ArtOfWar. Творчество ветеранов последних войн. Сайт имени Владимира Григорьева

Каменев Анатолий Иванович
Верный расчет - Выручка - Поучения Мономаха

[Регистрация] [Найти] [Обсуждения] [Новинки] [English] [Помощь] [Построения]
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    ЭНЦИКЛОПЕДИЯ РУССКОГО ОФИЦЕРА (из библиотеки профессора Анатолия Каменева)


ЭНЦИКЛОПЕДИЯ РУССКОГО ОФИЦЕРА

(из библиотеки профессора Анатолия Каменева)

   0x01 graphic
   Сохранить,
   дабы приумножить военную мудрость
  
  

0x01 graphic

Бой с текинцами под Геок-Тепе русских войск под нач. М.Д. Скобелева 28 декабря 1880 г.

  
   44
   Верный психологический расчет.
   К возбуждению нервов части могут служить: музыка, барабанный бой, песни и знамена, с целью возбуждения боевого азарта в частях. С самого начала серьезного наступления, как мы видели, у него [Скобелева] отдавалось приказание развернуть знамена, войска, стараясь сохранить возможно больший порядок, двигались вперед, сопровождаемые со всех сторон музыкой и песнями. До двигающихся в штыки под барабанный бой передовые части зачастую долетали ободряющие звуки полковой музыки, игравшей в ближайших поддержках. На только что взятой у противника позиции для закрепления ее за нами, иногда даже прежде артиллерии, появлялась музыка. Во всем этом мы видим верный психологический расчет. Это есть попутное воспроизведение торжественных и поэтических боевых картин. А какое же сердце не отзовется на поэтическое внушение, в каком сердце, присущая человеку героическая искра не вспыхнет всепоглощающим пламенем?!.. (С. Гершельман. Нравственный элемент в руках М.Д. Скобелева. - Гродно, 1902).
  
  

0x01 graphic

Россия.

У иконы. 1835.

Художник Щедровский Игнатий Степанович (1815-1870)

  
   45
   Верования русских людей.
   При­ступая к какому-нибудь делу, следовало, прежде всего, помолиться и осенить себя крестным знамением; иначе бесы сделают какую-нибудь пакость. Готовится ли женщина топить печь или варить еству, или садится она за пяльцы, - следовало, прежде всего, умыть руки, сделать три земных поклона, проговорить: "достойно есть", перекреститься и, принимаясь за самую работу, еще раз при­звать Божие благословение, сказавши: "Господи благослови!" Если это исполняется, тогда сами ангелы помогают невидимо, и дело спорится и хорошо делается, и ества и питье выйдут впрок, и шитво крепко сошьется. Напротив, если при работе начнутся смехи, игры и празднословие, тут нечистые духи - бесы радуются и посмеиваются, а ангелы отойдут в сторону и тоскуют: тогда и ество плохо сварится, и хлеб дурно спечется, и шитво сошьется не крепко и не ладно. Идя по воду к источнику или реке, женщина должна была, опуская в воду ведра, сказать молитву, а иначе бесы как раз испортят воду. Многие освящали свою посуду и, принося в церковь, просили священников окропить ее святою водою, про­читать над ней молитву и пропеть духовную песнь. После этого надеялись, что кушанье, сваренное и поданное в такой посуде, бу­дет и лучше, и неприступнее для шалостей беса. Ложась спать, следовало окрестить кругом ложе и все углы, чтоб не допустить бесов до каких-нибудь проказ над спящим. Существовали особые молитвы, которым приписывали бесоизгонительную силу. Перед посевом приносили хлебное зерно в церковь и святили его; так делали и после жатвы. При выезде из дома непременно нужно было призвать священника и отслужить молебен; иначе бесы чего-нибудь настро­ят в дороге. Когда дворянин отправлялся в дальний путь на вое­водство, тогда уж недостаточно было моления простого священ­ника; он отправлялся к архиерею и получал от него благословен­ную икону. Быть благочестивым, по понятию большинства, значило: знаменоваться крестом, класть земные поклоны, почитать образа, ходить в церковь с приношениями, слушаться духовенства и хранить посты. Чем кто был благочестивее, тем больше у него было в доме образов, тем наряднее они были украшены. Иконы были первою необходимостью; где не было икон, тот дом для русского не мог показаться христианским. Украшения образам давались часто в благодарность за оказанную помощь: например, русский купец молится перед образом св. Николая и просит успеха в торговле; если ему повезет, он, в знак признательности, делает угоднику золотой или серебряный оклад. Из уважения к св. иконам считалось грехом прикоснуться рукою к лику святого, и это верование было, между прочим, поводом к тому, что иконы обкладывались одеждою. Когда образ несли, то из благоговения держали над головою высоко, и всяк, кто встречался, должен был креститься и кланяться. Если и комнате совершалось что-нибудь непристойное - образа задергивали пеленою. Уважение к иконам не дозволяло выражаться, что образа покупаются; говорили же: меняются; хозяин, желая променять свой старый образ на новый, приносил его в иконную лавку, оставлял и клал деньги; если купец находил, что дают дешево, то, ни слова не говоря, отодвигал от себя деньги, и покупатель должен был прибавлять, пока купец находил достаточным. Св. крест считался знамением мира и союза. Всякий договор или обещание по своей важности подтверждались целованием креста, а нарушение такого договора называлось преступлением против крестного целования. Каждый имел на себе непременно крест; духовные запрещали снимать крест с шеи, когда человек идет купаться в реку или мыться в мыльне. Коль скоро приводи­лось что-нибудь важное обещать или утвердить истину сказан­ного, снимали его с себя и целовали. В старину было в обычае меняться грудными крестами; сделавшие такую мену считали себя обязанными быть задушевными друзьями и помогать один другому во всех случаях жизни. Св. мощи были всеобщим предметом поклонения; к ним стека­лись болящие и искали исцелений. Независимо от поклонения мо­щам, хранившимся в церквах и монастырях, многие богатые люди имели у себя в доме частицы мощей в крестах или на образах; возбранялось носить крест с мощами на шее. Вода, которою об­мывали мощи, считалась целительною и употреблялась набожны­ми людьми в различных недугах. В старину очень часто появля­лись мощи, и, кроме тех, которые были открыты и признаны Цер­ковью, возникало в разных местах поклонение памяти усопших, которые, по образу жизни, заслуживали уважение народа. Так, в 1626 году в Пошехонском уезде народ стал собираться около рябины, которая выросла на могиле убитого разбойниками инока Андриана, и народный говор гласил, что многие страждущие полу­чали на этом месте исцеление. С этими верованиями соединялось уважение к храму Божию. Строить церковь считалось делом христианской добродетели и лучшим средством к спасению и отпущению грехов. Нельзя было пройти мимо церкви, не сделавши троекратного знамения с по­клоном. Благочестивый человек считал большим грехом не пойти в церковь в праздник не только к литургии, но к вечерне и к за­утрени. "Когда вы услышите клепание в церкви, - говорит одно духовное поучение, - оставляйте всякое дело и идите в церковь". Следовало в церкви стоять со тщанием и трепетом, не обращая взоров, потупив глаза и сложив крестообразно руки, и не вести друг с другом пустошных речей: "велико милосердие Божие (говорит то же поучение), что огонь, - не сойдет с неба и не пожрет ведущих разговоры во время божественнаго пения". Давать в монастыри считалось особенно спасительным делом: "что имате потребно - несите к ним, то бо все в руце Божий влагаете". Кроме денежных вкладов и недвижимых имений, некоторые дарили одежды и посылали братии кормы, то есть съестные припасы. Некоторые знат­ные люди доставляли в монастыри каждогодные пропорции. Во время болезни или пред кончиною страждущие думали уменьшить тяжесть грехов вкладами в церковь и завещали иногда в разные церкви и монастыри особые вклады и кормления на братию. Если умирающий не успевал распорядиться формально, то наследники, зная его волю, считали долгом поскорее исполнить ее для успокое­нии души усопшего. Нередко старый человек, чувствуя истощение сил, поступал в иноческий чин и при этом всегда давал дар или доход; в таких случаях богатые помогали бедным, давая им на пострижение. По народным понятиям, сделать вклад по душе значило проложить душе верный путь к спасению, и это верование было причиною больших богатств монастырских. Священники и монахи были лучшими советниками и друзьями благочестивых людей. Каждый имел у себя духовника, к которому прибегал в своих житейских нуждах: приглашал для совета и уте­шения во время какой-нибудь печали, болезни или царской опалы. Для духовника не было скрытой домашней тайны. Он был настав­ником и другом, занимал в доме всегда первое место; для него не щадили приношений; ему кланялись до земли. Государи, столь неприступные, преклонялись пред духов­ными властями, и Алексей Михайлович обращался с патриархом Иосифом столь почтительно, что кланялся ему до земли. Конечно, этот обряд смирения не мешал царям поступать иногда очень самовластно с духовными лицами. После духовных благочестие обращалось к так называемым юродивым и нищим. В каком почете были в старину юродивые, вид­но из того, что сам Иван Васильевич Грозный терпеливо выслу­шал горькие речи юродивого, приглашавшего его в пост поесть мяса, на том основании, что царь ест человеческое мясо. Кроме юродивых мужчин, были также юродивые женки, ходившие со дво­ра на двор, уважаемые хозяевами и вместе забавлявшие хозяйс­ких детей. Иногда юродивые жили при домах, особенно при архие­рейских; так, Никон, когда выезжал в дорогу, то брал с собой ка­кого-то юродивого Василия Босого. Хранение поста для всех, безусловно, было обязанностью. На­чиная от царя и доходя до последнего бедняка, все строго дер­жались употребления пищи по предписаниям Церкви в известные времена. Великий пост и успенский, среды и пятки соблюдались с большею строгостью, а прочие два: петров и рождественский (филиппово заговенье) слабее; лицам, находящимся в супружес­ком союзе, не предписывается телесного воздержания в эти посты; многие благочестивые семейства в продолжение четыредесятницы ели только в определенные недельные дни, а в другие совсем не вкушали пищи. Последние два дня перед Пасхою почти повсеме­стно проводились без пищи, по церковному уставу. Пост считался средством умилостивления Божия гнева и в случаях общественных бедствий, и в частных несчастиях. В рус­ском народе не существовало национальной неприязни к иностран­цам: она была только религиозная, как к иноверцам, и потому иностранец, принявший русскую веру, пользовался всегда осо­бенным расположением. Множество пленников входило в число домашних слуг. Таким образом, разные народности на Руси сме­шивались с русскою народностью, вливая в нее чуждые элементы. В числе служилых людей повсеместно были немцы, поляки, литов­цы. Сначала сближала с иноземцами торговля: в Архангельске, главном торговом пункте, браки между иностранцами и русскими женщинами сделались уже не редким исключением. Как ни казалось велика неприязнь ко всему польскому, в Смутное время, едва только объявлено было о воцарении Владислава, многие велико­русские дворяне начали в письмах своих и официальных бумагах писать полурусским языком, сбиваясь на лад западнорусской речи. (Костомаров Н.И. Очерк домашней жизни и нравов великорусского народа в ХVI и ХVII столетиях).
  

0x01 graphic

Солдат.

Возвращение с войны.

Художник Корзухин Алексей Иванович (1835-1894)

  
   46
   ВЗАИМНАЯ ВЫРУЧКА И ПОДДЕРЖКА.
   "Катехизис русского солдата". В. Что называется взаимной выручкой? О. Взаимной выручкой называется дружная помощь в бою без приказаний со стороны начальства, по собственному побуждению каждого из нижних чинов. В. Для чего необходима взаимная выручка? О. Для того чтобы, и в небольших сражениях, перестрелках и набегах враги не могли одержать ни над одной ротой, взводом или батареей или эскадроном победы или принудить их к отступлению. Выручать следует не только всякую часть, отделение или взвод, но даже отдельных нижних чинов. На помощь всегда следует бросаться не задумываясь, быстро и решительно, прикрываясь cклaдками местности. В. Какое значение имеет на дух войск взаимная братская выручка? О.Такая выручка имеет на дух войск громадное значение в смысле подъема его. Действительно, всякий сражающее солдат охотнее, бесстрашнее лезет в бой, когда знает, что его товарищи - ближайшие солдаты помогут, поддержат и выручат из беды. Враги же наоборот, видя такую стойкость и настойчивость, падают духом и теряют надежду на победу. В. Обладает ли русский солдат стойкостью? О. Да, обладает природной стойкостью и бесстрашием. Великий завоеватель Фридрих Прусский однажды сказал: "русского мало застрелить, его надо еще и повалить". В. Имеет ли решающее значение на исход сражение вовремя подоспевшая выручка? О. История русских войн знает много примеров, когда во время подоспевшая выручка осво­бождала целый отряд от гибели плена или опасного положения. В. В какой армии может хорошо развиться товарищеская поддержка? О.Только в той армии, где нет розни между родами оружие и отдельными личностями, где все солдаты сплочены в одну товарищескую братскую среду, тесное общество, гдe нет места злобе, коварству и насмешкам, где все сознают на какое великое и ответственное дело призван каждый из них, где все де­лается для пользы порученного дела, хотя бы во вред или с опасностью для жизни отдельных личностей. В. Применяется ли товарищеская выручка в мирное время? О.В мирное время товарищеская выручка нужна лишь в том случае, когда ясно видишь опас­ное положение, в котором находится не толь­ко военнослужащий, но и всякий человек. Тут уже по долгу человеколюбия, присяги и обязанности военной службы следует оказать немедленную помощь. В. Во имя чего должна практиковаться взаимная поддержка? О.Во имя пользы службы, чувства долга, христианского братолюбия, но только не из-за награды или страха наказания. В. Кто должен считаться идеальным солдатом? О.Тот солдат, который готов умереть каждую минуту по приказанию и даже без приказания своего начальника. Подвиг заключается не в том, чтобы, не падать в борьбе со своим врагом, а в том, чтобы, упавши вновь вскочить на ноги и снова броситься на врага. В. Какое значение имеет на войне настойчивость? О. Если с одного удара молотом вогнать в стену гвоздь нельзя, то ударяют два, три, че­тыре и т. д. раз, пока не достигнут своего. Так и на войне если не помогла одна атака, то атакуют в другой, третий и т.д. раз, пока не возьмут позицию. Настойчивость на войне великое дело. Нет такого препятствия, которого нельзя было бы одолеть. В. Как должен поступить солдат в том случае, когда он видит, что на одного солдата набрасываются сразу 10 человек неприятелей? О. Он должен крикнуть о помощи другим, а сам обязан немедленно броситься на выручку и победить или погибнуть в неравной борьбе. Кто не сделает этого, тот не исполнил своего долга, тот забыл присягу, забыл клятву, забыл товарищескую выручку. Это презрен­ный трус, ему не место в рядах армии. Тебя убьют - товарищи отомстят. Товарища убьют - ты должен отомстить. Священным девизом воина должно быть "все за одного и один за всех". В. Можно ли сдаваться в плен неприятелю? О. Нет, в плен никто не должен сдаваться. Сдаются только жалкие трусы. Солдат-герой никогда не сдастся в плен. Он скорее умрет в неравной борьбе, но в плен не сдастся. Плен считается, позором не только для самого себя, но и для той части, в кото­рой сдавшийся служит. Каждый воинский чин должен глубоко проникнуться сознанием, что сдача в плен есть величайший позор, есть не исполнение, а нарушение воинских законов и присяги. Для избежание критического положение есть только два честных выхода: или пробиться сквозь неприятеля, или погиб­нуть героем с оружием в руках. Простительно попадать в плен только тому солдату, который ранен настолько тяжело, что потерял сознание. Тогда его неприятельские са­нитары понесут для подачи медицинской по­мощи. В. Почему Японцы, когда в бессознательном состоянии ранеными попадали в плен к русским, потом кончали жизнь самоубийством? О. Потому что у них дух патриотизма, дисцип­лины и долг воина развиты в достаточной степени. Они считали для себя позором воз­вращаться из плена на родину, а потому предпочитали смерть. Несомненно, что они правильно понимали свой долг перед императором и родиной. В. При дружной взаимной поддержке друг друга и готовности победить или умереть, возможно ли поражение, или плен? О. Нет, при этих условиях ни поражение, ни плен становятся невозможными. В. Как должны пленные вести себя? О. Они крепко должны хранить военную тайну, т.е. не указывать, где, какие и сколько полков, дивизий, корпусов находятся. Не говорить о них, хотя бы пришлось умереть. Конечно, можно солгать, при чем количество наших войск и их храбрость следует всегда преувеличивать. (Н. Шалапутин. Катехизис русского солдата).
  

0x01 graphic

Витязь на распутье (1878)

Художник Васнецов Виктор Михайлович

  
   47
   ВИТЯЗИ РУССКИЕ.
   Рослые в большинстве своем, крепкие от природы, славяне были добрыми воинами. Вооружались они луками и дротиками. Их наконечники изготовляли из кремния и более твердого камня, реже из меди, а позднее стали появляться бронзовые. Щитов и другого защитного снаряжения наши добрейшие пращуры не ведали. На схватку выходили в обычной одежде, полюбившейся им и оставшейся "в моде" на многие века: длинные рубахи, иногда перехваченные поясом, и просторные, не стесняющие движения штаны, обычно белого или серого цветов, удобные на ходу берестяные лапти. Волосы перехвачены на лбу узкой повязкой. Поздние праславянские женщины стали расшивать всему роду рубахи характерными славянскими узорами. Бывало, набрасывали на себя звериные шкуры в виде накидки. Они не только спасали от холодов. Но и являлись первыми в истории защитными доспехами, так как смягчали удар. Попав в плен, они никогда не выдавали союзников, терпели любые пытки и умирали без жалоб, мольбы и стона. Никто не отваживался идти войной на славян, в своих лесах они были непобедимы. До нас дошли слова одного их военного предводителя Лавритаса. "Никто не покорит нас, доколе будут война и мечи на свете!" - гордо ска­зал он. На Западе не часто вспоминают о том, что своим существованием во многом обязана европейская цивилизация славянскому миру. Неисчислимое множество раз славянский хлебопашец откладывал соху и брал в руки меч, а затем и ружье, чтобы встретить очередную кочевую волну с востока, и тем самым спасти от гибели не только себя, но и всю Европу, которую он закрыл своей грудью. В постоянной борьбе со Степью нельзя не видеть один из источников противоречивости и сложности исторического развития Российского государства. Эта борьба отвлекала колоссальные силы от созидательного труда, а случавшиеся поражения отбрасывали нас на столетия назад. И в то время, когда Западная Европа переживала подъем в относительной безопасности, наш народ поднимал свое Отечество из руин и начинал все сызнова. Чтобы выжить и налиться силой, славянскому роду надо было крепко потрудиться как на хлебной, так и на ратной ниве. Очень сильны были враги славян, особенно скифские воины. Древнее предание свидетельствует о том, что древние славяне преуспели в воинском мастерстве. Писатель-историк так описывает военные тренировки славян-россичей: "У россичей за слободой на ровном месте устроены щиты из мягкой липы, каждый высотой в сажень, длинною - в три. На щитах сажей, разведенной в конопляном масле, нарисованы всадники. Стрелку рука нужна! Чтобы была рука - не пропускай дня, не натянув тетиву. Как рассветет - стреляй и стреляй. По времени привыкнет рука, разовьется глаз. Дальше, на третий рубеж, на три сотни шагов отходят стрелки. Отсюда рисованные фигуры нужно поразить так, чтобы из пяти стрел четыре шли в воздухе, когда впивается первая. Тогда ты настоящий стрелок. Сам, гордясь мастерством, будешь стараться не пропустить дня без стрелы. Каждый славяно-росский подросток (девочки тоже возятся с луками) самодельными стрелами бьют мелкого зверя и птицу. Каждый взрослый умеет натянуть боевую тетиву. В руках слобожан лук становится страшным оружием дальнего боя, а вблизи, шагов на сто, слобожанин пронижет козу, а в тура или тарпана - дикую лошадь - вгонит стрелу до пера. Учились бегать одной стеной, поворачиваться, как один. Остановившись по приказу воеводы, передние сразу метали копья, за ними задние бросали свои. И, закрывшись щитами, обнажали мечи и бегом нападали все сразу, будто катилось одно многоголовое, многожальное чудо. Каждый мужчина и женщина, умел ездить верхом, держаться в седле и без седла, править уздечкой. Воин должен уметь править только ногами, освободив руки для боя. С коня, как с твердой земли, били стрелами, метали копье. Скакали одним строем, колено с коленом, шли ниткой в затылок и сплошной лавой лошадиных грудей и боевых щитов. Коней обучали ложиться и мертво лежать с прижатой к земле головой. Тяжелая воинская наука для новичков. Их заставляли бегать с мешком на спине: мешок на лямках, в мешке - песок. Груз камня между коленами, как и груз песка на спине доводят до четырех пудов. В реке плавают подолгу, не считаясь по студеными веснами и осенью водой. Строптивых нет". Все города Древней Руси изначально строились как крепости и имели чуть ли не единственной своей целью защиту горожан. Старое название городских укреплений - твердь, твердыня. Исследуя вопросы строитель­ства крепостей на Руси XII в., мы обнаружим 269 русских горо­дов, которые обеспечивали рус­ским землям достойную оборо­носпособность своими 269 опол­ченными полками, состоящими из вооруженных формирований городов, пригородов, волостей, примыкавших к данным городам погостов, уделов. Напом­ним, что за 234 года (с 1228 по 1462 г) Русь испытала 160 внеш­них и 90 внутренних войн и воо­руженных конфликтов, что по­служило хорошей ратной школой ее воинам и ополченцам. Мать, воспитывая детей, готовила их быть воинами и не­примиримыми врагами тех людей, которые оскорбили ее ближних: ибо славяне, подобно другим народам языческим, стыдились забы­вать обиду. Страх неумолимой мести отвращал иногда злодеяния: в случае убийства не только сам преступник, но и весь род его бес­престанно ожидал своей гибели от детей убитого, которые требовали крови за кровь. Первая власть, которая родилась в отечестве наших независимых предков, была воинская. Сражения требуют одного на­мерения и согласного действия частных сил: для того избрали полководцев. Но, единодушно избрав начальника, вдруг лишали его своей доверенности, иногда без всякой вины, единствен­но по легкомыслию, клевете или в несчастиях: ибо народ всегда скло­нен обвинять правителей, если они не умеют отвратить бедствий от государства. Европейским ученым, в большинстве случаев, мало знакомым с историей нашего отечества, еще извинительно умалять значение русского военного искусства в истории военной культуры, но, к сожалению, не для всех еще русских известно, что "наше военное искусство почти никогда не уступало западноевропейскому, а весьма часто шло впереди, давало направление, новые идеи в области тактики и стратегии, которые от нас воспринимались в Европе". Древняя Русь преподает нам, потомкам, немало поучительных уроков. Вся история нашего государств доказывает правильность вывода Н.М. Карамзина о том, что "мудростию правителя цветут государства образованные; но только сильная рука Героя основывает великие империи и служит им надежною опорою в их опасной новости". Историк свидетельствует: "Однако ж ни миролюбивые правила христианства, ни торговля, ни роскошь, не усыпляли ратного духа наших предков...". Междоусобие, корыстолюбие правящих кругов губит Россию. "Корень всему злу то, что государи наши жили в раздорах, междоусобиях, домогаясь порознь личных выгод и тем более всего сами содействовали к возложению на себя оков. Они враждовали, губили друг друга, а ханы требовали от них единственно исправной подати, даров и повиновения, принимая сторону то одного, то другого. Княжества дрались, грабили друг друга, не уступая в хищности, в жестокости татарам, и сами губили Русскую землю. Великий князь потерял свою силу, свое старшинство". И далее историк говорит: "Сердце русского народа, расположенное, готовое, по своему характеру, к совершенствованию, беспрерывно было ожесточаемо: кровь лилась; везде встречалось варварство, злодейства, кои теряли, от частого явления, отвратительный свой вид и становились делом обыкновенным. В таких обстоятельствах люди бывают равнодушны, безжалостны, склонны ко всем преступлениям". "Если мы в два столетия, ознаменованные духом рабства, еще не лишились всей нравственности, любви к добродетели, к отечеству, то прославим действие Веры: она удержала нас на степени людей и граждан, не дала окаменеть сердцам, ни умолкнуть совести, в уничижении имени русского мы возвышали себя именем христиан и любили отечество как страну Православия". Хотя и видим мы несовершенство военной организации Древней Руси, но следует отметить, что цари русские "уже не скупились и не щадили казны для лучшего устройства ополчений. Уже Иоанн III производил денежное жалованье воинам в походах". История военного искусства допетровского времени в основе своей имела принцип поместной системы устройства войск, который заключался в том, чтобы земля, как главное богатство России, всецело "служила" государ­ству, т.е. была бы главным средством для формирования и комплектования вооруженных сил, а также и первым источником для покрытия всех расходов на военные по­требности. Один из древних русских принципов состоял в том, что вопросы вооруженной защиты были предметом заботы всего русского племени. Иностранцы удивлялись хитрости и ловкости славян, которую те проявляли на поле боя. Причиной тому была не только природная крепость славян, но и ряд специальных мер, которые традиционно культивировались у наших предков. Прежде всего, заботились о здоровом потомстве. Стоит также обратить внимание на тот факт, что уже в те времена нашим предкам было ясно, на чем следует базировать свое воинское искусство: они уяснили не только значение национальных особенностей в военном деле, но и свое географическое положение и особенности местности, на которой жили. Древние летописи и сказания ясно выделяют мысль о том, что каждый народ в своем воинском искусстве приноравливался к тому месту, где жил. Русский народ, живший в лесах и по берегам рек, естественно, осваивал эту стихию, познавал ее до тонкости, учился использовать преимущества леса и воды в военном деле. Древние русские люди (простые воины и их предводители) понимали, что только в родной стихии они могут в полную силу использовать свое боевое мастерство и потому стремились заманить противника в лес и уж там били его наверняка. Рать сильна воеводой. Предводитель войска русского выбирался не случайно, а готовился к своей миссии с самого детства. Посему, невольно поражает то, как практически целесообразно строилась жизнь русского князя от рождения до смерти. Лет двух-четырех над младенцем мужского пола совершался обряд постриги, т.е. первое стрижение волос, сопровождаемое благословением, посажением малютки на коня и пирами в отцовском доме. С пяти - семи лет мальчика брали в поход. О занятиях взрослого князя можно судить со слов Владимира Мономаха из его "Поучения" к сыновьям: "На войну выходя, не ленитесь, не полагайтесь на воевод; ни питью ни еде не потворствуйте, ни сну; сторожевую охрану сами наряжайте, и ночью, расставив воинов со всех сторон, ложитесь, а рано вставайте; а оружия снимать с себя не торопитесь, не оглядевшись, из-за лености внезапно ведь человек погибает. Лжи остерегайтесь, и пьянства, и блуда, от того ведь душа погибает и тело. Как бы вы не шли походом по своим землям, не давайте отрокам, ни своим, ни чужим причинять вреда ни жилищам, ни посевам, чтобы не стали вас проклинать". Отношение к павшим - это материя духовная, нравственная, - это понимали наши далекие предки. Тризна, как часть погребального обряда у древних славян, имела особое значение: священны могилы, великое зло перед усопшими потревожить погребальницу. Надмогильный холм так надо насыпать, чтобы веками никому не пришлось в силу разрыть его или запахать. У В. Иванова есть интересное описание тризны: "На многих телегах и вьюках привезли хлебы, вареное и жареное мясо, рыбу, варево на мясе и рыбе в глубоких корчагах, каши полбяные, пшеничные, гороховые, ячменные, меды ставленые пьяные, пива жидкие, как вода, и браги густые, как хлебная закваска, кислые квасы. У холма раскидывается страва-пир для поминания усопших. Едят, спеша утолить голод и жажду, славят усопших. Размягченные пивом и медом, плачут близкие. Начинается тризна - примерный бой. Слобожане строятся двумя отрядами. Сближаются, стучат оружием, расходятся вновь; все с острыми мечами и копьями. Но избегают нанести хоть царапину: на тризне нельзя показывать кровь, усопшие не любят вида братской крови. Ловок и славен тот, кто, нанеся убийственный на вид удар, умеет сдержать силу. Сходятся парами - это зрелище ловкости, боевой красоты. Так россичи одушевляют мысль о бессмертии. Вера в честь, с которой будет россич принят в обители предков, возвышала чувство достоинства личности. Мальчики, подростки, присутствуя на мужественных обрядах тризны, всей душой стремились к слободе. Коль придется пасть - падем, как эти!". (В.М. Гобарев. Предыстория Руси. Под ред. В.А. Золотарева. - М., 1994; В. Буртомеев. Русская история для всех. Опыт краткого описания в легендах и преданиях, именах и важнейших событиях. - М,. 1993; В.Д. Иванов. Русь Великая: Исторические романы. - М., 1991; В. Русанов. Ратная слава русских дружин и ополчения // Ориентир. - 2000. - N12. - С.59; Н.М. Карамзин. История государства Российского. В 12 т. - Т.I - IV. - М., 1993; А.И. Каменев).
  

0x01 graphic

Долобский съезд князей - свидание князя Владимира Мономаха с князем Святополком.

Художник Кившенко Алексей Данилович

  
   48
   ВЛАДИМИР МОНОМАХ. ПОУЧЕНИЕ.
   Спасением и избавлением от бед стал для Руси князь Владимир, сын Всеволода Ярославича от дочери византийского императора, по имени деда со стороны матери прозванный Мономахом, что значит Единоборец. Еще при жизни отца он прославился как бесстрашный полко­водец, не раз усмиряя буйных сородичей и защищаясь от полов­цев. Но государственный ум этого князя был еще ценнее его воин­ских доблестей. После смерти своего отца, великого князя Всево­лода Ярославича, Владимир Мономах не стал занимать престол. Чтобы не умножать распрю, он ушел в Чернигов, отдав Киев сыну Изяслава, Святополку Изяславичу: "Отец его был старше и княжил в столице прежде моего отца: не хочу кровопролития и войны междоусобной". А когда другой брат Олег Святославич потребо­вал у него Чернигов, то уступил и ему, сказав: "Да не возрадуются враги отечества!"
   Половцы тем временем не прекращали своих набегов, пользуясь ссорами князей и их войнами. Хан Боняк даже чуть не взял Киев, кочевники разорили и разграбили Печерский монастырь, главную святыню христианской Руси. Владимир Мономах хотя и не занял место великого князя, но и без титула стал опорой разоренной и гибнущей страны. Его уси­лиями князья собрались на первый съезд в городе Любече, где, сидя на одном ковре, они сначала по старшинству и договору без обид разделили уделы, а потом поклялись отстоять землю пред­ков, не нарушая взаимно согласия и карая поднявших руку на со­племенников: "Да отныне объединимся единым сердцем и будем блюсти Русскую землю!" Мономаху удалось собрать князей и на второй съезд, наказать виноватых, примирить враждующих и объединить против внеш­них врагов-половцев. Когда русские князья выступили сообща, они в первом же походе разгромили степняков. Двадцать поло­вецких ханов пали в сражении. И еще три раза водил Владимир соединенные силы в степь и возвращался с полной победой. Вско­ре в страхе перед Мономахом половцам пришлось уйти за Дон. Слава Владимира Мономаха разнеслась и на запад, и на восток. (Д.С. Лихачев). У Мономаха были отчетливые этические представления, целая этическая система в области политики. Эта этическая система его политики довольно полно выражена в двух его сочинениях: в том, что мы можем назвать собственно "Поучением", и в автобиографии, в которой он обсуждает события своей жизни с той же высокой моральной точки зрения, с какой написано и письмо к Олегу [убийцы его сына Изяслава]. Сам Владимир Мономах, конечно, представитель новой идеологии, оправдывавшей новый, провозглашенный на Любечском съезде принцип - "кождо да держит отчину свою", признавший факт раздробления Руси. Мономах во всех случаях подавал свой голос за упорядочение государственной жизни Руси на основе нового принципа и стремился предотвратить идейной пропагандой те княжеские раздоры, которые в новых условиях могли только усилиться. Призыв к единению против общих врагов-половцев, к прекращению раздоров между князьями не был в его устах призывом к старому порядку. Сторонников раздоров самих по себе никогда не существовало. Раздоры князей были естественным следствием нового положения вещей, но следствием, против которого выступали (внешне по крайней мере) и сами враждующие стороны. Владимир Мономах стремился к объединению усилий всех русских князей по укреплению могущества Русской земли, но к объединению на основе принципа, провозглашенного Любечским съездом. Владимир Мономах отчетливо сознавал, что новому принципу общего владения Русской землей необходимо было создать моральный авторитет. Это было тем более необходимо, что сразу же вслед за Любечским съездом вновь начались кровавые раздоры князей. Нужна была идеологическая пропаганда новых идей. Задачам этой пропаганды служит культ Бориса и Глеба, летописание, усиленно поддерживавшееся Владимиром Мономахом, и, наконец, собственные произведения самого Владимира Мономаха. В своих произведениях Мономах пытался опереть новую политическую систему на христианскую мораль, на строгое выполнение договорных условий, на совместное решение основных вопросов на княжеских съездах, на взаимное уважение к правам младших и старших. В конечном счете вся новая система должна была опираться на моральную дисциплину, на идеологию. Вот почему этой идеологии Мономах и придал такое большое значение, заботясь о писателях, покровительствуя летописанию, укрепляя церковь, развивая культ Бориса и Глеба, поддерживая Киево-Печерский монастырь и лично занимаясь писательской деятельностью. Новую идеологию и новый принцип Мономах пытался сделать тем стягом, с помощью которого он мог бы руководить дружиной князей-братьев. Таким образом, высокая мораль была потребностью распадающегося общества. Ее появление было вызвано глубокими историческими причинами. Моральная сила должна была заменить силу государственную. (Д.С. Лихачев. Великое наследие Древней Руси). Его "Поучение" детям - одна из жемчужин нашей древней русской литературы. "Поучение к детям Великого Князя Владимира Мономаха": "Я, ничтожный, дедом своим Ярославом благословенным, славным, названный при крещении Василием, русским именем Владимир, отцом возлюбленным и матерью своею - Мономахами... и ради крещеных людей, ибо сколько их соблюл по милости своей и по отцовской молитве от всяких бед! Сидя на санях, по­думал я в душе своей и воздал хвалу Богу, который меня до этих дней сохранил грешного. Дети мои или кто другой, слушая эту грамотку, не посмейтесь, но кому она будет люба из детей моих, пусть примет ее в сердце свое и не лениться будет, также и трудиться. Прежде всего, Бога ради и души своей, страх имейте Божий в сердце своем и милостыню подавайте изобильную, это ведь - начало всякого добра. Если же кому не люба грамотка эта, тот пусть не насмеется, а так пусть скажет: в дальнем пути, да на санях сидя, пустого он наговорил. Встретили ведь меня послы от братьев моих на Волге и ска­зали: "Присоединись к нам, чтобы выгнать Ростиславичей и во­лость их отнять; если же не пойдешь с нами, то мы - сами по се­бе будем, а ты - сам по себе". И сказал я: "Хоть вы и гневаетесь, не могу я ни с вами пойти, ни клятвы преступить". И, отпустив их (послов), взяв Псалтырь, с печалью раскрыл ее, и вот что прочиталось мне: "О чем печалишься, душа? Зачем смущаешь меня?" и прочее. И потом я выбрал слова эти прекрас­ные и расположил их одни за другими и написал: если вам пос­ледние не любы, первые возьмите. "О чем печалишься, душа моя? Зачем смущаешь меня? Упо­вай на Бога, потому что я все открою ему". Не соревнуйся с лу­кавыми, не завидуй творящим беззаконие, ибо лукавые будут ис­треблены, а богопослушные - те будут владеть землей. И еще немного - и не будет грешника; будет искать он места своего и не найдет. Кроткие же унаследуют землю и будут наслаждаться миром. Высматривает грешный праведного и скрежещет на него зубами своими; Бог же смеется над ним и предвидит, что наста­нет день его (последний). Оружие извлекли грешники, натягива­ют лук свой, чтобы подстрелить нищего и несчастного, поразить правых сердцем. Оружие их поразит сердца их, и луки их сломаются. Лучше у праведника малое, чем богатства грешных вели­кие. Ибо сила грешных сломится, укрепляет же праведных Гос­подь. Так вот грешники погибнут: праведных же милуя, он им подает. Так благословляющие его наследуют землю, клянущие же его истребятся. Господом стопы человека направляются. Когда он упадет, не разобьется, ибо Господь поддерживает руку его. Молод я был и дожил до старости, и не видел праведника поки­нутым, ни детей его просящими хлеба. Всякий день раздают милостыню и взаймы дает праведник, и потомство его благословенно будет. Уклоняйся от зла, делай добро, ищи мира и гони (зло), и живи во веки веков". "Когда восстали бы люди, то живы­ми пожрали бы нас; когда прогневалась бы на нас ярость его, то вода бы нас потопила". Помилуй меня, Боже, ибо растоптал меня человек; всякий день нападая, угнетает меня. Попрали меня враги мои, ибо много нападающих на меня свыше". "Возрадуется праведник, и, когда увидит отмщение, руки свои омоет в крови грешника". И сказал ведь человек: "Если есть награда праведнику, значит есть Бог, творящий суд на земле". "Возьми меня из рук врагов моих, Бо­же, и от восстающих на меня отними меня. Избавь меня от зако­нопреступников и от людей кровожадных спаси меня, ибо они оплели душу мою". "Ибо, как гнев в ярости его, так и жизнь в воле его: вечером водворится плач, а на утро явится радость". "Ибо лучше милость твоя, чем жизнь моя, и уста мои да восхвалят тебя. Так благословлю тебя за жизнь мою и во имя твое воздену руки мои". "Укрой меня от сборища лукавых и от множества делающих неправды". "Возвеселитесь все праведные сердцем. Благословлю Господа во всякое время, непрестанна хвала ему", и прочее. Так ведь и Василий [Великий] учил, собрав юношей, иметь душу чистую и непорочную, тело худое, беседу кроткую, и соблюдать слово Господне: "Еде и питью быть без шума великого, при старших молчать, мудрых слушать, старшим повиноваться, с равными се­бе и младшими в любви пребывать, без лукавого умысла беседуя, а побольше вдумываться; не неистовствовать словом, не осуж­дать речью, не много смеяться, стыдиться старших, с дурными женщинами не разговаривать, книзу глаза держать, а душу ввысь, избегать их; не уклоняться учить падких на власть, ни во что ставить всеобщее почитание. Если кто из вас может сделать другим полезное, от Бога на воздаяние пусть надеется и наслаж­дение вечными благами". "О, владычица Богородица! Отведи от бедного сердца моего гордость и буйство, чтобы не величался я суетою мира сего в нашей ничтожной жизни". Научись, верующий человек, поступать благочестиво, научись по евангельскому слову, "глазами управлению, языка удержанию, ума смирению, тела подчинению, гнева подавлению, мысли чисто­ту блюсти, побуждая себя к добрым делам Господа ради. Лиша­емый - не мсти, ненавидимый - люби, преследуемый - терпи, ху­лимый - моли, умертви грех". "Выручайте обижаемого, давайте суд сироте, оправдывайте вдовиц; приходите соединиться, гово­рит Господь. Если будут грехи ваши как багряные, обелю их как снег", и прочее. "Воссияет весна воздержания постного и цветок покаяния; очистим себя, братья, от всякой крови телесной и ду­шевной. Взывая к светодавцу, скажем: "Слава тебе, человеко­любец!" Поистине, дети мои, поймите, как человеколюбец Бог милостив и премилостив. Мы, люди, грешны и смертны, и, если кто нам причинит зло, то мы поскорее хотим его проглотить и кровь его пролить. А Господь наш, владея и жизнью и смертью, безмерные согрешения наши терпит в течение всей жизни нашей. Как отец, дитя свое любящий, бьет и опять привлекает его к себе, так же к Господь наш показал нам, как побеждать врагов, как тремя доб­рыми делами избавляться от них и побеждать их: покаянием, сле­зами и милостынею. И это вам, дети мои, не тяжкая заповедь Божия, как теми делами тремя освободиться от грехов своих и царствия (небесного) не лишиться. И Бога ради, не ленитесь, умоляю вас, не забывайте трех дел этих, ибо не трудные они: это не затворничество, не монаше­ство, не голодание, которые иные добродетельные претерпевают, но малыми делами можно получить милость Божию. "Что такое человек, как подумаешь о нем?" "Велик ты, Гос­поди, и дивны дела твои, никак разум человеческий не может рас­сказать о чудесах твоих". И опять скажем: "Велик ты, Господи, и дивны дела твои, и благословенно и славно имя твое во веки по всей земле". Кто же не воздает хвалу и не прославляет силу твою и твои великие чудеса и блага, устроенные на этом свете: как небо устроено или как солнце или как луна или как звезды, и тьма и свет, и земля на водах положена, Господи, твоим про­мыслом! Звери различные и птицы и рыбы украшены твоим промыслом, Господи! И этому чуду дивимся, как из земли создав че­ловека, как разнообразны человеческие лица, если и всех людей собрать, не все они на одно лицо, но каждый на свой облик, по Божьей мудрости. И тому подивимся, как птицы небесные из рая идут и, прежде всего, в наши руки, и не поселяются в одной стра­не, но и сильные и слабые расселяются по всем странам Божьим повелением, чтобы наполнились леса и поля. Все же это дал Бог на благо людям, в пищу, на потеху. Велика, Господи, милость твоя к нам, так как ты эти блага сотворил человека ради грешного. И те птицы небесные научены тобою, Господи: когда повелишь, то запоют и людей веселят; а когда не повелишь им, имея голос, они становятся немы. "И благословен, Господи, и про­славлен ты весьма!" "Всякие чудеса и эти блага сотворил. И кто не славит тебя. Господи, и не верует всем сердцем и всей душой имя Отца и Сына и Святого Духа, тот да будет проклят!" Эти божественные слова прочитав, дети мои, воздайте хвалу Богу, подавшему нам милость свою; а это от слабого моего ума наставление. Послушайте меня; если не все примете, то полови­ну. Если вам Бог смягчит сердце, слезы свои пролейте о грехах своих, говоря: как блудницу и разбойника и мытаря ты помило­вал, так и нас грешных помилуй. И в церкви то делайте и ложась (спать). Не грешите ни одной ночи; если это вам по силам, покло­нитесь до земли; если вам занеможется, то трижды. А того не за­бывайте, не ленитесь, ибо тем ночным поклоном и молитвой че­ловек побеждает дьявола, и что человек нагрешит за день, тем избавляется (от греха). Если и на коне едучи, не будет у вас ни с кем дела, если других молитв не умеете произносить, то "Госпо­ди, помилуй" взывайте беспрестанно про себя, ибо эта молитва всех лучше, - нежели думать о пустом, ездя. Всего же больше убогих не забывайте, но сколько можете, по силе, кормите и подавайте милостыню сироте, и вдовицу оправ­дывайте сами, а не позволяйте сильным погубить человека. Ни правого, ни виноватого не убивайте и не приказывайте убить его; если будет он достоин смерти, то не губите ни единой христиан­ской души. В разговоре, о дурном ли, о хорошем ли, не клянитесь Богом, не креститесь, ибо нет тебе в том нужды никакой. Если же будете крест целовать братии или кому иному, то, проверив сердце свое, на чем можете устоять, на том целуйте, а, поцеловав (крест), блюдите, как бы, преступив, не погубить души своей. Епи­скопы, попы и игумены... с любовью принимайте от них благосло­вение и не сторонитесь их, и по силе любите и пекитесь о них, чтобы получить от них молитву... от Бога. Более всего гордости не имейте в сердце и в уме, но скажем: смертны мы, сегодня жи­вы, а завтра в гробу; это все, что ты нам дал, не наше, но твое, поручил нам это на малое время. И в земле (богатства) не прячь­те, это нам великий грех. Старых чти, как отца, а молодых, как братьев. В дому своем не ленитесь, но за всем смотрите; не пола­гайтесь на тиуна или на отрока, чтобы не посмеялись гости ваши ни над домом вашим, ни над обедом вашим. На войну вый­дя, не ленитесь, не полагайтесь на воевод; ни питью, ни еде не потворствуйте, ни сну; сторожевую охрану сами наряжайте, и но­чью, расставив воинов со всех сторон, ложитесь, а рано вставай­те; а оружия снимать с себя не торопитесь, не оглядевшись, из-за лености внезапно ведь человек погибает. Лжи остерегайтесь, и пьянства, и блуда, от того ведь душа погибает и тело. Как бы вы ни шли походом по своим землям, не давайте отрокам, ни своим, ни чужим, причинять вреда ни жилищам, ни посевам, чтобы не стали вас проклинать. Куда пойдете и где остановитесь, напоите и накормите нищего и странника. И более же всего чтите гостя, откуда бы он к вам ни пришел, простолюдин ли, или знатный, или посол; если не можете почтить его дарами - то пищей и пи­тьем: ибо они по пути прославят человека по всем землям, или добрым, или злым. Больного проведайте, покойника проводите, ибо все мы смертны. Ни единого человека не пропустите, не попри­ветствовав его и не подарив его добрым словом. Жену свою лю­бите, но не давайте ей над собой власти. А вот вам и конец все­му: страх Божий имейте превыше всего. Если начнете забывать это, то часто перечитывайте: и мне не будет стыдно, и вам будет хорошо. Не забывайте того хорошего, что вы умеете, а чего не умее­те, тому учитесь - как отец мой, дома сидя, научился пяти язы­кам, отсюда ведь честь от других стран. Леность ведь всему мать: что кто умеет, то забудет, а чего не умеет, тому не учится. Хорошо поступая, не ленитесь ни на что хорошее, прежде всего, в отношении церкви: пусть не застанет вас солнце в постели. Так поступал отец мой блаженный и все знатные мужи, исполненные достоинств. На заутрени воздавши Богу хвалу, потом на восходе солнца и увидев солнце, следует прославить Бога радостно, со словами: "Просвети очи мои, Христе Боже, давший мне свет свой красный". И еще: "Господи, прибавь мне год к году, чтобы, впредь в остальных грехах своих покаявшись, оправдать жизнь свою", так я хвалю Бога. И сесть думать с дружиною или тво­рить суд людям, или ехать на охоту или на сбор дани, или лечь спать: спанье назначено Богом на полдень. По этому установленью ведь почивают и зверь, и птица, и люди. <...>. Не осуждайте меня, дети мои, или кто другой, это прочитав: не хвалю ведь я ни себя, ни смелости своей, но хвалю Бога и прославлю милость его за то, что он меня, грешного и дурного, столько лет оберегал от смертного часа и неленивым меня создал, бедного, на всякие дела человеческие годным. Эту грамотку прочитав, подвигнитесь на всякие дела добрые, славя Бога и святых его. Смерти ведь, дети, не боясь, ни войны, ни зверя, мужской долг исполняйте, как вам Бог пошлет. Ибо, если я ни от войны, ни от зверя, ни от воды, ни от падения с коня (не пострадал), то и никто из вас не может пострадать или лишиться жизни, пока не будет от Бога повелено. А если от Бога придет смерть, то ни отец, ни мать ни братья не могут вас отнять от нее. Но если и хоро­шее дело - остерегаться самому, то Божия охрана лучше, чем че­ловеческая". (Повесть временных лет. Пер. Б.А. Романова. Ч. I. - М.-Л., 1950. - С.354 - 367. - См.: Школа и педагогика в культуре Древней Руси: хрестоматия. Ч.1. - М., 1992. - С.95 - 100).
  

0x01 graphic

ВЕЛИКИЕ МЫСЛИ

Блез ПАСКАЛЬ (1623 -- 1662) --

французский математик, физик, философ и писатель.

  -- Человек не ангел и не животное, и несчастье его в том, что чем больше он стремится уподобиться ангелу, тем больше превращается в животное.
  -- Люди делятся на праведников, которые считают себя грешниками, и грешников, которые считают себя праведниками.
  -- Суть человеческого естества -- в движении. Полный покой означает смерть.
  -- Горе людям, не знающим смысла своей жизни.
  -- Всего невыносимей для человека покой, не нарушаемый ни страстями, ни делами, ни развлечениями, ни занятиями. Тогда он чувствует свою ничтожность, заброшенность, несовершенство, зависимость, бессилие, пустоту. Из глубины его души сразу выползают беспросветная тоска, печаль, горечь, озлобление, отчаяние.
  -- Кто не видит суеты мира, тот суетен сам.
  -- Нашему уму свойственно верить, а воле -- хотеть; и если у них нет достойных предметов для веры и желания, они устремляются к недостойным.
  -- Человека иногда больше исправляет вид зла, чем пример добра, и вообще хорошо приучиться извлекать пользу из зла, потому что оно так обыкновенно, тогда как добро так редко.
  -- Кто входит в дом счастья через дверь удовольствий, тот обыкновенно выходит через дверь страданий.
  -- Гнусны те люди, которые знают, в чем истина, но стоят за нее, лишь пока им это выгодно, а потом отстраняются.
  -- Справедливость без силы -- одна немощь, сила без справедливости -- тиранична. Надо, стало быть, согласовать справедливость с силой и для этого достигнуть, чтобы то, что справедливо, было сильно, а то, что сильно, было справедливо.
  -- Судить о добродетели человека следует не по его порывам, а по ежедневным делам.
  -- Говорите как все, но думайте по-своему.
  -- Две крайности: зачеркивать разум, признавать только разум.
  -- Инстинкт и разум -- признаки двух различных сущностей.
  -- Красноречие -- это живопись мысли.
  -- Красноречие должно быть приятно и содержательно, но нужно, чтобы это приятное, в свою очередь, было заимствовано от истинного.
  -- Молчание -- величайшее из человеческих страданий; святые никогда не молчали.
  -- Ухо наше для лести -- широко раскрытая дверь, для правды же -- игольное ушко.
  -- Нет беды страшнее, чем гражданская смута. Она неизбежна, если попытаться всем воздать по заслугам, потому что каждый тогда скажет, что он-то и заслужил награду.
  -- О нравственных качествах человека нужно судить не по отдельным его усилиям, а по его повседневной жизни.
  -- Хотите, чтобы люди поверили в ваши добродетели? Не хвалитесь ими.
  -- Добродетель человека измеряется не необыкновенными подвигами, а его ежедневным усилием.
  -- Когда человек пытается довести свои добродетели до крайних пределов, его начинают обступать пороки.
  -- Людей учат чему угодно, только не порядочности, между тем всего более они стараются блеснуть порядочностью, а не ученостью, то есть как раз тем, чему их никогда не обучали.
  -- Мы стойки в добродетели не потому, что сильны духом, а потому, что нас с двух сторон поддерживает напор противоположных пороков.
  -- Совесть -- лучшая нравоучительная книга из всех, которыми мы обладаем, в нее следует чаще всего заглядывать.
  -- Для человека, который любит только себя, самое нетерпимое -- оставаться наедине с собой.
  -- Хотите, чтоб о вас хорошо говорили,-- не говорите о себе хорошего.
  -- Как мало бы уцелело дружб, если бы каждый вдруг узнал, что говорят друзья за его спиной, хотя как раз тогда они искренни и беспристрастны.
  -- Эгоизм ненавистен, и те, которые не подавляют его, а только прикрывают, всегда достойны ненависти.
  -- Несомненно, что худо быть полным недостатков; но еще хуже быть полным их и не желать сознавать в себе, потому что это значит прибавлять к ним еще недостаток самообмана.
  -- Ничто не одобряет так порока, как излишняя снисходительность.
  -- Любопытство -- то же тщеславие; очень часто хотят знать для того только, чтобы говорить об этом.
  -- Человек -- это сплошное притворство, ложь, лицемерие не только перед другими, но и перед собой. Он не желает слышать правду о себе, избегает говорить ее другим. И эти наклонности, противные разуму и справедливости, глубоко укоренились в его сердце.
  -- Предвидеть -- значит управлять.
  

 Ваша оценка:

По всем вопросам, связанным с использованием представленных на ArtOfWar материалов, обращайтесь напрямую к авторам произведений или к редактору сайта по email artofwar.ru@mail.ru
(с) ArtOfWar, 1998-2012