее Тевтонский орден, сильно потрясло и Меченосцев.
   К середине ХVI века Ливонский орден был вовлечен в водоворот крупных событий, в которых играли роль сильные государства, как Россия и Швеция; поэтому его значение все уменьшается, и он постепенно теряет свои владения. К концу ХVI века вся Эстляндия была под протекторатом Швеции. Эзель перешел во владение Дании, Лифляндия досталась Польше. При последнем магистре меченосцев ордену принадлежала только Курляндия. Орден меченосцев прекратил свое существование в 1561 году.
   ***
   Рыцарство, как военное явление, событие уникальное. Во-первых, оно дало жизнь особому виду поведения и нормам, которые должен был соблюдать рыцарь (кодекс чести). Во-вторых, оно (рыцарство) стало уделом избранных, ибо только имущий дворянин мог стать рыцарем (так, к примеру, вооружение и лошадь одного рыцаря в IХ веке равнялась стоимости 45 коров, а с учетом затрат на конного слугу, повозку, продовольствие и т.п. снаряжение рыцаря в поход равнялось стоимости всего крупного скота целой деревни{6}). В-третьих, рыцарство, наряду с позитивом, породило и негатив в военном деле.
   Положительно было то, что рыцарями становились сильные и храбрые, а трусливые и слабые не могли быть терпимы в рыцарской среде. Позитивно и то, что сложилась особая рыцарская идеология, с идеалам прекрасного, с призывом к самодисциплине, с указанием на высокую задачу - быть слугой вечных идей, представляемых церковью{7}.
   Негативных явлений было достаточно много. Рыцарь без настоящей боевой работы превращался в разбойника. Правительству приходилось предпринимать целые походы против рыцарей-разбойников, опираясь на местное ополчение.
   Но самое печальное заключалось в том, что бой рыцарей состоял из множества единоборств, не связанных между собой тактически. Идеалом рыцарского боя являлась "La Kere" - проездка рыцаря насквозь через неприятельский боевой порядок, возвращение обратно и новая поездка с попутными поединками{8}.
   Сильно развитое классовое сознание рыцарей заставляло видеть в противнике члена своей же корпорации, товарища. Это вело к тому, что противника щадили, ибо за пленного рыцаря можно было получить хороший выкуп. Не редки были случаи, когда на одного убитого рыцаря приходилось до 50 пленных рыцарей{9}.
   В такой ситуации нельзя было рассчитывать на решительность боевого столкновения и безусловную победу.
   *
   В силу названных обстоятельств, английский король Эдуард III, обладавший хорошим тактическим чутьем, решил повысить боевую ценность лучников, приказав спешить рыцарей. Дело было в том, что лучники, боясь атакующей конницы, очень рано прекращали стрельбу и тем самым наносили малый урон противнику. Английский рыцарь, оставаясь верхом, мог бы нанести неприятелю больше поражения; но спешенный рыцарь являл преимущество иной - моральной - силы, так как своим примером заставлял лучников продолжать стрелять, несмотря на приближающегося неприятеля.
   В этом отношении спешенные рыцари явились предтечей позднейших младших офицеров, задача коих заключалась в том. что действовать не столько оружием. Сколько примером{10}.
   *
   Чехия. В пределах рассматриваемой темы заслуживает внимания тактика и опыт полководца восставшей Чехии Яна Жижки{11}, но, прежде всего, Устав этого полководца.
   Устав имел политическую часть, ясно подчеркивающую массам основные лозунги и цели борьбы, заключал подробную регламентацию походного движения и очень внимательно разбирал вопросы, относящиеся к поддержанию дисциплины при движении, на отдыхе, при дележе добычи и т.д. {12}.
   Это был один из первых нормативных документов, который нес на себе политическую функцию и имел целью сделать понятной для основной массы цели освободительной войны.
   *
   Швейцария. В конце ХIII в., в некоторых швейцарских общинах среди крестьянства стали образовываться союзы для изучения военного дела, члены которых занимались стрельбой, гимнастикой, приучали себя к продолжительным переходам по горам и т.д. Целью этих союзов была подготовка населения к войне против ига австрийских герцогов. Сначала, в 1291 году, стратегически объединились кантоны Ури, Швиц, Нидвальден и Обвальден и написали затем "союзную Грамоту". В 1332 году к их федерации присоединился кантон Люцерн, в 1352 г. - Цюрих, Гларус и Цуг, в 1353 г. - Берн. С 1415 года "швейцарское клятво-товарищество" начало свои ежегодные федеральные съезды{13}.
   В рыцарских армиях, несмотря на авторитет сеньоров или предводителей наемников, дисциплина бы-ла очень слабой, так как такое войско всецело базировалось на лич-ном мужестве, храбрости и тщеславии воинов, и руководства в сра-жении почти не было. Швейцарцы же, - хотя они на марше, в лаге-рях или при грабежах были так же разнузданы, как и наемные банды того времени, - все же во время сражений слушались команды, а в серьезный момент боя дисциплина ста-новилась еще более суровой. В Бернской хронике Юстингера (1420 г.) неоднократно упоминается, что поражение на войне получается из-за непослушания и беспорядка, и командиры призываются не да-вать пощады "клятвопреступникам" и бесчестным, уклонившимся от знамени.
   Дезертир и паникер подлежали суровому суду, или же их без вся-кого суда их мог заколоть сосед. Согласно постановлению Швей-царского союзного совета в Люцерне в начале 1475 г. перед каждым сражением командиры должны были брать клятву с солдат в том, что до конца сражения они не будут грабить, а в арьергарде должно вы-ставляться несколько человек, которые следили бы за порядком и нарушавших его убивали на месте.
   Наглядное описание выступления швейцарского войска сохранилось в сообщении миланского посланника Бернардина Империалис (Вегnardimis Imperialis), наблюдавшего в 1490 г. один "аусцуг" цюрихцев: "Итак, сегодня около 18 человек со знаменами в полном порядке дви-нулись на обнесенную стеной площадь, - писал он, - и там они по обычаю принесли присягу в верности и пообещали слушаться команди-ра. При таком празднестве они прощают взаимно обиды и ненависть".
   "Затем они двинулись в походном порядке; сперва шли 12 конных арбалетчиков-дворян в одинаковой одежде; затем 2 конных и не-сколько сапер с топорами, барабанщики и рота длинных пик числом больше 500. Командиры были сыновьями рыцарей; они шли пешком в полном вооружении, по трое. За ними следовало 200 стрелков из ружья, потом 200 алебардщиков... Затем большой барабан и флейтисты; за ними следовало знамя, которое нес один красавец; все - пешком; знамя нельзя везти на коне.
   Подле упомянутого знаменосца находилось два служителя государствен-ного суда с жезлом в руках; это означало, что они являются храни-телями правосудия. По желанию, каждый из них может приложить свою руку к чьей-либо груди и отвести его в тюрьму; никто не вос-препятствует этому.
   Затем следовали, - с позволения сказать, - па-лач с 3 помощниками и вслед за ними 6 девок, выбранных для похода и оплаченных городом. После этого в порядке прошло свыше 400 других алебардщиков, составленных из самых сильных людей и луч-ше всех вооруженных, так как, по их словам, они служат охраной зна-мени; их оружие представляет собой густой лес. Затем следовало 400 арбалетчиков, среди них - много сыновей дворян из всех городов страны; все они шествовали решительным шагом. За ними шло еще много пикинеров. В общем, было около 4.000 человек, включая отряды окружных местностей, подвластных Цюриху. Во всем аусцуге было свыше 20 барабанов; наконец, верхом продефилировало 3 трубача, причем они и их трубы были разукрашены в цвета города.
   Вслед за-тем на коне ехал капитан, господин Конрад Швенд, рыцарь в полном вооружении; многие предметы снаряжения его лошади были украше-ны золотым гербом; он был с жезлом командующего и венком из цветов на голове; за ним - паж с копьем; флажок на острие имел по-золоченный герб, равно как и щит. Потом двигались б телохраните-лей с копьем у бедра и 12 арбалетчиков, - все на хороших конях, в одинаковой одежде, с одинаковыми копьями. Все войско имело на вооружении, на шапках или на чулках белые кресты.
   За капитаном следовал другой рыцарь, которому поручено было наблюдение за порядком во время сражения, со многими конными пикинерами и арбалетчиками, все в одинаковой одежде. Затем около 30 повозок с боевыми припасами и артиллерией, в составе которой было 4 тяжелых 50 - 70-фунтовых пушек.
   За этим (цюрихцами) промарширует остальная часть союза; это будет большой, готовой к бою армией" {14}.
   *
   Деятельность швейцарцев была столь удачна, что после двух блестящих побед над австрийцами (Моргартен и Земпах), за ними установилась репутация прекрасных воинов, и Швейцария на долгое время сделалась главным поставщиком наемных солдат для европейских армий.
   ***
   Из глубин Аравии во времена средневековья выступили арабы (сарацины{15}), сплотившиеся под знаменами ислама. По справедливому заключению, А.А. Свечина, ислам - не только религия; ислам - это организация сил народа с помощью религии, в политическом и военном отношении{16}.
   Возникшее учение было охотно воспринято бедуинами, а военная организация получила со стороны религии огромную поддержку: за полководцем стоял авторитет Аллаха; мужество воинов усиливалось учением о седьмом небе и небесных гуриях - награде павшим. Показателем высоты дисциплины сарацин явилось устройство на каждую ночь укрепленного лагеря (по древнеримскому образцу), а также проведение в жизнь запрещения употреблять спиртные напитки{17}.
   Магометанское рыцарство - это упорядоченный религиозно-политический механизм, имело свою национальную (восточную) окраску: восточные народы имели стремление покончить с противником одним махом ("Пророк любит побеждать к вечеру"); если общий наскок не удавался сразу же, то мог наступить опаснейший кризис.
   *
   Скрепой монгольского войска была жестокая дисциплина. Принцип децимирования (казнь каждого десятого в провинившемся подразделении) побуждал к круговой поруке, где "каждый за всех и все за одного".
   Уверенность войсковому организму придавала широкая подготовка предстоящего походе. Так, войне предшествовала обширная политическая разведка, разложение неприятеля, разведка местных средств и возможностей{18}.
   *
   Период Османской империи{19} отмечен созданием института янычар.
   Янычары, или "новые войска" (Jeni dscheri), созданные примерно в 1330 г., - постоянное дисциплинированное войско, пополняемое мальчиками, на-сильно отрываемыми от семей покоренных христиан. Каждые 10 янычар образуют "ряд" (Rotte), имеющий артельную палатку, общий котел и общую вьючную лошадь. 8 - 12 таких "рядов" образуют роту, "оду", подчи-няющуюся особому командиру{20}.
   Командир оды (роты) назывался чорбаджи-баши, т. е. раздатчиком супа; другие офицеры имели титул "главный повар" (ашдши-баши) и "водонос" (сака-баши). Название роты -- ода -- обозначает общую казарму -- спальню; рота иначе называлась "орта", т. е. стадо. По пятницам ротный котел посылался на кухню султана{107}, где для воинов Аллаха приготовлялся пилав. Вместо кокарды, янычары втыкали спереди в свою белую войлочную шапку деревянную ложку. В позднейший период разложения митинги происходили вокруг войсковой святыни -- ротного котла, и отказ янычар вкусить привезенный из дворца пилав являлся опаснейшей революционной приметой -- демонстрацией.
   Такова была экономическая база строительства первой постоянной пехоты. Но организация янычар покоилась не исключительно на поклонении мамоне. Забота о воспитании духа была вверена ордену дервишей (мусульманских монахов) "бекташи". Мальчик, чаще всего христианин, насильно оторванный от родительского дома, поступал в институт "неопытных мальчиков" (адшмен оглан) и здесь развивался физически и воспитывался духовно. Заставить забыть дом, родину, семью, внушить необузданный магометанский фанатизм и преданность султану являлось целью этого воспитания. Янычар не имел права жениться, был обязан каждую ночь спать в казарме, молча исполнять всякое распоряжение старшего, а в случае наложения на него дисциплинарного взыскания, должен был, в знак покорности, поцеловать руку наложившего взыскание. Казарма уподоблялась монастырю. Дервиш "бекташи" -- единственный просветитель и проповедник янычар; он нес на себе и обязанности по увеселению воинов Аллаха -- пением и шутовством. Янычар не знал ничего, кроме двора султана: приказ султана для него был священен; у него не было других занятий, кроме военного ремесла, других надежд, как на награду солдата -- добычу, да после смерти на тот рай, вход в который открывала борьба за ислам{21}.
   *
   Эпоха Возрождения{22} изобилует попытками воспротивится принижению роли церкви и росту светского мировоззрения.
   В религиозных распрях ХVI века остро стал вопрос о воинской дисциплине. Начало теоретическому обоснованию этого вопроса дал создатель ордена иезуитов Игнатий Лойола{23}, который потребовал создать не только низшую ступень - дисциплину поступков, но и дисциплину мысли и воли. Мощь скованной железной дисциплиной организации сразу почувствовалась в отпоре, который иезуиты сумели организовать натиску идей реформации, но в войска эти идеи дисциплины еще не имели доступа. Католические армии представляли своеобразное сборище вольницы{24}.
   *
   В развитии военной организации и в смещении акцентов, на которых держалось военное дело в эпоху Возрождения, велика роль Морица Оранского{25}, который наряду с реставрацией римского строевого учения, добился аккуратной выплаты жалованья солдатам и изменения командного состава. В войсках Морица Оранского от офицера потребовались знания: латынь, чтобы получить возможность изучать искусство древних; математика и техника, чтобы руководить атакой и обороной крепостей. В силу этого обстоятельства характер корпуса офицеров стал меняться - авантюристы покидали ряды армии, а представители образованных классов стали постепенно пополнять ряды командного состава{26}.
   Он же положил начало чинопроизводству, так как выдвинул важное требование производства и назначения на очередную должность - наличие служебного ценза в предыдущей должности.
   Дисциплинированный Морицем Оранским солдат перестал быть пугалом мирного населения. В 1620 г. венецианский посланник в Нидерландах, Джироламо Тревизаго, доносил, что постоянная армия в мирное время содержится в составе 30 тыс. человек и 3.600 лошадей. "Я думаю, ни в одном государстве войска не содержатся в таком порядке, как здесь. Солдаты каждые 10 дней получают жалованье, уплата не задерживается ни на один час. Здесь царствует безусловное послушание при умеренной строгости по отношению к преступникам. Частные лица предлагают солдатам снять помещения в их домах. Города имеют от войск огромную прибыль" {27}.
   *
   Реформация, в ответ на католическую реакцию, выдвинула во второй половине XVI и первой XVII веков боевое направление протестантства -- кальвинизм и пуританизм.
   Суровое учение Кальвина пустило корни в тех частях Европы, где более мощным потоком била новая экономическая жизнь и складывался новый тип делового и промышленного европейца. Родиной его была Женева -- крупный торговый и особенно биржевой узел; отсюда оно распространилось по торговым и промышленным центрам Франции, захватило целиком деловую, северную часть Нидерландов и начало постепенно укрепляться в промышленных графствах -- восточных и южных -- Англии. Очищая веру, уничтожая пышные обряды, внося упрощения в костюм и образ жизни, кальвинист, однако, не делался монахом, презирающим материальное богатство; деньги для него являлись орудием борьбы, в деньгах представлялась скрытая власть, кальвинист выделялся своей бережливостью, переходившей в скупость, и на свои сбережения основывал крупные банкирские конторы и торговые фирмы. Скупо одетый, никогда не улыбавшийся, вечно занятый кальвинист являлся или офицером наемных войск, или фабрикантом, или ростовщиком. У кальвинистов и пуритан жизнь -- это непрерывное исполнение долга. Они вырабатывали в себе волю, были методичны, не тратили лишних слов, обдумывали выражения, не давали хода своей фантазии, работали сами, не покладая рук, и не терпели бездельников.
   Неуступчивость, воинственность, раздражительность, жадность к деньгам, педантизм, беспощадность к человеческим слабостям, преследование всего яркого и самобытного, высоко развитое чувство собственного достоинства-г вот характеристика, которую дает пуританам Р. Виппер. "Пуританизм и милитаризм -- близнецы", "пуританизм, милитаризм и капитализм требуют тождественных добродетелей" -- вот лейтмотив труда профессора Зомбарта. И действительно. 18 добродетелей военнослужащего, по определению вдохновителя первого прусского короля, Давида Фасмава, данному в 1717 г., суть следующие: богобоязненность, разумность, сердечность, презрение к смерти, воздержанность, бдительность, терпеливость, нетребовательность, верность, послушание, почтительность, внимательность, нелюбовь к низким удовольствиям, честолюбие, нерезонерство, безукоризненная исправность в несении службы, образованность и хорошие природные свойства{28}.
   *
   Этот идеал военного, к которому подошла протестантская Европа после ряда религиозных войн, очень далек от свирепого и буйного ландскнехта, имевшего отвращение ко всякому мирному труду и проводившего время в кутежах и игре в кости.
   *
   Гражданская война в Англии (1642-1649 гг.) вызвала новые изменения в системе военной организации и привела к совершенно неожиданной системе организации армии.
   Дело состояло в том, что парламентские войска не представляли единой армии, так как отдельные графства выставляли за свой счет войска. Войска отдельных графств были столь многочисленны, что при известных условиях их командиры могли диктовать свою волю всему государству.
   Оливер Кромвель (1599-1658) {29}, сын состоятельного пивовара, убежденный пуританин крайнего толка, 29-ти лет был уже членом палаты общин. Последний повод к гражданской войне дало предложение Кромвеля лишить короля его военных прерогатив и присвоить парламенту право назначения командного состава и распоряжения милициями графств. Во вспыхнувшей гражданской войне достигший 40 лет Кромвель сформировал эскадрон под своей командой. Недостатки парламентской армии бросались в глаза Кромвелю. Во главе стоял аристократический командный состав, стремившийся к ограничению королевской власти, но которого пугали какие-либо демократические изменения в строе государства; по мере углубления революции, он отпадал от нее и переходил в стан врагов. Мысль о низложении короля, против которого было поднято оружие, являлась далекой от начальства парламентской армии. Граф Эссекс, первый главнокомандующий, потребовал от парламента, чтобы целью формируемой армии прежде всего была провозглашена охрана особы короли, защита обеих палат и всего, что принадлежит их ведению; граф Манчестер, командовавший северной армией, помощником которого в 1644 году был Кромвель, утверждал: "если мы хотя бы 99 раз победим короля, то он все же останется королем, и его потомки будут также королями; но если король нас хотя бы раз разобьет, то мы все отправимся на виселицу, а наше потомство будет рабами". При таком командном составе и общем направлении политики, искавшем соглашения с королем, трудно было ожидать энергии в развитии военных действий. Комплектование солдатского состава парламентской армии отбросами городского населения встречало со стороны Кромвеля суровое осуждение: "ваши войска -- большей частью прислуга из кабаков, бездельники, пьяницы и тому подобный сброд; а у неприятеля -- младшие сыновья джентльменов, лица с хорошим положением. Верите ли вы, что дух таких бедных людей может сравниться с духом дворянства, крепкого в вопросах мужества и чести? Вы должны вербовать людей с высоким духом, способных на такие же подвиги, иначе вы всегда будете биты".
   Исходя из положения, что "люди чести должны быть побеждены людьми религии", а в эпоху религиозных войн человек религии был равнозначен члену политической партии, Кромвель с самого начала войны начал вербовать в свой эскадрон, а затем и в свой полк своих религиозных и политических единомышленников, преимущественно из класса мелких крестьянских собственников. Солдат шел в "железнобокие" Кромвеля для того, чтобы служить идее, идеальные побуждения и партийный состав резко отличал "железнобоких" от других наемников XVI и XVII веков. В части, составленной из пуритан, которые видели в жизни одно неумолимое выполнение долга, естественно, сложилась суровая дисциплина, которая еще увеличивала сплоченность партийных единомышленников. Политические, экономические и религиозные идеалы, являвшиеся догматами пуритан, оказались в силах создать нового человека, нового сознательного бойца. По обычаям той эпохи, каждый "железнобокий" имел свою лошадь и свое оружие; партийный полк из достаточных людей, разумеется, имел их в гораздо лучшем виде, чем другие наемные части. "Железнобокие" получали хорошее жалованье, в их числе было много образованных людей; они жили "как джентльмены". Естественно, выступление на полях сражений столь одушевленного и сплоченного коллектива отмечалось каждый раз крупным успехом. "Железнобокие" Кромвеля отличались тем достоинством, которого не было у конницы принца Руперта: после первых успехов они не расстраивались и, покончив с противостоявшим им противником, могли быть повернуты, в зависимости от хода боя, для удара в больное, место неприятельского расположения. Это была вполне регулярная, дисциплинированная кавалерия. Кромвель с гордостью говорил о своих "железнобоких": "никогда мы не были биты, а шли на неприятеля всегда{30}".
   В войсках Кромвеля религиозные обряды соблюдались очень строго. Все промежутки между военной службой были наполнены религиозными упражнениями. Офицеры исполняли все обязанности священнослужителей. Многие солдаты впадали в религиозный экстаз. Они шли в битву с пением псалмов и священных гимнов и смерть была для них мученичеством за веру.
   Всякое предприятие начиналось молитвой и постом. Одушевление было таково, что из войск Кромвеля не было побегов. Грабеж карался немилосердною. При взятии Винчестера, узнав, что некоторые солдаты занялись грабежом, Кромвель велел отыскать их, одного повесил, а других отправил на суд в Оксфорд.
   Одушевление его войск было таково, что в битве при Престоне, Кромвель с 7.000 человек, ослабленных болезнями и усталостью, разбил 26-ти тысячную королевскую армию.
   Сам Кромвель был тонким психологом. Возвысившись с помощью войска, одушевленного религиозным убеждением и стремлением к равенству, он никогда не обнаруживал отречения от этих принципов, даже протягивая руку к короне. Обманывая войска, но, управляя ими, он продолжал единоличное правление страной. Крутая дисциплина никогда не падала в его войсках. Ни перед какими мерами не останавливался Кромвель, чтобы заставить войска повиноваться его требованиям, если он чувствовал, что его требования отвечают и опираются на идеи солдат. Но при первом протесте он отказывается немедленно от самого страстного желания, от короны, так как ему было ясно, что при этом никакая дисциплина ему не поможет и вся власть его над войсками от этого немедленно падет{31}.
   ***
   Наполеоновская Франция.
   Как особый вид воинского сообщества следует рассматривать бонапартизм. В более широком смысле - диктатура, лавирующая между социальными группами в условиях неустойчивого социального равновесия. Это - метод властвования, основанный на диктатуре личности. Наполеон, расстреливающий якобинцев, самодержавный монарх, обративший республики, окружавшие Францию, в королевства и раздавший их своим братьям, зятьям и маршалам. Понятием бонапартизма мы обязаны Р. Михельсу и Дж. Бернэму. бонапартизм следует рассматривать скорее как естественное завершение демократии, нежели как ее противоположность. Это деспотизм, покоящийся на демократической концепции, которую он фактически отрицает, но каковая, теоретически, доводится при нем до своего логического конца.
   Подобного рода режимы нередко получают демократическое узаконение посредством народного волеизъявления. Добившись "всенародного" одобрения, формулу народного "самоуправления" либо родственные ей формулировки ("воля нации", "диктатура пролетариата", "воля революции" и т.п.) используют для уничтожения или существенного ограничения тех индивидуальных прав и частных свобод, которые поначалу и преимущественно с либеральной точки зрения связывались с демократической идеей. Поэтому, по мнению Бернэма, правителя бонапартистского типа теоретически можно считать квинтэссенцией демократического режима; в его деспотизме как бы выражается воля всемогущего народа, самостоятельно управляющего собой и подчиняющегося самому себе.
   См.: http://nbp.wen.su/lib/evola/ruiny/5.html
  
   Орудием Наполеона явились молодые генералы, большинство обер-офицеров, вышедших из солдатской среды и не отличающихся от солдат ни происхождением, ни образованием, да и солдаты. Ведь Наполеон дал им понять, что каждый солдат, если повезет, сможет добраться до верхов воинской иерархии, -- у всякого новобранца как бы чувствуется за спиной, в ранце, маршальский жезл.
   В полуофициальном военном журнале второй империи говорилось о французском солдате так: "Он видит равных себе во всех офицерах -- начиная от подпоручика до маршала включительно; у него твердое и ясное убеждение, что он стоит ниже их только в порядке отдачи приказов. По образованию, воспитанию и рождению существенной разницы между офицерами и солдатами нет. Чувство равенства так сильно, что сознание своего "я" совершенно растворяется, открывая дорогу безусловному господству закона и дисциплины. Каким врагам уступят такие солдаты? Какая человеческая сила может противостоять солдатам, равняющимся со своими начальниками, которые все герои"?{32}
   Создать такую армию, в которой общегражданские чувства переродились и получили военную окраску: патриотизм -- в шовинизм, любовь к завоеваниям революции -- в верность своему гениальному полководцу, стремление к свободе -- в стремление к славе и почестям, бонапартизм мог только в атмосфере громких, небывалых побед и постоянных походов, которые порывали связь между войсками и народом.
   Таковы основные черты бонапартистского строительства армии. Где его слабое место? Бонапартизм ищет сильные руки и побаивается способных голов. Он не создает школы, он возлагает все творчество на Бонапарта. Бонапартистские полки без Наполеона, или с померкнувшим Наполеоном -- это банды, это прах, людская пыль{33}.
   *
   Турция.
   Близкое к бонапартизму явление в военной среде - младотурки. Младотурки{34} -- турецкая политическая партия, основанная Мидхадом-пашою.
   Под предлогом европеизации страны в Турции в 1889 была создана организации "Единение и прогресс", провозгласившая и возглавившая борьбу против феодального абсолютизма. В результате руководимой ими Младотурецкой революции 1908 пришли к власти, но не изменили строя Османской империи. После поражения Турции в 1-й мировой войне организация младотурков самоликвидировалась (1918 г.) {35}.
   По справедливому замечанию, А. Свечина, мелкая по своему социальному углублению, младо-турецкая революция не может, однако, нас не интересовать, так как это, прежде всего, была революция военспецов -- воспитанников военных школ, захваченных западничеством, нашедших свой идеал в процветающей юнкерской Германии, пожелавших сбросить чары и негу Востока и выдвинуть Турцию в среду европейских культурных наций. Вожди переворота получили, главным образом, подготовку в Константинопольской академии генерального штаба, под руководством немецких специалистов, или даже прослушали курс военных наук в Берлинской академии генерального штаба.
   Каковы же основные линии их военного строительства и какие результаты дало их творчество?
   Армия, раньше с большим или меньшим успехом померявшаяся с русской, после 4-летнего хозяйничанья младотурок потеряла совершенно свое лицо при первых же встречах с болгарскими ополченцами.
   Роковое влияние на успех реформ младотурок оказала турецкая "корниловщина" -- попытка контрреволюции 1909 года. Константинополь, во втором году после младо-турецкого переворота, оказался захваченным партией старого режима, опиравшейся на мусульманское духовенство и на массу строевого офицерства, не получившего образования, вышедшего из солдатских рядов. Командир Салоникского корпуса, Махмуд-Шевкет-паша, быстро подавил контрреволюцию, но в дальнейшем младотуркам, прежде всего, пришлось устранить из армии всех офицеров, коих можно было заподозрить в сочувствии старому режиму -- целое поколение сошло со сцены; была устранена именно наиболее демократическая часть офицерства, имевшая с солдатами один язык и один образ мышления -- младотурки порвали с действительностью, с массами, с реальными основами, на которых возможно было основать строительство турецкой армии; опираясь на твердую диктатуру, на партийный деспотизм, превосходивший деспотизм султана Абдул-Гамида, они начали сооружать, в царстве мечты, свою Вавилонскую башню, по типу и подобию готики Кельнского собора.
   Революционеры, идеалисты, теоретики политического радикализма во всех областях военного строительства не желали сохранять, улучшать, развивать полученное ими от старого режима наследие, и всюду, вместо эволюции, являлся жест с губкой -- нужна была чистая доска, девственная почва, чтобы уложить на нее вывезенные с Запада схемы и идеи; всякое проявление старой жизни, старой организации только стесняло пробившуюся к власти молодежь. Наступил час расплаты -- война. Много было, действительно, талантливых, выдающихся офицеров в турецком генеральном штабе, но эти военспецы были отравлены кастовым высокомерием и не спускались до будничных вопросов{36}.
   ***
   Германия.
   В конце ХIХ-начале ХХ века привлекает внимание организация быта офицеров германской армии, как средства культивирования корпоративного духа и развития товарищества.
   "Военный сборник" (1894.- N5.- С.175-192), рассказывая об организации быта немецких офицеров писал:
   "...Дух товарищества в германской армии развит весьма сильно, хотя может быть и не в том направлении, как это понимается в других армиях.
   Комплектование корпуса офицеров исключительно людьми, получившими хорошее образование, и высокое положение военных в государстве, не позволяющие делать различия между личною честью и честью всего корпуса офицеров, или обратно, служит главными причинами развития между офицерами корпоративного духа (Korpsgeist). Этот дух заставляет корпус офицеров руководствоваться во всем законами чести, признавая общую ответственность за поступки каждого офицера и требовать от каждого отдельного офицера предпочтения желаний и выгод общим своим собственным, что приводит к развитию духа товарищества (Kameradschaft) непосредственно в полках в том направлении, в каком это произошло в германской армии.
   Отсюда видно, что товарищество в германской армии основано не на добром сердце, не на истинной дружбе; оно не допускает отстаивания кутил и празднолюбцев, которые, пользуясь этим попустительством, продолжали бы свой недостойный образ поведения и задавали бы тон в полку; нет, оно основано на развитии в уме офицеров сознания, что каждый из них есть более, чем единичная личность, что каждый из них составляет лишь неотъемлемую часть целого, которое называется офицерским корпусом.
   Благодаря этому, каждый офицер считает своим долгом подчиняться возложенным на корпус офицеров обязанностям, с другой стороны, защищать права каждого своего товарища, помогая ему в чем может и надлежит, разъяснять и советовать ему там, где он заблуждается, и, наконец, в случае нужды, даже наказывать.
   Само собою разумеется, что подобный взгляд на товарищество составился в германской армии не сразу, а развился постепенно, и бережно поддерживается. Поэтому в настоящее время в германской армии не может быть такого случая, чтобы офицер, не уважаемый в полку, офицер, с которым избегают говорить и которому не желают подавать руки, продолжал оставаться не только в части, но и в армии. Вообще, офицер, признанный недостойным в одном полку, не может рассчитывать на службу в других полках. Такое направление товарищества поддерживает в них, в свою очередь, серьезный взгляд на службу и уважение к своему званию, а посему заставляет их также с любовью и добросовестно работая, двигать свое дело вперед.
   Посмотрим поближе, как офицеры германской армии исполняют свои товарищеские обязанности.
   Хороший дух товарищества в полку, по понятиям германской армии, проявляется, главным образом, в том, что корпус офицеров заботится о благе и личных делах каждого отдельного офицера; следит, с кем он знается и прилично ли его общественное поведение; действует сообща, чтобы удержать товарища от ошибок; облегчает им исполнение их служебных обязанностей; совратившихся с истинного пути старается на него вернуть; не дозволяет плохим товарищам проповедовать свои воззрения; не допускает их до совершения дурных поступков, а если они таковой совершили, то не укрывает и не защищает их перед другими офицерами, и, наконец, не терпит в своей среде окончательно недостойных товарищей. Поэтому, в германской армии затронуть честь офицерского мундира - значит восстановить против себя всех офицеров; все они горячо вступятся за военный мундир и выкажут во взгляде на дело одинаковые понятия.
   Долг товарищей - следить друг за другом во время кутежей, никогда не забываться. Зная хорошо, кто из них особенно слаб на счет вина, они удерживают таковых разными средствами от чрезмерного употребления его, особенно, если это происходит в общественном месте. Из этого не следует, чтобы в германской армии офицеры мало пили, напротив того, там этому придерживаются весьма охотно, но до того состояния, когда человек совсем забывается, доходит редко.
   В германской армии товарищи следят друг за другом не только касательно поведения на службе, но и касательно частной жизни каждого отдельного офицера, насколько это имеет отношение до сохранения достоинства офицерского звания. Поэтому, если какой-либо офицер оставляет ряды армии, вследствие фальшивого понятия о своих обязанностях или небрежного отношения к ним, то каждый спрашивает, каковы были к нему отношения товарищей, старался ли они оказать на него надлежащее влияние, получал ли он с их стороны своевременные предостережения и напоминания.
   Если нет, то о корпусе офицеров данного полка составляется неблагоприятное мнение, которое может иметь для него даже чувствительное последствие. Таким образом, в германской армии каждый офицер, благодаря наблюдению и требованиям своих товарищей, проникается убеждением, что его личная свобода должна постоянно стоять на втором плане по отношению одинаково обязательных для всех требований товарищества.
   Офицеры, которые, по своему образу жизни, могут лишь совращать на дурной путь других товарищей, не остаются на службе, даже в том случае, если, по своим познаниями и способностям, могли бы быть полезными.
   Благодаря духу товарищества, в германской армии личные дела офицеров, какого бы характера они ни были, служебные или частные, а равно все, что происходит между офицерами и не подлежит разглашению, никогда не выходить за пределы корпуса офицеров. Каждый офицер, говоря о своих начальниках или товарищах в присутствии посторонних лиц, дает самые осторожные отзывы. Они никогда не позволит себе унизить кого-либо из них, напротив того, старается говорить лишь самое лучшее. Он понимает, что поступить иначе - значило бы унизить среду, к которой он сам принадлежит, и тем унизить самого себя. Уже совсем недостойным считалось бы, если бы кто вздумал, из чувства мести, или обиженного самолюбия, преднамеренно дурно отозваться о своем начальнике или товарище, стараясь тем самым выгородить себя и унизить их в глазах прочих товарищей.
   Укреплению духа товарищества немало способствует правило, чтобы все офицеры, при встрече на улице, отдавали честь друг другу, а равно обычай, чтобы в частном обществе или неофициальном месте они немедленно представлялись друг другу. Последнее приводит к тому, что в германской армии все офицеры более или менее знакомы между собой и во всяком случае офицеры, расположенные в одном гарнизоне, все знают друг друга.
   Товарищеские отношения между старшими и младшими в германской армии приводят с одной стороны к тому, что старшие офицеры, считая своим долгом помогать младшим советом и делом, поучают их относительно их служебного поведения и внеслужебного образа жизни, делают это в духе товарищеского доброжелательства, а с другой стороны, к тому, что младшие относятся к старшим с товарищеским доверием. Это облегчает старшим приказание, а младшим послушание. Несмотря на эту взаимную поддержку во всем, отношения между офицерами постоянно остаются вежливыми и вольностей себе никто не дозволяет.
   Поддержанию товарищеского духа в полках много способствует офицерское казино, устраиваемое с давних пор во всех частях и служащие местом постоянного сбора офицеров.
   Здесь ежедневно сходятся к общему столу неженатые субалтерн-офицеры, обязанные, как выше упомянуто, постоянно обедать в офицерском казино, и прочие офицеры, желающие обедать за общим столом; здесь они после обеда играют на бильярде, в карты или в шахматы, и читают газеты; здесь устраиваются ежемесячные общие обеды для все офицеров полка, так называемые "дружеские пиршества", на которых присутствуют и гости, большей частью офицеры, служившие прежде в полку; здесь же ведутся занятия военною игрою и делаются сообщения и т.д.
   Обед в казино обставлен таким образом, что имеет отчасти воспитательное значение. Во-первых, требуется в принципе, чтобы офицеры не опаздывали к столу. С этою целью, тем, кто не может вовремя придти к обеду, разрешается заказывать себе отдельный обед позже или ранее установленного часа, с условием, заявив об этом эконому или кухарке своевременно... Если и после этого кто-либо опоздает, то, по входе в столовую, на направляется к старшему из присутствующих, извиняется перед ним тоном служебного отношения, что опоздал, делает поклон всему обществу и садится на свое место. Во-вторых, все офицеры являются к столу, предварительно переодевшись. Это делается как в будни, когда офицеры собираются к столу непосредственно по окончании службы, так и в праздники, и вообще в тех случаях, когда они являются к обеду из дома. В-третьих, обращается строгое внимание на то, чтобы офицеры не дурачились, не позволяли себе непристойных выходок, а вели себя за столом с должным уважением по отношению друг друга и не забывали чинопочитания.
   Таким образом, из известных рамок сдержанности офицеры никогда не выходят, хотя, с другой стороны, в их взаимных отношениях замечается во многом большая непринужденность, так, например, младшие свободно высказывают свои убеждения, не боятся выразить что-либо в разрез личному мнению старшего и т.д. В конце концов, офицеры приучаются проводить свободное время вместе, обмениваясь всевозможными мыслями, хорошо узнают друг друга, приобретают общность взглядов на честь мундира, на долг исполнения своих служебных обязанностей, на поведение офицера в его частной жизни и т.д.
   ... Оригинален обычай празднования дней рождения офицеров полка. Для этого к обеду подается то, что у нас называется венским пирогом или вообще торт, который стоит на столе, пока до него не дойдет очередь. Когда же его разносят, то приносят тонкие восковые свечи, как наши церковные, числом столько, сколько лет минуло офицеру, празднующему своей день рождения. Эти свечи раздаются по порядку офицерам...
   Проводы товарищей, покидающих полк, также сопряжены с устройством обеда, на котором ему подносится подарок от лица всех офицеров"... {37}
   *
   Заканчивая этим сообщением историческую часть рассказа о военных союзах и обществах, подчеркнем, что сила офицерства многократно усиливается, если они по велению души объединяются со своими товарищами в разного рода союзы и общества, то ли направленные на оказание помощи молодым и неопытным офицерам, то ли для выработки согласованной линии поведения, а то и для полезного и поучительного досуга.
   Но не следует сбрасывать со счетов того факта, что есть немало желающих разобщить офицеров и построить преграды между старшими и младшими, противопоставить одних другим и тем самым ослабить силу офицерского корпуса.
   Исторический обзор, приведенный в данной статье, надеюсь, поможет разобраться в сути дела.
   *
   Об особенностях военных союзов и обществ в России готовится следующая статья.
  
  

ПРИМЕЧАНИЯ

   1. Ландскнехты (немецкое, единственное число Landsknecht от Landa - страна и Knecht - солдат), немецкая наемная пехота в 15-17 веках.
   2. См.: Дельбрюк Г. История военного искусства в рамках политической истории. Том третий. Средневековье. - М., 1938. - С.227.
   3.Первым делом Ликурга было учреждение герусии (совета старейшин), вторым - справедливое разделение земель между спартанцами.
   4.Там же. - Т.I. - С.101.
   5.См.: Дельбрюк Г. История военного искусства в рамках политической истории. Том третий. Средневековье. - М., 1938. - С.212-213.
   6.См.: Свечин А. Эволюция военного искусства с древнейших времен до наших дней. В 2-х тт. - М.-Л., 1927-1928. - С.94.
   7.Там же. - С.95-96.
   8.Там же. - С.101.
   9.Там же.
   10.Там же. - С.119-122.
   11.В XIII в. Чехия была совершенно самостоятельным государством, а в XIV в. стала центром "Священной Римской империи". Чешские короли допустили проникновение в Чехию немецких феодалов и католического духовенства немецкого происхождения, которые стали -- прибирать к своим рукам чешские земли. Один чешский дворянин того времени писал, что "чех жил в своем государстве как изгнанник", что "все немцы хотят чехам зла". Чехи оказались под двойным гнетом -- феодальным и национальным, дополнявшимся религиозным угнетением со стороны католической церкви, грабившей коренное население Чехии. Главной движущей силой национально-крестьянской войны было чешское крестьянство, особенно его беднейшая часть. С началом крестьянской войны борьба плебеев городов стала принимать широкий размах. Городские плебеи и горнорабочие были надежными союзниками восставшего крестьянства. Представители разорившегося чешского рыцарства и зажиточное крестьянство примыкали к движению в качестве попутчиков. В отношении программных требований в крестьянско-плебейском лагере не было единства, что определялось характером движущих сил войны и тем, что национально-освободительная и религиозная борьба принимала антифеодальный характер. Следствием этого явилось отсутствие единства в организационном отношении. Южная Чехия стала революционным очагом, где на первое место выдвигались социальные требования, направленные против феодальных порядков. Политическим и военным центром крестьянско-плебейского лагеря был город Табор, по имени которого сторонников революционного преобразования феодального общества стали называть таборитами. Вооруженную организацию таборитов возглавил разорившийся чешский рыцарь Ян Жижка (1378-1424 гг.), имевший большой боевой опыт. Он участвовал в боях при Грюнвальде и Азинкуре. Ян Жижка использовал богатый боевой опыт чешского народа, обобщенный в "военных артикулах", представлявших собой систематизированное древнее чешское военное право. Табориты распадались на две общины: оседлую и полевую, или военную. Первая занималась ремеслами и сельским хозяйством, поставляя все необходимое для войны, а вторая только вела войну. Однако, создается впечатление, будто общины поочеред-но сменяли друг друга в этих родах деятельности.
   Метод боевых действий Жижки был чрезвычайно рациональным. В его войске не требовалось ни рыцарского образа мыслей, ни герба, ни турнирного искусства, ни галантности, но с тем большей тщательностью учитывалось своеобразие местности.
   Табориты ревностно стремились использовать каждое вспомога-тельное средство фортификационного искусства, как в виде исполь-зования земляных укреплений, так и в виде боя при помощи пово-зок, получившего у них исключительное развитие. Этот последний вид боя явился замечательным приемом Жижки, которым он достигал слияния обороны с наступлением, и притом слияния настолько дей-ствительного и беспримерного, что оно возбуждало удивление всех современников.
   Вагенбург был подвижной крепостью, отдельными составными ча-стями которой служили повозки, прикрепленные одна к другой це-пями и двигавшиеся рядами (колоннами). Каждая повозка запряга-лась двумя лошадьми: одна шла в оглоблях, а другая впереди - в по-стромках. Передвижения регулировались сигнальными флагами, под-нимаемыми на передней и задней повозке каждого ряда. Сноровка таборитов в искусном свертывании и развертывании своих подвиж-ных укреплений была чрезвычайно велика. Обычно повозки образо-вывали 4 колонны (ряда), 2 крайних ("krajni") и 2 внутренних ("placni"). Передние и задние оконечности крайних колонн были длиннее внутренних, и эти выступавшие оконечности рядов называ-лись "окридли" (крыльями). Они служили для того, чтобы, в зави-симости от обстоятельств, соединяться между собой для быстрого превращения походного порядка в форму закрытого лагеря (табора). - См. Дельбрюк Г. Указ. соч. - С.355.
   12.См.: Свечин А. Указ. соч. - С.130.
   13.См.: Ильин И.А. О грядущей России. - Б.м., б.г. - С.53.
   14.Дельбрюк Г. Указ. соч.. - С. 433-434.
   15.Сарацины (Saraceni, ?????????) -- народ, упоминаемый Аммианом Марцеллином и Птоломеем. Название это, означавшее первоначально кочующее разбойническое племя, уже в начале средних веков распространено было христианскими писателями на всех арабов, а затем стало означать вообще мусульман. Происхождение этого слова остается невыясненным. Без всякого основания ставили слово Сарацины в связь с именем библейской Сары.
   16.См.: Свечин А.А. Указ. соч. - С.141.
   17.Там же. - с.141.
   18.Там же. - С.147.
   19.Османская империя сложилась в 15-16 веках в результате турецких завоеваний в Азии, Европе и Африке. В период наибольшего расширения (2-я половина 16 века - сер. 70-х годов 17 в.) включала кроме собственно Турции весь Балканский полуостров, значительные территории на севере Африки, Месопотамию и др. Распалась после поражения в 1-й мировой войне.
   20.Дельбрюк Г. Указ. соч. - С.348.
   21.Свечин А.А. Указ. соч. - С. 152-153.
   22.Возрождение, или Ренессанс (фр. Renaissance, итал. Rinascimento) -- эпоха в истории культуры Европы, пришедшая на смену культуре Средних веков (ХIV-ХVI вв.), отличительной чертой которой является светский характер государственной и общественной жизни и возрастание интереса к античной культуре. Термин Возрождение встречается уже у итальянских гуманистов, например, у Джорджо Вазари и французского историка Жюлема Мишле.
   23.Лойола (Дон-Иниго-Лопец де-Рекальдо Loyola) -- основатель иезуитского ордена, род. в 1491 г. в замке Лойола, в баскской провинции Guipuzcoa; происходил из очень древней испанской фамилии, пользовавшейся при дворе большими привилегиями. - См.: http://enc.mail.ru/article/60045700
   24.См.: Свечин А.А. Указ. соч. - С.178.
   25.Мориц Оранский -- принц Оранский, гр. Нассауский (1567--1625), сын Вильгельма I , положившего начало независимости Нидерландов, организатор новой тактической школы, продолжателем которого явился Густав-Адольф.
   26.См.: Свечин А.А. Указ. соч. - С.185-186.
   27.Там же. - С.187.
   28.См.: Свечин А. Указ. соч. - С.179.
   29.Кромвель Оливер (Cromwell) -- лорд-протектор Англии, род. в 1599 г. в Гентингдоне. Когда, в начале 1642 г., Карл I покинул Лондон, и гражданская война сделалась неизбежной, Кромвель Оливер пожертвовал значительную, по его средствам, сумму в 500 фн. ст. для защиты народных прав, а в июле того же года организовал в Кембридже два отряда волонтеров. В августе 1642 г. началась междоусобная война между королевской и парламентской армиями, и с тех пор в течение девяти лет Кромвель Оливер всецело жил жизнью солдата. Не обладая специальной военной подготовкой, Кромвель Оливер, однако, вскоре обнаружил выдающиеся способности военачальника, стратега и тактика, и сумел из своих волонтерских отрядов образовать ядро регулярной армии, которая по дисциплине, искусству и мужеству достигла высокой степени совершенства. Успеху Кромвель Оливер много содействовало систематическое проведение принципа, которого он держался при организации отрядов -- набирать людей, сознательно относящихся к делу и исполненных религиозного воодушевления к задачам борьбы. В течение 1650 и 1651 гг. Кромвель Оливер нанес шотландцам ряд поражений и провозгласил присоединение Шотландии к Англии. С другой стороны, и в парламенте Кромвель Оливер принадлежало преобладающее влияние; одним из главных проявлений его было проведение (в окт. 1651 г.) "Навигационного акта" (см.), весьма много содействовавшего развитию морского могущества Англии. Когда, мало-помалу, обострился конфликт между парламентом и армией, требовавшей производства новых выборов, Кромвель Оливер решился прибегнуть к силе и 20 апр. 1653 г., явившись внезапно в парламент, распустил его. Этот переворот, наделивший Кромвель Оливер диктаторской властью, встречен был вообще сочувственно. Кромвель Оливер разделил Англию на десять военных округов и в каждом из них поставил генерала (major-general) с неограниченными полномочиями по охранению порядка, а для содержания войска и полиции установил 10% сбор с имений роялистов. В общем политическое искусство Кромвель Оливер положило начало влиянию Англии на ход мировой политики. 25 марта 165 7 г., большинством 123 голосов против 62, постановлено было просить Кромвель Оливер принять титул короля Англии, Шотландии и Ирландии. Кромвель Оливер медлил ответом, зная, что армия не сочувствует восстановлению монархии. Генерал Ламберт и сто офицеров просили Кромвель Оливер отказаться от короны, а 8 мая и в парламент была представлена подобная же петиция от многих офицеров. В тот же день Кромвель Оливер объявил, что отказывается от короны. Между тем парламент выработал новую конституцию в монархическом духе, которая и была вотирована, с заменой лишь слова "король" словом "протектор". 25 мая Кромвель Оливер одобрил эту новую конституцию, которая наделяла его более обширными правами, и, между прочим, правом назначить себе преемника. С открытием, в январе 1658 г., новой сессии парламента становится заметным усиление оппозиции, отчасти вследствие перехода некоторых приверженцев Кромвель Оливер в верхнюю палату, отчасти вследствие возвращения удаленных в 1656 г. депутатов. Не выступая с нападками на самого протектора, оппозиция вела борьбу с верхней палатой и старалась изменить новую конституцию. Два раза Кромвель Оливер обращался к парламенту с увещанием вести мирную законодательную работу, но обращения его остались без результата; тогда Кромвель Оливер, 4 февраля 1658 г., распустил парламент. Непрерывная борьба утомила Кромвель Оливер и надломила его силы: 3 сентября 1658 г. он скончался. Похоронен он был с необыкновенной пышностью (на похороны его было израсходовано 80000 фн. стерл.), в Вестминстерском аббатстве. Незадолго перед смертью Кромвель Оливер назначил своим преемником сына своего, Ричарда Кромвель Оливер (1626-1712), который и был провозглашен протектором, но, будучи человеком малоспособным и ничтожным, не мог справиться с трудностями положения и уже в мае 1659 г. вынужден был отречься от своего звания.
   См.: http://www.listencyclopedia.ru/text/719.htm
   30.Свечин А.А. Указ. соч. - С.196-198.
   31.Зыков А. Как и чем управляются люди. Опыт военной психологии. - СП б., 1898.
   32.Свечин А. Культурно-классовые типы армий. - В кн.: Постижение военного искусства: Идейное наследие А. Свечина. - Российский военный сборник. Вып. 15. - М., 1999. - С. 187.
   33.Там же. - С.188.
   34.Энциклопедия Брокгауза Ф.А. и Ефрона И.А. (1890 - 1916гг.)
   http://www.bookstudent.ru/text/603.htm
   35.Джон Киракосян. МЛАДОТУРКИ ПЕРЕД СУДОМ ИСТОРИИ
   http://www.armenianhouse.org/kirakosyan/youngturks-ru/contents.html
   36.Свечин А. Культурно-классовые типы армий. - В кн.: Постижение военного искусства: Идейное наследие А. Свечина. - Российский военный сборник. Вып. 15. - М., 1999. - С. 191.
   37.О быте офицеров германской армии // Военный сборник. - 1894. - N5. - С. 175 - 192.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Печатный альманах "Искусство Войны" принимает подписку на 2010-й год.
По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@rambler.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2010