ArtOfWar. Карцев Александр Иванович. Мифи. Записки военного разведчика. ч. 4

МИФИ. Записки военного разведчика

Четвертая часть

Третья часть - https://artofwar.ru/k/karcew_a_i/text_1410.shtml

Глава 34. Сэр Родрик

Мы сидели в ресторане "Жан Жак" на Никитском бульваре. Я внимательно читал меню, выискивая, что бы заказать такое вкусненькое? А мой собеседник уже пару минут старательно что-то искал в своём портфеле. В какой-то момент он внимательно посмотрел на меня.

- Саша, вы случайно не пишете наш разговор?

Странный и немного неожиданный вопрос. Писатели, которые берут интервью, как правило, используют диктофоны. Те, которые дают интервью, обычно их не используют. Сегодня я давал интервью. И в принципе, диктофон мне был не нужен.

Мой шеф Сан Саныч всегда учил меня говорить правду, одну только правду, ничего, кроме правды. Но не всю правду. Поэтому я ответил немного уклончиво.

- Обижаете, сэр Родрик!

Вопрос моего собеседника, действительно, прозвучал немного обидно для обычного российского пенсионера, более двадцати лет проработавшего в военной разведке. Да, своего диктофона у меня не было, но на эту встречу диктофон мне дал Сан Саныч. Он посчитал, что будет как-то неприлично с моей стороны общаться без диктофона с бывшим послом в СССР (России), советником премьер-министра и главой Объединенного разведывательного комитета Великобритании (председатель Межведомственного комитета по развединформации). По словам Сан Саныча, мой собеседник - рыцарь Великого Креста ордена Святого Михаила и Святого Георгия. Поэтому в Англии к нему принято обращаться с приставкой "сэр". И будет правильно, обращаться к нему именно так. Мне это сделать несложно, а сэру Родрику будет приятно. Почему не сделать приятно хорошему человеку?!

Сэр Родрик улыбнулся, словно бы за что-то извинялся.

- У меня села батарейка на диктофоне. Сбросите потом запись нашего разговора мне на почту.

Я кивнул в ответ, помня о том, что любое слово может быть использовано против меня. А кивок может сойти за чих.

За пару месяцев до этого, в конце мая 2007-го года мне позвонил один из моих друзей, сказал, что бывший посол Великобритании в СССР (России) сэр Родрик Брейтвейт, просит организовать у них в Интерфаксе встречу с бывшими воинами-интернационалистами. Он пишет книгу об афганской войне и настоятельно просит, чтобы я присутствовал на этой встрече.

Интересно, если бы наши писатели захотели собрать в МИ-6, ЦРУ, АНБ или в ФБР материал для своих книг, посвященных различным тайным операциям, дали бы им возможность пообщаться с агентами этих спецслужб? А заодно покопаться в их секретных архивах. Сомневаюсь, однако. Почему же у нас это было возможно?

31-го мая в Интерфаксе состоялась встреча сэра Родрика Брэйтвэйта с воинами-афганцами, на которой, кроме меня, присутствовали: замечательный поэт и военный журналист Юрий Вахтангович Беридзе, бывший командир 860-го отдельного мотострелкового полка Антоненко Виктор Васильевич и двое его подчинённых.

Сэр Родрик начал встречу словами о том, что его "поражает обида солдат, которые служили в Афганистане. Когда вышел последний солдат с Громовым, их не встретил ни один политик". Правильно начал. По его мнению, после этих слов, обиженные солдаты и офицеры должны были начать изливать наболевшее. Да, обижаться нам было и есть за что на наших политиков. Но, как у нас говорят, на обиженных воду возят. И наши политики - это одно. А Родина - совсем другое. И те, кто воевал, это прекрасно знают.

Поэтому никто из собравшихся этот "крючок" не проглотил. Но зато Виктор Васильевич подарил сэру Родрику книгу Глеба Леонидовича Боброва "Солдатская сага", а затем увлеченно и очень интересно рассказывал о тактике действий наших войск, о вооружении, о наших медсестрах, которые сдавали свою кровь раненым. Остальные ребята немного дополняли его рассказ. Я больше фотографировал и помалкивал - https://artofwar.ru/k/karcew_a_i/text_0220.shtml

В принципе Сан Саныч проинструктировал меня о том, что можно рассказывать на этой встрече, а о чем говорить не стоит. Но я хорошо помнил старый советский плакат: "Болтун - находка для шпиона", поэтому больше слушал, чем говорил. По старой курсантской привычке пытался "прикинуться ветошью и не отсвечивать", в надежде, что обо мне и не вспомнят.

К счастью, Виктор Васильевич был в ударе, и время, запланированное на встречу, за его рассказами пролетело совершенно незаметно. Я вздохнул с облегчением. И после встречи я летел свой родной подвал, как на крыльях. Все же приятно, когда ты не выдал Военную тайну. Даже, если тебя о ней и не спросили.

Но уже через пару дней мне снова позвонили из Интерфакса, сказали, что сэр Родрик хочет со мной встретиться. Позднее, мы встречались с ним ещё несколько раз: в его офисе недалеко от Пушкинской, в моем подвале, на презентации его книги "Афган. Русские на войне" и в кафе "Жан Жак". Оказалось, что сэр Родрик хорошо знаком с моим романом "Шелковый путь", но еще лучше он знаком с Карлом Вуоно, поэтому был в курсе, что я дважды отказывал этому американскому генералу во взаимности: когда он предлагал мне работу в Вест-Пойнте и в его частной военной компании MPRI.

Судя по вопросам, которые задавал мне сэр Родрик, операцию по штурму дворца Амина (Тадж-Бек) он знал практически поминутно (позднее американцы повторят её "один в один" при захвате президента Венесуэлы Николаса Мадуро в 2026-м году). Но его больше интересовала наша операция по подготовке и выводу войск из Афганистана, в которой мне довелось принимать самое непосредственное участие. По словам сэра Родрика, наша операция была уникальной. И повторить её еще не удалось никому. Судя по всему, Международная коалиция и в первую очередь, американцы, тоже планировали вскоре покинуть это гостеприимную страну? С учетом того, что меня стали готовить к нашей операции за пять лет до вывода наших войск, что-то рановато они засобирались до дому, до хаты. Хотя Восток - дело небыстрое. И это правильно, прежде чем куда-то войти, подумай о том, как будешь выходить. Вот и озадачили сэра Родрика либо он сам озадачился вопросами, как мы воевали в Афганистане, как смогли выйти без потерь и почему, несмотря ни на что, афганцы до сих пор вспоминают нас добрым словом - https://rg.ru/2011/03/11/afgantsy.html

Разумеется, свои книги сэр Родрик писал не для нас, а для своих британских и американских читателей. И, по сути, его книги служили для сбора информации, которая будет полезна Британии и её союзникам. Но ещё он много лет провёл в России и поэтому в своих книгах попытался донести до своих читателей одну простую мысль, что от конкуренции будут выигрывать и капиталистические страны, и социалистические. А от войны могут проиграть все, ведь в современной войне победителей может и не быть. Однажды он высказал мне забавную мысль: когда великие империи долго воюют между собой, побеждают варвары. Над этой мыслью стоило хорошенько подумать.

Глава 35. Аксиома Лиддел Гарта

Мне нравился стиль общения с сэром Родриком, который всегда был диалогом: взамен за мою информацию, он рассказывал что-то интересное о себе или о работе английской разведки. Рассказывал о своем отце, который ушел добровольцем в армию в годы Первой мировой войны, за свой счёт купив себе военное снаряжение. А после окончания войны стал известным дирижером. О своем родном брате Николасе, который пошёл по стопам их отца. О своей супруге Джиллиан, отвечая на вопрос которой, он написал целую книгу - "Москва 1941" (думается, это здорово, когда мужья так отвечают своим любимым супругам). По словам сэра Родрика, Джилл очень увлечена моим романом "Тайны Афганистана", посвященным потомкам воинов Александра Македонского, живущим в Афганистане. И постоянно цитирует ему выдержки из этой книги. При каждой нашей встрече с сэром Родриком, она передавала мне через него приветы. Это было приятно. Приятно, что есть такие семьи, в которых муж и жена - единое целое. И что супруга всегда и во всем помогает своему мужу. Это дорогого стоит!

А ещё сэр Родрик рассказывал о капитане Бэзиле Генри Лиддел Гарте, воевавшем в Первую Мировую, которому принадлежит аксиома, названная в его честь: "Цель войны - добиться лучшего состояния мира, хотя бы только с точки зрения участника конфликта. Война, целью которой является что-то другое, априори проиграна".

Рассказывал о его Стратегии непрямых действий: выбирать цель по своим средствам; выбирать для действий такое направление, откуда противник меньше всего ожидает удара; действовать по линии наименьшего сопротивления; выбирать направление, на котором может быть создана одновременная угроза нескольким объектам; обеспечить гибкость плана с учётом возможных изменений в обстановке.

И о том, что непрямые действия, как правило, приносят больший эффект при меньших затратах, чем прямолинейные попытки разгромить противника решительным ударом в лоб. Что в наступательной стратегии непрямые действия обычно выражаются в движении войск против экономического объекта противника - его источника снабжения (страны или армии). И нужно всегда помнить, что сегодняшний противник завтра может стать вашим покупателем, а послезавтра - союзником.

В книге сэра Родрика Брейтвейта "Афган. Русские на войне" моей работе в Афганистане посвящено лишь несколько абзацев. И всего лишь одна моя фотография, которая не сможет быть использована против меня, благодаря правильному ракурсу. Но подпись под ней довольно примечательная: "Александр Карцев, лейтенант 180-го мотострелкового полка, стоявшего около Кабула, оказывал местным жителям медпомощь - отличный способ ведения разведки".

С сэром Родриком Брейтвейтом в нашем подвале на 1-й Тверской-Ямской ул. [Карцев А.И.]

Я долго выпытывал Сан Саныча, для чего сэру Родрику понадобилось так часто со мной встречаться, если в книге нет практически ничего из того, что я ему рассказывал?

- Саша, ты сам понимаешь, не обо всём можно писать в книгах. Но ты должен знать, что после завершения работы над своей книгой он не раз вылетал в США, читал там лекции для американских разведчиков. Потому что материал, который собрал Брейтвейт, работая над своей книгой, гораздо интереснее и ценнее, чем то, что он опубликовал. И наша операция, действительно, была уникальной, многоходовой и долгоиграющей. И ты же не случайно начинал свою службу на иранской границе, поэтому должен понимать, что наша работа в Афганистане была лишь частью грандиозного и очень важного для нашей страны проекта, а не просто обеспечением вывода наших войск.

Маленький парадокс: в последнее время иностранцы гораздо больше интересуются нашей военной историей и изучают наш боевой опыт, чем наши сограждане. Но американцы и англичане никогда не поймут нашу главную Военную тайну, благодаря которой мы смогли вывести наши войска из Афганистана с развернутыми знаменами и практически без потерь. И почему, по словам Брейтвейта, афганцы до сих пор с большой теплотой вспоминают наших солдат и офицеров. И говорят, что при русских было лучше, чем сейчас при американцах. Секрет не только в нашем высоком профессионализме, а в первую очередь в том, что за нашей спиной был Советский Союз, который строил на "оккупированных" территориях университеты, больницы, мосты, заводы и фабрики, а не превращал их в колонии, как капиталистические страны. В СССР почётом и всеми благами пользовались люди труда, а не воры и жулики. И многие страны брали с нас пример, мечтали быть похожими на нас. К тому же, мы испокон веков были для афганцев соседями, с которыми можно спорить, ссориться и даже воевать. Но лучше - дружить и сотрудничать, как равный с равным. Англичане и американцы этого не понимают. Или просто не умеют.

- Сан Саныч, какие-то странные отношения у нас складываются с сэром Родриком. Не совсем профессиональные, а словно дружеские. Он ко мне как-то по-отечески относится. Это тоже форма выхода на контакт? Их так учат?

- Не совсем. Как я понял, это не только стиль работы британских разведчиков, но и просто человеческие отношения. Он относится к тебе с большим уважением, как к равному. И, как к сыну.

Я и сам чувствовал это. Мы действительно относились очень тепло и уважительно друг к другу. Каждый из нас работал в интересах своей страны. Но оба мы хорошо помнили, что в годы Второй мировой войны наши страны были союзниками. На одной из встреч сэр Родрик подарил мне книги "Москва 1941: Город и его жители на войне" и "Афган. Русские на войне" со своими автографами. А главное, он познакомил меня с одним из своих американских читателей - сержантом-спецназовцем, который будет девять лет воевать в Афганистане. Этот сержант оказался большим фанатом моего романа "Шелковый путь". Во время службы в Афганистане, вместе со своими товарищами, он еженедельно переводил очередную главу из моей книги. И они читали её всем офицерам и сержантам своего батальона. Однажды эта книга спасёт их разведгруппу. А командир этого сержанта, поможет мне выполнить одно очень важное задание.

И именно от этого сержанта, задолго до начала СВО, я узнал о тактике роя дронов, продемонстрированной китайцами на одной из Международных выставок вооружений и военной техники в Абу-Даби, когда рой распределял группы бпла на все цели, находившиеся в зоне поражения. И о книге "Дрон убийца. Мемуары оператора боевого беспилотника", которая была практически обязательной для прочтения всеми офицерами американской армии. Интересно, а какие книги до начала СВО читали наши военачальники? И какие иностранные книги они читали и переводили на русский язык?

Позднее этот сержант будет присылать мне свои фотографии, сделанные практически в тех же самых местах, где воевал и я. На моих черно-белых фотографиях хорошо видны небольшие поля, на которых дехкане выращивали пшеницу. На его цветных фотографиях - огромные поля, практически до горизонта, заросшие маком. Может быть, в этом один из ответов на вопрос, почему афганцы не любят американцев?

Говорят, что история не терпит сослагательного наклонения. И прошлое изменить мы не можем. Еще в курсантские годы я познакомился с одной девочкой, папа которой был геологом и работал в Средней Азии. Он рассказывал много интересного о газовых месторождениях, находившихся в приграничье Туркмении, Афганистана и Ирана. Однажды, когда я был в гостях у Сан Саныча, в его альбоме увидел фотографию, на которой рядом с ним стояли два советских майора, родом явно откуда-то из Средней Азии. Один из них позднее "работал" вождём большого курдского племени в Иране, а второй был большим военачальником в афганской армии. В Афганистане мне с моими разведчиками приходилось сопровождать наших геологов, работавших неподалёку от реки Панджшер. И они рассказывали мне об огромных запасах полезных ископаемых, которые никогда прежде не добывались в Афганистане промышленным способом. Соединить все эти пазлы в единую картину особого труда не составляло.

Поэтому, не секрет, что совместная добыча полезных ископаемых должна была стать одним из направлений нашего взаимовыгодного сотрудничества с Афганистаном. Но главным, по сути, стратегическим вопросом для нашей страны, было строительство дорог, в том числе, железнодорожных путей, через Иран или Афганистан (и Иран) для выхода к Индийскому океану. По сути, это была идея возрождения Древнего Шёлкового пути, хотя немного по иному маршруту. Ведь в случае военного конфликта с НАТО, выходы из Черного и Балтийского морей легко перекрывались, а Северный морской путь, был слишком дорог.

Но чехарда с "эпохой пышных похорон", когда у нас чуть ли не ежегодно умирал очередной генсек, а затем им на смену пришли вожди, для которых личные интересы были важнее государственных, на корню перечеркнули все эти планы. А ведь всё могло сложиться совсем иначе.

Глава 36. Красная армия не придёт

В 2007-м году я получил сообщение от своего друга, с которым не виделся ни разу, Володи Константиновича (я уже писал, что всегда так его называл) Олейника, доцента Курганского педагогического института, предложившего мне вступить в Союз писателей России. Серьезные проблемы со здоровьем до сих пор ничуть не мешают ему делать то, что многим здоровым не по силам. Меж собой мы часто называем его серым кардиналом современной военной литературы. Точнее, нашим добрым волшебником, другом и наставником. Вскоре в Москву приехал его близкий друг, замечательный военный писатель Виталий Николаевич Носков (https://artofwar.ru/n/noskow_w_n/), который написал мне рекомендацию для вступления в Союз писателей России. Виталий Николаевич сказал, что вторую рекомендацию мне даст Николай Павлович Кузьмин. Он сейчас передвигается с большим трудом и нам нужно сходить к нему в гости, забрать рекомендацию.

На всякий случай Виталий Николаевич сразу же предупредил меня:

- Николай Павлович - человек старой закалки. Поэтому, если ты ему не понравишься, он выскажет в лицо всё, что о тебе думает. Скрывать ничего не будет. Хотя книги твои ему понравились.

С Виталем Николаевичем Носковым едем за рекомендацией к Николаю Павловичу Кузьмину [Карцев А.И.]

Что-то нагнал Виталий Николаевич на меня жути. Хотя даже мышей и злых собак я не боюсь, а тут почему-то почувствовал себя, как перед серьезным экзаменом. Волновался не по-детски...

Но Николай Павлович с первой же минуты нашего знакомства отнесся ко мне, как к своему сыну. Очень по-доброму. А потом мы сидели втроем на кухне - другого места в его крохотной однокомнатной квартире не было (в комнате из мебели: только книжные полки, крохотный диван, стул и большой письменный стол). Николай Павлович обращался ко мне: "Сашенька", как к маленькому, хотя мне уже исполнилось 43 годика. И говорил, что мой роман "Шелковый путь (записки военного разведчика)", по его мнению, лучшая книга об афганской войне. Шутили по поводу всяких болячек (Николай Павлович был тяжело болен). И он сразу приметил, что я немного хромаю.

Сан Саныч рассказывал мне о том, что труд писателей в Советском Союзе приравнивался к труду ученых. Для них выделялись квартиры, строились дачи, их награждали самыми высокими наградами, они получали большие гонорары и государственные премии. Но, как живут современные российские писатели, я представлял довольно смутно. Квартира, в которой жил Николай Павлович производила удручающее впечатление своей откровенной бедностью.

Узнав, что я родом из Клина, Николай Павлович рассказал, что Аркадий Гайдар в своей повести "Тимур и его команда" не только дал советы, чем должны помогать тимуровцы семьям погибших красноармейцев, но и по подготовке подпольных организаций, если наша страна будет оккупирована врагом. Об этой стороне творчества Аркадия Петровича я почему-то раньше не думал. Хотя в десятом классе отвечал в комитете комсомола за бомбоубежище, закрепленное за нашей школой. И за его работу в случае чрезвычайной ситуации. Тогда, при общении с одним из секретарей горкома ВЛКСМ, я невольно задумался о том, что группа, которая была у меня в подчинении - по сути, готовая подпольная ячейка во время войны.

Невольно разговор зашел о нашем недавнем прошлом. Для меня было не совсем понятно, как наша великая и могучая страна, которую никакой враг не смог бы победить в открытом бою, распалась, по сути, без единого выстрела. В сказки о том, что советская экономическая модель развития была нежизнеспособной, я никогда не верил. Как и не верил в сказки о том, что разрушение промышленности, построенной во времена СССР, капиталы, утекающие в недружественные нам страны, зарастающие борщевиком, земли сельхозназначения, повсеместная коррупция и антинародные законы, всё это делается во благо нашего народа.

- Сашенька, ты помнишь "Сказку о Военной тайне, о Мальчише-Кибальчише и его твёрдом слове" Аркадия Петровича Гайдара? - Николай Павлович внимательно посмотрел мне в глаза.

- Да, кто же её не помнит из нашего поколения?!

- В истории человечества многие события повторяются из века в век. И в каждую эпоху появляются не только легендарные герои, но и предатели. Нынешние мальчиши-плохиши в 90-е годы предали нашу страну и наш народ. И современные буржуины не только убивают наших Мальчишей-Кибальчишей в ходе локальных войн и конфликтов, но и убивают всех нас своими законами, разрушением экономики, промышленности, сельского хозяйства, нашего образования и культуры. Но что самое горькое, Красная армия больше не придет нам на помощь. Нам все придётся делать самим: гнать буржуев и восстанавливать нашу страну. А для этого придётся вспомнить, что в каждом из нас есть частичка наших отцов и дедов, служивших в Красной Армии и защитивших нашу страну. А значит, и в каждом из нас есть частичка Мальчиша-Кибальчиша. И выбор у нашего народа небольшой - победить буржуинов или погибнуть. Ведь нынешний, колониальный путь развития нашей страны, это путь к погибели. А что касается разрушения Советского Союза, ты же сам прекрасно понимаешь, что не всё получается с первого раза. Парижская коммуна продержалась всего 72 дня. Советский Союз - почти семьдесят лет, с декабря 1922 года. За это время мы показали всему миру пример государства, которое существует на благо людей труда, а не буржуинов, воров и жуликов. Это уникальный опыт, который непременно пригодится тем, кто придёт после нас.

А потом мы говорили о всяком, разном до позднего вечера. На прощание Николай Павлович подарил мне свою книгу "Возмездие" с автографом: "Милый Саша! Держи Флаг, не спускай! Обнимаю (подпись) 13.10.07 г."

Удивительный он был человек. За внешней суровостью скрывалась огромная душевная щедрость, проницательный ум и настоящий дар предвидения. И я искренне благодарен Виталию Николаевичу Носкову и Николаю Павловичу Кузьмину не только за их рекомендации для вступления в Союз писателей, но и за эту встречу, которая придала мне сил жить и идти дальше. Ведь для того, чтобы жить полноценной жизнью и достичь своей цели, нужно быть сильным.

Глава 37. Симпосий и как стать писателем

- Очередная пьянка? - Поинтересовалась сотрудница "Литературной газеты", с улыбкой посмотрев на нас с Владимиром Александровичем Силкиным и на пакеты в наших руках, в которых были не только продукты, но и что-то весело позванивало.

- У нас симпосий, а не пьянка, - поправил её я. В современном звучании, слово "симпозиум" означает академическую конференцию или собрание, но я умышленно использовал древнегреческую форму этого слова, означающую дружескую пирушку. Ибо эта форма гораздо больше подходила к нашим регулярным встречам в кабинете председателя Правления Московской городской организации Союза писателей России, профессора Литературного института Владимира Ивановича Гусева на Большой Никитской, 50А/5.

28 ноября 2007-го года меня приняли в Московскую городскую организацию Союза писателей России. И так как я пришёл в Литературу из армии, Владимир Александрович Силкин, руководивший Военно-художественной студией Министерства обороны, взял надо мною шефство. На днях мне вручили литературную премию имени Александра Сергеевича Грибоедова за рассказ "Данила". И у нас снова не было повода не выпить. Разумеется, премия эта была безденежной, в виде небольшой памятной медали. Но эта премия была мне очень дорога. Свои первые шаги в разведке я начинал на иранской границе, а Александр Сергеевич был убит в Персии. На знаменитой четверной дуэли он был ранен в кисть левой руки (по этому ранению несколько лет спустя опознали его труп в Тегеране). В результате ножевого ранения, лишь благодаря высочайшему профессионализму наших военных врачей, удалось сохранить пальцы на моей правой руке. И не секрет, как дипломат, Александр Сергеевич Грибоедов тоже был разведчиком. К тому же, это была моя первая литературная премия.

Обычно к концу недели у кого-нибудь из наших московских писателей появлялись подобные поводы. У кого-то выходила новая книга, кто-то отмечал День Варенья. Поэтому мы периодически "сбрасывались" содержимым своих пакетов. И в результате: с миру по нитке, бедным писателям - очередной симпосий!

Мне нравились эти посиделки в кабинете Владимира Ивановича Гусева. Наши столы не ломились от изобилия, и спиртного был минимум, но зато атмосфера этих встреч была потрясающей. Саша Маргелов, Герой России, сын легендарного десантного бати - Василия Филипповича, рассказывал о том, каково это десантироваться внутри боевой машины десанта. Актриса, писательница и поэтесса Наталья Воробьёва, сыгравшая роль Эллочки-людоедки в фильме Гайдая "12 стульев", вспоминала забавные истории, происходившие на съемочной площадке. Лётчик-испытатель 1-го класса, 102-кратная чемпионка мира Марина Лаврентьевна Попович всегда обращалась ко мне - Сашенька. Это было очень трогательно. А сколько замечательных и очень талантливых писателей, поэтов, артистов и бардов бывало на этих встречах!

Как и у многих других военных писателей, у меня не было литературного образования. Да, за плечами была интересная служба в разведке и приключения, которых хватило бы на многие жизни. С самого первого своего дня в военном училище я вел дневники, интуитивно понимая, что всё происходящее рядом со мною, очень важно и ценно для тех, кто придёт после нас. В результате у меня остались три общие тетради, в которых почти ежедневно описывается наша курсантская жизнь. Одна общая тетрадь о нашей подготовке в 197-м отдельном батальоне резерва офицерского состава. И особенно ценными были дневники, которые я вёл в Афганистане. К сожалению, дневники больше интересны историкам, и не всегда интересны широкой читательской аудитории. На основе своих дневников я выпустил две книги, но, чтобы двигаться дальше, нужно было учиться писательскому ремеслу.

И Владимир Иванович Гусев это прекрасно понимал. Поэтому не только мне, но и всем начинающим военным писателям, авторам сайтов Артофвар и Окопка он передал свою книгу "Теория прозы" (ссылка на неё ниже, в моём очерке для начинающих писателей).

Понятно, что каждый из нас - бесценный алмаз, который легко напишет настоящий шедевр, если опишет свою жизнь. Особенно, если жизнь у нас получилась интересной и увлекательной. Но чтобы алмазу превратиться в настоящий бриллиант, нужно учиться, оттачивать своё мастерство и всегда помнить слова, приписываемые Томасу Эдисону, что талант - это 1% вдохновения и 99% пота.

Поэтому, думаю, многим из нас будет не лишним посмотреть мультфильм "Овцы" (с разбором от замечательного военного писателя Глеба Леонидовича Боброва), в котором нет ни одного слова, но гениально изложена структура рассказа. И почитать мой небольшой очерк для начинающих писателей с рассказом моего шефа, Сан Саныча Щелокова, о двугорбом верблюде - https://vk.com/@alexandrkartsev-kratkii-kurs-voenpisa

Думаю, что с написанием первого рассказа ни у кого особых трудностей не возникнет. А возможно, и с первым сборником рассказов. Вопрос: что делать дальше, чтобы издать их (не за свой счёт)? Я размещал свои рассказы на многих литературных сайтах, но особого толка от этого не было (хотя наши замечательные читатели помогали исправить множество моих ошибок). Пока не стал выкладывать их на сайте Артофвар, который в то время был очень популярным. И на который заходили не только писатели и читатели, но и издатели. Благодаря этому была издана моя первая книга "Шелковый путь".

Несколько лет спустя, я как-то зашел в издательство, выпустившее очередную мою книгу. Принес пару тортов, чтобы отметить это событие. За чаепитием разговор невольно зашёл о моей работе в Индийском океане, но книгу об этом у меня уже планировало издать другое издательство. Меня спросили о моем "разведчицком" проекте "Одины (эллины) для Золушки", который я проводил в то время с девочками-моделями. И о количестве подписчиков в моих группах, в социальных сетях, посвященных этому проекту. Я ответил, столько-то тысяч.

Мне сказали, что они с удовольствием издадут мою книгу, посвященную этому проекту. Оказалось, что количество подписчиков в подобных группах имеет для издательств большое значение. К сожалению, времени для написания этой книги у меня так и не нашлось. Но для начинающих авторов, думаю, это будет полезной информацией.

Понятно, что кто-то из Вас напишет бестселлеры, кто-то дневники для своих детей и внуков. И дневники могут оказаться не менее важными и ценными, чем бестселлеры. У каждого из нас свой Путь. Но, как говорят на Востоке, дорога в тысячу ли начинается с первого шага. И дорогу осилит идущий.

Глава 38. Писательская рекогносцировка

Так получилось, что меня сначала приняли в Союз писателей России, а лишь после этого у меня появилась возможность хоть немного научиться ремеслу писателя. Я понимал, что учиться нужно у лучших. Но в отличие от выпускников Литературного института, у которых были не только замечательные педагоги, но и было время для учёбы, мне предстояло учиться самостоятельно. И учиться во время выполнения других, гораздо более серьёзных задач. Будучи человеком военным, я отнесся к писательству, как к работе командира, который после получения боевой задачи, уясняет её, оценивает обстановку, принимает решение, проводит рекогносцировку (изучает расположения противника и местности перед предстоящими боевыми действиями). И далее по пунктам Боевого Устава.

Поэтому изначально решил изучить наш книжный рынок, чтобы понять, какие авторы и книги сейчас наиболее популярны и лучше всего продаются. Не секрет, что лучше всего продаются книги, закупаемые для библиотек за счёт бюджета, а также, включенные в обязательную школьную программу и рекомендованные для внеклассного чтения. Далее идут авторы, чьи книги экранизируются и выставляются на самых видных местах в книжных магазинах. Плюс авторы, получающие самые престижные литературные премии и о ком, рассказывают на телевидении. Ведь, по сути, эти книги лучше всего характеризуют, существующий на сегодняшний день, государственный заказ. Поэтому писать разумнее то, что будет в русле этого заказа, а значит, будет лучше продаваться, рекламироваться и продвигаться.

Чтобы понять, какие книги, по мнению наших "государственных мужей", интересны и полезны нашим нынешним школьникам, я внимательно изучил школьную программу и список литературы для обязательного и самостоятельного чтения. Почему-то невольно вспомнилось, как в детстве отец приучал меня к чтению. С каждой получки он обязательно покупал новую книгу в нашу домашнюю библиотеку. Всего одну, но самую интересную. И очень огорчался, что я не люблю читать. Ему пришлось придумывать занимательную игру, чтобы исправить этот мой недостаток. Однажды он перевернул "вверх ногами" одну тоненькую книгу и предложил мне её прочитать. Я сразу догадался, что это такая игра. Играть я тогда любил. И начал усердно угадывать перевёрнутые буквы, пытаясь соединить их в слоги и слова. Мне было интересно понять, что же там написано? Из написанного, понятными были только картинки, на которых были изображенные солдаты с автоматами и название книги - "Звезда". Мы играли в эту игру еще несколько дней. Вскоре я не выдержал и, когда отец был на работе, тайком прочитал её от начала до конца. Это была повесть Эммануила Казакевича о Великой Отечественной войне и о разведчиках. Вскоре я обнаружил дома еще одну книгу этого автора - роман "Весна на Одере", явно неслучайно оставленный на самом видном месте моим отцом. Книга была толстой и без картинок, но это было уже не важно. Я прочитал её запоем. И с тех пор читал книги одну за другой, мечтал вырасти поскорее и стать разведчиком. А когда учился в десятом классе, в школьной библиотеке наткнулся ещё на один роман этого автора - "Дом на площади". Эта книга, на мой взгляд, была не такой интересной, как первые две, но позднее она мне здорово поможет, когда в Афганистане мне придётся командовать сторожевой заставой и налаживать отношения с местными жителями. А автор моего любимого романа "Взять живым!", замечательный военный разведчик и писатель, Герой Советского Союза Владимир Васильевич Карпов много лет спустя окажется близким другом моего наставника, Сан Саныча Щелокова. И тоже станет моим учителем и старшим товарищем.

Это понятно, в СССР было не так много книг, как сейчас, но они были интересными и полезными. Их читали не только в школе, но и дома, в дороге, во время отдыха. Книга была лучшим подарком и настоящим другом! Но сейчас, когда я вышел на рекогносцировку в книжные магазины, обнаружил, что они просто завалены зарубежными, любовными, приключенческими и воровскими романами, книгами предателя и перебежчика Виктора Резуна, фашистского прихвостня Павла Буткова. И даже к книжным "откровениям" наших бывших фронтовиков, появившимся в изобилии после 90-х годов, было много вопросов. Понятно, что человек рождается, учится, трудится и даже ходит в туалет. Всё это, правда, но обо всём ли стоит писать? Ведь, как учили известные советские педагоги Антон Семёнович Макаренко и Василий Александрович Сухомлинский, воспитывать нужно с опорой не положительное. Но нынешние наши "воспитатели" основной упор в своей деятельности почему-то делали на "туалетные" темы?

Да, в детстве я зачитывался книгами и смотрел фильмы о военных разведчиках, мечтал быть похожим на них. И вскоре сам стал разведчиком. Служил, воевал, защищал нашу Родину. Но, если бы в детские годы я прочитал книгу Юлиана Семёнова "Отчаяние", о том, как "Штирлиц", вернувшись на Родину, провел долгие годы в тюремных застенках, потерял семью и практически ослеп, я едва бы захотел стать разведчиком. Возможно, истинная цель книг, продававшихся в последние годы в книжных магазинах, была именно в этом - чтобы наши дети и внуки не мечтали служить и защищать нашу Родину и всех нас, а стремились к "красивой" жизни? И ради этого так много грязи выливалось все эти годы на наше советское прошлое? Ведь, как сказал народный поэт Дагестана Абуталиб Гафуров: "если ты выстрелишь в прошлое из пистолета, будущее выстрелит в тебя из пушки". Похоже, кому-то было очень нужно, чтобы этот выстрел оказался смертельным для нашей страны и нашего народа?

После книжных магазинов я залез в интернет, чтобы посмотреть, что читают там? Оказалось, что в интернете размещено великое множество очень интересных книг, но почему-то крайне редко можно было увидеть подростков и взрослых, читающих эти электронные книги в парках или в общественном транспорте. Возможно, причина крылась в том, что не только наш современный книжный рынок, но и наша нынешняя школьная программа не прививают любовь к чтению, а вызывают стойкое отторжение? Что в школьной программе так много книг, написанных в 18-19 веках, но минимум книг советского периода. И совсем не случайно произведения господина Солженицына включены в школьную программу "для обязательного чтения", а повесть "Тимур и его команда" Аркадия Гайдара в некоторых школах рекомендована лишь для самостоятельного чтения. Хотя возрождение тимуровского движения с реальной помощью семьям тех, кто служит в армии или воюет - всегда были и будут нашими актуальнейшими задачами, если мы не хотим потерять нашу молодёжь, а воспитать её тружениками и защитниками нашей Родины. Но еще сильнее я был удивлен, увидев огромное количество религиозной литературы в городских и районных библиотеках. И практически полное отсутствие современной военной литературы. Мы точно светское государство, как записано в нашей Конституции? И нам точно больше не нужны наши воины и защитники?

В общем, после изучения современного книжного рынка, вывод у меня напрашивался неутешительный - ведь все мои книги слишком советские, по сути. И в рамки современного государственного "заказа" они никак не вписываются, поэтому модный и преуспевающий писатель из меня не получится. Надеяться на господдержку, рекламу на телевидении и в СМИ мне не стоит. И рассчитывать я могу лишь на поддержку моих друзей и единомышленников. И делать то, что должно...

В апреле 2008-го года Владимир Александрович Силкин пригласил меня на 1-е Всеармейское совещание российских военных писателей. Приятно было встретить там Владимира Васильевича Карпова, близкого друга Сан Саныча и моего наставника, в честь которого я назвал главного героя своих книг Карповым. Я передал ему привет от Сан Саныча. И попросил его поддержать наше с Андреем Дышевым (редактором ЭКСМО, бывшим воином-интернационалистом) предложение к руководству Министерства Обороны: издать серию, состоящую из 10-15 книг для библиотек воинских частей и военно-учебных заведений, в которой будет собран наш боевой опыт, а также практические советы по ведению боевых действий, успешному выполнению боевых задач и сбережению личного состава.

Владимиру Васильевичу идея понравилась. Он сказал, что в эту серию непременно должен войти и мой роман "Шелковый путь".

С Героем Советского Союза и моим наставником Владимиром Васильевичем Карповым на 1-м Всеармейском совещании военных писателей [Карцев А.И.]

- На мой взгляд, это лучшая книга об афганской войне и о работе нашей нынешней военной разведки. Ты - большой молодец!

Я ничего не ответил, но для меня было очень важно получить такую оценку моей книги от войскового разведчика, Героя Советского Союза и бывшего руководителя Союза писателей СССР. Хотя я был уверен, что для военно-учебных заведений и воинских частей, лучше будет издать документальную, а не художественную версию "Шелкового пути", выложенную мною на Артофваре. Хотя я был уверен, что для военно-учебных заведений и воинских частей, лучше будет издать документальную, а не художественную версию "Шелкового пути". Она гораздо интереснее и полезнее. Но еще важнее, чтобы в эту серию вошёл мой роман "Живи", к работе над которым я приступил в то время. Потому что эта книга поможет нашим ребятам не только успешно выполнять боевые задачи, но и подниматься на ноги после травм и ранений, для того, чтобы жить дальше, творить и созидать. Позднее эта книга выйдет под названием "Принцип Рамзая" и, по словам военврачей, она будет не только лучшим лекарством для наших тяжелораненых ребят, но и практически пошаговой программой для их дальнейшей реабилитации и возвращению в строй.

- А какие книги, Саша, вы бы рекомендовали для этой серии?

Я считал, что в эту серию должны войти книги по различным воинским специальностям, написанные участниками боевых действий (разведчиками, артиллеристами, танкистами, летчиками, сапёрами, мотострелками, военными врачами и т.д.), в которых описывается их боевой опыт и то, что помогло им успешно решать боевые задачи без потерь. Но это должны быть не сухие отчеты и наставления, а интересные и познавательные рассказы, в которых будут и юмор, и волшебный пендель, мотивирующие на разумную инициативу, смекалку и творческих подход к решению боевых задач. Поэтому предложил включить в эту серию книги Владимира Васильевича Осипенко (ВДВ), Александра Петровича Карелина (военный хирург), Анатолия Михайловича Ерёменко (литературный псевдоним - "Гончар", спецназ), Глеба Леонидовича Боброва (снайпер)... Остальных авторов обсудить на этом совещании.

А еще, на мой взгляд, важно, чтобы наши ребята, которые служат или которым предстоит служить, были не только в курсе современных и эффективных способов ведения боевых действий, но и понимали, хотя бы в общих чертах, специфику работы друг друга - для организации более грамотного взаимодействия различных родов войск и решения боевых задач. Использовали наш боевой опыт и наши знания.

Был еще один очень важный момент: показать, что книги, написанные нами, не только помогли нам вернуться в мирную жизнь, переосмыслить прожитое, не сломаться, справиться со своими проблемами и найти своё место в новом строю, но главное - наши книги нужны и важны для нашей страны. А значит, и мы нужны ей. И те, кто будет защищать нашу страну и наш народ после нас. Нужны не только в военное лихолетье, но и в мирные дни.

И то, что творчество является лучшем лекарством от посттравматических синдромов и хандры, было хорошим и наглядным примером для тех, кто будет возвращаться домой после новых войн и "специальных операций". И поможет им жить долго и счастливо. И жить не зря.

Высокие чины Министерства Обороны, присутствующие на этом совещании внимательно выслушали наше предложение. Но вместо 10-15 книг, которые мы предложили, была издана серия из почти ста книг. В неё вошли произведения Александра Пушкина, Михаила Лермонтова, Льва Николаевича Толстого, Александра Проханова и других известных писателей. Из авторов, рекомендованных Андреем Дышевым, в эту серию вошли книги Сергея Васильевича Скрипника и Николая Николаевича Прокудина. Из рекомендованных мною - ни одной. И вместо того, чтобы учить наших ребят тому, что понадобится им на войне и сохранит их жизни, на этой серии книг кто-то просто немного подзаработал. Или не немного.

Вскоре Андрей Михайлович Дышев издаст у себя в ЭКСМО несколько книг Андрея Владимировича Загорцева и авторов, которых мы рекомендовали на этом совещании. Позднее наши книги будут выходить в издательствах Вече, Центрполиграф, Питер, Лира... К сожалению, для коммерческих издательств они оказались важнее и интереснее, чем для нашего Министерства Обороны. Министерству Обороны наш боевой опыт и наши знания оказались не нужны.

Александр Карцев, http://kartsev.eu

Продолжение следует...

Комментарии: 3, последний от 05/04/2026. © Copyright Карцев Александр Иванович (aikar@bk.ru) Размещен: 03/04/2026, изменен: 03/04/2026. 41k. Статистика. Сборник рассказов: Афганистан, Проза, История Иллюстрации: 3 штук. Скачать FB2	Ваша оценка:
Аннотация: Предлагаю Вашему вниманию вторую часть моего сборника рассказов "Военная кафедра МИФИ", которая будет интересна не только нашим артофаровцам и мифистам, но и всем тем, кто интересуется работой и опытом нашей советской военной разведки.

Карцев Александр Иванович Мифи. Записки военного разведчика. ч. 4

Карцев Александр Иванович
Мифи. Записки военного разведчика. ч. 4